Закрой глаза, идиот

Драко сидел в гостиной Гриффиндора у камина, склонившись над толстой книгой по зельям. В этом году он намеревался превзойти самого себя — профессор Снейп наверняка похвалит его перед отцом, а это значило для него гораздо больше, чем он был готов признать вслух. Конечно, всё было бы проще, будь Снейп его крестным, но Госпожа Удача в этом вопросе явно отвернулась от Малфоя. — Спать не пойдёшь? — тихо спросил Гарри. Драко закатил глаза, только сейчас вспомнив, что он не один в гостиной. Поттер, с его вечно растрёпанными волосами, сидел на кресле напротив. Малфою даже на секунду пришла в голову мысль — как забавно было бы сделать Гарри лысым. Есть же специальные заклинания… надо только выучить. — Спать пока не собираюсь, — лениво ответил он. — А ты? Чего здесь торчишь? — Да так, — Гарри пожал плечами. — Не спится. Рон уже дрыхнет. Хм… что думаешь о Турнире? — Будет интересно понаблюдать, — ухмыльнулся Драко, захлопнув книгу. — Уверен, Виктор Крам точно примет участие. Эдрик от него без ума. При упоминании этого имени Гарри скривился, но промолчал, решив не начинать спор. — А из Хогвартса? — спросил он. — Как думаешь, кто может участвовать? Малфой подозрительно прищурился и фыркнул: — Ты же, кроме своих дружков, имена учеников толком не знаешь. С чего вдруг такой интерес? Даже если я назову имена — всё равно не поймёшь, кто это. — А вот и нет! — Гарри нахмурился, чувствуя, что придётся защищать свою честь. — Я всех знаю. Драко издевательски приподнял бровь. — Миллисент Булстроуд? — Э-э-э… — Гарри растерянно заморгал, лихорадочно пытаясь вспомнить, кто это. — Ханна Аббот? Сьюзан Боунс? Закария Смит? Терри Бут? — Стой, остановись! — Гарри рассмеялся и поднял руки, сдаваясь. — Ладно, ладно, ты победил. Но откуда ты всех знаешь? Драко довольно усмехнулся: — Пэнси Паркинсон и Блейз Забини — жуткие сплетники. От них я знаю, кто с кем встречается, кто кого проверял на верность, и вообще все скандалы замка. Ты всё равно не поймёшь, Поттер — слишком приличный для такой информации. Гарри закатил глаза и замолчал. Малфою это показалось подозрительным. Вспомнив, как Поттер украдкой смотрел на Чжоу Чанг, Драко хищно улыбнулся. — Скучаешь по Чжоу? — протянул он с наигранной невинностью. — Ты даже не пытаешься с ней поговорить. — Мне не о чем с ней говорить, — коротко ответил Гарри. — Она меня не интересует. Мне нравится… другой человек. Драко фыркнул, но тут же встретился взглядом с зелёными глазами Поттера. Серые глаза Малфоя слегка прищурились, он отложил книгу. — И кто же это? — Не скажу, — спокойно отрезал Гарри. — Хотя бы расскажи, какая она, — не отставал Драко, склонив голову набок. — А с чего ты взял, что это девушка? — парировал Гарри, изогнув бровь — и почти сразу пожалел, что задал этот вопрос. Малфой уставился на него слишком уж пристально, губы скривились в выражении лёгкого отвращения. — Логично же, — холодно бросил он. Гарри промолчал, лишь кивнул и прикусил губу, решив больше не продолжать этот разговор. — Пойду… э-э… спать. Спокойной ночи, — неловко произнёс он и направился к лестнице, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжалось. — Спокойной, — тихо отозвался Драко, вновь уткнувшись в книгу, хотя его глаза уже не читали ни строчки. ** На следующее утро Драко чувствовал себя на редкость прекрасно. Сидя в Большом зале за завтраком, он лениво слушал, как Гермиона снова рассуждает о правах домовых эльфов, и с лёгкой улыбкой наблюдал за сотней сов, влетающих сквозь высокие окна. Среди них был его филин — изящный, серебристо-серый, словно только что сошедший с витража. Птица мягко приземлилась прямо перед Малфоем, оставив на скатерти аккуратно перевязанную коробку. Внутри оказались самые разные сладости, явно отобранные с особой тщательностью. Нарцисса Малфой знала, как угодить сыну. Драко, не раздумывая, вытащил конфету и сунул её Гарри, который молча сидел рядом и ковырял вилкой яичницу. — Держи, — небрежно сказал Малфой. — Самая вкусная вещь, что ты пробовал. Мама специально подбирала. Гарри, чувствуя себя странно и подавленно, машинально улыбнулся и положил конфету в рот. Она действительно оказалась восхитительной — нежный шоколад, тянущаяся начинка с лёгким ароматом мёда. Но вместо радости на душе стало тревожно. Он ясно понимал, что его глупая влюблённость в Малфоя останется без ответа. — Пойду найду Эдрика, — сказал Драко, вставая из-за стола. — Он часто бывал у нас дома, эти конфеты обожал. — Он был у тебя дома? — слишком резко спросил Гарри, не успев сдержаться. Драко странно покосился на него. Вокруг стола мгновенно повисла тишина — даже Гермиона замолкла, не договорив фразу о забастовке эльфов. — Да, — сухо ответил Малфой, словно проверяя Гарри взглядом. Затем откинул коробку с конфетами в сумку. — Всё, встретимся на уроке профессора Стебль. Он развернулся и ушёл, оставив Гарри смотреть ему вслед с комом в горле и странным чувством, которое тот пытался изо всех сил не называть ревностью. Когда Драко уселся рядом с Эдриком, его вид прямо-таки излучал довольство. Он щедро делился сладостями, будто раздавал автографы. Хотя, по правде говоря, друзей у него было немного — разве что Эдрик был ближе всех, а остальные скорее шли в разряд «приятных знакомых». — Мама передала сладости, — гордо объявил Малфой, развязывая ленту на коробке. Он наблюдал, как ребята тянутся за конфетами, и улыбался так, будто устроил им благотворительный ужин. — Это же шоколадные жемчужины! — восхищённо сказал Эдрик, слегка покраснев. Он обернулся к Тео Нотту, который сидел чуть подальше. — Слушай, хочешь попробовать? Теодор изогнул бровь, но, заметив радостный взгляд Эдрика, не отказался. Судя по лёгкой улыбке и кивку, конфета ему понравилась. — Скоро у нас уход за магическими существами вместе с вами, — протянула Паркинсон с видом, будто говорила о событии вселенского масштаба. Она слегка наклонилась вперёд, явно рассчитывая, что кто-то уловит её новые духи. — Драко, чувствуешь аромат? Малфой сделал вид, что не услышал вопрос. — Пахнешь как сладость, — хмыкнул Блейз, склонившись чуть ближе к её шее. — Италия? — Мимо, — холодно отрезала Паркинсон, но уголки её губ дрогнули. *** Хагрид стоял возле своей избушки, держа за ошейник громадного чёрного волкодава Клыка. Перед ними на земле стояли несколько корзин, и Клык сгорал от желания добраться до содержимого — поскуливал и тянул поводок так, что Хагриду приходилось удерживать его обеими руками. Из корзин доносился странный рокочущий шум, перемежающийся негромкими хлопками. — Привет! — радостно сказал Хагрид, улыбаясь Гарри, Рону и Гермионе. — Постойте пока… Ждём слизеринцев. Уж они-то точно не захотят пропустить такое — соплохвосты! Драко посмотрел на него с нескрываемым отвращением. Он терпеть не мог эти уроки и ещё меньше — самого Хагрида. Несмотря на то что история с гиппогрифом давно осталась позади, воспоминания о том, как этот «волосатый тролль» отправил его во втором курсе в Запретный лес, никуда не делись. Несколько ночей кошмаров — зрелище не из приятных. — Кто-кто? — переспросил Рон. Хагрид лишь указал на корзины. — Ф-е-е! — взвизгнула Лаванда Браун, отскакивая подальше. Существа в корзинах выглядели как уродливые, лишённые панциря омары — бледные, склизкие, с ногами, торчащими из самых неожиданных мест. Где у них была голова, понять было невозможно. В каждой корзине их было не меньше сотни, дюймов по шесть длиной. Они слепо ползали друг по другу и с противным стуком ударялись о стенки. От них ощутимо разило тухлой рыбой. Время от времени из заднего конца какого-нибудь соплохвоста вылетали искры, и его с негромким «пафф!» швыряло вперёд на несколько дюймов. Драко, сжав губы, отчаянно старался выглядеть невозмутимым, но цвет лица его выдавал. — Меня сейчас вырвет, — пробормотал он так тихо, что Гарри едва расслышал и удивлённо посмотрел на него. — Меня сейчас вырвет! — уже громче повторил Малфой, бросив на Гарри раздражённый взгляд. — Хочешь, чтобы я руку подержал? — с самым невинным видом поинтересовался Гарри. — Ой да пошёл ты, — процедил Драко, тяжело выдохнув. — Твои манеры бесят. Гарри хотел было что-то ответить, но его взгляд вдруг зацепился за Эдрика Берка. Тот стоял чуть поодаль рядом с Теодором Ноттом, как всегда спокойно и собранно. Гарри почувствовал, как в груди неприятно кольнуло раздражение — уж слишком часто Берк держался близко к Малфою. Урок у Хагрида оказался сущим кошмаром, и Драко едва дождался конца, чтобы сбежать подальше от соплохвостов. Теперь, сидя в Большом зале, он с неожиданным интересом наблюдал за Гермионой, которая набрасывалась на еду так, словно не ела три дня. Это выглядело, мягко говоря, не по этикету, но Малфой решил пока промолчать — ещё будет время поддеть её при случае, когда станет скучно. — Скоро идти на Северную башню, — устало пробормотал Гарри, положив голову на стол и медленно считая до трёх, чтобы успокоиться. — Профессор Трелони… я её терпеть не могу. Рон лишь кивнул, запивая еду тыквенным соком. — А почему бы не отказаться, как мы с Драко сделали? — тут же заметила Гермиона. — Не знаю, — коротко ответил Гарри, не поднимая головы. Драко, сидевший рядом, неожиданно протянул руку и провёл пальцами по его растрёпанным волосам, как будто невзначай приглаживая их. Движение было медленным и почти ленивым — для Малфоя это означало не больше чем лёгкий жест заботы о друге. Но Гарри замер, едва уловив это прикосновение. Приятно ли это было? Абсолютно. Когда студенты начали расходиться, Гарри с лёгким разочарованием заметил, что Драко поднялся из-за стола. Поттер тяжело вздохнул, понимая: от урока Трелони всё равно не сбежать. — Что ж, увидимся в холле, — небрежно бросил Малфой и направился к выходу вместе с Гермионой. *** Гарри вошёл в переполненный холл и тяжело вздохнул. Он всё ещё ощущал раздражение после урока Трелони — ну какие, к чёрту, сатурны и планеты? Но стоило ему увидеть, как по направлению к ним идёт Драко Малфой, словно весь коридор принадлежал ему одному, как настроение Гарри заметно улучшилось. Есть такое чувство — видишь человека, и будто воздух становится чище, шаги легче. Гарри испытывал его каждый раз, когда взгляд невольно останавливался на Малфое. Он никому об этом не рассказывал, опасаясь, что друзья решат: Поттер окончательно сошёл с ума. — Уизли, про твоего отца пишут, — небрежно произнёс Малфой, протягивая «Ежедневный пророк». Рон резко выхватил газету и, нахмурившись, уставился в текст. Гарри почувствовал, что раздражение после прорицаний понемногу рассеивается. — У нищих жизнь не сказка, верно? — лениво бросил Драко с характерной издёвкой. — А у белых куриц лучше? — тут же парировал Рон, закатив глаза. Они привычно сцепились взглядами, как всегда готовые перейти к словесной дуэли. Гарри и Гермиона знали этот их ритуал наизусть и уже не воспринимали всерьёз. — Ну уж нет, парень! — раздался резкий окрик. В холле наступила тишина. По мраморной лестнице, тяжело опираясь на костыль, спускался Грюм. Его настоящая рука сжимала палочку, направленную прямо на белого хорька, дрожавшего на плитах пола — точно там, где секунду назад стоял Малфой. — Он тебя задел? — пророкотал Грюм сиплым голосом. Его живой глаз смотрел на Гарри, а магический бешено вращался, будто заглядывая сквозь стены и людей. — Что? Нет! — резко сказал Гарри, чувствуя, как сердце ухнуло вниз. — Отпусти его, — рявкнул Грюм Эдрику, но Гарри едва услышал. Он не сводил взгляда с маленького дрожащего зверька. — Нет, не трогайте его! Он ничего мне не сделал! — выкрикнул Поттер с такой злостью, что Грюм даже замер, окинув его внимательным взглядом. Хорька опустили на пол, и он тут же сорвался с места. Гарри бросился за ним, не обратив внимания на возмущённый голос Макгонагалл и гул толпы. К счастью, Малфой не успел убежать далеко. В тёмном углу, у подножия колонны, хорёк сидел, свернувшись клубком, и дрожал всем телом. — Эй, Малфой… всё в порядке? — тихо сказал Гарри, осторожно присаживаясь рядом. — Не переживай, ты скоро снова станешь человеком. Он не подумав провёл рукой по мягкой спине зверька. На мгновение мех показался ему удивительно тёплым. Но тут же Гарри отдёрнул пальцы, будто испугавшись собственной смелости. — Прости… наверное, не стоило… — начал он. Но хорёк вытянулся, задрожал — и через миг на холодных плитах сидел уже Драко. Волосы растрёпаны, взгляд злой и красный от унижения. Малфой резко выпрямился, сжимая кулаки. Его взгляд был полон гнева и унижения одновременно. — вот же урод, да что он себе позволяет! Гарри стоял рядом, внимательно слушая, как Драко злится. Он видел, как дрожат плечи Малфоя, как краснеют глаза, как сжатые зубы с трудом сдерживают слова, которые хотели вырваться наружу. — Если мама и отец узнают… — продолжил Драко, почти шепотом, но с такой силой, что Гарри почувствовал напряжение всей его фигуры. Не думая, Поттер осторожно обнял Малфоя за плечи, чтобы хоть как-то поддержать. Драко замер, его глаза расширились, тело напряглось. Минуту они просто стояли так, мир словно остановился. Но Малфой резко оттолкнул Гарри, выпрямился и отступил на шаг, стараясь вернуть хотя бы видимость собственного достоинства. Его глаза сверкали, губы были сжаты в тонкую линию, а руки продолжали непроизвольно дрожать. Гарри лишь мягко улыбнулся, не делая шага назад. Он чувствовал, как гнев и раздражение Малфоя постепенно сменяются внутренним смятением. — Всё будет хорошо, — тихо сказал Поттер, голос был ровным и спокойным. — Никто тебя не осудит. Никто тебя больше не тронет. Драко тяжело вздохнул, опуская плечи, словно отпуская весь накопившийся гнев и напряжение. Гарри почувствовал, как напряжение вокруг него уходит, и осторожно положил руку на плечо Малфоя.