Collect the shattered fates / Собирая осколки судеб

— И что прикажете делать? — с иронией спросила Прим Руж, перепрыгивая с одного космического осколка на другой. Они уже некоторое время рассредоточено парили в Пустоте. — Если бы мы только знали, как отсюда выбраться... — задумалась пиратка Эми. — Эх, был бы у нас корабль!.. — Где ты его найдешь в абсолютной Пустоте?! — издали крикнул Отступник Наклз, получив за подобный ответ удар под ребро от сидящей рядом с ним Мятежницы. Пока альтернативные версии пререкались между собой, жители Зеленых Холмов направились к одиноко сидящему Сонику, неподалеку от которого молчаливо стоял, скрестив руки на груди, Шэдоу. — Может нам уже объяснят, что вообще тут происходит?! — выпалила Роуз. — Почему так много нас, почему так много Эггманов, и причем тут Парадокс... Повернувшийся взгляд рубиновых глаз был молчаливо краток: «Отвалите». И члены команды Соника с округлившимися на мгновение от такой дерзости со стороны черно-красного ежа глазами хотели было наподдать ему, но их путь преградила вытянувшаяся рука Расти-Роуз. — Я могу дать вам максимально точный отчет о прошлых событиях. Хоть киборг-версия Эми несколько пугала своим видом, однако она оказалась единственным открытым к диалогу источником информации. А потому друзья синего ежа последовали за ней. Шэдоу облегченно вздохнул, когда рядом не осталось никого постороннего на осколке. Наконец он присел к Сонику, который уткнулся мордочкой в прижатые к себе колени. — В итоге мы столкнулись худшим итогом из всех, которые могли предугадать, — посчитав, что правда — горькая, но необходимая пилюля, проговорил темный еж. Кобальтовый на это сжался еще больше. — Они не посмеют ему сделать больно, — продолжил Шэдоу. — Откуда ты знаешь?! — наконец повернулся к нему и завопил Соник. — Снова прослушал его сердцебиение? Или увидел во время падения, как его отпустили и за ручку повели есть мятные конфеты?! Его истерике не было предела. Он слишком часто за последнее время был на грани потери лучшего друга, к чему невозможно было привыкнуть. Однако Шэдоу ответил достаточно неожиданно: — Если они хоть одну царапину на нем оставят, я их прикончу самолично. Хочешь присоединиться? Соник опешил от такого радикального предложения. Но уже в следующий момент его изумруды глаз окончательно потускнели. Он обернулся снова к Пустоте, сев на колени и опустив на них руки. Еж нервничал — это становилось понятным по хаотичной игре пальцами. — Хоть Совет Хаоса и сказал, что Найн привел ситуацию к такому завершению, я не могу винить его, — на полушепоте сказал синий герой. — Он оказался лишь жертвой обстоятельств… — Неожиданно, что этот лис вообще задумался о ком-то кроме себя или тебя, — безэмоционально хмыкнул Шэдоу. Соник покачал головой. — Он может выглядеть наглым и эгоистичным, но все же в нем есть нечто доброе, пусть и немногим заметное, прямо как в тебе, — и кобальтовый посмотрел на наблюдающего за ним собрата. Однако уже в следующий миг его глаза вновь наполнились горечью. — Он ведь, как-никак, Тейлз… И по его щекам потекли слезы, которые было невозможно остановить. Шэдоу закрыл глаза и молча положил руку на плечо собрату, дабы не дать ему слишком сильно податься вперед и упасть в никуда. Утробный крик синего ежа раздался по всей Пустоте. — Тейлз! Тейлз! Тейлз! — вопил он непрерывно, пока Шэдоу чуть крепче сжимал его плечо, тем самым пытаясь хоть немного заглушить внутренние терзания синего товарища внешними. Существа, в отдалении окружавшие осколок с двумя ежами, примолкли. Кто-то воротил взгляд, пытаясь не заплакать, кто-то стойко старался выдержать это психологическое давление. Но, сами того не желая, все прочувствовали боль, которой в тот момент все же поддался Соник.