Язык цветов

Как только Ганнибал вышел из дома, он до двух часов ночи разъезжал на автомобиле Bentley Arnage две тысячи пятого года выпуска. На заднем сиденье лежала коробка, а там — очень много человеческих органов, в основном сердца и печень. Из-за ревности к тому, что какой-то убийца по имени "Флорист" дарит подарки его любимому Уиллу Грэму! Заметив свет, он подумал. — "В это время все магазины закрыты". — Он решил поехать на свет и, приехав, увидел цветочный магазин. Это был не просто цветочный магазин, а экзотический цветочный магазин. Его привлекло внимание то, что внутри было очень культурно, и по центру магазина стоял мотоцикл Yamaha MT-01 2005 года. Выйдя из машины, он подошёл к магазину, притронулся к ручке двери, и она оказалась открытой. Ганнибал вошел в магазин, его шаги были бесшумны, но колокольчик на двери выдал его присутствие. Воздух был насыщен ароматом экзотических цветов, смешанным с едва уловимым запахом металла. Его глаза, холодные и аналитические, скользнули по интерьеру, задерживаясь на мотоцикле, который стоял в центре, словно скульптура в музее. — “Хорошое сочетание” — Проговорил у себя в голове Ганнибал. Но его внимание быстро переключилось на мужчину, который, казалось, был частью этого места, как ещё один редкий цветок. — Извините, но мы закрываемся. — Произнёс мужчина, не оборачиваясь. Его голос был как тёплый ветер, который обволакивает, но в то же время предупреждает о буре. Ганнибал начал осматривать мужчину из экзотического магазина. Мужчине на вид около пятидесяти лет, волосы длинные, темно-каштановые, волнистые, свободно лежащие на плечах и на шеи, с седыми прядями в челке и прядью на плече. Скулы высокие, немного морщин, на губе почти до самого подбородка шрам, подходящий ему. Цвет глаз – зелёный, они такие спокойные, что рядом с этим человеком уютно. На правой стороне шеи – шрам, который пытается скрыть тёмно-каштановая прядь. На нем рубашка и штаны цвета хаки и кеды цвета хаки. Фартук флориста тоже цвета хаки. Похоже, мужчина любит цвет хаки, причем разных оттенков. Ганнибал улыбнулся, но его глаза оставались холодными, как лезвие ножа, спрятанного в рукаве. — Анемоны… — Протянул он, проводя пальцем по влажному лепестку. Ганнибал мельком взгляну на фортуке значок там было написано что этот мужчина детектор это магазина и он узнал его имя, фамилию и отчество. —"Мужчина из России?" — Мистер Торбин вы мне расскажите про цветы анемоны может они подойдут композиции к столу? — Вы знаете, что они символизируют? — Красоту и…. — Мужчина не успел договорить как его опередил Ганнибал. — Ожидание. — Ганнибал придвинулся ближе, и его голос стал тише, почти интимным. — Или предчувствие… чего-то неизбежного. — У них есть переводы названий в разных странах и то, что они означают, — проговорил Торбин. — А также у анемонов есть значение цвета, и что-то они символизируют, — проговорил Ганнибал. — Мистер Лектер, я вижу, что вам понравились эти цветы. Может, вы хотите купить? — сказал Торбин, и его баритон с более светлыми оттенками как будто загипнотизировал Ганнибала. — Анемоны подходят для разных композиций, в зависимости от желаемого эффекта и повода. От нежной романтики до символических подарков. — Проговорил Торбин. Ганнибал приподнял бровь, его губы слегка изогнулись в улыбке, которая не обещала ничего хорошего. — Интересно.— Произнес он, медленно приближаясь к прилавку — А что, если я хочу сказать всё сразу? — Торбин почувствовал, как воздух вокруг них сгустился, словно сама атмосфера магазина затаила дыхание. — Тогда вам нужен букет, который будет говорить за вас. — Ответил он, его голос стал чуть ниже, почти шёпотом. — Но будьте осторожны, мистер Лектор. Анемоны — цветы коварные. Они могут открыть то, что вы предпочли бы оставить скрытым. Ганнибал протянул руку, его пальцы коснулись стебля красного анемона. — Может, именно это я и ищу. — Сказал он, его глаза встретились с взглядом Торбина. В этот момент дверь магазина открылась, впуская поток холодного воздуха, но ни один из мужчин не отвел взгляда. — Тогда позвольте мне показать вам, как эти цветы могут говорить.— Торбин наклонился ближе, его дыхание почти касалось кожи Ганнибала. — Но будьте готовы, мистер Лектор. Иногда слова цветов могут быть опасны. — Ганнибал улыбнулся, его глаза блеснули. — Опасность, мистер Торбин, — это то, что я ищу. — Я ещё раз спрошу вас мистер Лектор! Так в какой композиции вы хотите видеть и через несколько часов или дней я вам привезу или мой стажёр привезёт вам цветы. — Проговорил мистер Торбин. — Для вечера, который требует… изящных акцентов. — Ответил Ганнибал, не отрывая взгляда от цветов. Торбин улыбнулся, его пальцы скользнули по стеблям, будто он ласкал чью-то кожу. — Пионы — хороший выбор. Они пышные, почти… чувственные. Они подойдут такому вечеру. — Лектор почувствовал лёгкий укол возбуждения. — Да, — согласился он, — они напоминают мне одно прелестное создание. — Хорошо, мистер Лектор, скажите мне адрес вашего дома, я его запишу. — Мужчина достал из кармана штанов небольшой блокнот и простой карандаш, чтобы записать адрес. — Можно в офис, дома я буду только вечером. — Да, можно! — 687 Bayshore Avenue — Suite 200, Балтимор, Мэриленд, 21161. — Хорошо, записал. И во сколько примерно привезти ваш заказ? — проговорил Торбин. — В полдесятого утра, у меня как раз несколько часов назад отменили сеанс. — Хорошо, мистер Лектер. Итак, 687 Bayshore Avenue — Suite 200, Балтимор, Мэриленд, 21161. Всё верно? — Всё верно, — проговорил Ганнибал. Ганнибал поговорил ещё немного с Михаилом и, когда вышел из цветочного магазина (ему понравился тот мужчина), дошел до машины, открыл дверь, сел, завел ее и поехал к себе домой, чтобы положить в холодильник сердца и печень. После того как полицейские собрали подарки от 'Флориста'. Уилл покормил всех собак, а он подошёл к дивану где спал мопс как только подсел и малыш запищал. Уилл улыбнулся, чувствуя, как крошечное тельце мопса трепыхается у него на груди. — Ну и шумный же ты. — Прошептал он, проводя пальцами по мягкому брюшку щенка. Тот в ответ завилял коротким хвостом и тыкался мокрым носом в ладонь Уинстон, стоявший рядом, наклонил голову, его тёмные глаза изучали новичка с любопытством, смешанным с лёгкой ревностью. Он осторожно ткнулся мордой в бок мопса, обнюхивая его. — Не дави на него. — Усмехнулся Уилл, но Уинстон лишь фыркнул и лизнул щенка в ухо, заставив того взвизгнуть и забиться в руках хозяина. — Видишь? Он тебя боится. — Проворчал Уилл, но в голосе не было раздражения, только теплая усталость. Щенок, словно почувствовав безопасность, перестал пищать и устроился поудобнее, его крошечные лапки цепко впились в рубашку Уилла. — Ну вот, уже лучше. — Прошептал он, чувствуя, как маленькое сердце стучит в такт его собственному. Уинстон, поняв, что угрозы нет, лег рядом, положив тяжелую голову на колени хозяина. Его тёплое дыхание обдавало кожу Уилла, и тот невольно потянулся, чтобы почесать его за ухом. Уинстон, поняв, что угрозы нет, лёг рядом, положив тяжёлую голову на колени хозяина. Его тёплое дыхание обдавало кожу Уилла, и тот невольно потянулся, чтобы почесать его за ухом. Уилл тепло улыбнулся поправил очки, через несколько минут к ним подошёл Бастер за ним подошёл Джек и остальные, он с ними немного познакомил с малышом. — Ну как назовём его? — Уилл спросил, глядя на своих верных друзей. Собаки, словно понимая его, замерли в ожидании. Уинстон поднял голову, его нос дрогнул, и он снова обнюхал малыша, будто пытался уловить его сущность, его душу. — Может, Бас? — Предложил Уилл, глядя на Бастера. Тот, услышав своё имя, радостно замахал хвостом, словно одобряя выбор. Джек, однако, фыркнул, как будто выражая несогласие. — Тогда, может, Чарли? — Уилл попробовал ещё раз, поглаживая Уинстона за ухом. Маленький мопс замер, его хвостик завилял, словно он тоже участвовал в обсуждении. Уилл улыбнулся, его глаза загорелись игривым блеском. Он почувствовал, как что-то тёплое разливается у него внутри, когда все собаки собрались рядом с ним, словно одна большая семья. — Чарли. — Повторил он, и мопс, словно поняв, что это его новое имя, лизнул ему ладонь. Уилл взглянул на часы понял что нужно лечь спать завтра надо ехать на экспертизу двух трупов и понять мотивы убийци по имени 'Флорист'. Взяв собой малыша и за ним остальные собаки пошли за ним в спальню. Зашёл туда, положил на кровать аккуратно малыша Чарли он переоделся, снял очки, положил их на тумбочку. И лёг на кровати к ним присоединились собаки, малыш Чарли, теплый и сонный, уткнулся носом в бок Зои. Зои лениво обнюхала его, позволив крошечному тельцу устроиться между лап. Уилл наблюдал за ними, уголок его рта дрогнули в полуулыбке. — Спокойной ночи, бандиты. — Прошептал он, гася свет. Но сон не спешил приходить. Мысли возвращались к делам: о теле девушки с цветами на теле и статуи в котором была ухоженном в болоте. Предоставляя как он сделал. Он зажмурился, пытаясь отогнать образы. Рядом Чарли завозился, его маленькие лапки неуклюже уперлись в бок Уилла. — Не спится? — Проворчал тот, но малыш уже заполз ему на грудь, тычась влажным носом в шею. Зои подняла голову, наблюдая, как Уилл нерешительно погладил щенка по спинке. — Ладно, ладно… — Он устроил его поудобнее, чувствуя, как тепло маленького тела проникает сквозь тонкую ткань футболки. За окном завыл ветер, и Уилл непроизвольно притянул к себе Чарли чуть крепче. Он закрыл глаза, вдыхая смесь собачьей шерсти и шампуня для собак. Завтра. — трупы, кровь, ‘Флорист’.