Прерванный цикл

— …сотни тысяч человек, укрывшиеся на Луне… — взобравшись на крышу здания, я задумчиво наблюдала за жизнью лагеря внизу, откусывая батончик питательной смеси. Перехваченная радиоволна продолжала вещать послание командования, или кто они там были для андроидов, особо никакой конкретики не предвещая. Больше всего мне эта передача напоминала пропагандистские речи, которые велись лидерами Корпуса, звучавшие для граждан Фортуны. Что все трудятся на общее благо, вклад каждого как никогда важен, и так далее. Но даже на Венере лицемерные тирады звучали гораздо более эмоциональней текущей сухой речи, когда здесь шёл вопрос о выживании людской расы. Мне показалось это особенно странным. — …надеемся на вас всем сердцем. Слава человечеству! Даже в этих словах я не ощущала той толики теплоты или признательности, с которой если не командиры, то гражданские отправляли сражаться за себя свои создания, так похожие на них. Твёрдая речь командующих или мягкая, заботливая творцов. Ничего этого не было. В полную противоположность такому я видела, ощущала, с какими эмоциями и настроем андроиды слушали передачу, которую, как узнала, крутили время от времени, чтобы поднять боевой дух. Часть слушателей внимала с верой. Они не воспринимали каждое слово, как некое откровение, но были достаточно близки к этому. Другие же пылали мрачной решимостью или тлели угольками надежды, смирившись с войной, привыкнув к смертям. Ситуация была странной и в то же время до боли знакомой. — Суховатая речь, — подтвердил мои мысли Сай, прослушивая открытый канал вместе со мной. — Я ожидал нечто более весомое для поддержания морального духа тех, кто сражается за них по всей Земле. В его электронном голосе звучало открытое неодобрение, и я с этим молчаливо согласилась. Раз уж рупоры удерживали те, кто пребывал в безопасности, далеко в тылу, то могли бы потрудиться получше ради тех, кто умирал за них на протяжении поколений… Размышляя об этом, я задумалась над последним. Может, дело как раз в этом. Те, кто ходил по Земле давно умерли, а их потомки в конце концов привыкли к ситуации и уже не рассчитывали вернуть планету? Вполне могло быть и так. — Анализ захваченной машины завершён. Данные занесены в Кодекс, — продолжил Цефалон. — Я выставил заглушки вместе с наблюдательной сетью, обезопасив подземный комплекс. Незваные гости в отсутствие Тенно. Нежелательны. Вспоминая волну врагов, которая отреагировала на пуск ракеты, я кивнула. Поднявшись и скрипнув железной балкой, бросила взгляд по сторонам. Высокая точка обзора открывала вид на руины города, который по размерам напоминал мегаполис Хёльвании. Со своего места я не видела его границ и даже пустыни, из которой прибыла. Весь пейзаж был заполнен озеленёнными каменными джунглями с парой глубоких котлованов, куда уходили потоки воды из нескольких рек. Истоки последних я тоже не видела. Возможно, какая-то часть города находилась на прибрежной линии, или тому были виной подземные потоки. Требовался обзор повыше. — Сообщи, когда перебросишь оборудование для полноценного спутника. — Подтверждено, — отозвался Сай. Отпрыгнув сальто назад с балки, что не удержалась и рухнула, я скачками перешла на другой край крыши, слыша, как позади всё скрипит и осыпается. После чего шагнула в пустоту, упав вниз. С обновлённой информацией по машине, её внутренней начинке, я собиралась приступить к выполнению заказов, что набрала у торговцев и других сопротивленцев. Серый плащ трепетал на ветру, застилая обзор во время свободного падения. Несмотря на это, я заметила вдалеке первую подходящую цель. Почти что достигнув низа, перешла в разлом и мягко приземлилась на дорогу. Рядом, в ожидании уже стоял атомицикл с Танкеткой. Спустя полминуты я подъехала к присмотренному с высоты потрепанному грузовику, рядом с которым прохлаждалась модель машины, аналогичная той, которая орудовала алебардой. Заметив гостей, она двинулась на нас, полыхая красными глазами. По мыслесвязи указав Танкетке на врага, я слезла с Монозвезды и подошла к грузовику. Пускай девочка развлечётся, пока я работаю. Поднятый капот вместе с дырой с мою голову подтвердил полную непригодность двигателя, половина которого словно испарилась, а другая была оплавлена. Походило на выстрел энергооружия. В сражениях с Корпусом такие виды были обычным делом. Но мне сама кабина с двигателем и не понадобится. Слыша позади агрессивное электронное звучание Танкетки и скрежет металла, я соскочила с колеса и обошла машину. Для моих целей по сбору деталей пригодился бы один лишь кузов, который атомицикл мог взять на буксир. Удостоверившись в том, что задняя часть машины не пострадала от военных действий, только от времени, заглянула под днище. Раздались взрывы. Над головой промелькнула железная пылающая рука, пролетев дальше и врезавшись в стену, застряв в ней. Со стороны МОА послышался удовлетворённый свист. Не обращая внимания на это, я продолжала диагностику. Состояние колёс оставляло желать лучшего. Они были либо пробиты, либо спущены, либо подвеска с осью раздолбана в хлам и удерживалась лишь чудом. Но два колеса ещё держались, а большего и не нужно было. Должно быть, недавний брошенный транспорт сопротивления… В этот момент о кузов ударился осколок металла, и опоры с креплениями окончательно проломились под весом. Мне пришлось резко выкатываться из-под просевшей машины. После чего я, поднявшись и скрестив руки, неодобрительно посмотрела в сторону Танкетки. Та, стоя над поверженной однорукой машиной, сжимала когтями её голову с наполовину отсутствующей обшивкой. Под моим прищуром, ощущаемым по мыслесвязи, Танкетка неуютно поёжилась. Противник дёрнул уцелевшей рукой. МОА мстительно сжала когти, оборвав тому существование. Покачав головой, я вернулась к своему маленькому проекту. Срезав ненужное, телекинезом отделив тяжёлые части, смяв металл в разгорячённых энергией руках словно пластилин, в итоге я довольным взглядом окинула двухколёсный прицеп. Такой, конечно, на привычных оживлённых дорогах подняли бы на смех, но в качестве временной меры сгодится. Отправив сообщение Саю, чтобы в следующей партии переброски он захватил парочку дополнительных антигравов или быть может ховерборд, К-Драйв, я подошла к жестоко осмеянной и поверженной машине. Танкетка продолжала возвышаться на ней, горделиво блистая на Солнце золотыми вставками в корпусе. На что я молча ткнула пальцем себе через плечо. В гораздо более унылой атмосфере МОА прошагала к изогнутой ручке прицепа. Взявшись за неё, на одной ноге припрыгала обратно, подкатив тележку. С ухмылкой пронаблюдав за этим, я развернула глефу. Сняв плащ, принялась за разделку машины. Визор подсветил ценные части согласно анализу и сказанному членами сопротивления. Изначально такие энерголезвия были созданы Корпусом для промышленных резаков по добыче минералов из крупных астероидов. Но не пришлось долго жать, чтобы такая концепция нашла отклик в военном деле. Сейчас же эта технология ненадолго, но возвратилась к истокам. Будь как дома город мертвых Отопрет свои ворота Встретит будто добрым словом Мерным погребальным звоном Музыка полностью заглушила звуки изъятия «органов» машины. Телекинезом сминая и отбрасывая лишнее, имевшее ценность я перемещала в переделанный кузов. Руины города действительно выглядели мёртвыми. Но только для людей. Здесь застыли без движенья Прошлой жизни отраженья В ожидании новой роли По чужой недоброй воле Андроиды продолжали сражаться, построив в скрытом уголке свой дом. Животные заселяли лесные участки, поросшие средь разрушенных построек. В конце концов, машинная жизнь также заявляла права на всё это. Тишина над проклятой землей Реки жизни протекают где-то стороной Помни пока твой не пробил час Сей порог переступают только раз Метнувшаяся за пределы зрения Танкетка перехватила железку, летевшую мне в спину. Короткое противостояние, следом подкатился бочкообразный погнутый корпус с двумя короткими ножками и широкими ступнями. Самая мелка, если не считать подрывников, машина. Назад Некуда бежать Не дыша я иду в город мертвых Закончив со средней, Зорис прорезала обшивку мелкой. Абсолютно точный состав механизмов облегчал работу. А также заставлял задуматься над создателями другой стороны этой войны. И внезапно он проснется И черное восходит солнце Он замелет жерновами Всеми девятью кругами Почему вторгшиеся инопланетяне, космическая цивилизация, в основном использовала для строительства машин электронику, детали, которые были привычны мне и знакомы по двадцать первому веку? Мой атомицикл, не говоря о Танкетке, по сравнению с этой конструкцией выглядел настоящей технологией космического будущего. Может, у них не хватало сырья и они перешли на то, что могла предоставить Земля? Даже если так, я всё равно ожидала нечто большего… отличавшегося от устройств земного прошлого. Я верю в судьбу больше чем в Бога Я верю в добро меньше всего Ведет магистраль в проклятый город Где каждый найдет лишь себя самого Были ли андроиды, за неимением лучшего слова, такими же простыми по конструкции, как и машины? Но они слишком походили на людей… Встряхнув головой, я поднялась, завершив здесь… сбор, оставив лишь ошмётки и разбросанные вокруг детали. С моих ладоней сорвалось золотое пламя, уничтожая все следы осквернения. Назад Некуда бежать Добро пожаловать Я иду в город мертвых Подсоединив прицеп к атомициклу с помощью извлечённых и сплавленных с обшивкой цепей, мы с МОА продолжили путь, теперь уже с буксиром. С течением времени, которое сложно было отслеживать из-за фиксированного положения Солнца, содержимое прицепа медленно, но неуклонно пополнялось. Машины атаковали, я их старалась обездвиживать без сильных повреждений и приступала к разборке. Пока Танкетка выступала в качестве патрульной, порой приводя за собой других кандидатов на металлолом. В дальнейшем, изредка мне попадались модели, отличавшиеся от стандартных или самых распространённых. Резко вильнув в сторону, едва не перевернув прицеп, Монозвезда уклонилась от сферического красно-чёрного снаряда, пролетевшего мимо. Спрыгнув с транспорта, я рывком избежала столкновения в воздухе ещё с двумя похожими. Их выпускала машина на коротеньких ногах, но вытянутым ввысь многоступенчатым корпусом, словно бочонки поставили друг на друга. Каждая из этих бочек была опоясана пушкой. Та самая машина с огнестрелом. Своеобразная башня неуклюже переступила, наводясь тремя орудиями. Она оказалась гораздо медленней меня, так что я просто обошла её, зайдя за спину. Вот только отстреленные сферы не улетели в пустоту, а замедлились и последовали за мной. Самонаводящееся энергетическое оружие было занимательней. Повторно отступив в сторону, я пронаблюдала, как сферы всё же улетели дальше. Так что какой-то предел следования они имели. Бросок Зорис оборвал вялые движения малоподвижной турели, отрезав ноги и заставив рухнуть её. Сорвавшийся с раскрытой ладони психический заряд попал точно в венчавшую башню голову, обесточив её. Разве что конструкция продолжала двигаться, заискрив обрубками. Такая машина оказалась объединена из трёх модулей тел коротышек. Потому потребовалось ещё три броска, чтобы утихомирить её. И пока Танкетка сканировала одну из пушек, я разделывала саму башню. Затем погрузила всё на прицеп. Результаты для анализа были отправлены Саю. Подъезжая к окраинам города, где за обломками виднелась пустыня, я приметила движение в небе. Взяв направление в ту сторону, вскоре догнала и смогла более детально рассмотреть группу машин на летательных аппаратах. Те походили на круглую металлическую платформу, на которой сидели мелкие, вооружённые пушкой. Казалось, эти летающие единицы патрулировали границу. Один из них, обернувшись и заметив меня, повернулся к остальным. После чего все разом спикировали вниз, но не в мою сторону, а к развалинам дома впереди. Подъехав следом, я остановилась и сошла с транспорта. Мне стало любопытно такое неагрессивное поведение, что наблюдала у некоторых, когда проезжала по пустыне. С другой стороны это мог быть тактический манёвр, призванный заманить в ловушку. Так как стоило приблизиться к зданию, как из его крыши растревоженным роем вылетела та группа в сопровождении сферических машин. Двое из них сжимали манипуляторами двуручные топоры, а одна представляла из себя дрель с ручками и головой. Танкетка приготовилась к бою, вопросительно посмотрев на меня. Я же пока что не активировала Зорис и удерживала копьё в руке за спиной. Машины не атаковали, уставившись немигающей жёлтой оптикой. Такой цвет был для них признаком разумности, что ли. Потому что стоило глазам дрели покраснеть, как все остальные последовали её примеру. Стрелки атаковали на дистанции, а сферические бросились вперёд. Танкетка разразилась ракетным залпом, подорвав часть энергетических импульсов в воздухе. Затем создала стазисное поле, разошедшееся на десяток метров вокруг и заключив нас в него. Развернув на руке Усилитель, я выстрелила концентрированным энергетическим лучом, мгновенно пронзившим насквозь машину с топором и одного из стрелков на траектории. Сила выстрела могла регулироваться мной в соответствии с подачей энергии Бездны, по сути обращая Усилитель в снайперскую винтовку. Потому я и дала ему говорящее название «Снайп». Двое поражены, остальные продолжили натиск. Вот только, попав в стазисное поле, дрель с топором замедлились вдвое, тогда как энергосферы в несколько раз. Мне не составило труда отбить копьём топор, попутно ускользая от снарядов. Затем пропустить мимо себя раскрученную дрель, вонзившуюся в землю, и наставить ладонь на её голову. Примитивный машинный разум сопротивлялся недолго. Собиравшаяся повторить атаку машина с топором, была отброшена в сторону ударом Танкетки, вылетев за пределы стазис-поля. Встряхнув головой с обычной скоростью, она подняла перед собой топор, когда МОА с разворота замахнулась на него лапкой. Сфокусированная призмой энергия прошла сквозь Усилитель, выпустив в небо прямой аквамариновый луч, подбив ещё одного летуна. Развернув Снайп в сторону замедленных сфер, я выпустила картечный залп, подорвав все из них вблизи. От урона по себе меня спас набедренник. Позади, помогая себе манипуляторами, из асфальта выбралась дрель. Развернувшись, она не стала атаковать меня в спину, а устремилась к оставшимся стрелкам в воздухе, будучи под моим контролем. Способности Никс распространялись на любой тип разума, будь то человеческий, искусственный или же отголоски заражённой плоти, улья. Используя развёрнутое в защитном жесте лезвие топора как опору, Танкетка подскочила, перепрыгивая через сферическую машину и выстреливая ракетами в стрелков. Я поддержала её очередным точечным лучом. Затем, наблюдая за дрелью, которая протаранила собой платформу стрелка, рывком перенесла себя вверх. Выпустив из рук псионические заряды, упала обратно вниз, где поймала в хватке телекинеза одну поражённую, не дав рухнуть, как остальным. С победным кличем Танкетка апперкотом в голову отправила своего противника в нокаут. Все машины оказались повержены, кроме последней. Подлетев и зависнув рядом со мной, дрель пустым взглядом смотрела на павших сородичей, пока я не освободила её, перестав подпитывать контроль разума. Машина тут же развернулась ко мне, с тем же пустым взглядом нацеливаясь концом дрели. Но была пронзена броском копья, что прибил её к земле. Осмотрев поле сражения, я переглянулась с Танкеткой и вздохнула. Требовалось просканировать, разобрать и сложить, к работе над чем приступила. Солнце было всё также высоко. Хотя по времени давно наступила ночь. Могло ли это быть связано, в чём я сомневалась, но в это «время суток» мне никто не мешал с вознёй в механизмах. МОА помогала стаскивать всех в одну кучу и проводила сканирование. Эта группа выглядела более технологично продвинутыми, оснащённые репульсорами. Две пары из них я оставила для себя, приделав к прицепу. Колёса погрузила в кузов на тот же обмен с торговцами. Универсальная валюта среди сопротивления имелась, представляя из себя мелкие шестерни машин. Но в основном в ходу применялся бартер. Ирония одинакового источника смерти и приспособленной жизни присутствовала и в этом мире. Ведь именно из машин добывалось сырьё для переработки, ремонта самих андроидов. Закинув последнюю изъятую деталь, я сверилась со списком и окинула взглядом образованную гору металла. Рядом Танкетка верно прощебетала, что этого должно было быть достаточно для первого раза. Тем более, что места почти не оставалось. И так придётся ехать аккуратно, чтобы не потерять нагромождение деталей. Ну, благодаря репульсорам, хотя бы без нужды в поиске объездов, где старые приваренные колёса не могли проехать. По уже проложенной на миникарте дороге я со спутницей двинулась назад, начав прикидывать, что приобрести взамен. В первую очередь, конечно, меня интересовала всевозможная информация по машинам, их типы, классификация, вооружение, слабые места, повадки и так далее. Андроиды за тысячелетия сражений должны были гораздо больше узнать о противнике, чем я за жалкие пару дней… суток. Во вторую очередь мне хотелось изучить карты местности и вообще всей планеты, чтобы для начала хотя бы прикинуть, была ли эта Земла аналогична другим, моему изначальному дому, например. Расположение и возможности сил воюющих тоже бы не помешало знать для полноты картины. Однако новичку вряд ли доверят сведения о последнем. По крайней мере не сразу. Я прекрасно знала, что доверие просто так нельзя было заработать. Особенно среди побитых жизнью. Проезжая по одной из широких, разбитых улиц и слушая музыку, я заметила красноватый отблеск, мелькнувший на осколке стекла верхнего уровня строения. Следом за ним, отбрасывая камни и пыль, на дорогу в вышине вырывался силуэт машины. Резко вильнув в сторону, избежала удара, когда тот с грохотом приземлился, ещё больше раскалывая асфальтовую поверхность. То был средний двуногий, практически моментально бросившийся следом. Я соскочила навстречу. Врубив ускорение, атомицикл унёсся дальше вместе с грузом. Машина явно необычная. Показатели не соответствуют другим. Эта в разы резвее. Головная броня повреждена, открывая вид на разрушенную глазницу и металлические трубы, походившие на зубы, освещённые красным светом, как и второй глаз. Не слушая голос Сая, подтверждающего передачу управления, сдёргиваю копьё со спины. Танкетка запускает ракеты. Вот только машина, демонстрируя всю ту же возросшую скорость, уклоняется от роя и ударяет МОА, отправляя её в полёт. За что платится конечностью, когда я сбоку отсекаю руку по плечо. Другая со сжатым кулаком устремляется ко мне. В прыжке закручиваюсь, пропуская её под собой, и с разворота всаживаю ветвистое лезвие в корпус, ближе к голове, пробивая обшивку. Яростная машина останавливается. Рука безвольно виснет. Она припадает сначала на колени, затем наклоняется вперёд, но копьё, продолжавшее торчать из тела, не даёт рухнуть полностью. Совершив сальто назад, пинком отправляю её валяться на спине. Танкетка подбегает, недовольно потрясая лапками, когда я убираю Феррокс обратно за спину и осматриваю спутницу. Показатели в норме. Броня не пострадала. Все последствия тяжёлого удара принял на себя щит, который начал восстанавливаться. Таковыми были все энергоячейки в моём распоряжении, способные к постепенной регенерации энергии. Что на моём костюме, что на атомицикле и МОА. Аккумуляторы же могли подпитываться от моей энергии Бездны. Многие технологии в имперскую эпоху работали именно на ней. Покончив с краткой диагностикой, я сняла плащ, который с готовностью подхватила Танкетка, и в который раз активировала лезвие резака. Внешне и внутренне внезапно напавшая машина не отличалась от своих собратьев. На первый взгляд. Однако стоило мне копнуть глубже, в самом центре, где у других находилась основная плата с микросхемами, у этой обнаружилась металлическая сфера. Техник, помнится, говорил, что такие машинные ядра были крайне редки и незакономерны. Но представляли особую ценность. Аккуратно изъяв её из тела, подняла на лучи Солнца, осматривая серое ядро с едва заметным порезом на боку от копья. «Может, и повреждённое пригодится торговцу», — с такими мыслями положила отдавшую красной искрой сферу в подъехавший прицеп. Танкетка поверхностно её просканировала и уселась ко мне на заднее сидение. После чего мы продолжили путь в лагерь, оставшийся отрезок которого прошёл без внезапных происшествий.