Рассвет на кончиках пальцев

      День идет как обычно, пока Шото не замечает, что опять чем-то заслужил неудовольствие Бакуго Кацуки. Одноклассник половину учебного дня мерит его сложными взглядами и каждый взгляд заканчивается тем, что он недовольно хмыкает и отворачивается. Вопреки привычкам, Бакуго не кричит на него и даже не ворчит. Просто молча бросает его в немилость и уничтожает злыми взглядами красных глаз.       Тодороки чувствует себя усталым, поэтому сил на разгадку поведения Бакуго у него не остается. Он клюет носом на последнем уроке, а на тренировке действует рассеянно. В конце практического занятия он почти рад, что всё закончилось и возвращается к себе в комнату, чтобы сделать домашнее задание. Шото то и дело оборачивается в злосчастный угол комнаты, но видения больше его не преследуют. Он проводит в тишине и спокойствии вечер, пока не наступает ночь.       Тойя снова здесь.       Сидит за письменным столом, сложив руки на коленях. Белокурая голова склонилась над столом, а лицо повернуто в сторону кровати, где лежит Шото. Он вновь выглядит так же, как и вчера. Обрывки белого одеяния выделяются подгоревшими кончиками, и Тодороки мерещится, что от Тойи исходит запах гари. Сегодня он ближе к Шото, и если встать с постели и сделать пару шагов, он вполне сможет его коснуться.       Белки глаз выкатились и взгляд сияет всё тем же безумием. Оскал кажется шире, но Шото уверен, что это страх в его голове сильнее искажает иллюзию. Тодороки ощущает, как собственное тело замирает в параличе. Он почти перестает дышать, вглядываясь в знакомый образ. Тойя так близко, что Шото видит, как с безымянного пальца его правой руки с мясом оторвался ноготь и свисает на тонкой ниточке кожи, слегка раскачиваясь.       Тодороки судорожно вздыхает и готов поклясться, что слышит, как Тойя тоже дышит, только натужно и хрипло, словно это дается ему с трудом. Шото закусывает губу и чувствует, как из левого глаза выкатывается горячая слеза. Ему страшно, очень страшно. Шото хочется прогнать призрака из комнаты, но он не знает, как это сделать. Вряд ли сегодня ему снова благодушно поможет в этом ветер.       Тойя не двигается, только напряженно дышит и смотрит в глаза. И Шото не знает, что хуже — если бы его брат, наконец, сделал хоть какое-то движение, или если бы продолжил сидеть, как статуя, неподвижно. Слезы паники застилают глаза и комната мутнеет. Тодороки боится смаргивать слезы, но они перекрывают зрение и Шото, наконец, вынужден моргнуть.       Он тут же распахивает веки и видит, что стол пустует. Шото порывисто садится и пытается выпутаться из одеяла. Он вылетает из комнаты со скоростью света и несется прочь по коридору. Не сделав и пары шагов, он чувствует, как его одолевает одышка. Он тяжело впускает и выпускает из легких воздух, дыхание под бег не подстраивается.       Опомнился Шото только на кухне, где снова наливает себе воды и старается угомонить взбешенное от страха сердце. Тодороки не глядя плюхается на диван в гостиной и приказывает своему телу расслабиться. Слезы катятся по щекам одна за другой, он тихо всхлипывает и невидящим взглядом смотрит на луну за окном. Губы трясутся и Шото закусывает их зубами изнутри. Ему было жаль, по-настоящему жаль, когда Тойя погиб. Если бы всё закончилось иначе, они могли бы снова видеться. Но Шото ни за что не мог бы подумать, что теперь он будет видеть его вот так, и таким, какой он был до того, как испустил дух. Ему нужна помощь.       Он так и засыпает, развалившись ничком на диване, напряженный и заплаканный. Слезы на лице еще не успевают просохнуть, а чьи-то руки уже снова накрывают его пледом.

***

      Шото убивает всю субботу на поиск информации в интернете. Обращаться прямо за помощью к знакомым или семье у него нет никакого желания. Всё, что ему нужно — это убедиться, что он не находится под действием квирка и разобраться, что на самом деле происходит. Поиски приводят его на сайт частного психотерапевта. Если верить записям, врач обладает 16-летним опытом терапии и, к тому же, обладает весьма интересной причудой. Причудой «Анализ». Под достижениями врача мелким шрифтом написано, что его причуда способна определить, находится ли человек под воздействием чужого квирка.       Шото облегченно вздыхает, молча радуясь тому, что он не зря угробил весь день на изучение информации. Единственное, что приводит его в замешательство — это то, что врач находится не в Мусутафу, а записи на ближайший день нет. Одинокое свободное окошко — это утро среды, куда он еще может успеть записаться. Шото решается моментально и вводит свои данные. Если что-то не сложится, запись всегда можно отменить, а вот ждать дольше смысла нет.       Еще одно счастливое совпадение — сайт спрашивает о возрасте, но не требует согласия от родителя или опекуна для несовершеннолетних. Достаточно только поставить галочку возле «да, разрешено», и он записан на прием. Шото горько хмыкает думая о том, что судя по статистике самоубийств в Японии, нет ничего удивительного в том, что на прием к психотерапевту так легко пускают даже детей. Он захлопывает ноутбук и смотрит в окно на сгущающиеся сумерки. В голове проносится мысль о том, что, может, лучше не спать? Каждый раз он ложится и посреди ночи его будит направленный на него сумасшедший взгляд брата. Но он быстро отметает эту мысль, как бесполезную. Совсем не спать у него не получится, и стоит беречь хотя бы те пару часов, что он успевает подремать в гостиной до рассвета.       Шото вдруг приободряется, вспоминая, что на выходные большинство ребят уезжают к родителям, и, может, ему просто поспать сегодня в гостиной? Вдруг новая обстановка поможет отгородиться от тревожности и Тойя не появится? Но эта мысль растворяется в сомнении. Если он будет видеть Тойю и в гостиной, то тогда ему вообще нигде не останется места, чтобы выспаться.       Тодороки зевает. Он измотан от стресса и недосыпа, но идея лечь и поспать всё еще кажется ему опасной. Он знает и понимает, что проблема существует только в его голове, но все равно не может расслабиться и отпустить ситуацию. Поэтому Шото решает сделать домашнее задание на следующую неделю и садится за стол. Его тут же окутывает волна неуютного чувства. Ночью тут сидел Тойя…       Он яростно мотает головой из стороны в сторону, заставляя свой мозг заткнуться и перестать подбрасывать ненужные образы. Шото остервенело хватает канцелярские принадлежности, уверенно открывает тетрадь и отвлекается на учебу. Ближе к ночи его глаза слипаются, и Шото опускает голову в кольцо рук, сложенных на столе. Взгляд устремляется на собственные ноги и Тодороки старается не думать вообще ни о чем.       Спустя час его будит ото сна горячее дыхание на шее. Шото открывает глаза и его тут же окатывает ледяная волна ужаса. Он все еще лежит лбом в кольце своих рук, но взгляд устремлен в пол, и периферийным зрением Тодороки отчетливо видит, что рядом со столом, возвышаясь прямо над ним, стоит Тойя. Шото способен разглядеть только его ноги, но Тойя ближе, чем когда-либо. Каждую ночь он всё ближе и ближе…       Шото едва слышно всхлипывает и конвульсивно вцепляется пальцами в локти. Сапоги от костюма Тойи, так же, как и вся его одежда, пострадали от адского огня. Из прожженного материала выглядывают изуродованные пламенем ступни ног. Шото чувствует запах горелой плоти. Он с силой зажмуривается, прекрасно зная, что это плохое, ужасное решение. Но он и не думал, что не видеть лица Тойи будет еще страшнее, чем терпеть его взгляд. Тодороки роняет слезы из зажмуренных век, но отказывается открывать глаза. Он слышит хриплый, обреченный вздох где-то над своей головой, а затем громкий, разочарованный рык. Шото сотрясается всем телом и только сейчас задается вопросом, осязаема ли вообще эта галлюцинация и может ли Тойя что-то сделать на самом деле?       Еще один негодующий рык. А затем звук хромых удаляющихся шагов. Когда шаги останавливаются, Шото распахивает глаза и подскакивает из-за стола, как ужаленный. Он не смотрит по сторонам, просто в мгновение оказывается у выхода, с силой дергает ручку и выбегает в коридор, оставив дверь открытой. Он падает на лестнице и расшибает колено. Шото игнорирует боль и бежит дальше, не оглядываясь.       Когда он оказывается в темноте гостиной, он на секунду замирает, но знаков преследования нет. Шото берет в руки диванную подушку, жестко сминает ее ладонями, а потом его вдруг прорывает и он начинает рыдать, утыкаясь в нее лицом. Шото душит всхлипы в подушке и тихо-тихо плачет, заливая ее слезами. Что с ним происходит?