Рунный король Вестероса

      Лес вблизи Сурового дома был поистине великим — древним, высоким и сильным. Первобытная земля, богатая дичью, давала всем обитателям достаточно пропитания, а уникальная экосистема, нерушимая веками, придавала этому месту неповторимую красоту природы и опасность.       Тишину леса нарушил мальчик верхом на лютоволке с волчьей стаей позади — огромными, как лошади, королями этих земель. Четыре зверя тащили за собой крупное мохнатое животное размером больше быка.       — Ренни, потерпи чуть-чуть, до Нордхейма осталось буквально несколько лиг! — прокричал мальчик здоровенному волку, что держал конец верёвки. Волк в ответ лишь раздражённо фыркнул и, виляя хвостом, потянул верёвку сильнее.       — Ха, посмотри на Фрост — она самая послушная! — весёлым тоном проговорил мальчик ростом около ста сорока сантиметров и с длинными густыми волосами, что придавали ему оттенок дикости. Волчица, на которой он ехал, гордо фыркнула и прибавила скорости, не забывая радостно вилять хвостом.

***

      Шестилетний Леон не был жителем так называемого Севера — он был перерожденцем, человеком, который в прошлой жизни был инженером-строителем, человеком со знаниями XXI века. Молодым сиротой, умершим от болезни в больничной палате.       Телом младенца, но сознанием взрослого человека, он бы и здесь погиб, если бы этот лес не приютил его — в лице лютоволчицы, что обогревала его своим теплом и кормила молоком, а также свежим мясом дичи.       Леон и здесь не знал своих родителей, но был уверен, что их не увидит — скорее всего, они были мертвы. Остатки крови и следы дикого зверя говорили сами за себя. Так он прожил свои первые два года, живя с волчицей и её волчатами.       За два года скитаний и путешествий он познал практически весь Север. Увидел далекие края гор Клыков Мороза, побывал на окрестностях Теннии, охотился на реке Молочной и видел Кулак Первых Людей. Это действительно прекрасная земля — земля, благословлённая самой природой и возможностями. Смотреть любимый сериал или видеть его вживую — действительно разные вещи, но он был рад родиться в этой странной и опасной земле Вестероса.       Леон с рождения обладал даром взаимодействовать с силами природы — чувствовать их, преобразовывать, владеть ими и управлять. Возможно, это был подарок его перерождения — дар, давший возможность жить и расти: магия рун. Так шел третий год его весёлой жизни, пока он не встретил первое скопление цивилизованных людей.

***

      До этого Леон встречал людей — дикие племена Вольного народа. Жестокие племена, жившие грабежами и убийствами. С некоторыми из них он даже сражался. Мирные племена он тоже встречал, но их было меньшинство.       А эти люди были слабыми, голодными и страдающими от бегства. Люди, которые были вынуждены покинуть свои уютные края за Стеной и по морю добираться до Севера. Странные люди, что не знали жестокости этих земель.       Первая встреча произошла во время пожара. Дикие племена напали на лагерь, и Леон, охотясь неподалёку со своей стаей, услышал крики женщин, ругательства и звон металла. Пять разбитых каравелл на пляже бросались в глаза, но ещё более пугающей была сотня дикарей с безумным смехом и топорами в руках.       Голодные от долгого бегства мужчины лагеря отчаянно отбивались, но силы были неравны. Леон понимал, что если он и его стая не вмешаются — всё будет потеряно. Налётчиков он не любил: они не знали жалости, убивали всех мужчин и детей, а женщин насиловали. Каннибалы и убийцы — настоящие дикари. Во время своих путешествий со стаей он немало их встречал и немало убил.       Лютоволки — действительно короли леса. Этим всё сказано. Когда налётчики и защитники увидели, как из рощи, подобно теням, выбежали двенадцать огромных волков во главе со странным мальчиком, чьи глаза светились опасным блеском, они замерли в ужасе. Страх, шок и неверие обрушились на нападавших, а вскоре пришло глубокое отчаяние. Волки, ростом чуть больше полутора метров, с яростным воем вцепились во врагов. Битва разгорелась с неимоверной скоростью: клыки рвали плоть, а когти оставляли глубокие кровавые раны.       Леон, в сердце которого бушевал адреналин, со своим гибким и ловким телом осторожно метался между волками. Он использовал каждый шанс, чтобы вонзить зачарованный обточенный рог зверя в ноги налётчиков, помогая своей семье.       Один из лютоволков, огромный серый зверь по кличке Гром, сразил двух врагов одним мощным ударом лапы, остальные же одним хватом могли бросить человека на несколько метров, оставляя после себя глубокие смертельные раны.       В течение нескольких минут резня пришла к своему логическому завершению — налётчики, потерявшие уверенность и дух, начали паниковать и бежать. Защитники лагеря, увидев, как быстро и эффективно действует стая, воодушевились и вскоре совместными силами окончательно разбили оставшиеся группы противников.       Когда последний вражеский воин пал, все обернулись к Леону и его стае, встретив их с нескрываемым восхищением и благодарностью.       А дальше — он и сам не понял, как остался в их лагере. Сначала день, потом недели, а после — годы. Леон и его стая прочно обосновались среди людей. Так прошли еще три года жизни.       Лагерь из обычных палаток и деревянных укреплений постепенно превратился в мини-городок с крепкими и прочными стенами из цельного кирпича и железноствола высотой десяти метров. За стеной были построены крепкие кирпичные дома для жизни, кузницы, загоны для животных, несколько больших огородов, казармы для воинов, пруды для полива, огромные печи для обжига, кожевни — всё это благодаря усилиям каждого человека, а также знаниям и магии Леона.       За эти годы жизни Леон бессознательно стал "маленьким вождем" поселения. Люди уважали его знания, восхищались лютоволками и боялись его магии. На шестом году своей жизни его прозвали Вождём, и народ в благодарность построил в центре городка главный дом — огромный из крепкого и стойкого железноствола лонгхаус.       Леон же первым делом назвал свой народ нордом — народом Севера, а городок — Нордхеймом. Город численностью в тысячу человек стал первым маяком перемен в этом многогранном мире Семи Королевств.

***

Нордхейм

      Свежий лесной воздух, вот что больше всего любил Варрен стоя на сторожевой башне он осматривал городок что возник за относительно короткое время.       — Мало верится, что мы смогли все это построить, — пробормотал назначенный старейшина, осматривая возможно единственный город за стеной.       Город был не особенно большим; за стеной находились куда более крупные города и замки. Но ни один город, даже столица, не сравнится с Нордхеймом — городом, который вырос из их труда и пота, из ругательств и бессонных ночей.       — Эй, а ну не дрыхнуть! — крикнул Варрен зевающему воину. — Скоро пересменка, а пока не отвлекаться.       — Понял старейшина. Куда пропал наш маленький вождь? Его уже давно нету, может случилось что, — тревожно ответил стражник, опираясь за край стены.       — Не волнуйся. Вождь с хранителями, что может случится? Завтра же праздник, вот и пошел за более крупной дичью. Думаю скоро вернется, — ответил Варрен, хотя и сам немного тревожился. Хоть мальчик и был вождем, обладающий силой неподвластной другим, но долгое ожидание всегда вызывала тревогу.       — Ах вот и он, — вдруг крикнул стражник, замечая как из гущи леса появляются знакомые до крайности фигуры, — Эй, а ну живо открыть ворота.       Варрен быстрыми шагами спустился с башни, наблюдая как открываются главные ворота города.       — Варрен, а как ты тут оказался? — раздался веселый и бодрый голос мальчика.       — Да решил немного по любоваться городом и отдохнуть, маленький вождь! — ответил Варрен, — Это же северный бык? Здоровый зверь!       — Ты совершенно прав, друг мой. Охота была долгой. Спасибо Фрост, она умничка быстро нашла след, — мальчик погладил крупную белую волчицу, на что в ответ получил нежное касание мордой.       — Ну как дела с городом? Были проблемы в мое отсутствие?       — Нет, все как обычно. Хотя есть и хорошая новость. Наши ребята закончили сборку торгового корабля по твоим рисункам. Старый Рик говорил, что можно было построить и стандартный парусник. А этот...как же там вроде кгорр?! Что за странное название! - сказал Варрен пытаясь вспомнить правильное название.       — Кнорры, Варрен. С моими рунами они будут быстрыми как ветер и прочными как камень, — с радостью поправил мальчик, — скоро и торговля на лад пойдет. А насчет слов Рика, их тоже построим, но они намного крупнее и нам нужно больше деталей, а достать их сам знаешь как трудно. Что насчет тех что поменьше?       — О, эти узкие и маленькие ладьи? Пока немного трудновато, но думаю их тоже построим. Все таки железноствол довольно трудный для обработки материал. Не верится что здесь их так много, - ответил Варрен, поглаживая подбородок.       — Да, если будут трудности смело обращайтесь, помогу чем смогу, — мальчик уверенно похлопал по груди.

***

      Наличие торгового корабля — это резкий и крупный толчок в развитии города. Кнорры это скандинавский вариант торговых кораблей. Они по стандарту были меньше тех же торговых кораблей Вестероса, но Леон также внес некоторые поправки: сделал их больше оригинала и добавил три параллельных паруса вместо одного. Тем самым корабль был больше по тоннажу и более маневренным.       - Маленький вождь, хотел спросить, а чем мы торговать то будем? - спросил старейшина Варрен.       Когда Леоннард на собрании с воодушевлением попросил их отнестись к задаче судостроения, многие сомневались. А спрашивать боялись, да и любое другое занятие казалось неплохим, но у многих не было идей, чем вообще можно было бы торговать.       — О, Варрен. Хоть север из-за холодной земли и малоплодороден, но природных ресурсов здесь очень много, — ответил Леон. — Как думаешь, купили бы эти твои Вольные города железноствол? А что насчёт лечебных и ядовитых трав, которые нашла Анна? Что насчёт наших мехов и шкур? Да и стекла тоже, друг мой. Всё это можно продать по хорошей цене — за золото и нужную нам сталь.       — Кто будет покупать меха и шкуры? — с удивлением спросил Варрен. Даже по ту сторону Стены они были вполне обычным явлением.       — Может, в Вестеросе их и не продашь за хорошую цену, но в Эссосе — совсем другое дело. Особенно с хорошей рекламой вроде «редкие новинки из-за Стены». Согласись, звучит круто! — уверенно заявил мальчик.       - Реклама? - недоуменно спросил Варрен.       — Да, вместо стандартной «оленьей шкуры» мы скажем: «шкура редкого северного оленя». Здесь нужно уметь продавать, друг мой. Думаю, Уоррик в этом плане отлично справится, — мальчик был очень уверен в этом немного полноватом и усатом мужчине средних лет.       - Что там насчет боевой группы? Всех экипировали? - Леона больше интересовал этот вопрос.       — Да, подготовили ламеллярные доспехи, наручи, наколенники и круглые щиты из железноствола, а также плотные кожаные доспехи. Насчёт оружия — те же копья, луки и стрелы, а также недавно созданные мечи из переработанного железа. Но стали у нас больше нет, — ответил Варрен, вспоминая трудоёмкую работу. Оснащение 150 членов боевой группы — очень затратное дело в плане материалов, особенно когда маленький вождь любил всё стандартизировать. Даже свои доспехи он стандартизировал несколько недель.       — Отлично. Тогда на днях займусь зачарованием рун для усиления, — ответил Леон, мысленно прикидывая, какие символы можно нанести на металл и кожу. Он уже знал, какие черты рун придадут железу гибкость, а какую вязь усилит прочность пластин.       Маленький вождь всегда был особенно внимателен к вопросам вооружения и защиты. Леон прекрасно знал, как бывает, когда каждый воин носит то, что достал сам: кто-то в кольчуге из медных колец, кто-то в дублёной коже, кто-то в звериных шкурах, а кто-то и вовсе с голым торсом, веря лишь в удачу и свой топор. В такой армии не было единства. Каждый выглядел по-своему, двигался по-своему, а значит, и сражался по-своему. На поле боя это превращалось в хаос — десятки людей, не способных действовать как единое целое. Один закрывал щитом только себя, другой бежал вперёд, забывая о товарищах.       Стандартизированные доспехи — ламелляр из железноствола, усиленные кожей наплечники, наручи, наколенники, щиты одного размера и веса — всё это превращало воинов в строй. В их движениях появилась гармония, порядок и сила страха.       Да, изготовление одинаковых доспехов требовало труда и ресурсов. Кузнецы проклинали день, когда Леон решил «всё стандартизировать», а кожевники ворчали ночами, обрезая лишние полосы ремней. Но результат того стоил.       Когда сотня воинов Норда выходила на плац — одинаково вооружённые, в блестящих под солнцем доспехах, с одинаковыми щитами и копьями — это выглядело не как толпа выживших, а как армия. Настоящая, собранная, готовая к войне.       - Хорошо, думаю с планами на месяц разобрались а теперь пойдем готовиться к пиру! - Леон радостно позвал своих братьев к главному дому. Волки так же радостно последовали за маленьким вождем - все они любители плотно поесть.