Закрой глаза, идиот

" дорогой драко. Как твое самочувствие? Надеюсь ты не страдаешь там. Твой отец сделал все возможное, чтобы некоторые слизеринцы вели себя с тобой дружелюбно. В последнее время, ты даже не пишешь мне. Я скучаю. Нарцисса Малфой " Драко невольно уставился на письмо, после тут же устало вздохнул. Ему было стыдно. До сих пор. Отец все еще считает его чужим, а мать делает все, чтобы Малфой чувствовал себя еще подавленным. Не то чтобы она помогала, просто Драко забыть такой позор все таки не смог. Он должен стать сильнее. Драко устало вздохнул, смотря как Эдрик забавно морщится. Временно дружить с ним, было лучшей идеей. Хоть пришлось потерпеть его издевательство. Чёртов, Эдрик Бёрк! Малфой объязательно в будущем его проучит. А сейчас, приходится глядять как он ведёт себя в окружении с ним. Да будь Малфой в слизирине, этот червяк даже рот не открыл бы! — Чего такой кислый? — Слизерин улыбнулся. — Мечтаю видеть твои страдание. Последовало смех. Гриффиндорец Малфой и Слизерин Бёрк аристократично посмеялись. Хотя мысленно уже впустили пару непростительных. Даже если не умели пока что. — И почему же ты решил остаться? — Бёрк наклоняят голову, взглянув на Гриффиндорский стол. Драко решил избегать Троицу всем видом. Поэтому даже не удивился, когда заметил взгляд Поттера. Ишь хмурый какой. — Хочу проверить как живется Слизеринам. Знаешь ли... Все равно я стану главным даже если нахожусь в столь ужасном факультете, как гриффондор. — Ох, чудеса, не правда ли? — пассивная агрессия, Бёрк улыбается, — кто знает, может и другое случится. Драко почувствовал, как его раздражение закипает, когда он вновь поймал взгляд Поттера. Их глаза встретились на другом конце Большого Зала, и оба смотрели друг на друга с явным вызовом. Поттер нахмурился ещё сильнее, а Драко поднял подбородок, стараясь выглядеть равнодушным. — Прямо дуэль взглядов, — лениво прокомментировал Эдрик Бёрк, перекладывая свой перстень с одного пальца на другой. — Может, уже померяетесь силами? Хотя, честно говоря, зрелище не из лучших. — Молчи, Бёрк, — отрезал Драко, даже не отрывая взгляда от Поттера. Эдрик только хмыкнул, но его развлекала эта сцена. Крэбб, сидевший рядом, внезапно захлопал руками по столу, привлекая всеобщее внимание. — Слушайте, кто первый добежит до гостиной, тот… получит много сладостей! — заявил он, словно придумал самую оригинальную идею на свете. Драко и Эдрик одновременно посмотрели на него, потом переглянулись друг с другом. На мгновение их лица исказились презрением, но затем оба ухмыльнулись, словно между ними возникло негласное соглашение. — Договорились, — коротко бросил Драко, вскакивая со своего места. — Держись, Малфой, — сказал Эдрик, следуя его примеру. Они бросились к выходу из Большого Зала одновременно, толкаясь плечами и стараясь перехватить друг друга. Остальные ученики, включая Поттера и его друзей, с удивлением наблюдали за их внезапным забегом. — Да что с ними? — пробормотал Рон, глядя, как Малфой и Бёрк буквально вылетают за дверь. — Понятия не имею, — ответил Гарри, нахмурившись. Между тем, Драко и Эдрик не замедляли шага, мчались по коридорам, едва не сбивая случайных прохожих. Их соперничество было очевидным, и ни один не собирался уступать другому ни дюйма. Каждый из них делал всё возможное, чтобы обогнать соперника: Драко наклонялся вперёд, сокращая дистанцию, Эдрик ловко маневрировал между студентами, но никто не собирался уступать. Когда до входа в гостиную оставалось несколько шагов, Эдрик сделал рывок, опережая Драко буквально на полшага. Он, ликуя, влетел в коридор, где неожиданно споткнулся и с силой врезался в кого-то. — Ой! — вырвалось у Эдрика, когда он, падая, сбил с ног Теодора Нотта, стоявшего неподалёку. — Чёрт возьми, Бёрк! — крикнул Драко, подоспевший вслед за ним, но резко замолчал, заметив, что Нотт уже поднялся на ноги, совершенно спокойный. — Ты в порядке? — произнёс Эдрик, торопливо поднимаясь и стряхивая пыль с мантии. Он выглядел немного смущённым, что было крайне нехарактерно для его обычно самоуверенного поведения. — Всё нормально, — спокойно ответил Нотт, выпрямляя мантию. Его голос звучал хладнокровно, взгляд оставался непроницаемым. — Ты, кажется, чересчур увлёкся. — Э-э… да, извини, — пробормотал Эдрик, стараясь не смотреть на Малфоя, который хмыкнул, сдерживая смешок. Драко прищурился, наблюдая за неожиданной переменой в поведении Бёрка. Обычно тот никогда не извинялся, особенно перед кем-то из слизеринцев, и уж точно не выглядел неловким. — Ты что, решил сыграть в джентльмена? — с усмешкой спросил Драко, скрещивая руки на груди. — У меня есть манеры, Малфой, — огрызнулся Эдрик, хотя в его голосе звучала неуверенность. Нотт поднял на них взгляд, слегка качнул головой и сказал: — Если закончили, вы двое, то, может быть, отойдёте с дороги? Драко слегка растерялся от такого хладнокровного тона, а Эдрик лишь кивнул и отошёл в сторону. Когда они направились к гостиной, Драко заметил, как Эдрик избегает его взгляда, и это только усилило его подозрения. «Что с ним? Никогда не видел Бёрка таким… мягким», — Драко, прищурившись, посмотрел на Эдрика, а затем, будто осенённый внезапной мыслью, его губы тронула хитрая улыбка. — Погоди-ка… — начал он, стараясь придать голосу насмешливую нотку. — Ты что, решил подружиться с Ноттом? Эдрик замер на мгновение, его лицо исказилось смесью смущения и раздражения. — Что за чушь ты несёшь, Малфой? — отозвался он, хотя румянец начал проступать на его щеках. — О, это именно то, что я думаю! — продолжил Драко, весело рассмеявшись. — Ты, великий и ужасный Бёрк, решил завести нового друга? Неужели я недостаточно хорош для тебя? Эдрик бросил на него сердитый взгляд. — Малфой, прекрати. Это было случайно, понятно? — О, конечно, конечно, — протянул Драко, с трудом сдерживая смешок. — Просто случайное извинение, которое почему-то звучало так, будто ты собираешься пригласить его в «Клуб джентльменов». Эдрик фыркнул, отворачиваясь, но Драко не собирался отступать. — Ты покраснел, Бёрк, — заявил он с лукавой улыбкой. — Значит, я прав. — Не льсти себе, Малфой, — огрызнулся Эдрик, хотя румянец на его лице стал только ярче. Драко не мог сдержать смех. — Это просто восхитительно. Надеюсь, ты расскажешь Нотту о своих глубоких чувствах, — продолжал он, преувеличенно драматично кладя руку на сердце. — Малфой, заткнись! — Эдрик толкнул его в плечо, но Драко лишь хохотнул ещё громче. — Ладно, ладно, я закончил, — наконец сказал Драко, поднимая руки в жесте капитуляции, хотя в его глазах всё ещё плясали искорки веселья. Бёрк сердито шагнул в сторону, стараясь игнорировать Малфоя, но тот шёл рядом, явно наслаждаясь каждой секундой. «Может, дружба с Бёрком не такая уж плохая идея», — подумал Драко, довольный своим маленьким триумфом. *** Урок зельеварения шёл своим чередом. Драко Малфой сидел рядом с Крэббом и терпеливо перемешивал своё Раздувающее Зелье. Ему было всё равно, что Снейп, проходя мимо, уделил больше времени Гойлу и Бёрку, которые возились с ингредиентами. Они всегда справлялись — если не умением, то наглостью. Малфой украдкой посмотрел на Поттера, который сидел впереди. Гарри, казалось, был необычно тих. Его рука скользнула в карман мантии, а затем быстро вернулась. Драко напрягся. Он уже привык, что если Поттер выглядел подозрительно спокойно, за этим всегда следовала катастрофа. — Чего уставился? — шепнул Крэбб, бросая взгляд на Малфоя. — Поттер что-то замышляет, — едва слышно пробормотал Драко, не отводя взгляда. В этот момент всё и произошло. Раздался свист, яркая вспышка искр, и в следующее мгновение котёл Гойла взорвался. — О, нет! — закричал кто-то. Комната наполнилась дымом, брызгами зелья и паникой. Драко ощутил, как что-то горячее попало ему на лицо. Он поднёс руку к носу, но тут же почувствовал, что он увеличивается. — Чёрт! — воскликнул Драко, хватая салфетку и прижимая её к лицу. Гойл бегал по классу, махая руками перед глазами, которые увеличились до размеров блюдец. Бёрк, похоже, пытался успокоить его, но безуспешно, сам заливаясь смехом. Гарри сидел на своём месте, демонстративно смотря в котёл. Его выражение лица было слишком спокойным, чтобы быть настоящим. Снейп попытался восстановить порядок, велев всем пострадавшим подойти за Уменьшающим Отваром. Малфой, с огромным носом, едва не столкнулся с Поттером у стола. — Я знаю, что это был ты, Поттер, — прошипел Драко, глядя ему прямо в глаза. Гарри не ответил, лишь уставился на него с холодным выражением лица. Сдерживая смех. Когда опухоли спали, и урок продолжился, Драко вернулся к своей парте. — Видел? Он даже не отрицает, — сказал Малфой, обернувшись к Крэббу. — Думаешь, это Поттер? — пробормотал Крэбб, который всё ещё не понимал, что произошло. — Конечно, это он, — Малфой бросил мрачный взгляд на него. — Только Поттер мог бы провернуть такое. Но его мысли внезапно прервал тихий смех. Он обернулся и увидел Бёрка, который до сих пор усмехался, что-то шепча Гойлу. «Что ж, по крайней мере, у кого-то день удался», — подумал Драко с раздражением, чувствуя, как всё внутри кипит. *** Драко и представить не мог, что Поттер способен разговаривать на змеином языке. Это было настолько неожиданным, что потрясло всех до глубины души. Малфой был уверен, что дуэль с Поттером станет обычной демонстрацией силы, которая не изменит ни их статус-кво, ни взаимоотношений. И вдруг — Поттер заговорил на этом странном, шипящем языке, вызывая настоящий шок. Обычно змееустами становились исключительно могущественные тёмные волшебники. Эта мысль не давала покоя. Драко нахмурился, замечая, как многие ученики начали смотреть на Поттера с подозрением и даже скрытым страхом. Ещё вчера Гарри был лишь героем для гриффиндорцев, а сегодня — возможный наследник Слизерина. — Что Поттер… наследник? — Малфой уставился на Эдрика Берка, который сидел рядом с ним на перемене. — Знаешь, тебе красный совсем не идёт, — спокойно отозвался Эдрик, глядя на него со своей обычной невозмутимостью. — Я в курсе, — с раздражением пробормотал Драко, закатив глаза. — А что, если Поттер действительно наследник? Только представь: он знает змеиный язык. Знает, Драко. — Но… чтобы он?! Это нелепо! Боже, это же Поттер… Малфой поджал губы, чувствуя, как всё вокруг постепенно становится мрачнее. С каждым днём ситуация в школе накалялась. Новость о следующей жертве, которой оказалась очередная грязнокровка, привела Драко в тревожное состояние. Почему-то он вдруг начал беспокоиться за Гермиону Грейнджер. Она была единственной из троицы, кто хоть изредка общался с ним, пусть и натянуто. Что до Уизли-близнецов, то они, казалось, исчезли из поля зрения. К собственному ужасу, Драко поймал себя на мысли, что скучает по их дурацким шуткам. — Кажется, я просто схожу с ума, — тихо пробормотал он, отвернувшись от окна. На рождественские каникулы многие ученики разъехались по домам, но Драко решил остаться в Хогвартсе. Это было редкое решение, однако он чувствовал себя спокойнее, оставаясь в стенах школы. Он проводил дни с Эдриком Бёрком. И хотя это казалось странным, Малфой не мог отрицать, что всегда мечтал пожить хотя бы немного в слизеринской гостиной. Однажды вечером, когда большинство учеников уже разошлись, они с Берком сидели у камина в глубине слизеринской комнаты. Тёплый свет огня делал зелёные стены ещё более глубокими, а вода за окном создавала ощущение уюта. — Драко, — неожиданно начал Эдрик, внимательно смотря на друга, — я думал, твой отец будет в ярости, если ты останешься. — Не задавай глупых вопросов, — отмахнулся Малфой, закатывая глаза. — Ты-то почему остался? — Не твоё дело, — усмехнулся Эдрик, но в его голосе звучала тёплая нотка. Вдруг в комнату вошли Крэбб и Гойл. Оба выглядели… странно. Драко прищурился, замечая, что Крэбб теперь почему-то носит очки. Он никогда раньше их не носил. Вообще, что-то в них обоих было не так — как будто это не совсем они. Драко нахмурился, наблюдая, как Бёрк, сидящий неподалёку, лениво поднялся с кресла и направился к ним. — Ну наконец-то! — сказал он с лёгким раздражением, оглядывая их с головы до ног. — Ну, что там? Узнали? — Э-э… да… эм… — неуверенно начал Гойл, переминаясь с ноги на ногу. — Узнали! Всё в порядке, — быстро вставил Крэбб, голосом, который звучал странно натянуто. Драко продолжал сверлить их взглядом, чувствуя, что что-то здесь явно не так. — Крэбб, ты чего это вдруг очки носишь? — спросил он резко. — Э-э… — Крэбб явно замялся. — Зрение… э-э… упало. — За одну ночь? — язвительно бросил Драко, вскинув бровь. Бёрк хмыкнул и повернулся к Драко: — Может, ты просто параноик? Они же Крэбб и Гойл. Но Драко не мог отделаться от ощущения, что перед ним что-то не то. Гарри и Рон, замаскированные с помощью Оборотного зелья, старались не смотреть друг на друга, чтобы не выдать себя. Однако Драко всё равно что-то почувствовал. — Хм, ладно, — пробормотал он наконец, отворачиваясь. —потом разберёмся. Гарри и Рон переглянулись с явным облегчением, стараясь не выдать своё напряжение. Бёрк развалился в кресле у камина в гостиной Слизерина, сжимающей в руке свежую вырезку из «Ежедневного Пророка». Прочищая горло, он начал читать вслух, растягивая слова так, будто наслаждался каждым из них: — «РАССЛЕДОВАНИЕ В МИНИСТЕРСТВЕ МАГИИ…» В комнате сразу стало тише, и все обернулись к нему, включая Малфоя, который сидел неподалёку и молча нахмурился. — «Артур Уизли, начальник Офиса Неправильного Использования Артефактов Магглов, сегодня был оштрафован на 50 галлеонов за заколдовывание автомобиля магглов». Бёрк с усмешкой оглядел слушателей, будто хотел убедиться, что все обратили внимание на эту фразу, прежде чем продолжить. — «Мистер Люциус Малфой, попечитель Школы Колдовства и Чародейства Хогвартс, где ранее в этом году разбилась заколдованная машина, предложил мистеру Уизли подать в отставку». На этих словах несколько студентов одобрительно зашептались. Драко продолжал молчать, лишь немного сузив глаза. — «Уизли подпортил репутацию Министерства, — заявил мистер Малфой нашему корреспонденту. — Он совершенно не подходит для работы в законодательных органах, а его смехотворный "Акт о защите магглов" надо немедленно сдать в утиль». Закончив, Бёрк откинулся назад и бросил вырезку на стол перед собой. — Великолепно сказано, не находишь, Драко? — с легкой иронией протянул он, глядя на Малфоя. Драко молчал, хмуро смотря на потрепанный клочок газеты. Его лицо оставалось бесстрастным, но кулаки на подлокотниках кресла сжались сильнее. — Типично для отца, — сухо произнес он наконец. Бёрк пожал плечами и ухмыльнулся. — Ну, я скажу, это немного оживило утро. Уизли, похоже, опять в центре внимания. Драко, к удивлению всех, не поддержал его обычной язвительной репликой. Вместо этого он нахмурился и посмотрел в сторону. — Артур Уизли, может, и позор, — начал он, откинувшись в кресле, — но его сыновья... Фред и Джордж — совсем другое дело. У них есть талант, умеют развлекаться. Иногда даже интересно посмотреть, что они придумают в следующий раз. Рон, спрятавшийся под маской Крэбба, побагровел, а Гарри, изображавший Гойла, едва удержался от того, чтобы не подавиться воздухом. — Что? — пробормотал Рон-Крэбб громче, чем следовало. Малфой поднял на него бровь, но продолжил: — В отличие от их отца, они хотя бы умеют быть интересными. Да, Уизли — неприятные, но Фред и Джордж — исключение. Бёрк прищурился, заметив странное напряжение в Крэббе, и лениво бросил: — Крэбб, ты чего так взвился? Неужели ты фанат Уизли? Рон замялся, но Гарри тут же вмешался, стараясь отвлечь внимание: — Крэбб просто удивился, что ты можешь сказать что-то хорошее о них, Малфой. — А правда, что Криви был первым, на кого напали? — устало спросил Бёрк, меняя тему. Драко нахмурился, встал у камина и уставился в огонь. — Этот Криви… — голос стал тише, — стал каменным. Странно. — Странно? Он подошёл к Бёрку и сел напротив. — Этот парень раздражал меня. Всё время таскался за Поттером с фотоаппаратом, везде лез. А теперь… каменный. — Может, наследник Слизерина просто устал от его постоянного присутствия, — спокойно предположил Бёрк. Малфой фыркнул. — Смешно. Но если серьёзно, он был грязнокровкой. Наследник действует так, как говорил отец — избавляется от магглорожденных, одного за другим. Бёрк внимательно посмотрел на Драко. — И тебя это беспокоит? Драко встретил его взгляд, но сразу отвёл глаза, стиснув губы. — Не знаю, — наконец выдавил он. — Просто это… не то чтобы я был в восторге от магглорожденных, но кто-то действительно охотится на них. Это уже не просто слова. Бёрк кивнул, немного посерьёзнев. — Значит, в Хогвартсе скоро станет ещё напряжённее. Особенно для тех, кто связан с магглорожденными. Драко молча смотрел в огонь несколько минут, а потом тихо сказал: — Он был слишком шумным. Но… он же ребёнок. Складывалось ощущение, что в этих словах скрывается нечто большее — грусть, усталость, и даже сожаление. Малфой сидел, скрестив руки, и с каждой минутой в его взгляде становилось всё больше тоски. Он говорил о Тайной Комнате и трагедиях прошлого не с гордостью или злорадством, а словно пытаясь принять то, что не в его силах изменить. — а ты знаешь.. Кто наследник? — с осторожностью спросил "гойл" — Ты же знаешь, что нет, Гойл, сколько раз тебе нужно повторять? — его голос был ровным, без привычной насмешки, — и отец тоже ничего не рассказывает про то, когда Комнату открывали последний раз. Это было пятьдесят лет назад. Всё хранилось в секрете, и если я начну слишком много спрашивать, это вызовет подозрения. Малфой тяжело вздохнул. — Я знаю лишь одно: когда Тайную Комнату открывали в прошлый раз, одна грязнокровка умерла. И боюсь, это лишь вопрос времени, когда кто-то из них погибнет снова… Надеюсь, это будет не Грейнджер. Гарри заметил в глазах Драко мелькнувшую боль — не злость, а именно боль. Поттер понял, что ему неприятно говорить об этом, но Малфой просто не мог иначе. — В прошлый раз поймали того, кто открыл Комнату? — осторожно спросил Гарри. — О да, — ответил Драко, — его исключили, и думаю, он всё ещё сидит в Азкабане. — Отец говорит, чтобы я не высовывался и позволил наследнику Слизерина сделать своё дело. Нужно очистить школу от всей этой нечисти, но самим не впутываться. Сейчас у него и так проблем выше крыши. Помните, на прошлой неделе Министерство обыскало наше поместье? — К счастью, они мало нашли. У отца есть вещи, связанные с Тёмными Искусствами, но у нас есть своя тайная комната под столовой… Когда Рон внезапно закашлялся и начал менять облик, Малфой просто не понимающе посмотрел вслед убегающим друзьям. Бёрк посмотрел вслед убегающим Крэббу и Гойлу с явным недоумением, затем повернулся к Малфою: — Что с ними? Почему так внезапно убежали? Драко устало откинулся на диван и отрицательно покачал головой: — Тупые, как всегда. Не способны выдержать и минуты давления. Понятия не имеют, с чем связались. Он на мгновение замолчал, потом тихо добавил: — Это будет только хуже. *** Малфой, конечно, переживал, услышав, что Гермиона в больничном крыле. Его больше всего пугала мысль: а вдруг она тоже стала каменной? Ведь она грязнокровка. Решив навестить её, он, к своему большому сожалению, обнаружил там Поттера и рыжего. Гордо подняв голову, Драко закатил глаза и подошёл ближе к Гермионе. — О, Драко! Как ты? — улыбнулась она, и в этот момент Рон с Гарри выглядели довольно неловко. Прежде чем Малфой успел ответить, Рон к его удивлению тихо произнёс: — Слушай… Малфой, прости, пожалуйста, я был не прав насчёт тебя... Драко на мгновение задумался, не зная, что сказать, но потом хмыкнул и снова закатил глаза, чуть дразня Рона. Гарри, наблюдая за обменом репликами, вдруг хмыкнул и, не удержавшись, протянул руки к голове Малфоя, чуть растрепав его идеально уложенные волосы. — Эй! — воскликнул Драко, удивлённо отстраняясь и одновременно улыбаясь. — идиот! Но, несмотря на протест, Гарри продолжал гладить волосы Драко, будто пытаясь сгладить напряжение между ними. А дальше... Было легко. Четверо сидели рядом, расслабленно болтая о всяком — о школе, уроках, и даже о грядущих праздниках. Рон всё пытался пошутить, Гарри подыгрывал, а Малфой, несмотря на привычное саркастичное выражение лица, явно был в более мягком настроении. Вдруг взгляд Драко упал на Гермиону. Он заметил, что её лицо было слегка покрыто тонким пушистым слоем, словно шерсть — немного напоминало кошачью мордочку. Это выглядело странно и немного тревожно. — Эй, — тихо спросил Драко, наклонившись к ней, — что с твоим лицом? Почему оно... ну, как будто в волосах? Гарри, Рон и сама Гермиона вдруг одновременно смутились. В воздухе повисла неловкая пауза. — А, ну... — начал Рон, пытаясь казаться спокойным, — это... ну, какой-то странный эффект после той штуки... ты знаешь, мои братья. — Да, да, — подхватил Гарри, — что-то вроде временной реакции. Всё скоро пройдёт. Гермиона же просто улыбнулась, стараясь выглядеть уверенно, но в глазах мелькала лёгкая тревога. — Всё нормально, — добавила она тихо, — я поправляюсь. Просто это остатки того... инцидента с... Шутками? Малфой закатил глаза, лениво откинувшись на спинку стула. — Какие ещё шутки, Грейнджер? Неужели вы все трое такие плохие лжецы? Гермиона слегка покраснела, но вместо того, чтобы продолжить спор, вдруг сменила тему. — А как там Бёрк? — неожиданно спросила она, приподняв бровь. — Он всё время рядом с тобой. Кажется, довольно… своеобразный. Гарри и Рон переглянулись. Драко вскинул взгляд на неё и хмыкнул. — Бёрк? Он… интересный, — сказал он, немного смягчившись. — Конечно, не так умен, как хотелось бы, но у него есть своё чувство юмора. И, честно говоря, он умеет поддерживать разговор, даже если в основном это язвительные замечания. Рон фыркнул. — Да уж, большой талант — язвить. Слизеринская школа жизни, да? Малфой смерил его взглядом, но к удивлению всех, вместо того чтобы парировать, лишь усмехнулся. — А ты, Уизли, недалеко от этого ушёл, если подумать. Только твои шуточки менее остроумны. Гарри тихо засмеялся, и даже Гермиона улыбнулась. — Знаешь, Малфой, ты иногда бываешь… ну, веселым, — сказала она мягко. Драко сделал вид, что возмутился, хотя на его лице играла лёгкая улыбка. — Не обольщайся, Грейнджер. Это временно. Драко немного нахмурился, словно решая, стоит ли продолжать разговор. Наконец он скрестил руки на груди и, глядя на Поттера, произнёс: — Кстати, Поттер… Змеиный язык. Ты ведь действительно понимаешь, что это значит, да? Наследник Слизерина… или что-то вроде этого? Гарри, который до этого момента расслабленно сидел на краю кровати Гермионы, резко выпрямился. Его взгляд стал жёстким, как будто он готовился к нападению. — Я не наследник Слизерина, Малфой, — выпалил он так твёрдо, что даже Рон вздрогнул. — И если ты веришь в эти слухи, то… Драко поднял руку, останавливая его, и откинулся в кресле. — Успокойся, Поттер, — сказал он, его голос был на удивление мягким. — Я тебе верю. — Правда? — спросил Рон, всё ещё нахмуренный. — Правда, — подтвердил Драко. — Я знаю, как работают слухи. Особенно если ты на виду. Тебе не обязательно быть виновным, чтобы тебя в чём-то обвиняли. Гарри нахмурился, осматривая лицо Малфоя, пытаясь понять, искренен ли он. Но Драко выглядел серьёзным, даже немного задумчивым. — Ладно, — наконец сказал Гарри, расслабившись. — Спасибо, думаю. — Не радуйся раньше времени, Поттер, — хмыкнул Малфой, поднимаясь на ноги. — кто знает что дальше будет. Рон фыркнул, но уже не с таким раздражением, как обычно. А Гермиона улыбнулась, наблюдая за всей сценой.