Сицилийский ветер забвения

***

Молния бесшумно шёл по тёмному переулку. День выдался тяжёлым — снова не удалось выйти на след Франческо. Погружённый в тяжёлые мысли, он почти не смотрел по сторонам, но внезапно замер как вкопанный. На земле, в тусклом свете одинокого фонаря, лежали два тела. Это были Майлз и Цундапп — те самые полицейские, что когда-то подставили Франческо. Мёртвые. — Твою мать... — едва выдохнул он. МакКуин приблизился, стараясь не касаться тел. На форме застыли тёмные пятна от пулевых ранений — кто-то стрелял безжалостно. Но были и другие следы — глубокие ножевые порезы, будто над ними жестоко издевались. Из кармана одного из офицеров торчал пакет с белым порошком. Дыхание МакКуина перехватило. — Неужели это... Не успел он договорить, как сзади раздался до боли знакомый голос. — Шедевр на миллион долларов, скажи? Молния резко обернулся. Перед ним стоял Франческо. На его лице играла хищная улыбка. Он медленно приблизился. — Это... ты сделал? — голос Монтгомери дрогнул, выдавая неуверенность. — Да, — едва кивнул Франческо. — Я же говорил, что отомщу всем, кто причинил нам боль. Каждый, кто тронет тебя или меня, умрёт мучительной смертью. Бернулли улыбнулся шире. В его единственном глазу плясал дерзкий огонёк. — Ты... — Монти почувствовал, как ком подкатывает к горлу, не давая говорить. — Зачем? Франческо лишь ухмыльнулся и дотронулся до его щеки. — Беги, амиго, пока тебя не заподозрили в убийстве! — крикнул он и словно растворился в воздухе. — В каком смысле? — растерянно спросил Молния. — Франческо! Внезапно он ощутил в руках что-то тяжёлое. Взгляд упал вниз: в одной руке — пистолет, в другой — окровавленный нож. Глаза МакКуина расширились от ужаса. — Нет... — прошептал он. — НЕТ! Он швырнул оружие на землю, будто обжёгшись, и снова посмотрел на тела мёртвых лежачих полицейских. Они лежали неподвижно, как и прежде. Монти охватила паника. Он бросился бежать вглубь переулка. Краем глаза он начал видеть обрывки прошлого, проступающие сквозь реальность, словно в разбитых зеркалах: они с Франческо в приюте... на улице... тот день в суде... А потом — самое страшное: смерть их родителей. Он видел хищную улыбку Вито Карлино, наслаждающегося хаосом, слышал крики, собственный детский плач и рыдания Франческо. — Ты решил встать на сторону закона, пытаясь вернуть справедливость, но не учёл одного, детектив, — раздался весёлый голос Себастьяна. — Франческо всё равно будет мо-и-и-и-м! МакКуин остановился. — Заткнись! — прорычал он. Перед ним стоял Себастьян, обняв за плечи Франческо. На лице Кастельвеккьо играла торжествующая ухмылка, а Франческо смотрел на Монти своим единственным глазом, не выражая никаких эмоций. — Франческо! Пожалуйста, пойдём со мной! Я дам тебе свободу, буду защищать! Только не уходи с ним! — умолял Монти. — Клянусь! — Я уже обрёл свободу, — прозвучало за его спиной. Молния обернулся. Это был Франческо. Его рука легла на плечо Монти. — Франческо... — едва слышно прошептал он. — Твоя одержимость поймать меня тебя же и погубит. Но я рад, что ты не забыл меня, — голос Франческо звучал пугающе спокойно. — Фран, я... — Монти сглотнул. Он хотел сказать ещё многое, но слова застревали в горле. — Выбирай, Монти, — продолжил Франческо. — Выберешь меня — выживешь и будешь счастлив. Выберешь закон — погибнешь в муках. Решение за тобой, амиго. МакКуин смотрел на него, не в силах вымолвить слово. — Выбирай. — Франческо... прости меня... я так виноват... — по щеке Монти скатилась слеза. Рука Франческо потянулась к его лицу и смахнула слезу. — Не плачь, Монти, — Франческо обхватил его лицо ладонями. Они стояли близко, карие глаза смотрели в голубые. — Ты правда думаешь, что сможешь меня вернуть? Он отпустил его и отступил на шаг. — Я уже не вернусь. Смирись. — Франческо, нет! — закричал Монти. — Я верну тебя! Клянусь! — Слишком поздно. Надо было раньше. Франческо сделал ещё шаг назад. — Постой! — Молния рванулся вперёд, пытаясь схватить его, но пальцы впились в пустоту. — Франческо! Не уходи, умоляю! Бернулли лишь улыбнулся. Когда Монти снова отчаянно попытался дотронуться до него, Франческо растворился в воздухе, словно его и не было.

***

Молния резко сел на кровати, с криком вырвавшись из сна. — Нет! Он провёл рукой по лицу, пытаясь прийти в себя. Это был кошмар. Только кошмар. — Я верну тебя, — прошептал он в темноту. — Любой ценой, Франко. На его щеке и плече всё ещё чувствовалось призрачное тепло от прикосновений Франческо. Взгляд Монти упал на стену, где на доске висел план поимки и несколько фотографий бывшего друга. — Я верну тебя. Даже ценой собственной жизни.

***

Монти безуспешно пытался сосредоточиться на бумагах, но мысли снова и снова возвращались к вчерашнему кошмару. Липкий ужас того сна мешал думать, и коллеги уже заметили его рассеянность. — Эй, Молния, — окликнул его один из детективов. — Босс вызывает. — Сейчас буду, — кивнул Монти, с трудом отрываясь от стула. Кабинет начальника находился неподалёку. Постучав и услышав сухое «Войдите», МакКуин переступил порог. — Синьор, вы меня звали? — сделал он несколько шагов вперёд. — Да, — босс не сразу обернулся, его взгляд был прикован к окну, за которым раскинулся город. — Молния, я ценю твой вклад. Твоему усердию нет цены. Он, наконец, повернулся к Монти. Его лицо было серьёзным. — Но я отстраняю тебя от дела Бернулли. И запрещаю в дальнейшем им заниматься. Монти будто током ударило. — Но... он же преступник! — попытался возразить МакКуин. — Его нужно поймать! Он... — Ты себя слышишь? — резко прервал его коп. — Бернулли теперь часть портовой мафии. Его тебе просто так не отдадут. А если он ушёл туда добровольно, то вернуть его уже невозможно. — Да его завербовал этот Себастьян! — выкрикнул Монти, теряя самообладание. — Он помог ему сбежать! Франческо не был бы таким! — Монтгомери, не смей повышать на меня голос, — холодно осадил его шеф. — Будет так, как я сказал. Если будешь упрямиться, лишишься работы. Я понятно объясняю? Молния, сжав кулаки, лишь молча кивнул. Перечить означало потерять всё. — Можешь идти. Выйдя из кабинета, Монти почувствовал, как ярость и обида сдавили ему горло. Приказ начальства был откровенно несправедливым. Но отступать он не собирался. Он поклялся себе, что вернёт Франческо. Любой ценой. Твёрдо решив продолжать расследование втайне ото всех, Монти мысленно поставил себе новую цель — не только закрыть дело, но и добиться прощения у того, кто когда-то был ему ближе брата.

***

День пролетел незаметно, сменившись глухим ночным мраком. Молния вернулся домой уставшим, но с твёрдой решимостью в сердце. Он не мог позволить себе откладывать — нужно было действовать сейчас. Усевшись за стол, он машинально потянулся к алкоголю, но рука вдруг дрогнула и резко отдёрнулась. — Чёрт возьми... — прошептал Монти, с силой потирая виски. — Что же делать? Ситуация заходила в тупик. Доказательств практически не было, несмотря на все его попытки докопаться до истины. — Всё безнадёжно! — он в ярости ударил кулаком по столу. — Ненавижу это! Его раздумья прервал отчётливый стук. Но звук шёл не от двери, а с балкона. Насторожившись, Монти схватил пистолет и осторожно двинулся навстречу. Резко распахнув занавеску и дверь, он никого не увидел. Лишь мелькнувшая в темноте тень да знакомый запах дешёвых сигарет. Он понял, кто это был. — Неужели... — выдохнул он. Взгляд упал на пол — там лежал конверт. Не ловушка ли? Схватив его, Монти ощутил вес и вернулся в комнату. Вскрыв пакет, он высыпал содержимое на стол: фотографии, отчёты, документы и письмо. В бумагах говорилось, что Вито Карлино, аристократ, презиравший «низшие классы», был действительно причастен к убийству их родителей. Доказательства против Майлза и Цундаппа, которые Монти годами безуспешно искал, тоже были здесь — с подробными деталями их участия в подставе Франческо. — Не может быть... Взгляд Монти упал на письмо. Оно было от Франческо. Дрожащими руками он развернул листок. «Здесь все доказательства моей правоты. Теперь ты знаешь, за что я убил Карлино и почему начал эту войну. Майлз и Цундапп — следующие. Не пытайся их судить или спасти — их судьба предрешена. Я не остановлюсь, ты это понял. Эти данные я нашёл в архивах давно, но смог передать только сейчас. Ты — единственный, кому я могу их доверить. Не пытайся помочь мне — это бессмысленно. Просто докажи, что не зря стал детективом. Живи дальше и не пытайся меня найти. Наши пути разошлись шесть лет назад. Вернуть прошлое невозможно. Передай документы в нужные руки — там разберутся. Теперь всё в твоих руках. Твой Франческо». Монти не отрывал взгляда от письма. Глаза предательски защемило, и по щеке скатилась слеза, упав на бумагу. — «Единственный, кому могу доверить»? — он сжал письмо в кулаке и швырнул его в стену. — Тогда почему ты не хочешь вернуться?! Почему всё должно быть именно так?! Монти в ярости ударил кулаком о стену, пытаясь успокоиться. — «Вернуть прошлое невозможно»... — он горько усмехнулся. — Может, ты и прав. Но я не могу смириться с тем, что ты стал монстром. Я всё ещё верю, что внутри тебя остался тот мальчишка из приюта... Прислонившись к стене, Монти закрыл глаза и тяжело вздохнул. Его голубые глаза снова открылись и уставились на фотографию на стене: они с Франческо, семнадцатилетние, с беззаботными улыбками, обнявшись. — И куда же ты делся, тот мальчишка из приюта? — прошептал он в пустоту.

***

Майлз и Цундапп шли домой поздней ночью, задержавшись на смене. Они оживлённо болтали, жестикулируя. — ...вот я ему говорю — не лезь туда, зря стараешься! — говорил Цундапп. — Да уж, ну и приключение тебе выпало, — усмехнулся Майлз. — Слушай, а давай заскочим в то кафе за углом? Там канноли* — пальчики оближешь. — Не возражаете, если составлю компанию? — раздался чужой голос прямо за спиной, почти у них в затылке. Полицейские обернулись. Перед ними стоял Франческо. В чёрном плаще, с непроницаемым лицом, он смотрел на них своим единственным карим глазом. На его губах играла лёгкая, почти неприметная улыбка. — Ты кто такой? — настороженно спросил Майлз. — Ой, а вы меня не узнали? Как жаль.. — с разочарованием ответил он. — Не беспокойтесь, я не причиню вам вреда, — спокойно парировал Франческо, делая шаг вперёд. Зрачки Майлза расширились — он наконец понял, с кем имеет дело. — Ты... Тот пацан из приюта, которого мы упрятали за решётку... — прошептал он. — Верно, — тихо кивнул Бернулли. — Я пришёл за вами. Не бойтесь, будет не больно. Как комар укусит. С этими словами он молниеносно достал два пистолета. Цундапп бросился вперёд, но выстрел опередил его — пуля впилась ему в живот. Он согнулся от боли, едва стоя на ногах. — Ах ты сволочь! — закричал Майлз, выхватывая табельный пистолет. Его выстрел прошёл в сантиметре от плеча Франческо, но тот даже не дрогнул. — Не советую, — холодно произнёс он и выстрелил из обоих стволов одновременно. Пули точно поразили цели: одна угодила Майлзу в плечо, другая — Цундаппу в голову. Тот рухнул на землю бездыханным. Майлз, истекая кровью, прислонился к стене переулка, пытаясь удержаться на ногах. — Я тебя... — прошипел он, направляя дрожащий пистолет на Франческо. Улыбка на лице Бернулли стала шире. — Вы слишком слабы. Как и ваша система, — прозвучало спокойно. — Таким, как вы, место в аду. Очередной выстрел настиг Майлза в грудь. Тот свалился рядом с напарником, хрипло дыша. Франческо присел рядом на корточки. — Запомни, — пристально глядя на умирающего, сказал он. — Вы недостойны жить. Расплата неминуема для каждого, кто посмеет тронуть меня или моего друга. Мне плевать, кто вы — полицейский или кто-то выше. Перед смертью все равны. Тот уже закрывал глаза, беззвучно шевеля губами. Франческо встал, хладнокровно добил его и Цундаппа несколькими выстрелами. — Вот так я это и представлял, — на его лице вновь появилась улыбка. — А теперь можно и за канноли. Себу они должны понравиться... Спрятав пистолеты и засунув руки в карманы, Франческо переступил через тела и спокойно зашагал прочь. Месть свершилась. Те, кто сломал ему жизнь, уничтожены. Что может быть лучше?