Garou - Akame ga kill

Гару смотрел, как зверь улетает вместе с поверженными убийцами. Он не стал их преследовать — не было смысла преследовать поверженных собак. К тому же, он изначально не собирался никого убивать. Он просто искал вызов, чтобы отточить свои навыки. Прекращение Ночного Рейда не имело к нему никакого отношения. Однако лицемерные слова Надженды, череда событий и неспособность убийц понять его привели к этому. По правде говоря, Гару, в лучшем случае, планировал избить их, особенно Надженду, и на этом закончить. Он уничтожил Сусаноо, потому что считал его всего лишь машиной, вроде питомца Серю, и не испытывал никаких угрызений совести. Что касается Сая, тот решил пожертвовать собой, надеясь ранить Гару. Он потерпел неудачу, но заслужил уважение Гару за свою смелость и решимость, хотя это лишь усилило его презрение к революционерам. Наконец, был Гато. Он погиб от последнего выстрела девушки с розовыми волосами. Убийцы убили своего товарища в отчаянной попытке уничтожить Гару. Гару понимал их мотивы, но после всех их громких речей о совместной жизни и смерти за общее дело они всё ещё вызывали у него отвращение. В конце концов, они напали на одного из своих. Поэтому его последняя атака была направлена на то, чтобы одним ударом искалечить девушку с розовыми волосами и ранить лицемерную женщину. Отвернувшись, Гару направился в сторону, куда ушли Уэйв и остальные. Через несколько минут он заметил бегущего к нему Болса. — Гару!! Ты жив! Когда я увидел взрыв, я понял, что облажался, оставив там своего Тейгу, — в панике сказал Болс. Гару почувствовал что-то неладное, хотя и не сразу понял, что именно. Он спросил: — Зачем ты здесь? Где остальные? Болс ответил: — Я боялся, что ты пострадал — или что-то похуже. Я не мог удержаться и пришёл проверить тебя. Что касается остальных, они устали и немного ранены, но ничего серьёзного. С ними всё должно быть в порядке. Но всё равно я рад, что с тобой всё в порядке. — Ты правда думал, что взрыв твоей огнеметной игрушки может причинить мне вред? — спросил Гару, и в его голосе слышалась почти обида. — О! Нет, нет! Конечно, нет! Ха-ха-ха… С твоей скоростью найти укрытие или вырыть яму, чтобы спастись от огня, не составит для тебя труда, — сказал Болс, нервно размахивая руками. В этот момент Гару был уверен, что что-то не так. Болс уже дрался с ним раньше — он не понаслышке знал, насколько Гару устойчив к жару. Ему не нужно было прятаться, не говоря уже о том, чтобы зарываться в землю, как крыса. Но Гару пока не обращал на это внимания. Возможно, мужчина решил, что взрыв усилил пламя. В каком-то смысле так и было. — А как же ночной рейд? Удалось ли вам их уничтожить? — спросил Болс. — Нет. Они сбежали, но двое из них погибли в процессе, — ответил Гару, не считая Сусаноо членом группы. — Понятно… Это печально. Но благодаря вам нам удалось выжить, — сказал Болс. Глаза Гару опасно сузились. Мышцы мужчины слегка расслабились, когда он услышал, что им удалось сбежать, но тут же вздрогнули при упоминании о двух смертях. Изменение было едва заметным, но наблюдательность Гару была острой, как бритва. В этот момент он понял, что перед ним не Болс. Это был самозванец. В его старом мире оборотни были нечастым явлением, но и не были чем-то из ряда вон выходящим. Существовали монстры, животные и даже роботы, способные сливаться с окружающей средой или подражать другим. Не было оснований полагать, что в этом мире не хватает подобных существ. Не говоря ни слова, Гару нанёс Болсу сокрушительный удар в лицо, без труда сбив его с ног. Когда его тело ударилось о землю, оно рассеялось дымом, открыв под собой рыжеволосую девушку. Она лежала там, её лицо было искажено страхом, из сломанного носа текла кровь. Гару внимательно осмотрел её, заметив прикреплённую к её боку косметичку. Он сразу узнал в ней её Тейгу — или, по крайней мере, инструмент, которым она меняла облик. В конце концов, кто возьмёт косметику на бой? Гару не стал говорить ни слова. Он просто спокойно посмотрел на неё, поднял ногу и топнул ею. Девушка закрыла глаза, увидев, как он поднимает ногу, и потеряла всякую надежду на спасение. Она знала, что у неё нет надежды сбежать от него. Все её товарищи по команде не смогли его победить и были вынуждены бежать, чтобы спастись, и даже двое из них погибли. Что она могла сделать одна? Она пожалела о своём решении приблизиться к нему. Она думала, что он потеряет бдительность, ведь он только что выиграл битву с несколькими противниками. Мгновение спустя она услышала звук ломающегося предмета, но не почувствовала боли. Открыв глаза, она увидела ногу Гару, лежащую на её Тейгу. Она была разрушена без возможности восстановления. Она вздрогнула, поняв, что он не собирается убивать её напрямую, и не могла оторваться от мыслей о ожидающей её мрачной судьбе. Она уставилась на Гару, который посмотрел на неё в ответ, а затем пошёл дальше, не обращая на неё больше внимания. Челси моргнула, не понимая, почему он её игнорирует, но затем в её глазах мелькнуло понимание: она подумала, что он хочет поиграть с ней, дать ей ложную надежду, а потом её разрушить, довести до полного отчаяния. Она собралась с силами и встала, повернувшись к нему спиной. Она обернулась, посмотрела ему вслед и сказала: — Перестань притворяться! Я не буду убегать и удовлетворять твоё желание увидеть меня сломленной. Я предпочитаю умереть достойно. Гару остановился и, нахмурившись, посмотрел на неё. Она снова заговорила: — Я видела таких, как ты: ты позволяешь своей добыче убежать, а когда она думает, что в безопасности, ты появляешься перед ней и рушишь её надежды на выживание. Я не буду питать твоё извращённое чувство удовольствия и радости. — Ты слаба и у тебя нет оружия, у меня нет причин сражаться с тобой или убивать тебя, — сказал Гару. — Как будто я тебе поверю, — сказала Челси, доставая иглы. Гару проигнорировал её и продолжил идти, а она стояла там, отказываясь поверить, что он отпустил её просто так. Челси простояла на том же месте целый час, прежде чем уйти, не веря в произошедшее, она даже думала, что он тайно следит за ней. Гару продолжил движение в том же направлении и, пройдя несколько километров, услышал голос доктора Стайлиша. — Этого рогатого ублюдка я убью к чертям, — сказал доктор Стайлиш. — Пожалуйста, доктор, позвольте мне сначала оказать вам помощь, — с отчаянием в голосе произнёс Уэйв. — О, как это мило с твоей стороны, дорогой, — снова раздался голос доктора Стайлиш, но на этот раз спокойный и любящий. Гару нахмурился: этот человек слишком напоминал ему героя-заключённого S-класса. Гару подошёл к ним и сказал: — Им следовало отрезать тебе язык вместо рук, а может, и глаза выколоть. Уэйв и остальные посмотрели на него с удивлением, затем их лица расплылись в улыбках. — Ты вернулся!! ХАХАХА... Я знал, что ты победишь. Расскажи, как всё прошло? — взволнованно спросила Уэйв. — Скажи мне, что ты победил эту рогатую тварь, — ядовито произнёс доктор Стайлишь. — Вы слишком разговорчивы для побеждённой группы, — прокомментировал Гару. — Это не считается. Они на нас напали, — запротестовал Уэйв, но взгляд Гару заставил его замолчать. — Приходить сюда было пустой тратой времени, они были слишком слабы. Мне нужно избить Эсдес, когда я увижу её в следующий раз. Она сказала, что они сильны, опасны и у них интересное оружие, — снова заговорил Гару. Четверо сдержались, чтобы не закатить глаза от его слов: убийцы не были слабы, он был необычайно силён. Но никто из них не осмелился возразить ему или высказать свои мысли. К тому же, зная их генерала, Эсдес была бы рада в любой момент сразиться с Гару. Иногда им даже казалось, что она тайная мазохистка. Её готовность сражаться и быть избитой Гару поистине поразительна. Несколько часов спустя Гару и остальные встретились с Эсдес и её командой в городе, как было согласовано ранее. — Понятно… Хорошо, что никто из вас не погиб, — заметила Эсдес, а затем с улыбкой повернулась к Гару. — Как бы я ни была благодарна вам за спасение моих подчинённых, я недовольна тем, как вы меня бросили. Вы были там поистине бессердечны. — А мне хочется переломать тебе ноги. Убийцы оказались пустой тратой времени, — прямо ответил Гару. — Я думаю, с ними всё в порядке, просто ты нечеловечески силен, — честно призналась Эсдес. — Они были слабы, с неотточенными навыками, — повторил Гару. — Если оставить это в стороне, почему вы их не схватили и не убили? Мне трудно поверить, что они смогли от вас убежать, — спросила Эсдес. — Зачем мне их захватывать? Я их победил, и они разбежались, как стая побитых псов. Если вы не помните, я пришёл только для того, чтобы сразиться с ними. Их убийство или захват не имеет ко мне никакого отношения, — объяснил Гару. — Какая жалость… — Эсдес вздохнула и продолжила: — Я с нетерпением ждала сеанса пыток с тобой. Я хотела показать тебе свои навыки в этой области. — Сеанс пыток? — спросил Гару, и выражение его лица посуровело. Эсдес кивнула, тепло улыбаясь. — Да. Я собиралась бросить тех, кого мы схватили, в темницу и пытать их, пока они не сломаются. — Ты мучаешь других ради развлечения? — Да, — ответила Эсдес, всё ещё улыбаясь. Гару презирал эту идею. Он понимал, почему враги так безжалостны друг к другу — в конце концов, это была война. Даже он сам был жесток к своим противникам. Но пытать людей просто ради развлечения? Это было ниже его моральных принципов. Эсдес заметила отвращение в глазах Гару и слегка нахмурилась, смутившись. — Что случилось? Тебе не нравится идея пыток? — Возможно, я жесток, но я не буду пытать или издеваться над слабыми без причины, — твердо заявил Гару. — Почему бы и нет? Это естественно, что сильные доминируют над слабыми. В этом мире выживает сильнейший, — решительно сказала Эсдес. — Вы когда-нибудь видели, как лев нападает на домашнюю кошку? Лев не стал бы этого делать, если его не спровоцировать, потому что он сильнее. Сильные нападают и даже убивают слабых, когда это необходимо, но по-настоящему сильный человек не ищет слабаков ради забавы. Только слабые охотятся на тех, кто слабее их. Сильные просто бьют сильнее, — возразил Гару. Эсдес замолчала. Она размышляла над его словами, и воспоминания о прошлом всплыли наружу: об уничтожении её племени, о суровой философии, которой она следовала всю свою жизнь. Она всегда верила, что сильный подавляет слабого. Это была истина, вокруг которой она строила своё существование, вера, которая никогда не подвергалась сомнению. В конце концов, она была сильнейшей, и её мировоззрение оставалось верным столько лет. Но теперь перед ней стоял Гару, противоречащий всему, во что она верила. Будь это кто-то другой, она бы сочла это слабым, ищущим оправдания для самозащиты. Но Гару не был слабым — он был сильнее её. Он существовал на совершенно ином уровне. Даже если бы она хотела отстаивать свою философию, она не могла отрицать, что само его существование её опровергало. Закрыв глаза, она задумалась ещё глубже. Она вспомнила, как Гару защищал детей и обучал их. Она была так сосредоточена на нём, что даже не задумывалась о том, что он делает. Оглядываясь назад, она поняла, что только сейчас начала по-настоящему понимать его. Эсдес открыла глаза и встретилась взглядом с Гару. — Я всегда считала, что то, что я делаю, естественно — что нет ничего плохого в том, что сильный подавляет слабого или радуется этому. Вся моя система убеждений построена на том, что я была сильнейшей, и все, кого я знала, были столь же безжалостны. Слабые защищают друг друга, потому что знают, что кто-то более сильный может им угрожать. Но ты… ты исключение. Ты силен, жесток и беспощаден, но не находишь удовольствия в том, что я всегда считала естественным. Я хотела бы поразмыслить об этом сама. Не дожидаясь ответа, Эсдес повернулась и ушла, оставив Гару и ошеломлённых егерей позади. Гару тоже повернулся и пошёл прочь. По какой-то причине его недовольство Эсдес улетучилось, когда он увидел перемену в её поведении. Что-то в ней изменилось. — Это действительно был наш страшный, садистский генерал? — спросила Уэйв, глядя вслед удаляющейся фигуре Эсдес. Никто из его товарищей по команде не ответил — они были слишком ошеломлены внезапной переменой.