Проявлять слабость - не грех

Ему очень не хотелось рассказывать об этом. Не из страха, не из упрямства - а потому что это был грех. Грех его матери... И теперь - и его. По сути, он сам был этим грехом. В Египтусе его считают Последним Фараоном - пусть и юным, но все же Фараоном. Его ставили почти наравне с Кефером. Уважали - за титул, за унаследованную кровь предков... Но именно это делало нынешнее признание невыносимым. Он не чист. А титул что дал ему Ра - Герой Фараон, как цепи стискивают его, дышать становиться труднее. Мир куда он откровенно сбегал, чтобы чувствовать себя свободным... Не заставляющий быть тем неувереным и жалким мальчишкой, как все остальные мальчишки его возраста, а тут в Египтусе... Лео становился настоящим. Кого боялся показать остальным. Но и это он уже не сможет делать. Ведь в придачу к его... Закомплексованности, появилась и эта грязная тайна, рассказанная неделю назад матерью. Потому он не знал. Просто, не знал, что сказать. Как им сказать. Чтобы они, Рамзес, а особенно Кефер не смотрел на него как на мусор. Молчание легло на троих, как тяжёлое одеяло. У Лео внутри все похолодело. Некомфортно. Слишком тихо. Было слышно как шелестит лепестки от лёгкого ветра. Как где-то в далёке слышны звуки музыкальных инструментов и смех людей. И свое собственное дыхание, но ни слов и шороха одежды, даже не слышно было как они дышут. Только тепло от тела Рамзеса Лео чувствовал и всё. Неизвестно, сколько длилась эта напряжённая тишина, но вдруг её нарушил голос: - Лео, посмотри на меня. Голос наставника - бархатный, спокойный, мягкий. Таким можно убедить кого угодно. Но Лео упрямо смотреть в стакан, будто вдруг разглядел в нем какой-то скрытый смысл. - Лео, посмотри на меня. Теперь - твёрже. Всё так же бархатный, но с ноткой непререкаемости. По спине Лео пробежал табун мурашек. Он не хотел понимать глаза - боялся, что в этот миг всё, что он так долго прятал, вырвется наружу. - Лео. На этот раз тело не подчинилось воле - оно просто повиновалось. На мгновение ему показалось, будто голос Кефер прозвучал не снаружи, а в самом центре его сознания. Он поднял взгляд. Глаза Кефера - глубокие, темно-карие, словно древний омут. В них - ни осуждения, ни сомнения. Только забота. Спокойствие. И власть, которую не нужно доказывать. Лео смутился и уже собирался отвести глаза, как почувствовал: его голову нежно, но непреклонно удерживают руки Рамзеса. Всё это время тот не издал ни звука - Лео даже подумал, что он превратился в статую. - Лео, слушай меня, - сказал Кефер. Парень кивнул, продолжая смотреть в глаза наставник, и почувствовал, как щеки неожиданно наливаются жаром. Этот разговор смущает его до глубины души. - Я прошу у тебя прощения, - тихо, но чётко произнёс Кефер, опустив голову на миг. - В суматохе возвращение моего отца, осмотр армии и подготовка праздника я допустил упущение: не передал тебе послание от самого Ра. Это - моя вина как твоего наставника. Вот теперь Лео стало не по себе. Но то, что он услышал, полностью выбило его из колеи. - Я сам попросил отца, - продолжил Кефер, гляда прямо в глаза парню, - воспользоваться своей силой, чтобы задержать тебя здесь. Ненадолго. Только на этот вечер. Он медленно снял немес, открывая короткие темно-коричневые волосы. В голосе его прозвучала печаль - но в глазах, в заметной их глубине темно-карих зрачков. Лео вдруг уловил в них золотой блеск. Где-то он раньше его видел. - Ты так много для нас сделал, Лео, - продолжил Кефер, и каждое слово звучало как клятва. - Ты сражался, рисковал, когда все остальные называли тебя вором и лгуном. Даже Нейт и члены Совета сомневались — даже когда ты пытался предупредить их о вмешательстве Эксатона в суд Маат… А потом ты разоблачил предательство самой Маат. Руки, что до этого держали его голову, теперь мягко обняли — не крепко, а нежно, как будто боясь спугнуть. К этому моменту Лео уже был краснее спелого помидора. Все это он делал из чистого желания и любви к ребятам. За тот короткий промежуток времени, что он провёл с ними, эти люди стали для него всем. Египтус — дом его друзей, место, которое воплотило в реальность детскую мечту когда-то побывать в Древнем Египте, — стал и его домом тоже. - Я просто… хотел, чтобы вы были в безопасности, - только и смог тихо выдавить юный фараон. Лео отвёл взгляд в сторону, смущённый до мурашек. В груди у него разлилось тёплое, почти болезненное приятное чувство — его признали. Не как Фараона, последнего из своей династии, не как героя, а как просто… как Лео. Рамзес больше не удерживал его явно — руки лежали легко на плечах, подбородок покоился на макушке парня. Всем своим видом он показывал: "Я не держу тебя. Ты можешь уйти". Только Лео знал: если он сейчас вскочить и сбежит от этой болезненно трогательной, почти сладко-теплой близости — его всё равно поймают. Либо Рамзес — мгновенно сократит дистанцию и снова заключить в клетку крепких, загорелых рук. Либо Кефер — всё ещё стоящий на одном колене перед ним. Ему даже особо ничего делать не надо. Достаточно одного слова "останься" своим бархатный голосом - и Лео, как котёнок, прижмётся к его груди сам. Всё это действовало на парня очень сильно. Весь этот комфорт, поддержка, тепло - которое казалось проникало глубже кожи - в самые опустевшие закалки души, где давно стоял холод. От этого так и хотелось расплакаться. У Лео давно не было ничего подобного. Даже с теми, кого он считал лучшими друзьями. Но самое главное - родители, никогда не давали ему такого, до рождения младших, но а если и давали то мало. Мама - вечно чем-то занята. Отец - весь в работе. А когда у них появляется свободный день, они брали близнецов и уезжали - то не сообщив, то придумав предлог, чтобы не брать с собой старшего сына. Лео всегда завидовал младшим. И так и не понимал почему. Ему так надоело всем доказывать. Дома, на учёбе, на тренировки, на матче... Стоп.... Матч! Голубоглазый, вдруг осознал: под всеми этими сладкими речами, объятиями он совершенно забыл, зачем вообще искал Кефера! Ему нужно попасть домой! Выйграть матч! А после даже с ночёвкой у ребят останется. Но сначала он должен сыграть! Он уже открывает рот, чтобы попросить отправить его обратно. Как его опередил Рамзес. - Мой юный фараон, - проговорил мужчина, как довольный кот, - спешу вас успокоить и немного притормозить. Успеешь на свой матч. А пока - спокойно побудьте с нами. - Но как? Почему?! - вырвалось у Лео. - Позволь мне объяснить, - сказал Кефер, поднимаясь. Лео уж думал, что тот будет стоять на коленях до утра. Встав, Кефер не отвёл взгляда, продолжая смотреть прямо в глаза и продолжил, - Ра узнал от Беса, что у тебя сегодня важный матч, тот с которого ты убежал, чтобы помочь нам и пробудить от сна его. Поэтому я предложил альтернативу - Ра отправит тебя в тот самый момент, когда ты только покинул площадку. А в качестве компенсации... Он слегка улыбнулся: - Ты проведешь у нас три дня. - А? - только и смог удивлённо сказать юный фараон и герой Египтуса.