Ожерелье королевы

Этим лондонским утром все было обычным; как обычно, туман ложился тяжелым молочным шлейфом на своды Биг-Бена, автобусы блестели алыми боками, собирая спешащих на работу лондонцев, чуть тусклый свет с трудом пробивавшегося из-за плотных облаков солнца ласкал занавески окна, выходящего на улицу Бейкер-стрит, а с кухни доносился аромат синнабонов, которые к завтраку приготовила миссис Хадсон; как обычно, до гостиной доносились ее причитания о том, что она не кухарка. Как обычно, доктор Ватсон читал утреннюю сводку новостей в твиттере, а Шерлок — не изменяя своим вкусам, в газете.  Его яркие глаза быстро бежали по тексту, словно дирижер читал партитуру: взгляд был пытлив, а пальцы барабанили по дубовому столу, отстукивая марш. Темно-синий махровый халат Шерлока выглядел так, словно детектив сегодня точно не собирался никуда выходить, а взъерошенные как обычно кудри черных волос лишь подтверждали это.  — Скука, — сделал, наконец, вердикт он.  — Ни одного достойного преступления, за которое стоило бы взяться.  — Слава Богу, — отозвался Ватсон, не поднимая глаз. Холмс устало отложил газету в сторону, поставив на нее кружку с кофе. – Все преступники измельчали. Ни краж, ни убийств, которые нельзя бы было разгадать быстрее, чем за минуту.  Ватсон закрыл ноутбук и почесал подбородок. – Это к лучшему, – довольным тоном ответил доктор, поглаживая ручку кресла, что обнимало его мягкой тартановой обивкой и не хотело выпускать; – я давно подумывал об отпуске. Шерлок лишь молча фыркнул, подняв кружку с газеты; след от кофе, отразившийся на бумаге, выделил один из заголовков. Однако, Холмс был слишком занят раздумьями о непрофессионализме современных преступников, чтобы обратить на него внимание, да и миссис Хадсон, вошедшая в гостиную с подносом свежих булочек, отвлекла его от столь нерадостных мыслей. – Мальчики, – голос домоправительницы был, как обычно, не по-старчески бодр, – берите, пока свежие. От моих булочек еще никто не смог отказаться, а как обожал их муж… Ватсон многозначительно улыбнулся; – Спасибо, – сказал доктор доброжелательно, – но я только что позавтракал, а холестерин вреден для сердца.  Миссис Хадсон обиженно растянула губы. Однако, Шерлок, тут же утащив один из синнабонов, заставил ее сменить гнев на милость.  Старушка деловито похлопала его по плечу.  – Ну как, мистер Шерлок? Неужели вы поймали всех преступников, и мир наконец может спать спокойно?  Шерлок вскинул брови, которые, не смотря на густоту волос, были едва заметны на его лице, что делало его мимику неповторимой; – Такими темпами, миссис Хадсон, мне придется сменить профессию. Ни одного достойного преступления. Одни шарлатаны, – Холмс раздражено постучал указательным пальцем по газете.  Взгляд миссис Хадсон упал на разворот. То место, что было выделено следом от кружки кофе, привлекло ее внимание, и миссис Хадсон прочитала вслух: – Ночной Лувр. Исчезновение без следа. Камеры ослепли на сорок семь секунд. Может, это достойно вашего ума, мистер Холмс?  Шерлок, чуть заторможенно взяв вновь газету, пробежался глазами по заголовку. — Две тени, — пробормотал он, — и ни одной точки входа. Любопытно. – Не благодарите. Слава богам, я нашла, чем занять ваш мозг сегодня, и мои стены не пострадают от выстрелов, – хмыкнула миссис Хадсон.  Шерлок, подскочив с кресла, точно его укололи шпагой, крепко обнял домоправительницу и поцеловал в щеку, отчего та залилась румянцем. – Замечательно. Просто замечательно, миссис Хадсон, что вы испекли этим синнабоны. У нас будут гости!  Старушка схватилась за голову, наспех поправляя короткую прическу; – Как? Кто? Откуда? – спохватилась она, оглядываясь по сторонам так, точно гости спрятались за портьерами и могут показаться в ее квартире в любой момент.  Шерлок заходил по комнате, размеряя ее широкими шагами; – И так. Преступление было совершено вчера. Учитывая, что французская жандармерия в замешательстве - они пошлют своего человека к нам; а рейс из Парижа до Лондона прибывает к нам в восемь утра… Итого, миссис Хадсон, через полчаса в нашу дверь постучат. Готов поспорить с вами на сто фунтов. Доктор Ватсон иронично поднял бровь: – Побойся Бога, Холмс. Мы и так платим миссис Хадсон по старой цене, что была до ковида.  Миссис Хадсон деловито поджала губы; – Ставлю на то, что некий француз появится в нашей квартире через десять минут. Двести.  – По рукам, – довольно провозгласил Холмс. – А пока, я переоденусь… Негоже встречать французов в этих обносках… – запричитала миссис Хадсон, поспешив в свою спальню. Ватсон, тем временем, задумчиво отставил чашку в сторону. — Лувр. Ты ведь даже не был во Франции с тех пор, как... — С тех пор, как преступления перестали быть искусством, — оборвал его Шерлок.  — Париж скучен. Но это… другое. Быстрым жестом вытащив блокнот и ручку из кармана халата, Холмс принялся что-то чертить. Затем из его уст коротко прозвучало; — Я не понимаю, как они вышли. Ватсон, улыбнувшись в усы, неторопливо причмокнул: — Чудо? — Нет. Искусство, — ответил Шерлок, и в тот же момент замолк - его прервал резкий и требовательный звонок в дверь. Ватсон хмыкнул: – Кажется, наша миссис Хадсон выиграла. – Или что-то знала, – загадочно пробормотал Холмс, пряча блокнот обратно в карман.