Потерянные мечты

*** 

Женщина — инициатива. 

Мужчина — организатор. 

Она хочет — он делает. 

***

На утро Ви проснулась в объятьях Регулуса. В их собственном доме. В качестве его жены. Сердце ее учащенно забилось от осознания этого простого, невероятного факта. Мечтала ли она когда-нибудь об этом? Где-то в самых потаенных, сокровенных глубинах души — да, конечно. Но никогда, даже в самых смелых фантазиях, она не представляла, что это чувство наяву будет таким всепоглощающим. Что она будет вот так лежать в широкой кровати с шелковистыми простынями, чувствовать его тяжелую, теплую руку на своей талии, словно он и во сне боялся ее отпустить. Чувствовать его тихое, размеренное дыхание где-то в районе макушки. Все это было таким волшебным, таким хрупким, что она боялась пошевелиться, чтобы не развеять чары. Ви лежала неподвижно, наблюдая, как пылинки танцуют в лучах утреннего солнца, робко проступающих сквозь струящиеся занавески. Она не знала, сколько провела так в этом блаженном оцепенении, но спустя время почувствовала, как изменился ритм его дыхания, как напряглись мышцы руки, обнимающей ее. Регулус просыпался. Блэк открыл глаза — еще мутные от сна, но взгляд их был мгновенно острым и собранным. Он сразу подметил, что его жена уже не спит, и уловил в воздухе ее затаенное счастье. Он мягко, почти невесомо прикоснулся к ее виску губами, и это прикосновение было таким горячим на прохладной утренней коже. — Доброе утро, — прошептал он хрипло, голос еще низкий и вязкий от сна. — Сегодня оно по-настоящему доброе, — ее улыбка была беззаботной и сияющей, как само солнце за окном. Она повернулась к нему, и все ее существо, казалось, растворялось в этом трепетном моменте близости. Они молчали, просто глядя друг на друга, вдыхая один воздух, деля одно пространство, и этого было больше, чем любых слов. — Рег? — ее голос прозвучал тихо, но уверенно, нарушая тишину. — Ммм? — он лишь блаженно протянул в ответ, снова зарываясь носом в ее мягкие волосы, пахнущие лавандой и чем-то неуловимым. — Давай уедем, — выпалила Ви, ее взгляд снова устремился к окну, где разгоралась заря, заливая небо апельсиновыми и розовыми красками. — Что? — Регулус мгновенно напрягся. Его тело стало жестким, а объятия — скорее защитными, чем нежными. Он вспомнил вчерашний разговор с дедом и свои слова о том, что они останутся здесь, в Корнуолле.  Видя его напряжение, Ви поспешила объяснить, перевернувшись на спину и поймав его настороженный взгляд. Ее глаза сияли мольбой и надеждой. — Я имею в виду... давай уедем куда-нибудь. Всего на пару дней, — она положила ладонь ему на щеку, и ее прикосновение было успокаивающим. — Я понимаю, что о настоящем медовом месяце  нам можно только мечтать. Из-за... всего этого. Из-за твоих обязанностей перед Лордом, но мы можем украсть эти несколько дней? Просто для нас. Уехать куда-нибудь, где всегда тепло, где плещется море и светит вечное солнце. Где нет никого, кроме нас. Регулус смотрел в ее горящие, умоляющие глаза, видел в них не каприз, а искреннюю, почти детскую жажду счастья, простого и светлого. И его собственная потребность быть с ней наедине, заставила все доводы рассудка умолкнуть. Он не мог ей отказать. Не хотел. — Конечно, — он наклонился и коснулся ее лба губами в безмолвной клятве. — Куда ты хочешь?  — Может, Испания? — предложила она, и ее лицо сразу же озарилось восторгом. — Там так легко все и спокойно. Я слышала, что испанцы открытые, шумные, беззаботные... Хочу ощутить, каково это — жить без этой вечной английской сдержанности. Погрузиться в их яркую, громкую культуру, есть паэлью прямо на берегу и слушать гитару поздно ночью! Она говорила быстро, с жаром, размахивая руками, рисуя в воздухе картины далекого и манящего мира. Регулус просто смотрел на нее, на то, как сияют ее глаза от предвкушения, и его сердце сжималось от нежности. Испания? Страна страсти, фламенко и корриды. Это было так чуждо ему, истинному английскому аристократу, воспитанному в строгости и холодном величии рода Блэков. Но глядя на нее, он вдруг поймал себя на мысли, что хочет увидеть ее именно там — смеющуюся, загорелую, с цветком в волосах, свободную от условностей их мира. — Тогда сегодня же договорюсь о порт-ключе в Испанию, — спокойно и твердо проговорил он, как будто речь шла о самом обыденном деле в мире, а не о маленьком побеге. И, желая запечатать это обещание, он притянул ее к себе и прикоснулся к ее нежным, улыбающимся губам своим поцелуем, в котором было и согласие, и облегчение, и щемящая жажда того самого испанского солнца, что теперь светило для них обоих.

***

Уже к вечеру молодожены прибыли в Коста-дель-Соль. Как и предупреждал Регулус, избранное место имело свой минус: здесь не было привычного для волшебников мира строгого разделения. Маглы и волшебники жили бок о бок, и лишь немногие элитные места, вход в которые для не-магов был заказан под каким-то благовидным предлогом, напоминали о существовании иного мира. Но Ви было все равно на условности и предрассудки. Ее мир сейчас сузился до одного человека. Как только они переместились на виллу, у девушки перехватило дыхание. За панорамными окнами открывался вид на их собственный, абсолютно приватный пляж, где до самого горизонта простиралась бирюзовая гладь, сливаясь с небом, окрашенным в багряные и золотые тона заката. Не говоря ни слова, Ви рванула на улицу, скидывая по пути сандалии и чувствуя, как теплый песок обволакивает ее босые ноги. Регулус неспешным шагом следовал за ней, его взгляд был прикован не к пейзажу, а к ней — к самой счастливой девушке на свете, чья фигура, озаренная алым светом заходящего солнца, казалась ему самым прекрасным зрелищем во вселенной. Она замерла у кромки воды, зайдя по щиколотку, и теплый ветер играл с прядями ее распущенных светлых волос, словно пытаясь унести ее с собой. Блэк, подойдя сзади, расстегнул свою льняную рубашку и бросил ее на песок. Он обнял Ви за талию, прижавшись к ее спине, и почувствовал, как она расслабленно откинулась на его грудь. Они молча смотрели на горизонт, и Регулус ловил себя на мысли, что эта тишина между ними — самая насыщенная и полная понимания из всех, что он знал. — Пошли купаться, — его голос, низкий и бархатный, прозвучал прямо у ее уха, заставляя ее вздрогнуть от удовольствия. Его пальцы скользнули под тонкие бретели ее сарафана, медленно стягивая ткань вниз. Ви с готовностью высвободила руки, позволяя ткани упасть на песок, и обернулась к нему. Ее ослепительная улыбка встретилась с его смягченным, по-настоящему счастливым взглядом. Он был здесь. С ней. И это все, что имело значение. С детским озорством она ловко подпрыгнула, обвивая его торс ногами. Регулус с тихим, глухим смехом, полным нежности, мгновенно подхватил ее, крепко поддерживая за бедра, и его губы нашли ее в страстном, соленом от морского воздуха поцелуе. Он медленно, аккуратно заходил в воду, чтобы не уронить ее, ни на секунду не отрываясь от ее манящих, мягких губ. Сейчас на своих руках он нес самое дорогое сокровище в своей жизни. И как же он был счастлив и горд, что это сокровище — его. Что она сама ему это позволила.  Оказавшись по грудь в теплой воде, Ви соскользнула с него и отплыла на спину, закрыв глаза, подставляя лицо последним лучам солнца. Ей казалось, что они как будто перенеслись в другой мир, где не было ни войны, ни боли, ни страданий. Ничего, кроме моря, солнца и песка. В девушке проснулось давно забытое чувство беззаботности. Приоткрыв один глаз и поймав его задумчивый взгляд, она с внезапной шаловливой ухмылкой обрушила на него тучу брызг. Блэк еле успел увернуться от соленых капель, летящих прямо в его лицо.  Ви, подозревая, что Регулус начнет мстить, сразу же развернулась и поплыла к берегу. Ей вдогонку летели брызги, но Ви со звонким смехом плыла дальше и не обращала внимания. Вдруг все затихло, Ви обернулась и заметила, что надвигающийся на нее Регулус исчез. Ви замерла в недоумении, озираясь по сторонам, но в следующее мгновение сильные руки схватили ее за талию и резко притянули к твердой мужской груди. — Попалась, проказница, — прошептал он ей на ухо, вынырнув позади нее. Его дыхание обожгло ее мочку уха. Ви рассмеялась, совсем не чувствуя ни капли вины за свою маленькую шалость. Она обвила руками его шею и поцеловала его, слизывая морскую соль с его губ. Этот жест взорвал в нем последние преграды. Его поцелуй стал властным, требовательным, полным немедленного желания. Блаженство осознания, что они совершенно одни на этом пляже, что можно не сдерживаться, не оглядываться, пьянило сильнее самого крепкого огненного виски. Они вышли из воды, взявшись за руки, подхватили разбросанную одежду и направились в дом, чтобы смыть под струями душа прилипшую к коже морскую соль. — Рег… — ее голос прозвучал томно и соблазнительно, когда она переступила порог ванной комнаты. Блэк оперся о дверной косяк, замечая, как настроение его жены наполнилось игривой, хищной энергией, а в глазах разгорелся тот самый загадочный огонек, который сводил его с ума. Вся его поза, расслабленная и уверенная, говорила: «Я весь во внимании. Удиви меня». — У нас ведь еще не было секса в душе, — прошептала она, прикусывая нижнюю губу в предвкушении.  Регулус ухмыльнулся и покачал головой, направляясь в ее сторону. В следующую же минуту они, полностью обнаженные, стояли под струями теплого душа, а их губы сминали друг друга в страстном поцелуе.  Вода окутала их плотным теплым туманом, застилая стеклянные стены и создавая иллюзию полной изоляции от мира. Шум воды заглушал все, кроме их учащенного дыхания и стука сердец. Пар клубился под потолком, наполняя воздух влажным, обволакивающим жаром. Регулус не отпускал её губ, его поцелуй был властным и требовательным, полным того сдерживаемого голода, что копился все время, пока они небрежно резвились в прохладных морских волнах. Его руки скользнули по её мокрой коже, ощущая под ладонями каждый изгиб, каждую дрожь, пробегавшую по ее телу. Пальцы вцепились в её волосы, откидывая мокрые пряди с лица, чтобы лучше видеть ее глаза, теперь темные от желания. Она ответила ему с такой же страстью, её руки исследовали мышцы его спины, скользили вниз, цепляясь за него, притягивая ближе. Их тела, скользкие от воды и мыльной пены, которые Блэк нанес на её кожу плавными, почти ритуальными движениями, прижимались друг к другу, стирая любое пространство между ними. — Я всё продумала, — выдохнула она, прерывая поцелуй, чтобы провести губами по его мокрой шее, ощущая под языком соленый привкус его кожи, смешавшийся со свежим ароматом цитрусового геля. — Это заметно, — хрипло рассмеялся Регулус, его голос был низким и густым, как сам пар.  Его руки опустились ниже, крепко обхватив её бедра, и он легко поднял её, прижав к прохладной кафельной стене.  Она инстинктивно обвила его талию ногами, издав короткий, сдавленный вскрик, моментально превратившийся в стон предвкушения. Струи воды огибали их сплетенные тела, стекая с ее поднятых бедер и с его напряженных плеч. Он вошел в нее одним плавным, но безраздельно властным движением, заставив ее закинуть голову и издать глубокий, прерывистый стон, который утонул в шуме воды. На мгновение они замерли, наслаждаясь пьянящим, всепоглощающим чувством полного слияния, жаром, который пылал в них гораздо сильнее, чем тепло душа. Регулус припал губами к ее шее, его дыхание обжигало кожу. Его зубы слегка сжали нежную кожу, оставляя на ней алеющие отметины. Сейчас он уже не сдерживал себя, ведь она была его женой, а значит, он имел на это право. Тем более, заживляющая мазь теперь всегда была под рукой.  Он двигался с невыносимой, мучительной медлительностью, выдерживая каждый ритмичный толчок, растягивая каждое мгновение наслаждения до предела. Она стонала, ее пальцы впились в его мокрые плечи, оставляя на коже красные полосы, а ее прерывистое дыхание он ловил своими губами, поглощая каждый звук. — Быстрее… — ее голос сорвался на умоляющий шепот, полный нетерпения и муки. Он лишь усмехнулся ей в губы, его глаза сверкали мокрым от пара и азарта блеском. Желание дамы — закон. Он ускорялся, а потом снова замедлялся. Блэк играл с ней, доводя своими движениями ее до сладостного исступления. Регулус протиснул между их телами руку, и его пальцы нашли ту самую чувствительную точку, заставляя ее взвыть от неожиданности и нахлынувшего удовольствия. Блэк изводил ее, используя все известные ему средства, сводя с ума каждым прикосновением. Он чувствовал, как ее тело начало судорожно сжиматься вокруг него, как мышцы живота напряглись в предвкушении кульминации. Он ускорил движения пальцев, и услышал, как ее тихий, сдавленный крик слился с его именем. Он прижал ее к стене еще сильнее, почти вдавив в кафель, заглушая ее стоны своим поцелуем. Когда ее тело обмякло, дрожа в остаточных конвульсиях, Ви, все еще держась за его плечи как за якорь спасения, медленно опустилась на ноги. Она вскинула голову, и в ее глазах, помутневших от наслаждения, читался вызов. — Еще, — ее голос прозвучал хрипло, но твердо. Регулус приподнял бровь, на его губах играла удивленная, но польщенная усмешка. — Что «еще»? — сделал он вид, что не понимает. — Ты ведь не кончил, — констатировала она, и в ее тоне сквозила дерзкая уверенность. — Давай еще.  Не дожидаясь ответа, она развернулась к нему спиной, прижавшись щекой к запотевшему, прохладному стеклу душевой кабины и изгибая спину в соблазнительной, молящей дуге. Регулус замер на мгновение, сжигая ее взглядом, пылающим от такой наглой и прекрасной провокации. Затем он резко, почти грубо, вошел в нее, впечатав ее в стекло всем своим весом. Ви вскрикнула от внезапности и острого, сладостно-болезненного ощущения заполненности. Теперь его движения были быстрее, жестче, лишены прежней выдержанной игры. Он крепко впился пальцами в ее бедра, его губы приникали к ее мокрым плечам и шее, оставляя на коже новые, более яркие отметины. Внезапно он дотянулся до крана и крутанул его. На их разгоряченные тела обрушился ледяной ливень. Контраст между ледяной водой и пылающим жаром внутри был ошеломляющим. Ви ахнула, ее кожа мгновенно покрылась мурашками, а тело непроизвольно задрожало, судорожно сжимаясь вокруг него. Холод обжигал, но при этом подстегивал и без того взвинченные нервы, умножая каждое ощущение. Она чувствовала, как его движения становятся все более резкими, беспорядочными, и поняла, что он на грани. Поняла, когда он решил снова помочь ей рукой дойти до оргазма. Вместе.  Вторая волна накрыла ее с сокрушительной силой, вырывая из груди не крик, а беззвучный стон. Регулус с глухим, гортанным рыком вонзился в нее в последнем, мощном толчке, прижимая ее к стене так сильно, что у нее перехватило дыхание. Мир остановился. В тишине, нарушаемой лишь шипением воды и их тяжелым, прерывистым дыханием, они замерли, пытаясь прийти в себя. Регулус медленно отступил, а Ви еще несколько секунд не могла пошевелиться, прислонившись лбом к прохладному стеклу. Наконец она обернулась. Ее ноги подкашивались. Регулус, все еще тяжело дыша, мгновенно подхватил ее на руки. — Тише, — прошептал он, и в его голосе сквозь усталость пробивалась нежность и то самое, знакомое ей насмешливое обожание. Он вынес ее из душа и поставил на дрожащие ноги у раковины, чтобы ей было на что опереться, а сам потянулся за полотенцами. Через секунду тело Ви окутало махровое полотенце, которое Регулус заботливо завязал у нее на груди. Блэк притянул девушку к себе, прижимаясь щекой к ее мокрым волосам, и оставил легкий, почти невесомый поцелуй на ее виске. Ви положила свою ладонь поверх его руки, лежащей у нее на плече, и провела подушечками пальцев по его коже. Она подняла глаза и встретила его взгляд в отражении. Они выглядели измотанными, растрепанными, с покрасневшими губами и мокрыми от пара волосами. Но что гораздо важнее — в их отражении сияло абсолютное, безоговорочное счастье. Они действительно были счастливы. Здесь. В этом моменте. 

***

Идеальные отношения — это интеллектуальная близость, с взаимными подколами и нотками легкого разврата.

***

Ближе к восьми часам Ви и Регулус решили выбраться в город и поужинать. Их выбор остановился на одном из уютных ресторанчиков с открытой верандой, где открывался чудесный вид на побережье. Воздух был густым и соблазнительным, наполненным пряным ароматом жареных на гриле морепродуктов, чеснока, шафрана и свежего, соленого морского бриза.  Они заказали тапас — небольшие закуски, которые позволяли попробовать сразу все: хрустящие кальмары в кляре, паэлью с морепродуктами, расплавленные во рту крокеты и хамон с дыней. Регулус, обычно сдержанный в еде, с явным удовольствием пробовал каждое блюдо, одобрительно кивая, а Ви, зажмурившись от наслаждения, пыталась распознать все ноты в сложном соусе. — Я понимаю, почему испанцы никуда не торопятся за ужином, — томно произнесла ви, отпивая глоток прохладной сангрии. — Это не еда, это целый ритуал. Здесь наслаждаются не только вкусом, но и моментом. Изнутри ресторана, сквозь шум голосов, доносились тихие, но отчетливые, бархатные звуки пианино. Кто-то играл незатейливую, но до боли красивую мелодию, простую и полную безмятежного счастья. Она идеально сливалась с шепотом волн, доносящимся с пляжа, и создавала атмосферу совершенной гармонии. Ви откинулась на спинку плетеного стула, блаженно улыбаясь, ее нога под столом слегка покачивалась в такт музыке. — Идеально, — прошептала она почти про себя. — Да, — согласился Регулус, но смотрел он не на море, а на нее. Когда мелодия закончилась, раздались сдержанные, но искренние аплодисменты. Регулус слегка вытянулся в кресле, украдкой поглядывая на пианино внутри помещения, а потом на Ви, и в его глазах блеснула знакомая ей озорная искорка. — Тебе понравилось? — спросил он, делая вид, что просто поддерживает беседу и крутя в длинных пальцах ножку бокала. — Очень. Такая простая и светлая мелодия. Прямо как этот вечер. — Может, тогда сыграешь что-нибудь сама? — предложил он, и в его ровном, спокойном голосе сквозил лишь легкий, едва уловимый подтекст вызова. Ви фыркнула, будто он сказал нечто совершенно абсурдное. — Ты шутишь? Я не так талантлива в клавишных, как ты, и прекрасно это знаю. Мои навыки — это детские, неуверенные стуки по клавишам по сравнению с твоим виртуозным, отточенным исполнением. Я даже рядом не стояла. Регулус закатил глаза с таким драматизмом, будто играл в шекспировской трагедии. — О, спасибо за лестную оценку моих скромных способностей, — проворчал он, но в уголках его губ играла сдержанная улыбка. — Но это не конкурс, дорогая. Это должно приносить удовольствие. Он отпил последний глоток вина, отставил бокал и внезапно поднялся. Прежде чем Ви успела что-либо спросить, он уже уверенной походкой направился к пианисту, сидевшему за инструментом в перерыве между выступлениями. Ви видела, как Регулус что-то говорит ему, его жесты были спокойны и убедительны. Он достал из кармана несколько купюр и непринужденно вложил их музыканту в руку. Тот удивленно поднял брови, затем улыбнулся, пожал плечами и кивнул в сторону инструмента, вставая. Сердце Ви упало куда-то в районе каблуков и замерло там тяжелым, холодным комом. Регулус обернулся к их столику и едва заметно, одними глазами, кивнул ей в сторону освободившегося табурета. Его взгляд был твердым, непоколебимым и полным неподдельного ожидания и веры. «Нет-нет-нет-нет», — стучало у нее в висках в такт недавним аплодисментам, теперь казавшимся ей злой насмешкой. Она замерла, чувствуя, как предательский жар заливает ее щеки, шею и уши. Все гости на веранде, казалось, с нескрываемым любопытством наблюдали за этой немой сценой. Сжав кулаки под столом так, что ногти впились в ладони, Ви медленно, будто на эшафот, поднялась и пошла к пианино. Каждый шаг давался с трудом, ноги стали ватными. Подойдя вплотную к Регулусу, она прошипела сквозь зубы, сохраняя на лице застывшую, вежливую улыбку для окружающих: — Я тебя прибью, Блэк. Позже. Медленно и болезненно. Уголки его губ дрогнули в едва уловимой, но торжествующей улыбке. — Буду ждать с нетерпением. А теперь — садись и покажи им все, на что способна. Я ведь в тебе не сомневаюсь ни секунды, — его голос прозвучал тихо, но так твердо, что дрожь пробежала по ее спине. Дрожащими пальцами Ви прикоснулась к прохладным клавишам. Она боялась оплошать перед всеми этими выжидающими взглядами. Перед самим Регулусом. выжидающими, чужими взглядами. Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в коленях, выдох, пытаясь вспомнить хоть что-то. И тогда в памяти всплыла та самая мелодия, которую она часто наигрывала дома — что-то из детства, простое и лиричное. Первый звук вышел тихим, сдавленным и неуверенным. Она замолкла на секунду, чувствуя, как на нее смотрят десятки глаз, и от этого парализующая робость сковывала пальцы. Но потом ее взгляд поймал взгляд Регулуса. Он стоял в стороне, прислонившись к косяку, скрестив руки на груди, и смотрел на нее с обожанием и неподдельным восторгом, словно она была самой великой пианисткой в мире. Это придало ей сил. Она собралась с духом, и пальцы, будто вспомнив, сами понеслись по клавишам. Мелодия полилась тише, чем у предыдущего исполнителя, более застенчиво, но с удивительной нежностью и чувством. Она рассказывала историю без слов — о летнем вечере, о первом взгляде, о тихом счастье. Разговоры на веранде постепенно стихли. Гости, сначала с любопытством, а потом с искренним интересом, слушали игру этой скромной, очаровательной юной особы. Когда последняя нота, чистая и звенящая, растворилась в теплом вечернем воздухе, на секунду воцарилась полная, оглушительная тишина. А потом ее разорвали аплодисменты — не вежливые, а настоящие, громкие, теплые, восхищенные. Ви резко покраснела, смущенно улыбнулась и, потупив взгляд, поспешила к своему столику, кивая в ответ на одобрительные взгляды и улыбки.

***

— Для кого цветы? 

— Для той, что заслуживает звезды и Луну, но у меня только этот дурацкий букет… 

***

Регулус, заприметив на соседней улочке небольшую, но уютную цветочную лавку, поспешил за букетом для любимой. Испания — страна страсти и любви, так почему бы не выразить свои чувства еще и через этот небольшой, но изящный жест? Тем более, Ви обожала такие романтические, внезапные сюрпризы. — ¿Para la novia? — поинтересовалась пожилая продавщица с добрыми, лучистыми глазами, пытаясь расположить к себе клиента. — Para mi esposa, — мягко поправил ее Регулус, и на его обычно строгих чертах легла легкая, почти незаметная, но невероятно теплая улыбка. Взгляд Регулуса тут же упал на пышные, нежно-розовые пионы, которые обожала Ви. — Un ramo de estos, por favor, — попросил он, указывая на цветы. — ¡Excelente elección, señor! — женщина тут же, с профессиональной ловкостью, принялась за работу, ловко собирая букет.  Пока она работала, Регулус осмотрел остальной ассортимент, и его внимание привлекли веточки нежного розового жасмина с почти опьяняющим ароматом. Он подумал о том, как изящно такой цветок будет смотреться в светлых, шелковистых волосах Ви. — Y también uno de estos, — Регулус указал на жасмин, и продавщица, кивнув, тут же вытащила нужную веточку.  Блэк расплатился, оставив сверху пару дополнительных купюр, на что женщина ответила ему благодарной, сияющей улыбкой и почтительным кивком. Довольный, с цветами в руках, Регулус направился обратно, надеясь, что Ви не успела заскучать без него и уже немного остыла после его маленькой, рискованной выходки. Ви, тем временем, вернулась к их столику, беспокойно оглянувшись в поисках Регулуса. Она не знала, что он задумал на этот раз, но решила покорно подождать его на месте. Все еще переполненная адреналином, с пылающими щеками, Ви неспешно потягивала оставшуюся сангрию, пытаясь успокоить свое бешено стучащее сердце. — Привет, — раздался рядом приятный, мягкий женский голос. Ви подняла глаза, замечая темноволосую, улыбчивую девушку примерно ее возраста. — Извини, что отвлекаю. Просто хотела лично выразить свое восхищение. Играла ты просто безупречно. Так трогательно.  — Спасибо, — смущенно улыбнулась Ви.  — О, так ты англичанка! — воскликнула незнакомка, подмечая чистый английский акцент. Ее живые карие глаза тут же загорелись любопытством. — Хотя я так и думала, — она нервно, но добродушно рассмеялась. — На испанку ты не очень похожа. Ну… знаешь, такая фарфоровая кожа… Это если что комплимент, ты не подумай ничего плохого! Иногда я говорю, совсем не подумав, — слегка смутилась шатенка, по-девичьи потупив взгляд. — Не переживай, — отмахнулась Ви, ее смущение постепенно таяло перед искренностью незнакомки. — И да, я действительно из Англии. Я, кстати, Ви.  — А я — Оливия, — широко улыбнулась шатенка. — Мы приехали из Швеции. Мы — это я и мой парень Джонатан. Он сидит вон там, — девушка указала куда-то вглубь веранды. — А тот кудрявый парень, который заплатил пианисту, так понимаю, твой молодой человек? Между вами такая химия! Просто огонь!  — На самом деле, он мой муж, — поправила ее Ви, и на ее губах играла счастливая, немного гордая улыбка. — О-о-о, — брови Оливии взметнулись к самому пробору от искреннего удивления. — А выглядишь почти как школьница. Извини, снова говорю первое, что приходит в голову.  — Ничего. Ты мне напоминаешь одного моего друга. У него такая же манера общения, — по-доброму усмехнулась Ви. — На самом деле, школу я окончила только в этом году. И да, знаю, что брак в моем возрасте это довольно рано. Но… в Англии в этом нет ничего такого.  — Аристократка, что ли? — без тени осуждения, а лишь с жадным интересом заключила Оливия. — Видно по отточеным манерам, по тому, как ты держалась до и после игры, — изрекла девушка. — Ну, а как вы познакомились с мужем?  — Он сжег меня на костре в 1693 году. Я поклялась его найти и отомстить, — произнесла она с легкой, едва уловимой насмешкой в голосе. — Как романтично, — протянула девушка, сдерживая смех.  Позади них послышался сдержанный мужской смешок. Ви обернулась и увидела Регулуса, который вернулся с небольшим, но изящным букетом и бутылкой вина в руках. — Занятная история, — протянул он, его глаза весело сверкали. — Даже жаль, что это неправда.  — Откуда ты знаешь? — Ви выгнула свою изящную бровь. — Может, так и было, ты просто не помнишь.  — Учитывая твои недавние угрозы, я начинаю думать, что такое действительно возможно, — парировал Регулус, его губы тронула улыбка. — Я же говорю, химия! — восторженно вклинилась Оливия, покачав головой. — Это Оливия, — представила девушку Ви. — Она подошла похвалить мою игру.  — Ну вот, а ты еще отнекивалась, — бросил Регулус Ви многозначительный взгляд и вежливо протянул руку магле. — Регулус.  — Какое необычное имя! — она ответила на рукопожатие, ее глаза расширились от интереса. — В Англии у аристократов есть какие-то особые традиции для имянаречения? Оно звучит… звездно.  — Что-то вроде того, — уклончиво, но без высокомерия ответил Блэк. — Семейная традиция.  — Это все невероятно интересно! — воскликнула Оливия, и ее лицо озарилось энтузиазмом. — Я вообще обожаю историю, и Англия — одна из тех стран, которая больше всего притягивает внимание своим трепетным отношением к традициям. Это так... благородно! — она вдруг спохватилась и посмотрела на них с легким смущением. — Ой! Я, наверное, уже засиделась! Вы же, скорее всего, хотите побыть наедине! Я пойду! — Подожди, — Ви мягко ухватила ее за запястье. — Мы могли бы еще поболтать, если тебе так интересно. Можешь позвать и своего парня, — глаза Ви мгновенно загорелись азартом. Оливия казалась ей невероятно живой и интересной собеседницей, чем-то похожей на взбалмошного Сириуса. Противоположности притягиваются, верно ведь? Она перевела вопрошающий, немного умоляющий взгляд на Регулуса. — Если ты не против, конечно. Блэк лишь равнодушно пожал плечами, давая понять, что ему все равно. Оливия уже было хотела согласиться, но тут к их столику уверенной походкой подошел ее парень, высокий блондин со скандинавскими чертами лица. — Лив! Ты сказала, что отойдешь на пять минут, а пропала на все тридцать! — с легким, но добродушным возмущением произнес он. — Опять втянула в свою бесконечную болтовню незнакомых людей? — Вообще-то, — она выразительно выгнула бровь и с вызовом посмотрела на своего парня, — они мне уже не незнакомцы! И они сами приглашают нас к себе за стол, чтобы пообщаться! И, кстати, я выиграла! Они действительно из Англии! И они аристократы! Спорить с историком бесполезно, я же говорила! — Оливия торжествующе посмотрела на Джонатана. — Он утверждал, что вы — немцы, — усмехнулась Оливия. — Ну, какие же вы немцы! То, что вы англичане, я считала сразу же!  — Это, конечно, очень любезно с вашей стороны, — вежливо, но немного отстраненно сказал Джонатан, окидывая Ви и Регулуса оценивающим взглядом.— Но мы же взяли билеты на то шоу фламенко? Оно начинается через полчаса. — Ой, точно, черт! — Оливия с комичным ужасом приложила ладонь ко лбу. — Извините, сегодня не получится. Но было невероятно приятно познакомиться! Надеюсь, мы еще увидимся! — воскликнула она, уже вставая. Она счастливо помахала им рукой, и они с Джонатаном скрылись в вечерней толпе.  — Она своим словесным потоком и отсутствием фильтра напомнила мне Сириуса, — задумчиво, с легкой усмешкой протянул Блэк, следя за ними взглядом. — Только в юбке и более дружелюбная версия. — Да, я тоже заметила, — Ви согласно качнула головой, все еще улыбаясь. — Так, это тебе! — Регулус повернулся к ней и преподнес букет. — Как самой прекрасной пианистке, которая никогда не должна ничего стесняться, ведь ты талантлива абсолютно во всем.  Ви расцвела от комплимента, ее смущение окончательно развеялось. Она с наслаждением уткнулась носом в прохладные, бархатные лепестки пионов, вдыхая их пьянящий, сладковатый аромат. — А это, — Блэк сел рядом с ней, бережно вынув из букета веточку жасмина. Его пальцы нежно коснулись ее виска, отводя прядь волос. — Думаю, будет безупречно смотреться здесь. Ви почувствовала слабую, еле ощутимую волну магии возле своего уха, легкое покалывание, и широко распахнула глаза. — Регулус! Ты что, только что воспользовался магией под носом у маглов? — изумленно прошептала девушка.  — Ну, они же ничего не заметили, — Блэк беспечно пожал плечами, но в его глазах читалось удовлетворение от удачно выполненного маленького трюка. — Зато теперь он точно будет держаться.  — А вино ты где успел взять? — Ви кивнула на изящную бутылку темного стекла, которую он поставил на стол. — А это... — он сделал небольшую театральную паузу, наслаждаясь ее любопытством. — Лично от владельца заведения. В качестве благодарности за самый искренний музыкальный подарок его гостям за весь вечер. Говорит, такие моменты бесценны для репутации.  Ви смущенно улыбнулась и снова потупила взгляд, но на этот раз в ее улыбке читалась и гордость. Ее маленькая, незатейливая игра и правда вызвала такой восторг. — А давай возьмем это вино и пойдем на пляж? — предложила она, вновь обретая уверенность. — Понаблюдаем за звездами. Регулус мягко улыбнулся и кивнул, его взгляд стал томным и глубоким. Так они и пошли, оставив позади огни ресторана. Ви сбросила изящные босоножки на каблуке, с наслаждением утопая босыми ногами в песке, еще хранящем дневное тепло. Песок был мягким и шелковистым, он приятно обволакивал ее ступни. Не заботясь о своей светлой летней юбке, она ловко опустилась на песок, вытянув ноги по направлению к кромке воды, то и дело набегающей на берег. Регулус опустился позади нее, обнял и притянул к своей груди. Ви блаженно закинула голову ему на плечо, позволив его губам оставить на ее скуле легкий, почти невесомый поцелуй, от которого по коже побежали мурашки. Блэк с помощью магии откупорил бутылку и протянул девушке. Ви с радостью сделала первый глоток, ощущая холодную сладость вина, идеально гармонирующую с теплым вечерним воздухом. Она передала бутылку обратно Регулусу, и он, отпив, поставил ее в песок рядом с собой.  Над ними раскинулся бескрайний бархатный полог ночного неба, усыпанный миллиардами сияющих точек, таких ярких и четких, что казалось, до них можно дотронуться рукой. Воздух был невероятно прозрачным, и Млечный Путь проступал сквозь гущу звезд как таинственная сияющая река. — Здесь видно то, что никогда не увидишь в Англии, — тихо произнес Регулус, его голос, низкий и мягкий, сливался с шепотом набегающих волн. Он обнял Ви чуть крепче, указывая рукой на небо. — Смотри прямо над головой. Три яркие звезды, образующие почти идеальный треугольник. Это Вега, Денеб и Альтаир. Летний треугольник — главный ориентир всего сезона. Он провел пальцем по воздуху, соединяя воображаемые линии.  — Вега — это альфа Лиры, самая яркая из них. А вот от Денеба, хвоста Лебедя, тянется крест из звезд — это и есть сам Лебедь, летящий вдоль Млечного Пути. — Его пальцы проследили за изящной шеей и расправленными крыльями небесной птицы. — А вон та звезда, что пониже и чуть южнее, — Альтаир, орел. Он словно парит над самым горизонтом. Ви завороженно следила за движением его руки, прижимаясь спиной к его груди, чувствуя его тепло и ритм сердца. Его знания астрономии всегда казались ей не просто наукой, а своего рода магией — тайным языком, на котором говорят со звездами. — А теперь посмотри туда, на юг, — его губы почти касались ее уха, и от этого по ее спине бежали мурашки. Он указал в сторону темного моря. — Видишь те четыре звезды, образующие что-то вроде коробочки с крышкой? Это Стрелец. А чуть левее и выше… Скорпион. Видишь ту красноватую звезду? Это Антарес, сердце скорпиона. Он ползет вдоль самой насыщенной части Млечного Пути. Там, в его глубине, — центр нашей галактики. Он замолк, и тишину нарушал только мерный гул прибоя. Казалось, вселенная затаила дыхание, слушая его рассказ. Ви чувствовала себя крошечной и одновременно бесконечно значимой частью этого грандиозного зрелища. — Ты знаешь, о чем я думаю? — прошептала она, поворачивая голову так, чтобы видеть его профиль, освещенный лунным светом.  — О чем?  — Что все эти звезды, все эти гигантские миры… они такие далекие и холодные. Но почему-то, глядя на них вот так, с тобой, я чувствую себя не маленькой и потерянной, а… частью чего-то огромного и прекрасного. Как будто они светят специально для нас в эту ночь. Регулус не ответил словами. Он просто прижался щекой к ее виску, и этого было достаточно. В этом молчаливом согласии, в этом единении под бескрайним испанским небом, усыпанным древними созвездиями, и заключалась вся романтика момента. Они были просто двумя душами, затерянными в величии вселенной, но нашедшими друг в друге свой собственный, неизменный центр мира. — Регулус…? — снова тихо позвала его Ви, нарушая долгую, комфортную паузу. Блэк склонил голову, заглядывая в ее сияющие в лунном свете глаза, давая понять, что все его внимание принадлежит ей. — А как бы ты... хотел назвать своих детей? — вдруг выпалила она, заставляя Блэка на мгновение застыть от неожиданности. — Я имею в виду, ты же, как истинный Блэк, наверняка захочешь продолжить вашу семейную традицию — давать детям имена в честь звезд и созвездий? Какие имена тебе нравятся? Блэк на секунду задумался, его взгляд устремился в звездную высь, будто ища ответа среди мерцающих светил. В его чертах появилась необычная мягкая задумчивость.  — Для мальчика... например, Кастор. Или, скажем, Персей, — начал он медленно, взвешивая каждое имя. — А среди женских... мне всегда нравилось имя Асцелла. Асцелла Блэк... Звучит гордо и изящно, не находишь? Или, может быть, Атрия... — он перевел взгляд на нее, изучая ее реакцию. — А что насчет тебя? Какие имена нравятся тебе?  — Мне нравится ваша традиция касательно имен. Это отдает величием… — протянула девушка. — Я была бы не против, если бы наши дети носили звездные имена, — она смутилась под его пристальным, изучающим взглядом и отвела глаза в сторону темного моря, как будто ища поддержки в его бескрайних водах. Говорить о детях вслух было странно. Волнительно. С одной стороны, это казалось такой далекой, почти что фантастической перспективой. С другой... они ведь были женаты. Рано или поздно этот вопрос должен был встать перед ними. Хотя Ви пока с трудом представляла себя в роли матери — такой же собранной, мудрой и безупречной, как, например, Андромеда. Но может, когда-нибудь в будущем... А пока почему бы не помечтать? Теперь они имели на это полное право. Теперь они были одной семьей. —А ты... кого бы ты хотел больше? Мальчика или девочку? — вдруг продолжила она, сама удивляясь своей смелости. Регулус на мгновение замер. Он не ожидал такого поворота, но что-то в этом внезапном, доверительном разговоре щемило сердце и вызывало странную, теплую надежду. — На самом деле... — он запнулся, подбирая слова, и они полились сами, будто он лишь сейчас осознал эту истину. — Я бы хотел обоих. Ну, знаешь... — он повернулся к ней, и его серых глазах заиграли теплые искорки. — Чтобы девочка была твоя точная копия. Светлые волосы, этот маленький, упрямый носик... — он легонько коснулся кончика ее носа пальцем, и на его губах появилась улыбка. — И, возможно, ей передастся твой взрывной нрав, и она  грозным вихрем будет носиться по дому. — Почему сразу мой взрывной нрав?! — фыркнула Ви, но глаза ее смеялись. Она сделала вид, что обижена, надув губы. — А как же моя утонченность, изящество и неземная грация?   — О, все это она, безусловно, унаследует в полной мере, — рассмеялся Регулус, и его смех был тихим, глубоким, предназначенным только для нее. — Просто я почему-то уверен, что твоя грация будет соседствовать с умением эффектно хлопнуть дверью или швырнуть в меня подушку в приступе праведного гнева. Может, ей достанутся мои кудри? Думаю, это будет невыносимо мило, — он замолчал, и взгляд его стал задумчивым, устремленным в будущее, которое вдруг стало осязаемым. — А мальчик... пусть будет похож на меня. Такие же непослушные черные волосы, острые черты лица. Но чтобы твои глаза. У тебя они... особенные. И чтобы он был спокоен и сдержан, по-блэковски невозмутим. Настоящий маленький джентльмен, который будет редко плакать и всегда защищать свою сестру. Он умолк, вглядываясь в ее лицо, ища в нем ответ на свое внезапное откровение. — А что вдруг навеяло тебе мысли о детях? — мягко спросил он. Ви прижалась к его плечу, ища защиты от внезапной уязвимости. — Просто... теперь нам ведь можно? — она посмотрела на него снизу вверх, и в ее глазах светилась робкая надежда, смешанная с безграничным доверием. — Мечтать. Говорить обо всем этом вслух, не таясь, не оглядываясь. Ведь будущее... оно теперь у нас действительно есть. И оно зависит только от нас. Неважно, что будет там, за стенами нашего дома. Мы сможем построить его сами. Таким, каким мы его хотим видеть. Правда? — Конечно, — без малейшей тени сомнения ответил Регулус, нежно касаясь ее волос, которые слегка трепал вечерний ветер. Он произнес это просто и твердо, как клятву. Как аксиому, не требующую доказательств. — У нас все будет именно так. Я обещаю.

***

Проснувшись рано утром, Ви и Рег решили провести время на пляже, а потом отправиться погулять по городу и осмотреть местные достопримечательности.  Час спустя после пробуждения они уже лежали на шезлонгах под широким полосатым зонтом. Воздух дрожал от зноя, а море переливалось миллионами бирюзовых бликов. Ви с наслаждением втирала в кожу густой крем с запахом кокоса. — Ви, ты же в курсе, что есть защитные чары от палящего солнца? — Регулус слегка приподнял темные очки, и в его глазах заплясали чертики. — Или ты решила устроить магическому сообществу бойкот в пользу магии химической? — Эти чары, мой дорогой педант, — она с достоинством подняла подбородок, — требуют постоянной концентрации и траты энергии. Целый день их поддерживать — просто издевательство над собой. А крем... — она с торжествующим видом протянула ему тюбик, — крем нужно всего лишь обновлять раз в несколько часов. На, прояви галантность, намажь мне спину. Он с преувеличенным вздохом повиновался. Его пальцы медленно и плавно втирали крем в ее кожу, и от каждого прикосновения по телу Ви разливалось тепло, никак не связанное с солнцем. — Тебя бы тоже не мешало намазать, — обернулась она, ловя его руку. — Ни за что на свете, — он отстранился с комичным ужасом. — Ненавижу ощущение чего-то липкого на коже.  — Ты невыносим! — она снова закатила глаза, но в уголках губ играла улыбка. — Если сгоришь, потом не жалуйся! — с этими словами она легла на живот и ловко развязала тонкие лямки купальника на спине. — И что это теперь? — в его голосе прозвучала смесь удивления и забавы. — Стратегический маневр! — ее голос прозвучал приглушенно, так как она уткнулась лицом в полотенце. — Чтобы не было белых полос от загара. Идеальный ровный тон — это важно! — Так ты же под зонтом и в креме с самой высокой защитой, — не сдавался он, и Ви почувствовала, как он наклонился к ней. — Какой еще загар? Твоя кожа останется белоснежной, как пергамент для особо важных свитков.  — Солнце все равно найдет лазейку! Оно коварно! А крем только защищает от ожогов, но не от легкого тона! Регулус Блэк, хватит терзать меня своей логикой! — она сделала вид, что сердится, но ее плечи слегка вздрагивали от смеха. — Я всего лишь указываю на отсутствие таковой в твоих действиях, — проворчал он, но в его интонации сквозила нежность. — Ой, все! Сходи лучше нам за напитками!  Он с преувеличенно страдальческим видом поднялся и направился к лестнице, ведущей на набережную. Частный пляж был раем, но раем безмятежным и лишенным такого блага цивилизации, как ближайший киоск с напитками. Очередь в ларьке двигалась мучительно медленно. Регулус, привыкший к мгновенному исполнению желаний с помощью волшебной палочки, с трудом сдерживал раздражение. И тут его осенило. Он не стал дожидаться своей очереди, а отвел в сторону улыбчивого торговца по имени Пабло и после короткого, но энергичного торга, подкрепленного солидной пачкой банкнот, решил проблему кардинально. Теперь у них на пару часов был личный бармен. Пока Пабло собирал свой передвижной киоск, чей-то голос окликнул Регулуса. Сначала он не обратил внимания, но потом подумал, что обращаются точно к нему, ведь вряд ли где-то еще по Испании ходит человек с таким редким именем. Он обернулся и приспустил очки на нос. Перед ним стояла вчерашняя парочка — Оливия, сияющая, как отполированный галеон, и ее спутник Джонатан, выглядевший чуть менее восторженно. — Привет! — лучезарно улыбнулась девушка. — Мы вчера виделись! Я Оливия, а это Джонатан. — Я помню, — Блэк протянул руку парню, ведь вчера они так и не были друг другу представлены.  — А где жену потерял? — улыбнулась девушка, оглядываясь по сторонам.  — Проходит курс интенсивного принятия солнечных ванн, — ответил Регулус, скупо улыбнувшись, и кивнул в сторону их пляжа.  — Так вы, выходит, из категории «золотой молодежи»? — Джонатан хмыкнул, оценивающе оглядев Регулуса. — И что же навело вас на эту мысль? — Регулус поднял бровь, делая вид, что заинтересован. — Собственная вилла. Личный пляж. — Джонатан перечислил это с легкой усмешкой. — Такое по карманам единицам. Очень, очень богатым единицам. А так как ты явно еще вряд ли чего-то достиг сам, то значит, ты просто родился с золотой ложкой во рту и просто пользуешься деньгами своей семьи. Регулус усмехнулся про себя. Как же все-таки жизнь маглов, их мировоззрение отличается от их собственного. В нем они сейчас видят богатенького сынка из обеспеченной семьи, который живет на широкую ногу и бросается деньгами налево и направо. И это правда, вот только они не в курсе, что неудивительно, о том, что вся его богатая жизнь приправлена войной. Войной, в которой он является прямым участником. Что все его друзья, знакомые и семья втянуты в гражданскую войну. Но внешне Блэк, конечно, выглядит для них просто человеком, который удачно родился в нужной семье.  — Звучит как зависть, — парировал он, и в его тоне невольно прозвучали нотки снобизма. — Боже упаси! — Джонатан отмахнулся, но немного смутился. — Если хотите, можете присоединиться к нам, — пожал плечами Блэк и перевел взгляд на Оливию. — Ви будет рада с тобой еще пообщаться.  — О, это чудесно! — воскликнула Оливия, хватая Джонатана за руку. — Мы с удовольствием! И пусть Джонатан не горел таким же энтузиазмом, Оливия на это даже не обратила внимания. Они все вместе направились в сторону пляжа.  — А это кто? — спросила Лив, указывая на испанца позади них.  — Это Пабло, — пояснил Регулус, вальяжно засунув руку в карманы шорт. — Согласился поработать барменом у нас на пляже сегодня. У богатых свои привилегии, не так ли? — поддел Блэк блондина.  Тот промолчал, видимо, решив, что переборщил со своими умозаключениями в сторону Регулуса. Ну, подумаешь, богатый сынок своих родителей. Наверно, если бы он был на его месте, он также разбрасывался бы деньгами во все стороны.  — Ви! — Оливия принялась махать рукой, заметив фигуру на шезлонге. — Она что, спит? — Скорее, обездвижена в процессе достижения эстетического идеала, — с невозмутимым видом пояснил Регулус. — Развязала купальник ради равномерного загара. — Но она же в тени! — удивилась Оливия. — Ей только этого не говори, — ухмыльнулся Регулус. — Меня за подобные рациональные замечания уже услали в изгнание за напитками. Оливия рассмеялась, понимая, что их отношения — это идеальный коктейль из страсти, юмора и легкого безумия. Регулус наклонился к Ви, чтобы помочь ей завязать купальник. Его пальцы ловко справились с застежкой, касаясь ее кожи лишь на мгновение, но и этого было достаточно, чтобы по ее телу пробежала знакомая дрожь. Она села, сияя, и поприветствовала гостей. — Ну вот! Я знала, что мы еще встретимся! — Оливия была в восторге. — А где напитки? — первым делом спросила Ви, смотря на Регулуса. — Пабло все принесет через пару минут, — он кивнул в сторону бармена, уже устанавливавшего зонтик. — Я решил вопрос кардинально. — Ты купил нам личного бармена? — усмехнулась девушка.  — В этом мире деньги решают все, так почему бы и нет? — пожал он плечами. И если для маглов эта фраза звучала как позерство, то Ви уловила в ней горьковатый привкус истины. В этом мире, мире маглов, они могли купить себе беззаботность. Здесь не было войны, не было Темного Лорда, не было постоянного страха за тех, кого любишь. — Так как вы все-таки познакомились? — спросила снова Лив, усаживаясь на шезлонг.  — Да мы с детства знакомы, наши семьи тесно общались, — начала рассказывать Ви. — Потом мы вместе учились в школе, и стали за это время очень близкими друзьями. Ну, а потом выяснили, что давно влюблены друг в друга, и начали встречаться.  — Как романтично! Так вы те самые лучшие друзья, которые скрывали свои чувства, боясь, что это не взаимно, и не хотели рушить прекрасную дружбу!  — Да, — усмехнулась девушка. — Так и было.  — И сколько же вы уже вместе? — не унималась девушка.  — Три года.  — Вот видишь! Люди три года встречаются и уже женаты! А мы с тобой пять лет вместе, и ты мне до сих пор не сделал предложение! — с легкой обидой поддела Оливия своего парня. — Так у вас сейчас медовый месяц?  — Не совсем… — замялась Ви. — Мы тут ненадолго. Через пару дней мы должны вернуться в Англию.  — Как грустно… — с искренним сочувствием протянула Лив. — Так если у вас такой короткий медовый месяц, то нужно столько всего успеть! Вы вообще сделали фото на память? — вдруг взбудоражилась девушка. — У вас же должно остаться что-то с этого отпуска на память, чтобы потом пересматривать фото с легкой ностальгией! Или же показывать своим детям! Давайте я вас пофотографирую! Я проходила месячные курсы по фотографии, поэтому сделаю вам все профессионально.  — А что… — задумалась на мгновение Ви. — Это отличная идея.  — Тогда пойдемте прямо сейчас! Солнце пока не так сильно палит, поэтому у моря можно спокойно попозировать!  Оливия достала фотоаппарат и вскочила, направляясь к морю. Ви взяла Рега за руку и потащила его в ту же сторону. Ну, как потащила… Блэк и не сопротивлялся так-то.  Песок под ногами был теплым и шелковистым, словно коричневая сахарная пудра. Первые же кадры у кромки воды, где волны набегали на их босые ноги, оставляя кружева пены, получились живыми и непосредственными. Оливия ловила моменты: то, как Ви, заливаясь смехом, пыталась убежать от очередной волны, а Регулус крепко держал ее за руку, не давая упасть, его строгое лицо озаряла редкая, но оттого еще более ценная улыбка. То, как они стояли, обнявшись, спиной к объективу, глядя на уходящую вдаль линию горизонта, где небо сливалось с морем в ослепительном сиянии. Затем они поднялись на старый, выбеленный соленой водой и солнцем деревянный пирс. Доски под ногами были теплыми и гладкими. Здесь Оливия создала настоящую магию.  — Встаньте вот так, Регулус, обними Ви за талию, а ты, Ви, обопрись на него и посмотри на море! — командовала Оливия, заглядывая в видоискатель. Регулус послушно выполнил просьбу. Его движения были, как всегда, немного сдержанными, но в прикосновении к обнаженной коже жены сквозь легкую ткань ее платья была привычная нежность. Ви прижалась к нему, чувствуя под пальцами шероховатость его льняной рубашки. Она закрыла глаза, подставив лицо соленому ветерку, и улыбнулась. Щелчок затвора запечатлел этот момент безмятежного счастья. — Идеально! Теперь, Регулус, смотри на нее, а не в камеру. Да, именно так! — Лив не могла нарадоваться. Они были идеальными моделями — красивой картинкой из глянцевого журнала, но в их взглядах, в едва уловимых улыбках читалась настоящая, глубокая история. Они двигались дальше по пирсу, к его самому краю, где синие воды смыкались с синим небом. Регулус неожиданно привлек Ви к себе, развернул спиной к морю и сам облокотился на перила, так что она оказалась в его объятиях, прижатой к его груди. Он смотрел прямо на нее, а она, задрав голову, — на него. В ее глазах плескалось море восторга, а в его — тихая, бездонная нежность. Оливия затаила дыхание и сделала кадр. Это было больше чем фото. Это был портрет любви. — Ну просто потрясающе! Вы должны повесить это в гостиной! — восторженно выдохнула она, показывая им результат на дисплее. — Мне нравится, — тихо, но твердо сказал Регулус, не отпуская Ви. Та, сияя, внезапно вспомнила о чем-то.  — А может мы еще поснимаем у нас на вилле? Там есть бассейн... из белого камня. Он невероятно красив, особенно при дневном свете. Думаю, кадры получатся волшебными. — С белым камнем? Звучит роскошно! Конечно, давайте! — Оливия была уже совершенно вдохновлена. Через несколько минут они поднимались по террасе их виллы. Бассейн, как и говорила Ви, был произведением искусства: вырезанный из белоснежного мрамора, он отражал чистое небо, а его вода переливалась всеми оттенками лазури и индиго. По краям, почти вплотную к воде, стояли огромные глиняные кувшины с цветущими олеандрами, а из-за бортика низвергался небольшой каскад, чье тихое журчание было единственным звуком, нарушавшим знойную тишину. Ви, не раздумывая, сбросила сандалии и опустила ноги в прохладную воду.  — Рег, иди сюда! — позвала она. Он присел рядом на край, вытянув длинные ноги. Ви прислонилась головой к его плечу, а он обнял ее, положив подбородок на макушку. Оливия снимала их с разных ракурсов: крупным планом — их переплетенные пальцы, в полный рост — их силуэты на фоне ослепительной белизны камня и синевы воды. Но затем Ви, поймав на себе взгляд мужа, полный обожания, не выдержала. Ее глаза блеснули озорством. Она стянула сарафан и соскользнула в воду с едва слышным всплеском. — Иди ко мне! Регулус на мгновение заколебался, но лишь мгновение. Он снял рубашку и следом за ней он вошел в воду. Он не пошел, а именно вошел — медленно и величественно, как некий повелитель водной стихии. Вода достигала ему по грудь. Он подплыл к ней, и она немедленно обвила его шею руками, а ногами — его талию. Он поддерживал ее, крепко держа за бедра, их лица находились на одном уровне. Капли воды сверкали на его ресницах и на ее щеках, как алмазы. Они забыли о камере, об Оливии, обо всем на свете, глядя только друг на друга. И в этот идеальный момент прозвучал финальный, решающий щелчок затвора. Оливия опустила камеру. Она понимала, что только что запечатлела не просто фотографию. Она запечатлела самую суть любви — ту, что не нуждается в словах, позах или красивых локациях. Она просто есть. Оливия сказала, что уже к вечеру проявит фотографии и передаст им. Они договорились встретиться в одном из ближайших баров, тут, на набережной.  Лив и Джонатан попрощались с ними и ушли по своим делам, оставив их вдвоем в знойном послеполуденном воздухе, напоенном запахом моря и жасмина. Ви, воспользовавшись моментом, обвила руку Регулуса и посмотрела на него снизу вверх, ее глаза сверкали знакомой ему хитрой искоркой, которая всегда предвещала каприз или авантюру. — Рег, — начала она сладким, заговорщическим тоном, прижимаясь к его плечу. — Мы же не можем уехать из этого рая, ничего не купив? Это просто невозможно. Пойдем прогуляемся, я видела тут несколько очаровательных бутиков. Регулус издал короткий, почти неслышный вздох, но в уголках его губ дрогнула улыбка. Сопротивляться было бесполезно, да он и не особо старался. Ее энтузиазм был заразителен, даже когда приводил к его личному дискомфорту. Он послушно шел чуть позади, превратившись в живого носильщика. Уже несколько увесистых бумажных пакетов с логотипами модных домов оттягивали ему руки. Ви же деловито и энергично шагала по выложенной ракушником дорожке, ее взгляд скользил по витринам, выискивая новые цели. Она была похожа на охотника, выслеживающего добычу.  Очередной бутик встретил их прохладой кондиционированного воздуха и тихой музыкой. Регулус с почти блаженным облегчением опустился в глубокое кожаное кресло в углу, пока Ви с азартом первопроходца принялась штурмовать стойки с одеждой. Он наблюдал, как она, щурясь от удовольствия, перебирала шелк, лен и шифон, безжалостно снимая с вешалок все, что хоть на секунду привлекало ее внимание. Гора вещей на плечиках, которую за ней покорно тащила продавщица, заставила Регулуса задуматься, не придется ли им под гардеробную действительно выделить еще одну комнату в доме. — Кофе, пожалуйста. Черный, без всего, — тихо сказал он подошедшей сотруднице, не отрывая взгляда от Ви, скрывшейся за занавеской примерочной. Вскоре она начала свои показы. Выходя в каждом новом наряде, она кружилась перед ним, как манекенщица, а он, отхлебывая ароматный эспрессо, лишь одобрительно кивал. В белом льняном платье она выглядела невинно и свежо, в облегающем черном — изящно и загадочно, в цветастом сарафане — как само испанское лето. — Регулус Блэк! — наконец воскликнула она, останавливаясь перед ним в очередном образе и складывая руки на груди. — Ты понимаешь, что своим вечным «прекрасно» и «восхитительно» сам обрекаешь себя на огромную кучу пакетов, которые нести именно тебе? Он мягко улыбнулся, его усталые глаза светились неподдельным обожанием, глядя на эту маленькую, полную энергии фурию. — Такова моя участь, — пожал он плечами с наигранной покорностью. — Быть покоренным твоей красотой и таскать за тобой трофеи. Ви фыркнула, но было видно, что комплимент ее растрогал. Она устало провела рукой по волосам. — Ладно, пошли теперь со мной. Мне нужна помощь с завязками.  Регулус поднялся и последовал за ней в примерочную. К его удивлению, она оказалась довольно просторной, с мягким пуфом и большим зеркалом. Ви ловко скинула топ и повернулась к нему спиной, протянув шелковые ленты изысканного корсета цвета слоновой кости. — Что за странная любовь к таким сложным конструкциям? — проворчал он, принимаясь за сложную систему шнуровки. Его пальцы, привыкшие к точным движениям при создании зелий, ловко справлялись с упрямыми лентами. — Это эстетично! — парировала она, следя за его действиями в зеркале. — Подчеркивает линию талии... Вдруг она громко ахнула. — Что? — его пальцы тут же замерли. — Слишком туго? Я же предупреждал. — Нет-нет, — выдохнула она, и в ее голосе прозвучало удовлетворение. — В самый раз. Так грудь даже больше кажется.  Она с удовольствием оглядывала свое отражение в зеркале. Регулус тихо рассмеялся, и его смех был теплым и бархатным. Он обвил ее талию руками, притянул к себе и прикоснулся губами к ее обнаженному плечу, оставляя легкий, горячий поцелуй. — Ты прекрасна в любом виде, с корсетом или без, — прошептал он, его губы скользнули к мочке ее уха, а дыхание обожгло кожу. — И твоя грудь, поверь, и без этих ухищрений сводит меня с ума. Ви мгновенно вспыхнула, по ее телу пробежала мелкая дрожь. Она прикрыла глаза, инстинктивно прижимаясь спиной к его груди, чувствуя тепло его тела сквозь тонкую ткань рубашки. Его рука скользнула с ее талии ниже, ладонь легла на внутреннюю сторону бедра, и подушечки пальцев принялись чертить медленные, кружащие узоры на ее коже.  От этого прикосновения у нее перехватило дыхание, а в низу живота заструилось горячее, настойчивое желание. Ей безумно хотелось его, прямо сейчас, но трезвый голос разума напоминал: они в примерочной, за тонкой шторкой ходят люди, продавщицы... Рациональность на этот раз взяла верх над страстью. — Нет, — сдавленно прошептала она, с трудом отводя его руку. В ее голосе послышалась досада. — Не здесь. — Обломщица, — он усмехнулся ей в ухо, но послушно отпустил ее, и его дыхание снова стало ровным. Он вышел, оставив ее одну с новым нарядом и учащенно бьющимся сердцем. С целой горой покупок они наконец добрались до прохлады своей виллы. Регулус, сбросив пакеты на диван в гостиной, первым делом направился в спальню, с наслаждением стаскивая с себя пропахшую солнцем и городом рубашку. Единственное его желание сейчас — оказаться под струями прохладного душа. — Регулус Арктурус Блэк! — гневный возглас жены прозвучал, как выстрел. — Я тебя просто прибью!  Блэк обернулся к вошедшей девушке, гадая, что такого он успел натворить, о чем даже еще не подозревает.  — В чем дело?  — Ты свою спину видел? — воскликнула девушка, широко распахнув глаза. — Она вся красная! А я ведь тебя предупреждала!  Регулус нахмурился и внимательно посмотрел на свое отражение. Черт. Действительно, кожа на плечах и спине была равномерно красной. Странно, он почти не чувствовал жжения, лишь легкое неприятное стягивание. Ви уже лихорадочно рылась в комоде и с победоносным видом извлекла оттуда небольшую стеклянную баночку с зеленоватой субстанцией.  — Я знала, что ты тот еще упрямец. Поэтому все предусмотрела. Садись! — скомандовала девушка, подходя ближе к мужу.  Регулус с покорностью обреченного опустился на край кровати. Блэк знал, что участь уготована ему не самая приятная. И был абсолютно прав. Как только прохладный гель коснулся его обожженной кожи, по телу разлилось облегчение, которое через секунду сменилось пронзительным, жгучим холодом, а затем и настоящей болью. Регулус резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы. — Вечером надо повторить для профилактики, — отчеканила девушка.  — Как скажешь, — поясничал Регулус, за что Ви легонько хлопнула его по плечу. — Ауч!  — Не драматизируй!  — Ты беспощадная женщина! — воскликнул Блэк и мигом скрылся за дверью ванной, пока Ви его не придушила за его несносность. 

***

Вечерний воздух Испании был густым и сладким, как вино. Ви, стоя перед зеркалом, с удовольствием провела ладонями по шелковистой ткани своего платья. Светло-розовое, короткое и облегающее, оно сидело на ней безупречно. Тысячи мерцающих блесток, словно пойманные в ловушку звезды, вспыхивали и гасли при каждом движении, переливаясь под мягким светом ламп. Приспущенные плечи и рукава-фонарики окутывали ее флером романтики, а легкий волан, обрамляющий подол, порхал с кокетливой нежностью. Закончила образ она низким, нарочито небрежным пучком, из которого выбивались отдельные пряди, смягчая острые черты лица. Регулус, наблюдавший за ней с порога, не смог сдержать восхищенной улыбки. Он протянул руку, и его пальцы мягко сцепились с ее пальцами. — Готовы покорять вечер, миссис Блэк? — его голос прозвучал низко и чуть хрипло. — Более чем, мистер Блэк, — ответила она, сияя в ответ. Как и договаривались, они встретились с Лив и Джонатаном в одном из уютных прибрежных баров. Пара уже ждала их за большим столиком в углу, вдали от громкой музыки и веселящейся толпы. — Наконец-то! — воскликнула Лив, ее лицо озарилось радушной улыбкой. Она тут же протянула конверт. — Смотрите! Фото готовы. Это просто нечто! Вы будто с обложки модного журнала сошли.  Ви с трепетом взяла фотографии. На снимках они с Регулусом смотрелись великолепно. Регулус обвил ее рукой за талию, его ладонь уверенно легла на ее бедро, и большой палец начал лениво водить по шелку платья, вызывая приятные мурашки. — Знаешь, — задумчиво произнесла Ви, оборачиваясь к мужу, — давай купим красивые рамки и расставим их на комоде в спальне. Или же сделаем что-то вроде коллажа… Ну знаешь, когда все фотографии вместе на одном полотне. Регулус в ответ лишь мягко улыбался, его серые глаза смягчились, глядя на то, как сияет его жена, как горят ее глаза от восторга. Вечер тек неспешно и расслабленно. Они заказали вина и несколько закусок. Регулус, к собственному удивлению, обнаружил, что беседа с маглами идет на удивление легко. Лив оказалась образованной и остроумной собеседницей, с ней можно было говорить о чем угодно — от античной истории до современного искусства. И самое странное — чистокровный аристократ Регулус Блэк не чувствовал и тени былого высокомерия. Здесь, в Испании, где маги и маглы существовали бок о бок, все его предрассудки казались мелкими и нелепыми. Ему безумно хотелось остаться в этом блаженном раю навсегда. Единственное, что слегка омрачало их пребывание здесь, это вынужденная мера постоянно пользоваться маскирующими чарами. Регулус скрывал свою черную метку, чтобы ни у кого не возникло странных вопросов касательно черепа со змеей на его руке. А Ви изо дня в день скрывала свои шрамы. Шрамы на ребрах, которых она так стыдилась, и белые линии на запястье, которые считала своей самой настоящей глупостью.  Вечер был потрясающим и беззаботным ровно до того момента, пока Блэк чисто случайно не окинул взглядом людей у бара. Регулус замер, узнавая до боли знакомую макушку темных волос. Внутри него что-то вспыхнуло недоброе, и он сжал стакан в своей руке с такой силой, что тот норовил вот-вот лопнуть.  — Какого черта…. — прошипел Блэк, и Ви мгновенно заметила его перемену настроения.  Девушка проследила за взглядом мужа, и ее глаза тут же расширились от удивления. Регулус резко встал, намереваясь сказать пару «приятных» слов незваному гостю.  — Регулус, прошу, только без ссор. Мы же в отпуске, — Ви схватила его за запястье и посмотрела на него своим умоляющим взглядом.  — Какие ссоры, дорогая? — он скривил губы в подобие улыбки, но глаза оставались ледяными. — Я просто поздороваюсь с братом.  Мягко, но неумолимо он высвободил свою руку из ее пальцев. — А кто это? — тихо, с любопытством спросила Лив, наблюдая за высоким темноволосым незнакомцем. — Старший брат Регулуса, — обреченно вздохнула девушка.  Регулус тем временем резко подошел к брату со спины, с размаху кладя свою ладонь на его плечо.  — Ты что тут делаешь? — прошипел Регулус, слегка, но больновато по ощущениям Сириуса, сжав кожу.  — Полегче, Реджи, — ухмыльнулся Сириус. — Я тут просто, чтобы убедиться, что у вас все в порядке.  — Убедился? Отправляйся обратно в Англию!  — Как грубо! — возмутился Сириус. — Отец вообще-то за тебя волнуется.  — С чего вдруг? — нахмурился Регулус.  — Дома становится все неспокойнее, — серьезно поведал Сириус. — Поэтому… отец попросил смотаться сюда, чтобы убедиться, что возле вас тут не шастают твои товарищи по службе, вынюхивая какие-то поводы для возможного предательства.  — И? — коротко бросил Регулус.  — Что «и»?  — Обнаружил кого-нибудь? — пояснил Регулус.  — Нет, все чисто. Я вас сегодня вообще-то целый день пас, — признался Сириус с нагловатой ухмылкой. — А вы меня только сейчас заметили. Совсем расслабились в своем медовом раю? — Иди к черту, — буркнул Регулус, но напряжение в его плечах немного спало.  — А кто это рядом с Ви? — Сириус обернулся и помахал рукой подруге.  — Маглы. — Ничего себе! Да ты растешь в моих глазах с каждым днем, — глаза Сириуса вспыхнули искренним интересом. — Пошли, хочу лично поприветствовать твоих новых друзей, малыш Реджи! Регулус закатил глаза к небу, безмолвно моля все высшие силы, чтобы Сириус не устроил цирк.  — Приветствую! Я — Сириус, — он с размаху протянул руку сначала Лив, потом Джонатану. — Непутевый старший брат этого серьезного молодого человека. — Ого! — восторженно воскликнула Лив. — Так в вашей семье действительно дают всем детям имена в честь созвездий! — Да, есть такой грешок, — усмехнулся старший Блэк, присаживаясь рядом с Ви, по другую сторону от брата.  — Ты что тут забыл? — тихо, но с металлом в голосе спросила Ви, наклоняясь к нему. — Все под контролем, Реджи тебе все объяснит, — так же тихо ответил он. Ви вопросительно посмотрела на мужа, но тот лишь коротко мотнул головой: «Все в порядке». — Надеюсь, ты не планируешь тут задерживаться более чем на вечер? — не унималась Ви. — На нашу виллу я тебя не пущу!  — Ви, ты как фамилию поменяла стала еще более заносчивой, — подтрунивал над ней Сириус. — Это тебе от Регулуса досталось, что ли? Ты только скажи, как это передается? Просто если через слюну, то я с ним с одного бокала пить не буду.  — Боже правый! — простонал Регулус. — Ну ты хотя бы фильтруй то, что вылетает из твоего рта, не дома все-таки находишься.  — Какие у вас высокие отношения, — усмехнулась Лив, пытаясь сдержать смех.  — А на ваше гостеприимство я и не рассчитывал, — Сириус беззаботно отхлебнул пива. — Так что гостиную можете для меня не готовить.  — А мы и не собирались, — парировал Регулус. — Она уже занята... — он выдержал эффектную паузу, глядя на свою жену, — сотней пакетов Ви после шоппинга.  — Точно, Ви же сегодня тебя эксплуатировала, таская по магазинам, — Сириус мягко рассмеялся. — Но ладно, по правде говоря, стеснять молодоженов не в моих интересах. Ведь я же хочу еще разок дядей стать…. Ви от такого заявления поперхнулась коктейлем и закашлялась, тут же удивленно вскинув брови и посмотрев на невозмутимого Сириуса. Послышался тяжелый вздох Регулуса.  — Ладно-ладно, молчу, — Сириус поднял руки в жесте капитуляции. — Ну, а чем занимаетесь вы? — обратился он к Лив и Джонатану, и Ви мысленно поблагодарила судьбу, что бурное внимание Сириуса переключилось на нейтральные темы.  Остаток вечера прошел спокойно, и под конец они все распрощались и разошлись по разным сторонам. Они вернулись на свою виллу, и Ви, вспомнив, что сегодня Блэк пытался провернуть в примерочной, потащила его на их частный пляж.  — Ты что задумала? — Блэк прищурил глаза, но позволил ей вести себя по мягкому, прохладному песку к самой кромке прибоя, где лунная дорожка дробилась о волны. Вместо ответа Ви прильнула к его губам. Это был не поцелуй, а заявление. Страстное, безрассудное и властное. Ее губы были требовательными, язык — настойчивым, а руки вцепились в его волосы, притягивая его ближе, лишая возможности отступить. Если Блэк и удивился выбранной локации, то не сказал ни слова. Мысль об песке, набивающемся повсюду, мелькнула и угасла, сожженная жаром ее прикосновений. Если его жена жаждала острых ощущений под открытым небом, разве он имел право отказать ей? Он скинул свою рубашку и расстелил ее на песке, прежде чем мягко, но неумолимо уложить ее на эту импровизированную постель. Регулус нашел сбоку застежку на ее платье, и через мгновение оно было отброшено в сторону.  Ночной воздух коснулся ее горячей кожи, но его ладони были горячее. Он скользнул губами по ее шее, оставляя влажные, горячие следы, спускаясь к ключице, а затем и к груди, которую он освободил от чашки лифчика. Он взял ее упругую грудь в ладонь, а губы сомкнулись на уже твердом соске, заставляя Ви громко, сдавленно вскрикнуть и выгнуться навстречу ему. — Тише, — с притворной строгостью прошептал он, но в его глазах плясали чертики. — Нас могут услышать. — Мы же тут одни, — прошептала девушка, уже принимаясь растегивать ремень на его шортах. — В этом же и есть прелесть личного пляжа.  — Да, — улыбнулся Блэк. — Вот только соседние виллы тоже заселены. И если ты будешь такой громкой…. — Блэк игриво прикусил ее второй сосок, заставляя девушку снова вскрикнуть от сладостно-болезненного ощущения. — То тебя точно услышат.  — Плевать, — сдавленно выдохнула она. — Пусть слышат. Я не собираюсь сдерживаться с тобой.  Его ответом был низкий смешок, который растворился в новом поцелуе, пока его рука скользила вниз по ее животу, раздвигала бедра и находила ту влажную, горячую точку, что пульсировала в такт ее бешено колотящемуся сердцу. Ви застонала, когда его пальцы начали свои медленные, точные движения.  — Рег... пожалуйста... — она металась под ним, уже не в силах терпеть это сладкое мучение. Он не заставил себя ждать. Опираясь на локти, он вошел в нее одним медленным, но мощным движением, заполняя ее полностью, заставляя ее глаза широко распахнуться от этого почти болезненного наслаждения. На миг они замерли, глядя друг другу в глаза, и в этом взгляде было все: и страсть, и нежность, и та безумная, всепоглощающая связь, что делала их одним целым. А потом он начал двигаться. Медленно сначала, выверяя каждый толчок, чтобы он достигал самой глубины. Песок под рубашкой был мягкой периной, а шум прибоя — их любовной симфонией. Ви обвила его ногами, прижимая его к себе еще ближе, отвечая на каждый его рывок встречным движением бедер. Ее стоны смешивались с его тяжелым дыханием и шепотом волн. Блэк начала двигаться резче, отчего Ви машинально впилась ногтями в его спину. Регулус тихо зашипел, нервно дергая плечом, чтобы сбросить это болезненное ощущение.  — Спина… — испугано прошептала она. — Прости, я забыла.  Он лишь мотнул головой, отгоняя ее тревогу. Он ловко перехватил ее запястья и прижал их к песку над головой, продолжая свое неистовое движение. Это новое положение, эта потеря контроля и его полное доминирование довели Ви до грани безумия. Она не могла больше касаться его, могла только принимать, чувствовать, как каждое движение заставляет её тело трепетать. Ее стоны стали громче, отчаяннее, они тонули в шуме набегающих волн. Через какие-то пару мгновений ее тело взорвалось волной спазмов, крик сорвался с губ, беззвучный в грохоте океана. Ее ноги судорожно сжались вокруг его торса. Видя, как она теряет контроль, слыша её прерывистые всхлипывания наслаждения, Регулус позволил себе потерять его тоже. С низким стоном, похожим на рык, он достиг пика, заполняя ее теплом, его тело на мгновение обмякло на ней. Они лежали так несколько минут, тяжело дыша, покрытые каплями пота и морской влагой. Регулус освободил её запястья, и она немедленно обвила его шею руками, прижимая к себе. — Все-таки песок повсюду, — хрипло заметил он. Ви рассмеялась, счастливая и уставшая. — Но ведь это было незабываемо, — протянула девушка, запуская свои ладонь в его волосы и перебирая их нежным движением.  — Однозначно, — ухмыльнулся Блэк, его пальцы лениво водили по её обнажённой спине. — Но в следующий раз, моя ненасытная дьяволица, я бы предпочел ванну.  — Так давай сейчас испробуем наше джакузи? — загадочно сверкнула она глазами, и в её взгляде заплясали знакомые ему искорки озорства и обещания. Блэк пару секунд буравил её не верящим и восхищенным взглядом, а потом резко поднялся, увлекая её за собой.  Через двадцать минут в наполненной горячей водой и ароматной пеной джакузи лежала молодая пара. Пузырьки воздуха массировали уставшие мышцы, а в высоких бокалах искрилось рубиновое вино. Ви откинула голову на край ванны, с наслаждением потягивая напиток и наблюдая, как капли воды стекают по напряжённой шее Регулуса. — Лучше? — тихо спросила она, протягивая ногу под водой и проводя ступней по его голени. — Бесконечно, — он отпил вина и поставил бокал на бортик, его взгляд стал тяжёлым, томным.  Он двинулся к ней сквозь облако пены, вода расступалась перед ним. Его руки легли на её бёдра под водой, и он притянул её к себе. Пена скрывала их тела, но не могла скрыть напряжение, снова нарастающее между ними. Он взял её бокал и отставил его, а затем его губы снова нашли ее. Этот поцелуй был уже другим — нежным, исследующим, вкусным от вина. Он был полон обещания медленного, томного наслаждения. Его рука скользнула между её ног под водой, и она раздвинула бедра, давая ему доступ. Пульсация гидромассажных форсунок создавала вибрацию, которая отзывалась эхом в самом её нутре, усиливая каждое прикосновение. — На этот раз... не торопимся, — прошептал он ей в губы, и его пальцы начали свою работу. Он не спешил. Один палец медленно, плавно скользнул вдоль её губ, собирая влагу, которая смешивалась с водой. Он поймал её взгляд и не отпускал его, пока его палец не начал рисовать медленные, давящие круги вокруг её клитора. Ви закинула голову назад с тихим стоном, её руки ухватились за мокрые края ванны. Она закрыла глаза, полностью отдаваясь ощущениям. Горячая вода, игривые пузырьки, точные, умелые пальцы... Он доводил её до края и отступал. Как только она начинала учащённо дышать, её бедра непроизвольно двигались навстречу его руке, он замедлялся, убирая давление, переходя к лёгким, едва ощутимым поглаживаниям. Это была сладкая, изощрённая пытка. — Регулус... — взмолилась она, когда он в очередной раз отступил, оставив её на самом пике, дрожащую и неудовлетворённую. — Пожалуйста... — Пожалуйста, что? — его голос был низким и спокойным, но в глазах горел азарт охотника. — Не мучай меня... — её голос сорвался на шёпот. В ответ он усмехнулся и снова прикоснулся к ней, на этот раз более настойчиво. Один палец легко, почти невесомо вошёл в неё, и она резко выдохнула. Он двигал им медленно, чувствуя, как ее внутренние мышцы сжимаются вокруг него. Потом добавил второй. Наполненность заставила её застонать громче. Его пальцы двигались внутри неё в том же неторопливом ритме, в то время как его большой палец продолжал неумолимо давить на её клитор. Волны удовольствия накатывали одна за другой, каждая сильнее предыдущей. Она уже не могла думать, могла только чувствовать. Её тело напряглось, готовое сорваться в пропасть. И в этот момент он убрал руку. — Блэк, блять…. — раздраженно прошептала девушка. Он ловко развернул ее спиной к себе, заставив упереться руками в скользкий кафельный край. Не дав ей опомниться, он вошел в нее одним резким, глубоким толчком. Сдавленный, глубокий стон вырвался из ее груди. — Ты такая нетерпеливая, — с насмешкой прошептал он ей на ухо, начиная двигаться в ней с неспешной, мучительной медлительностью.  Одной рукой он держал ее за бедро, а другой переплел свои пальцы с ее пальцами, прижимая ее ладонь к бортику. Каждое его движение было выверенным и достигало самой глубины. Вибрация воды, его грудь у нее за спиной, его власть над ее телом — все это слилось в один ослепляющий вихрь. Её тело взорвалось волной спазмов, её крик был поглощён шумом воды и пузырьков. Ее внутренние мышцы судорожно сжимались вокруг него. Его движения стали резче, и с низким, победным стоном он достиг кульминации, его тело на мгновение обмякло, прижимая ее к кафелю. Ви устало опустила, прижимаясь лбом к прохладному кафелю. Их тяжелое дыхание разрезало тишину. Спустя пару минут она развернулась и откинулась на спинку джакузи, глядя на него томным, победным взглядом. — Ну что, — Ви провела острым ноготком по его косым мышцам, соблазнительно закусив нижнюю губу. — Пляж или джакузи?  — Джакузи, — без тени сомнения ответил Регулус, перехватывая ее за запястье и притягивая ее к себе. — Но только если ты в ней.

***

Утром Ви проснулась от золотистых лучей солнца, которые настойчиво пробивались сквозь легкие ткани штор. Она полежала несколько мгновений, прислушиваясь к ровному дыханию Регулуса, чувствуя тепло его тела. Затем, движением, отточенным до автоматизма, она аккуратно выбралась из его объятий, стараясь не потревожить его сон. В ванной, пока теплые струи душа омывали ее кожу, в голову ей пришла идея, от которой защемило под сердцем от предвкушения. Ей не терпелось воплотить ее в жизнь.  Вернувшись в спальню, еще пахнущая цитрусовым гелем, она присела на край кровати. Ее пальцы нежно коснулись щеки спящего Регулуса, а затем губы — его губ. Он еще не открыл глаз, но все его лицо озарила блаженная, сонная улыбка. — А можно меня будить так каждый день? — прошептал он хрипло от сна, приоткрыв один глаз, в котором тут же заплясали искорки. Лицо Ви светилось от предвкушения, и он сразу понял, что она что-то задумала. — Я весь во внимании.  — Давай позавтракаем в кафе на берегу моря, — выпалила она.  — Всего лишь завтрак? — фыркнул Блэк, приподнимаясь на локте. — По твоему заговорщическому виду я уж подумал, что ты  хочешь снова предложить мне секс в каком-то экстремальном месте.  Ви цокнула языком и с преувеличенным возмущением закатила глаза, но сдержать смех не смогла. — Собирайся! У тебя пятнадцать минут! — скомандовала она, весело подпрыгнув и направляясь к шкафу, в то время как Регулус с театральным стоном повалился на спину, прежде чем заставить себя подняться. Через полчаса они сидели за столиком под белоснежным тентом на открытой террасе кафе. Всего в нескольких метрах от них накатывались на песок ласковые бирюзовые волны, а воздух был напоен свежим соленым бризом и ароматом свежесваренного кофе. Ви, сияя, как утреннее солнце, откинулась на спинку плетеного кресла, с наслаждением грея лицо. На ней был белоснежный топ и белая мини-юбка в розовый цветочек. Белый наряд подчеркивал ее слегка загорелую кожу.  — Ну что, не жалеешь, что я тебя так резко подняла? — спросила она, игриво касаясь своей босой ногой его голени под столом. Регулус, который наконец-то полностью проснулся, смотрел на нее с тем особенным, смягченным выражением, которое появлялось на его лице только в ее присутствии. Он отхлебнул свой эспрессо — крепкий и бодрящий, точно такой, какой он любил. — Пожалуй, нет, — ответил он, и уголки его губ дрогнули в улыбке. — Хотя мое первоначальное предложение насчет способа пробуждения все еще в силе. Но и этот вариант... более чем приемлем. Официант принес их заказы. Перед Ви стояла высокая вазочка с порезанными ягодами, йогуртом и хрустящей гранолой, а перед Регулусом — тарелка с аппетитными круассанами, ветчиной и сыром. Ви тут же принялась с энтузиазмом поглощать свой завтрак. — Боже, как же тут вкусно! — она зажмурилась от удовольствия. — Кажется, я могла бы есть эти ягоды вечно. Попробуй! Она протянула ему ложку с ягодами и йогуртом. Регулус, обычно не любивший такие сладкие завтраки, послушно склонился и взял предложенное. Его взгляд не отрывался от ее сияющего лица. — Да, неплохо, — кивнул он, хотя вкус еды был для него вторичен по сравнению с тем, как ее глаза блестели от простого удовольствия. — Знаешь, о чем я подумала? — Ви отложила ложку и облокотилась на стол, подперев подбородок. — Что нам идет все это. Море, солнце, песок, завтрак на побережье, теплые вечера в уютных ресторанчиках. Я бы хотела, чтобы мы объездили вместе всю Европу. Чтобы мы побывали в Италии, Греции, да даже в Норвегии или Дании, думаю там тоже есть на что посмотреть. В мире столько мест, в которых я бы хотела, чтобы мы побывали вместе…  Регулус задумался, его длинные пальцы медленно вращали ручку кофейной чашки. Затем он взял ее руку в свою, и его подушечки пальцев нежно поглаживали нежную кожу на ее запястье. — Это звучит... привлекательно, — произнес он наконец, и в его голосе прозвучала редкая нота легкой мечтательности. — Когда все наладится…. мы обязательно побываем везде, где только захочешь. Я обещаю.  Регулус нежно прикоснулся губами к ее ладони, как бы запечатывая свое обещание. В этот момент он и правда видел это будущее: ее восторг при виде новых мест, ее смех, ее руку в его руке. И он знал — ради этого можно было бросить все. Даже если мир не станет безопаснее, он украдет ее, увезет подальше от интриг и опасностей, как когда-то советовал дед. Лишь бы она была счастлива. Они молчали, слушая крики чаек и шум прибоя. Солнечные зайчики играли на хрустальных бокалах со свежевыжатым соком, а легкий ветерок трепал непослушные пряди волос Ви. В этом моменте была какая-то совершенная, хрупкая идиллия. — Ладно, — вдруг нарушил тишину Регулус, снова надевая маску слегка надменного аристократа, хотя глаза его все еще смеялись. — Твой план на день принят. Завтрак у моря состоялся. Что дальше? Только, пожалуйста, не шоппинг! Я готов еще раз сгореть на солнце, но таскаться по магазинам второй день подряд я не выдержу!  Ви с драматическим вздохом закатила глаза. — Нет! Сегодня я хочу просто гулять. Держаться за руки. И целоваться на каждом углу!  — Одобряю, — он мягко улыбнулся, не выпуская ее руку. — А еще я слышала, что маглы привозят из всех путешествий магнитики, которые вешают на холодильник. Они напоминают им о днях, которые они провели в незабываемом месте. Хочу тоже магнит на холодильник! — почти по-детски потребовала девушка.  — Магнит? — Регулус поднял одну бровь с комичным ужасом. — Миссис Блэк, вы предлагаете осквернить нашу идеальную кухню каким-то магловским китчем? Мне кажется, у Кричера глаза из орбит вылезут, если он увидит что-то подобное на своем кухонном святилище.  — Именно так, мистер Блэк! — она сияла, как солнце. — И ты не сможешь мне отказать.  Он вздохнул с преувеличенной покорностью, но поцеловал ее пальцы, что красноречивее любых слов говорило о его истинных чувствах. Завтрак подходил к концу, но день, полный тихого счастья и обещаний будущих путешествий, только начинался. Регулус повернулся, в поиске официанта, чтобы попросить счет, и заметил знакомую парочку.  — Это же Лив и Джонатан! — воскликнула Ви, тоже проследив за взглядом мужа. Она помахала им, привлекая внимание. — Только Лив что-то какая-то мрачная.  — Не мрачная. Я знаю, как называется это женское настроение — хочу убить своего парня, — усмехнулся Блэк.  — И давно ты начала разбираться в тонкостях женского настроения? — поинтересовалась Ви.  — Когда начал встречаться с девушкой, которая балансирует между двумя гранями: милой девочки, которая ластится ко мне как кошка, и дьяволицы, которая закатывает мне сцены так, что хоть стой, хоть падай.  — Ой, — Ви отвела взгляд в сторону и наигранно вздохнула. — Даже не знаю, о ком ты.  — Привет, — непривычно хмурая Лив подошла к их столику, держась от своего кавалера на холодном расстоянии.  — Привет, — Ви улыбнулась. — У вас что-то случилось?  Оливия перевела гневный взгляд на своего парня, который, с одной стороны, выглядел виноватым, а, с другой, сам злился на поведение своей дамы.  Девушка зло плюхнулась в кресло, скрестив руки.  — Ну? — нетерпеливо выпалила Лив. — Сам расскажешь или мне поделиться во всех красках твоим идиотским, совсем безрассудным поступком?  Ви и Регулус переглянулись, понимая, что блондин явно где-то успел оплошать.  — Вчера Джонатан пошел с каким-то новым знакомым в казино и проиграл в покер почти все наши деньги! — яростно поведала девушка.  — И много проиграл? — как бы невзначай поинтересовался Блэк.  — Пять тысяч евро! — воскликнула девушка, не давая своему парню и слова вставить. — Это уму не постижимо!  Регулус с вежливым безразличием поднял бровь и вопросительно посмотрел на Ви. В магловском денежном курсе он не особо разбирался.  — Если по нашим деньгам, то это как проиграть пятьсот тысяч галлеонов, — тихо объяснила Ви мужу, чтобы слышал только он.  Взгляд Блэка все еще оставался непонимающим. Ви мысленно стукнула себя по лбу. «Ну, конечно! Для Блэка даже пятьсот тысяч — это по сути ничто! Состояние его семьи даже от такой большой суммы не пострадает».  — Короче, это очень много, — заключила еле слышно Ви. — А что, если отыграться? — спокойно предложил Регулус. —  Не на что отыгрываться, — мрачно буркнул Джонатан. — Да и тот тип явно мухлевал. — А если я сыграю за тебя? — в голосе Блэка прозвучала опасная, хищная нотка. — А ты хорошо играешь? — скептически хмыкнул парень.  —  Я научен лучшими, — холодно улыбнулся Регулус. — И зачем тебе это? — не унимался швед.  — А почему бы не поставить подлеца на место? — ухмыльнулся Блэк.  — А если проиграешь?  — Поверь, я точно не проиграю, — с ноткой надменности произнес Регулус.  — А я не знала, что ты умеешь играть в покер, — изумилась Ви.  — Ну, меня и Сириуса научил дед, еще когда нам было лет по десять. — А почему ты мне не рассказывал? И почему не научил играть меня? — заваливала вопросами Ви. Она думала, что за годы их общения и отношений знает о Регулусе абсолютно все, но вот он удивил ее еще одним своим навыком.  — Ну, знаешь ли, играть с девушкой, тем более, с тобой… на деньги… несколько не по-джентельменски, — с долей насмешки объяснил Регулус.  — А с тобой можно будет пойти? — глаза Ви загорелись любопытством.  — Даже нужно, — коварно улыбнулся Блэк. — Ты будешь притягивать внимание и при этом следить за теми, кто попробует смухлевать.  — Значит, я буду отвлекающим маневром для мужчин? — возмутилась девушка.  — Нет, ты будешь оружием массового поражения.  — То есть ты настроен абсолютно серьезно? — переспросил Джонатан.  Регулус согласно кивнул.  — Тогда спасибо, что ли…. — как-то неуверенно проговорил швед.  — Потом поблагодаришь, — отмахнулся Регулус. — Встретимся тогда вечером здесь. Покажешь мне это игорное заведение. А нам пора. У нас планы.  Регулус встал, подавая руку Ви, и девушка успев лишь помахать им напоследок, исчезла в объятиях мужа за пределами кафе. Ви и Регулус отправились покорять солнечную Испанию и приводить ее план на день в действие.  Выйдя из кафе, они не стали сразу куда-то спешить. Регулус, все еще держа Ви за руку, повел ее не по мощеным улочкам, а прямо по мягкому теплому песку у кромки воды. Ви с наслаждением погрузила пальцы ног в песок, прохладный у самой воды. Волны накатывали на их ступни, оставляя кружева пены. Она смеялась, пытаясь удержать равновесие, когда особенно сильная волна пыталась сбить ее с ног, а Регулус крепче держал ее за руку, его лицо озаряла беззаботная улыбка, которую он так редко позволял себе на людях. Они шли так долго, болтая обо всем на свете и ни о чем одновременно. Говорили о том, как смешно фыркали чайки, о причудливой форме проплывавшего облака, о том, каким мороженым стоит полакомиться позже. Простые, легкие слова, которые были нужны лишь как фон для их общего счастья. — Ты знаешь, о чем я подумала? — остановилась Ви, повернувшись к нему лицом. Ветер трепал ее волосы, а солнце золотило кожу. — Мы никогда не танцевали при свете дня. Только на балах или школьных вечеринках. — А ты хочешь? — удивился Регулус. В ответ она лишь протянула к нему руки. Музыки не было, но ее заменял вечный ритм прибоя. Регулус принял ее приглашение, обняв за талию. И они закружились в медленном, импровизированном танце прямо на песке, под аккомпанемент криков чаек и шепота волн. Он прижимал ее к себе, она клала голову ему на грудь, чувствуя ровный стук его сердца. Это был танец без правил, без зрителей, только для них двоих. — Знаешь, а это даже лучше, чем любая музыка, — прошептала она ему на грудь. — Согласен, — его губы коснулись ее макушки. После прогулки они нашли ту самую лавку с мороженым, и Ви, как ребенок, не могла выбрать между фисташковым и шоколадным. В итоге Регулус купил оба, и они, сидя на парапете набережной, кормили друг друга, смеясь над тем, как Ви пытается поймать тающую каплю шоколада с его пальцев. — Ты вся в мороженом, — с укором заметил он, но в глазах его плясали веселые искорки. Он большим пальцем нежно стер каплю с ее подбородка и поднес к своим губам. — Вкусно. Щеки Ви вспыхнули румянцем. В его взгляде было столько обожания и нежности, что у нее перехватило дыхание. — Я исполняю свое обещание, — вдруг напомнил он, останавливаясь перед небольшой сувенирной лавкой, заваленной самыми невообразимыми вещами. — Выбирай свой дурацкий магнит. Ви с азартом принялась изучать ассортимент. Были магниты сомнительного качества с фотографиями пляжей, с танцующими фламенко фигурками и даже с надписью «Я люблю Испанию» в виде сердца.  — О, смотри! — воскликнула она, указывая на самый безвкусный из всех. Это был ярко-розовый пластиковый кактус в сомбреро, с приклеенной улыбкой. — Он идеален! Регулус смерил магнит критическим взглядом.  — Ты уверена? Он оскорбляет мое эстетическое чувство. Я чувствую, что дед Поллукс, чей дух точно бродит по нашему дому, глядя на него, перевернется в гробу. — Абсолютно уверена! — Ви сияла. — Он будет напоминать нам не только об Испании, но и об этом утре. О том, как ты морщился, покупая его. Он сдался, как всегда сдавался ее счастью. Пока он расплачивался, Ви пристроила магнит на дверцу холодильника в своем воображении и рассмеялась. День близился к вечеру, и они нашли уединенную скамейку в тени цветущих розовых цветов, чтобы посмотреть на закат. Солнце садилось в море, окрашивая небо и воду в огненные оттенки — оранжевый, розовый, лиловый. Ви прижалась к Регулусу, а он обнял ее, укрыв от легкого вечернего ветерка. — Спасибо, — тихо сказала она. — За этот день. За то, что ты всегда со мной. Даже когда я таскаю тебя по магазинам или заставляю покупать ужасные магниты. Он повернул ее лицо к себе. В свете заката его серые глаза казались темными и бездонными.  — Это я должен благодарить, — его голос прозвучал глубже обычного. — Ты показала мне, что такое настоящая жизнь. Без масок. Без предрассудков. Просто… жизнь. Он наклонился и поцеловал ее. Это был не страстный, а бесконечно нежный поцелуй, полный благодарности и обещания. Поцелуй, который говорил громче любых слов: их планы на день были выполнены блестяще. Они гуляли, держались за руки и целовались. И в этом простом счастье заключалась вся их вселенная.

***

Она опасна, но она нежна.

Кошачья грация и дьявола душа.

***

К вечеру в казино Ви подготовилась основательно. Если уж быть объектом внимания, то так, чтобы ни один мужчина не смог отвести от нее восхищенного взгляда. Девушка с удовольствием разглядывала свое отражение в зеркале: короткие белоснежные шорты, подчеркивающие округлость бедер и открывающие вид на ее стройные ноги, и алый топ, облегающий грудь с глубоким V-образным вырезом. Плотные завязки на плечах добавляли образу пикантности. Макияж был безупречен: густые ресницы, подчеркнутые тушью, делали взгляд глубоким и загадочным, а сочная красная помада на губах выглядела как дерзкий вызов. — Шикарно, — раздался позади низкий, чуть хриплый голос. Ви поймала в зеркале горящий взгляд Регулуса, исполненный такого обожания и гордости, что у нее по спине пробежали мурашки. — Ты тоже хорош, — ее улыбка стала мягкой, ласковой. Она обернулась, чтобы оценить его целиком. Регулус и впрямь выглядел как истинный Блэк — тот самый, каким он представал перед высшим обществом Англии. Идеально сидящие темные брюки, белоснежная рубашка из тончайшего хлопка с закатанными до локтей рукавами, обнажавшими сильные предплечья. На запястье поблескивали дорогие фамильные часы, а на пальце — тот самый перстень с темной печаткой, символом рода. От него веяло не просто богатством, а многовековой аристократической мощью, готовой в этот вечер пойти на все. Выйдя из дома, они встретились с Лив и Джонатаном в условленном месте. Увидев их, Лив ахнула, прикрыв рот ладонью, ее глаза расширились от восторга. — О, боги! Ви, ты выглядишь просто сногсшибательно! — воскликнула она, а затем, окинув Регулуса оценивающим взглядом, добавила с хитрой улыбкой: — Ну, а ты, Регулус, прямо... эталонный богатенький аристократ-британец. Ни дать ни взять — с обложки журнала. Регулус лишь довольно усмехнулся — именно такой реакции он и ожидал. Джонатан сдержанно кивнул, в его взгляде читалось облегчение и надежда. Группа направилась к зданию казино, но перед самыми дверями Регулус мягко, но твердо взял Ви за локоть, заставив остановиться. Его лицо стало серьезным, почти суровым. — Послушай, я знаю, что ты чертовски самостоятельна и можешь за себя постоять, — начал он, заглядывая ей в глаза так, будто пытался проникнуть в самую душу. — Но сегодня я прошу тебя, пожалуйста, не лезь на рожон. Держись рядом со мной, и все будет хорошо. Я тебя в обиду не дам.  В его голосе звучала непривычная тревога, и Ви почувствовала легкий холодок под кожей. — Ты думаешь, что-то может пойти не так? — спросила она, насторожившись. — Я уверен, что там будет полно мудаков, которые не будут следить за своими грязными языками, — его губы сжались в тонкую ниточку. — И ты собираешься сегодня составить им компанию? — игриво выгнула бровь Ви, пытаясь разрядить обстановку. — Только на этот вечер, — он ответил без тени улыбки.  — Хорошо, — с неожиданной для себя самой покорностью кивнула девушка. — Я буду паинькой.  Регулус с облегчением вздохнул, и они переступили порог. Воздух в казино был густым и обволакивающим, словно физическая субстанция — коктейль из табачного дыма, дорогого парфюма и всепоглощающей жажды наживы. Грохот игральных костей, гипнотический перезвон автоматов и приглушенный гул голосов сливались в оглушительную симфонию азарта. Яркие хрустальные люстры отражались в полированном дереве столов, слепили глаза, создавая ощущение вечного, лишенного времени праздника. Ви на мгновение задержалась на пороге, чувствуя, как по коже пробегают мурашки. Этот мир был чужим, враждебным и маняще-опасным. Джонатан, нервно покусывая губу, едва заметно кивнул в сторону одного из столов для покера. Там сидело несколько мужчин, и один из них — коренастый брюнет с сигарой в зубах и массивными золотыми часами, впивавшимися в полную руку, — с хищной сосредоточенностью следил за игрой. Именно он, как шепотом объяснил Джонатан, и был тем самым мухлевщиком. Регулус, не меняя бесстрастного выражения лица, с врожденной аристократической неспешностью подошел к столу. Его движения были плавными, полными скрытой силы. Он отодвинул стул и буквально вписался в него, развалившись с таким видом, будто этот стул, этот стол и все казино были его законной собственностью. Ви, следуя негласной договоренности об их ролях, с грацией кошки устроилась на широком подлокотнике его кресла, положив руку ему на плечо. Ее прикосновение было легким, но ощутимым — знаком принадлежности. Коренастый мужчина заметил Джонатана и усмехнулся, выпустив струйку дыма. — Что, швед, пришел отыграться? Или новых денег нашел, чтобы спустить? — его голос был хриплым и пренебрежительным. Прежде чем Джонатан успел открыть рот, ответил Регулус. Он не повышал голос, но его тихий, холодный тон, отточенный в чистокровных гостиных, прорезал шум казино, как лезвие. — Сегодня вместо него играю я.  Мужик медленно перевел взгляд на Регулуса, оценивающе окидывая его взглядом, а затем он скользнул по фигуре Ви, заостряя слишком долгое внимание на ее декольте. На его лице расползлась мерзкая, самоуверенная ухмылка. — А шлюху зачем с собой притащил? Для удачи? — он кивнул в сторону девушки.  У Ви внутри все закипело от ярости. Пальцы, лежавшие на плече Регулуса, непроизвольно впились в ткань его рубашки. Она почувствовала, как под ее ладонью мгновенно напряглись его мускулы. Но она помнила его просьбу. Она не шелохнулась, лишь ее взгляд стал острым, как отточенный клинок, а губы сжались в тонкую, безжалостную линию. Регулус же остался невозмутим. Он с преувеличенной театральностью достал из кармана брюк изящный серебряный портсигар, неспешно вытащил тонкую сигарету и прикурил. Пламя зажигалки на мгновение осветило его каменное, абсолютно бесстрастное лицо. — Шлюха — это та, что имела неосторожность тебя родить, — его голос прозвучал почти ласково, но каждое слово было отточенным стальным кинжалом, отполированным холодным презрением. — А это — моя жена. И если твой грязный язык коснется ее снова, я вырву его с корнем. Мысленно Ви поразилась той леденящей, ядовитой гадости, что вылетела из его уст. Но она понимала — это был их единственный язык, грубый и беспощадный, и Регулус мгновенно овладел им в совершенстве. Мухлевщик фыркнул, но в его маленьких глазках мелькнуло раздражение и неподдельная злоба. — Какой дерзкий парнишка. Деньги папины проигрывать пришел? — Настоящая дерзость, — Регулус выпустил дым изящным кольцом, глядя на противника поверх тлеющей сигареты с видом полнейшего превосходства, — будет, когда я оставлю тебя без гроша. Начнем, наконец? Или ты предпочитаешь трепаться, как рыночная торговка? Игра началась. Регулус ставил крупно, с холодной расчетливостью. Его лицо было маской полного безразличия, будто он раскладывал пасьянс на тысячи евро, а не рисковал деньгами. Ви наблюдала за каждым движением за столом, особенно за коренастым мухлевщиком. Ее взгляд был острым, как бритва. Раздача за раздачей Регулус либо аккуратно сбрасывал карты при плохой руке, либо наращивал ставки при хорошей. На кону скапливалась внушительная сумма. В критический момент, когда на столе лежали бубновый туз, червонная дама и пиковая десятка, Ви заметила подозрительное движение. Мухлевщик, пользуясь моментом, когда все смотрели на крупную ставку Регулуса, левой рукой под столом быстрым движением изменил свою карту. Она действовала мгновенно. Бесшумно поднялась и, делая вид, что обходит стол, чтобы лучше видеть, в нужный момент резко схватила его за запястье, прежде чем он успел убрать руку. — Кажется, та самая шлюха только что поймала тебя с поличным, — ее голос, звенящий и отчетливый, прорезал гул зала, заставив замолчать всех вокруг. Она с силой пригвоздила его руку к столу, заставив разжать пальцы. На стол выпала карта — еще один пиковый туз, который он пытался подменить. По залу пронесся возмущенный ропот. Регулус медленно улыбнулся — холодной, хищной улыбкой победителя. — Кажется, для тебя игра окончена. По правилам, банк переходит мне.  Мухлевщика, чертыхаясь, под обе руки увели охранники. Игра продолжилась, но атмосфера за столом накалилась до предела. Соперники Регулуса, лишившись своего лидера, нервничали. Финальная раздача была напряженной. На столе лежали король, дама и валет треф. У одного из игроков, судя по его ставкам, могла быть вторая дама или стрит. Регулус сохранял ледяное спокойствие. Последняя карта — девятка треф. Сейчас все должно было решиться. Игрок пошел ва-банк. Регулус, не моргнув глазом, поддержал его. Наступила тишина. — Вскрываемся, — сказал крупный игрок и с торжеством выложил пару дам — бубновую и червонную. Все взгляды, полные ожидания и жадности, устремились на Регулуса. Он медленно, наслаждаясь каждой секундой этого триумфа, перевернул свои карты. На столе легли десятка и девятка треф. Флеш. Его рука была бесспорно старше. Легкий вздох восхищения пронесся по залу. Регулус молча собрал гору фишек. Когда все формальности были окончены, он отсчитал нужную сумму и передал ошеломленному Джонатану. — Твои кровные, кажется, вернулись к законному владельцу. — Ну ты и отмочил, — выдохнул швед, сжимая его руку в крепком, благодарном рукопожатии. В его глазах светилось неподдельное облегчение и восторг. — Это было невероятно.  — Да-а-а, ребят, вы просто роковая парочка, — расхохоталась Лив, сияя от возбуждения. — Спасибо, Регулус! Это было блестяще!  Блэк лишь сдержанно кивнул. Для него эти деньги и это напряжение были сущей безделицей по сравнению с состоянием в Гринготтсе и реальными опасностями, которые он познал. Но вид искренней радости на лицах этих двоих заставил его почувствовать странное, давно забытое тепло где-то глубоко внутри. Может быть, он и впрямь совершил что-то хорошее?  Ви и Регулус вышли из казино на прохладный, свежий ночной воздух, оставив за спиной душный хаос и ослепительный свет. Он глубоко вдохнул, запрокинул голову и посмотрел на усыпанное звездами небо. — Никогда больше, — хрипло, с неподдельным отвращением сказал он. — С меня хватит этого магловского покера на всю оставшуюся жизнь. Ви рассмеялась, чувствуя, как адреналин еще пульсирует в ее крови, смешиваясь с облегчением и гордостью. — Зато я теперь знаю, как ты выглядишь, когда вживаешься в роль законченного подлеца. Должна признать, это выглядело... чертовски убедительно. Он резко обернулся к ней, обнял за талию и притянул к себе так близко, что она почувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань рубашки. — Это потому что я играл не роль, — прошептал он ей на ухо, и в его голосе снова зазвучали те самые, опасные и манящие нотки, что были за игровым столом. — Я просто защищал то, что мое. А теперь пошли отсюда к черту.  Ви и Регулус заскочили домой, решив переодеться во что-то полегче и пойти погулять по ночной Испании. Они шли по выложенной брусчаткой узкой улочке, держась за руки, их пальцы были сплетены так крепко, будто боялись потерять друг друга в этом лабиринте старого города. Ви, сменив вечерний наряд на легкие льняные шорты и укороченную бежевую футболку, чувствовала себя невесомой и свободной. Регулус был рядом в простых темных шортах и черной футболке, которая делала его бледную кожу еще более аристократичной в лунном свете. Они не могли идти и пяти метров, чтобы не остановиться для поцелуя. Он прижимал ее к прохладной каменной стене, его губы находили ее губы с ненасытной нежностью, а ее руки запутывались в его волосах. Прохожие лишь улыбались, бросая на них доброжелательные взгляды. Здесь, в этой стране страсти, их любовь была такой же естественной частью пейзажа, как цветущие герани на балконах. Звуки гитары, томные и страстные, вывели их на маленькую площадь, где у фонтана сидел пожилой испанец и выводил рукой красивую, грустную мелодию. Его хриплый голос пел о любви, потерях и надежде. Ви замерла, завороженная. Музыка проникала прямо в душу, касаясь самых потаенных струн. Регулус подошел сзади, мягко обвил ее талию и притянул к себе. Его подбородок коснулся ее макушки, а руки легли на ее живот, большие пальцы нежно водили по оголенной полоске кожи между футболкой и шортами. Она чувствовала каждое его вдох, каждый биение его сердца у своей спины. Он не говорил ни слова, но в этом молчаливом объятии было больше нежности, чем в тысяче признаний. Они стояли так, слившись воедино под звуки гитары, и в этом моменте была совершенная, хрупкая гармония. Когда песня закончилась, Ви, вздохнув, обернулась и поцеловала его в щеку. Они двинулись дальше, но через несколько шагов Ви резко остановилась, ее взгляд приковала витрина, залитая мягким светом. За стеклом висели эскизы татуировок. И что-то внутри нее сжалось, замерло в трепетном ожидании. Регулус молча наблюдал за ней. Он видел, как ее глаза скользят по рисункам, как ее рука непроизвольно поднялась и легла на ребра, на то место, где под чарами скрывались уродливые шрамы — напоминание о боли, которую она так старалась забыть. И в этот момент он все понял. Без единого слова. Он подошел ближе, его плечо коснулось ее плеча. — Если ты этого действительно хочешь, — тихо сказал он, — я с тобой. Всегда. Ви заторможенно кивнула, ее взгляд был полон решимости и страха одновременно. Она вспомнила, какое облегчение испытала тогда, в Выручай-комнате, когда он рисовал на ее шраме, временно скрывая его. Возможно, теперь пришло время скрыть его навсегда. Дверь в салон звякнула колокольчиком. Внутри пахло антисептиком. За стойкой сидел мужчина с густыми татуировками на руках — сам хозяин. Он учтиво улыбнулся и протянул им толстый альбом с эскизами. Ви листала страницы, ее пальцы дрожали. Драконы, черепа, надписи, цветы... Ничто не находило отклика в ее душе, пока она не наткнулась на один эскиз. Ее дыхание перехватило. На странице был изображен изящный дракон, выполненный в тонком, почти акварельном стиле. Он был не грозным и мифическим чудовищем, а скорее мудрым и грациозным существом. Его длинное тело извивалось в виде плавного завитка, а вместо чешуи его покрывали нежные лепестки сакуры, будто он был соткан из самой весны. Голова дракона была склонена с достоинством, а из его пасти вырывался не огонь, а ветка цветущей вишни. Это была не татуировка, а картина — символ силы, обновления и хрупкой красоты. — Этот, — прошептала Ви, показывая эскиз Регулусу. — Я хочу его. На ребрах. Блэк кивнул и уже было направился у мастеру, как вдруг Ви вскочила как ошпаренная и сжала его локоть. Регулус нахмурился, увидев, как глаза девушки почему-то увлажнились.  — Подожди… Я совсем не подумала… Надпись… Он увидит, что там написано… — отрывисто объясняла Ви, смотря в сторону мужчины, который занимался дезинфицированием рабочего места. — Он же подумает бог знает что!  — Никто ничего не увидит и не подумает. Я все решу, — уверенно произнес Регулус.  Он подошел к тату-мастеру и жестом показал на выбранный эскиз. — Моя жена хочет эту работу. На ребрах.  Мастер, парень по имени Карлос, кивнул, но предупредил: — Ребра — это самое болезненное место.  Ви нервно посмотрела на Регулуса, ища в его глазах поддержки. — Я буду с тобой, — сказал он просто, придавая ей уверенности и спокойствия.  Пока Ви ложилась на кресло, Регулус отошел к двери, якобы чтобы ее притворить от сквозняка. Но его быстрые пальцы ловко извлекли волшебную палочку. Он тихо щелкнул ею, шепча заклинание. Никто не заметил слабого свечения. Империо, легкое, как дуновение ветра, коснулось сознания татуировщика. Приказ был прост: делать свою работу безупречно и не видеть, не помнить, не придавать значения старому шраму под трафаретом. Карлос на мгновение замер, его взгляд стал чуть стеклянным, а затем он просто кивнул, как ни в чем не бывало. Ви, дрожа, сняла футболку, оставаясь в бюстгальтере. Она легла набок, обнажив ребра. Регулус встал у изголовья, его пальцы сплелись с ее пальцами. Он не говорил ничего, просто смотрел ей в глаза, и его взгляд был якорем в бушующем море страха. Когда жужжащая игла впервые коснулась ее кожи, Ви вздрогнула, как от удара током. Боль была острой, жгучей, невыносимой. Ее ногти впились в его ладонь. Слезы выступили на глазах и покатились по вискам. — Тише, тише, все хорошо, — его голос был тихим и невероятно спокойным. Он большим пальцем стирал ее слезы, а его другие пальцы продолжали нежно гладить ее руку. — Дыши. Спокойно и равномерно. Попробуй абстрагироваться от боли и слушать только мой голос, чувствовать только мои прикосновения.  Ви зажмурилась, пытаясь сосредоточиться на его прикосновениях, на звуке его голоса. Боль приходила волнами, заставляя ее сжиматься и кусать губу до крови. Но сквозь боль она чувствовала его присутствие. Он был ее щитом, ее опорой. Процесс казался вечностью. Жужжание машинки, запах краски, рука Регулуса в ее руке. Но постепенно острая боль притупилась, превратившись в глухое, ноющее жжение. Когда Карлос наконец отложил машинку и сказал: «Готово», Ви почувствовала, что ее тело онемело от напряжения и боли. Он нанес заживляющую мазь и заклеил тату специальной пленкой. Ви медленно села, ее глаза были красными от слез, но в них горел странный огонек — огонек освобождения. Она посмотрела на свое отражение в зеркале, на изящного цветочного дракона, который теперь навсегда стал частью ее тела, перекрыв старую боль новой, осмысленной красотой. — Рег, — ее голос был хриплым. — Я хочу... Я хочу сделать еще одну. На запястье. Не хочешь… сделать вместе со мной?  Регулус удивленно поднял бровь, но затем его взгляд смягчился. Он видел в ее глазах не импульсивное желание, а глубокую, выстраданную потребность. — Парные тату? — он улыбнулся уголком губ и согласно кивнул.  Они снова обратились к мастеру. Ви объяснила, что хочет перекрыть шрам на запястье и сделать тату-надпись. Так как они были в Испании, она предложила сделать их на испанском.  — Для тебя: «Unido a ella para siempre», — прошептала она, глядя ему в глаза. — «Связан с ней навсегда». И маленькая стрелочка, ведущая ко мне. — А для тебя: «Unida a el para siempre», — он закончил за нее. — «Связана с ним навсегда». Со стрелкой ко мне. Это было идеально. На сей раз боль на запястье была сущей мелочью по сравнению с ребрами. Ви почти не обращала на нее внимания, наблюдая, как изящные латинские буквы ложатся на ее кожу, а затем — как та же надпись появляетСя на идеальной коже запястья Регулуса. Он сидел спокойно, не моргнув глазом, его взгляд был прикован к ней. Когда все было закончено, они вышли из салона на рассвете. Первые лучи солнца окрашивали небо в розовые тона. Ви посмотрела на свое запястье, на новую надпись, а затем на запястье Регулуса. Она положила свою руку на его так, чтобы стрелки на их тату указывали друг на друга, образуя неразрывную связь. — Unida a él para siempre, — тихо прочла она. — Unido a ella para siempre, - ответил он, накрывая ее руку своей ладонью. Они больше не говорили. В этом не было нужды. Они стояли на пустынной улице, держась за руки, их новые татуировки были клятвой, высеченной на коже — клятвой быть вместе навсегда, несмотря на прошлые шрамы и будущие трудности. Уже сегодня они должны вернуться в Англию. Время пролетело незаметно. Но домой они возвращаются еще более сплоченные и переполненные всепоглощающим чувством любви.