Место, где можно преклонить голову

Подушка Кроули была тёплой, как и он сам. Это было приятное тепло, от которого ему хотелось просто лежать и плыть по течению, пока он не будет готов снова почувствовать свои конечности. Ему казалось, что они не совсем на месте, как и его голова. Он чувствовал себя странно и не был уверен, что вообще проснулся. Тёплая тяжесть, лежавшая на нём, сдвинулась. Это было неправильно. Он открыл глаза, но это мало помогло, потому что он лежал лицом вниз. Он попытался приподняться, но тяжесть снова сдвинулась и крепко прижала его к земле. - Ты пожалеешь, что так быстро встал, - тихо сказал Азирафаэль. Его голос звучал слишком громко, хотя Кроули знал, что он совсем не громкий. Кроули перестал пытаться пошевелиться и внимательнее осмотрел своё тело. Во рту пересохло, а конечности казались слишком подвижными. Не так уж плохо для того, как он просыпался в последнее время. Очевидно, что-то изменилось в том, на чём он спал. Он похлопал по подушке, чтобы понять, чем она набита. Это был человек. Это мог быть только один человек. Где, чёрт возьми, его лицо? Это определённо было мягкое бедро. Рядом с ним лежало ещё одно. Его шаловливые пальцы погрузились в изгиб живота. Да, он лежал лицом вниз на коленях у Азирафаэля. Ему ничего не мешало, значит, с него явно сняли очки. - А ну-ка медленно сядь, хороший мой, - рука убралась с его лопаток, и Кроули медленно поднялся, пытаясь понять, как он вообще оказался лицом вниз. Ну, обычно он спал именно так, знаете ли, как змея, но не у кого-то на коленях. Особенно у этого кого-то. Азирафаэль как-то странно возбудился, когда согласился пойти с ним за устрицами. Он не ожидал, что они ему так понравятся, но, возможно, дело было в компании. Он ел до тех пор, пока не насытился и не захотел спать, что объясняет, почему он так крепко спал. Азирафаэль разбавил вино водой, чтобы оно не перебивало вкус устриц, и, вероятно, именно поэтому Кроули чувствовал себя не так плохо, как в последнее время. Он до сих пор помнил, как они с Азирафаэлем возвращались в его квартиру, оба пьяные и легкомысленные, хотя в какой-то момент Кроули почувствовал, что вот-вот впадет в глубокую печаль, думая о том, что вечер рано или поздно закончится. Но этого не произошло. Азирафаэль подхватил его на руки и перекинул через плечо, чтобы подняться на верхний этаж инсулы, где он остановился, пока Кроули возился с лестницей. Во рту у Кроули всё ещё чувствовался кислый привкус от подкислённой уксусом воды, которую Азирафаэль вложил ему в руку, прежде чем уложить Кроули, чтобы тот протрезвел... а вместо этого он заснул на ангеле. Довольно бодром на вид ангеле, который, похоже, протрезвел ночью. Кроули с трудом сглотнул. - Я допил ту воду, что ты мне дал? - Да, но я без проблем могу дать тебе ещё. Он с минуту сидел рядом с Азирафаэлем, оглядывая маленькую комнатушку. Она находилась на верхнем этаже, была совсем крошечной, но технически ближе всего располагалась к Небесам. Кроме того, ангелу не пристало жить в слишком роскошных покоях. Там была стопка свитков, что неудивительно, ведь ангел сразу же принялся за чтение. Они не давали сложить и убрать в сторону крошечный письменный стол, висевший на стене. Остальное пространство занимали письменные принадлежности. Там же он заметил свои очки. Ставни по-прежнему были закрыты, но сквозь щели просачивался свет и доносились городские звуки. Цветной кусок ткани был приколот к окну в качестве занавески, чтобы не пускать внутрь животных, когда ставни открыты. Из ближайшей пекарни доносился запах хлеба. На оштукатуренной стене знакомым почерком был сделан набросок углём. Он был похож на какую-то карту. На стене остались серые пятна от стёртого угля. Это было не просто место, где останавливался Азирафаэль, это было место, где он жил. И он привёл туда Кроули. Это не давало Кроули покоя, но не имело никакого смысла. Он был демоном. Ему не следовало здесь находиться. Может быть, это и было правильно - находиться там, где ему не следовало быть. - Я бы хотел ещё воды, - Кроули не сказал "пожалуйста", в конце концов, он был демоном, но надеялся, что его тон всё равно будет располагающим. Азирафаэль тут же заметно оживился, и Кроули зажмурился. Ему пришлось зажмуриться изо всех сил, потому что иногда у него возникали проблемы с морганием. Он расслабил лицо, услышав, как Азирафаэль пошёл за водой в кувшине. Раздался тихий стук, когда ангел снова сел рядом с ним, прижавшись к нему бедром. Ему в руку всунули чашку. Он перестал корчить рожицы и осторожно посмотрел на руку. Да, Азирафаэль определённо слегка светился. Ангел был слишком рад, чтобы сдерживаться, и Кроули не понимал почему. Он взял чашку и осторожно пригубил воду. Она была с кислинкой из-за уксуса - это простой способ сохранить воду безопасной, а также замедлить процесс её употребления. Так меньше шансов, что вас стошнит от быстрого глотания. Ему казалось, что он должен чувствовать себя хуже. Он был почти уверен, что не протрезвел до того, как заснул рядом с Азирафаэлем. Просто было слишком светло и слишком шумно, вот и всё. Но сам Рим обычно казался ему слишком ярким и шумным, так что это не было большой разницей. - Прости, что заснул на тебе. - О, не стоит беспокоиться, - Азирафаэль положил руку на колено Кроули. Кроули сделал ещё один глоток, пока его мозг пытался осмыслить происходящее. Он не настолько пьян, чтобы отключиться, ему просто было тепло, хотелось спать и... он чувствовал себя в безопасности. Он снова оглядел комнату, обращая внимание на детали, которые указывали на то, что Азирафаэль действительно жил здесь. В нише стояли кувшин с водой, бутылка оливкового масла и несколько сушёных фиг. На табурете у открытого стола лежало знакомое на вид одеяло. Это были вещи. А Азирафаэль положил свои очки прямо на них. Это что-то значило, но он не мог понять, что именно. Всё это было до безумия знакомо. Есть какая-то разница между тем, чтобы жить где-то, и тем, чтобы просто находиться там. Кроули не собирался задерживаться в Риме, но Азирафаэль явно собирался. Как давно он здесь? Всё это можно было бы собрать и унести. Он посмотрел на иллюстрацию на стене. Этого не может быть. - Что ты рисуешь? - Я ещё не определился. Я то и дело переключалась между иллюстрациями к нескольким разным историям о путешествиях и не могла понять, какая мне нравится больше. В основном я просто прорабатывал локации в них! Они столько раз меняли названия! Я пытался понять, в каких из них действие происходит в местах, где я тоже был. - Почему бы тебе не рассказать мне, что это были за истории? Может, я вспомню старое название города. - О, превосходно! - Азирафаэль с энтузиазмом похлопал Кроули по колену и, указывая на карту, начал рассказывать одну из историй. Он развернул один из свитков на столе, чтобы свериться с ним. Он определённо светился. Не было никакой необходимости открывать ставни, когда он так сиял. И это его радостное покачивание. Кроули определённо испытывал искушение, но не знал, в чём оно заключалось. Неужели Азирафаэль был так счастлив, просто слушая его? Он мог бы это сделать. Пока Азирафаэль с радостью читал ему вслух, Кроули несколько раз украдкой поглядывал на свои руки. Он не светился. И не выглядел особенно мрачным. И вообще не выглядел по-другому. По крайней мере, сам он так не считал. Но он был счастлив. Он это чувствовал. Ему нравилось здесь находиться. Ему было хорошо. Он будет беспокоиться о том, когда всё это закончится, когда всё это закончится. Кроули провёл в Риме месяц, полный неразберихи, и не сделал ни строчки. Но и Азирафаэль тоже. Он водил Кроули на спектакли, в бани, на выступления разных поэтов. Он показал Кроули множество ресторанов и все свои любимые блюда. Каждый вечер Кроули заканчивал в приятной дымке, когда его взваливали на плечо и несли вверх по лестнице в жилище Азирафаэля, которое постепенно обретало форму. Азирафаэль, казалось, был совершенно счастлив привести его сюда и просто позволить ему спать, положив голову ему на колени. Он даже провёл пальцами по волосам Кроули, пока тот лежал, и что-то напевал ему. И светился. Это невозможно было игнорировать. Но Кроули всё равно игнорировал. Азирафаэль либо скажет ему, либо он сам рано или поздно поймёт. Кроули, вероятно, стоило бы обеспокоиться тем, что, проснувшись, он обнаружил на своих ногах и руках россыпь чешуек. Их было легко стряхнуть. Азирафаэль тоже ничего не сказал по этому поводу. Казалось, беспокоиться не о чем, и он забыл об этом, когда Азирафаэль заговорил с ним о том, что они будут есть на завтрак. Он забыл и о том, что Азирафаэль светится, как будто это было не совсем реально, когда они находились в реальном мире.

***

Он так долго не отправлял отчёты о своих искушениях, что в конце концов это его настигло. Пока он ждал, когда Азирафаэль принесёт напитки, к нему подкралась собака. Собака заговорила слишком низким для человеческого слуха голосом, но он увидел, как Азирафаэль напрягся у барной стойки. - Где ты был? Я не мог найти тебя ни во дворце, ни где-либо ещё. Кроули изо всех сил старался сохранять невозмутимое выражение лица. Очки помогали ему в этом, позволяя сфокусировать взгляд не на собаке, а на чём-то другом. Он мог сосредоточиться на том, как линзы сужают поле зрения. - Занят. Тонкая работа. Люди замечают, если ты слишком очевиден. Нужно скрывать искушение под слоями. Так что, конечно, ты не смог меня найти. Почему он не смог его найти? Он был демоном. Его было легко учуять. Кроули старался не смотреть на Азирафаэля. Он встал и потянулся, закинув руки за голову. Он махнул рукой Азирафаэлю, указывая в противоположную от него сторону. Кроули не знал, заметил ли тот жест. Он не мог смотреть. Минутное затишье закончилось. Ему оставалось только последовать за собакой обратно в Ад.