Несломленный код

Признание профессора Эмброуза и шепот по всему факультету изменили для Питера все и ничего одновременно. С одной стороны, он больше не был «странным парнем с загадочным прошлым». Теперь он был «гением-затворником Паркером», и такая роль давалась ему куда легче. Студенты, которые раньше косились на него, теперь заискивающе улыбались, а некоторые даже пытались списать у него домашние задания. Это была знакомая, почти что квинсская динамика, и она позволила ему немного расслабиться. Но с другой стороны, его паучье чутье, пробудившееся после истории с нитями, больше не засыпало. Оно постоянно фоново гудело на задворках сознания, как невыключенный телевизор. Он слышал все: ссоры влюбленных пар на другом конце общежития, скрип шин подъезжающих к кампусу машин, отдаленные гудки машин скорой помощи в Бостоне. Его сны снова стали заполняться обрывками чужих жизней, и по утрам он просыпался с головной болью и ощущением, что пропустил что-то важное. Именно в таком состоянии он сидел на скучной лекции по истории искусств — обязательный предмет для всех первокурсников, который он терпеть не мог. Он смотрел в окно, наблюдая, как ветер гоняет по небу редкие облака, и вдруг его чутье сжалось в тугой, болезненный узел. Это не было предупреждением об опасности. Это было... призывом. Тихим, отчаянным, едва уловимым. Чувство паники, смешанное с физической болью. Оно исходило откуда-то с запада кампуса. Питер замер, стараясь не выдать своего волнения. Он закрыл глаза, делая вид, что задремал, и сосредоточился. Он мысленно отсекал другие шумы: бормотание профессора, скрип ручек, щелканье клавиатур. Он искал тот самый сигнал. И нашел. Это был не звук. Это была вибрация. Крошечная, почти незаметная дрожь в воздухе, вызванная учащенным, прерывистым сердцебиением и сдавленными рыданиями. Он не видел картинки, но его мозг, настроенный на эту уникальную эмоциональную и физическую сигнатуру, нарисовал ее сам. Кто-то. Где-то. В отчаянии. Лекция тянулась еще двадцать мучительных минут. Питер ерзал на месте, чувствуя, как призыв становится все настойчивее. Как только прозвенел звонок, он сорвался с места, схватил рюкзак и пулей вылетел из аудитории, оставив позади удивленные взгляды однокурсников. — Паркер! Куда тебя понесло? — окликнул его Харли, выходя вслед за ним, но Питер уже растворялся в толпе. Он бежал, не обращая внимания на окружающих, повинуясь только внутреннему компасу. Его ноги сами несли его через кампус, к старому, заброшенному корпусу факультета геологии, который давно не использовался и был запланирован на снос. Чувство исходило именно оттуда. Подбежав к запертой главной двери, Питер без колебаний вскарабкался по кирпичной стене, цепляясь пальцами за малейшие выступы, и пролез в разбитое окно на втором этаже. Внутри пахло пылью, плесенью и старыми камнями. Он приземлился бесшумно, как кошка, и замер, прислушиваясь. Тишина. И потом — сдавленный всхлип. Прямо под ним. Он спустился по лестнице, избегая скрипучих ступеней, и оказался в длинном коридоре с закрытыми дверями кабинетов. Его чутье привело его к одной из них, с табличкой «Профессор А. Хиджак». Дверь была заперта, но из-под нее тянулась тонкая полоска дневного света. — Эй, — тихо сказал Питер в щель под дверью. — Ты там? С тобой все в порядке? Всхлипывания прекратились. Последовала долгая пауза, а затем испуганный, юный голос: — Уходите. Пожалуйста. — Я не уйду, — мягко, но настойчиво сказал Питер. — Ты впустишь меня? Или мне... э... найти ключ? Ему не хотелось выламывать дверь. Слишком много вопросов. Еще одна пауза, потом послышалось шарканье, и щелкнул замок. Дверь приоткрылась на пару сантиметров. В щели виднелся заплаканный глаз и часть лица — молодой парень, лет семнадцати, аспирант, судя по бейджу. — Кто вы? — прошептал он. — Питер. Я студент. Я... почувствовал, что кому-то плохо. Что случилось? Парень медленно открыл дверь. Он был бледен как полотно и дрожал. В руках он сжимал ноутбук. — Они... они все украли, — выдавил он. — Год работы. Все данные. Диссертация. — Кто украл? — Питер вошел внутрь. Кабинет был завален стопками бумаг и образцами горных пород. — Не знаю! — голос парня снова сорвался на истерику. — Взломали сервер. Все, необработанные данные все анализы... все. У меня бэкап сломался две недели назад, я не успел... Я пропал. Меня отчислят. Питер почувствовал, как знакомое чувство ответственности сжало его грудь. Это была не глобальная угроза, не инопланетное вторжение. Это была личная катастрофа для одного человека. И он мог это исправить. — Слушай, — сказал он, стараясь звучать максимально уверенно. — Меня зовут Питер Паркер. Я... хорошо разбираюсь в компьютерах. Дай-ка посмотреть. Парень, которого звали Лео, с надеждой посмотрел на него и протянул ноутбук. Питер сел за стол и запустил терминал. Его пальцы полетели по клавиатуре. Он не был хакером уровня Неда, но базовые принципы безопасности и отслеживания цифровых следов Тони вбил в него намертво. Через несколько минут он нашел лазейку. Взлом был не профессиональным; скорее, это была работа умелого студента, который использовал уязвимость в университетской сети. Питер проследил соединение. Оно вело... обратно в кампус. В общежитие для старшекурсников. — Нашел, — сказал Питер. — Данные еще на сервере. Они их не стерли, просто скопировали и скрыли. Похоже, кто-то решил «позаимствовать» твои наработки. Лео ахнул, в его глазах вспыхнула надежда, сменившаяся яростью. — Кто? — Комната 314. Забби Кэллоуэй. Это имя тебе о чем-нибудь говорит? Лицо Лео исказилось от гнева. — Забби... Мы вместе начинали этот проект! Потом он ушел на кафедру к Петерсону, а я остался у Хиджака. Он всегда завидовал моим результатам! Питер понимающе кивнул. Академический шпионаж. Не Альтрон, конечно, но от этого не менее мерзко. — Хочешь, я верну твои данные? — спокойно спросил Питер. — Ты... ты можешь? Вместо ответа Питер снова углубился в код. Он не стал ничего взламывать или удалять. Он просто написал простой, но эффективный скрипт, который нашел скрытые файлы Забби Кэллоуэя и... переместил их прямиком на рабочий стол декана факультета геологии, в папку с пометкой «К вопросу о плагиате». Попутно он восстановил данные Лео из временной папки удаления. — Готово, — сказал Питер, закрывая ноутбук. — Думаю, мистер Кэллоуэй утром получит интересное письмо от декана. А твоя диссертация там, где ей и положено быть. Сделай бэкап. Лео смотрел на него с благоговейным ужасом. — Кто ты вообще? Ты работаешь на ФБР? Питер усмехнулся. — Нет. Просто сосед. Иди домой, Лео. Все наладилось. Он вышел из кабинета, оставив аспиранта в состоянии шока, и выбрался из старого корпуса тем же путем. На душе было странно спокойно. Он помог. Не как Человек-паук, не в костюме. А как Питер Паркер. Используя свой ум и свои... особенности. Это был правильный поступок. Но Вселенная, казалось, решила, что одного доброго дела мало. Пару дней спустя, поздно вечером, Питер и Харли работали над новым проектом в своей комнате. Вдруг Питер снова замер. Его чутье сработало снова, но на этот раз сигнал был другим. Резким, агрессивным. Не страх, а злоба. Жажда наживы. И он исходил не от человека, а от... нескольких точечных источников, двигавшихся быстро и целенаправленно. Они были где-то рядом, на территории кампуса. — Опять? — Харли отложил паяльник, увидев выражение лица Питера. — У тебя again этот взгляд «я что-то слышал». Ты как пес-ищейка, Паркер. — Мне нужно выйти, — коротко сказал Питер, вставая. — Ага, и я с тобой, — заявил Харли, снимая защитные очки. — Нет! — резко сказал Питер. — Останься здесь. Это... небезопасно. — Тем более я иду, — Харли уперся руками в боки. — Твоя «цирковая школа» явно не подготовила тебя к разборкам в темных переулках. А у меня есть... кое-что. — Он открыл свой ящик с инструментами и достал что-то, похожее на модифицированный шокер. Питер хотел возражать, но времени не было. Сигналы приближались к библиотеке — месту, полному студентов, готовящихся к ночным занятиям. — Ладно, — сдался он. — Но ты делаешь то, что я скажу. Без вопросов. Они выскользнули из общежития и двинулись в сторону библиотеки. Питер шел, повинуясь внутреннему радару, а Харли следовал за ним, пытаясь быть как можно тише. Они спрятались за углом одного из корпусов и увидели их. Трое парней в балахонах с капюшонами быстро и профессионально вскрывали замок на боковой двери библиотеки — не студенческий вход, а служебный. — Грабители? — прошептал Харли. — В библиотеке? Им что, учебники по квантовой физике нужны? — Не только, — прошептал в ответ Питер. — В подвале библиотеки хранится коллекция редких книг и исторических документов. Дорогих. Думаю, они не за конспектами лекций пришли. Один из грабителей что-то сказал другому, и Питер услышал обрывок фразы: «...карты Эйнштейна должны быть тут...» Все стало ясно. Это был заказ. — Хорошо, план, — быстро зашептал Харли. — Я бегу за охраной. Ты... Но Питер уже исчез. Он действовал на автопилоте. Его тело, месяцами находившееся в покое, с радостью откликнулось на вызов. Он оборел здание с другой стороны, нашел открытую вентиляционную решетку на уровне второго этажа (оставил ее приоткрытой несколько недель назад, «на всякий случай») и бесшумно проскользнул внутрь. Передвигаясь по вентиляционным шахтам, он оказался над главным читальным залом. Грабители уже были внутри. Двое спускались в специальное хранилище в подвале, а один остался наверху, стоя на стреме у двери, смотря на улицу. Питеру нужно было действовать быстро, тихо и без костюма. Он был просто парнем в темной одежде. Он вылез из решетки прямо над головой «часового» и свесился вниз, держась ногами за перекладины. — Эй, привет, — тихо сказал он. Грабитель резко обернулся, но не успел даже вскрикнуть. Паутина? Нет. Просто быстрый, точный удар ребром ладони по шее, в блуждающий нерв. Парень сложился пополам, задыхаясь, и потерял сознание на несколько секунд. Питер спрыгнул, поймал его и аккуратно уложил на пол, связав ему руки и ноги ремнем самого же грабителя и клочками ткани от его же балахона. Сверху послышались шаги и голоса. Двое других поднимались с добычей. Питер огляделся. Нужно было не дать им уйти, но и не вступать в открытую конфронтацию. Его взгляд упал на систему противопожарной безопасности. Идея. Он метнулся к пожарной сигнализации, но не стал ее дергать. Вместо этого он с силой надавил пальцем на пластиковый корпус, проделав в нем небольшое отверстие. Затем он достал из кармана ключ (обычный металлический ключ) и, используя его как проводник, замкнул контакты внутри системы. На всю библиотеку оглушительно заревела сирена, и с потолка хлынули потоки воды. Снизу послышались крики и ругань. Двое грабителей, застигнутые врасплох и промокшие насквозь, бросились к выходу, но поскользнулись на мокром полу. Питер, используя суматоху и прикрываясь стеллажами, подбежал к одному из них и повторил свой прием, выводя его из строя. Второй, увидев это, в ужасе отшатнулся и попытался достать что-то из-за пояса. Возможно, оружие. Но тут в дверях появился Харли с тремя охранниками кампуса. — Вон он! — крикнул Харли, указывая на последнего грабителя. Охранники скрутили его. Сирена все еще ревела, заливая водой редкие книги, которые, к счастью, были упакованы грабителями в водонепроницаемые мешки. Харли подбежал к Питеру, который стоял, прислонившись к стеллажу, делая вид, что он просто случайно оказался здесь и тоже напуган. — Ты в порядке? Что это было? Ты их... один? — Я... я спрятался, — запинаясь, сказал Питер. — А потом включилась сирена, и они поскользнулись... Мне просто повезло. Харли посмотрел на него с таким скептицизмом, что тому стало не по себе. Он посмотрел на бесчувственных грабителей, на аккуратно связанного «часового», потом снова на Питера. — Паркер, твое «везение» начинает пугать. Ты либо самый везучий человек на планете, либо... Он не договорил. К ним подошел старший охранник. — Вы, ребята, молодцы. Вызвали нас. Скажите, вы видели, кто это сделал? Кто их связал? Питер и Харли переглянулись. — Не видели, — хором сказали они. Полиция и администрация университета были в замешательстве. Грабители — профессионалы, разыскиваемые за кражу артефактов по всей стране, — были обезврежены в университетской библиотеке при загадочных обстоятельствах. Один из них утверждал, что его «сразил призрак», другой — что на них напал «человек-тень». Систему сигнализации признали неисправной — «короткое замыкание из-за износа оборудования». На следующий день Питер был героем кампуса, сам того не желая. «Паркер и Кинер помогли задержать воров!» Он и Харли отнекивались, как могли, списывая все на случайность. Вечером они сидели в своей комнате. Харли молчал, что-то паяя, а потом не выдержал. — Ладно, я куплюсь на историю с аспирантом и его данными. Ты гик, ты мог. Но библиотека, Паркер... Там был не я один. Ты исчез. А потом эти ребята оказались повязаны с профессиональной точностью. И сирена... «Короткое замыкание»? Серьезно? Питер смотрел в окно. — Что ты хочешь услышать, Харли? — Правду! Хотя бы ее часть. Я не дурак. Я знаю, что ты скрываешь. И знаешь что? Мне все равно. Ты — странный, загадочный тип, который вскрывает системы безопасности голыми руками и валит громил одним пальцем. Но ты — мой друг. И я прикрываю друзей. Питер обернулся и посмотрел на него. В глазах Харли не было страха или осуждения. Была решимость. И любопытство. Огромное, ненасытное любопытство. — Спасибо, — тихо сказал Питер. Это было все, что он мог сказать. — Не за что, — Харли вернулся к пайке. — Но в следующий раз, когда ты решишь поиграть в супергероя, предупреди. Я подготовлю попкорн. Питер слабо улыбнулся. Возможно, иметь союзника, который что-то подозревает, было не так уж и плохо. Позже той же ночью его телефон завибрировал. Это было сообщение от Неда. Нед: ПИТ! Ты в новостях! Ну, в местных бостонских. «Студенты MIT помогли задержать банду воров». Ты чего, совсем осторожность забыл?! ЭмДжей: Подожди, Нед. Питер, ты помог поймать их... или ты их ПОЙМАЛ? Питер: Я... был в нужном месте в нужное время. И Харли был там. ЭмДжей: Ага. Ясно. «Повезло». Слушай, Паркер, просто... будь аккуратнее. Ты начинаешь оставлять следы. Нед: Да! Маленькие, паучьи следы! Питер выключил телефон. Он подошел к своему шкафу и отодвинул пару джинсов. На самой дальней полке лежал тот самый костюм. Усовершенствованный. Он смотрел на него долго-долго. Он больше не был просто Питером Паркером, студентом. Он больше не был просто Человек-пауком, супергероем. Он был кем-то посередине. И, возможно, пришло время перестать бояться того, кем он становился. Он провел пальцами по ткани костюма. Она была прохладной и очень, очень знакомой.