Васильки

В небольшой комнате слабо горела свеча. Этого едва хватало, чтобы осветить дубовый стол, за которым сидел молодой человек, лет шестнадцати. Одет он был в домашнюю хлопковую рубашку и широкие брюки. Чёрные вьющиеся волосы, обычно аккуратно расчёсанные, сейчас лежали как попало. Лицо юноши выражало невыносимую усталость. В руках он держал перо, которым что-то писал на бумаге, глядя в открытый учебник. Тишину прервала вошедшая девушка. Круглое аккуратное личико обрамляли густые золотые волосы, из одежды на ней была только ночнушка. Вид у красавицы был сонный. - Виктор, - тихо прошептала она - Ты всё ещё не спишь? Парень ничего не ответил. - Давай, ложись спать. Ночью всё равно голова не работает. - Элизабет, давай я сам разберусь. - тихо отвечал Виктор - А потом опять будешь вялый. - Это только мои проблемы. Оставь меня в покое. Элизабет тихо вздохнула. Она, безусловно, знала, что если Виктор за что-то возьмётся, никогда не остановится, пока не добъётся своего. "Ну не нужно же доходить до крайностей!" - думала девушка, идя по коридору. Ночь была необыкновенно красивой. Звёзды ярко сияли, полная Луна освещала серебрящийся снег. Не смотря на холодную декабрьскую погоду, Элизабет захотелось выйти посидеть на крыльце. Она накинула на плечи тёплый тёмный плащ и направилась к входной двери. "Забавно..." - подумала девушка - "Несколько минут назад ругала брата за то, что он засиживается до поздна, а теперь сама иду гулять." Хихикнув, Элизабет, пародируя отца, пробубнила себе под нос: - Порядочные девушки так себя не ведут. На крыльце, укутавшись в старый бордовый плащ, сидела служанка, Жюстина Мориц. Увидев Элизабет, она тут же кивнула головой в знак приветствия. - Всё ещё не спите? - улыбнулась Жюстина. - Нет. - Элизабет улыбнулась в ответ и уселась рядом со служанкой. Жюстина была юной девушкой, семнадцати лет от роду. Она обладала очаровательными чертами лица: круглые румяные щёчки, большие карие глаза, которые всегда улыбались, яркие, словно вишня, губы. Волосы девушки были тёмно-русыми и пушистыми, что Элизабет находила прелестным. Однако молодая служанка всё время жаловалась на неудобства жизни с такой шевелюрой и часто завидовала девушкам с прямыми волосами. - Госпожа, как там ваш кузен? - поинтересовалась собеседница - В последнее время он очень поздно ложится... - Виктор много учится. - вздохнула Элизабет - Конечно, он ведь так хочет поступить в университет. - Так ведь и с ума сойти можно. - покачала головой Мориц - Он ведь такой человек... Его одёргивать нужно всё время. Иначе не сможет остановиться. А как он будет один жить в университете с таким то характером, Господи! Зачахнет ведь совсем! И есть забывать будет, пока учится! - Он взрослый человек, умеет себя контролировать, не переживай. Лучше скажи, как у тебя дела. В последнее время ты тоже выглядишь не сильно хорошо. - Ой, да что вы... - Жюстина махнула рукой - Не переживайте так за меня. Элизабет улыбнулась. Какое-то время они сидели молча и любовались ночью. Элизабет и Жюстина познакомились лет пять назад, когда последняя попала в дом Франкенштейнов служанкой. Юная Мориц пришлась по душе всем, в частности Каролине Франкенштейн, матери семейства. Элизабет тоже заинтересовалась новым лицом. В скоре между девочками появилась сильная связь. Они были неразлучны во всём, часто играли вместе и много общались. Господин и госпожа Франкенштейн находили такую дружбу крайне плодотворной для их приёмной дочери. - Ладно. - вздохнула Элизабет - Как бы не было красиво небо, нужно идти спать. - Вы правы. - согласилась Жюстина. Обе направились к двери. Дом Франкенштейнов был очень большим. Там было много люстр и ламп, но они никогда не зажигались все одновременно (господин Франкенштейн не любил яркого света). На тёмно зелёных стенах были резные дубовые панели, пол тоже был сделан из дуба. Всюду висели картины. Чаще они изображали давно почивших членов семьи, однако были и пейзажи Швейцарии, и библейских сюжеты, и изображения исторических событий. Элизабет медленно шла по тёмному коридору. Дойдя до своей комнаты, она укуталась в бледно-голубую шаль, улеглась в постель и накрылась тёплым одеялом. Тем временем Виктор продолжал свои занятия. Весь последний год все его труды были направлены на подготовку к поступлению в Ингольштадский университет. Наука давалась юноше легко, стремление к познанию проявлялось в нём с самого раннего детства. Однако в последнее время Виктор часто был не в духе. Он стал меньше есть, реже выходить из дома и избегать знакомых, особенно своего лучшего друга - Анри Клерваля. Родственники списывали всё на стресс и утомлённость, однако другое беспокоило сердце юного Франкенштейна, совершенно другое. "Если мы с ним - закадычные друзья, нам свойственно испытывать некую симпатию, это верно." - рассуждал Виктор, сидя над тетрадью - "Но отчего он смотрит на меня вот так? Ясно что от любви, но, как будто бы не от дружеской. Ах, Господи, как можно обвинять Анри в такой мерзости! Нет, нет, он не из этих, уж точно. Но ведь, я, кажется, сам на него смотрю так же..." - Ах, чёрт! - вздохнул Виктор, когда нечаянно уронил кляксу. Как отвратительно! Задача была решенна практически идеально и тут эта ужасная отвратительная клякса! "Элизабет говорила, что в моих глазах будто загорается огонёк, когда я говорю с Анри. Но оно и естественно! Зрачки расширяются, когда мы смотрим на того, кто нам приятен. Ах, зачем я забиваю себе мозги! Боже мой, Боже мой, как мне это надоело! Как же болит голова!" Он снова взглянул на бумагу и на ту отвратительную кляксу. "С одной стороны Элизабет права. Мне стоит идти спать. Но план ведь не выполнен. Мне столько всего предстоит разобрать, я совершенно не успеваю! Это всё та дурь, что сидит у меня в голове! Надумал что-то из-за шутки сестры и началось!" Разозлившись, парень ударил кулаком по столу. "Ах, вот бы это всё закончилось! Как же я устал!" Немного успокоившись, он вздохнул. "Нет, нужно спать, иначе опять будет болеть голова весь день." И Виктор улёгся на постель прямо в одежде. Силы его покинули окончательно. "В конце концов, помятая рубашка - не такая уж и страшная потеря." - пронеслось в голове перед тем, как сон сморил юношу окончательно. * * * - Господин, проснитесь! - воскликнул слуга - Уж время завтракать! Боже, почему вы легли спать в одежде? - А?.. Ох... Иди, иди... Я сейчас... Слуга вышел, а Виктор устало поднялся с постели. Кости ломило, и, казалось, ни одна вещь так не притягивала к себе, как кровать. С трудом одевшись, юноша направился вниз. Столовая никак не выбивалась из общего интерьера дома: всё те же зелёные стены, дубовые панели и полы. В центре комнаты стоял большой стол. Он не отличался искусным декором и, как и все вещи в доме, был практичен и крепок. Во главе стола всегда сидел отец, Альфонс Франкенштейн. По правую его руку сидела мать, по левую - старший сын, то есть Виктор. За Виктором сидел младший брат Эрнест, а за матерью - Элизабет. Этот порядок никогда не менялся. Самого младшего члена семьи - годовалого Вильяма, пока что кормили в детской. Все уже были на месте, ждали только Виктора. - Уж наконец-то ты явился. - шутливо сказал отец. После утренней молитвы все преступили к трапезе. Виктор ел без аппетита. Руки его дрожали, он часто смотрел в одну точку, устало моргая. Это не ускользнуло от внимания господина Франкенштейна. - Ты опять занимался до поздна? - серьёзно спросил он. Виктор медленно кивнул, ожидая услышать очередное нравоучение о важности сна и отдыха. - Уж не случилось ли чего? - обеспокоенно поинтересовалась мать - Быть может, тебя что-то тревожит? - Нет, дело исключительно в учёбе. - соврал ей сын. - Правда? А мне думается, что ты что-то не договариваешь. - произнёс с ухмылкой отец. - О, просто брат был так поражённ красотой тех дам из подворотни, что не может думать ни о чём, кроме них. - хихикнул Эрнест. - А ну замолчи! - прикрикнул Виктор, а про себя подумал: "Вот дурак малолетний! И как ему в голову приходит такая чепуха!" - Виктор! - недовольно одёрнул его господин Франкенштейн - Прекрати грубить. А тебе, Эрнест, следует следить за языком. Потом отец с другими членами семьи о насущных темах, но Виктор не слушал ничего. Доев свой завтрак, он направился к себе. Комната Виктора была небольшой, однако в ней помещалось всё самое нужное. Везде была идеальная чистота и порядок. Парень считал, что система должна быть во всём. В углу, рядом с постелью, находился чёрный письменный стол, за которым Виктор проводил большую часть досуга. С обеих сторон комнаты стояли два шкафа. Тот, что слева, был поменьше, в нём помещалась вся немногочисленная одежда юноши. Справа стоял более внушительный, там хранились книги, учебные пособия и всё, что требовалось для изучения наук. Когда-то там стояли колбы и учебники химии, от которых Виктор благополучно избавился. В детстве он улёкся изучением естествознания и тратил почти всё своё время на опыты. Однако учителями мальчика стали Парацельс, Корнелий Агриппа и многие другие учёные, труды которых были опровергнуты современной наукой. К пятнадцати годам пришло осознание ошибок и разочарование в естественных науках. Фокус внимания сместился на математику, химия и всё, что с ней связанно, было забыто. Виктор сел за стол и продолжил вчерашнее занятие. Однако даже сон не помог мозгам работать лучше. Внимание Виктора всё время терялось, а буквы и цифры в учебнике плавали и слипались в единую кашу. "Нет, так не пойдёт." - покачал головой юноша - "Нужно что-то делать с этим. Иначе все уроки пройдут зря." Ещё раз попытавшись вникнуть в содержимое учебника и потерпев неудачу, он направился на прогулку. - Виктор, ты собрался куда-то? - поинтересовалась Элизабет, увидев, что брат надевает пальто. - Нет, просто хочу пройтись. - О, могу ли я пойти с тобой? Я как раз хотела наведаться в ювелирную лавку! - Как хочешь. Элизабет очень быстро собралась и, улыбнувшись, прибежала к брату. - Чтож, пойдём! Прогулка их была довольно обычной и, даже немного скучной. В ювелирной лавке Элизабет выбирала серёжки. - Может вот эти? - спросила она, показав брату два жемчуженных гвоздика - Или эти? - и она указала на похожие, но на этот раз в них были рубины. - Жемчуг лучше, как по мне. - отвечал Виктор, про себя удивляясь необычным выборам сестры. Элизабет предпочитала изящные витиеватые украшения с природными мотивами, сейчас же её привлекали очень сдержанные и даже бюджетные, по меркам состояния семьи, украшения. - Ладно, тогда возьму их. - кивнула девушка, отдавая продавцу деньги. Тот заботливо завернул гвоздики в атласный мешочек и отдал их покупательнице. Потом брат и сестра отправились на главную площадь города. Здесь, как и всегда было шумно. Дети суетились и играли, то в снежки, то в догонялки, то во что-нибудь ещё. Взрослые же громко говорили, весело общались, а где-то поблизости были слышны уличные музыканты. - Ах, какой чудесный день! - улыбнулась Элизабет. - А ведь скоро Рождество! У меня уже праздничное настроение, не могу дождаться! - Я тоже. - вежливо улыбнулся Виктор. - Тебе стоит чаще гулять. И вообще больше двигаться, иначе приростёшь к стулу. Виктор, обещай мне, что когда уедешь в университет, обязательно будешь делать перерывы в учёбе. - Обещаю, обещаю. Тут в толпе показалась высокий рыжеволосый юноша. - Господи... - прошептал Виктор и побледнел. Элизабет же не заметила его тревоги и закричала молодому человеку: - Анри, иди сюда! Тот повернулся, и, улыбнувшись поспешил к ним. - Добрый день, Элизабет! Здравствуй Виктор! - весело начал он - Как я тебя давно не видел! Это ты его вытащила? - Нет, представляешь, сам захотел. Виктор, тем временем, стоял неподвижно, не проронив ни слова. - Что же ты молчишь, как воды в рот набрал? Хоть бы поздоровался, а то ведь обижусь. Парень неловко протянул руку для рукопожатия. - Здравствуй, Анри. Извини, я задумался... - О, ничего, я не сержусь. - сказал тот, пожимая руку товарища - А ворчу я так, для вида. Как, к стати, дела? Наверное, весь в учёбе? - Да... - Это конечно замечательно, но должно быть что-то ещё. Как тебе идея сходить прогуляться в воскресенье? Пройдёмся по городу, зайдём куда-нибудь! - Я... - Конечно он пойдёт! - прервала брата Элизабет - Пойдёшь, пойдёшь, тебе сейчас необходим свежий воздух! - А... Да... Я это и хотел сказать. - неловко произнёс Виктор. По лицу Анри юноша понял, что друг не верит ему. - Ладно, я пойду. - улыбнулся Клерваль - До скорого! - До свидания! - попрощалась Элизабет. - До скорого... - тихо произнёс Виктор. Они тоже направились прочь с площади. - Ты какой-то смурной. - сказала сестра дома - Вы с Анри поссорились? - Нет... Нет, всё в порядке. Не пекись так за меня. - Ладно... Я тогда пойду. Удачи тебе в занятиях. - и девушка удалилась. А Виктор, полный ещё больших сомнений и терзаний уселся на диван возле камина в гостиной. "Ну что это со мной опять? Вновь я горю как порох перед ним! Да чего ж я боюсь, в самом деле! Пойду, непременно пойду гулять с Анри!" Парень выдохнул. Огонь игриво и успокаивающе потрескивал. В скоре Виктор сам не заметил, как заснул.