Не одна из них

Байк Джуди с глухим рёвом остановился на заброшенном пустыре где-то на окраине Найт-Сити. Здесь не было неоновых огней, только ржавые остовы машин, кучи мусора и одинокий, кривой указатель с едва читаемой надписью «Свалка истории». Джуди заглушила двигатель, и наступила оглушительная тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в разбитых рамах. — Он где-то здесь, — тихо сказала Джуди, слезая с байка. — Говорят, его тело так и не нашли после того взрыва. Но это место... оно стало ему памятником. Символом. Элли молча сошла на землю. Она не спрашивала, зачем они здесь. Она чувствовала то же, что и Джуди — необходимость. Необходимость поставить точку. Завершить цикл. Она прошла через груды хлама, пока не наткнулась на него. Не на могилу, а на памятник. Разбитую, обугленную гитару, воткнутую в землю, как крест. Рядом — горка пустых бутылок и несколько потрёпанных граффити на листах с его именем. Джуди осталась поодаль, прислонившись к байку, давая ей пространство. Элли стояла перед этим импровизированным алтарём бунтаря, которого никогда не знала. Ветер трепал её волосы. Она сжала кулаки, а потом разжала их. — Слушай, Сильверхэнд, — начала она, и её голос прозвучал хрипло в тишине. — Я не знаю, слышишь ли ты это там, где ты есть. Не знаю, был ли ты героем, ублюдком или просто парнем, который не мог сидеть сложа руки. Она сделала паузу, подбирая слова. — Ты причинил ей боль, — голос её зазвучал жёстче. — Бестии. Она до сих пор носит тебя в себе, как осколок. И из-за тебя... из-за твоего долбаного чипа... — её голос дрогнул, — я потеряла его снова. По-настоящему. Она замолчала, глотая ком в горле. Глаза её были сухими, но внутри всё горело. — Но... — она выдохнула, и напряжение стало понемногу спадать. — Но ты вернул меня к ней. К Джуди. Не напрямую, но... ты был той нитью. И за это... чёрт, — она с силой пнула ржавую банку, та со звоном укатилась в темноту, — за это, пожалуй, спасибо. Она подошла ближе к гитаре и положила на неё руку. Холодный, шершавый металл. — Мы с тобой... мы похожи. Нас использовали. Из нас делали оружие. Но мы нашли тех, ради кого стоит быть чем-то большим. — Она обернулась, посмотрела на Джуди, которая ждала её, закутавшись в куртку. — Я нашла. Надеюсь, ты тоже нашёл свой покой. Она выпрямилась, и последние капли гнева и боли ушли вместе с выдохом. — Миссия завершена. Спи спокойно, рокербой. Ты заработал свой покой. Она повернулась и пошла назад к Джуди. Та ничего не спрашивала, просто открыла ей объятия. Элли прижалась к ней, спрятав лицо на её плече, и просто постояла так несколько минут, слушая, как бьётся её сердце. — Всё? — тихо спросила Джуди. — Всё, — ответила Элли, и в её голосе наконец-то появилось облегчение. Они сели на байк и уехали прочь со свалки, оставив прошлое там, где ему и было место — в прошлом. Впереди их ждал город, их крепость и их общее будущее. Больше никаких призраков. Только они. **** Утро было тихим, почти мирным. Солнце, пробивавшееся сквозь смог, золотистыми бликами играло на хромированных поверхностях их квартиры. Элли стояла у кофемашины, вдыхая аромат свежесмолотых зёрен — дорогой сорт, который Джуди обожала. Она сама предпочитала простой черный кофе, но эти мелкие ритуалы стали частью их совместной жизни. На столе зазвенел терминал. Один короткий, вежливый сигнал — уведомление о переводе. Элли лениво взглянула, ожидая увидеть очередной бонус от благодарного клиента. Цифры заставили её замереть. Сумма была не просто большой. Она была абсурдной. Целые состояния, королевские выкупы — всё меркло перед этим числом. Хватило бы на то, чтобы купить весь Ватсон и выжечь его дотла, просто чтобы построить заново. Она не успела даже осмыслить это, как на том же терминале всплыл зашифрованный вызов. Без идентификатора. Элли нахмурилась, но приняла его. Голос, который ответил, был изменённым, синтезированным, но в нём читалась странная, почти церемонная вежливость. — Мисс Миллер. Деньги получены, я надеюсь? Знак нашего... бесконечного уважения. И извинений. — Извинений? — холодно переспросила Элли, её пальцы инстинктивно потянулись к месту, где обычно лежал Скриппи. — К сожалению, в нашем мире уважение часто проявляется слишком поздно, — продолжил голос. — И за него приходится платить непозволительно высокую цену. Мы не можем вернуть время вспять. Но мы можем предоставить информацию. В знак того самого уважения. Элли почувствовала, как лёд пробегает по её спине. —Говори. — Ваша супруга, Джуди, — голос сделал минимальную, едва уловимую паузу, — была задержана по пути из магазина «Резонтор» на улице Эбани. Двадцать семь минут назад. Мир сузился до размеров голограммы перед ней. Звук кофемашины, доносившийся с кухни, стал оглушительно громким. — Кто, — это было не слово, а низкий, звериный рык. — Независимые операторы. Наёмные руки. Не имеющие отношения к нашим предыдущим... неудачным деловым отношениям, — голос звучал почти сожалеюще. — Мы считаем подобные методы недостойными. И потому предоставляем вам координаты их текущего местонахождения и частный канал связи с их лидером. На экране всплыли данные. Адрес старого завода по переработке. И комм-код. — Удачи, мисс Миллер, — голос стал тише. — И помните... иногда самый страшный призрак — это тот, у которого есть что терять. Связь прервалась. Элли стояла неподвижно. Она не кричала. Не рвала на себе волосы. Она просто смотрела на координаты, будто бы выжженные в её сетчатке. Тишина в квартире стала звенящей, абсолютной. Даже гул города за стеклом будто стих, прислушиваясь к её ярости. Потом она двинулась. Не бегом. Её движения были медленными, точными, словно её тело было уже не плотью и кровью, а идеальным механизмом возмездия. Она прошла в спальню, к потайному сейфу. Достала «Умный» пистолет, а затем свой старый, верный револьвер. Тот самый, что прошёл с ней через Сиэтл. Он тяжело и надёжно лег в её руку. «Элли?» — пропищал Скриппи. Джуди, видимо, активировала его удалённо, почувствовав неладное. «Я фиксирую скачок адреналина и мышечного напряжения на 300%! Что происходит? Где Джуди? Её жизненные показатели... я их не вижу!» — Молчи, — тихо приказала Элли. — И будь готов. Она вышла из квартиры, не закрывая за собой дверь. Её лицо было каменной маской. Но в зелёных глазах бушевал ад. Они взяли её. Они взяли Джуди. Они подписали себе смертный приговор. И Элли Миллер собиралась лично его привести в исполнение. Не как наёмница. Не как призрак. А как женщина, у которой отняли самое дорогое. И это делало её опаснее, чем всё что-либо в этом городе. **** Элли стояла в тени подъезда на улице напротив ржавых ворот завода. Дождь начал накрапывать, холодные капли стекали по её лицу, но она не чувствовала ничего, кроме ледяного огня внутри. В руке она сжимала комм-линк, тот самый, с предоставленным кодом. Она сделала глубокий вдох, выдох. И активировала связь. В наушнике раздалось два гудка, затем щелчок. — Говори, — мужской голос. Грубый, уверенный, с лёгкой хрипотцой. В нём слышалась усталость профессионала, который уже всё видел. Элли не стала скрывать голос. Пусть слышат. Пусть знают, с кем имеют дело. —У вас есть то, что принадлежит мне, — её голос был низким, ровным, без единой нотки страха или просьбы. Это был голос констатации факта. На той стороне на секунду воцарилась тишина. Затем — короткий, беззлобный смешок. —А, Призрак. Рад, что ты на связи. Думал, придётся ждать дольше. — Причины, — отрезала Элли. — И условия. Быстро. У меня нет времени на игры. — Прямолинейно. Мне нравится, — послышался звук зажигалки, затяжка. — Причины... ну, скажем так, ты наступила на несколько слишком больших и чувствительных пальцев на ногах. Не мне. Моим работодателям. Твоя маленькая эскалация в «Арaсаке»... она вызвала волну. Неприятную для некоторых очень влиятельных людей. Элли молчала, заставляя его продолжать. — Условия просты. Ты уходишь. Насовсем. Исчезаешь из Найт-Сити. Прекращаешь быть Призраком, Элли Миллер, кем бы ты ни была. — Он сделал ещё одну затяжку. — И твоя техно-девушка возвращается к тебе целой и невредимой. Ну, почти. Немного напуганной, наверное. — А если нет? — спросила Элли, и в её голосе впервые проскользнул лёд. — Тогда... — он вздохнул, будто сожалея. — Тогда мы вынуждены будем показать всем, что даже призраков можно разобрать на запчасти. И её... и тебя, когда найдём. А мы найдём. Всегда находим. Элли смотрела на мрачное здание завода. Она представляла себе Джуди там. Напуганную, но не сломленную. Злящуюся на себя, что попала в ловушку. — Мне нужно доказательство жизни, — сказала она твёрдо. — Сейчас. — Разумно, — на той стороне что-то пошевелилось. Послышались шаги, скрип двери. Через мгновение в наушнике Элли раздался сдавленный вскрик, знакомый до боли. — Отстань, ублюдок! — это был голос Джуди. Испуганный, но полный ярости. И... надежды. Она знала, что Элли уже в игре. Связь прервалась. — Довольна? — вернулся голос похитителя. Элли закрыла глаза на секунду, слыша в ушах её голос. Она была жива. Она дралась. — Я подумаю, — солгала Элли. Похититель рассмеялся. —У тебя есть час. Не заставляй нас скучать, Призрак. И не пытайся быть героем. Здесь тебя не ждут. Связь оборвалась. Элли медленно опустила руку с комм-линком. Час. У неё был час. Она не собиралась уходить. Она не собиралась исчезать. Она посмотрела на завод. На её лице не было ни страха, ни сомнений. Только холодная, безжалостная решимость. Они совершили свою последнюю ошибку. Они тронули её семью. Теперь она покажет им, что значит будить настоящего призрака. Не того, что крадётся в тенях, а того, что приходит с бурей и огнём. **** Элли не стала тратить ни секунды. Она отправила Бестии записьь разговора, сопроводив её словами: «Нужна помощь. Завод.» Ответ пришёл почти мгновенно. Не текстом. Прямой вызов. — Элли, — голос Бестии был хриплым, но собранным. В нём не было ни тени сомнения. — Играешь в опасные игры. Этот голос... я его знаю. Придурок «Бледный конь». И его Наёмники-отморозки. Работают на того, кто больше заплатит. Но берутся за грязные дела, от которых другие шарахаются. Элли молчала, давая ей говорить. — Дерзкие ублюдки. Похищать гражданских... это уже не наш уровень, — в голосе Бестии сквозь металл пробилось что-то похожее на профессиональное презрение. — Ладно. Я в игре. Собираю команду. У меня есть пара людей, которые не побрезгуют такой работой. За добрую плату, ясное дело. — Деньги есть, — коротко бросила Элли. — Да уж, я в курсе, — Бестия фыркнула. — На твой счёт только что упал целый охуевший астероид. И я знаю, откуда. Это... извинение. От очень высокопоставленных шишек в «Арaсаке». Тех, кто не в восторге от методов «Бледного коня». Они пытаются отмыть руки. — В её голосе прозвучало нечто вроде мрачного уважения. — Ты действительно кого-то достала, малышка. Если они платят такие деньги просто за извинения... Она замолчала, послышался звук отдачи приказов на её стороне. —Команда будет через двадцать минут у завода. Ставлю своих лучших: взломщика, снайпера и пару громил для отвлекающего манёвра. Ты будешь основным клинком. Заходишь, когда мы поднимем шум. Находишь свою девчонку и выносишь там всё, что шевелится. Вопросы? Элли уже мысленно проигрывала план. Бестия мыслила чётко и правильно. —Нет вопросов. Спасибо, Бестия. — Не благодари. После этого мы с тобой серьёзно поговорим о твоём будущем, Элли. Такие как ты... вы слишком ценны, чтобы ваши жизни рушили какие-то подонки. — Связь прервалась. Элли осталась одна с гудящим в ушах планом и холодной яростью в сердце. Но теперь к ярости добавилась твёрдая уверенность. Она была не одна. Профессионалы признали её своей. И даже её враги испугались последствий и пытались откупиться. Через двадцать минут, как и обещала Бестия, на связь вышли двое. Взломщик по кличке «Ключ» и снайпер «Густав». Их голоса были деловыми, без лишних слов. — Периметр чист. Три патруля. Мы берём их тихо. Жди сигнал, — доложил «Ключ». Элли заняла позицию у заброшенного пожарного выхода, который «Ключ» уже отметил как слабое место. Её револьвер тяжело лежал в руке. Она ждала. Внутри всё горело, но снаружи она была глыбой льда. Раздался приглушённый хлопок где-то с другой стороны завода. Затем ещё один. Сигнал. Элли двинулась. Дверь перед ней уже была вскрыта. Она вошла в тёмный, пропахший машинным маслом и сыростью коридор. Её шаги были беззвучны. Она была тенью. Гневной тенью, несущей возмездие. Охота началась.