Рунный король Вестероса

Винтерфелл

             Месяц, проведенный в землях Старков, оказался на редкость плодотворным.       Север, суровый и недоверчивый к чужакам, раскрывался перед Леоном с неожиданной стороны. Возможно, дело было в его репутации, возможно — в щедрых дарах, но двери замков распахивались перед Конунгом одна за другой.       Леон навестил многих. Амберы из Последнего Очага оказались слишком дикими и шумными на его вкус — их варварские обычаи напоминали худшие черты одичалых, лишенные той свободы, что была у Вольного народа.       Зато в Барроутоне его ждал сюрприз. Леди Барбри Дастин, женщина с ледяным взглядом и острым умом, приняла его с уважением. Её муж, лорд Виллам Дастин, пережил восстание Баратеона, но сгорел от лихорадки после трех лет, оставив жену править довольно огромной территорией.       Еще большим сюрпризом стал визит молодого Домерика Болтона. Наследник Дредфорта оказался вежливым, начитанным и совершенно непохожим на те жуткие слухи, что ходили о его роде. Правда Леону казалось, что он должен был умереть около года или двух назад.       Он искренне интересовался устройством Нордхейма и искал дружбы.       Но самыми теплыми были встречи с Мормонтами. Мейдж Мормонт и её наследница Дейзи прибыли лично, чтобы выразить почтение.       — Конунг Леон, — Мейдж, крепкая женщина в кольчуге, крепко пожала ему руку. — Рада встрече дорогой друг. Я ожидала, что вы навестите нас в скором времени, но не ожидала встретиться спустя столько лет.       Леон лишь рассмеялся. Отношения с Медвежьим Островом стали примером того, как руны и понимание ресурсов могут преобразить беднейший регион. Шесть лет назад, услышав от Джиора о бедственном положении его дома, Леон предложил инвестиции.       — Двадцать тысяч золотых, — напомнил тогда пухляш Уоррик, сверяя записи. — И полное переоснащение флота.       Мормонты тогда смотрели на Леона как на умалишенного.       Остров, где нет ничего, кроме деревьев, рыбы и медведей? Но Леон увидел в этом бизнес-модель. Медвежий жир для медицины и смазок, шкуры, ценная древесина, копченая рыба в промышленных масштабах.       Теперь, спустя годы, Медвежий Остров процветал. Их замок был перестроен, в гавани стояли четыре новеньких драккара Нордхейма и полностью обновленные корабли Мормонтов, а их воины были одеты в качественную сталь.       — Да, Леон — сказала Дейзи, демонстрируя свои крепкие доспехи. — Мы не забываем друзей и если нужна помощь то мы всегда поможем.       Леон не просто помог им золотом. Он установил на острове малый рунный камень Плодородия, что позволило им выращивать злаки даже в их климате.       Теперь союз Нордхейма, Мормонтов и Мандерли был, пожалуй, самой мощной экономической силой на Севере, затмевая даже влияние Винтерфелла. Старки были хороши, но Леон предпочитал иметь дело за счет интересов и крепких союзов.

***

      Однажды, во время охоты в Волчьем лесу в компании Мейдж и Домерика, чутьё Леона и его магия забили тревогу.       — Стой, — тихо скомандовал он, поднимая руку.       В овраге, под корнями огромной сосны, лежала огромная лютоволчица, размером с пони. Из её бока торчал обломок рога оленя, дыхание было хриплым, предсмертным.       Вокруг неё копошились шестеро щенков, жалобно поскуливая.       — Матерь божья… — выдохнул Домерик. — Это же лютоволк. Они не заходили так далеко на юг сотни лет.       — Она умирает, — констатировала Мейдж, доставая кинжал, чтобы прекратить мучения зверя.       — Нет, — голос Леона был твердым.       Он спрыгнул с коня. Его аура вспыхнула, и волчица, уже готовая оскалиться из последних сил, вдруг замерла. Она почувствовала. Запах леса, запах стаи и запах друга.       Леон опустился на колени, его руки засветились мягким золотистым светом руны Беркана и Кеназ.       — Тише, девочка. Тише. Я здесь.       Рана затягивалась на глазах изумленных лордов. Когда волчица смогла встать, она не убежала. Она подошла к Леону и лизнула его руку, признавая власть более сильного существа.       Возвращение в Винтерфелл с семью лютоволками произвело фурор.       Дети Старков, от Робба до маленького Рикона, были в восторге. Два дня они ходили за Леоном хвостом, умоляя отдать им щенков.       — Они не домашние псы, — строго предупредил Леон, когда всё же сдался. — Это партнеры. Запрещаю сажать их на цепь или запирать в псарне. Если узнаю…заберу обратно.       Щенки нашли своих хозяев, а сама мать-волчица перешла к Лианне. Для Леона было достаточно его довольно ревнивой семейки.       Дела Старков также требовали вмешательства. Каноничной казни дезертира не случилось, но Неду всё же пришлось занести Лед.       Пойманный одичалый, грабивший стариков, лишился головы. А вот молодой разведчик Дозора, который в другой жизни стал бы дезертиром, сбежавшим от Иных, на этот раз вернулся в Черный Замок.       — Джиор сомневается, — сказал Нед, читая письмо от Лорда-Командующего. — Парень бормочет о белых ходоках.       — Не нужно сомневаться, лорд Старк, — ответил Леон, передавая письмо для мейстера Лювина. — Я отправлю своих людей для сопровождения братьев дозора. И я еще тогда говорил о угрозе с Севера. Лучше оповестить северных лордов…пусть проверяют окрестности на одичалых.       Так пролетел месяц. Политика, охота, укрепление связей. Еще одно главное событие ждало Леона во сне.       Ночью кто-то настойчиво стучался в его сознание. Это был не грубый взлом, а вежливый, но настойчивый стук.       Леон знал, кто это. Избегать контакта вечно было глупо, особенно когда твои силы укрепились достаточно, чтобы безопасно провести разгоовр. Он прикрыл глаза и позволил сознанию скользнуть в поток.       Мир вокруг изменился. Исчезли стены Винтерфелла, их сменил бесконечный снег и огромное, белое чардрево, корни которого уходили вглубь.       В переплетении корней сидел старик, почти ставший частью дерева. Из его глазницы рос корень, но второй глаз — красный, как кровь — смотрел прямо в душу.       — Приветствую, Рунный маг! — голос Трехглазого Ворона шелестел, как сухая листва и был довольно медленным.       — Рад встрече, Древовидец! — Леон стоял перед ним, не склоняя головы. Его астральное тело светилось мягким синим светом рун. — Ты был настойчив. Чего ты хочешь?       — Сотрудничества, — прокаркал Ворон. — Я знаю, ты избегаешь таких, как я. Ты строишь стены и чертишь знаки, чтобы скрыться от взора богов. Но поверь, наша цель только выживание. Ты ведь чувствуешь Их?       — Кого именно, ворона? — усмехнулся Леон. — Если ты о ледяных демонах и том огненном фанатике с Востока… то да, чувствую.       — Они угроза всему сущему. Великий Иной несет вечный холод. Рглор несет пламя, что пожрет всё. Баланс нарушен. Я прошу помощи.       — Помощи? — Леон скрестил руки на груди.       — Дети Леса, — произнес Бринден Риверс. — Их осталось ничтожно мало. Пещера больше не безопасна. Я прошу тебя принять их в Нордхейме. Твои руны, твоя земля… там они выживут. Они могут быть полезны. Их магия стара, как мир.       Леон задумался. Дети Леса в Нордхейме? Это усилит магический потенциал города в разы. Алхимия, магия природы, знания о драконьем стекле.       — Не вопрос. У меня уже живут великаны и варги. Найдется место и для Детей.       Ворон облегченно выдохнул, и ветви дерева дрогнули. — И еще… я прошу за моего наследника.       — Наследника?       — Бран Старк. Мальчик, что сейчас спит в замке. Древние боги выбрали его. Он должен принять мою ношу, когда придет время.       — Наследие… — протянул Леон, вспоминая странного, отрешенного Брана из своего прошлого мира. — И чего вы хотите? Сделать из него овощ в пещере?       — Боюсь, ты не поймешь, Рунный маг. Это наследие древних богов. Это тяжелая ноша, но необходимая для выживания мира.       «Чертово наследие, — подумал Леон. — Ладно, если парень останется собой, а не станет бездушной машиной чьих то игр.».       — Хорошо, ворона. Если мальчик окажется на моей территории, я помогу ему. Но учти…       Глаза Леона вспыхнули, и пространство вокруг него задрожало от сконцентрированной магии молнии. Это была не просьба, а предупреждение.       — Будь честен. Я не люблю Ваши интриги. Не смей использовать моих людей или меня в своих играх. Если я почувствую подвох — я найду твою пещеру, и никакая магия тебя не спасет от того, что я сделаю.       Трехглазый Ворон помолчал. Красный глаз моргнул. Он чувствовал силу этого пришельца. Это была не магия Вестероса, это было что-то чужеродное, но мощное, опирающееся на законы мироздания.       — …Хорошо, Рунный маг. Честность за честность. Я сообщу, когда Дети Леса выдвинутся. Мы далеко, но путь открыт.       Видение начало таять. Туман сгустился, скрывая дерево и старика. Леон открыл глаза в своей постели в Винтерфелле.       Он усмехнулся в темноту. Союз с Древними богами, союз с драконами, союз с великанами. Его армия против Ночи становилась всё более разношерстной. И всё более смертоносной.       — Что ж, посмотрим, кто кого, — прошептал он и снова закрыл глаза. Он боялся интриг различных богов, но и бегать от них не собирался…на каждого найдется своя управа.

***

Винтерфелл

      Спустя три дня после разговора с Трехглазым вороном, спокойствие Винтерфелла было нарушено ревом рогов. Королевский кортеж прибыл.       Леон стоял во внутреннем дворе замка, чуть поодаль от семьи Старков, но на достаточно почетном месте, чтобы его статус не вызывал вопросов. Рядом с ним стояла Лианна, её лицо было скрыто под капюшоном чуть больше обычного. Она знала Роберта лучше, чем кто-либо, и не желала быть узнанной.       Ворота распахнулись. Стук копыт сотен лошадей, скрип колес огромного дома на колесах и лязг доспехов заполнили двор. Знамена с коронованным оленем и золотым львом трепетали на ветру.       Первым въехал Джоффри Баратеон, наследный принц, с высокомерным выражением на лице, которое хотелось стереть хорошей пощечиной.       За ним следовал Сандор Клиган, Пёс, чье обожженное лицо вызывало страх у простолюдинов, но лишь профессиональный интерес у гвардейцев Леона.       А затем появился он. Король Роберт Баратеон.       Леон помнил его по рассказам могучего демона Трезубца, но с коня грузно спускался совсем другой человек. Ожиревший, красный от вина, с бородой, в которой, казалось, застряли крошки от еды. Величие в нём еще угадывалось, но оно тонуло в жире и лени.       — Боги, Нед! — прогремел голос короля, когда он заключил Старка в медвежьи объятия. — Ты же замерз тут совсем!       Старки преклонили колени. Все, кроме Леона и его людей.       Гвардейцы Ланнистеров напряглись. Джейме Ланнистер, снявший золотой шлем и встряхнувший гривой золотых волос, сузил глаза. Его рука машинально легла на рукоять меча. Он заметил, что группа людей в чёрных доспехах не склонила головы перед королем.       Роберт, отпустив Неда, наконец, заметил чужаков. Его взгляд, только что веселый, стал тяжелым.       — А это кто такие, Нед? — прорычал он, указывая на Леона. — Почему они стоят, когда перед ними Король?       Эддард Старк, чувствуя, как нарастает напряжение, быстро шагнул вперед. — Ваше Величество, позвольте представить вам нашего гостя и союзника. Это Леоннард из Нордхейма. Конунг земель за Стеной.       — Конунг? — Роберт нахмурился, перекатывая незнакомое слово на языке. — Это что, тот вождь за Стеной? Ты пустил одичалого в свой замок, Нед?       — Не одичалого, Ваше Величество, — спокойно произнес Леон. Его голос был ровным, но разнесся по двору так, что заглушил шепот толпы. Он сделал шаг вперед.       — Я правитель вольного города Нордхейм. Мы не подданные Железного Трона, но мы друзья Старков. И потому мы приветствуем вас как равного, Король Роберт.       Тишина стала звенящей. Джейме Ланнистер сделал шаг вперед, но Роберт вдруг расхохотался. Громко, раскатисто, хлопая себя по огромному животу.       — Равного! Ха! Слышишь, Нед? Да ты с яйцами! — Роберт подошел к Леону вплотную.       Он был огромен, но Леон, благодаря своему магически усиленному росту и атлетизму, смотрел ему прямо в глаза, не задирая головы.       — Да видимо ты прав…раз выглядишь слишком чистым для дикаря и слишком богатым.       Роберт окинул взглядом доспехи Леона, качество которых превосходило даже королевские латы, и заметил рукоять меча на поясе.       — Слышал я про город за Стеной. Варис все уши прожужжал. Говорит, вы там колдуете и торгуете лучше, чем Браавос.       — Мы просто умеем работать, Ваше Величество, — улыбнулся Леон. — И умеем праздновать. В честь вашего прибытия я приказал открыть бочки с моей лучшей водкой. Говорят, она валит с ног даже великанов.       Глаза Роберта загорелись. Упоминание выпивки мгновенно стерло дипломатическое напряжение.       — Водка? Это то пойло, от которого у Тириона потом три дня голова болела? — Роберт снова хохотнул и хлопнул Леона по плечу с такой силой, что обычный человек упал бы.       Леон даже не пошатнулся.       — Мне нравится этот парень, Нед! Он не кланяется и сразу предлагает выпить! Вечером проверим твою водку, Конунг!       В этот момент из кареты вышла королева Серсея. Её холодная красота была безупречна, но взгляд зеленых глаз был полон презрения к Северу. Однако, когда её взор упал на Леона, в нём мелькнул интерес.       Он не был похож на северян. Он был высок, красив дикой, хищной красотой, а его одежда кричала о богатстве, которое Ланнистеры привыкли считать своей прерогативой.       Леон склонил голову в легком, учтивом поклоне — ровно настолько, чтобы проявить вежливость к даме, но не подчинение королеве.       — Ваше Величество, — произнес он. — Север стал светлее с вашим появлением.       Серсея вскинула бровь, уголок её губ дрогнул в подобии улыбки.       — Конунг… Леон, верно? Не ожидала встретить за Стеной кого-то, кто знает манеры. Я слышала, вы снабжаете Семь Королевств мехами и стеклом.       — И многим другим, миледи. Надеюсь, вам понравятся мои дары.       Джейме Ланнистер, стоявший рядом с сестрой, не сводил с Леона глаз. Его глаза оценивали Леона и его гвардейцев. Леону было все равно на оценку цареубийцы, но вот его гвардейцам немного не понравилось столь изучающее выражение лица. Один из них хлопнул копьем.       — Ха, вижу вы хорошие бойцы, — проговорил Джейме и потеряв интерес направился в сторону уходящей королевы.

***

      Большой зал Винтерфелла гудел. Вино и эль лились рекой, но на этот раз к ним добавилась прозрачная, как слеза, водка из Нордхейма.       Леон сидел за высоким столом, но не рядом с королем, а чуть поодаль, рядом с Тирионом Ланнистером, который сам подсел к нему с кубком в руке.       — Значит, это вы, — проговорил Бес, с нескрываемым любопытством разглядывая Леона своими разноцветными глазами. — Человек, который заставил великанов класть кирпичи, а одичалых — мыться. Должен признать, я восхищен.       — Лорд Тирион, — кивнул Леон, поднимая свой кубок. — Слышал, вы любите читать и расширять свой кругозор. Я всегда буду рад принять тебя в своем городе. Я уважаю людей которые не сдаются и стараются развиваться…несмотря на все трудности.       — Не искушайте меня, Конунг. Я могу сбежать от своей дражайшей семьи прямо сейчас, — усмехнулся карлик. — Скажите честно, это всё магия? Варис шепчет о странных камнях, что греют землю и камнях что горят вечно.       — Магия лишь инструмент…лично меня куда больше интересует понимание мира. Инженерное дело, селекция, гигиена и всякие политические приемчики, — Леон улыбнулся и предложил карлику вина. — Насчет камней то не спорю, они есть. Просто это не та магия к которой вы все привыкли.       — Про вас многое говорят, например то что вы повелеваете самой землей?! — тихо, почти шепотом проговорил Тирион, внимательно глядя на Леона.       Леон не дрогнул. Он улыбнулся той улыбкой, от которой становилось не по себе.       — Сказки, друг мой. Людям нужны интересные легенды. У меня есть единороги, лютоволки, великаны и мамонты. Так что я привык ко всяким нелепым выдумкам! Я не какой-то повелитель или владыка. Я просто понимаю мир по другому чем остальные.       В центре зала Роберт Баратеон, уже изрядно пьяный, громко спорил с Недом, но вдруг его взгляд нашел Леона.       — Эй, Конунг! — заорал король, расплескивая вино. — Иди сюда! Скажи мне, это правда, что ты убил дюжину великанов голыми руками?       Леон плавно поднялся и подошел к королю. Гвардейцы Ланнистеров напряглись, но Роберт отмахнулся от них.       — Великаны мои друзья, Роберт. Я с ними не дерусь, я с ними пью. И поверьте, перепить великана сложнее, чем завоевать королевство.       Зал взорвался хохотом. Роберт ударил кулаком по столу.       — Ха! Слышишь, Серсея? Он пьет с великанами! А ты мне тут ноешь про холод! — Роберт налил полный кубок водки и протянул Леону.       — Пей! За тех, кто не ссыт перед врагом!       Леон принял кубок.       — За твою храбрость, Король Роберт. И за то, чтобы молот всегда находил цель.       Роберт осушил кубок залпом, крякнул и посмотрел на Леона уже более трезвым, пронизывающим взглядом полководца, который в нём еще остался.       — Ты ведь знаешь мать того ублюдка? — вдруг спросил он, понизив голос. Музыка играла громко, и их слышал только Нед. — Говорят, твои корабли видели рядом с её островом.       Леон выдержал взгляд короля.       — Я торговец, Ваше Величество. Мои корабли плавают везде, где есть золото. Я продаю драгоценности Браавосу, меха Дорну, и лес островам. Деньги не имеют гербов или обязательств, а лишь интерес для таких как я.       — Смотри мне, — прорычал Роберт, его лицо побагровело. — Если я узнаю, что ты помогаешь вернуть ей трон… я приду в твой Нордхейм. И никакая Стена тебя не спасет.       —Не беспокойся, король Роберт — спокойно ответил Леон. — Твое правление всегда будет мирным. Насчет моей Стены…боюсь ты не обладаешь силой способной пробить мои стены…разве, что, постараешься через море       Роберт фыркнул, теряя интерес к серьезному разговору. Упоминания о море и кораблях всегда вызывали у него неприятные воспоминания.       — Хватит разговоров…давай лучше напьемся!       Пока король пил, Леон почувствовал на себе взгляд. Джейме Ланнистер стоял у колонны, скрестив руки. Леон кивнул королю и направился к выходу, проходя мимо Цареубийцы.       — Хороший спектакль, — сказал Джейме, не глядя на него. — Торговец.       — Это не спектакль, Ланнистер! Это просто факт, — ответил Леон, остановившись на миг. — Настоящий спектакль встретишь только в Красном замке. Там где встретишь паука, мизинца и представителей великих домов Баратеона и Ланнистеров. А в моем городе последнее слово всегда будет за мной.       Цареубийца замолчал или скорее не нашел чем ответить. Леон уже потерял интерес и направился в сторону тренировочных зон. Его стражники передали, что Лиа поссорилась с Джоном. Ему пришлось проверить ситуацию. Вскоре он увидел троих Старков в лице Лианны, Джона и Бенджена.       — Конунг, — Джон Сноу был в новой броне, подаренной Леоном, и выглядел взволнованным.       — Что случилось, Джон? — Леон нахмурился. Лианна выглядела довольно мрачной, в принципе как и Бенджен.       — Они против того, чтобы я вступил в Ночной Дозор, — голос Джона немного дрожал, он больше боялся отказа Леона. Леон для него служил примером и тем к чему он хотел стремиться.       Леон вздохнул и не особенно хотел вмешиваться. Он понимал Лианну и Бенджена, но и не хотел мешать выбору Джона. По его мнению даже если Джон и знал свою настоящую личность, то все равно бы выбрал Ночной дозор.       — Джон…король скоро уедет, и он заберет твоего отца на юг. Винтерфелл опустеет. Если ты почувствуешь, что тебе здесь нет места… если Кейтилин станет невыносимой… Врата Нордхейма всегда открыты для тебя. Твоя мать… — Леон осекся, но быстро исправился, — твоя тетя Лия будет рада тебя видеть. Если хочешь вступить в Ночной дозор, то вступай только осознанно. Даже на Стене мы тебя поддержим.       — Спасибо, — прошептал Джон. — Я… я, наверное, поеду на Стену.       — Стена, это хорошо, — кивнул Леон. — Тебе не обязательно давать клятвы. Ты можешь быть Малым лордом…думаю в этом плане тебе будет проще. Но будучи Малым лордом ты обязан слушаться старика Мормонта. Хотя…можешь не парится о клятвах.       Леон чувствовал прожигающий взгляд Лианны, так что постарался дать подходящее решение. Ночной дозор перестал быть убежищем для преступников, теперь он напоминал подобие ордена со всем необходимым. Если потребуется, Мормонт мог бы выделить земли Джону и сделать его Малым лордом. Все зависит от того, как Джон покажет себя, ведь по канону он дорос до лорда командующего.

***

      Дни, проведенные королевской свитой в Винтерфелле, тянулись медленно, наполненные пирами, охотой и напряженной политикой.       Событие, которое стало бы толчком для всего канона, произошло неожиданно, но не удивило Леона. Бран, любопытный и бесстрашный, как всегда, забрался на одну из полуразрушенных башен.       Леон, чья магия позволяла ему видеть следы сил, почувствовал, как что-то выталкивало мальчика, а затем стирало след. Он сдержал порыв броситься на помощь и предпочел не вмешиваться. Шок охватил замок. Серсея и Джейме, делали вид, что ничего не произошло. Они были настоящими актерами и даже посетили Старков выражая свои соболезнования. Леон по просьбе Лианны и Неда навестил мальчика. Он чувствовал пробуждение и всплеск магических сил Брана. Правда не до конца понимал зачем делать его калекой. Ноги Брана можно было вылечить, но его магические силы циркулировали на верхней части тела и избегали нижней части. Излечить и вправить кости легко, но это нанесет Брану больше вреда чем пользы. Исходя из этого Леон помог в увеличении максимальной подвижности Брана и это ограничивалось верхом нижней части тела. После этого Леон нарисовал для кузнеца простой чертеж экзоскелета с креплением для ног, чтобы Бран мог стоять и передвигаться за счет костылей. А при должном умении мог бы научится седлать коня самостоятельно.       Дальше перед отправкой Леону с Лианной пришлось поговорить Недом насчет его сопровождения. Хранитель Севера не понимал что направляется в логово многочисленных интриг.       — Нед, — начала Лианна, впервые за многие годы обращаясь к нему открыто. — Ты должен отказаться. Королевская Гавань — это ловушка.       — Король Роберт оказал мне великую честь, Лия, — устало ответил Нед. — Я дал ему слово.       — Тогда бери с собой каждого человека, кому доверяешь! — жестко вмешался Леон, не давая Лианне спорить. — Это не Север, Нед! На Юге не действуют твои законы чести. Там правят золото и интриги. Там каждый твой друг может оказаться врагом.       — Леон прав, — поддержала Лианна. — Ты должен взять не просто свою стражу. Помимо них возьми сотню лучших бойцов. У тебя достаточно доспехов и мечей для этого!       Нед нахмурился, глядя на Лианну.       — Еще сотню? Это выглядит как вторжение, а не как свита Десницы.       — Это выглядит как выживание, — отрезал Леон. — Король Роберт окружен львами, и ты будешь для них легкой добычей. Возьми своих лучших людей. Бери столько, сколько посчитаешь нужным, но не меньше ста пятидесяти человек. Я как раз подарил тебе целые наборы крепких доспехов и мечей для этого. Используй их.       Под влиянием их настойчивости и последних новостей, Нед согласился увеличить свою свиту.       — Тц…я ему столько помогла, а он все еще скупится, — недовольно пробормотала Лианна, вспоминая как помогала непутёвому брату в оснащений и расширений военных сил Винтерфелла.       — По крайней мере он послушался тебя в методах постоянного обучения, — Леон также усмехнулся.       Тогда лорд Старк был очень бережным и на предложение о постоянных боевых сил отнесся категорически против, так как для этого требовалось постоянные траты в области потребления еды, необходимых припасов и оснащения, а самое главное жалованья. Лишь после того, как Север увеличил добычу продуктов и золота, Нед перестал противиться и согласился на предложение Лианны.       На следующий день Роберт, его свита и Нед с увеличенной охраной отправились в Королевскую Гавань. Леон тоже, зная, что игра началась. Лианна в сопровождении Бенджена и пятидесяти человек Нордхейма отправилась сопровождать Джона в его поездке на Стену. Был и Тирион в сопровождении четырех слуг.

***

      Состояние Брана и тяжелое прощание с Кейтилин, которая осталась в Винтерфелле, делали каждый шаг Эддарда на юг все более неохотным. Но он был обязан Роберту, и был связан словом.       Нед вел процессию, насчитывавшую почти полторы сотни человек — число, которое казалось чрезмерным, но которое Леон и Лианна с такой убежденностью выбили из него.       Теперь, оглядываясь на отряд, он чувствовал лишь облегчение, надеясь на скорые результаты по поиску его дочери.       — Лорд Старк, — запыхавшийся Аллин подбежал к Неду. — Арья и…мальчик-мясник. Их нашли.       — Слава Богам! — Эддард почувствовал, как напряжение отступает. — Где она? Кто её нашел?       — Люди Леона, милорд. Гвардия Нордхейма. Юная леди цела, но… ее сопровождающие столкнулись с людьми Ланнистеров.       — Что значит столкнулись?       — Сир, они нашли Арью вместе с мальчиком-мясником. Затем их догнали люди Ланнистеров. Ланнистеры требовали выдать им мальчика и юную леди, по приказу Королевы, но люди Конунга отказались.       — Клиган и другие пытались взять силой, но…       Разведчик сглотнул, прежде чем продолжить.       — Гвардейцы Нордхейма окружили их, выставили щиты, а затем…как бы сказать отряд Ланнистеров сейчас проходят лечение. Смертей не было, но видимо умение орудовать копьем у них практически смертоносное.       Старк почувствовал, как его губы растянулись в тонкой, почти незаметной улыбке. Несмотря на разговор он упорно гнал лошадь в сторону замка Дарри.

***

             Зал замка был полон королевских гвардейцев, солдат Ланнистеров, и северян, которые, держались вместе, готовые к драке.       Внутри царил хаос, замаскированный под формальный суд.       Роберт сидел на импровизированном троне, тяжело дыша. Он был пьян, но в его глазах еще читалась королевская ярость.       Рядом с ним, словно золотой идол, восседала Серсея, её лицо было напряженно и холодно. Джейме стоял за ней, как всегда, невозмутимый.       Посреди зала стояла маленькая Арья, дрожащая, но упрямая, а рядом с ней испуганный сын мясник, Мика, которого держали двое северян.       — Вот и лорд Старк, — прорычала Серсея, едва Нед переступил порог. — Где вы были, Лорд Старк? Ваша дикая дочь напала на моего сына!       — Почему мою дочь сразу не привели ко мне? — громко и яростно спросил Нед, обнимая свою дочку.       — Это я вызвал её, Нед! — ответил Роберт. — Я хочу побыстрее разобраться в этом деле. Прости Нед, я не хотел пугать твою дочку.       Нед поднял взгляд и посмотрел на Леона.       — Лорд Леон, что произошло?       Леон, не меняя выражения лица, заговорил. Его лицо выглядело довольно веселым, несмотря на напряженные лица всех остальных в зале.       — Мои люди нашли Арью и мальчика в целости. Мы возвращали их в лагерь. На нас напали люди, не имеющие отношения ни к Короне, ни ко твоему дому. Они требовали выдачи мальчика и Арьи. Мои люди отказались, а потом произошла стычка и вот результат.       В зале повисла мертвая тишина.       — Это возмутительно! — вскочила Серсея. — Твоя дочь, лорд Старк и сын мясника напали на моего сына. А её волчица чуть не оторвала руку моему сыну.       — Это он начал! — Голос Арьи был пронзителен. — Джоффри… он нашел меня и Мику. Он сказал, что Мика не рыцарь, и не умеет обращаться с мечом. А потом порезал Мику, а я защитила его. Ударила его, а потом он хотел напасть на меня, а Нимерия лишь спасала.       — Она напала на меня и отобрала мой меч! — взвизгнул Джоффри. — И эта мерзкая тварь… волк, его нужно казнить!       — Довольно, хватит. Заткнитесь оба! — король не выдержал и велел обоим заткнуться.       — Один говорит одно, другой другое. Где твоя вторая дочь, Нед. Давайте разберемся и покончим с этим.       Эддард сказал что Санса спит, но ухмылка королевы Серсеи, а затем появление его дочери привели к накаливанию ситуации. А дальше лорд Старк с грустью наблюдал за лживым признанием своей дочки Сансы. Хранитель Севера прекрасно понимал, что его младшая дочь не стала бы лгать в подобных случаях. Королева не хотела примирения и требовала наказать его дочку и казнить волчицу.       — Лорд Старк, вы должны понять, — ледяным тоном произнесла Серсея. — Её волчица напала на принца. Волчица должна умереть!       Нед посмотрел на Сансу. Старшая дочь, тихая, напуганная, но все еще пытающаяся верить в сказки предпочла не смотреть на отца и все время смотрела на пол.       — Нимерия не причастна! Она лишь защитила меня! Это все ты виновата, Санса. Врунья!       — Лютоволки опасны, Нед. Любой из них, — Роберт не смотрел на Неда. Он устал, и хотел покончить с этим. — Мы не можем терпеть диких зверей!       — Это не дикий зверь! — крикнула Арья. — Она моя!       — Это королевский приказ! — заорал Роберт. — Королевский приказ, Нед! Ты Десница, ты его исполнишь.       Нед не хотел этого. Он хотел изменить решение короля, но его попытку прервал Леон.       — А, волчица должна умереть?! С каких пор вы можете решать вопрос о жизни и смерти моих питомцев? Королева Серсея вы так упорно отстаиваете ложь своего сына. Честно я разочарован.       — Сын Демона Трезубца позволил слабой девчонке разоружить себя. Наследник престола, который жалуется на маленькую рану от клыков щенка. Будь я на его месте, предпочел бы заткнуться и стараться не выставлять такой позорный случай. Как смешно!       Слова Леона рассмешили всех присутствующих, но многие пытались сдерживать свой смех. Но были и тот кто открыто смеялся, а именно младший брат короля Ренли. Король Роберт также с разочарованием рассматривал своего старшего сына. Принц явно не ожидал столь сурового осуждения от конунга и под тяжелым взглядом своего отца не смог вымолвить ни слова.       — Тц, тебе давно пора начать тренироваться как воин. Леон прав, ты опозорил себя при всех Джоффри. Проиграть девочке… — король Роберт уже забыл, что хотел сказать.       Слова Леона отрезвили его. Даже нападение волка не отрицало тот факт, что его наследник проиграл девочке.       — Как ты смеешь оскорблять сына короля?! — прокричала Серсея.       — Оскорблять? Я не вижу тут оскорбления, королева. Я вижу лишь слабого и высокомерного принца, который не умеет держать меч. Я вижу принца, который решил напасть на девочку! — Леон не боялся ответить.       — А насчет моих волков. То я не против решить вопрос путем испытания поединком. Раз леди Санса ничего не помнить, а слова сына мясника ничего не значат. Давайте закроем вопрос поединком. Как насчет такого исхода, король Роберт?       Когда Леон поднялся, по залу прокатилась волна тревоги. Рыцари и стражники, словно под гипнозом, вцепились в рукояти своих мечей, инстинктивно реагируя на первобытную угрозу. То, что прежде казалось просто лордом города, теперь обернулось чудовищным давлением.       Все взгляды приковались к телу конунга. Его мышцы, казалось, были вылеплены из стали. В мерцании огня они жутко переливались, словно мышцы дикого зверя — это было тело, созданное не для правления, а скорее для разрушения.       Хуже всего были его глаза. Они не просто мерцали они светились неестественным, серебристым цветом, точно заточённая молния.       — Если кто-то из ваших людей готов, то давайте сразу перейдем к поединку. А если не готов, то даже не смейте трогать моих щенков. Думаю это справедливое решение не так ли, лорды? — на вопрос Леона многие утвердительно кивнули.       — Вот это да, Леон — прогрохотал бы Роберт, — Клянусь Семерыми, ты настоящий Воин. Да будет так. Кто из ваших Ланнистеров хочет выйти на поединок?       — Я готов, Ваше Величество, — Джейме сразу же вышел на сцену. Королева также была уверена в своем брате и с победным выражением рассматривала всех северян.       Глаза Леона встретились со сосредоточенным взглядом Джейме. Золотой плащ Ланнистера мелькнул, когда он занял боевую стойку, меч вспыхнул в его руке.       Бой не долго длился, скорее он прошел слишком быстро.       Первый удар Леона был как обрушившаяся скала — чистая, сокрушительная сила, направленная на защиту Джейме.       Ланнистер отбил его, но звон металла был заглушен глухим ударом. Второй удар заставил Джейме отшатнуться, его ноги на мгновение потеряли равновесие.       Третий удар, казалось, прошёл сквозь его защиту, заставив Джейме согнуться от внезапной боли.       Едва успев восстановить равновесие, Джейме почувствовал четвёртый удар, который выбил меч из его ослабевшей хватки. Клинок с лязгом упал на каменный пол.       Пятый, завершающий удар Леона, пришёлся точно в грудь Джейме, отчего тот рухнул на колени. Не давая Джейме и шанса, Леон шагнул вперёд.       Не сжимая оружие, а используя лишь собственное тело, он обрушил локоть в грудную область доспехов Джейме с такой силой, что послышался хруст ломающихся рёбер. Ланнистер захрипел, его глаза расширились от боли и шока.       Затем, Леон при всех схватил Джейме за руку и резким рывком выдернул кость руки. Крик боли сорвался с губ Золотого Льва, но тут же оборвался когда Леон отравил его спать тяжелым ударом локтя об кость челюсти.       — Если это все, то думаю нам всем стоит отдохнуть! Думаю многие устали! И да заберите сира Джейме на лечение. Кость руки необходимо быстро вправить, — улыбка Леона на фоне поверженного Джейме вызывали странные чувства у всех присутствующих и никто не ожидал столь быстрого финала. Джейме был сильным бойцом, но плане силы тела и роста Леон просто подавлял лучшего мечника Ланнистеров.       Вскоре вопрос о ранении принца подошел к концу. Король Роберт не собирался выслушивать гневные тирады королевы и просто распустил всех собравшихся. Леон же направился к волчицам и забрал их к себе.