Закрой глаза, идиот

— Будь уверен в себе, получай хорошие оценки, — безэмоционально проговорил Люциус. Драко, переполненный эмоциями, восхищённо кивнул. Совсем скоро он окажется в Хогвартсе, где, возможно, станет лучшим учеником. Конечно, если приложит усилия. — Береги себя, — Нарцисса тепло улыбнулась, но тут же посерьёзнела. Они стояли среди множества детей, собравшихся отправляться в школу. Малфой был уверен: он обязательно затмит всех. Драко твердо шагнул в сторону поезда, держа голову высоко, словно напоказ всему миру. На перроне шумели провожающие, звучали прощания и пожелания удачи. Нарцисса успела еще раз поправить его галстук и шепотом произнести что-то ободряющее, но он уже не слушал. Его мысли были заняты только Хогвартсом. Поднявшись по ступенькам вагона, Драко оглянулся. На секунду он почувствовал, как внутри шевельнулось легкое беспокойство. Что, если он не оправдает ожиданий родителей? Но тут же прогнал эту мысль. Он прошел по коридору, выглядывая в окна купе. В одном из них он заметил знакомые лица — Грегори Гойл и Винсент Крэбб, которые махали ему, широко улыбаясь. Драко с легким чувством превосходства вошел в их купе и сел рядом. — Ну что, вы готовы стать лучшими в Хогвартсе? — произнес он с уверенностью, которая прикрывала растущее волнение. — Конечно, Драко! — громко ответил Гойл, кивая так энергично, что его волосы взметнулись. Крэбб просто ухмыльнулся, не утруждая себя словами. Несмотря на своё показное спокойствие, внутри у Драко бушевал настоящий ураган эмоций. Как бы он ни хотел казаться уверенным, мысли о предстоящих испытаниях не давали покоя. Что, если окажется, что он недостаточно хорош? Что, если другие студенты окажутся умнее, сильнее? Но, конечно, ничего этого он не показал. Драко Малфой не из тех, кто выдает свои слабости. Вместо этого он откинулся на спинку сиденья, сделав вид, что его полностью устраивает разговор друзей. — Я лучше всех — бросил он, устремив взгляд в окно на быстро исчезающие пейзажи. Малфой, конечно, прекрасно знал, что в жизни встречаются люди, способные вывести из себя одним своим видом. Например, тот рыжий мальчишка, выглядел как последний бедняк, и сразу же вызвал у него неприязнь. Отец часто говорил, что рыжий цвет — самый отвратительный, и Драко безоговорочно с ним соглашался. Ещё хуже было то, что этот рыжий держался так, будто он был кем-то важным. Но самое неприятное — это компания, которую выбрал Гарри Поттер. Герой, о котором мама рассказывала сказки на ночь, единственный, кто выжил после встречи с Тёмным Лордом, — он стоял рядом с этим Уизли! Для Драко это был откровенный провал. Ему хотелось высказать всё, что он думает, а может, и устроить драку, но вовремя вмешалась профессор Макгонагалл, разгоняя толпу и заставляя всех вернуться к распределению. Она прям спасла придурка от такого опасного Драко! Когда очередь дошла до него, Драко почувствовал нервозность. Что, если всё пойдет не так, как он ожидал? Что, если его не отправят в Слизерин? Это был бы позор, немыслимый для рода Малфоев. — Драко Малфой, — раздался голос профессора. Сортировочная Шляпа села на голову Драко Малфоя, и тот мгновенно почувствовал, как внутри него что-то напряглось. Он знал, что должен оказаться в Слизерине. Это было не просто желанием – это была необходимость. Слизерин был частью его наследия, его семьи, его гордости. Но голос в голове оказался не таким предсказуемым. — Хм... Интересно, — протянула Шляпа. — Есть у тебя качества Слизерина, это бесспорно. Амбиции, решимость, хитрость... Но что я вижу глубже? Смелость. Гордость, даже когда она тебе вредит. И, что самое удивительное, скрытое желание доказать, что ты не просто тень своих родителей. Драко замер. Это была какая-то ошибка. Он не мог оказаться ни в каком другом факультете, кроме Слизерина. — Ты не ошибешься, если отправишь меня туда, в Слизерин— попытался он убедить Шляпу. — Я Малфой. — О, я знаю, кто ты. Но есть в тебе что-то большее, чем просто имя. Ты способен на великие дела – не только ради себя, но и ради других. И мне кажется, Гриффиндор будет лучшим местом, чтобы раскрыть этот потенциал. Драко хотел возразить, но не успел. Шляпа громко возвестила: — Гриффиндор. Зал шумел, недоуменно глядя на происходящее. Малфой, потомок чистокровного рода, известного своей принадлежностью к Слизерину, теперь должен был сидеть за столом Гриффиндора. Стиснув зубы, Драко спустился со сцены, чувствуя, как его мир рушится. Что за... Драко с каменным лицом пересек Большой зал и сел за стол Гриффиндора, стараясь не встречаться взглядом ни с кем из своих новых « сокурсников ». Его сердце колотилось так сильно, что казалось, будто его могли услышать окружающие. Всё это было похоже на какой-то кошмар. Он крепко сцепил руки под столом, чтобы скрыть их дрожь, и уставился в столешницу. Мысли вихрем кружились в голове: Как я мог оказаться в Гриффиндоре? Что скажет отец? Что будет со мной теперь? Старшекурсники за столом, заметив напряжение среди первокурсников, решили отвлечь внимание от неловкости. Кто-то из них начал рассказывать смешные истории про своих преподавателей, пытаясь разрядить обстановку. — Не волнуйтесь, первокурсники, первый день всегда кажется пугающим, — произнёс высокий парень с яркими рыжими волосами. — Но потом вы привыкнете. Гриффиндор — лучший факультет! Драко сжал зубы. Эти слова только подливали масла в огонь. Он не мог представить себя в окружении «лучших», как выразился этот рыжий. Неожиданно девушка из старших курсов, худощавая блондинка с доброй улыбкой, наклонилась к нему. — Ты Малфой, верно? — сказала она тихо. — Не переживай, всё будет хорошо. Гриффиндор — это замечательное место, ты привыкнешь. Её искренний тон только разозлил Драко. Он резко поднял голову и язвительно бросил: — Вас никто не просил лезть в чужие дела. Девушка замерла, смущённая и явно уязвлённая его словами, но ничего не ответила. Она вернулась к своей еде, оставив Драко в покое. Шум за столом постепенно возобновился, но никто больше не пытался разговаривать с ним. Все старались не замечать его, что, с одной стороны, было для Драко облегчением, а с другой — ещё больше углубляло его панику. Он прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Не паниковать. Не плакать. Никогда. Ты Малфой. Тебя не должно волновать мнение этих людишек. Но внутри его мир рушился. Ему понадобилось всё самообладание, чтобы удержаться от слёз и сделать вид, что всё под контролем. После ужина староста Гриффиндора, высоко поднявший голову рыжеволосый юноша с идеально отполированным значком старосты на мантии, встал и громко объявил: — Внимание, первокурсники! Меня зовут Перси Уизли, я ваш староста. Сейчас мы отправимся на экскурсию по школе, а затем я отведу вас в нашу гостиную. Следуйте за мной, не отставайте. Драко почувствовал, как его губы сами собой скривились в презрении. Конечно, старостой оказался Уизли. Всё в этом дне шло наперекосяк. Рыжий цвет его начал раздражать. Толпа первокурсников с энтузиазмом встала и начала следовать за Перси. Драко, как и прежде, остался в самом конце, держась в тени. — Здесь у нас главный зал, где проходят завтраки, обеды и ужины. Также здесь проводятся важные церемонии, — с важным видом говорил Перси, словно знал каждую мелочь о Хогвартсе. Драко шел позади, практически не слушая. Его мысли были заняты только тем, как его отец отреагирует на новость, что его сын оказался в Гриффиндоре. Иногда он замечал взгляды Поттера, который иногда оборачивался назад. Эти взгляды не были злорадными, скорее изучающими, и это ещё больше раздражало Драко. — Здесь библиотека. Помните: уважайте тишину. И, разумеется, не выносите книги без разрешения. — А это кабинет зельеварения. Перси продолжал вести экскурсию с важностью человека, который явно гордится своей ролью. Драко же почти не обращал внимания на сказанное, полностью погружённый в свои мысли. Когда группа наконец достигла портрета Полной дамы, Перси с пафосом заявил: — Вот здесь и находится наша гостиная. Пароль на сегодня — «Гриффиндорская честь». Запомните его. Как банально! Да и эта пухлая дама была противной. Портрет отодвинулся, и перед ними открылось уютное помещение с камином, мягкими креслами и большими окнами. — Это наша гостиная. Здесь вы можете отдыхать, учиться и общаться. Спальные комнаты находятся наверху. Мальчики идут направо, девочки — налево. Если возникнут вопросы, обращайтесь ко мне или к другим старшим ученикам, — произнёс Перси, оглядываясь на первокурсников. Драко зашёл последним, бросив мрачный взгляд на уютный интерьер. Уют раздражал его. Всё это место раздражало его. Это было не его место. Не тот стиль, который был в его доме... Он поднялся по лестнице в спальню мальчиков, стараясь не привлекать к себе внимания. В какой-то момент Поттер снова бросил на него взгляд, полный любопытства, но ничего не сказал. Драко стиснул зубы, чтобы сдержаться, вошёл в спальню и сел на свою кровать. Всё внутри него кипело, но он молчал, твёрдо решив справиться с этим сам. Драко еще не успел толком устроиться, как в комнату вошёл высокий, немного неуклюжий мальчик с беспокойным взглядом — Невилл Лонгботтом. Вроде так. — Привет, ты, наверное, Малфой? — спросил он робко, стараясь не смотреть слишком пристально. Какой ужасный тип, ещё и спрашивает очевидное. Драко молча кивнул, стараясь сохранить холодное выражение лица. Через пару минут в комнату вошли ещё двое — ребята из Гриффиндора, которых Драко никогда раньше не видел. Они весело переговаривались, казались дружелюбными, но Драко не был к этому готов. Внутри всё сжималось от напряжения и отчаяния. Он чувствовал себя чужим среди этих простаков, и мысль, что ему придётся жить с ними рядом, вызывала почти панику. Скорее всего, лучше всего — просто закрыть глаза и попытаться уснуть, чтобы забыть обо всём. Драко лёг на кровать, стараясь унять дрожь в руках и сердце. «Завтра будет легче», — пытался он убедить себя, хотя внутри всё кричало совсем обратное. *** Утро началось для Драко с тяжёлого ощущения в груди. Он плохо спал, а всё, что происходило накануне, казалось странным и нереальным. Гриффиндор. Это слово уже стало для него проклятием. Когда за ним пришли, чтобы отвести к директору, мальчик понял, что это будет не просто разговор. Драко шагал по коридорам как в тумане, тяжело дыша. Добравшись до кабинета, он застыл на пороге, увидев своего отца. Люциус Малфой выглядел крайне недовольным — его холодные глаза прожигали сына насквозь, а сжатые губы ясно выдавали гнев. — Отец… — Драко заговорил жалобным голосом, чувствуя, как горло перехватывает. — Меня отправили в Гриффиндор! Он не выдержал и опустил голову, будто стараясь скрыть позор. Люциус окинул его мантией Гриффиндора взглядом, полным брезгливости. — Драко, я разочарован тобой, — произнёс он медленно, словно ударяя этими словами. — Но отец… Это ошибка! Я… — начал оправдываться мальчик, но его перебили. — Надеюсь на это, — холодно бросил Люциус, прежде чем повернуться к директору. — Вы обязаны перевести моего сына в Слизерин. Это недопустимо, чтобы Малфой оказался в Гриффиндоре. Дамблдор сидел за своим столом, излучая спокойствие. — Боюсь, это невозможно, мистер Малфой, — ответил он с мягкой улыбкой. Эти слова прозвучали как приговор. Драко почувствовал, как его губы начинают дрожать, но он изо всех сил старался держать себя в руках. — Но… Гриффиндор… — начал было он, но Люциус прервал его ледяным голосом. — Заткнись, Драко. Это ты во всём виноват. Эти слова были словно ножом в сердце. Драко не смог больше сдерживаться — слёзы предательски скатились по его щекам. — Малфои не плачут, — раздражённо бросил Люциус, смотря на сына с презрением. Драко молчал, чувствуя себя опустошённым и униженным. Люциус продолжал спорить с директором, пытаясь добиться перевода, но Дамблдор оставался непоколебимым. — Я уверен, что Драко сможет многому научиться в Гриффиндоре, — спокойно произнёс директор, бросив короткий взгляд на мальчика. — шляпа никогда не ошибается. Хотя эти слова были предназначены, чтобы поддержать его, Драко чувствовал, что они ничего не изменят. Люциус вышел из кабинета злым и раздражённым, даже не удостоив сына прощального взгляда. Когда дверь за родителями закрылась, Дамблдор повернулся к Драко: — Ты сильнее, чем думаешь, Драко. И ты ещё докажешь это, в первую очередь самому себе. Но эти слова не облегчали тяжести в его душе. Старый... Старый... Черт. Идиот! Старый идиот! *** После тяжёлого разговора с директором и унижения перед отцом, Драко чувствовал себя совершенно опустошённым. Он блуждал по коридорам, стараясь прийти в себя, и в итоге пропустил два занятия. Это было непростительно, и он знал, что накажет себя за это позже, но сейчас мысли путались, а чувства были слишком бурными, чтобы сосредоточиться. Следующим уроком была трансфигурация. Драко вошёл в класс, стараясь выглядеть так, словно всё под контролем, хотя внутри у него всё кипело. Он сразу же заметил Гарри Поттера, сидящего с рыжим Уизли. Это зрелище вызвало у него раздражение. Во всём виноват этот рыжий глупец. Он всё испортил. Если бы не он, Поттер бы точно присоединился ко мне, — думал Драко, сжимая челюсти. Его взгляд задержался на Гарри. Тот выглядел расслабленным, будто ничего не могло его взволновать. Драко чувствовал, что это добавляет соли на рану. Он! Этот Поттер! Герой! Вместо того чтобы быть на моей стороне, он выбрал этих никчёмных! А теперь я вынужден смотреть на это каждый день! Когда профессор Макгонагалл начала объяснять основы трансфигурации, Драко скучающе закатил глаза. — Трансфигурация — это самая сложная и точная область магии. Только упорство и сосредоточенность приведут вас к успеху, — говорила она строгим голосом. Но Драко уже почти не слушал. Ему всё казалось скучным, а Гриффиндорцы — ещё более невыносимыми. Он посмотрел на стол Поттера и Уизли, почувствовав новый всплеск раздражения. В этом классе ему нечего было делать — он мог бы учиться среди достойных, а не… здесь. Во время занятия Драко пытался сосредоточиться на словах профессора Макгонагалл, но его мысли уносились далеко от класса. Он снова и снова возвращался к утреннему разговору в кабинете директора. Мама… Как она отнесётся к тому, что я в Гриффиндоре? Нарцисса Малфой всегда была мягче Люциуса, но Драко понимал, что для неё родовые традиции тоже имеют значение. Она никогда не повысила бы голос на него так, как это сделал отец, но её разочарованный взгляд, её тихий вздох — они причиняли ему боль сильнее, чем любое слово. «Мама, наверное, переживает. Но она не станет говорить мне об этом. Просто будет молчать, глядя с печалью. Она всегда так делает, когда что-то идёт не так.» Драко стиснул зубы, почувствовав укол вины. «Я не хотел этого, мама. Я не хотел подвести тебя. Ты всегда говорила, что я — гордость семьи, но что теперь? Что ты скажешь друзьям, когда они спросят, где учится твой сын?» Он быстро отвёл взгляд от доски, чувствуя, как поднимается ком в горле. «Мама, наверное, пытается успокоить отца. Она всегда говорит, что я ещё маленький, что у меня есть время исправить ошибки. Но как я могу исправить это? Я не могу взять и стать слизеринцем. Шляпа решила.» Драко ощутил горечь. Он не привык к мысли, что что-то может быть вне его контроля. Пальцы его слегка дрожали, когда он осознал, как сильно хочет доказать ей, что он всё ещё достоин её гордости. «Я найду способ. Я стану лучшим, даже здесь. Даже в этом чёртовом Гриффиндоре. Пусть все увидят, что Малфой остаётся Малфоем, где бы он ни находился!» Эта мысль слегка успокоила его, хотя сердце всё ещё сжималось при воспоминании о её расстроенном лице. После нескольких дней в Гриффиндоре, Драко окончательно понял: он здесь чужак. Никто из однокурсников не хотел с ним разговаривать. Многие сторонились его, как будто он был заразным. Даже старшекурсники, обычно приветливые к первокурсникам, не проявляли к нему интереса. Драко старался делать вид, что ему всё равно, но внутри он кипел от злости и обиды. Гриффиндорцы были просто невыносимы. Гермиона Грейнджер, эта заносчивая всезнайка, выводила его из себя с её вечными вопросами к профессорам и поднятой рукой. — Кто вообще даёт грязнакровкам разрешение учиться в Хогвартсе? — однажды язвительно бросил он в её сторону. Она лишь вопросительно посмотрела на него. Глупая. Рон Уизли был отдельной головной болью. Его вечная неуклюжесть и громкий смех раздражали Драко настолько, что он всякий раз закатывал глаза, стоило рыжему заговорить. — У тебя даже мантию нормально подлатать не могут, Уизли. На что же вы тратите свои гроши? — однажды съязвил он, наблюдая, как у того лицо заливается краской. Но больше всех Малфоя раздражал Гарри Поттер. Поттер был двойным раздражителем. Его безмятежность и доброжелательность, как будто ничего не могло его задеть, сводили Драко с ума. А главное — он выбрал дружить с Уизли. Это было невообразимо глупым решением, по мнению Малфоя. — Поттер, ты вроде как герой. А ведёшь себя как обычный простак. Это, наверное, из-за компании, — однажды бросил он с ледяной улыбкой, проходя мимо. Поттер лишь злобно посмотрел на него. Так он стал одиночкой. Избегая общих обсуждений, садясь в стороне в классе и даже за столом в Большом зале, Драко старался изолироваться. «Пусть. Я не нуждаюсь в них. Я Малфой, и мне никто не нужен.» Но, несмотря на эту решимость, он иногда ловил себя на том, что смотрит на остальные группы студентов с лёгкой завистью. Шум в Большом зале усиливался, когда совы доставляли почту студентам. Драко сидел на краю гриффиндорского стола, стараясь не привлекать к себе внимания. Его взгляд был прикован к крупной сове, которая приземлилась перед ним, оставив коробку с его любимыми сладостями и письмо с гербом Малфоев. Он осторожно придвинул коробку ближе, стараясь не смотреть на письмо. — О-о-о, а что это у нас тут? — раздался весёлый голос. Драко поднял голову и увидел, как к нему подсаживаются двое рыжих близнецов, которых он сразу узнал как Фреда и Джорджа Уизли. Типичные идиоты. — Это семейные реликвии Малфоев? — продолжил один из них, кивая на коробку. — Или тайные инструкции, как доминировать над Гриффиндором? — добавил второй. Оба уставились на Драко с притворным интересом. — Что вам нужно? — холодно спросил Малфой, стараясь держать голос ровным. — Просто интересно, — ответил Фред. — Ты ведь наш новый друг, Гриффиндор, все дела. — Да-да, мы решили взять тебя под крыло. Научим всему, что нужно знать о настоящей дружбе. Драко презрительно фыркнул. — Я обойдусь без ваших сомнительных советов. Близнецы, казалось, не обиделись. Они продолжали изучать его, словно редкий экспонат. — Интересно, а ты хоть раз пробовал смеяться? — Ну, если судить по выражению лица, смеяться для него так же сложно, как для профессора Снейпа улыбнуться, — заметил Фред. Это было последней каплей. — Почему вы просто не отстанете? — процедил Драко, глядя на них с раздражением. — Потому что это скучно, — легко ответил Джордж. — А ты, Малфой, весьма занятный персонаж. — Но не переживай, — добавил Фред, поднимаясь. — Мы не будем надоедать слишком часто. Оба одновременно подмигнули ему и ушли, оставив Драко кипеть от злости. «Уизли! Эти рыжие идиоты!» Он бросил взгляд на письмо, чувствуя, как раздражение уступает место беспокойству. Он так и не решился его открыть, вместо этого затолкав его в сумку. Драко бродил по коридорам в одиночестве, как обычно, стараясь держаться подальше от остальных. Большинство Гриффиндорцев смотрели на него с лёгкой неприязнью или откровенным любопытством, и это только усиливало его раздражение. Но стоило ему повернуть за угол, как перед ним появились те же рыжие близнецы. — Эй, Драко, снова один? — весело спросил Фред, сложив руки за спину. — Мы думали, что ты любишь компанию, — добавил Джордж, заглядывая ему в лицо с притворным интересом. — Я предпочитаю быть один, чем находиться в обществе таких, как вы, — резко ответил Драко, продолжая идти вперёд. Но Уизли не собирались отставать. Они что глупые?! — Одинокий Малфой... Звучит, как название романа, — задумчиво произнёс Джордж. — Или трагедии, — подхватил Фред. — Только представь: "Вдали от родных змей, заброшенный в логово львов…" — Вы всегда такие назойливые? — Нет, только с теми, кто нас забавляет, — сказал Фред, подмигнув. Драко раздражённо закатил глаза. — Забавляет? Я вам не шут. — Никто и не говорит, что ты шут, — ответил Джордж. — Просто у тебя есть определённый... шарм. Драко хотел ответить, но тут заметил проходившего мимо Рона Уизли. Рыжий выглядел возмущённым, словно близнецы совершали величайшее предательство. — Вы что, серьёзно?! — воскликнул Рон, подбегая к ним. — Вы с ним разговариваете?! — Конечно, Рон, — ответил Фред, похлопав его по плечу. — Малфой — это наш новый проект. Мы делаем из него нормального человека. — Это безнадёжно, — буркнул Рон, скрестив руки. — Рон, не будь таким грубым, — укоризненно сказал Джордж. — Дай человеку шанс. Драко с презрением посмотрел на них. — Я не нуждаюсь в шансах от вашей ужасной семьи. С этими словами он развернулся и пошёл прочь, но не смог удержаться, чтобы не бросить взгляд на Рона, который выглядел так, будто сейчас взорвётся от негодования. И хотя Драко ненавидел этих Уизли, в глубине души он наслаждался их попытками его раздражать, особенно если это выводило из себя Рона. *** Солнце слепило глаза, и Драко Малфой стоял на краю поля для полётов, мрачно глядя на старую метлу, которую ему вручили. Как будто его пребывание в Гриффиндоре ещё недостаточно унизительно, ему теперь приходилось терпеть и это — полеты на устаревшем хламе, который вряд ли бы взлетел, будь он в руках достойного слизеринца. «Я не должен быть здесь», — думал он, искоса бросая взгляд на гриффиндорцев, которые слишком громко смеялись, обсуждая что-то между собой. Даже Поттер, его извечный враг, выглядел сейчас как-то слишком спокойно, словно весь мир вертится вокруг его невероятного успеха. Когда мадам Хуч начала урок, он нехотя сел на метлу, поморщившись, как будто это была грязная тряпка, а не средство для полёта. В миг раздался пронзительный крик. Невилл Долгопупс. Конечно. Его метла внезапно подскочила вверх, как бешеная, взяв его с собой. Драко лишь закатил глаза. — Невилл! Спускайся! — крикнула Грязнокровка, поднимая голову к небу. Метла потеряла управление, и через несколько секунд Невилл с грохотом упал на землю. Из кармана его мантии выпал небольшой стеклянный шарик, который прокатился по траве прямо к ногам Драко. Он поднял его, рассматривая с безразличием. — Это что, семейная реликвия? — спросил он, поворачиваясь к Невиллу, который едва поднимался с земли. — Верни! Это моё! — выкрикнул Невилл, но голос его дрожал. Драко ухмыльнулся, покрутил шарик в руках и медленно поднялся на метлу. — Если хочешь, чтобы я вернул, забери, — сказал он и, прежде чем кто-то успел вмешаться, взмыл в воздух. — Малфой! — закричал Гарри, бросаясь к своей метле. — Ты что творишь?! — Показываю вам, как летают настоящие волшебники, — выкрикнул Драко, уже набирая высоту. Гарри, не раздумывая, поднялся вслед за ним. — Спускайся! Немедленно! — крикнула мадам Хуч, но оба мальчишки уже соревновались в скорости. Драко летел высоко и стремительно, то и дело оглядываясь назад, чтобы проверить, где Гарри. Поттер мчался следом, и в его глазах пылала решимость. — Ты не на своём месте, Малфой! — выкрикнул Гарри, приближаясь. — Ты в Гриффиндоре, так что веди себя как один из нас! Драко на мгновение замер, удивлённый словами Гарри, но быстро взял себя в руки. — Гриффиндорцы? Серьёзно, Поттер? Может, ты меня научишь, как быть таким великим, как ты? Гарри нахмурился и попытался схватить шарик. — Верни его. Драко сделал резкий поворот, заставляя Гарри сменить курс. Они кружили над полем, привлекая взгляды всех учеников. — Ладно, хватит, — вдруг сказал Драко, остановившись в воздухе. Он посмотрел на шарик и с кривой усмешкой бросил его вниз. Гарри рванул за ним, падая камнем. В последний момент он поймал шарик и резко выровнял метлу, приземлившись почти идеально. Мадам Хуч подошла к нему, злобно глядя в сторону Драко, который медленно снижался. — Малфой! Это недопустимо! — её голос был яростным. Но Драко лишь пожал плечами, его лицо выражало презрение. — Если Поттер так хорош, как вы говорите, я просто дал ему шанс доказать это. Гарри посмотрел на него с раздражением, но, к его удивлению, за всем этим вызовом в глазах Драко скрывалась какая-то невыразимая горечь. Словно он сам ещё не решил, кто он здесь — свой или чужой. — Ты правда умеешь доставать, Малфой, — тихо сказал Гарри, подходя ближе. — И ты умеешь доказывать свою значимость, Поттер, — парировал Драко, хотя в его голосе звучала какая-то странная усталость. После инцидента с полётом Гарри Поттер, взявший шарик из рук мадам Хуч, не успел и шагу сделать к остальным, как из замка вышла профессор Макгонагалл. — Поттер! Малфой! Ко мне, немедленно! Её строгий голос был подобен раскату грома, и все присутствующие мгновенно затихли. Гарри бросил быстрый взгляд на Драко, который, казалось, совсем не впечатлился. Наоборот, его лицо выражало безразличие, граничащее с наглостью. Оба мальчишки проследовали за Макгонагалл в замок, оставив остальных гадать, чем это закончится. Когда они вошли в её кабинет, атмосфера стала ещё более напряжённой. В кабинете профессора Макгонагалл царила гнетущая тишина. Гарри и Драко стояли перед её столом, и оба чувствовали себя неуютно. Хотя, конечно, Малфой постарался скрыть это за своей обычной высокомерной маской. — Мистер Малфой, мистер Поттер, — начала Макгонагалл, её голос звучал как холодный ветер, — я только что увидела то что вы сделали. Гарри хотел было объясниться, но Макгонагалл подняла руку, заставляя его замолчать. — Я не хочу слышать оправданий, Поттер. Однако, — тут она прищурилась, — мне рассказали о вашем полёте. И, признаюсь, я впечатлена. Драко вздрогнул, но быстро взял себя в руки. — Впечатлены? — недоверчиво переспросил он. — Он нарушил... Правила! — А вы, мистер Малфой, — резко отозвалась Макгонагалл, — своими действиями спровоцировали этот беспорядок. Будьте благодарны, что я не пишу об этом директору. Драко сжал губы, но ничего не сказал. — Поттер, — продолжила Макгонагалл, повернувшись к Гарри, — у вас явный талант. Я редко видела, чтобы кто-то так уверенно обращался с метлой, особенно в вашем возрасте. — Эм... спасибо, профессор, — пробормотал Гарри, совершенно не ожидая похвалы. — Поэтому, — она сделала паузу, подчеркивая важность момента, — я немедленно рекомендую вас в качестве ловца квиддичной команды Гриффиндора. Глаза Гарри расширились. — Ловца? Но... — Это не обсуждается, Поттер. Ваш полёт говорит сам за себя. А теперь ступайте. Гарри, ошарашенный, развернулся к выходу, но задержался, когда услышал, как Малфой заговорил: — Это просто смешно! — его голос дрожал от злости. — Вы поощряете его нарушение правил? Если бы это сделал я... — Мистер Малфой, — резко оборвала его Макгонагалл, — если бы это сделали вы, то, возможно, заслужили бы такую же оценку. Но, учитывая ваши намерения и поведение, вам остаётся только сожалеть. Драко побледнел, но промолчал, его руки сжались в кулаки. Когда Гарри вышел из кабинета, он услышал, как дверь громко хлопнула за спиной Драко. Через мгновение Малфой догнал его, лицо его было перекошено от ярости. — Конечно, Поттер, — выплюнул он. — Тебе всё сходит с рук. Макгонагалл готова проглотить любое твоё нарушение, лишь бы сделать тебя героем. — Это ты всё начал, Малфой, — напомнил Гарри, стараясь держать голос ровным. — И что? Я только хотел показать, насколько ты жалок. Но, видимо, твоя удача не знает границ. — Это не удача, — твёрдо сказал Гарри. — Может, проблема в том, что ты не можешь смириться с тем, что ты не в центре внимания? Драко сверкнул глазами, словно собирался ударить его, но вместо этого резко развернулся и пошёл прочь. — Ещё посмотрим, Поттер, — бросил он через плечо. — Это не конец. Гарри остался стоять, чувствуя, как внутри него разгорается смесь раздражения и странного триумфа. Драко ворвался в общую спальню, раздражение едва ли не струилось от него волнами. Ему до смерти надоело это место, этот факультет и особенно эти люди. Он с шумом захлопнул за собой дверь, даже не взглянув на остальных. Невилл Долгопупс сидел на своей кровати, пытаясь связать шнурки на ботинках, но, увидев Драко, вздрогнул. Его движения замедлились, он явно не знал, что сказать. Драко проигнорировал его, стремительно пересёк комнату и бросился на свою кровать. Он хотел просто утонуть в подушках, избавиться от всего этого. Но тут его взгляд упал на сумку, лежащую в изголовье. На ней было аккуратно прикреплено письмо. Его сердце сжалось. Мать. Драко с минуту просто смотрел на письмо, не решаясь взять его. Он знал, что в нём будет. Разочарование. Упрёки. Отец наверняка в ярости. Всё это было как неизбежный удар, и Драко не хотел его получать. Но потом он стиснул зубы, резко выдернул письмо из сумки и развернул его. Почерк Нарциссы был аккуратным, почти безупречным, но в каждом слове ощущалась холодная дистанция: "Драко, Я слышала новости о твоём распределении. Не буду скрывать, это было неожиданно. Мы все думали, что твоя принадлежность к нашему роду обеспечит тебе место в Слизерине. Однако, как видишь, судьба распорядилась иначе. Твой отец крайне разочарован. Он считает, что это может повлиять на нашу репутацию. Я, конечно, тоже удивлена, но... я всё же надеюсь, что ты найдёшь способ сделать нас гордыми, несмотря ни на что. Будь силён, Драко. Я желаю тебе удачи, и помни — ты всегда можешь рассчитывать на меня. Твоя мать." Драко дочитал письмо, его руки слегка дрожали. В груди всё сжалось, как будто слова матери давили на него сильнее, чем любое наказание от отца. — Ты... ты в порядке? — пробормотал Невилл из угла, пытаясь казаться незаметным. Драко медленно поднял взгляд. Его глаза сверкали злостью, не столько к Невиллу, сколько ко всему миру, который, казалось, только и делал, что смеялся над ним. — Убирайся, Долгопупс, — прошипел он. Невилл замер, его лицо покраснело, и, не говоря ни слова, он выскользнул из комнаты, едва не споткнувшись на пороге. Оставшись один, Драко снова взглянул на письмо. Он поджал губы, затем смял его в кулаке и швырнул в сторону. Оно упало на пол, не производя никакого звука, но в его голове оно грохотало громче любого взрыва. Он уткнулся взглядом в потолок, чувствуя, как внутри него растёт ненависть — ко всему, что его окружало, и к самому себе за то, что не смог оправдать чужих ожиданий. *** Драко сидел в заднем ряду класса зельеварения, опершись подбородком на руку и сдерживая раздражение. Снейп ходил вдоль столов с царственной походкой, внимательно осматривая котлы и заставляя студентов нервничать. Это был один из тех уроков, которые Драко ненавидел: не из-за сложности темы, а из-за абсурдной несправедливости, царившей вокруг. Гриффиндор. Этот факультет стал для него настоящей пыткой. Не только из-за идиотской обстановки — шум, шутки и дружелюбие казались ему отвратительными, — но и потому, что Снейп, его бывший союзник, превратился в источник постоянных унижений. — Поттер, — голос профессора звучал как сталь, обрушивающаяся на Гарри, — если бы не ваш врождённый талант разрушать всё, к чему вы прикасаетесь, вы, возможно, справились бы с этим зельем. Гриффиндор теряет десять баллов. Гарри потупился, его плечи поникли, но он ничего не сказал. Гермиона, сидевшая рядом с ним, прошептала что-то утешительное, а Рон, скривив лицо, бросил злобный взгляд на Снейпа. Драко невольно скривился. Он заметил, что это стало чем-то вроде традиции: на каждом уроке зельеварения Снейп обязательно придирался к Поттеру. Сначала Драко находил это забавным — Поттер наконец получал то, что заслуживал. Но теперь… — Это слишком, — подумал он, наблюдая, как Снейп с усмешкой указывает Гарри на очередную ошибку. Неужели профессор не понимает, насколько это выглядит нелепо? Словно он специально пытается раздавить мальчишку. Драко отвернулся, глядя на свой котёл. Ему не нравилось чувствовать что-то вроде... жалости? Нет, это была не жалость. Скорее раздражение на всю эту ситуацию. Гермиона тем временем поднимала руку, стараясь привлечь внимание Снейпа. — Профессор, на самом деле Гарри добавил правильно измельчённые корни мандрагоры. Возможно, проблема была в... — Грейнджер, — перебил её Снейп с ледяной вежливостью, — если вы хотите руководить этим классом, вам придётся дождаться своего преподавательского диплома. Пока что, пять баллов с Гриффиндора за излишнее вмешательство. Гермиона нахмурилась, её лицо покраснело. — Великолепно, — пробормотал Драко, бросив взгляд на таблицу баллов. — Как будто нам мало было унижений. Сидеть в Гриффиндоре становилось всё труднее. Он ненавидел этот факультет, ненавидел его людей, но больше всего ненавидел свою беспомощность. Здесь он был никем. Ни один из этих глупцов не видел в нём Малфоя. Снейп тем временем продолжал свою обличительную речь, и Драко внезапно почувствовал странный укол презрения. Ему вдруг захотелось выйти из класса. Уйти от этих ненавистных людей, от нелепого Снейпа и его театрального поведения. Но он остался. Стиснув зубы, Малфой продолжал сидеть за своим котлом, хмуро наблюдая за этим спектаклем. После урока зельеварения Драко пытался выбраться из класса как можно быстрее, надеясь остаться наедине со своими мыслями. День выдался отвратительным, и ему хотелось просто исчезнуть. Но его догнали. — Эй, Малфой! — раздался позади голос Паркинсон. Он остановился, тяжело вздохнув, и обернулся. Она стояла, теребя край своей мантии, с каким-то неловким видом, будто собиралась извиняться. — Что тебе, Паркинсон? — спросил он, раздражённо глядя на неё. — Ну… — начала она, запинаясь. — Просто… Я думала… ну… Драко вскинул бровь. — Что ты думала? Прежде чем она успела ответить, к ним подошёл Блейз. Он выглядел так, будто совершенно не собирался спешить, но всё равно оказался рядом. — Привет, Драко, — сказал он, немного улыбнувшись. — Как тебе там? — Никак, — коротко ответил Драко. Он скрестил руки на груди, бросив на них обоих холодный взгляд. — Если вы пришли просто потыкать в меня палочкой, лучше уходите. — Мы не это имели в виду! — вспыхнула Паркинсон, её лицо покраснело. — Мы просто… мы думали… — Вы не думали, — перебил её Драко. — Ни на распределении, ни потом. Он шагнул вперёд, заставив её замолчать. — А теперь что? Решили проверить, как я тут справляюсь? Как мило. Блейз, который до этого выглядел расслабленно, вдруг помрачнел. — Мы пришли поговорить, Малфой, а не слушать твои жалобы. — Жалобы? — Драко усмехнулся, хотя его голос был полон злости. — Это вы жалуетесь, что я вам не пишу или не выгляжу достаточно счастливым в Гриффиндоре? Паркинсон вдруг выкрикнула: — Мы не знали, как с тобой говорить после этого! Ты же был… всегда с нами! А тут... — А тут что? — резко перебил её Драко. Она замолчала, сжав губы. Блейз откашлялся и сказал: — Никто не ожидал, что ты окажешься там, Малфой. Даже мы. — Даже вы, — хмыкнул Драко. — Я тоже. Но знаете что? Если бы вы пришли сразу, а не сейчас, я бы, возможно, понял. Они стояли молча, будто слова повисли в воздухе слишком тяжёлым грузом. — Мы думали, ты справишься, — прошептала наконец Паркинсон. — Конечно, справлюсь, — ответил он, развернувшись. — Я ведь Малфой. Или это тоже не имеет значения? Не дожидаясь ответа, он пошёл прочь, не оглядываясь. В груди смешались злость, обида и странное чувство, которое он не мог назвать. Драко шёл по коридору в сторону Большого зала, стараясь удержать лицо каменным. Его грудь сдавливало неприятное чувство, словно внутри всё кричало. "Я не буду плакать," — думал он, сжимая кулаки так, что ногти впивались в кожу. Малфои не плачут. Они терпят. Но на этот раз терпеть было сложнее, чем обычно. Он уже почти дошёл до лестницы, ведущей вниз, когда внезапно наткнулся на кого-то, кто вылетел из-за угла так быстро, что едва не сбил его с ног. — Эй! Смотри, куда идёшь, — огрызнулся Драко, пытаясь сохранить равновесие. — Это ты смотри, Малфой! — ответил Рон Уизли, раздражённо потирая плечо. Его лицо было красным, как всегда, когда он злился. Драко вздёрнул подбородок. — Ну конечно, Уизли. Потому что всегда виноват я, верно? — Обычно — да, — парировал Рон. — Удивлён, что ты ещё не успел натворить чего-нибудь. — Смешно слышать это от того, кто едва успевает на уроки и постоянно опаздывает. — Ах ты… — Рон шагнул ближе, его уши стали пунцовыми. — Знаешь, Малфой, я не понимаю, как ты умудряешься быть таким неприятным, даже находясь в Гриффиндоре. Драко фыркнул. — А я не понимаю, как ты умудряешься быть таким жалким. Наверное, это природное. Рон уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент его глаза расширились. Он резко посмотрел на часы, висящие на стене. — О, Мерлин! — воскликнул он. — Мы опоздаем на обед! — Что? — Драко нахмурился, не понимая, как Рон умудрился перейти с ярости к панике за пару секунд. — Обед! Рон уже мчался вниз по коридору, оставив Драко стоять в растерянности. — Потрясающе, — пробормотал он, качая головой. — Уизли и его желудок. Но, несмотря на всё, этот нелепый момент чуть смягчил гнев, бурливший в груди. Драко сделал глубокий вдох и направился за Роном, убедившись, что лицо его по-прежнему сохраняет неприступное выражение. Драко вошёл в Большой зал, устало оглядывая грифиндорский стол. Шум и гам, как обычно, оглушали, но он давно научился игнорировать это. Единственное, что его сейчас интересовало, — свободное место. Его взгляд остановился на одном-единственном свободном участке скамьи. Напротив Гарри Поттера. "Чудесно," — подумал Драко, но виду не подал. Он направился к месту, стараясь держаться уверенно. В голове крутилась мысль, что, будь его воля, он бы сел где угодно, только не рядом с этими двумя. Не говоря ни слова, он положил сумку на пол и сел. Рон Уизли, сидевший рядом с Гарри, даже не посмотрел на него. Он был полностью поглощён своим пирогом, жуя с таким энтузиазмом, будто на кону стояло его выживание. Гарри мельком взглянул на Драко, но ничего не сказал, продолжая наливать себе сок. Малфой сидел, невозмутимо кладя на тарелку картофель и кусок жареного мяса. Внутри всё кипело. "Просто не обращают на меня внимания," — подумал он, стараясь, чтобы вилка не дрожала в руке. Это было странно. Никто не шутил, не бросал замечаний. Казалось, его присутствие их совершенно не беспокоило. Он украдкой посмотрел на Рона, который уже переключился на запечённую тыкву, а затем на Гарри, что-то негромко обсуждавшего с другим мальчиком. Драко поджал губы и принялся есть, делая вид, что его всё устраивает. Но внутри нарастала злость. Они что, его игнорируют? Разве им не интересно, что он тут? Или, может, они нарочно делают вид, что ему тут нет места? Малфой отложил вилку, чувствуя, как закипает его раздражение. Но вместо того чтобы сорваться, он сделал глубокий вдох и решил, что им он точно не покажет своих чувств. Малфой продолжал есть, стараясь не обращать внимания, когда вдруг с лёгким толчком рядом с ним уселся Фред, будто это было для него самым естественным делом. Драко мысленно поморщился. Как этот рыжий смеет так к нему приставать... — Ох, ох, — засмеялся Джордж, усаживаясь рядом с Фредом, — слышал про вчерашний мега-взрыв в туалете? С блесками, представляешь! Угадай, кто эти гении! — Вы бы видели лицо профессора, — добавил Фред, хохоча. Драко почувствовал себя полным идиотом. Он раздражённо закатил глаза, наблюдая, как рыжие пытаются втянуть его в разговор. Мельком взглянув на Рона, который спокойно ел курицу, Драко отметил, что тот будто бы уже привык к такой компании. А вот Поттер не отрывал от него взгляда. Чёрт. Что за дурак?! Зачем он смотрит? Драко хмуро посмотрел на него, отметив эти дурацкие очки. — Хэй, Поттер, — вдруг раздался голос какого-то парня, — слышал, ты стал ловцом в квиддиче. Малфой прикусил губу, раздражённо перебивая: — Конечно, сделали. Он же великий герой, — в голосе прозвучала явная зависть и сарказм. Поттер лишь раздраженно уставился на него, но Малфой мог заметить как ему стало неловко.