дочь сириуса блека

Настроение в Хогвартсе после побега Сириуса Блека и исчезновения Питера Петтигрю было мрачным и подозрительным. Казалось, сама атмосфера была насыщена разочарованием и страхом. Именно в такие моменты, как говаривал Уизли, школа нуждалась в отвлечении. И таким отвлечением должен был стать решающий матч по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином. Для Мирабеллы этот матч значил больше, чем просто спортивное состязание. Это была возможность выплеснуть всю накопленную ярость — на Слизерин, на Малфоя, который не уставал злорадствовать по поводу поимки ее отца, на всю несправедливость мира. Она болела за свою команду, за Анжелину Джонсон, за братьев Уизли, которые были непревзойденными бьющими. Фред и Джордж, несмотря на не до конца заживший нос Фреда, были полны решимости. Накануне матча они нашли Мирабеллу в библиотеке. «Завтра, Блек, мы их размажем, — сказал Фред, его глаза горели боевым огнем. — Мы посвятим эту победу тебе. И твоему отцу.» «Мы заставим этих змеюш сожалеть, что они вообще родились, — добавил Джордж, сжимая воображаемую булаву.** Мирабелла улыбнулась, чувствуя прилив теплой благодарности. «Просто победите. Для меня этого будет достаточно.» На следующее утро стадион ревел. Алое и золото Гриффиндора яростно соревновалось с изумрудным и серебряным морем Слизерина. Погода была ясной, ветреной — идеальной для быстрой игры. Мирабелла сидела рядом с Гермионой и Ли Джорданом, который комментировал матч с таким пылом, что чуть не сорвал голос. Ее взгляд был прикован к Фреду. В своей квиддичной форме, с булавой наготове, он выглядел невероятно сосредоточенным и… взрослым. Он ловил каждое движение слизеринских игроков, предугадывая их действия . Игра была грубой и жестокой. Слизеринцы, как всегда, играли на грани фола. Их бладеры с свистом пролетали в сантиметрах от голов гриффиндорских игроков. Но Фред и Джордж были на высоте. Они работали в идеальной синхронности, как два частях одного механизма. БАМ! Фред отбил бладжер, который целился в Анжелину, прямо в сторону Драко Малфоя. Тот отчаянно увернулся, чуть не вылетев из седла. «ОТЛИЧНЫЙ УДАР, ФРЕД УИЗЛИ! — кричал Ли. — МАЛФОЙ ТЕПЕРЬ ЗНАЕТ, КАК ПАХНЕТ ЕГО СОБСТВЕННЫЙ ПОТ!» Трибуны Гриффиндора взревели от восторга. Мирабелла вскочила на ноги, крича и аплодируя. Ее глаза встретились с взглядом Фреда на долю секунды. Он был полон огня и торжества, и он подмигнул ей, прежде чем снова сосредоточиться на игре. Внезапно все замерли. Заметив снитч! Гарри Поттер ринулся вниз, его метла была алой стрелой. За ним, словно тень, несся слизеринский ловец. Слизеринские игроки, видя это, удвоили атаку на Гарри. Один из бладеров, пущенный с особой свирепостью, понесся прямо к его голове. Все произошло за мгновение. Фред, находившийся ближе всех, рванул свою метлу вперед, подставив себя под удар. Глухой удар разнесся по стадиону. Бладжер врезался Фреду в плечо. Мирабелла вскрикнула, сжимая руку Гермионы. Но Фред не упал. Он лишь покачнулся в седле, его лицо исказилось от боли, но он удержался. А Джордж в это время отправил второй бладжер прямиком в спину слизеринскому охотнику, который забивал гол. В этот момент Гарри Поттер выпрямился, высоко подняв руку. В его пальцах трепетал золотой снитч. Гриффиндор выиграл! Стадион взорвался. Алые и золотые флаги заплясали в воздухе. С трибун посыпались конфетти. Мирабелла, не помня себя от радости и облегчения, бросилась вниз, на поле. Она пробивалась через толпу ликующих студентов, пока не увидела его. Фред стоял, держась за плечо, его лицо было бледным от боли, но он сиял самой победной улыбкой, которую она когда-либо видела. Он увидел ее, и его улыбка стала еще шире. Он отмахнулся от мадам Помфри, которая пыталась осмотреть его плечо, и сделал шаг навстречу. Не заботясь о том, кто смотрит, Мирабелла бросилась к нему и обняла его, осторожно, чтобы не задеть травмированное плечо. «Ты идиот! — сказала она, заливаясь смехом и чувствуя, как слезы счастья катятся по ее щекам. — Ты мог серьезно пострадать!» «Стоило того, — прошептал он ей на ухо, его голос был хриплым от напряжения и эмоций. — Либо он, либо Гарри. А Гарри должен был поймать снитч.» Он отстранился, чтобы посмотреть на нее, и его свободная рука коснулся ее щеки, смахивая слезу. «Мы выиграли, Блек. Для тебя.» За его спиной Джордж и остальная команда подхватили Фреда и Мирабеллу и понесли их на плечах к замку, под оглушительные аплодисменты. Драко Малфой и его компания смотрели на них, злые и побежденные, со своими изумрудными мантиями, которые вдруг показались такими блеклыми по сравнению с сияющей радостью Гриффиндора. В тот вечер, на грандиозной вечеринке в гриффиндорской гостиной, с больным плечом, перевязанным мадам Помфри, и с кружкой сливочного пива в здоровой руке, Фред сидел рядом с Мирабеллой. Его победа на поле была ничем по сравнению с тихим торжеством в его сердце. Он выиграл не кубок. Он выиграл нечто гораздо более ценное. И глядя на ее сияющее лицо, он знал — это была самая важная победа в его жизни.