Burnout Syndrome Синдром выгорания

Мотоцикл Wave с рёвом подъехал и остановился перед довольно старым общежитием. Главным его достоинством было то, что оно находилось в самом центре города. Хотя арендная плата и была несколько завышена, удобство расположения всё равно делало её оправданной. Джира спрыгнул с мотоцикла, едва не ударившись задницей об асфальт — так его ноги онемели от долгой поездки на заднем сиденье. — Минуточку, пожалуйста! Пи, дай руку! Он полез в карман, вытаскивая монетки по одной и складывая их на ладонь водителя. — Можно оплатить через приложение или картой, нонг, — предложил тот. Джира поднял глаза и робко улыбнулся. Конечно, он бы с радостью заплатил так… — Лимит на карте закончился. Давайте наличными, если можно. Сколько там у нас вышло… шестнадцать, семнадцать… «Вот такая моя жизнь…» Звук мотоцикла постепенно удалялся. Джира вызвал лифт и поднялся в свою комнату — номер шестьдесят девять. Цифры показались ему слишком уж многозначительными. Как только он открыл дверь, его взгляд упал на груду вещей, разбросанных по полу. Большинство из них были художественными принадлежностями, но убирать их он не стал. Вместо этого он включил музыку на телефоне, снял одежду, которую носил на работе, и бросил её на кровать, оставшись лишь в тонких боксерах. Он направился к столу для рисования, где ещё не была закончена одна работа. Он уставился на рисунок перед ним. Это был портрет мужчины с мягкими, изящными чертами, в которых одновременно чувствовались и нежность, и сила. Джира подумал, что картину, возможно, удастся продать, и взял кисть, чтобы добавить последние штрихи краской. Закончив, он отсканировал изображение и загрузил его в группу по продаже арт-работ, установив цену в две тысячи бат. Однако, не успев нажать «опубликовать», передумал и изменил сумму на одну тысячу. — Садху! — воскликнул он и поднял телефон, сложив руки в традиционном тайском жесте молитвы. В тот же момент раздалось уведомление. Джира широко распахнул глаза — он не мог поверить в такую силу святого покровительства. Мне очень нравится этот рисунок! Можно немного снизить цену? В личные сообщения пришло сообщение от девушки. Более того, она прикрепила изображение его работы, которую он выставлял на продажу неделей ранее. Если покупательница заинтересована и готова торговаться — он был готов вступить в борьбу. Он быстро набрал ответ: На какую сумму ты рассчитываешь? Не заставив себя долго ждать, клиентка оказалась удивительно мила — она сразу же назвала цену, от которой у него чуть не отвалилась челюсть: ровно триста бат. Глаза Джиры наполнились слезами, он закусил губу, пытаясь собраться с мыслями. Но уже через минуту он принял решение. «Ладно, раз уж начал — надо завершить! Если продам — сразу получу деньги. А если буду упираться — могу остаться вообще ни с чем.» Додумавшись до этого момента, он тут же согласился и отправил номер счёта для перевода. Ещё неделю назад он был невероятно горд этой работой. Он вложил в неё много сил и времени, установил цену в три тысячи бат — сумму, которую, по его мнению, покупатель должен был спокойно потянуть. В итоге она ушла всего за триста. После всего пережитого за день горечь и разочарование подтолкнули его выйти на балкон, чтобы полить цветы, которые он упорно выращивал. Среди них была и орхидея приносящая удачу, которая не цвела весь год. Ему посчастливилось увидеть её цветение. Джира поливал её и говорил: — Я так за тобой ухаживаю… Дай хоть немного удачи! Благослови меня. Надеюсь, я найду работу Хотя эту фразу он повторял уже не первый год.

***

— Свежесть в каждой капле! Искристость в каждом глотке! Полная энергия! — Пожалуйста, верните мне это свежее, сияющее выражение лица. Сейчас оно выглядело таким ненастоящим. На следующей неделе, наконец-то, у Джиры появилась возможность проявить себя — Инг устроила ему кастинг. Он проснулся рано утром, тщательно оделся и уложил волосы, чтобы пройти пробы на рекламу газированного фруктового напитка. Он не только подробно изучил и проанализировал имидж продукта, но и имел на своей стороне Инг — лучшую подругу, занимавшую должность директора по кастингу и лично отвечавшую за этот проект. Джира издалека чувствовал потенциал успеха. Ведь он, наверное, уже в десятый раз повторял сцену… Придя в себя и осознав, что делает, Джира понял, что стоит перед камерой, окружённый взглядами Инг и всей съёмочной группы, которые не моргая смотрели на него. — Можно ещё разок? — спросил он. — Три, два, начали! — Свежесть в каждой капле! Искристость в каждом глотке!.. Помимо текста, подготовленного командой, Джира широко улыбался и держал бутылку напитка, стараясь всем видом показать, насколько он освежал. — Сделай чуть натуральнее, — прервала его Инг. Но… этого никогда не было достаточно. Джира мгновенно стёр улыбку с лица, когда Инг перебила его. Он глубоко вдохнул, пытаясь придать выражению лица жизнерадостность, как того требовал бриф. Его большие глаза уставились в камеру, он мысленно досчитал до трёх и только потом снова показал улыбку: — Свежесть в каждой капле! Сияние в каждом глотке! — Искристость в каждом глотке, ха! Ты ошибся! Давай заново! — закричала Инг. Её резкий голос заставил Джиру вздрогнуть так, что он растерялся. В конце концов он осознал: он совершенно не создан для такой работы. Его лицо потемнело. Взгляд, устремлённый в камеру, задрожал, и глаза наполнились слезами до такой степени, что всё перед ним стало расплываться. Он больше не мог играть — после всего, что пережил, ему было не под силу улыбаться по-настоящему.

***

Белый дымок поднялся в воздух, вокруг распространился запах никотина. Он ссутулился на длинной скамье перед студией, где проходил кастинг, организованный его лучшей подругой. Раньше это место всегда казалось ему прекрасным, но сегодня оно выглядело безжизненным. Это была одна из студий в небольшом комплексе в центре большого города. Старое здание, возрастом в несколько десятилетий, отремонтировали и разделили на отдельные помещения: кафе, арт-галерею, театр и даже хостел. Перед входом раскинулась просторная площадка с длинной аллеей, украшенной множеством зелёных деревьев. Джира наблюдал, как рабочие осторожно переносят картины, готовя выставку внутри студии. Он быстро потушил сигарету, хотя выкурил лишь половину, увидев, что Инг выходит на улицу. — Ну как? Всё закончили? — спросил он унылым голосом. — Ага. Но честно говоря, ты кастинг не прошёл, — ответила она. Из-за любви к другу она не хотела питать его иллюзиями. — Как сказать… Ты выглядел… безжизненно. Просто полное отчаяние. Я вряд ли смогу показать эту запись режиссёру. — Эй, да ты жестока. Продай мою запись. Помоги мне хоть немного. — Ты же понимаешь, что я должна принимать решения профессионально? — Да, понимаю. Просто я сейчас капризничаю, — ответил он. Как же не понимать? Даже лесной охотник справился бы лучше. Заметив, как Джира после очередного отказа стал казаться ещё меньше и уязвимее, Инг ласково похлопала его по плечу: — Подожди здесь, посмотри вокруг. Я скоро вернусь. Инг скрылась в студии, но вскоре вернулась с бумажным стаканчиком кофе. Джира принял его, чтобы не обидеть подругу, и сделал маленький глоток, продолжая смотреть вдаль. В конце концов он не выдержал — слёзы хлынули рекой. — Джира! Что случилось? Почему ты плачешь? — Я слышал, что это трудно… Но не думал, что настолько сложно. — ответил он дрожащим голосом. Увидев испуганное лицо Инг и почувствовав её мягкую ладонь, гладящую его по спине, он заплакал ещё сильнее. — Это же твой первый кастинг на рекламу! Не получилось — ну и ладно, это нормально. — Дело не в кастинге… Просто я… я ничего не могу сделать нормально! Картины не продаются, кастинги не прохожу… Я настолько плох? Услышав это, Инг сама почувствовала боль и крепко обняла его. — Да ты вообще крут! Ты не плох. Есть вещи, которые ты делаешь, а я — не смогу никогда. — … — Ты просто человек, который делает всё по настроению. И это, в общем-то, хорошо. Но, по-моему, тебе пора найти себя и сосредоточиться на чём-то одном, что тебе действительно нравится. — Я не знаю, на чём мне сосредоточиться… Слёзы продолжали течь. Он рыдал так, как никогда раньше. Ему было стыдно, но он не мог себя остановить. — Думаю, тебе сейчас не нужна работа, почему бы тебе сначала не исцелиться? — Что я могу сделать? Исцеление сердца требует денег. У меня всё ещё неоплаченный счёт за электричество. Инг сжалилась над другом и вытащила из кошелька пять тысяч бат, сунув их ему в руку. Джира не отказался. Вытерев слёзы, он поднял на неё взгляд, полный надежды: — А можно я возьму у тебя ещё немного взаймы? В этот момент достоинство уже не имело значения — важнее было купить еды. Услышав эту почти умолящую фразу, Инг пристально посмотрела на него, будто полностью просекла его намерения. — Чёрт побери! Раз уж хочешь занять у меня деньги, зачем разыгрывать эту жалостливую сцену с невинными слезами? — Это не игра! Просто эмоции накатили… Мне просто нужно погасить кредитку. — Сколько нужно? «Богиня щедрости» сошла на землю — хотя, если бы он попросил чуть скромнее, это выглядело бы уместнее. Он решил считать этот заём одним из стимулов, который заставит его как можно скорее заработать и вернуть долг. — Нужно закрыть три карты с процентами — около ста тысяч. — Окей, — быстро ответила Инг. Но Джира продолжил: — И ещё двадцать тысяч оставить на еду и расходы. — Значит, сто двадцать, верно? — Плюс вода, электричество, аренда… — … — Короче, не хватает. Давай я возьму у тебя сразу сто пятьдесят? — Вот чёрт! Ты так много просишь! — воскликнула Инг, но, увидев, как у него снова навернулись слёзы, вздохнула с покорностью: — Ладно, сейчас переведу. Вернёшь, когда сможешь. — Спасибо тебе огромное… Спасибо… — голос Джиры дрожал, почти теряясь в горле. Он сложил руки у головы в жесте глубокой благодарности, выглядя до крайности жалко. Не вынеся этого зрелища, Инг быстро прервала сцену: — Ладно! Раз уж так вышло — я просто найму тебя на работу! — Что бы ты ни попросила — я всё сделаю! — в этот момент он был готов отдать даже голову. — Эти пятьдесят тысяч — это аванс за то, что ты сначала займёшься исцелением своей души. Есть один клуб под названием Burnout Bar — бар для восстановления после выгорания. Думаю, он тебе поможет. — С таким названием ты не боишься, что станет хуже, чем сейчас? — Я там была. Работает отлично. — Хм, схожу посмотрю. Джира всхлипнул и посмотрел на Инг красными от слёз глазами. Он даже не знал, насколько это место сможет исцелить его израненную душу. Но одно он знал точно: хуже, чем сейчас, уже быть не могло.* (п.п: вот после этой фразы всегда становится всё хуже)

***

Примерно в половине десятого вечера худощавый молодой человек сел на мототакси и добрался до бара. В отзывах многие называли его «секретным». Вход пришлось искать довольно долго. И как только он толкнул дверь, ему показалось, будто он попал в другой мир. Возможно, причиной было медленное, расслабляющее музыкальное сопровождение. А может — тёплые неоновые огни на стенах, выложенные в виде вдохновляющих фраз. Джира постоянно останавливался, чтобы осмотреться. В баре было немного посетителей. Каждый сидел в своём уединённом уголке, не общаясь ни с кем, кроме тех, кто был за его же столиком. Но больше всего внимания привлекала длинная барная стойка в дальнем конце зала, за которой стоял бармен. Это всё, что успел заметить Джира, прежде чем осмыслить происходящее. — Впервые у нас? Как тебя зовут? — раздалось приветствие бармена. Джира опустился на высокий барный стул, готовясь завязать разговор с незнакомцем. — Меня зовут Джира. У меня выгорание. Друг посоветовал сюда заглянуть. — Меня зовут Бен. Я бармен. Бен был азиатом лет тридцати с небольшим. Он был одет опрятно, держался спокойно и располагал к себе. Однако Джира всё равно заметил татуировку на руке, выглядывавшую из-под белой рубашки. — Хочешь заказать напиток? — спросил Бен. — А, тогда можно меню? — ответил Джира. Поскольку это был его первый визит, он невольно выглядел неловко и растерянно. Конечно, каждое его движение не ускользнуло от внимательного взгляда Бена. Широкой ладонью бармен передвинул меню прямо перед новым клиентом. Джира внимательно пробежал глазами по списку и заметил, что каждый напиток описывался не вкусом, а эмоциями и чувствами. И чем сильнее грусть — тем выше градус алкоголя. — Странные названия, кхун, — сказал он. — На случай, если клиент не знает, что выбрать. Здесь обычно заказывают по настроению. — Тогда я возьму вот это, — Джира ткнул пальцем в пункт меню с названием: «Даже если любовь ушла, это всё равно не так плохо, как сама жизнь». Бен наклонился, прочитал название и мягко улыбнулся. — Очень подходит тебе, дорогой. Выглядит сладким, но на самом деле напиток очень крепкий, — сказал он и начал смешивать коктейль из водки и текилы. — Не уверен, будет ли он горчить так же сильно, как моя жизнь сейчас… — Горечь, в конце концов, тоже вкус, — ответил Бен. Закончив, он аккуратно поставил бокал перед Джирой и с сочувствием протянул ему карточку с номером стола. — Правила у нас простые: заказываешь напиток, получаешь карточку со столом. Как только ты сядешь за свой номер, я случайным образом подсажу к тебе другого клиента. — Нельзя самому выбрать собеседника? — спросил Джира. Бен покачал головой, всё ещё сохраняя дружелюбную улыбку. — Ты будешь общаться с незнакомцем, который тоже переживает выгорание. Так вы сможете поддержать друг друга и выслушать чужую боль. — Джира внимательно слушал, когда молодой бармен потянулся к стойке, где стоял высокий стакан с множеством маленьких карточек. — А если не знаете, с чего начать разговор, на столе лежат карточки «Conversation Opener/Начало разговора» — они помогут завязать беседу. Удачи! Джира вежливо поклонился, встал с барного стула и направился к столику номер семь, который пока оставался пустым. Ожидая своего собеседника, он поднёс коктейль к губам и сделал первый глоток. — Чёрт! — вырвалось у него. Напиток оказался настолько горьким, что язык покалывало от горечи. «Неужели отсутствие денег настолько горько?» — Здравствуй, — раздался голос. Джира мгновенно вырвался из задумчивости. Ирония судьбы: когда он сидел прямо, стараясь выглядеть прилично, никто не подходил. Но стоило ему расслабиться — и тут же появился кто-то. Единственное, в чём ему повезло, — он не поперхнулся и не расплескал алкоголь на себя. Джира вытер губы тыльной стороной ладони и поднял глаза на незнакомца, стоявшего у его стола. В одной руке тот держал карточку с цифрой «семь», в другой — бокал тёмно-красного, предположительно, вина. — Можно присоединиться? Голос — низкий, с лёгкой хрипотцой. Рост, если прикинуть на глаз, около ста девяноста сантиметров. И лицо, заставлявшее всех оборачиваться, сводило и Джиру с ума. Он не мог отвести взгляд от мужчины перед собой. Тот был чертовски красив и притягателен. Даже очки не скрывали его харизмы — наоборот, делали его похожим на того самого «плохого парня», о котором Джира мечтал. Чёрная рубашка и брюки одного тона добавляли загадочности. Такой человек, подходящий ему идеально, стоял прямо перед ним — будто из сна, слишком хорош, чтобы быть правдой. — Кхун… кхун… да… — запнулся Джира. Щёлчок пальцев вернул его в реальность. В следующее мгновение он заметил, что высокий незнакомец уже сел напротив. Джира собрался, постарался выглядеть спокойно и представился: — Меня зовут Джира. Можно просто Джи. — А я — Пхим. Очень приятно, — улыбнулся тот. От него исходила удивительная аура спокойствия, совсем не похожая на поведение человека, с которым только что познакомился. — Сколько тебе лет? — Двадцать восемь, — ответил Джира прямо. — Эй, одного возраста. Кстати… ты здесь впервые? — Да, немного растерян. А ты? — Уже третий раз. Джира кивнул, но вместо продолжения разговора между ними повисла тишина. В голове у него крутилось множество вопросов, но на деле он не мог вымолвить ни слова — только снова поднёс горький коктейль к губам. Пхим прекрасно понимал состояние Джиры — сам немного нервничал, поэтому решил разрядить обстановку. Он потянулся к карточке на столе и прочитал вопрос: — Если бы ты мог отправиться куда угодно прямо сейчас — куда бы поехал? — Куда… ну, с моим бюджетом — наверное, в Сонгвад, — ответил Джира, даже не задумываясь. К тому же район Сонгвад находился недалеко от студии его подруги Инг. — Это потрясающий ответ. Обычно все говорят «Япония» или «Европа»… — Просто от одной мысли о Европе у меня мурашки — с деньгами туго. Зато в Сонгваде сейчас проходит выставка квир-арта. Думаю, когда буду свободен через пару дней, можно сходить. «Свободен» — значит, просто нечем заняться. — О, я там никогда не был. Попробую сходить. — А ты куда хотел бы поехать? — Если бы это был бюджетный вариант, то это были бы уличные торговцы рядом с моим домом. — Чем это отличается от моего варианта? — На самом деле… есть ещё одно место, — Пхим замолчал, будто решая, стоит ли говорить. Ведь они только что познакомились и, возможно, больше никогда не встретятся. Зачем тогда делиться? — Боюсь сказать… Ты не подумаешь, что я агрессивный? — Агрессивный? Типа, агрессивный «соберу банду и пойду драться»? Обычно Пхиму было наплевать, что о нём думают. Если не нравится — иди своей дорогой. Но сейчас, глядя в глаза Джире, он вдруг захотел произвести хорошее впечатление. Удивительно, но всего за несколько фраз этот незнакомец заставил его открыться. — Нет-нет. Просто когда нервничаю, мне хочется пойти в «Rage Room/Комната ярости». Слышал о такой? — Нет. Что это? — Как раз соответствует названию: платишь — и тебя ведут в комнату, где куча вещей, которые можно ломать. — Чёрт… — Иногда мне просто хочется что-нибудь разбить. Не нужно ждать приёма у психиатра, и это полезнее для тела, чем алкоголь. Как тебе такое? Похоже на тревожные сигналы, да? — Тревожные сигналы — это так волнительно. Пхим тут же расхохотался, услышав ответ Джиры. Его первоначальные опасения мгновенно развеялись. — А ты любишь всё такое дерзкое… Почему сразу не сказал? Пхим не был высокомерным. Он легко принимал людей, но редко позволял кому-то переступить черту близости. Однако Джира не просто переступил — он стёр её вовсе, и сделал это с лёгкостью. Будучи харизматичным «плейбоем», Пхим не мог упустить такую возможность. Он тут же применил свои привычные навыки, чтобы очаровать собеседника. — Хочешь, посмотрю твою жизнь по ладони? — То есть… как гадание по руке? — Пхим кивнул. Джира согласился: — Конечно. — Можно твою руку? — Джира медленно протянул правую ладонь, но Пхим оказался быстрее: он переставил свой стул и сел рядом с ним, не забыв придумать оправдание: — Я только недавно начал разбираться. Позволь посмотреть с этого ракурса — вверх ногами неудобно. Его глаза за стёклами очков сверкали, а низкий, мягкий голос заставлял Джиру терять бдительность. — У тебя такая гладкая кожа… и рука такая мягкая… Пхим сделал ему комплимент, проводя пальцами по линиям ладони, и Джира, казалось, подыгрывая ему, ответил на этот ритм. — У тебя руки не такие мягкие, но мне они нравятся. — Ух ты, мне просто не хватает слов, чтобы это выразить. Он всегда был обаятельным, но, встретив кого-то настоящего, он совершенно терял самообладание. Он быстро нашёл возможность вернуться к теме хиромантии. Его взгляд в обрамлении очков сосредоточился на отчётливых линиях перед ним. Подумав немного, он серьёзно заговорил: — Похоже, в последнее время у тебя были какие-то нерешённые проблемы. Джира кивнул, услышав это. Ему следовало бы называть это не проблемой, а скорее кармой. И хотя Пхим угадал лишь раз, доверие уже возникло. Джира без стеснения выложил всё: — Верно. Не знаю, почему меня постоянно преследуют проблемы. Что бы я ни делал, это, похоже, не мой путь. Пхим поднял глаза и кокетство исчезло. — Можно спросить, чем ты зарабатываешь на жизнь? — Творческое направление… но до сих пор ищу себя, — ответил Джира. Если бы он вспомнил все свои попытки за последние два-три года, то, наверное, упал бы на колени и заплакал у кровати. — Я до сих пор не знаю, что у меня получается лучше всего. Я всё перепробовал, но ни в чём не преуспел. Печально, правда? — Если умеешь всё — это не плохо. — Плохо. Посмотри на моё лицо. Пхим улыбнулся — не насмешливо, а с нежностью, заметив, как в глазах Джиры снова навернулись слёзы. — Ты чертовски милый. — Что? Кхем-кхем, — Джира натянуто хмыкнул и перевёл тему: — А ты чем занимаешься? — Я в IT. Разрабатываю приложения. — Ого. Значит, богат? Какие приложения? — Секрет, — загадочно улыбнулся Пхим. Джира молча оценил его внешность: одежда, часы на запястье, даже аромат духов — всё говорило о том, что у незнакомца положение далеко не бедное. — А что вызвало у тебя выгорание? Ты выглядишь куда спокойнее меня. — Работа на самом деле отличная, если твой коллега не мудак. Кажется, он не так уж и принимает мои идеи. — Насколько это серьёзно? — Мы постоянно в конфликте. Готовы порвать отношения в любой момент. — Тогда почему бы тебе просто не уйти и не покончить с этим? — Мы не просто коллеги, мы друзья. Мы всё пережили вместе. Я не могу просто так его бросить. — Это тяжело… Но я верю, ты справишься. Джира подбодрил его, сам не зная, как именно подобное пережить. — Линии на твоей руке тоже говорят об этом, — Пхим снова опустил взгляд на изгибы мягкой ладони, будто ощущая в ней энергию. — Ты точно скоро найдёшь новую работу, но она принесёт тебе несчастья и хаос. — Насколько серьезно? Пострадаю до кровопролития? — Не волнуйся. Всё наладится. Просто доверяй своим чувствам. По линиям видно: твоя эмоциональная линия очень сильная. Если будешь следовать за эмоциями — точно преуспеешь. — Джира склонил голову, удивлённый. Разве он не следовал за эмоциями всё это время? Именно поэтому его и увольняли снова и снова. Но прежде чем он успел спросить, Пхим сам дал ответ: — Ты же сам сказал, что работаешь в искусстве. Ты привык использовать эмоции. Так иди до конца. — Ты это уже говорил. — Да. — Постараюсь запомнить это и применить на практике. Я всегда выкладываюсь по полной. Высокий парень отстранился и вернул стул на прежнее место, не забыв поднять бокал вина. А Джира, получив хоть и сомнительную, но надежду, почувствовал прилив решимости. Он достал телефон и проверил своё расписание. — Завтра у меня собеседование. Должно закончиться к половине четвёртого. — На какую должность? — Художник раскадровки. Мне кажется, меня возьмут. Ты же сказал мне: «Просто дай эмоциям взять верх.» — Да, следуй за эмоциями… но не забывай и про сердце, — Пхим сладко улыбнулся. Их разговор прервал звук уведомления на телефоне Пхима. Тот взглянул на сообщение, и улыбка медленно исчезла с его лица, оставив лишь холодную отстранённость. — Чёрт… Мне пора, — он встал, заставив Джиру растеряться от такой резкости. — Уже уходишь? Надеюсь, встретимся снова. — Лучше не встречаться. Если мы снова встретимся, значит, ты всё ещё не оправился от выгорания. — Я не скоро поправлюсь, но даже если поправлюсь, мы можем встретиться. — Как скажешь. — Пхим склонился, внимательно глядя на открытое лицо Джиры. Впервые он не спешил «забрать добычу». Он был уверен: рано или поздно всё равно получит то, что хочет. Оставалось лишь дождаться нужного момента. И Джира не подвел его: — Можно твой номер? «Попался!» Пхим протянул руку, и Джира отдал ему телефон. Тот быстро набрал десять цифр и вернул устройство владельцу. «Сегодня хороший день», — подумал Пхим. Несмотря на то, что его коллеги были в отчаянном положении, Burnout Bar подарил ему интересного человека. В знак благодарности за удачу он не забыл бросить на прощание фразу с харизматичной улыбкой и взглядом, полным кокетства: — Не забудь мне позвонить. Высокий долговязый мужчина повернулся и ушёл, оставив Джиру в оцепенении на десять минут.

***

Джира склонился над планшетом, сидя за столом в чистой, светлой комнате. На экране был полностью заполненный эскиз — раскадровка, заданная как основное тестовое задание на собеседовании. — Готово? Можно посмотреть? — раздался голос HR-менеджера с другого конца стола. Джира поднял глаза и тихо ответил: — Ещё нет, осталось немного поработать над деталями. — Ничего страшного. Давай то, что есть. Женщина средних лет подошла к нему и, в конце концов, он вынужден был передать ей планшет. Судя по выражению лица, она осталась довольна. — Я считаю, что наша работа детализирована и выполнена со вкусом. Использование линий и цветов хорошее, но её нужно скорректировать, чтобы сделать более коммерческой. «Первое замечание — не критично. Это можно исправить.» — Я готов внести правки, — сказал Джира. Отдел кадров в Human Resources отвечает за всех сотрудников компании — от момента приёма на работу до увольнения. — Ещё одно замечание: ты рисуешь слишком медленно. «Теперь уже две проблемы.» — Я могу научиться, чтобы ускориться. — Тогда у меня ещё один важный вопрос. В компании недавно изменилась политика. Ты умеешь работать с ИИ? — С ИИ? Да, умею. — Должность остаётся той же — художник по раскадровке. Но из-за новой политики объём работы увеличится. Если ты сможешь полностью заменить ручной труд ИИ, это сильно сэкономит время. По твоему тесту видно, что ты умеешь подбирать красивые и подходящие кадры. После этого предложения Джира почувствовал себя так, будто его ударили по голове тяжёлым молотом. — Но если ИИ всё нарисует сам… чем тогда я буду заниматься? — После того как ИИ сгенерирует изображения, ты просто добавишь финальные штрихи. При таком объёме это будет самый эффективный подход. В комнате повисла тишина. Джира задумался. Первое замечание — ладно. Второе — можно подстроиться. Но третье… даже если упереться лбом в ладонь, стресс не уйдёт. Жизнь художника, у которого ИИ отнимает работу, в сто раз мучительнее, чем стоять и считать монеты, чтобы заплатить за мототакси. И тут в голову всплыли слова Пхима. «Если будешь следовать за эмоциями — точно преуспеешь». Сейчас как раз тот момент, когда можно превратить кризис в возможность. Раз уж так — он рискнёт и выскажет всё HR-менеджеру напрямую. — Можно я скажу честно? Собеседница склонила голову, продолжая слушать. Джира воспользовался моментом и выплеснул всё, что накопилось за неделю: — Я хочу эту работу, чтобы доказать себе, что достоин. Но если почти всё будет делать ИИ, я не уверен, что это вообще будет моя работа. Мне нравится ваша студия именно из-за мастерства. Если потерять это — будет очень жаль. — То есть ты умеешь работать с ИИ или нет? — спросила она уже с раздражением. Джира собрался с духом. Если она увидит его искренность то точно возьмет. — Это ново для меня… но если учиться — я освою. — Она улыбнулась. — Но мне это не очень по душе, — добавил он, и улыбка тут же исчезла. Два других интервьюера, наблюдавшие со стороны, переглянулись. В комнате воцарилось напряжённое молчание, пока мужчина у дальнего конца стола не взял резюме Джиры и не начал перелистывать. — В резюме ты написал, что легко адаптируешься. Так что же — это неправда? Разве ты не говорил, что умеешь приспосабливаться? Эти слова прозвучали скорее как критика, чем как похвала. В этот момент Джира собирался выложиться по полной, сжавшись. Правда и только правда. — Я действительно легко адаптируюсь… Но есть вещи, которые я выбираю не менять, если это значит потерять себя. Все в комнате остолбенели. Только Джира всё ещё удерживал на лице лёгкую улыбку.

***

Собеседование закончилось. Эмоции Джиры были нестабильны. Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, закатал рукава и плеснул себе в лицо водой, чтобы прийти в себя. Но холодная вода не помогла — наоборот, усилила тревогу. Он достал телефон и набрал номер, сохранённый прошлым вечером. Вскоре на другом конце линии ответили. [Собеседование уже закончилось? Как оно прошло?] — Ха! Ты ещё спрашиваешь? А как же твоё предсказание — «Следуй за эмоциями, и получишь работу»? Получил, не спорю… только не работу, а проблемы! [Погоди, успокойся. Что ты там натворил?] — Просто сказал им правду… может, чуть резко. [Это не «по эмоциям»! Это «развязный язык». Тебе нужно пойти дальше. Твой артистический темперамент, прояви его!] Пхим подбадривал его — на самом деле, он просто хотел, чтобы Джира не терял надежду и продолжал искать работу. И Джира, услышав эти слова, легко поддался убеждению. — А? Боже мой, неужели нужно быть еще хуже? [Да, эта работа не удалась. Давай попробуем в следующий раз.] — Спасибо, что немного успокоил меня, — вздохнул Джира, глядя на своё отражение в зеркале. Но прежде чем он успел расспросить Пхима о его делах, раздалось уведомление о входящем вызове. На экране чётко высветилось имя. — На этом всё. Я позвоню тебе, когда понадобится. [Хорошо.] Он тут же сбросил звонок от Пхима и принял вызов от лучшей подруги. И, конечно, не успел и рта открыть, как Инг, человек скорости и решительности, сразу перешла к делу: [Ты получил работу.] — А? Какую работу, чёрт возьми? Я только что провалил собеседование [Работу по сопровождению на ужин!] — Разве я не говорил, что не принял предложение? Когда я согласился с тобой работать? Не знаю. Его настроение, которое вот-вот должно было улучшиться, снова упало. [Я сама договорилась. Деньги хорошие — не придётся перебиваться.] — Насколько «хорошие»? [Больше твоей месячной зарплаты художника по раскадровке.] — Интересно. [Так ты берёшься?] — Да, — ответил он. Даже если не сможет вернуть весь долг подруге, эта работа хотя бы даст ему передышку. — Вот до чего я докатился… Продаю себя, чтобы выжить, месяц за месяцем. [Если не возьмёшься — готовься умирать уже сегодня. Если свободен — заходи в студию, расскажу детали.] — Слушай… Он не успел договорить — Инг резко сбросила звонок. Джира выругался, провёл рукой по растрёпанным волосам и вышел из туалета, чтобы вызвать мототакси и поехать в студию подруги. Приехав, он без прелюдий рухнул на стул и начал сыпать вопросами: — Кто меня нанял? Где и когда? Что мне надеть? И какая компенсация? Инг закатила глаза и начала объяснять: — Завтра. Будь свободен. Клиент уже не в первый раз ко мне обращается. По словам предыдущих — довольно требовательный. — Что? — Любит, когда обслуживающий персонал полностью входит в роль. Что скажет — то и делай. Никакого сопротивления. — Похоже, природа специально подбирает для меня таких людей. — Но, думаю, ты справишься. Ты и так обычно играешь в театральных постановках. Вживаться в образ легко. — Даже если не получится, всё равно придётся, — сказал он, откидываясь на спинку стула. Как бы он ни устал, ему пришлось это сделать. — О, но он же попросил тебя одеться в стиле панк. Тебе стоит самому изучить, как это делают панки. Джира вскочил, услышав условия клиента: — Чёрт... какая сложная задача. — Не беспокойся об одежде. У тебя есть я. — Именно поэтому и боюсь. Сколько же мы уже пережили неприятностей? — Снова рушишь мечты, — пробормотала Инг, но Джира не обратил внимания. Он пожал плечами и последовал за ней к вешалке в углу. Он стал живым манекеном: на него натягивали одну вещь за другой, пока, наконец, в руки не сунули чёрную футболку с серебряными металлическими вставками. Джира снял свою рубашку и надел новую футболку. — Не пойдёт. Маловато, — нахмурилась Инг, оценивая образ. Джира снял футболку и выхватил новую из рук Инг. Он также воспользовался случаем, чтобы спросить о работе. — Слушай, это просто ужин, да? Ничего… дополнительного не требуется? — Договор был только на ужин. Но если ты хочешь сделать что-то, кроме того, что мы обсудили, решай сам. — А что, если клиент попытается со мной заигрывать? Какова обычная ставка? Когда платить? До или после? — Эта работа была для него совершенно новой, поэтому он продолжал задавать вопросы, почти не переводя дух. — Я не собираюсь продаваться. Просто спрашиваю. — Ты ещё не начал, а уже в панике. Если решишь продаваться — это твоё дело. Инг взглянула на него и заметила: — одежда явно велика. — Чёрт… Не вышло. Скорее похоже на «провал», а не на «панк». — Что делать? Не хочу тратить деньги на новую одежду! — Заглянем в Hive на секунду. — Я никогда не пользовался этим приложением. Там дёшево? — Дёшево, почти бесплатно! И приложение суперумное. Инг не просто говорила — она тут же открыла ярко-жёлтое приложение под названием Hive — его имя запоминалось с первого раза. Это приложение для модных товаров предлагает огромный выбор выгодных предложений, включая одежду, обувь, сумки и аксессуары. Дизайны симпатичные, а доставка быстрая, что сделало приложение невероятно популярным в последние годы. — Смотри: хочешь определённый стиль — просто загружаешь фото-образец. Она выложила изображение дизайна, запрошенного клиентом, в строку поиска. Через несколько секунд экран заполнили сотни похожих вариантов. Появилось множество прототипов, и Джира застыл в изумлении, широко раскрыв рот. — Этот ИИ найдёт одежду, похожую на оригинал. — Чёрт, это круто. — Что нравится — клади в корзину. Закажи штук пять наугад. — Дёшево, конечно… Но зачем так много? — поинтересовался Джира. — Потому что не всегда соответствует фото. Поэтому и бери несколько. — Чего, чёрт возьми, я ожидал? — Хватит ныть! При малом бюджете нужно экономить. Бери вот это — красиво, всего 89 бат, — Инг ткнула пальцем в экран и одним движением оформила заказ. — Выбери экспресс-доставку в твоё общежитие. Завтра будет. От одного взгляда на цену и вариант экспресс-доставки у молодого человека волосы встали дыбом. Его взгляд, устремлённый на Инг, был полон страха. В глубине души… Джира мог только молиться, чтобы ничего плохого больше не случилось.

***

Посылка пришла невероятно быстро: заказал вчера — сегодня уже получил. Джира вздохнул с облегчением — теперь точно успеет переодеться перед встречей с клиентом через два часа. «Быстрая мода», как и следует из названия. Он перевернул коробку и увидел яркий логотип Hive. Не раздумывая, он разрезал прозрачную ленту канцелярским ножом. Внутри одежда была аккуратно завернута в дополнительную бумагу. Коробка и бумага выглядели едва ли не дороже заказанной одежды. Джира взял одежду, чтобы проверить её состояние, но качество оказалось ужасным. Он невольно выругался. Он поднял одну рубашку. Она была тоньше папиросной бумаги. Он примерил её, но от лёгкого движения нитки порвались. — Они использовали рассасывающиеся нитки? Взглянув на себя в зеркало, он окончательно расстроился, быстро снял одежду, скомкал и швырнул в угол. Первый наряд не удался. Следующий казался многообещающим, поэтому он взял новый на примерку. На этот раз возникли проблемы: рукава были неровными, а узкие джинсы оказались слишком узкими для кровообращения в яичках. Джира был в отчаянии. Он попытался снять чёрные джинсы, но безуспешно. Он упал назад и рухнул на край кровати. — Я сейчас расплачусь. Качество настолько ужасное, насколько говорят слухи. Отчаяние сжимало сердце. Покупка в Hive — всё равно что лотерея. Если следующий комплект тоже окажется плохим, придётся надевать что-то из своего гардероба. К счастью, последний вариант оказался приемлемым: длинная рубашка из атласа, гладкая на ощупь, с чёрным узором на воротнике и пуговицах — простая, но с изюминкой. Если немного изменить, то могло бы подойти. Джира взял ножницы, отрезал рукава и примерил. Идеально. Наряд был именно таким, как он и надеялся. Джира посмотрел в зеркало и принял решение. Двигаясь к ванной, он заметил на раковине подарки от Инг: косметику, включая чёрную помаду, временные татуировки и дешёвые украшения. Он схватил их, чтобы примерить, всё больше приближаясь к панку. Джира прислонил телефон к зеркалу, не забыв включить панк-музыку, и дико закричал: — Вааааааааааа! Если бы не макияж, Джира бы, наверное, энергично тряс головой. Настроение было самое то, поэтому он быстро открыл референсное фото с полным панковским макияжем. Подводка для глаз, чёрная помада, множество серёг-гвоздиков и целая куча ожерелий. Он завершил выступление взрывным, своим легендарным вокалом. — Ваааааааааааа! Кхе-кхе! Он сможет. Жизнь такова.

***

Эта ободряющая фраза эхом пронеслась в голове Джиры сотни тысяч раз. Он вошёл в относительно пустой, дорогой ресторан, отметив, что посетителей было немного по сравнению с количеством столиков. Официант подвёл молодого человека в панковском костюме к столику, где ждал мужчина лет пятидесяти пяти. Он был элегантно одет, и на его лице чувствовалось напряжение. Несмотря на нервозность, Джира изобразил храбрость и поприветствовал его. — Здравствуй, Кхун Дол, — произнёс Джира. — Вау, здорово... Ты справился с ролью даже лучше, чем я думал. Когда я впервые увидел фотографию, я не думал, что ты справишься. — Дол окинул Джиру взглядом с головы до ног. От этого пристального осмотра у того возникло крайне неприятное чувство. — Хм, спасибо, — неловко ответил он. — Садись же! Я уже заранее заказал еду, — сказал Дон. Джира опустился на стул и начал официально представляться: — Меня зовут Джира. — Нет-нет, сейчас ты — не Джира, — перебил его клиент. Хотя это и показалось странным, Джира предпочёл промолчать. Вскоре официанты начали приносить блюда — всё то, что он сам не заказывал. И, конечно, на столе оказалось только то, что он терпеть не мог. — Нравится? Это самое лучшее блюдо в ресторане, — спросил Дол, заметив, как Джира с отвращением смотрит на кроваво-красный стейк с кровью. Тот наконец поднял глаза: — Я… не ем сырое мясо. Лицо Дола мгновенно стало каменным. Он раздражённо возразил: — Это очень дорого! Ты обязан это любить! — Извини, что не предупредил заранее… — Ты меня понимаешь? Тебе должно понравиться. — медленно, чётко и с нажимом на каждое слово произнёс Дол, подчёркивая своё превосходство. Закончив фразу, он склонился над тарелкой и начал нарезать сочащееся кровью мясо. Вид был настолько отвратительный, что у Джиры мутило. Клиент ловко орудовал ножом, и через мгновение кусок сырого мяса уже поднесли к его губам — без спроса и без предупреждения. — Я правда не могу это есть… — Ты можешь это съесть. Вынужденный, молодой человек неохотно открыл рот, чтобы откусить кусок мяса, его желудок сжался от волнения. Он попытался безболезненно прожевать и проглотить его, желая, чтобы всё прошло гладко. — Не мог бы ты хотя бы изобразить удовольствие? — раздражённо бросил Дол. «Я уже проглотил это дерьмо, а ему всё мало! Ещё и улыбаться требует!» «Сожмись… расслабься… улыбнись?» Джира больше не мог сдерживать эмоции. Его голос прозвучал резко и с сарказмом: — Я буду улыбаться во весь рот, но ты должен позволить мне сначала самому заказать еду. Дол разозлился ещё больше. Он откинулся на спинку стула: — От предыдущего не было столько проблем, как от тебя. Джира замер. Ему показалось, будто его только что в сотый раз за месяц упрекнули. Усталость накопилась, а совет Пхима — «следуй за эмоциями» — всё ещё звучал в голове. Он решил: хватит терпеть. Плевать на деньги — сейчас он устроит Долу шоу. Он был на грани смерти и не мог проиграть эту битву. — Если тебе так нравился предыдущий, — язвительно спросил он, — то куда он делся? — Сказал, что занят. — Уверен ли ты, что он действительно занят? Может, он просто тебя возненавидел? Джира прищёлкнул языком и сделал максимально раздражающее, вызывающее лицо. — Как ты вообще смеешь так говорить со мной?! — взорвался Дол. — А ты как смеешь столько требовать?! — Я никогда не встречал никого, кто обслуживал бы хуже тебя! Я заплатил кучу денег! Ты хотя бы должен делать то, что я говорю! — Тогда позволь мне делать что-нибудь другое, только не есть это сырое мясо! — Хватит! Ты всё испортил! — Дол вскочил, вытащил из кошелька пачку денег и швырнул их прямо на кровавую тарелку. Затем, тыча пальцем, бросил напоследок: — Позволь дать тебе совет. Если не можешь, не берись за эту работу. Ты некомпетентен. Ты тратишь чужое время! Джира смотрел на пачку тысячных банкнот перед собой. Унизительные слова стали последней каплей. Он не выдержал и взорвался: — Тебе нравится стиль панк, да? — Что? — Дол, уже почти у двери, но обернулся. — Ты же фанат панка, да? — Ну да… А что? Худощавая фигура резко вскочила со стула, схватила окровавленные купюры и с силой швырнула их обратно в лицо Долу. А затем, в полном соответствии с репетицией в ванной, завопил во всё горло: — Забирай свои деньги, сукин сын!!! Остальные посетители — их было всего несколько — мгновенно обернулись. Джира не испытывал стыда. Но Дон покраснел до корней волос, готовый провалиться сквозь землю. Уходя, он ещё успел грубо выругаться: — Ты такой кусок дерьма! — А-а......! Всё. И голос, и доход — кончены. Но зато какое облегчение! Пусть сегодня и провал, завтра он начнёт всё сначала. Он утешал себя, снова опускаясь на стул, и налил себе дорогого вина прямо в бокал. Залпом выпил, чтобы заглушить эмоции. Краем глаза он заметил, как к нему подошёл официант. Джира сразу подумал, что его сейчас выгонят. — Я понял, сейчас уйду. Не нужно меня прогонять. — Я тебя не прогоняю. Я здесь, чтобы обслужить, — спокойно ответил официант. — Что? — Джира резко повернул голову. Перед ним стоял официант с тарелкой — на ней лежал стейк, идеально прожаренный до состояния well done. — Но я же не заказывал… — Мужчина за тем столиком заказал для вас. Просил передать: «Приятного аппетита». Джира распахнул глаза. Он перевёл взгляд на столик неподалёку — и увидел незнакомца, который смотрел прямо на него. В тот момент, когда их взгляды встретились, буря в душе Джиры начала утихать, сменившись любопытством. Незнакомец был высоким — около ста восьмидесяти сантиметров, со светлой кожей, иссиня-чёрными волосами и одинарным веком. Одет он был просто, словно не хотел, чтобы его кто-то узнал. Но в его холодных, бесстрастных глазах и неподвижном лице скрывалась невероятная сила притяжения — особенно для художника вроде Джиры, живущего по интуиции, а не по разуму. За свою жизнь он встречал множество людей: красивых, нежных, ярких, добрых… Но этот человек не обладал ни одной из тех черт, которые Джира обычно ценил. Он был другим. Он не улыбался. Не здоровался. Просто сидел и смотрел. И всё же он победил. Без единого движения, без единого слова — он полностью завладел вниманием Джиры.