Сицилийский ветер забвения

***

Себастьян развалился на кровати, беззаботно листая ленту в телефоне в ожидании напарника. И словно по заказу дверь отворилась, и в комнату вошёл Франческо. В его руке красовался пакет с канноли — побольше, ведь он знал сладкоежку Себастьяна. Себ моментально вскочил, отбросил телефон и подлетел к Франческо. Его глаза загорелись. — О-о-о, мои любимые канноли! — с искренним восторгом выдохнул он, выхватывая пакет. — Ты лучший напарник на свете! С этими словами он обнял Франческо. Тот не сопротивлялся, но и не ответил на объятия, лишь закатил единственный глаз. — Себ, хватит формальностей. Это просто канноли, — пробурчал он. — Просто?! — возмутился Себастьян. — Это пища богов! Ты же прекрасно знаешь, как я к ним отношусь! — Знаю, — не стал спорить Франческо. — Ты ещё тот сладкоежка. Выпустив напарника, Себастьян тут же впился зубами в одно из канноли. — Естественно, — прожевал он с набитым ртом. — Превосходно... Он закрыл глаза, смакуя каждый момент. Франческо лишь покачал головой и отошёл к окну. — Кстати, ты не хочешь? — спросил Себ, обернувшись к нему с набитыми щеками. — Нет, я не голоден, — спокойно ответил Франческо, доставая пачку сигарет. Он прикурил и уставился в ночное окно, погружённый в свои мысли. — А, кстати... — Себастьян подошёл поближе. — Как всё прошло? — Нормально. Было проще, чем я думал. — В этом я не сомневался, — похлопал его по плечу Кастельвеккьо. — Ты стал настоящим мастером за эти месяцы! — Ага, — Франческо сделал затяжку и неожиданно закашлялся. Себастьян насторожился. — Эй, ты в порядке? — его взгляд встретился с единственным карим глазом напарника. — Ты хоть что-то сегодня ел? — Всё хорошо, Себ. Просто неудачная затяжка, — Франческо потушил сигарету. — Я же сказал — не голоден. Себастьян с возмущением развернул его к себе, сжав плечи. — Не голоден?! Думаешь, я не вижу, что ты опять ничего не ешь?! В чём дело?! — его голос начал срываться на крик. Франческо тяжело вздохнул. — Я сказал, всё нормально, — в его тоне прозвучала сталь. — Ничего не нормально! Мафиози должен быть сытым! Или ты забыл, что чуть не откинулся от бронхита?! — Себастьян уже почти кричал. — Себастьян, хватит, — Франческо отступил на шаг. — Меня от всего этого уже тошнит. Он развернулся и тяжело опустился на кровать. — Я просто... я хочу для тебя лучшего, Фран, — тише проговорил Себ. — Ты мой напарник. Я обязан о тебе беспокоиться. Он подошёл и сел рядом. — Ну съешь канноли, — попросил он уже мягче. — Хоть одно. Пожалуйста. Не хочу из-за такой ерунды ссориться. Себастьян протянул ему хрустящую трубочку. Франческо вздохнул с поражением, но взял угощение. — От тебя не скрыться, — пробормотал он, откусывая. — Я просто не хочу, чтобы мой напарник снова валялся в бреду, — объяснил Себ. — Тем более ты единственный, кто со мной не скучает. Остальные были унылыми занудами. В его голосе прозвучала неподдельная искренность. Между ними повисла тишина. Франческо молча доедал канноли, а Себастьян наблюдал за ним с лёгкой, почти нежной улыбкой.

***

Утро наступило так же стремительно, как разлетелась новость об убийстве Майлза и Цундаппа. Молнию, как одного из лучших детективов, немедленно вызвали на место преступления — лишь он мог быстро оценить обстановку и определить, кто стоит за этим. В своём деле МакКуин и правда был профессионалом. На месте он оказался даже быстрее, чем предполагал. Картина, открывшаяся ему, вызвала приступ дежавю — всё было почти точь-в-точь как в том кошмаре. Сжав волю в кулак, Монти подавил дрожь. Он уже знал, чьих это рук дело, но вслух произносить имя не спешил. Выдавать друга раньше времени он не собирался. Тем более что доказательства вины тех копов у него уже были — благодаря тому же Франческо. — Осмотри тела, — бросил один из офицеров. — Вдруг найдёшь что-то важное. Ты же у нас специалист. Присев на корточки, МакКуин начал обыскивать погибших. В кармане одного из них его пальцы наткнулись на несколько пакетиков с белым порошком. — А вот это уже интересно... — тихо проговорил Монти, и на его губе дрогнула лёгкая улыбка. — Любопытная находка, не находите? Он поднял руку с кокаином, демонстративно помахав пакетиком. Часть полицейских замерла в шоке, другие же смотрели недовольно — кое-кто и раньше догадывался, чем промышляли копы, но предпочитал не выносить сор из избы. — На экспертизу, — распорядился Молния, протягивая пакет помощнику. Тем временем он продолжил осмотр. Его взгляд скользил по телам, выхватывая детали. — Судя по входным отверстиям, стрелял профессионал. Следов борьбы нет — значит, работал на расстоянии, — констатировал МакКуин. — Проверьте камеры наблюдения. Немедленно. Один из офицеров кивнул и направился к посту мониторинга. Впрочем, вскоре вернулся ни с чем: камеры в этом районе не работали. — Камеры отключены, — доложил он. — Что ж, ожидаемо, — отметил Молния. — Забирайте тела. Я ещё осмотрю место, вдруг найду что-то ещё. Когда полицейские скрылись за углом, унося останки коллег, на лице МакКуина появилась твёрдая улыбка. Он знал виновника. — Франческо... Ты и правда научился работать как профессионал. Мафия тебя многому научила, — тихо проговорил он. — Но я всё равно тебя найду. Осмотрев место преступления ещё раз — уже из чистого любопытства, — Молния не нашёл ничего существенного. Ни следов, ни улик. Даже отпечатков обуви. Внезапный звонок прервал его размышления. — Молния, жду в кабинете. Срочно, — прозвучал голос капитана, и связь прервалась, не дав Монти ничего ответить. «Интересно, что за срочность?» — мысленно спросил он у пустоты.

***

Детектив быстро добрался до участка. Он почти бежал в кабинет начальника, смутно предчувствуя, что ничего хорошего эта встреча не сулит. Тот даже не предложил ему сесть, сразу перейдя к делу. — Тебе не кажется, что это убийство слишком... чистое? Ни зацепок, ни следов, — он повернулся к Монти. — Скажи честно: ты правда ничего не нашёл? Или знаешь убийцу и покрываешь его? Взгляд начальника был тяжёлым и подозрительным. Монти почувствовал, как по спине пробежал холодок. Конечно, он знал, кто убийца. Конечно, он не хотел выдавать Франческо — это окончательно разрушило бы всё, что между ними осталось. — Нет, мне ничего не известно, — покачал головой Монти. — Я лично осмотрел каждый сантиметр, но больше ничего не нашёл. Мне самому интересно кто за этим стоит. Он старался говорить максимально убедительно. Сейчас было нельзя допустить промаха. — Ладно, возможно, это так, — в голосе копа по-прежнему звучало недоверие. — Но это не случайность, и ты это знаешь. Жду отчёт по делу. — Хорошо. Кивнув, Монти развернулся и вышел. Теперь предстояло написать отчёт об убийстве полицейских — так, чтобы не выдать настоящего преступника.

***

Молния сидел в кабинете, пальцы быстро выстукивали текст отчёта. Он приложил данные из конверта Франческо, но указал лишь информацию о погибших полицейских. Раскрывать все карты он не собирался. Даже в урезанном виде отчёт неумолимо вёл к одному виновнику — Франческо. Монти делал всё возможное, чтобы отвести подозрения от бывшего друга. Охота на Бернулли была его личной миссией — он не мог допустить, чтобы полиция снова взялась за него. Отчёт лежал перед ним как обвинительный акт. Каждое слово давалось с трудом — Монти балансировал между профессиональным долгом и личной верностью. Он указал на связи Майлза и Цундаппа с мафией, на найденный кокаин, на коррупционные схемы. Но всякий раз, когда логика подводила к имени Франческо, он искусно сворачивал в сторону, намекая на внутренние разборки в портовой мафии. Он уже собирался распечатать документ, когда в кабинет без стука вошёл его босс. Начальник молча взял со стола черновик и начал читать. Монти замер, чувствуя, как нарастает тревога, но не подал вида. — Любопытно, —он отложил листы. — Ты подробно описал все преступления Майлза и Цундаппа, но будто забыл упомянуть главного подозреваемого. Того, кому они сломали жизнь. Того, кто сбежал из тюрьмы и теперь работает на Кастельвеккьо. Он подошёл к окну, спиной к Монти. — Я не слепой, МакКуин. Весь участок шепчется, что Бернулли мстит. И только ты ведёшь себя так, будто это дело рук неизвестного киллера. Монти молчал, сжимая пальцы. Любой ответ мог стать ошибкой. — Это определённо его рук дело, — продолжил коп. — Но мы не можем охотиться на него, пока он под защитой мафии. — Если мы попробуем, то проиграем, — наконец выдавил Монти. Мужчина повернулся к нему. — Ты прав, — неожиданно согласился он. — Абсолютно прав. Учитывая, что я запретил тебе заниматься делом Бернулли. Начальник изучающе перечитал отчёт, затем уставился на Монти. — Интересно... — протянул он задумчиво. — Откуда ты узнал о связях Майлза и Цундаппа с мафией? Молния на миг застыл, но быстро взял себя в руки. Он не мог признаться, что информацию получил от Франческо. — Мне передал это анонимный источник. Доверенное лицо, — ответил он. — Да? — с притворной задумчивостью переспросил коп. — И это доверенное лицо — не Франческо Бернулли, случайно? Монти с трудом сдерживал ярость и беспомощность. — Это был не он. Мы не общаемся, — попытался оправдаться он. — У меня есть свой человек, которому я доверяю. Мужчина усмехнулся. — Да? — он сделал шаг вперёд. — Тогда почему мне кажется, что всё с точностью да наоборот? Не ври мне, Молния. Я знаю, что вы с ним связаны — куда теснее, чем ты себе представляешь. МакКуин стиснул зубы и отвёл взгляд. — Вряд ли он стал бы передавать информацию тому, кто его предал, — прошипел он. — Он мне не доверяет. — О, ещё как доверяет, — начальник усмехнулся. — Я знаю, что это он тебе всё передал. И про Вито Карлино в том числе. Монти не нашёлся с ответом. Ярость и обида наполняли его, но взрываться сейчас было нельзя — он понимал, чем это грозит. — Когда сдашь отчёт, будешь свободен, — бросил Альберти у двери и вышел.

***

Закончив отчёт, Молния откинулся на спинку кресла. Вся эта ситуация выводила его из себя. Отстранение от дела Франческо казалось мелочью по сравнению с иной перспективой — увольнением, а то и чем похуже. Теперь, когда начальник в курсе его связей с Бернулли, нужно было действовать. – Вот чёрт... – прошептал он, проводя рукой по лицу. Отчёт был готов, оставалось лишь отправить. Но Монти медлил, размышляя над следующим шагом. Наконец, с тяжёлым вздохом он нажал «отправить», поднялся, накинул куртку и вышел из кабинета. Рабочий день закончился, но покой не шёл ему на ум. Он шагал по улице, не замечая ничего вокруг. Небо хмурилось, накрапывал дождь, прохожие спешили по домам под зонтами. Машин становилось меньше. Он углубился в свои мысли, как вдруг кто-то резко столкнулся с ним плечом. Прежде чем Монти успел опомниться, он лишь мельком успел заметить исчезающий в переулке силуэт в тёмном плаще. Краем глаза он узнал походку, осанку — это был Франческо. Без лишних раздумий Монти рванул за ним. – Франческо! Стой! – крикнул он, лавируя между грязными переулками, но Бернулли словно не слышал. Тот скрылся в лабиринте заброшенных складов. МакКуин, не сбавляя темпа, ворвался внутрь одного из них. В полумраке ему удалось настигнуть беглеца и схватить его за запястье. Франческо резко обернулся, и их взгляды встретились. – Отпусти, – прошипел мафиози, и в его единственном видимом глазу пылал холодный огонь. – Объяснись! – потребовал Молния, не ослабляя хватку. Его взгляд задержался на белой повязке, скрывавшей правый глаз Франческо. – Почему ты её носишь? – Не твоя забота, – отрезал Бернулли, пытаясь высвободиться. – Я хочу знать, – голос Монти дрогнул, выдавая смесь гнева и неподдельной тревоги. Франческо коротко усмехнулся. – Карлино махнулся ножом. Я неудачно уклонился. Пустяки, привык. – Пустяки? – Монти не верил своим ушам. – Ты лишился глаза! Ты вообще понимаешь, чем рисковал?! – Я сам решаю, чем мне рисковать, – ледяным тоном парировал Франческо. – Отпусти. – Нет! Мой босс знает о конверте! Теперь он считает нас сообщниками! – выкрикнул Монти, и в его голосе прозвучала отчаянная мольба. – Я не хочу, чтобы из-за меня тебя убили! Дождь усиливался, проливными струями окатывая обоих, но они не обращали на это внимания. – Он такой же продажный, как и все, – спокойно ответил Франческо. – Я сам о себе позабочусь. Отпусти. Одним резким движением он вырвал запястье. – Я не могу просто так тебя отпустить, Франко! – в голосе Монти снова появились нотки отчаяния. – Ты должен! – голос Бернулли сорвался на крик, в котором смешались ярость и боль. – Ты топишь себя ради меня! Забудь обо мне, слышишь? Бесполезно что-то менять! – Но я... я хочу тебе помочь! – почти взмолился Монти, его глаза умоляли. – Забудь, – это прозвучало как приговор. – Я сам разберусь, что для меня лучше. Живи своей жизнью. И не ищи меня больше. Прощай, Монти. Он резко развернулся и направился к выходу. Монти инстинктивно шагнул вперёд, рука его потянулась вдогонку, но схватила лишь пустой влажный воздух. – Франческо... – его голос был полон надрыва. Но тот уже уходил, не оборачиваясь, его силуэт растворялся в сумраке склада. – ФРАНЧЕСКО! – крик Монти разорвал пространство, полный отчаяния и боли. – ВЕРНИСЬ! Он не сразу осознал, что по его лицу текут слёзы, смешиваясь с каплями дождя. Ноги подкосились, и он рухнул на колени в грязь. Пальцы впились в волосы, а из груди вырвался сдавленный, горловой крик — крик бессилия, потери и осознания того, что он только что добровольно отпустил последнего человека, который имел для него значение. Его якорь. Его последнюю надежду.