Black As Is The Raven, He’ll Get A Partner

Заметки от автора: Заметки от переводчика: Название главы. Оригинальный текст.

***

Вороны выиграли матч против Спартанцев, но прежде чем команда вышла на корт, Рико провёл какое-то время на интервью, и, похоже, оно прошло не очень хорошо, поскольку ублюдок ворвался в раздевалку мрачнее тучи, пока все остальные ещё переодевались. В итоге Нила с силой припечатали о шкафчик, и ему пришлось прикусить язык, чтобы не выругаться. Однако, помня о других игроках и стоящем рядом с ним Жане, он постарался сфокусироваться на предстоящем матче. Спартанцы выиграли жеребьёвку и получили право первыми завладеть мячом, однако это им ничуть не помогло — уж точно не тогда, когда Рико жаждал крови (как в переносном, так и в буквальном смысле); не тогда, когда Спартанцы были в лучшем случае командой среднего уровня. Не тогда, когда Воронам напомнили о цене провала и они всеми силами стремились проявить себя перед «Хозяином» и «Королём». Несмотря на всё ещё ноющую боль после недавнего «внимания» Рико, Нил заставил себя как следует выложиться на корте и мог бы гордиться своими шестью голами, если бы Вороны не выиграли со счётом 21:4. По какой-то причине Тэцудзи решил, что Нил может принять участие в послематчевом интервью вместе с Рико, так что Нил, оставив свои перчатки и шлем мрачному Жану, направился к уставленному микрофонами столу, перед которым возвышалась толпа людей с камерами, телефонами и видеооборудованием, и сел рядом с улыбающимся Рико. Нил постарался натянуть на лицо улыбку, которая не выглядела бы чересчур натянутой или нервной, и позволил Рико разобраться с первой парой вопросов, касающихся победы Воронов в матче. — Джостен! Номер четыре! Нил моргнул, услышав своё имя и номер, и посмотрел на мужчину средних лет со светло-каштановыми волосами, махавшего ему рукой. — Вы так быстро становитесь одним из самых популярных нападающих своего дивизиона, но мы почти ничего о вас не знаем, кроме того, что Эдгар Аллан опубликовал о вашей биографии. Каково это — быть таким неопытным новичком в одной из лучших команд первого дивизиона по экси? Нил улыбнулся, стараясь не ёрзать перед камерами. — Ну… если честно, это довольно сильно ошеломляет. Хотя тренер Морияма и Рико так гоняют меня на тренировках, что у меня почти не остаётся времени думать ни о чём, кроме того, как улучшить свои навыки. Его ответ вызвал смех, и Рико, ухмыляясь, протянул руку, чтобы «по-дружески» хлопнуть его по спине — хлопок болезненно отозвался в позвоночнике. — Он один из самых усердных наших рекрутов, и его почти всегда можно найти на корте. Не зря он стал последним пополнением нашего Идеального Корта, — самодовольно заявил ублюдок. — Да, по тому, как он играл в последних нескольких матчах, нетрудно заметить, что у него есть большой потенциал, — сказал другой репортёр, молодой человек с тёмными волосами, собранными в низкий хвост. — Говорят, вы претерпели значительных изменений со времён Миллпорта, Нил. Как в плане игровых навыков, так и во внешности. Не хотите это прокомментировать? — Думаю, когда столько мотаешься по городам, как я, из-за того, что родители постоянно разъезжают по работе, то проходишь множество различных фаз, — солгал Нил (ну, по крайней мере, частично). Он заранее подготовил объяснение для подобного вопроса, поскольку знал, что тот рано или поздно последует. — К тому же, когда ты всё время новенький в школе и городе, то, как правило, стараешься слиться с толпой и не выделяться. А пребывание среди Воронов помогло мне обрести уверенность наконец стать самим собой. Рико ещё раз похлопал его по спине, прежде чем податься вперёд. — Теперь Нил никуда не денется. У него есть дом на ближайшие пять лет. Ну прямо совсем не зловещая угроза, не так ли? — Он, безусловно, заполнил важный пробел в составе Воронов, — выкрикнул ещё один репортёр, пожилой мужчина с седеющими светлыми волосами. — Думаю, все удивлены тем, насколько хорошо Вороны в этом году справляются без Кевина Дэя. Ну, точнее, Кевина до того несчастного случая. Вы потрясающе начали этот сезон, но Троянцы и Львы явно намерены воспользоваться предоставленным шансом по максимуму. Ожидаете ли вы каких-то сложностей в дальнейшем, учитывая, что место человека, который вполне мог бы стать лучшим нападающим первого дивизиона по экси — и, возможно, даже больше, если бы ему дали шанс, — теперь занимает новичок? Нил ощущал исходящее от Рико напряжение, даже несмотря на то что ублюдок продолжал улыбаться собравшимся перед ним людям. — Думаю, наши результаты в этом сезоне говорят сами за себя — Вороны будут более чем готовы встретиться с Троянцами и Львами. И мы, как и в прошлом году, их обыграем — независимо от того, есть в нашем составе Кевин или нет. — Что ж, ну а Кевиш из Пенсильванского университета публично заявил, что вы сменили округ, поскольку не хотели в ближайшее время выходить против них на корт без Кевина, чтобы не рисковать потерять титул чемпионов дивизиона. Улыбка Рико стала совсем натянутой и Нилу захотелось отодвинуть свой стул подальше. — Насколько я помню, мы обыграли Пенсильванский университет в финале с разницей в шесть очков без Кевина. И, думаю, первые три игры этого сезона уже ясно дают понять, что Вороны уверенно движутся к титулу чемпионов округа, вне зависимости от того, где мы находимся. — Выражение лица Рико стало чуть сдержаннее, однако Нил видел, что его руки сжались в кулаки так сильно, что костяшки на них побелели. — Никто не скучает по Кевину больше, чем я. Он был для меня партнёром и почти что братом на протяжении многих лет. Как бы я ни был доволен прогрессом Нила и каким бы ценным игроком его ни считал для Воронов — он никогда не сможет занять место Кевина рядом со мной. Тем не менее мы продолжим и дальше являться лучшей командой и действующими чемпионами, — заявил он с твёрдым тоном и полным решимости лицом. — С этого момента вы будете наблюдать только то, как мы превосходим всех остальных. — И даже когда встретитесь с Лисами через пару недель? — спросила женщина-репортёр, вызвав ропот в переполненной комнате. По лицу Рико скользнула тонкая, как бритва, улыбка. — Я с нетерпением жду следующей встречи с Кевином, даже в качестве соперника. Как бы дорог он мне ни был, я выложусь по полной на этом матче и того же буду ожидать от него… По крайней мере, насколько он ещё на это способен. Что ж, думаю, на этом всё на сегодня. Мы сыграли увлекательный матч, и нам нужно присоединиться к остальным участникам команды. С широкой улыбкой на лице, помахав правой рукой собравшимся репортёрам, пытающимся выкрикнуть ещё парочку вопросов, левой Рико потянулся и схватил Нила за предплечье. Со стороны, вероятно, это выглядело как дружеский жест, однако на деле являлось болезненной хваткой. Благодаря многолетнему опыту, полученному, когда его мать протаскивала его через толпы подобным образом, Нил сумел кое-как улыбаться присутствующим. Однако он понимал, что его «капитан» просто в отвратительном настроении и это интервью окончательно вывело Рико из себя. Нила едва не швырнули в гостевую раздевалку, рявкнув, чтобы он быстро принял душ, пока сам Рико направился поговорить с Тэцудзи. В этот раз Нил сделал, как ему сказали. Жан помог ему снять пропитанную потом экипировку и ждал в дверном проёме душевых, пока тот дочиста отмоется. Стоило Нилу смыть с себя пену, как в комнату ввалился мрачный Рико, чтобы самому принять душ. Нил обошёл его, чтобы пойти одеться, однако в груди зародилось тревожное предчувствие, которое лишь усилилось, когда Рико, едва они сели в автобус, подозвал к себе Фёдорова и Баутисту. — Игра была просто невероятная, правда? — спросила Мэг и, швырнув свою сумку на сиденье перед Марли, присоединилась к своей напарнице на местах рядом с Нилом. — Тот гол, который ты забил в третьей четверти, был просто потрясающим! Насколько же ты гибкий? Клянусь, человеческое тело не должно так гнуться! — Он не человек, он — дьявол, — напомнила ей Марли, изобразив с помощью пальцев рожки на голове. — Правда, Жан? — Приятно видеть, что ты чему-то учишься. Жаль только, экси ты так же быстро не осваиваешь, — в голосе Жана прозвучала привычная доля пренебрежения, однако Нил заметил беспокойство в его бледно-серых глазах и понял, что Жан тоже видел Рико со старшекурсниками. — Вот тебе и хорошее настроение после того, как мы надрали задницы Спартанцам, — закатила глаза Марли, доставая телефон из сумки. — Как насчёт того, чтобы провести время вместе и, может быть, глянуть какой-то фильм? В отеле наверняка найдётся что-нибудь стоящее. Как думаете? — Или, может быть, у них есть бассейн! — лицо Мэг засияло от радости. — Вы брали купальники? — Сегодня вечером оставайтесь в своём номере, — сказал им Нил, подумав о безумном блеске в глазах Рико. — Вы сможете повеселиться, когда мы доберёмся до Блеквелла. Где он надеялся, будет достаточно людей вокруг, чтобы гарантировать, что с ними ничего не случится. — Но что, если они не… — Послушай его, — строго оборвал её Жан, бросив на Мэг холодный взгляд. — Смотрите фильм и играйте в своих телефонах, но главное — сидите в своих комнатах, пока завтра не настанет время уезжать. Марли несколько раз перевела взгляд с него на Нила, в то время как Мэг растерялась от этого командного тона. — А что насчёт вас двоих? Нил вяло ей улыбнулся. — Дела Идеального Корта. Точнее, дела тех, кто является собственностью Рико. Игры и забавы, боль и унижение — вот радость-то. Дыхание Марли сбилось, заставив Нила задуматься, насколько много она поняла за последние пару месяцев, как много знали об этом Макферсон с остальными, и что именно успели рассказать ей. В конце концов, Марли была достаточно умна и решительна и, казалось, понимала, что в её интересах избегать кое-кого из Воронов, держать Мэг рядом, когда это возможно, и стараться быть поближе к Нилу, Жану и остальным, за кого Нил поручился, когда «заявил права» на них этим летом. Она также знала, что ему и Жану нужно немного личного пространства и не давила, когда дело касалось определённых вопросов о прошлом, семье или чём-то слишком личном. — Хорошо, значит, устроим вечер кино, — тихо сказала Марли. — Сделаем себе маникюр, займёмся волосами… В общем, будем делать все те весёлые штуки, за которые, как мне кажется, один черствый багет уже внутренне над нами насмехается, хотя, держу пари, сам прячет в своей дорожной сумке целый запас мусса и модный гель. — Во-первых, ma puce, я терплю эти нелепые замашки от него, — потянувшись, Жан ткнул Нила в висок, успев отдёрнуть руку, прежде чем по ней смогли ударить, — поскольку уверен, что изгони я его обратно вниз, в его настоящий дом — это приведёт лишь к тому, что меня тут же нагрузят напарником ещё похуже. — Хуже дьявола? Хм, любопытно будет на это глянуть, — пробормотала Мэг, потирая левую щёку. Её хорошее настроение, похоже, вернулось. — Я вас всех очень, очень сильно ненавижу, — заявил Нил, вжимаясь в угол своего сиденья, словно мог таким образом отдалиться от этой троицы. — И я не собираюсь терпеть подобное отношение от пары жалких новичков, — продолжил Жан, будто его и не прерывали. — Во-вторых, ты, как всегда, ошибаешься. — Он провёл пальцами по своей длинной, густой чёлке, пока на его лице расплылась усмешка. — Я ничего с ними не делаю. Они такие от природы. — От природы, как же, — усмехнулась в ответ Марли. — Давай, Нил, признавайся. Сколько времени он проводит в ванной каждое утро, чтобы так выглядеть? Нил открыл было рот, чтобы ответить, но заметил, как Жан одними губами произнёс «капустное смузи». — Эм… Они такие от природы, — сказал он, ощутив лёгкий привкус желчи во рту и скрестил на груди руки. — Конечно, — Марли явно на это не купилась, но, опять же, не она была партнёром этого садистского ублюдка, так что какая разница? К счастью, автобус наконец тронулся с переполненной парковки, так что она, сев на своё место, принялась переписываться с кем-то на телефоне. Хотя, возможно, это было не совсем к счастью: в четверг Марли призналась Нилу, что Дэн Уайлдс и Рене Уокер из Лисов университета Пальметто связались с ней и Мэг, чтобы узнать, не хотят ли они пообщаться с другими девушками, играющими в экси, так что, возможно, сейчас она переписывалась как раз с ними. Поначалу Марли отнеслась к этому с подозрением, однако Мэг уже отправила несколько сообщений (ну конечно же, она это сделала) и, похоже, ничего плохого в их советах и предложениях не было. Нил всё ещё сомневался по поводу всего этого, учитывая, что девушки были в одной команде с Дэем и Миньярдом… Однако было общеизвестно, что Уайлдс тяжело боролась за своё место единственной девушки-капитана по экси первого класса НАСС, являлась сильным игроком, а также казалась вполне порядочным человеком. В то время как Рене Уокер считали тем самым Лисом, благодаря которому их команда жертвовала часть выручки с билетов на благотворительность, и, хотя она не была настолько же хороша, как Миньярд (когда тот удосуживался постараться), сама по себе она тоже была довольно хороша. Так что Нил полагал, что они, по крайней мере, являлись лучшими «примерами для подражания», чем Толлис, и что Марли была достаточно сообразительна, чтобы не позволить себе и Мэг (скорее Мэг) выдать слишком много информации о Воронах. Мэг удалось сделать фото того, как Марли сразу после их выхода из автобуса растрепала драгоценную причёску Жана. А затем ещё одно — когда та попыталась спрятаться за Нилом, чтобы спастись от гнева Моро (не лучшая её идея, учитывая, что она была примерно на семь дюймов выше Нила босиком). Слегка шлёпнув ту по затылку, Жан заставил Марли нести их сумки в отель, где в просторном вестибюле они ожидали, когда помощники тренера получат ключи от их номеров. Все следы веселья вмиг исчезли, когда к Жану и Нилу с их ключ-картами в руках подошёл Рико. — Идём, — произнёс он. Его глаза опасно блестели, а на губах играла тонкая, жестокая улыбка. В животе Нила вновь зародилось то противное ощущение, отступившее на время благодаря присутствию рядом Марли и Мэг. Схватив свою дорожную сумку и чемодан, Нил последовал за Рико — и ощутил новый приступ тошноты, когда ухмыляющиеся Федоров и Баутиста пошли следом за ним и молчаливым Жаном, словно отрезая им пути к отступлению. Они поднялись на десятый этаж. Рико шёл впереди, словно баран с колокольчиком, лёгким шагом ведущий стадо на бойню. Рико воспользовался одной из ключ-карт, которые показывал Нилу, и открыл дверь в, вероятно, хороший гостиничный номер: чистый и просторный, с плюшевым ковром нейтрального цвета на полу и двумя двуспальными кроватями в комнате (тип отелей, в которых Нил никогда не останавливался с матерью за все те годы в бегах). Баутиста позволил двери (единственному выходу) захлопнуться за ними, предварительно повесив что-то на ручку (вероятно, табличку «не беспокоить»), а затем с мерзкой ухмылкой на лице задвинул щеколду, пока Нила и Жана загоняли в спальню. — Думаю, ты знаешь, что будет дальше, — произнёс Рико, шагая к Нилу. — Собираешься удивить меня сегодня и назвать имя Жана? — Нет, — Нил зло воззрился на подонка, не в силах сдержать свой гнев. Он больше не мог притворяться, будто готов покорно участвовать в этом фарсе с повиновением. Глядя на него сверху вниз, Рико улыбнулся перед тем, как тыльной стороной левой руки ударить Нила по лицу. Силы удара было достаточно, чтобы откинуть голову того в сторону, выводя из равновесия. Прежде чем Нил смог выпрямиться, Рико схватил его за волосы и толкнул к кровати, что стояла ближе к окну. — Спустя столько времени — всё такой же дерзкий. И это при том, что сам говоришь мне, что позволишь трахнуть себя по моей команде. — Он ещё раз резко дёрнул Нила за волосы. — Ты принадлежишь мне! — практически выкрикнул он, брызжа слюной на лицо Нила. — Вы никогда не сможете сбежать. Никто из вас. Вы будете рядом со мной, на отведённых вам местах, потому что вы — моя собственность. Даже если я приведу сюда всю команду, чтобы трахнуть вас, весь этот чёртов отель. Не так ли? — Он продолжал дёргать Нила за волосы, крича, пока его глаза горели безумием. — Да, — с трудом выдавил Нил, понимая, что чем быстрее он ответит, тем быстрее начнётся и закончится настоящая боль. — Да, король. — Правильно, Четвёртый, — ухмыльнулся Рико с выражением лица, таким же безумным, как и его владелец, и толкнул Нила на кровать. — Ты будешь делать всё, что я тебе прикажу, потому что ты принадлежишь мне. Ты, Жан и те две девчонки. — Он жестом подозвал Фёдорова и Баутисту, а после — Жана. — Третий, ты будешь держать его за руки и не давать ему двигаться. Что-то внутри Нила болезненно сжалось, стоило ему это услышать. Он посмотрел мимо ухмыляющегося Фёдорова, который уже снимал с себя одежду, на бледное лицо Жана. Заставив себя кивнуть, Нил поднял руки над головой. — Сделай это, — сказал он своему партнёру по-французски. — Это не твоя вина. — Не смей так разговаривать, — приказал Рико, снова дёрнув Нила за волосы. — Или он присоединится к тебе. Нил сжал зубы, борясь с желанием вонзиться ногтями в ладонь Рико, в его руки, особенно когда Баутиста залез на кровать. — Третий! Жан вздрогнул от повышенного голоса Рико и наконец подчинился. Его движения были вялыми, а лицо — лишено каких-либо эмоций. Однако глаза его были полны раскаяния, и, когда он опустился на колени у изголовья кровати, а Баутиста стянул с Нила толстовку Воронов, его пальцы, обхватившие запястья Нила, были холодными и слабыми. Его хватка становилась всё крепче и крепче по мере того, как проходила ночь, по мере того как Нил изо всех сил старался вырваться и дать отпор. Но он не винил своего партнёра. Не тогда, когда смотрел в эти стеклянные серые глаза, чтобы помочь себе отгородиться от происходящего, заглушить боль и унижение, ощущение тех других рук на теле… Он фокусировался на Жане, чтобы помочь себе пройти через то, что, как он всё больше боялся, однажды могло окончательно его сломать. В конце концов это закончилось: Фёдоров оставил затяжной поцелуй на татуировке Нила и пообещал «до скорого», прежде чем уйти. — Помни, что вы всегда будете моими, — произнёс Рико, следуя за двумя старшекурсниками к двери. — Будь послушным, или я превращу ваши жизни в ещё больший ад. Нил лежал распростёртым на кровати, когда дверь за подонком захлопнулась, а затем судорожно попытался сесть и хоть как-то пошевелиться, поскольку пальцы Жана больше не сжимали его запястья. — Ван… — Да, — произнес Жан, приобняв одной рукой Нила за дрожащие плечи и помогая ему дойти до ванной. Они успели как раз вовремя: Нила вывернуло в унитаз — преимущественно это были, скорее, сухие рвотные позывы, чем что либо еще, поскольку он не ел уже несколько часов. Пока он, обмякнув, повис на унитазе, Жан включил для него душ. Пар стремительно заполнил белое пространство комнаты (Нил никак не мог привыкнуть к подобной яркости после стольких месяцев в Гнезде; не мог вынести того, как отблески света на белой плитке заставляли его глаза болеть). Спустя минуту-другую, когда позывы к рвоте прекратились, Жан помог ему кое-как забраться в ванну, где он, съёжившись, сидел под струями горячей воды. Он так и сидел там, пока наконец не перестал дрожать и не почувствовал, что не развалится на части от малейшей мысли или прикосновения, в то время как Жан пару раз заходил и выходил (убираясь, моя руки и оставляя что-то на столешнице). На запястьях и внутренней стороне бёдер Нила уже начинали проступать синяки. Вероятно, они также обнаружились бы на его лице и шее, если бы он удосужился посмотреть в зеркало (но он не хотел в него смотреть). Ноги с трудом держали его, когда он заставил себя выбраться из ванны, но, к счастью, Жан повесил халат и парочку полотенец так, что те оказались под рукой. Нил обернул одно из мягких полотенец вокруг талии, а второе набросил на голову, прежде чем подойти к столешнице, где лежала стопка одежды, которую он брал с собой на ночь (боксёры, удобные чёрные пижамные штаны и чёрная футболка), а рядом — знакомая аптечка. Он едва не рассмеялся, увидев её. От мысли, что у Жана хватило предусмотрительности взять ту с собой… Однако он полагал, что Моро слишком хорошо знал Рико и его смену настроений, и слишком много от него натерпелся, чтобы быть застигнутым врасплох. Нилу потребовалось некоторое время, чтобы подлатать себя перед сном, после чего он достал две таблетки, чтобы принять их, когда выйдет из ванной. Перешагнув порог душной комнаты, он обнаружил, что Жан приоткрыл единственное окно (оно не открывалось достаточно широко, чтобы они могли выбраться, да и высота была слишком большой, чтобы спуститься без помощи чего-либо), чтобы немного проветрить комнату. Его партнёр также стянул грязное покрывало с кровати и кинул его в дальний угол комнаты. — Держи, — Жан протянул ему бутылку воды и аккуратно забрал у него аптечку, стараясь лишний раз не касаться. — Эм, ванна в твоём распоряжении, — Нил указал на дверь. — И… спасибо. Жан посмотрел на него как на сумасшедшего; его серые глаза были слегка покрасневшими, словно он недавно плакал. Неловко переступив с ноги на ногу, Нил отошёл в сторону, чтобы дать Жану пройти в душ, а сам, приняв таблетки и убедившись, что дверь на ночь закрыта на засов, лёг на ближайшую к двери кровать. У него болело всё тело, а нижняя его часть — особенно, так что он просто хотел уснуть, чтобы хоть ненадолго забыться и ничего не чувствовать. Забыть о номере, вытатуированном на его щеке, о Мориямах, Воронах и даже об экси — хотя бы на одну ночь. Жан вышел спустя минут десять, тоже одетый в чёрную пижаму, и пошёл закрыть окно. Немного помедлив, он направился к креслу в дальнем углу комнаты. — Мы можем лечь на одной кровати, — сказал ему Нил, не желая, чтобы Жан мучился ещё больше, чем сейчас. Жан вновь посмотрел на Нила так, словно тот тронулся рассудком. — Нет, она для тебя. Поспи. — Я привык спать не один, — признался Нил. — Моя мама… Мы всегда спали вместе, спина к спине. Так она знала, что я в безопасности рядом с ней, и было меньше шансов, что кто-то сможет подкрасться к нам. Жан молчал, словно обдумывая сказанное. — Как ты можешь хотеть спать рядом со мной после сегодняшнего? — его голос был таким же надломленным, как и его взгляд. — Потому что ты ничего мне не сделал, — ответил Нил. — Это были Рико, Фёдоров и Баутиста. А теперь заткнись и иди сюда, я устал. — Он приподнял одеяло для этого глупого француза. — И хотя бы раз постарайся не храпеть. На пару секунд вновь воцарилась тишина, прежде чем Жан фыркнул: — Я вообще не храплю, ты бредишь. Вот поэтому тебе и нужно есть больше овощей — твои органы чувств уже барахлят из-за недостатка витаминов. — Все у меня нормально с органами чувств, — буркнул Нил, невольно напрягшись, когда матрас прогнулся под тяжестью чужого веса. Но он быстро уловил знакомый древесный запах дезодоранта, которым пользовался Жан, смешанный с запахом мятной зубной пасты; к тому же было чем-то само по себе успокаивающим — после стольких лет ощущать чье-то присутствие за своей спиной. Присутствие, которому он доверял, которое, как он знал, не причинит ему вреда, а потому он медленно расслабился на этой странной, слишком мягкой кровати. Тем не менее этой ночью, даже лёжа рядом с Жаном, он так и не смог толком поспать — кошмары вырывали его из бессознательного состояния почти каждый час. Как его, так и Жана. Они прижимались друг к другу спинами, в поисках хоть какого-то утешения, однако Нил мог слышать тихие мольбы Жана, когда сам просыпался совершенно неподвижным, с сердцем, гулко колотящимся в груди, пока кошмарное призрачное ощущение рук на теле преследовало его даже наяву. Следующее утро прошло довольно тихо: они с Жаном оставались в кровати так долго, как только могли, поскольку до отъезда на автобусе с остальными в Блэквелл им всё равно ничего не нужно было делать. Жан заказал им лёгкий завтрак в номер, как только Нил заставил себя подняться и принять ещё один душ — горячая вода принесла хоть какое-то облегчение его ноющим мышцам. К тому моменту, когда он, одетый в огромный халат, почти достающий до пола, наконец вышел из заполненной паром комнаты, когда конденсат уже стекал по зеркалу, плитке и прочим поверхностям, Жан ждал его с чайничком чёрного чая, большой миской свежих фруктов, несколькими ломтиками тоста и кисловатым йогуртом. Вопреки собственному состоянию, Нил всё же улыбнулся — пусть и слабо, но искренне. — Спасибо. — Съешь всё, ведь по дороге Тэцудзи, скорее всего, не найдёт подходящего места, где бы мы могли остановиться, — предупредил Жан. На щеках партнера проступил лёгкий румянец, когда тот, опустив голову и взяв чашку кофе, направился в ванную. Похоже, в ожидании Нила Моро уже успел съесть тост, варёные яйца и овсянку. Закончив завтракать как раз к моменту, когда Жан вышел из ванной, Нил принял ещё одну таблетку из его рук и, запив ту остатками чая, принялся доставать одежду, которую они должны были надеть на банкет этим вечером: чёрные брюки и рубашку с длинными рукавами. Конечно, они могли бы переодеться уже в Блэквелле, но Тэцудзи хотел, чтобы Вороны с самого начала выглядели «идеально». Какая-то часть Нила хотела скомкать эту одежду и выкинуть её прочь, а затем побежать к ближайшему выходу, не забыв дёрнуть по пути пожарную сигнализацию, чтобы создать отвлекающий манёвр для побега. Использовать по назначению все навыки, полученные за годы бегства, будучи уверенным, что сумеет обойти помощников тренера и парочку телохранителей, приставленных присматривать за Рико (и за ним). Вот только у Жана таких навыков не было. Как и у Марли с Мэг. И частично прошлая ночь (помимо вечной потребности Рико причинять боль и пользоваться той крохотной властью, которой он обладал) была для того, чтобы Рико смог вбить им в головы: что бы ни случилось, — они никогда никуда не уйдут. Что они навсегда останутся Воронами, прикованными к Мориямам и университету Эдгара Аллана болью, долгом и рабством. Что они не были Кевином Дэем, который мог убегать, когда и если ему этого хотелось. Нил вздрогнул, когда Жан слегка коснулся его левого плеча. — Пойдём, нам нужно что-то с тобой сделать, — тихим, сдержанным тоном произнёс Жан. Всего на мгновение замешкавшись, Нил позволил своему партнёру отвести себя в ванную, где смиренно терпел, пока Жан замаскировывал косметикой (которую тот тоже догадался взять с собой) багровеющие на правой щеке, запястьях и шее синяки, а затем наносил на его волосы гель, чтобы обуздать эти густые непослушные кудри. — Если бы только Марли это видела, — поддразнил партнёра Нил. Левый уголок его рта чуть заметно приподнялся, пока большие, но нежные руки Жана вновь пригладили его чёлку. — Капустное смузи, — повторил Жан, на этот раз вслух. — И это ты меня называешь дьяволом. Жан на это лишь улыбнулся — слабо, но довольно. Закончив, они наконец вышли из номера, чтобы спуститься вниз и присоединиться к остальным в вестибюле. Строгий Тэцудзи встретил их оценивающим взглядом, словно проверяя, соответствуют ли они его высоким стандартам, в то время как Рико стоял рядом с ним, улыбаясь. Нил проигнорировал поцелуй, который Федоров послал ему, сосредоточившись на тёплой руке Жана на своей пояснице, успокаивающей его, на любопытном взгляде Марли и довольной улыбке Мэг при его появлении. Он напомнил себе, что ему придётся терпеть этих двух старшекурсников максимум девять месяцев. Всего девять месяцев. Он пережил десять лет со своим отцом, так что сможет продержаться чуть меньше года, не поддавшись этой едва сдерживаемой бурлящей ярости внутри него и не дав Рико повода выместить злость на Жане и девушках. Всего лишь девять месяцев. Он отказывался думать о том, что какой-то другой Ворон займёт их место, когда эти девять месяцев наконец истекут. О Луазо и… — Нил? Ты в порядке? Уловив беспокойство в голосе Марли, Нил заставил себя улыбнуться: — Да, просто не очень хорошо спал прошлой ночью из-за непривычной кровати, — без труда соврал он. — Ну что ж, может, это тебя порадует. — Вытянув руки из-за спины, Мэг протянула Нилу и Жану две термокружки. — Мы отважились отстоять очередь в кафе и прихватили ещё немного батончиков с гранолой. — Думаю, ты всё же не совсем бесполезна, — принимая кофе, снисходительно произнёс Жан, заставив Мэг засиять от радости. — Мы тоже тебя любим, Красти, — сказала ему Марли, делая снимок, на котором он хмурится, а Нил прячет улыбку за кружкой с чаем. — Я заставлю тебя это отработать на корте, ma puce, — сообщил ей Жан, на что Марли лишь ещё больше заулыбалась. — Ну вперед, попробуй. — Они такие хорошие друзья, правда? — сказала Мэг Нилу, пока они направлялись к автобусу. — Тебе бы к психологу сходить, с тобой явно что-то не так, — с полной серьёзностью ответил ей Нил, на что Мэг лишь снова расхохоталась. Одна мысль о том, чтобы находиться в автобусе, в столь тесном пространстве со множеством людей, которым он не доверял, а часть из которых и вовсе откровенно измывалась над ним, вызывала у него неприятные мурашки по телу и тошноту. Но он заставил себя подняться по ступенькам, не выказывая никаких эмоций, слабости или боли. Тем не менее Жан, должно быть, что-то заметил (а, быть может, чувствовал то же самое), поскольку, протянув руку назад и ухватив Нила за рукав куртки, он потянул его в конец автобуса, где жестом указал Нилу сесть на самое последнее место. — Что? — в замешательстве уставился на него Нил, ведь именно там всегда сидел Жан, чтобы видеть всех. — Садись, — велел ему партнёр, и Нил, немного поколебавшись, всё же подчинился. Когда он устроился в углу, Жан сел на другой край длинного, похожего на скамью, сиденья, оставив между ними достаточно места, чтобы они не соприкасались. Теперь, когда Нил был спрятан подальше от всех, в месте, где хорошо мог видеть всех остальных в автобусе (по крайней мере, если достаточно приподнимется), где между ним и любым, кто мог бы попытаться до него добраться, находился тот, кому он доверял, он наконец почувствовал, что расслабляется. — Спасибо, — выдохнул он, подтянув колени к груди и сжимая в руках тёплую кружку с чаем. Губы Жана слегка дрогнули. — Если ты будешь здесь, то вряд ли сможешь натворить слишком много бед. — Это вызов? Теперь Жан нахмурился. — Я бы сейчас мог сказать что-нибудь про «адвоката дьявола», но, по-моему, это было бы излишне. — Не понимаю, о чём ты говоришь. Я просто сижу тут и никого не трогаю, — с обиженным видом сообщил ему Нил. — Это самая нелепая вещь, которую я слышал за последнее время, — по крайней мере, с тех пор, как эта маленькая блошка объявила себя вторым пришествием Мулдани. — Жан поудобнее осел на сиденье и скрестил руки на груди, держа кофе прямо под подбородком. — Возможно, тебе стоит провериться… — Эй, вы там обо мне говорите? — спросила Марли, запрыгивая на сиденье перед ними; чёрная ткань её платья мягко закружилась вокруг её длинных ног. — Мне кажется, вы говорите обо мне. Мэг поспешила присоединиться к ней, сделав ещё один дурацкий снимок Нила и Жана. — А вы в курсе, что она учит французский в свободное время? Я каждую ночь засыпаю, слушая, как она его коверкает… уф. — Мэг бросила недовольный взгляд на партнёршу — видимо, за удар локтем по рёбрам. — Ты пока не должна была это им рассказывать, — пожаловалась Марли. — Нужно было подождать, пока я не выучила бы его получше. — Ещё десяток-другой лет? — Воу, как для Мэг это было жестоко, — заметил Нил, неосознанно теребя манжет своей рубашки. Однако он тут же остановился, вспомнив про косметику, скрывающую его синяки. — Мне всё время снится, будто я застряла в каком-то ужасном французском фильме, — пожаловалась Мэг, печатая что-то в телефоне — скорее всего, добавляла подпись к снимку, прежде чем его опубликовать. — Все эти маленькие чёрные беретики и мимы повсюду… Жан уставился на неё с нескрываемым ужасом, прежде чем потер лицо руками и несколько секунд тихо бормотал что-то на французском. — Я в аду, — наконец произнёс он вслух. — Добро пожаловать в клуб, — сказал ему Нил, слегка пихнув его в бедро своим неудобным парадным ботинком. — Ваша новая ID-карточка и стартовый набор участника придут по почте со дня на день. — Ой, да заткнись ты, наглый ростбиф. Девушки засмеялись, и Марли принялась перечислять все французские слова, которые успела выучить, чтобы Жан сначала высмеял, а затем подправил её произношение. Время от времени Нил тоже присоединялся к разговору, попивая свой чай, но он был уставшим и ощущал боль (изо всех сил стараясь не вспоминать о её причинах) и с ужасом думал о том, что ему предстояло провести следующие два дня среди дюжины других команд по экси, где он будет вынужден натягивать на лицо фальшивую улыбку и быть общительным (немного Стефаном, немного Клодом). А также справляться с Рико, когда тот будет рядом с Дэем и Миньярдом. Привыкший к тряске в автобусах и гомону людей вокруг за всё то время, проведённое в разъездах с матерью по Европе, и успокоенный тем, что рядом есть кто-то, кто будет стоять на страже и оберегать его, Нил, должно быть, в какой-то момент задремал, а потому поначалу напрягся, ощутив лёгкое прикосновение к своему правому колену. Моргнув, возвращаясь в реальность, он обнаружил перед собой смотрящего на него с беспокойством Жана и понял, что автобус остановился. — Если хочешь, можно выйти, размять ноги и взять себе что-нибудь попить, — предложил ему Жан. — Нам ещё пару часов ехать. Сперва Нил едва не отказался, но понял, что если не хочет выдать себя этим вечером, ему лучше всё-таки немного пройтись, чтобы размять избитые мышцы. Так что, сжав зубы на первых шагах, пока Жан заслонял его от чужих взглядов, Нил заставил себя идти, и к тому моменту, когда они вышли на парковку, он уже смог сделать свою походку более-менее нормальной. Появление Воронов в джуси баре, конечно же, привлекло немало внимания (кто бы сомневался, что Тэцудзи предпочтёт остановиться здесь, а не в Старбаксе или какой-нибудь фастфудной забегаловке), и многие посетители начали просить сфотографироваться. Особенно с Рико. Нил удивился, когда несколько человек попросили о фото с ним и Жаном, даже вместе с девушками, и бросил взгляд на Марли. — У вас, ребята, много подписчиков, вы же в курсе? — с широкой ухмылкой произнесла она, указав на свой телефон, словно это всё объясняло. — Нет. Марли закатила глаза, быстро набирая что-то на экране. — И почему я не удивлена? Хорошо, что у тебя есть я, Коротышка. — Хорошо для чего? — спросил Нил, стоя в очереди. — Клюшки носить? — Оу, а вот тут он тебя подловил, — пробормотала Мэг, не отлипая от своего телефона. — Вот подожди, мы станем профи, и я с удовольствием надеру тебе зад на корте, — произнесла Марли, хрустя костяшками пальцев. — Такому неповоротливому увальню, как ты, для начала нужно меня хотя бы поймать, — бросил Нил с откровенным презрением в голосе (которому он научился у Жана), а затем с лёгкостью увернулся от подзатыльника (этому он научился… что ж, это он уже и так умел). Мэг пообещала, что купит им смузи, если они перестанут ссориться (у Нила при себе денег не было, и он ожидал, что счёт оплатит Тэцудзи), и вскоре Нил уже заказывал смузи с клубникой и киви у девушки-подростка. Та улыбалась ему чересчур приветливо и даже слегка коснулась его пальцев, когда передавала номер заказа, чем заставила парня поёжиться от отвращения. Марли была прямо за Нилом в очереди, так что они стали рядом, ожидая свои напитки. — Тебе не нравится, когда с тобой флиртуют, да? Я заметила это ещё на занятиях и в кампусе. Так вот что делала та девушка. Но зачем? Нил провёл ладонью по своему бедру и отрицательно покачал головой: — Нет. Он вспомнил девушек в Европе, которые улыбались ему и тех, кого он целовал — чем так сильно злил свою мать. Но теперь у него больше не было никакого желания кого-либо целовать и ни малейшего интереса разбираться, что люди вообще находят во всём этом. Что люди находят в нём, ведь он вовсе не был привлекательным. В тот момент Нил жалел, что не может понять, что могло бы заставить их не интересоваться ничем подобным. — Нет, не нравится. — Как я и думала. — Марли нервно теребила молнию своей чёрной куртки Воронов. — Мне тоже не нравится. Моя мама всегда говорила, что однажды это пройдёт, что я просто была слишком зациклена на спорте и экси, но… ничего. Бросив взгляд в её сторону, Нил заметил, что Марли смотрит на него одним из самых откровенных выражений лица, какие он когда-либо у неё видел, и слегка улыбнулся ей. — Ну, ты же у нас почти наполовину дерево. Тут скорее фотосинтез ближе и всё такое. Для тебя это вполне естественно, так что не переживай. — Говоря это, Нил жестом указал на её рост, который сейчас был ещё выше, чем обычно, из-за каблуков. Марли засмеялась, слегка толкнув его в плечо. — Жан прав — ты настоящий дьявол. Ну конечно же, именно в этот момент этот самодовольный ублюдок подошёл к ним вместе с Мэг. — Что-что? Разумеется, я всегда прав, — произнёс он, бросив на Нила высокомерный взгляд. — Я идеален, и даже этот британский болван с этим согласен. — Ты сейчас этот смузи на себе увидишь, — предупредил его Нил, услышав, как назвали его номер заказа. — Тогда тебе придётся выпить мой, — ответил Жан, показывая свой чек. — Я ведь знаю, что ты обожаешь шпинат и свёклу почти так же сильно, как и капусту. Шагая к прилавку, Нил подумал, что в этих шуточках про дьявола, похоже, и правда что-то есть — ведь он определённо чувствовал себя так, словно находился в аду. И он окончательно в этом убедился, когда, уже в пути, Рико с самодовольной улыбкой на лице направился к ним в конец автобуса. — Обсудим то, что будет происходить этим вечером, — произнёс этот подонок и загородил проход к последним сиденьям. Он уперся руками в заднюю стенку автобуса и спинку кресла Мэг, которая в этот раз сообразительно вжалась в угол. — Вы ведь будете паиньками, не так ли? Это и в самом деле ад. И отчасти за то, что он к нему приговорён, стоило благодарить двух Лисов.

***

Эндрю сидел в конце автобуса Лисов, запертый с тринадцатью другими людьми, и вновь размышлял о своих сомнительных жизненных решениях, которые его сюда привели; у Рэйнольдс и Гордона вновь была неделя перерыва в отношениях, так что Гордон был ещё более шумным и несносным, чем обычно. Никки, как всегда, был ходячим гиперактивным хаосом, хохоча с каким-то парнем по имени Джим с его занятий по импровизации (студент факультета искусств — как прекрасно), а Аарон, вы только гляньте, притащил с собой Лисичку. Лисичку, которая сама напрашивалась на неприятности, судя по тем отвратительным взглядам, которыми они с Аароном постоянно обменивались, и тому, как близко находились их руки, словно уже привыкшие цепляться друг за друга. Кто-то так ничему и не учится, не так ли? Видимо, какая мать, таков и сын. Что ж, в конце концов Эндрю всё же смог достучаться до Тильды (правда, для этого ей пришлось вылететь через лобовое стекло), так что достучится и до Аарона. Но всему своё время: для начала нужно было протащить Кевина через этот скучный, бессмысленный банкет целым, невредимым и с более-менее функционирующей печенью. Эти чёртовы мероприятия, проводившиеся два раза в год, и без драмы с налетевшими Воронами были достаточно раздражающими, но Эндрю нужно было сдержать своё обещание. Обещание, которое удержало его от поездки в Колумбию на эти выходные. Пускай этой ночью ему и придётся терпеть Рико с его ублюдочным характером, но это также означало, что у него будет ещё один шанс разгадать загадку по имени Нил Джостен. Плюсы и минусы… По крайней мере, они скорее всего проведут на мероприятии только первый вечер, беря во внимание, сколько презрения и оскорблений ранее обрушивалось на Лисов на предыдущих банкетах — по какой-то причине никто не хотел вести себя дружелюбно с худшей командой юго-восточного округа. И не имело значения, что они больше не могли претендовать на этот титул после прошлогодних матчей на вылет и победы в третьей игре сезона прошлым вечером (ещё и с незначительной разницей в очках в первых двух проигрышах). Так что с учётом накопившейся неприязни и присутствия Рико Мориямы там — никто из Лисов не горел желанием делать из себя мишень для издевательств два дня подряд. Эндрю это вполне устраивало — у него не было ни малейшего желания проводить время с тринадцатью другими командами по экси, не говоря уже о своей. Спустя пару часов из тех четырёх, которые занимала дорога в Блэквелл, Рене, закончив разговаривать с Эбби, покинула переднюю часть автобуса и направилась к задним сиденьям. Она вежливо улыбнулась Эндрю, указав на край сиденья и, когда тот кивнул и подвинулся, вытянув ноги вперёд, села с краю у прохода, не забыв оставить достаточно пространства между ними. Кевин заинтересованно оглянулся на них, однако безэмоциональный взгляд Эндрю заставил его вновь уткнуться в одну из своих книг по истории. — Вороны уже в пути, — сказала она, протягивая ему свой телефон с уже открытым аккаунтом в Инстаграме. — Остаётся лишь надеяться, что по пути произойдёт какая-то трагическая авария с кучей машин, — равнодушно произнёс Эндрю, пролистывая приложение; прошло уже два дня с тех пор, как он последний раз просматривал его на телефоне Никки. Судя по всему, девушки из Воронов не сидели без дела: на страничке появилось несколько новых фото Джостена и Моро, на которых уже была сотня, если не тысяча, лайков и репостов. Одной из самых новых была фотография Джостена, который спал, свернувшись калачиком в углу автобусного сиденья. Его волосы были зачёсаны назад, что ещё больше подчёркивало высокие скулы, а так же и эту проклятую цифру 4 на его левой щеке. «Хочу усыновить его, когда он такой», — mcurtis33. И, судя по многочисленным комментариям и лайкам, она была такой не единственной. Был ещё один снимок, где смеющаяся Патель пряталась за весёлым (и низким) Джостеном, а хмурый Моро стоял чуть в стороне; подпись под которым гласила: «Нил — всегда наш герой» от той же Кёртис. А следом за ним — фото усталых, но довольных Джостена и Моро, держащих в своих руках чашки с кофе: «Угадайте, кто британец, а кто француз». — Эта девчонка официальный представитель их фан-клуба, что ли? — спросил Эндрю с слегка чересчур широкой улыбкой и слегка чересчур оживлённым тоном. — Она словно пытается отобрать у тебя корону самого жизнерадостного и раздражающего человека в мире. — Так ты тоже это заметил! — Рене улыбнулась, наткнувшись на его безразличный взгляд, а затем рассмеялась. — Ты, должно быть, про Мэг, да? — Её улыбка померкла, пока она смотрела в окно. — Она кажется очень доброй и доверчивой. — Вполне стандартные эпитеты, которыми всегда описывают Воронов. Собственно, именно они и приходят на ум, как только кто-то упоминает Рико, — протянул Эндрю, продолжая листать фотографии Джостена, почти на каждой наблюдая рядом с ним Моро. Вся эта тема с партнёрством была до нелепости глупой и раздражающей. — Это немного преувеличенно, — пробормотала Рене. — Но да, я волнуюсь за неё, и Дэн тоже, — она кивком указала на свой телефон, и Эндрю на мгновение поймал себя на том, что не хочет возвращать его обратно, что, разумеется, означало, что он тут же швырнул его ей. — А Марли… Что ж, она стала чуть более осмотрительна в том, что нам рассказывает, и более осторожной в целом. Она сводит все разговоры к экси, задаёт много вопросов Дэн о том, каково это быть капитаном, о физподготовке и всё в таком духе. — Губы Рене слегка дрогнули, пока её пальцы постукивали по сенсорному экрану телефона. — Она амбициозна, что не трудно заметить. Дэн ставит на то, что она далеко пойдёт и очень хочет помочь ей, чтобы увидеть, как она выростет до уровня профи и в конечном счёте до Корта. — Ну а милая, добрая Мэг? — спросил Эндрю, уперевшись чуть сильнее в угол сиденья. — У всего этого есть цель, помнишь? Этот ваш маленький девчачий клуб — это всё, конечно, замечательно, но я вижу тут слабое звено, и это Кёртис. Не надо мне тут строить праведную христианскую девочку, рассказывай, что выяснила. В противном случае он сказал бы Рене уйти и насладился бы оставшейся частью поездки в тишине и покое. На мгновение у Рене дёрнулся мускул на челюсти (как же приятно было знать, что он способен забраться ей под кожу, под этот самый фальшивый фасад, за которым та скрывала волка в овечьей шкуре). — Я как раз к этому и вела, — она вновь протянула ему телефон. — Дэн затронула парочку тем в разговорах с девчонками под предлогом «полученных с опытом уроков». — Мускул вновь слегка дёрнулся. — О том, что нужно держаться вместе и поддерживать друг друга, и что их собственные сокомандники и другие игроки могут попытаться надавить на них, поскольку они девушки. Что, возможно, им стоит записаться на курсы самообороны — на всякий случай. Марли на это ответила, что с ней всё в порядке, а вот ответ Мэг оказался довольно любопытным. — Она кивком указала на экран. Опустив взгляд, Эндрю увидел, что Рене открыла чат между ней, Уайлдс и Кёртис, в котором Уайлдс вела разговор о том, что Кёртис нужно быть осторожнее и позаботиться о себе. В ответ на это та написала: «Всё в порядке, за нас это делает Нил», добавив в конце улыбающийся смайлик. Тогда Рене попыталась объяснить ей, что Уайлдс имела в виду, что Кёртис нужно быть настороже (ведь другие игроки могут попытаться доказать, что девушкам не место в экси или начать злиться из-за того, что те могут играть не хуже, а то и лучше них), на что Кёртис ответила лишь: «Нет, всё в порядке, теперь у нас есть Нил. И Жан», — отправив следом ещё один улыбающийся смайл и смайл с хмурым выражением. Он ещё минуту разглядывал эти сообщения, прежде чем перейти к предыдущим ответам Кёртис, а затем и Патель. Рене была права — Патель постоянно сводила разговор к экси, избегая личных тем и всего, что связано с Воронами, — всего, что касалось Джостена и Моро, за исключением комментария, что она тренируется с ними обоими. Из них двоих Кёртис была куда более разговорчивой (ходячая копия Никки, болтливая и пустоголовая), охотно жалуясь, что устала от постоянных тренировок (она также тренировалась с Моро и Джостеном и обмолвилась, что, хоть Моро и груб, он многому её учит). Было похоже, что у неё никогда не было свободного времени. По нескольким её репликам несложно было догадаться, что она почти всегда находилась рядом с Патель и немало времени проводила с Джостеном и Моро. И, хотя она вовсе не испытывала симпатии к Рико, нельзя было сказать, что она не рада быть Вороном. Кёртис совсем не казалась несчастной. Эндрю попытался уместить в голове образ уравновешенного и жизнерадостного Ворона. — Что-то тут нечисто, — заявил Эндрю, бросая телефон обратно Рене. — Да, это совсем не похоже на ту картину, которую нам рисовал Кевин, не так ли? — согласилась она, заправляя за ухо прядь своих светлых волос с радужными кончиками. — Партнёрская связь Мэг и Марли вполне понятна… Но почему они так много общаются с Нилом и Жаном? Из слов Мэг всё выглядит так, словно те за ними присматривают. — Или же у нас прекрасный пример стокгольмского синдрома. Не спеши всегда делать самые радужные выводы, — поддразнил её Эндрю. Рене закатила глаза, поднимаясь. — Думаю, скоро мы сможем кое-что прояснить, верно? Когда увидимся с ними лично. — Она помахала ему рукой и вновь направилась в переднюю часть автобуса, чтобы пообщаться с Эбби, оставив Эндрю наедине со своими мыслями. Он обдумывал всё, что Кевин рассказывал об Эдгаре Аллане, Гнезде и Воронах, о той извращённой системе напарников, из-за которой Кевин едва ли мог нормально функционировать, если рядом не было кого-то ещё — слишком привык за столько лет к постоянному присутствию Рико рядом. О том, как Вороны проводили большую часть своих университетских лет в Гнезде при замке Эвермор, покидая его лишь на пару часов в день (и то не всегда) для занятий или выездных игр, едва ли когда-либо возвращаясь домой на праздники или летние каникулы. Как они стремились добиться высших рангов/меньших номеров настолько, что образовалась своего рода каста между «Идеальным Кортом», игроками стартового состава (10–19) и остальной частью команды. Тем не менее, всё, что он видел о Джостене в сети (что, разумеется, могло быть тщательно продуманной ложью), казалось, противоречило этому, учитывая, как тесно тот общался с двумя из самых низкоранговых членов команды. Тех самых, которых он, судя по всему, защищал. И как бы Эндрю ни хотелось отмахнуться от этого, он (отлично) помнил, как Джостен отчитывал Кевина на идиотском шоу Фердинанд, за то, что тот «бросил» Моро и его старых товарищей по команде. Ещё один чёртов кусочек головоломки, который никак не складывался со всем остальным. Ещё один открывшийся слой, словно Джостен был одной из этих дурацких русских матрёшек. Эндрю продолжал обдумывать разные варианты, пока не начали появляться дорожные указатели к Университету Блэквелл, и самообладание Кевина (кое у него вообще имелось) не начало окончательно трещать по швам, как и его хрупкое чувство трезвости. Цокнув языком, когда этот трус поддался панической атаке, Эндрю перегнулся через спинку сиденья Кевина, пока впереди уже виднелись футбольный и экси-стадионы. — Эй, эй, — обратился он к Кевину, который сжался на сиденье, притянув левую ногу к груди и уткнувшись головой в сгиб локтей, в то время как его учебник по истории валялся забытым рядом на сиденье. — Продолжишь так дышать — что-нибудь себе надорвёшь. Не то чтобы его хоть как-то заботили возможные травмы, разве что жить рядом с Кевином будет невыносимо, пока тот наконец не поправится и не сможет снова играть в свой дурацкий стикбол. — Посмотри на меня, — сказал Эндрю чуть громче, когда Кевин так и продолжил сидеть в той же позе, содрогаясь от страха. — Всё будет хорошо. Ты же мне веришь, да? — Верю, — сдавленным от паники голосом глухо отозвался Кевин. — Лжец, — рассмеялся Эндрю, всё ещё находясь под кайфом от принятых перед поездкой таблеток, и подался вперед, чтобы взглянуть в окно на кампус и на отсутствие в нём безвкусных оранжевого и белого. Там уже стояли несколько автобусов из других университетов, включая три больших, блестящих, уродливых чёрных с красующейся на них красной эмблемой летящего ворона. Вот тебе и драгоценный бог Рене, который мог бы вмешаться и помочь с аварией на дороге, однако Эндрю давно уже усвоил, что нельзя полагаться на высшие силы в надежде, что они испортят жизнь кому-то, кроме него. Ваймак припарковал их автобус подальше от тех чёрных и велел всем выходить, а сам, держа в руках сумку, направился к всё ещё сидящим на своих местах Эндрю и Кевину. Дойдя до сиденья Кевина, он вытащил из сумки бутылку водки и поставил её рядом с этим трусом. — У тебя десять секунд, чтобы залить в себя столько, сколько сможешь. Я засекаю. Вперёд. Разумеется, Кевину долго уговаривать не пришлось. — А что, для меня ничего нет? — с усмешкой протянул Эндрю, за что Ваймак метнул на него сердитый взгляд, прежде чем вырвать бутылку из рук Кевина, количество алкоголя в которой заметно поубавилось. Однако, похоже, этого было достаточно: этот помешанный на экси наконец поднялся на ноги и, зажатый между Ваймаком и Эндрю, более-менее пошёл к выходу из автобуса. Так что Эндрю пришлось молчаливо отдать должное старику. К тому моменту Эбби уже открыла багажные отделения под автобусом, чтобы каждый мог взять свою сумку, поскольку переодеться в свои костюмы все планировали уже внутри. Как только все взяли свои сумки, Ваймак повёл их к стадиону по экси. На входе их встретила пара охранников, чтобы сверить имена со списком гостей (Эндрю широко им улыбнулся, ощущая успокаивающее прикосновение ножей на своих предплечьях), а после один из них проводил их в дальнюю часть стадиона, чтобы они смогли переодеться в гостевой раздевалке. Там даже нашлась комната для хранения экипировки, где они смогли запереть на замок свои личные вещи. Как заботливо. Рене отстранила руку Эндрю, когда тот попытался сорвать табличку с надписью «Университет Пальметто», после чего команда (а также Эбби и ещё двое совершенно лишних «плюс один») последовала следом за Ваймаком к корту, где проводился банкет. На тот момент в крови Кевина присутствовало достаточно «жидкой храбрости», чтобы он мог твёрдо стоять на ногах и держать голову высоко — по крайней мере, до первого появления Воронов. Эндрю готов был на это поспорить. Распахнув дверь, ведущую на корт, заставленный столами с людьми, Ваймак пропустил их внутрь. Какой-то тренер объявил о прибытии команды в мегафон, из-за чего все присутствующие в зале команды прервали свои дела и обратили свое внимание на Лисов (о, как же Эндрю обожал оказываться в центре внимания вот так). Мгновение поколебавшись и обменявшись взглядами с Уайлдс, Ваймак отошёл «мило побеседовать» (а точнее — выпить) со своими коллегами-тренерами, оставив Лисов разбираться самим. Эбби, после того как напоследок ободряюще похлопала Кевина по руке, тоже увязалась за своим «не-парнем». — Ничего себе… И они делают такое каждый год? — спросил Йи, широко раскрытыми глазами разглядывая столы и баннеры. — Гребаный новичок, — пробормотал Гордон, за что тут же получил холодные взгляды Рейнольдс и Уайлдс. — Это ты ещё рождественский банкет не видел, — с улыбкой сказала Уайлдс первокурснику. — А теперь давайте узнаем, где нас разместят этим вечером. Она прошлась взглядом по корту, и Эндрю сразу догадался, когда она заметила то же, что и он, — ряд оранжевых стульев прямо напротив чёрных за столом и оранжево-белый баннер рядом с чёрно-красным. Ах, как же умно кто-то придумал — посадить Лисов и Воронов вместе. — Вот мудачье… — низким тоном злобно прошипела Уайлдс, направляясь туда, где им предстояло сидеть, по крайней мере во время ужина. Хм, похоже, она тоже посчитала, что это чертовски умно. — Как банально. — пробормотал Эндрю. — Но может, все таки повеселимся. Ну же, Кевин, не будем заставлять себя ждать. «Вечеринка только началась, а начало уже многообещающее», — подумал он, проводя пальцем правой руки по внутренней стороне левой, пока Кевин плёлся рядом, спотыкаясь. Вороны уже заняли свои места за своей половиной стола, выглядя так, словно пришли на похороны или что-то в этом роде, в своих полностью чёрных нарядах. Хм, а ведь Эндрю мог бы воплотить это в жизнь, в особенности для одного из них. Рико поднялся со своего места при их приближении, словно собирался «приветствовать» Лисов с той самой тошнотворно фальшивой улыбочкой на лице, которую Эндрю невероятно хотелось срезать. — Рико, — поздоровалась Уайлдс, отодвигая стул прямо напротив него. Её улыбка куда больше походила на оскал, чем на проявление дружелюбия. — Дэн Уайлдс. Рико протянул ей руку, словно в одном из тех глупых исторических фильмов, которые Кевин любил смотреть по выходным, будто он король, снизошедший до того, чтобы одарить вниманием какого-то жалкого крестьянина, позволяя тому пресмыкаться, с подобострастным восторгом выражая своё почтение. Эндрю наблюдал за ними в надежде, что Уайлдс сломает ему кисть, однако к его разочарованию та просто её пожала (уж точно не тот выбор, который бы сделал он сам). — Я знаю, кто ты, — сказал Рико с очередной фальшивой улыбкой. — Кто же здесь тебя не знает? Девушка — капитан команды первого дивизиона. — Количество презрения, которое он вложил в одно это слово, было впечатляющим, как для мудака. — Довольно прилично справляешься, несмотря на недостатки. Пока он говорил, остальные Вороны молча наблюдали за происходящим, словно участвуя в каком-то странном синхронном флешмобе: поставив правый локоть на стол и подперев ладонью подбородок. Джостен и Моро сидели по обе стороны от пустого стула Рико, а Патель и Кёртис — рядом с Джостеном. — Недостатки? Какие же? — Уайлдс изобразила растерянную улыбку, но Эндрю заметил, как напряглись её плечи и как Рене застыла на месте от сказанного. Похоже, первый удар Рико пришёлся по Уайлдс и её прошлому… и Эндрю это вполне устраивало — пока это удерживало Рико подальше от Кевина. По крайней мере хотя бы на какое-то время. — Ты и правда хочешь, чтобы я начал их перечислять? — спросил Рико, положив руки на стол. — Банкет рассчитан всего на два дня, Хеннесси. После этих слов некоторые Вороны озадаченно переглянулись… а некоторые, особенно среди старшекурсников, — понимающе. Джостен же слегка нахмурился, переводя взгляд с Рико на Уайлдс, и Эндрю заметил лёгкое движение его левой руки после того, как Патель попыталась наклониться к нему. Похоже, тот коснулся её ноги, чтобы напомнить сидеть смирно. — Поосторожней, Рико, — низким голосом предупредил Бойд, делая шаг вперёд, чтобы включить своё привычное «не тронь мою девушку, даже если раньше она была стриптизёршей». Однако Уайлдс жестом велела ему отступить, прежде чем выдвинуть свой стул. Бойд занял своё место рядом с ней, а Рене села по другую сторону (напротив Нила), так что Эндрю быстро разместился рядом с Рене, посадив рядом с собой Кевина, пока остальные «монстры» расселись дальше за столом. Рейнольдс же села по другую сторону от Бойда, позаботившись о том, чтобы рядом с ней занял место Йи, что было явным посланием «пошёл к чёрту» Гордону. Когда Рико сел, остальные Вороны синхронно откинулись на свои кресла, однако всё внимание Эндрю сосредоточилось на Джостене, стоило тому пошевелить правой рукой. Эндрю заметил смазанное бледное пятно на манжете его рубашки, резко выделявшееся на чёрной ткани, а также что-то тёмное вокруг запястий. Джостен заметил его взгляд и холодно посмотрел в ответ. Его бледно-голубые глаза сузились, когда Эндрю приподнял бровь. — Ну так что, ребят, вы слишком высокомерные, чтобы брать с собой спутников на мероприятие? — спросил Гордон, качнувшись назад на стуле с ухмылкой на лице. — Или просто никто не может вынести вас настолько долго, чтобы провести с вами выходные? — Просто мы не намерены принижать себя, ради чьей-то компании, — сказал Рико нападающему с едва прикрытым отвращением. — Тебе, уверен, этого не понять, учитывая, что большинство твоих знакомых либо тоже сидят на наркоте, либо эту дурь толкают. Лицо Гордона покрылось красными пятнами, в то время как передние ножки его стула с грохотом ударились об пол. — Слушай, ты убл… — Не провоцируй моих ребят, Рико, — сказала Уайлдс тоном «я капитан, так что не зли меня», прервав тираду Гордона и смешки нескольких Воронов. — Здесь для этого не место. — Я просто проявил вежливость, — ответил ей Рико с едва заметной улыбкой. — Ты ещё не видела, как я умею провоцировать. Эндрю заметил, как Джостен слегка вздрогнул от этого комментария. Прежде чем кто-то успел что-либо сказать, Моро наклонился через стол: — Привет, Кевин. Не было похоже, что он настроен дружелюбно или рад встрече с Кевином, несмотря на их общее прошлое. Его улыбка была лишь формальностью, а бледно-серые глаза — такими же холодными, как у Джостена. Ну вот, так и не дали Кевину спокойно посидеть. Пожалуй, пора посмотреть, как долго этот пьяница сможет продержаться, не так ли? Кевин молчал несколько секунд, явно недовольный проявленным к себе вниманием. — Привет, Жан. После этого обмена приветствиями Джостен тут же прекратил сверлить взглядом Эндрю, переключившись на Кевина, пока двое «старых друзей» просто смотрели друг на друга: один — с открытой враждебностью, другой — с сожалением. Устав от нарастающего напряжения, Эндрю постучал пальцами по столу. — Жан, — наклоняясь вперёд, протянул он нараспев, раздражённый, что всё внимание приковано к этому французскому ублюдку. — Привет, Жан. Жан Вальжан. Эй. Э-эй. Привет. Он продолжал это до тех пор, пока Моро наконец с раздражением не фыркнул и не перевёл взгляд на него. Тому хватило глупости протянуть через стол руку, чтобы пожать протянутую ладонь Эндрю, несмотря на предупреждающе мотнувшего головой Джостена. Улыбка Эндрю приобрела хищный оттенок, когда он со всей своей немалой силой сжал руку защитника, заставив француза дёрнуться и хмуро уставиться на него. — Я Эндрю, мы раньше не встречались. — И слава богу, — с откровенной ненавистью произнёс Моро, пытаясь выдернуть руку. Но Эндрю и не думал его отпускать, особенно после того, как заметил, каким злым взглядом буравил его Джостен; ой, кажется, кто-то тут явно не в восторге, что его драгоценного партнёра слегка прижали? — Вся ваша команда — позор первого дивизиона, ну а ты и всё твоё существование и вовсе оскорбительны, — заявил Моро, словно это вообще хоть как-либо задевало Эндрю. — Вратарь, которому плевать, забьют ему гол или нет, не имеет права даже прикасаться к клюшке. Тебе следовало оставаться на скамье запасных, как дешёвому рекламному ходу, коим ты и являешься. Ты ещё хуже, чем бесполезен. Во время всей этой тирады Рико ухмылялся, как и большая часть Воронов… вот только не Кёртис. И не Патель, которая выглядела скорее задумчивой. Не делал этого и Джостен, который продолжал метать взглядом кинжалы в Эндрю, то и дело с явным беспокойством поглядывая на Моро. По какой-то причине это заставляло Эндрю сжимать руку ещё сильнее. — По-моему, это слегка чересчур, тебе так не кажется? — заметила Рене, как всегда играя роль хорошей христианской девочки, стремящейся всех примирить. Девушка с тёмно-русыми волосами, сидящая через пару мест от Моро, громко фыркнула. — Если на твоё место в воротах поставили вот этого, то у тебя точно руки из задницы. Не терпится посмотреть на тебя в игре. Обхохочешься, наверное. Мы бы взялись выпивать за каждый вколоченный тебе мяч, да боимся помереть от алкогольного отравления, — с издёвкой произнесла она. — Ой, как было бы грустно, — полным сарказма голосом парировала Уайлдс, прожигая стерву взглядом, в то время как наш дорогой Кевин рядом с Эндрю всё ещё продолжал сидеть молча. Ровно как и Джостен. — Наши команды встречаются в первый раз, — снова попыталась вмешаться Рене, переводя взгляд с Эндрю на Моро. — Зачем начинать с плохого? Ведь это должен быть шанс для нас узнать друг друга получше. — А почему нет? Вы плохи во всём, за что берётесь, — продолжила всё та же девушка из Воронов (Эндрю полагал, что она была нападающей, но не был уверен: он редко обращал внимание на записи матчей, которые постоянно смотрел Кевин, или на схемы игр, которые тот составлял). — Серьёзно, неужели выставлять себя на посмешище так весело? Это вызвало новую волну ухмылок со стороны скучной чёрной половины стола. Эндрю ещё раз болезненно сжал руку Моро, когда тот вновь попытался отстраниться. — Думаю, нам живётся веселее, чем вам, да, — с сияющей улыбкой сказала Рене, словно не уловив весь смысл сказанного. Словно не она могла перерезать горло десятерых из них, прежде чем кто-то вообще сообразил бы её остановить. — Веселье — для детишек, — огрызнулся Моро, пока на его лбу уже проступило несколько капелек пота. — На этом уровне уже оценивается мастерство, которого у вашей команды, увы, нет. Вы не имеете права играть против нас. — Он презрительно фыркнул, и его пальцы дёрнулись в хватке Эндрю. — А у тебя так вообще нет права играть. — Тогда нечего было менять округ, — парировал Бойд. — Вам тут не рады. — Вы забрали то, что вам не принадлежит, — сказал другой Ворон, высокий тёмноволосый парень, который, вероятнее всего, был защитником. — Вы сами обрекли себя на позор в этом году. — Мы ничего не забирали, — возразила Уайлдс. Её терпение явно было уже на исходе из-за всей этой глупой перебранки (Эндрю её прекрасно понимал: ему и самому было чертовски скучно, и он уже начинал хотеть есть). — Кевин сам хочет быть с нами. — Мы даже не хотим, чтобы он был тут, — пробурчал Гордон, постукивая ножом для масла по столу, словно барабанной палочкой. — Забирайте его с собой, раз уж он вам так сильно нужен. Он сделал вид, что не заметил осуждающих взглядов Уайлдс, Рейнольдс и Йи. — Говори за себя, завистливый неудачник, — бросил ему Йи. Джостен подался вперёд, скрестив обе руки на столе (что позволило Эндрю убедиться: да, из-под правого рукава его рубашки действительно виднелись тёмные следы). На лице парня появилось выражение, которое кто-то из вежливости мог бы назвать улыбкой, но нет. Не совсем. Это было оружие, предназначенное ранить того, на кого было направлено, заставить замереть и испугаться, что его обладатель предпримет дальше. — Ты слышал это, Дэй? Твои собственные товарищи по команде не хотят, чтобы ты тут был. Наверняка только и ждут, когда ты сорвёшься и сбежишь от них тоже. В конце концов, это ведь теперь единственное, в чём ты хорош, не так ли? Кевин вздрогнул от этих слов, а Рико рассмеялся, найдя в этом что-то крайне забавное, а затем сказал что-то на японском, вынудив Кевина отрицательно замотать головой. — Нет, я не… Я не сбегу, — тихим голосом ответил тот, наконец прервав молчание. — Я останусь с Лисами. С этой командой нужно ещё много работать, у меня много обязательств… — Ты ни черта не знаешь об обязательствах, — огрызнулся Джостен. Его глаза сверкали от ярости, а щёки раскраснелись от эмоций. — Всё, что ты знаешь, — это то, чему тебя учил Хозяин — экси. И, похоже, преданности чему-либо, кроме этого, у тебя нет. — Вот поэтому ты с ними не останешься, — сказал Моро дрожащему Кевину, звуча слишком уверенно, что совсем не понравилось Эндрю. — Тебе стоит пересмотреть наше предложение, пока оно ещё в силе, Кевин. Факты есть факты. Твой ручной зверёк, — он презрительно искривил губы, глядя на Эндрю, словно у кого-то могли остаться сомнения о ком именно речь, — был и всегда будет балластом. Пора… «Скучно, ох, до чего же скучно», — подумал Эндрю, вновь сжимая руку. — Что? — спросил он, широко раскрытыми глазами уставившись на Кевина. Ему уже чертовски надоела вся эта бессмысленная драма, и он был готов отправиться на кухню в поисках еды (или, что ещё лучше, алкоголя). — Ты завёл ручного зверька, а нам ничего не сказал? Где ты его держишь, Кевин? За это он тут же удостоился недовольного взгляда от французишки. — Не перебивай меня, сиротка Доу. Ох, как же больно, прямо правда… Хм, нет. Кому-то нужно было бы постараться гораздо, гораздо сильнее, чтобы зацепить его. Хотя, судя по шуму с другого конца стола, чересчур сердобольный Никки обиделся вместо него. — Молодец, попытка засчитана, но прибереги красноречие для другого раза, — бросил он французскому ублюдку, пока несколько Воронов смотрели на них в замешательстве. Но только не Джостен, разве не любопытно? — Хочешь подсказку? Нельзя ещё больше унизить того, кто и так уже на дне. Так что не трать зря время — ни своё, ни моё. — И тем не менее, ты явно любишь тащить туда всех за собой, — отметил Джостен с той самой пародией на улыбку на губах, обращённую к Эндрю. — Что, не можешь быть счастлив, пока мы все не окажемся в том же дерьме, что и ты? Пока не испоганишь всем жизнь так же, как и испоганил свою? — В этих пронзительных голубых глазах была уже не злость, а чистейшая ненависть, направленная прямо на Эндрю. — Ты и правда защищаешь Кевина или просто наслаждаешься тем, что теперь он такой же бесполезный, как и ты? Похоже, Эндрю слегка промахнулся со всей этой «кроличьей» темой. У кого-то были слишком острые зубки и слишком сильная жажда крови, чтобы быть травоядным. Что ж, Джостен был не единственным хищником здесь, и не… — Хватит! — Дэн хлопнула в ладоши, чтобы привлечь внимание Эндрю и Джостена. — Прекратите. Мы на официальном мероприятии, здесь одной администрации человек двадцать. Мы собрались для того, чтобы познакомиться, а не чтобы лезть в драку. Если не можете сказать ничего хорошего, — она бросила выразительный взгляд на Джостена, — лучше совсем молчите. Обеих команд касается. — Даже не знаю. По-моему, Нил задал вполне уместный вопрос, — с явным удовольствием ответил Рико. — Разве это его вина, что вам не нравится смотреть правде в глаза? — Ну разумеется, ты будешь на его стороне, когда он наезжает на Кевина. Почему мы не удивлены? — Бросив раздражённый взгляд на этого мудака, Рейнольдс откинулась на спинку стула, словно пытаясь увеличить расстояние между собой и Воронами. — Что-то ты не особо переживал, когда Кевин появился в нашей… ай! — Никки потер бок, по которому, судя по всему, его ударил Аарон, чтобы тот не болтал о прошлом декабре. Как бы Эндрю ни хотелось вытащить наружу грязное бельё и поставить Рико на место, Ваймак велел им не разглашать правду о руке Кевина. Тем не менее, Рико, похоже, всё же уловил этот небольшой намёк. — Мы уважали потребность Кевина в дистанции, но теперь он снова выставил себя на всеобщее обозрение вместе с, так скажем, посредственной командой и каждую неделю позорит себя на корте. А всё потому, что вы подкрепляете его заблуждение о том, что он может вернуть себе утраченное. — Утраченное из-за тебя, — пробормотал Никки на немецком. — Я не заблуждаюсь, — произнёс Кевин, сгорбившись на стуле и избегая смотреть на Рико, своего бывшего партнёра. Эндрю пожалел, что не захватил с собой остатки той бутылки водки, поскольку всё это уже начинало становиться невыносимо утомительным — за исключением разве что моментов с Джостеном не-кроликом. — И вы будете так добры, что даже освободите нас от него. Да уж, прямо-таки образцы добродетели. Рико и Моро злобно уставились на Эндрю, в то время как улыбка Джостена стала лишь острее. Тот подпер правой рукой подбородок и, судя по напряжённой позе Рене, она тоже заметила тёмный след, опоясывающий его запястье. — Вы высмеиваете нас, но что же вы сами сделали в прошлом году? Конечно, это ведь такая распространённая практика — брать к себе неподготовленного и неопытного помощника тренера, не так ли? — Джостен сделал паузу для эффекта, прежде чем нанести решающий удар: — ох, какие же замечательные гены, правда? — А значит, у вас были свои мотивы, и один из них наверняка заключался в том, чтобы прибрать к рукам тренировочные приёмы Воронов. — Когда Уайлдс напряглась, бледные пронзительные глаза Джостена сузились еще сильнее. — Даже если бы он больше не смог играть, вы всё равно надеялись перенять несколько наших тактик и приёмов, чтобы вытащить вашу жалкую команду с самого дна этого убогого округа… — Эй! — Бойд выглядел так, словно готов был уже перегнуться через стол и врезать пацану. Так же, как и Гордон с Йи. — Оу, но я ведь не сказал ничего такого, чего Кевин сам уже не повторял дюжину раз, — заметил Джостен с чрезмерным удовлетворением. — Всё это время он ведь публично заявлял, что собирается исправить вашу жалкую команду, что сделает вас лучше, потому что он Кевин Дэй. — Когда Джостен посмотрел на Кевина, его улыбка наконец исчезла, уступая место чему-то жестокому и беспощадному, позволяя всей ненависти и презрению, которые тот явно испытывал к нападающему, наконец выйти наружу. — Вот только Дэй не более чем бракованный товар, который сбегает при первом появлении проблем и чья верность принадлежит игре, но никак не людям. — С его губ сорвался злорадный смешок, когда он небрежно махнул рукой в сторону Эндрю, который безучастно смотрел на него на протяжении всего этого, надо признать, впечатляющего словесного разгрома. — Который не способен ни на что, если рядом нет этого обдолбанного, разрушающего всё отброса общества, которому плевать, победит ваша команда или проиграет. Просто посмотрите, как он играет… или не играет. Даже он считает вас никчёмными. В конце концов, именно поэтому он выбрал вас. Миньярд знает, что настоящая команда не станет долго терпеть такого травмированного неудачника, как он. Пока Лисы сидели в ошеломительной тишине, а Вороны довольно ухмылялись, Эндрю наклонился вперёд над столом. — Поосторожнее, Нат. Ты правда хочешь перейти на личности? Джостен даже не дрогнул от упоминания своего настоящего имени, однако Патель бросила на своего «друга» недоумённый взгляд. — Я уже говорил это: ты больше ничего не сможешь мне сделать. Не теперь. Ты и так уже нанёс свой лучший удар, — произнёс Джостен, и то самое выражение полнейшего отвращения вновь появилось на его лице. — И они называют тебя монстром? Да ты просто жалкий позёр, который пытается убедить всех, что его надо бояться, лишь бы никто не увидел, какой ты на самом деле слабый и грязный, Доу, — язвительно бросил ублюдок. — Как только они это поймут, никто из них не останется рядом с тобой, что бы ты ни делал. На мгновение Эндрю застыл, пока смысл сказанного доходил до его сознания, а наркотик в крови удерживал на месте, но стоило ему наконец дёрнуться вперёд, чтобы доказать Джостену, насколько тот не прав, рядом тут же оказалась Рене. Она смогла удерживать его достаточно долго, чтобы Бойд успел вскочить со своего места и присоединиться к ней. — Эллисон, беги за Тренером! О боже, позови Тренера! Всё это время, пока Эндрю изо всех сил пытался вырваться, Джостен самодовольно ухмылялся, потягивая свою воду, словно ничего в этом мире его не волновало. Рядом смеялся Рико, а Кевин дрожал от страха.

***

Нил смотрел на то, как Лисов увёл прочь их разъярённый тренер, а их места тут же заняла кучка сбитых с толку тренеров других команд. Вскоре прибыла последняя команда округа, и тренер Блэквелла произнёс скучную речь о прошедшей части сезона, после чего на столы наконец подали еду. Им пришлось торчать за одним столом с Дэвидом Ваймаком из Лисов, который, сидя на противоположной стороне, сверлил взглядом ухмыляющегося Рико… Однако Тэцудзи тоже был тут, а потому этот бесполезный тренер мало что мог бы сделать. Ощущая беспокойство из-за отсутствие Жана рядом, Нил ковырял вилкой запечённую куриную грудку на своей тарелке (интересно, о чём это говорит, если в этот момент он и правда скучал по дешёвому рамену?) и вздрогнул, когда Марли пихнула его в бок. — За сегодняшний день я видела, чтобы ты ел всего один раз, и то это был лишь граноловый батончик с арахисовым маслом и смузи. Так что съешь ещё пару кусочков, пока наш французский кошмар не вернулся и не начал придираться ко мне, хорошо? — Ты хотела сказать, не начал придираться ко мне. — Нет, ко мне, — вздохнула Марли, и Мэг взглянула на них с лёгкой улыбкой. — Каким-то образом он точно свалит всю вину на меня, и я буду драить этот чёртов пол этой ночью. — Хм, может быть, — Нил откусил кусочек курицы, которая была пусть и слегка пережарена, но в целом не так уж и плоха, и сделал вид, что не замечает любопытный взгляд, который на них бросал главный тренер Медисона. — Воу, а я уже и забыл, какова на вкус паприка. — Даже не напоминай мне об этом, — простонала Марли, тоже откусив кусочек, пока Мэг попыталась сдержать смешок. — Я уже близка к тому, чтобы устроить набег на кухню и тайком пронести немного паприки в Гнездо. — Ого, это ведь нелегальная контрабанда, — пробормотала Мэг, и с другой стороны от неё хихикнула Лау. — Ты сумасшедшая. — Эй, никто ещё не проваливал допинг-тест из-за паприки, — раздражённо бросила Марли. — Я остаюсь верна своим маленьким слабостям. — Съев ещё немного курицы, она взглянула на Нила. — Ты собираешься объяснить нам, что это было? — тихо спросила она. — Я знаю, что… то есть нам ведь сказали, что мы должны делать, — добавила она, имея в виду полученные в автобусе приказы Рико. — Но ты, кажется, слегка переусердствовал в конце. Нил попробовал немного рисового пилафа, обдумывая, что ей ответить. — Потому что они это заслужили, — твёрдо произнёс он. Всё, что он сказал (на этот раз), было правдой — и не без причины. Ему едва удавалось спокойно сидеть на этом неудобном стуле, особенно после целого дня в автобусе — и всё это из-за Дэя и Миньярда. И после этого эти двое хотели сесть напротив него и спокойно наслаждаться вечером? Дэй серьёзно ожидал, что сможет безнаказанно сбежать от Рико? А Миньярд — причинить боль Жану? Ну уж нет. Марли пару секунд внимательно смотрела на него, прежде чем кивнуть. — Ладно, значит, заслужили. В любом случае, от того блондина у меня мороз по коже. — Она слегка поёжилась, прежде чем откусить ещё немного курицы. — Это ведь был Эндрю Миньярд, да? Рене говорила, что он хороший. — Возразила Мэг, проткнув лист салата вилкой. — Ты всех считаешь хорошими. — Фыркнула Марли. — А ведь даже я слышала истории о Миньярде. Упоминание этого имени заставило Ваймака посмотреть в их сторону, но Джостен одарил того своей холодной улыбкой, и мужчина вновь отвёл взгляд. — Он психопат. — Ты его даже не знаешь. — Мэг нахмурилась, опустив взгляд на стол. — Может, он… — Он отправил четырёх человек в больницу, и именно поэтому сейчас сидит на психотропных препаратах, — сообщил ей Нил. — А до этого был в колонии для несовершеннолетних. Хочешь знать, как произошло наше знакомство? Он сбил меня с ног моей же грёбаной клюшкой, а потом ещё и насмехался, — процедил он сквозь стиснутые зубы, вспоминая, как близок был к тому, чтобы сбежать из раздевалки, прежде чем его бы заметил Кевин. Тогда у него был бы ещё день или два форы перед людьми Мориямы, и он смог бы успеть добраться до Мексики, даже с учётом поста на форуме. Подняв взгляд, Мэг уставилась на него с открытым ртом, совсем позабыв о своём бедном салате, в то время как Марли одарила его ещё одним оценивающим взглядом, словно догадываясь, что за этой историей скрывалось нечто большее. — Так что, может, я и правда не очень хорошо его знаю, — да, он не знал Миньярда лично, но того, что он знал, уже было достаточно, чтобы хотеть видеть его подальше и страдающим. — Но я с уверенностью могу сказать, что он заслужил всё, что с ним произошло этим вечером, и даже больше. Они обе помолчали. Мэг сделала глоток воды, а Марли посмотрела туда, куда ушли Лисы. — Ну что ж, тогда вычёркиваю его из моей танцевальной карточки на вечер. Это заставило Мэг рассмеяться, а Нила — вздохнуть, прежде чем он с трудом проглотил очередной кусочек курицы с картофелем. — Ну а что? — Марли ему подмигнула, накалывая на вилку глазированную морковь. — Я обожаю мучить невысоких парней на танцполе. Это так забавно, когда они пытаются вести, а сами едва достают мне макушкой до носа и страшно смущаются, стараясь не пялиться на мою грудь. — Какую еще грудь? — насмешливо протянул Нил. Марли была высокой и стройной, так что подкол был не совсем справедлив… Однако и пышных форм у неё тоже определённо не было. — Ха, ха. — Марли бросила в него кусочком своей булочки, пока Мэг старалась сдержать смех, прикрывшись салфеткой. — Ты тоже вычеркнут из танцевальной карточки, Коротышка. — Думаю, как-нибудь переживу. Но что ещё за танцевальная карточка? Выражение лица Марли стало задумчивым, словно она на миг погрузилась в воспоминания. — Моя мама смотрела все эти старые фильмы, чтобы подтянуть свой английский. Она говорила, что грамматика в них лучше, чем в современных. К тому времени, когда я появилась, её английский уже был очень хорош, но поскольку она их просто обожала, мы всё равно смотрели их вместе. Мэг кивнула, проводя пальцами по стакану с водой. — Мы с мамой тоже всегда смотрим романтические фильмы вместе. Неважно, насколько они слащавые и нелепые, она любит эти счастливые концовки, и я тоже. Это наше «девичье время» по воскресеньям. — Её улыбка померкла, когда она взглянула на стол Воронов. — Точнее, было. Нилу было нечего на это сказать — по крайней мере, ничего, что он, правда, мог бы сказать. Не говорить же, что у них с матерью не было возможности смотреть какие-то фильмы, потому что изначально в Балтиморе это запрещал отец? Что они не могли ходить в кинотеатры, а Нилу (Натаниэлю) не разрешалось даже включать телевизор в том ужасном доме. А все последующие годы они были слишком заняты, пытаясь выжить в бегах. Пару раз бывало, они прокрадывались в кинотеатр, чтобы сбить кого-то со следа, но либо сразу же уходили, либо это был один из тех дешёвых круглосуточных кинотеатров с артхаусным кино, на грани с порнографией, и Нил не обращал никакого внимания на происходящее на экране, так как был слишком занят тем, чтобы убедиться, что никто не собирается перерезать горло ему или его матери. Рассказать им, что единственное, что у них с матерью было общего, — это понимание, каково быть жертвой насилия и ненависти со стороны того, кто должен был любить и защищать? Что она учила его терпеть боль, отбрасывать всё, что не могло бы помочь ему пробежать чуть дальше и остаться на ногах чуть дольше. А ещё — именно она научила его лгать. Что, в конце концов, хоть он и подвёл её, мать обучила его всему, что было необходимо, чтобы выжить в Гнезде и быть Вороном, и только это теперь имело значение. Но прежде чем он успел что-то сказать, Марли тихонько промычала, вновь оглядываясь вокруг. — Ну что ж, великий «папричный» рейд. Как думаете, где здесь кухни? Услышав это, Мэг вновь просияла, и её лицо исказила гримасса, которая, как понял Нил, вероятно, была попыткой изобразить хитрое выражение лица. Мэг… Мэг не умела хитрить (неужели этому ребёнку вообще не привили ни одного полезного жизненного навыка?). — Мы могли бы расспросить кого-нибудь из игроков Блэквелла. Сказать что-нибудь о том, что наша кухня… «Даа, определённо никаких полезных навыков», — подумал Нил с нарастающим отчаянием. — Проще всего — подкупить обслуживающий персонал, — подсказал он этому безнадёжному случаю. — Это паприка. Улыбнитесь, дайте им десятку и скажите, что это для какого-нибудь дурацкого спора — и они не надумают ничего лишнего. Ещё один способ — проследить за кем-то из них, когда они убирают столы, и сделать вид, что заблудилась и ищешь туалет, а потом подождать, когда у них будет перерыв, пробраться внутрь и стащить нужное самой. Но всё же лучше выбрать первый вариант. — Хм, — Марли задумалась об этом, глядя на Тэцудзи, который с вечно мрачным выражением лица вёл диалог с тренером Брекенриджа. — Раз уж нам нельзя сходить в продуктовый магазин самим… Хорошо, что я всегда готовлюсь заранее. Она наклонилась, чтобы снять правый туфель. Взглянув вниз, Нил заметил, что, несмотря на неудобство, Марли умудрилась засунуть в свою обувь немного сложенных купюр и кредитную карту, ведь ни одной девушке-Ворону не разрешали брать с собой сумочку. — Папа постоянно говорил мне и Мэдди никогда не выходить из дома без средств, чтобы как-то добраться домой. Должно быть, здорово — иметь родителей, которые действительно заботятся и присматривают за тобой, как родители Марли заботились о ней, её братьях и сёстрах. Нил почувствовал острый укол зависти из-за этого, но Марли не виновата, что её родители сделали всё, чтобы она выросла в безопасности и благополучии. И тем не менее они всё же позволили ей стать Вороном. Они знали недостаточно, чтобы этому помешать, хотя Нил подозревал, что Марли в любом случае настояла бы на своём, несмотря на любые их сомнения. — Ну что ж, похоже, операция «паприка» начинается, — произнёс Нил, откинувшись на спинку стула и стараясь не поморщиться. — Ну и бунтарка же ты. — Хм, интересно, найдётся ли у них там ещё гарам масала… Я бы тогда им ещё десятку сверху накинула, — размышляла вслух Марли. — А еще бы приличный порошок чили... — А я бы убила за хорошую плитку шоколада. — Когда Нил и Марли удивленно уставились на Мэг, та лишь пожала плечами. — Что? Я серьёзно. Я уже так давно сладкого не ела, — добавила она, оживившись, и огляделась по сторонам. — Как думаете, они будут подавать какие-то десерты? — Удачи тебе протащить это мимо, сама знаешь, кого, — Марли многозначительно посмотрела на Рико, который разговаривал с парочкой тренеров, а затем на Тэцудзи. Пока она это делала, Нил увидел, что Жан, вроде бы, в порядке, и почувствовал некоторое облегчение. — Точно. — Мэг немного поникла. — Чёрт… Марли попыталась отвлечь свою напарницу, обсуждая с ней, к какому официанту стоит подойти для операции «паприка», пока Нил ковырялся в своей еде, окончательно потеряв аппетит. Довольно скоро тарелки заберут, а командам предложат пообщаться друг с другом… и ему придётся выполнить следующий список распоряжений Рико. У Нила не было никакого желания подводить этого придурка. Не то чтобы у него были какие-то возражения против того, чтобы расквитаться с Дэем и Миньярдом — учитывая, что они с ним сделали и чего ему стоили. А после прошлой ночи, после того как ему вновь пришлось пережить Фёдорова и Баутисту, после того как он увидел мучения и вину на лице Жана, и услышал его стенания от ночных кошмаров… Нет, Нил не собирался давать никаких поводов Рико вновь натравить на них старшекурсников. Если уж кому-то и придётся принять на себя основной удар безумия Рико, то пусть это будут Лисы.

***

Эндрю смотрел на то, как персонал разбирал ещё пару минут назад занятые людьми столы, придавая корту более «подходящий для общения» вид, пока ярость в его голове и венах боролась с действием таблетки, которую тот принял перед ужином. Ему по-прежнему нестерпимо хотелось вцепиться в горло Рико и придушить этого ублюдка, а затем схватить одного не-кролика (этого лжеца, ох, какого же лжеца) за плечи и трясти его, пока вся правда не вывалится наружу, пока все эти слои и маски не спадут, открывая настоящего Нила Джостена (Натаниэля Веснински). Вот только теперь всё это заглушало чертово раздражающее жужжание маниакальной энергии, и ему приходилось тратить почти все свои силы, чтобы просто продолжать стоять неподвижно. — Ты в порядке? — тихо спросила Рене. Он на это лишь фыркнул: — А ты как думаешь? Она ответила не сразу. — Этот Нил что-то имеет против тебя и Кевина. Те слова были с явным намерением причинить боль, и Рико был весьма доволен результатом. — Джостен — нахальный мелкий ублюдок, который ещё пожалеет о своих словах, — пообещал Эндрю. — И очень скоро, если не будет осторожен. Рене вздохнула и больше так ничего и не сказала, вероятно потому, что к ним подошёл Ваймак, одарив всех десятерых (плюс ещё двух бесполезных) суровым взглядом. — Вперёд, — сказал он, махнув рукой в сторону корта с танцполом и даже волейбольной сеткой. — Веселитесь. Или не веселитесь — мне плевать. Главное — никаких драк. Усвоили? Последняя часть, похоже, была адресована Эндрю — как оскорбительно. Остальным дважды повторять не пришлось, особенно тем, кто пришёл с парой — Уайлдс и Бойд, Никки и студент факультета искусств, Аарон и обречённая на скорое расставание Лисичка. Гордон попытался позвать с собой Рейнольдс, но та продолжала его игнорировать, и поэтому он ушёл один. Йи же вертелся рядом с Кевином. Рене бросила на Эндрю последний долгий взгляд, прежде чем подойти к Рейнольдс и уйти вместе с ней. Сощурив глаза, Ваймак посмотрел на Эндрю. — Проблемы со слухом? Ещё раз повторить? — Ох, тренер, — протянул Эндрю, подняв руки, словно сдавался, и пожал плечами. — Вы не представляете, как мы тут веселимся, просто отвал башки. Дайте минутку отдышаться, а то сердце из груди выскочит. Йи смотрел на него как на сумасшедшего, а Кевин тем временем оттолкнулся от стены и подошёл ближе, всё ещё слегка пошатываясь после второй порции водки, которую осушил, пытаясь прийти в себя после разноса от Рико и Джостена. — Даю вам ровно тридцать секунд, — рявкнул Ваймак. И примерно через двадцать Кевин уже направлялся в толпу вместе с идущими за ним Эндрю и Йи. Эндрю пожалел, что тоже не попросил у Эбби немного алкоголя, учитывая, что ему приходилось таскаться с двумя этими помешанными на экси, пока Кевин обходил все команды, чтобы пообщаться (кроме Воронов, конечно же). Пусть Кевин и не был самым общительным человеком, и в тот вечер не включал свою льстивую «медийную» персону (встреча с тем, кто годами измывался над тобой в той или иной форме, обычно оказывает подобное воздействие), он всё ещё оставался сыном Кейли Дэй и известным нападающим, так что другие игроки в экси охотно говорили с ним… по крайней мере, поначалу. В этот раз Кевин был более-менее сносным и не разговаривал с другими свысока, но он всё равно провёл большую часть своей жизни в Эдгар Аллане, в некой секте, коей являлось Гнездо, и ему было не о чем говорить, кроме экси. К тому же он ни с кем не церемонился, когда дело касалось спорта и чьих-то игровых способностей. Йи же, напротив, походил на надоедливого щенка, который изо всех сил старается всем понравиться, оказавшись среди кучи других игроков по экси, так что смотреть на это было тошно. Несколько игроков попытались заговорить и с Эндрю, протянув для рукопожатия руки, но тот в ответ лишь одаривал их одной из своих наиболее безумных улыбок, и они, поняв намёк, оставляли его в покое. Они провели так большую часть вечера, и пальцы Эндрю уже нервно постукивали по повязкам из-за потребности в никотине, когда он ощутил, как в правой штанине завибрировал телефон. Поскольку Никки и Аарон были заняты танцами, а Би упоминала, что собирается провести спокойные выходные дома, наверстывая чтение по работе, он не мог представить, кто бы мог ему написать. Достав телефон, он обнаружил сообщение от Рене, в котором та велела ему посмотреть в сторону волейбольной площадки. У импровизированной зоны для игры, где какие-то идиоты прыгали и били по мячу, Эндрю заметил стоящих в стороне Рене и Рейнольдс… а также стаю Воронов, прокладывающих себе дорогу сквозь толпу на корте. Было понятно, что Рене и Рейнольдс наблюдают за командой, пока та продвигалась вперёд клином, подобно их пернатым тёзкам, с Рико во главе. Было вполне очевидно, куда именно он направляется, особенно с этой хищной ухмылкой на губах. — Кевин, смотри, — позвал того Эндрю, пока его пальцы на мгновение сжались на повязках. — У нас, похоже, гости. Кевин выглядел раздражённым, что его прервали, пока не заметил приближение своей старой команды. — Прошу прощения, — сказал он нападающему из Брекенриджа, с которым только что разговаривал, и подошёл ближе к Эндрю. Йи тоже спешно подошёл следом. — Кто эта девушка? — спросил Йи, возясь с передней частью своей тёмно-синей рубашки, словно пытаясь её разгладить. — Та, что с длинными волосами, собранными назад? В ответ на это Эндрю одарил его равнодушным взглядом. — Не сейчас. Рико и его компания быстро приближались, однако ублюдок вдруг остановился где-то в дюжине футов от них, в то время как остальные его прихвостни двинулись дальше, пока окончательно не отрезали Эндрю, Кевина и Йи от толпы. Впечатляющий обходной манёвр и ещё одно доказательство того, что Рико всё это спланировал заранее. По опыту Эндрю, все те, кто считали себя такими уж умными, обычно в конце концов всегда заканчивали хреново. И, как правило, именно он оказывался тем, кто доводил их до этого. Когда улыбка Рико стала шире и он сделал шаг вперёд, всё это «хреново» началось с того, что Бойд вклинился между Воронами с собственной хищной улыбочкой на лице, а прямо следом за ним шла Уайлдс. Эндрю предположил, что Рене или Рейнольдс предупредили этих двоих о том, что затеяли эти мерзкие пташки. — Мэтт Бойд, основной защитник Лисов, — представился Бойд, словно они и без того уже не знали, кто он. — Тот, кто разнесёт ваши ворота уже в этом октябре. Приятно познакомиться. — Он небрежно махнул рукой, словно для рукопожатия, но ничуть не удивился, когда никто её не пожал. — Я смотрю, приятно только мне. — Ещё бы, — фыркнула стерва-нападающая Воронов, скривив свои красные губы, — учитывая, что твоя подружка — проститутка. — Стриптизёрша, — поправила Уайлдс, шагнув вперёд и обняв Бойда за талию, держа свои туфли на высоких каблуках в правой руке. — Надеюсь, ваших умственных способностей хватает на то, чтобы различать эти две профессии. В противном случае я опасаюсь за вашу успеваемость в универе, — сказала она с насмешкой, в то время как Бойд, сияя, смотрел на неё, словно гордясь. — Хеннесси, да? — спросил один из нападающих. — Какое подходящее имя для столь неукротимой души. — Судя по тому, как он в тот момент пялился на грудь Уайлдс, интересовала его вовсе не «душа». Что показалось Эндрю любопытным, так это то, что Джостен не стал присоединяться к издёвкам над Уайлдс, а вместо этого лишь молча смотрел пустым взглядом на своих товарищей, словно не одобряя их действий. Стоящая рядом с ним Патель тоже была явно не рада всем этим оскорбительным разговорам, но, похоже, из-за того что Джостен крепко держал её за правое запястье, воздерживалась от каких-либо комментариев. — Мы даже немного расстроились, что ты сегодня не выступала, — сказал один из парней с похотливым прищуром, медленно скользя взглядом по фигуре Уайлдс. — Так хотели посмотреть твоё шоу. Всё это время Уайлдс стоически это терпела, даже когда было похоже, что Бойд уже готов начать ту самую драку, которую Ваймак велел всем им избегать. Она удержала своего парня, не дав тому накинуться на Воронов (и начать то, что, как был уверен Эндрю, Вороны закончат. Рене была права — Рико, казалось, был полон решимости спровоцировать их на что-то и, похоже, имел какую-то поддержку от КРЭ). Вместо этого Уайлдс быстро похлопала Бойда, чтобы он немного отступил, и, улыбаясь этому похотливому ублюдку-Ворону, сделала шаг вперёд. Ворон торжествующе ухмыльнулся Бойду, когда девушка подошла ближе, а затем наклонился, чтобы понюхать её шею, словно какой-то пёс… И тут же с жалобным писком сложился пополам, когда Уайлдс со всей силы врезала каблуками ему в пах. Патель расплылась в довольной улыбке, и даже Джостен приподнял бровь от такого зрелища. Он тут же убрал это выражение со своего лица и дёрнул за руку девушку, чтобы она тоже взяла эмоции под контроль, однако Эндрю всё же успел уловить это, в отличие от остальных: другие Вороны морщились или вовсе отворачивались от своего товарища, согнувшегося в агонии. — Да, Хеннесси, — с явным удовольствием произнесла Уайлдс. — Порадует тебя, если ты готов заплатить, но если перейдёшь границы, наутро мало не покажется. Извини, бренд есть бренд. Надеюсь, на первый раз прочувствовали, уёбищные вы ублюдки! — сказала она всем, возвращаясь к сверлящему всех взглядом Бойду. Было похоже, что нескольким Воронам ещё было что сказать, но Тэцудзи Морияма наконец решил вмешаться. — Кевин Дэй, — сказал он, вставая рядом с теперь уже насупившимся Рико. Выражение его лица было бесстрастным, чёрные волосы с сединой были зачёсаны назад, и одет он был тоже во всё чёрное. Старший Морияма был на дюйм-другой выше племянника и, несмотря на свои пятьдесят с лишним, всё ещё оставался в отличной форме. И, пусть он и не казался внушительным внешне, стоящий рядом с Эндрю Кевин снова задрожал, сосредоточив всё своё внимание на бывшем тренере/мучителе. — Хозяин, давно с вами не виделись. — Страх, который Кевин испытал при виде мужчины, заставил его голос дрогнуть. Всего одно движение руки Тэцудзи Мориямы — и Вороны мигом сдвинулись, отрезая Эндрю и Кевина от остальных. Эндрю одарил Джостена ледяным взглядом, когда этот не-кролик встал рядом с ним, а затем заметил, как Кевин, дезертир, подошёл к Тэцудзи. Мужчина протянул правую ладонь, и Кевин, поколебавшись мгновение, вложил в неё свою левую руку. Тэцудзи начал рассматривать её, словно проверяя шрамы. Его лицо при этом оставалось таким же бесстрастным, как и прежде. Когда Эндрю попытался подойти к Кевину, Джостен и Моро тут же преградили ему путь. — Хозяин желает поговорить с Дэем наедине, — сообщил ему Джостен, на лице которого вновь появилась та самая издевательская улыбочка, а несколько прядей волос соскользнули на лоб. — Мне плевать, — ответил Эндрю со своей собственной колкой усмешкой. — С дороги. — Не выйдет, — сказал Джостен, не двигаясь, пока Моро рядом с ним, похоже, уже готовился к тому, что последует дальше. — Не помнишь, чем это закончилось в прошлый раз? — спросил Эндрю, пальцами правой руки касаясь левой повязки, скрытой под рукавом чёрной рубашки. Проскользнув под свободный манжет, он начал медленно высвобождать нож. — Я помню, как ты не смог пройти мимо меня, да, — Джостен ещё мгновение улыбался, прежде чем это выражение сменилось чем-то слишком зрелым для человека, который якобы был на год младше Эндрю. — Убирайся. Ты получишь Дэя обратно, когда Хозяин и Рико закончат с ним, не раньше. — Вот только я хочу его обратно прямо сейчас, — с широкой ухмылкой сказал Эндрю. Его пальцы чуть заметно подергивались, а взгляд был прикован к ледяной голубизне чужих глаз. — Ох, Доу. Я думал, ты уже привык не получать желаемое, — насмешливо произнёс Джостен, в то время как Патель подошла к ним, встав с другой стороны от Моро. Выражение лица девушки было таким же бесстрастным, как и у француза. — Позволь мне открыть тебе секрет, — произнёс он наигранным шёпотом, слегка наклонившись вперёд. Его взгляд всё ещё был прикован к Эндрю, а улыбка стала ещё острее, словно парень упивался тем, что собирался сказать. — Если тебе приходится изображать дружбу с кем-то, на деле являясь лишь сторожевым псом, — то это не дружба, а прислуживание. Ты ничто иное, как жалкий прихвостень, ещё одна жертва в длинном списке тех, кого использовал Дэй. Я бы сказал: «Добро пожаловать в клуб», — вот только ты ведь сам охотно вступил сюда, не так ли? Проигнорировав слова, которые, как он знал, были сказаны, чтобы причинить ему боль, заставить его сомневаться в Кевине и надавить на страхи, которые он давно похоронил, Эндрю вынул нож и резко бросился вперёд. Послышался выкрик на французском. Патель дернулась к Джостену; однако всё, что сделал этот лживый ублюдок, — это рассмеялся, когда лезвие ножа снова уперлось ему в горло. В этот момент что-то кольнуло Эндрю в левое бедро, в опасной близости от паха, заставив его замереть. — Бедренная артерия, — произнёс Джостен, совершенно не страшась ни ножа у своего горла, ни руки, сжимающей переднюю часть его дорогой рубашки. — Видел когда-нибудь, как человек истекает кровью, если её перерезать? — Судя по тьме, застывшей в его бледных глазах, по твёрдости руки, державшей нож, и по тому, что он умалчивал… Джостен видел. Веснински видел. — Это, по крайней мере, быстро. А вот облажаться с разрезом на шее будет довольно просто. Он чуть наклонил голову к ножу Эндрю — недостаточно, чтобы дойти до кровопролития, но вполне достаточно, чтобы показать, что он всё так же бесстрашен, как и в прошлый раз. — Или ты можешь дёрнуться, вывести меня из себя — и я слегка смещу лезвие в сторону. Как насчёт того, чтобы стать Энни, хм? — Улыбка, которой он одарил Эндрю в тот момент, была настолько дикой и полной мрака, что Эндрю понял — все маски окончательно сорваны. Понимал ли Рико, на что он поставил татуировку? Что держал взаперти в Гнезде? — Я утащу тебя за собой, — пообещал Эндрю, будучи уверенным, что не погибнет в одиночку. — Думаешь, мне не наплевать? — парировал Джостен, не моргая и даже не пытаясь отодвинуться от ножа Эндрю или отвести свой собственный клинок от его бедра. — Боже, Нил, что ты делаешь? — хриплым голосом спросила Патель; от шока её глаза были широко раскрыты. — Просто… прекрати это, пожалуйста! Просто… — Моро протянул руку и быстро сжал её плечо, чтобы заставить смолкнуть. Эндрю дёрнулся только от одного этого слова и был вынужден заставить себя замереть, когда почувствовал, что лезвие вонзилось в него чуть глубже. — Твоя девушка расстроена. Только глянь, что ты наделал. Улыбка Джостена ничуть не дрогнула. — Она не моя девушка. И я бы сказал, что это то, что сделал ты. Находясь так близко к нему, Эндрю смог разглядеть что-то неладное на лице не-кролика, а именно — смутное тёмное пятно на его правой щеке. — Опять ты за своё, — вздохнул Эндрю, отложив пока это наблюдение на потом. — Ну и что с того, что мы с Кевином пытались завербовать тебя, подумаешь. Мы… — Только потому, что я отказался подписать с вами контракт, вы решили к херам мне всё испоганить, не так ли? — На мгновение Джостен надавил на нож чуть сильнее — достаточно, чтобы Эндрю почувствовал, как по внутренней стороне его левого бедра скатились одна или две капли крови. Если бы он не был так сбит с толку словами Джостена и его привлекательным лицом, оказавшимся так близко к его собственному, он бы уже нанёс ответный удар, но в тот момент ничего не имело смысла. — Тогда, в Аризоне, ты ясно дал понять, что обо мне думаешь. Поэтому я, разумеется, не был удивлён, когда узнал, что это ты стоял за тем постом на форуме. Только потому, что в твоей жизни всё в полном дерьме, ты решил испоганить и мою? — Он злобно прорычал ещё что-то на французском, отчего Моро посмотрел на него с тревогой. Джостен думал, что это Эндрю сделал пост на форуме? Тот пост, который выложил Гордон? Прежде чем Эндрю успел что-то сказать (а хотел ли он вообще что-либо говорить?), к ним уже, пошатываясь, направлялся Кевин. Его лицо было бледным, а левая рука прижата к груди. Похоже, это и было сигналом, которого всё это время ждал Моро. Протянув руку, он положил ладонь на правое плечо Джостена, заставив ублюдка отступить, даже несмотря на то что нож Эндрю оставил неглубокую царапину на его горле. Моро быстро притянул Джостена к себе, а Патель встала перед ними, словно прикрывая этих двоих от Эндрю. Её полный яда взгляд был направлен на него, пока он вытирал свой нож о штаны. — Ты конченный придурок, — гневно выплюнула девушка, сжимая кулаки. — Так это ты сделал? Что, может, ещё и щенков пинаешь в свободное время? Детей ради забавы избиваешь? — Забавно, — бросил он ей, прежде чем убедиться, что в случае с Кевином ущерб был лишь эмоциональным — как и всегда. — Мы закончили. На сегодня я исчерпал свой лимит идиотов. — Ну так вперёд, шуруй, недоразвитый обезьяноёб! Эндрю остановился, хмуро глядя на девушку, которая продолжала сверлить его взглядом, в то время как Моро и Джостен, похоже, были удивлены этой её внезапной вспышкой. Ладно, это определённо было чем-то новеньким для него, но, каким бы забавным ни был этот обмен оскорблениями и заблуждениями, а также перспектива возможной кастрации (в целом вечер выдался на редкость любопытным), пора было уходить с этой вечеринки. Развернувшись, они с Кевином обнаружили, что стена из Воронов начала расступаться. Похоже, Тэцудзи и Рико уже сделали всё, что планировали (вероятно, вбили Кевину в голову мысль о том, что он никогда не станет тем, кем был раньше, что у него нет будущего без Воронов, и поэтому он должен вернуться в Эдгар-Аллан и бла-бла-бла. По правде говоря, то, что его обозвали «недоразвитым обезьяноёбом», вероятно, станет главным событием этого вечера для Эндрю). Сильнее сжав нож, наполовину спрятанный в правом рукаве, Эндрю оглянулся через плечо, но обнаружил, что Джостен всё же не собирался нападать на них с Кевином, а скорее просто направлялся мимо, вместе с Моро и поэтичной Патель, идущими за ним по пятам. Посмотрев вперёд, Эндрю тут же догадался, что причиной этому стала та самая «длинноволосая девушка», зажатая теперь между Гордоном и Йи. — …е разговаривай с ней так, — кричал Йи на Гордона, который слишком близко наклонился к девушке-Ворону (Кёртис — Эндрю узнал её по тем постам в Инстаграме), и, похоже, та была явно не в восторге от такого внимания. — Не слушай его, — поспешно произнес он этой новенькой полузащитнице. — Он просто придурок. — Пошёл нахрен, — огрызнулся Гордон, потянувшись рукой к плечу Кёртис. — Так вот, если… Джостен практически врезался в Гордона с той самой зловещей улыбочкой на свом лице. — Даже не смей к ней прикасаться, — почти вежливо произнёс он, выворачивая правую руку Гордона назад. — Попробуешь сделать это снова, и я сломаю тебе руку. — Нил, всё в порядке, они просто… эм… всё в порядке, — дрожащим голосом сказала Кёртис и поспешила подойти к Патель. — Нет, мы увидели достаточно, — сказала Патель, обнимая свою партнёршу за плечи. — Пусть сломает этому ублюдку руку. А Эндрю ещё думал, что она когда его ругала была зла. Ха. — Отпусти меня, ты… агх! — Несмотря на то, что Гордон был почти на фут выше Джостена, он согнулся пополам от жёсткого захвата своей правой руки. — Чёрт! — Я же говорил тебе оставить её в покое! — самодовольно проговорил Йи, совершенно не заботясь о том, что его товарищ по команде может остаться калекой. — Вот что бывает, когда ведёшь себя как мудак. — Я… те… тебе з-задницу на… надеру, — с трудом выдавил Гордон, когда Джостен ещё сильнее выкрутил ему руку. — Хм, это вряд ли. — Джостен надавил ещё сильнее, и Гордон вскрикнул от боли. Уайлдс приблизилась, собираясь вмешаться, но Рене схватила её за руку и отрицательно покачала головой, избавив Эндрю от необходимости влазить в это. По его мнению, Гордон вполне заслужил того, что получил. — Нил, пожалуйста, не надо, — позвала того Кёртис. Джостен, казалось, не обращал внимания ни на неё, ни на собравшихся вокруг Воронов и Лисов, до тех пор пока Моро не прижался к его спине и не зашептал ему что-то на ухо. — Увижу тебя ближе чем в пяти футах от неё снова — лишишься руки, — прошипел Джостен, отпуская запястье Гордона. В его голос вновь вернулись тьма и жестокость. Выпрямившись, Гордон попытался ударить в ответ, но мелкий ублюдок был слишком быстрым и уже находился вне пределов его досягаемости. Пошатываясь, тот сделал ещё шаг или два, но Моро, с громким фырканьем, оттолкнул Гордона, выведя того из равновесия. Уайлд поспешно стала перед лицом этого придурка-нападающего, в то время как Вороны уходили прочь, возвращаясь к Тэцудзи и Рико. — Что это, чёрт возьми, было? Сет? — Когда в ответ тот лишь гневно уставился на неё и отпрянул назад, она сердито выдохнула и повернулась к Йи. — Ну? Йи бросил недовольный взгляд в сторону Гордона, показав тому средний палец. — Я решил пообщаться с той девушкой — Мэг. Её зовут Мэг, и она милая. — Улыбка на лице Йи в этот момент была настолько нелепой, что у Эндрю появилось желание врезать ему. — Я знаю, что её зовут Мэг, и она первокурсница. Почему Нил пытался оторвать Сету руку? — сквозь зубы прошипела Уайлдс. — Да, Сет, — Йи принялся сверлить нападающего взглядом. — Мы просто разговаривали, пытались узнать друг друга получше, а Сету приспичило подойти и начать вести себя как последний мудак. Вероятно, именно это и выбесило друзей Мэг. Уайлдс явно не обрадовалась, услышав это, — собственно, как и Рейнольдс, и стоящая рядом с ней Рене. — Ладно, к чёрту. Тема закрыта, правильно? — спросила Уайлдс, отведя взглядом остальных: Кевин энергично закивал, Йи кивнул, хоть и с неохотой, Рене и Рейнольдс тоже согласились, а Гордон просто игнорировал их всех. — Кенни, помоги Мэтту найти Аарона и Никки, хорошо? Тренеру нужно попрощаться с остальными, а Эбби подгоняет для нас автобус. — Хорошо. Йи выглядел немного расстроенным, вероятно, из-за всей этой истории с «Мэг», но для него было бы лучше к этому привыкнуть — эта девушка была Вороном, к тому же явно не из его лиги. Она была Вороном. Направляясь через корт к гостевым раздевалкам, где они оставили свои вещи, Эндрю задвинул подальше мысли о первокурснике и толкнул Кевина локтем в бок. — Чего от тебя хотел Тэцудзи? Кевин покачал головой, пряча руки в карманы своих брюк. — Сказать мне, что они пока ещё держат для меня место в Эдгар-Аллане, но оно не будет ждать меня вечно. Что если я вернусь сейчас, меня допустят к тренировкам, и тогда я, возможно, со временем смогу пробиться обратно в команду, пусть и не буду больше частью Идеального Корта. — Он снова покачал головой. — И примерно тогда к нам подошёл Ваймак. Приятно знать, что их тренер бывал не так уж и бесполезен. — А что насчёт тебя? Чего хотел Нат… эм, Нил? Несколько секунд Эндрю молчал, пряча нож обратно под повязку. — В основном, чтобы я не прерывал вашего маленького воссоединения. Но, кажется, теперь я знаю, почему он так меня недолюбливает. Всему виной был Гордон — Джостену всё же стоило сломать нападающему руку, пока у него была такая возможность. — Что ж, мы наткнулись на него, и вскоре после этого он оказался в Эдгар-Аллане, — напомнил ему Кевин. — Так что это объяснимо. Вот только всё оказалось куда очевиднее, и у Эндрю было ощущение, что в этом недоразумении стоило винить одного определённого Ворона. Уж слишком охотно кто-то делал так, чтобы Джостен пустил в ход свой острый, как бритва, язык, разнося в клочья Кевина и держа Эндрю на расстоянии, пока Рико делал всё возможное, чтобы затащить Кевина обратно в Эдгар-Аллан. Эндрю определённо ошибался, считая Джостена кроликом, а это означало, что до следующей их встречи ему следовало разобраться, что этот парень на самом деле из себя представляет, потому как было очевидно: Рико создал оружие, нацелив то прямо на горло Эндрю (ну, почти). Только спустя уже где-то час, в автобусе на обратном пути в Пальметто, он понял, что именно так сильно встревожило его в тех тёмных следах на теле Джостена — его синяках. Тех самых, что были замазаны макияжем, который уже отчасти стёрся. Следах на его щеке и запястьях, напоминающих отпечатки чьих-то пальцев. Следах, которые, по опыту Эндрю, оставались после того, как кто-то слишком сильно сжимал их, удерживая на месте. Он вспомнил его прихрамывающую походку. Вспомнил ярость в голосе Джостена, когда тот говорил Гордону больше никогда не приближаться к Кёртис. На мгновение Эндрю показалось, словно всё лекарство мигом испарилось из его вен, он окаменел, а затем его захлестнуло волной всепоглощающей ярости. Сжав кулаки, он повторял себе, что ведёт себя нелепо, позволяя собственному прошлому влиять на несколько случайных фактов о человеке, которого он едва знал и которым был почти одержим. Что он ведёт себя как полный дурак. Это были лишь его домыслы. Кевин рассказывал о насилии в Гнезде, о том, как Рико избивал Моро, и жёстком режиме тренировок, через который проходили все Вороны, но не более. Эндрю просто накручивал себя. Ему стоило ещё поговорить с Рене, узнать, что скажут первокурсницы-Вороны после этих выходных, и внимательно следить за тем, что будет происходить дальше. А может, ещё и позвонить на тот новый номер в своём телефоне.