Закрой глаза, идиот

Когда Гарри наконец покинул больничное крыло, получив напоследок строгое предупреждение от мадам Помфри не перегружать руку, он почувствовал легкость. он вырастил кости — и теперь ему хотелось немедленно продемонстрировать это своим друзьям. Однако, когда он добрался до гриффиндорской башни, Рона и Гермионы там не оказалось. Гарри слегка обиделся, чувствуя себя покинутым. Он развернулся, чтобы уйти, как вдруг заметил, что в гостиную входит Малфой. Малфой замер, увидев Гарри. Его взгляд скользнул к руке Поттера. — Ну надо же… здоровый, великий победитель, — насмешливо протянул он. — Ой, Малфой, не начинай, — устало закатил глаза Гарри. Драко усмехнулся. — Так что, как твоя новая рука? Чудо магии, а? — Спасибо, что спросил, отлично, — отозвался Гарри, машинально демонстрируя руку. — Надеюсь, теперь ты сможешь удержать мяч на поле, — подколол Драко, но в его голосе звучало больше добродушия, чем злобы. Поттер хотел было съязвить в ответ, но вместо этого задал вопрос, который давно его волновал: — Слушай… Ты случайно не писал мне письмо? Малфой нахмурился. — Что? — Ну, — Гарри на секунду замялся, — летом мои друзья отправляли мне письма, но я ничего не получал. Я просто подумал… вдруг ты написал? Лицо Драко на мгновение замерло, затем он фыркнул. — Нет, Поттер, я не писал. У меня есть дела поважнее, чем строчить тебе письма. Гарри вздохнул, чувствуя, как неловкость повисает между ними. — Ясно. Ладно… извини, что спросил. Малфой покачал головой, словно хотел что-то сказать, но передумал. — Забудь. *** Когда Гарри проходил мимо библиотеки, рядом с ним шел Малфой, который лениво вертел в руках какой-то пергамент. — Ну и что ты так носишься? — спросил Драко, наблюдая за тем, как Гарри вглядывается в лица выходящих из библиотеки студентов. — Я ищу Рона и Гермиону, — ответил Поттер, не оборачиваясь. — Они куда-то пропали. Малфой хмыкнул. — Звучит как их обычное поведение. Особенно твой рыжий друг — он явно привлекает проблемы. — Слушай, если не хочешь помогать, можешь вернуться в башню, — раздражённо сказал Гарри, ускоряя шаг. — Неужели ты думаешь, что мне так уж хочется бродить с тобой? — язвительно спросил Малфой, но все же остался рядом. — Это чисто ради развлечения. Мне скучно. Оба знали что это ложь. Они продолжили путь, и, когда оказались возле двери в библиотеку, оттуда вышел Перси Уизли. Его лицо светилось от довольства, явно в отличие от последней встречи с Гарри. — О, привет, Гарри, — сказал Перси, одаривая Поттера одобрительной улыбкой. — Прекрасно полетал вчера, просто отлично. Благодаря тебе Гриффиндор теперь лидирует в гонке за Кубок Школы. Пятьдесят очков! — Спасибо, Перси, — пробормотал Гарри, неловко поджав губы. Малфой фыркнул. — Ты не видел Рона или Гермиону? — быстро сменил тему Гарри. — Нет, не видел, — ответил Перси, и его улыбка заметно поблекла. — Надеюсь, Рон не залез в очередной туалет для девочек… — Туалет? — переспросил Драко, выгибая бровь. Перси лишь пожал плечами и ушёл дальше по коридору. — Уж не знаю, что творится в голове твоих друзей, Поттер, — пробормотал Малфой, глядя на Гарри. — Заткнись, Малфой, — бросил Гарри и, подумав секунду, направился в сторону туалета Плаксы Миртл. — Ты серьёзно? — спросил Драко, догоняя его. — Ты собираешься туда? — Да. Малфой на мгновение остановился, а затем всё же шагнул следом. — Если это окажется глупая затея... Поттер. Они добрались до туалета и, убедившись, что поблизости ни Филча, ни префектов нет, Гарри открыл дверь. Внутри послышались приглушённые голоса. — Я был прав, — тихо сказал Гарри, кивая в сторону закрытой кабинки. Малфой лишь скрестил руки на груди и прислонился к стене, ожидая, чем всё закончится. — Это я, — сказал Гарри, закрывая за собой дверь. Из кабинки раздались скрип, всплеск, аханье, и из замочной скважины выглянул глаз Гермионы. — Гарри! — сказала она, с облегчением узнавая его голос. — Как же ты нас напугал. Заходи… как твоя рука? — Хорошо, — ответил Гарри, протискиваясь в кабинку. Его спутник, Драко Малфой, остановился у двери, оглядывая это место с презрительным выражением. — Ох, Плакса Миртл и зелья в туалете, — насмешливо заметил он, глядя на котёл. — Прекрасно. Что вы делаете? Готовите себе еду? Рон, сидевший на перевёрнутом ведре, нахмурился. — Ты либо помогаешь, либо уходи, Малфой. — Успокойся, Уизли, я просто поражён вашим "гениальным" укрытием, — фыркнул Драко, скрестив руки. Гермиона, занятая котлом, мельком улыбнулась, не поднимая головы. — Мы решили, что это самое безопасное место, чтобы спрятать зелье, — пояснила она Гарри, проигнорировав перепалку. — Мы бы встретили тебя, но… — начал Рон, но Гарри прервал его: — Всё в порядке. Послушайте, я хотел рассказать вам о Колине… — Мы уже знаем, — быстро сказала Гермиона, добавляя в котёл измельчённый птичий горец. — Утром профессор МакГонагалл говорила об этом с другими профессорами. — Тем более надо поскорее завершить это зелье, — буркнул Рон. — Чем быстрее выясним, кто за этим стоит, тем лучше. Гарри украдкой посмотрел на Малфоя, ожидая вспышки. Но Драко только фыркнул, небрежно откинув с лица прядь волос. — Какой же ты гениальный, Уизли. Гарри проигнорировал язвительность, решив, что главное сейчас — информация. — Сегодня ночью ко мне приходил Добби, — начал он, и все трое тут же замолчали. — Добби? — переспросила Гермиона, удивлённо подняв брови. — Домовой эльф? — добавил Рон, нахмурившись. Даже Малфой, стоявший в стороне, выглядел заинтересованным, хотя и пытался это скрыть. Он нахмурился. Гарри кратко рассказал им о ночном визите Добби и о том, что тот поведал. — Тайную Комнату открывали раньше? — спросила Гермиона, размышляя вслух. Малфой слегка нахмурился, его голос стал тише: — Да, но это давно в прошлом. Говорят, открывал её один из потомков Слизерина. Гермиона внимательно посмотрела на него, и на её лице промелькнула лёгкая улыбка. — Значит, нам нужно поторопиться, — сказала она, возвращаясь к зелью. — Это всё проясняет, — торжествующе произнёс Рон, выпрямившись. — Люциус Малфой, должно быть, открывал Комнату, когда ещё учился в Хогвартсе, а теперь рассказал старому доброму Драко, как это сделать. Всё очевидно. Хотя, жаль, что Добби не рассказал тебе, что за чудовище находится там внутри. Мне бы хотелось узнать, почему никто не смог его обнаружить, когда оно шаталось по школе. — Ты совсем спятил, Уизли? — с ледяной яростью прошипел Малфой, повернувшись к Рону. Рон встал, сверля его взглядом. — Нет, просто называю вещи своими именами, Малфой. Всем известно, что твоя семья… — Достаточно! — голос Драко зазвенел от ярости. Его лицо побледнело, а глаза горели огнём. — Если ты думаешь, что можешь так говорить обо мне или моей семье, ты глубоко ошибаешься! — Может, ты и не виноват, но твой отец — это другой разговор, — огрызнулся Рон, его лицо тоже покраснело от гнева. — Хватит, вы оба! — вмешалась Гермиона, вставая между ними. Гарри попытался их разнять, подняв руки. — Рон, прекрати! Малфой, ты тоже! Мы здесь не для этого! Но Драко уже не слушал. Его голос дрожал от злости: — Конечно, как удобно свалить всё на Малфоев. Не важно, что это не я и не мой отец, важно, что это звучит убедительно для твоего узколобого мышления, Уизли! Он резко развернулся и направился к выходу. — И знаешь что, Гарри? Ты можешь продолжать играть роль миротворца, но если твои друзья не способны видеть дальше собственного носа, то мне с вами не по пути! С этими словами Драко громко хлопнул дверью и ушёл, оставив Рона кипеть от злости, а Гермиону и Гарри обмениваться обеспокоенными взглядами. Новость о том, что на Колина Криви совершено нападение, и он теперь, словно мёртвый, лежит в больничном крыле, распространилась в понедельник утром по всей школе. Неожиданно воздух наполнился всевозможными слухами и подозрениями. Первогодки теперь передвигались по замку плотными группками, чтобы в случае нападения было не так страшно. Джинни Уизли, которая сидела с Колином на уроках Заклинаний, теперь была сама не своя, но Гарри показалось, что Фред и Джордж как-то неправильно её подбадривают. Они по очереди покрывались шерстью или волдырями и внезапно выскакивали перед Джинни из-за поворотов и статуй. Они прекратили делать это, лишь когда Перси, которого, казалось, от гнева хватит удар, пообещал им написать миссис Уизли о том, что Джинни снятся кошмары. Но больше всего Гарри беспокоило поведение Малфоя. Обычно Драко был где-то поблизости, всегда готов отпустить очередную язвительную шутку или впутаться в спор с Роном. Но в последние дни он словно растворился. Гарри заметил, что Драко избегает его взгляда на уроках, а в коридорах нарочно поворачивает в противоположную сторону, если случайно замечает Гарри. — Что с Малфоем? — однажды спросил Гарри у Гермионы, когда они с Роном сидели за обедом. — Не знаю, — ответила Гермиона, оборачиваясь на далеко сидящего Малфоя. — Может, его совесть грызёт, — усмехнулся Рон, однако Гарри лишь нахмурился. Что-то в поведении Малфоя не давало ему покоя. Гарри решил, что, когда представится возможность, он обязательно поговорит с ним. Но пока что Малфой оставался так же недосягаем, как и ответы на вопросы о Тайной Комнате. Да и ещё втайне от учителей в школе развернулась оживлённая торговля талисманами, амулетами и прочими предметами защиты. Невилл Лонгботтом купил себе большую, зловонно пахнущую зелёную луковицу, остроконечный сиреневый кристалл и гниющий хвост тритона, прежде чем остальные мальчики из Гриффиндора попытались объяснить ему, что ему не стоит беспокоиться: он был чистокровным, а значит, вряд ли станет следующей жертвой. — Сначала напали на Филча, — возразил Невилл, страх ясно читался на его круглом лице. — А все знают, что я...почти Сквиб. — Невилл, не говори ерунды, — твёрдо сказала Гермиона, сидя рядом с ним за столом. — Ты не Сквиб. Да, у тебя иногда случаются трудности с магией, но это ничего не значит. — А луковица тебе точно не поможет, — добавил Рон, сморщившись, когда зловоние от покупки Невилла дошло до его носа. Гарри, наблюдая за сценой, не мог не заметить, что Невилл выглядел по-настоящему напуганным. Гарри понимал его: в школе всё чаще витало чувство, будто никто не мог быть в безопасности. Даже чистокровные маги не могли быть уверены в своей защищённости. Слизеринцы тоже ходили толпой, лишь храбрые могли усмехаться от проблем грязнакровок. Эдрик Бёрк. *** Во вторую неделю декабря профессор МакГонагалл, как обычно, обходила учеников, составляя список тех, кто остаётся на Рождество. Гарри, Рон и Гермиона сразу же записались, не раздумывая. Им нужно было завершить приготовление Многосущного Зелья, а каникулы были для этого идеальным временем. К их удивлению, оказалось, что и Драко Малфой остаётся в Хогвартсе на каникулы. — Что-то тут нечисто, — фыркнул Рон. — Почему он не едет домой? Это же Малфой, у него наверняка там горы подарков и торжественный ужин с пафосными речами. — Может, его родители заняты? — предположила Гермиона, но в её голосе звучали сомнения. — Или он что-то задумал, — подытожил Рон. Гарри же молчал, но внутри него нарастала тревога. Он не мог понять, почему это его так беспокоило. Малфой оставался — ну и что? Но странное чувство, что это решение связано с чем-то большим, не отпускало его. Ещё одна неожиданность поджидала их в списке: Эдрик Берк, второкурсник из Слизерина, тоже оставался на Рождество. Эдрик был слишком активным и открыто показывал что ненавидит магглорожденных. — Ох уж Эдрик, — пробормотал Рон, недоверчиво глядя в сторону слизеринского стола. — Зачем второкурснику оставаться на Рождество, что он забыл? — Это правда странно, — согласилась Гермиона, внимательно следя за Эдриком. — Он всегда держится обособленно, но в последнее время слишком часто сидит в библиотеке. Может, ищет что-то? — А может, он вообще ни при чём, — вздохнул Гарри, глядя на Малфоя, который как раз смеялся над чем-то в компании своих слизеринских приятелей. Малфой начал дружить с ними. Эдрик противно улыбался, глядя на Драко. И Поттер устало вздохнул. Кажется он понял. Да этот индюк по имени Драко Малфой обиделся! Вот и строит себя не пойми кого! — Ладно... Будь по твоему, — раздраженно прошептал Поттер, после чего выпил тыквенный сок.