Проявлять слабость - не грех

У Лео есть одна неизменная особенность - умудряться искать себе неприятности. Так, после победы над Эксатон - окончательной, - пробуждения Ра и возвращения ему трона Египтуса Кефером, весь Золотой Город устроил праздник. Лео, конечно, хотел лизнуть - ведь его вырвали прямо с баскетбольной матча! Оставить все это веселье ради торжественный речей и танцев? В другое бы время он бы с удовольствием согласился остаться, но не сейчас и не в этот день! Кто только не упрашивал остаться на праздник. Первой неожиданностью стала Нейт. Лео не ожидал. Когда он только начал отходить от множество прилавков и танцоров, только собираясь зайти в пирамиду как его под руку берет Нейт и ведёт обратно вниз по лестнице к шумно веселящегося народа. Она с улыбкой - редкое зрелище, не вынужденная или дружеская улыбка, а настоящая полной жизни и нескрываемого счастья... И даже как-то лёгкой. Лео мысленно фыркнул: "Никогда бы не подумал, что она так может улыбаться". Сразу за ней подключился Гиксос, тоже упрашивал остаться и уверяя, что Лео успеет на матч. Это начинало раздрадало и не нравилось. Этот матч очень важен - от него зависело, возьмут ли его в окончательно в команду. А ещё - как он покажет себя перед Кей и Колином. Особенно перед последним: Лео очень хотелось утереть нос! Но друзья не отступали. К ним присоединились ещё Каа и Гор! "Почему они не понимают!?" - с досадой и раздражённо подумал Лео. И вот, вроде отбившись, он побежал прочь, подальше от Золотой Пирамиды, где веселился народ Египтуса, - прямиком в сад Кефера. Там, он надеялся, что точно никого не будет, и он сможет наконец-то отправиться на матч. Если, конечно, ещё не опоздал - со всей этой беготней по тайным проходам к успыпальнице Ра и праздничной суматохой. Сердце колотилось в предвкушении: он уже почти видел себя в раздевалке, переодевающегося в чистую форму, бежит на поле, поторапливание тренера и недовольные возгласы команды "почему так долго?", мяч в руке, свисток и.... Не теряя времени он скрещивает руки, мысленно как его учили, представляет место и даёт мвсленную команду браслет. Но ничего не происходит! Звуки праздника где-то в далеке звучат, не исчезают, запахи цветов и шум лествы с журчание фонтана в искусственном озере - не заменяются шумом болельщиков, запаха пота и шкафчиков. Перед ним все тот же сад: длинный искусственный пруд, выложеный белыми плитами дорожки, густые кусты, разнообразные цветы и мраморные высокие колонны. Ока Ра и браслет молчали. Не окликались. Ни вспишки света, ни даже отклика - ничего! Как ему попасть домой?! В голову парня появился ответ - Кефер. Движимые паникой Лео начал бужать по саду ищя Кефера: ведь где Кефер там возможно и его отец. Движимый интуицией, нетерпением и страхом опоздать ( а вместе с ним - опозориться перед всеми), голубоглазый бегал по саду Золотого Фараона, не зная сколько времени, но Лео молился, что не так много времени прошло. Он поздно заметил, что он уже не в саду Кефера или в саду, но в той части в которой он никогда не был. Куда теперь? Черноволосый парень в баскетбольной форме устало опустился на ближайшую скамейку. На него, словно ледяной ливень, обрушились чувства: гнев - как бы не опоздать на матч; отчаяние - где ему искать Кефера или Ра в этом большом городе; растерянность - оттого, что он вовсе не узнает то место и в какое направление ему идти; и, самое худшее для Лео, - страх. Страх, что он подведёт всех: тренера, друзей, Кей... Покажет себя полным трусом! А Колин? Этому парню хлебом не корми лишь бы да поиздеваться над кем-то, что по возвращении Лео в свой мир, он неприметно займётся и тыкать этим в его нос до конца года! Сидя на скамье среди незнакомых Лео кустов и мраморных обломков, голубоглазый парень неожиданно для себя тихо заплакал. Он схватился за голову, пытаясь вытолкнуть, заглушить, из сознания картинки: тренер с разочаровынным взглядом, Кей что не будет обращать на него внимания и окончательно потеряет в него тот интерес который он с таким трудом зародилась в ней в него, и самое мерское - она зантересоваться Колином и может быть станет его девушкой! Ох! Конечно, Колин. Этот задира. Он даже не расстроиться опозданием Лео. Он просто возьмёт и выйграет и будет хвастаться этим! От слез и гнетущих мыслей его вывел голос. Сначала глухо. Потом - громче, а потом уже твёрдо и громко: - Лео! На плечи опустилась твердая хватка чьих-то крепких рук. Они пригвоздили Лео к скамье, не давая ему упасть или сбежать - будто бы он собирался. Этот голос он узнает откуда угодно. Приятный, завораживающий - голос наставника всегда оставлял такое чувство что захочешь выполнить чтобы он не скажет. Его голос мог убедить кого угодно. - Кефер? - вытирая слезы и сопли, все ещё шмыгая носом прошептал Лео, поднимая заплаканых глаз, на мужчину. Что-то во внешном виде показалось ему странным. - Кефер, кто там? - из-за маленького прохода между кустами тёмных цветов вышел Рамзес. Он тоже выглядел как-то странно. Немес покосился, схенти на талии сползает. Увидев Лео, Рамзес напрягся - Лео! Что случилось? Кефер, не убирая руки с левого плеча парня, сел рядом. Рамзес последовал его примеру, устроившись справа и тут же обняв Лео. Оба мужчины явно тревожились - но не знали, как помочь. Рамзес, чувствуя, что нужно действовать, крепко придал парня к себе и начал гладить по голове, шепча успокаивающие слова. Всё внутри него насторожилось. Его очень беспокоит состояние его юного фараона, такого не было никогда. Что могло его так растроить? А ведь бывший Золотой Фараон - потому что по законам Египтуса его вернулся - прекрасно помнил: мальчик, на чью долю выпала нелёгкая судьба, никогда не плакал при них. Или... Может, плакал, но они не видели? "Я не видел?" - мелькнула в мыслях Кефера. Он отложил размышления на потом. Сейчас нужно сосредоточиться на парне перед собой. Что могло случиться с ним в этот, казалось бы, замечательный день? Отплакавшись и немного успокоившись, парнишка прильнул головой к шее Рамзеса, но все ещё шмыгал носом. Эта уязвимость тронул Рамзеса - Лео напоминал детёныша льва. Не только из-за имени! Он смелый мальчик, в этом Кефер не мог соврать, а Рамзес подтвердит, да любого из Золотого Воинства подтвердит что парень смелый и сильный. Но не вовсем. Как оказалось. Не выдержав, Кефер лёгким прикосновением провел пальцем по щеке Лео, привлекая внимание. Парень выглядел вымотанным - склонился ко сну, но упрямо держал глаза открытыми. - Лео, что тебя так расстроило? Кто-то обидел тебя... - Кефер тут же отверг эту мысль: в городе никто не посмел бы. Но... вдруг? - Лео, пожалуйста, скажи нам. Рамзес ослабил объятия, давая парню пространство. Теперь Лео нужен был комфорт - иначе он не заговорит. Слишком сильное давление он почувствует. Хорошо, что Рамзес знал, как утешать людей: и мягко, и жёстко. Но вот в любом случае с Лео он будет мягким. Лео, поначалу не ожидавший такого внимания от двух самых близких и важных для него людей - а людей ли?.. Ах. Об этом он подумает потом. Остановимся на главном. Благодаря их заботе, Лео смог, хоть и с шмыгающим носом, начал открываться: - Я... я не обижаюсь на вас и вообще никого не обвиняю. Просто... когда вы меня в срочном порядке позвали, у меня в школе как раз проходил матч по баскетболу. И не простой, как до этого - а очень важный! Лео сбился с дыхания - все на одном выдохе выпалил - и закашлял от сухости в горле. Кефер встал и куда-то ушёл, а Рамзес поглаживал парня дадонью от шеи до поясницы, незаметно вплетая в прикосновение магию исцеления: бескоясь что тот мог заболеть. Перед Лео протянули железный стакан с водой. Подняв взгляд, он увидел Кефера - тот стоял на одном колене, держа стакан так, чтобы не возвышаться над сидящим парнем. Мужчина явно старался быть на уровне, но, увы - даже на коленях он все равно был выше Лео почти на две головы, если он не ошибаеться. Выпив глоток, Лео продолжил - уже медленнее и чётче: - Я очень старательно и серьёзно готовился к этому матчу. От него зависит не только моя спортивная карьера, но и будущее. В нашей школе есть программа поддержки молодых спортсменов: если ты показываешь хорошие результаты, школа помогает с поступлением в вузы или другие учебные заведения - и финансово, и материально. А благодаря победам в таких матчах, как сегодняшний, можно получить - хорошую стипендию. Он замолчал на секунду, глядя в стакан: - И вот сегодня - мой первый такой матч. Туда пришли мои друзья, семья... и девочка, которая мне очень давно нравится - и с которой у меня до сих пор ничего не получалось. Но самое главное... я так ждал возможности утереть нос Колину. Он бросил взгляд на Кефера: - Кефер, ты помнишь тебе наверняка Гиксос рассказывал о том случаи? Упомянутый мужчина кивнул. Изобретатель говорил в своём отчёте об "враге номере один" у Лео, но имя узнал только сейчас - из уст самого парня. Лео глубоко вздохнул и продолжил: - Колин годами меня принимал. Говорил, что у меня никогда не получиться попасть в баскетбольную команду. А я попал! И даже тренер похвалил за бросок. Правда, был немного расстроен, что я помял его машину... но всё равно взял в команду! И вот тот момент я подумал что он отстаёт. Но нет! А Колин не собирался так просто отпускать меня. И всячески начал мешать: то шкавчик запрет на здоровый замок - я опоздывал на тренировки и получал нагоняй, пару раз меня из-за этого чуть не исключили из команды; то зальет мою спортивную форму соком или ещё чем-нибуть; то нарочно провоцирует на драку... И это у него все получалось! На последних словах слезы хлынули вновь - с такой силой, что Лео даже зажмурился. Глаза жгло, но когда он попытался вытереть их руками, чужие ладони мягко, но настойчиво остановили его. Он резко дёрнулся, но руки Рамзеса удержал его, прижав спину к своей груди крепче. Лео даже не заметил, что теперь сидит не на скамейка, а прямо на коленях Рамзеса. Под влиянием неожиданной откровенности он продолжил - выговаривать ту обиду, что годами держали внутри: - После одного особенного жёсткого нагоняя от тренера Колин, кажется, успокоился... Но вместо него появилась другая проблема. Он нашёл новый способ вывести меня из себя. Ладно, открыто подшучивать, гадости говорил... Мне-то, казалось бы, плевать. Но вот... Незнаю, как, но он узнал... что я... Я... Он запнулся, голос сорвался. Лео опустил взгляд, пальцы сжали стакан так, что костяшки побелели.