Одно слово, шесть букв

***

Несмотря на позднее время ординаторская была переполнена и гудела гораздо сильнее, чем обычно. К привычным разговорам прибавились еще и громкие взрывы смеха, не в последнюю очередь благодаря нескольким бутылкам вина, принесённых Пастуховым для счастливчиков, чья смена подошла к концу.  Пожелать Куликову всего самого наилучшего собрались все коллеги. Не "практически все", а буквально — все. Брагин распознал даже несколько человек из нейрохирургии, что было не столь удивительно, учитывая, что именно у них Сергей проходил лечение. В общем-то, даже Зименская, обычно игнорирующая подобные «сборища», отметилась и пожелала травматологу счастливого пути и скорейшего возвращения. Не было только одного человека. И это Брагина раздражало. Конечно, это не его дело, у отделения пока еще есть заведующая, и это ее задача отслеживать находятся ли хирурги в рабочее время на рабочем месте... Ладно, нужно быть честным с собой. Он бесится не потому что Нарочинская все еще не пришла, хотя ее смена началась час назад. И даже не потому что с ее стороны это явное пренебрежение коллективом, частью которого он сам является. Особенно сильный приступ раздражения настигает его в момент, когда в ординаторскую очередным "набегом" врывается Нина, чтобы перекинуться с собравшимися парой слов прежде, чем сбежать обратно на рабочее место. Подруга бросает на него такой понимающий жалостливый взгляд, что Олег морщится. И повторяет про себя: "Нужно быть честным с собой". Он бесится потому что на самом деле сам не хочет здесь быть и он еле находит в себе смелости это признать. Брагину осточертело наблюдать за то и дело ободряюще похлопывающим коллег по плечу и поднимающим тосты Куликовым, за тревожным взглядом Ларисы, которая так же, как Олег, с легкостью видит за напускной бравадой бывшего мужа банальный страх. Осточертело! Но он все еще покорно стоит недалеко от двери с бокалом минералки, наблюдая за всем происходящим. — Знаете, мне даже немного завидно самой себе, что я теперь тоже с вами работаю! Олег отрывает свой взгляд от Ларисы, поворачивается на голос и выдавливает из себя улыбку. Жаль, что Лена не составила компанию своей подруге. Михалева уже второй раз за вечер упорно пытается вовлечь его в беседу, смысл которой, кажется, даже ей не до конца ясен. — Сам себе завидую. — С сарказмом произносит Брагин в ответ, надеясь, что это отобьет у девушки желание предпринимать дальнейшие попытки его разговорить. Правда, Лена, нисколько не смущаясь, принимает его слова за чистую монету и заметно оживляется. — Все тут такие профессионалы! И главное, коллектив такой дружный! Брагину слишком сложно даже имитировать интерес к этой беседе, поэтому он просто согласно кивает и одним махом допивает оставшуюся минералку. К счастью, его спасает подоспевший с бутылкой вина наперевес Лазарев, который настойчиво предлагает "налить даме хотя бы глоточек". Лена, в тщетных попытках отказаться от такого заманчивого предложения, наконец, отвлекается от его персоны и, под очередной взрыв хохота, сотрясающий ординаторскую, Олег, ничего не говоря, выскальзывает в коридор. Он делает глубокий вдох и запрокидывает голову вверх так, что в шее немного хрустит. В коридоре прохладнее и тише и Брагин чувствует как раздражение потихоньку начинает отступать. Прекрасно было бы сейчас отвлечься и заняться работой, но, как назло, ни одного пациента. Он еще раз глубоко вдыхает, опускает голову и не успевает сделать и шага, как застывает на месте, уставившись на Нарочинскую, появившуюся в приемном собственной персоной. Расслабленная походка, бежевое пальто нараспашку, в руке — папка с бумагами. Она выглядит настолько безмятежно, что все накопленное за вечер раздражение немедленно возвращается обратно и буквально подступает к горлу. Олег почти в секунду оказывается перед ней, привычно облокачивается на стойку регистрации и, даже не пытаясь скрыть свой раздраженный тон, резко бросает: — А я смотрю, Вы не торопитесь. Между прочим, смена давно началась. — И вам здравствуйте, Олег Михайлович, — спокойно отвечает Марина, еле заметно улыбаясь краем губ, — Я что-то упустила и теперь должна отчитываться перед Вами? Брагин игнорирует ее слова так же, как и удивленный взгляд Нины и продолжает: — Позволю себе дать Вам небольшой совет — как коллега коллеге. Опоздание — это не то, что может себе позволить хирург, работающий здесь. Марина не спешит отвечать, она заканчивает запись в журнале и лишь затем поворачивается к Брагину, скрещивает руки на груди и усмехается: — Еще что-нибудь? Несколько секунд они сверлят друг друга взглядом, пока Брагин, вопреки своему внутреннему голосу, все же не продолжает: — Вы пришли сюда по блату и рассчитываете, что к Вам будет особое отношение, не так ли? Нарочинская недоверчиво покачивает головой, но не перебивает, внимательно глядя на собеседника. — Я здесь работаю очень давно, и знаю, что такие, как Вы, тут надолго не задерживаются.  — Такие, как я, — Нарочинская зло усмехается, — это Вы, конечно, имеете ввиду и Вашу любимую пока еще зав.отделением?  — Чего? — Брагин недоуменно приподнимает бровь, совершенно сбитый с толку. — Заведующая отделением в 34 года. За какие такие заслуги, Брагин? Ах да, точно! — Марина щелкает пальцами, изображая догадку, — Ее ведь сюда Бреславец привел. — Двойные стандарты, не находите, Олег Михайлович? — Нарочинская презрительно морщится. — У меня нет никаких двойных стандартов, — возмущается Олег, запоздало понимая, что их диалог развивается совершенно не по плану. — Правда? Значит, Вашего друга Лазарева тоже не по блату сюда Бреславец пристроил?  Олег не находится что ответить и как полный придурок застывает с немного приоткрытым ртом. — А, бесполезный диалог, — Марина отмахивается от него, как от назойливой мухи. — Тоже позволю себе дать Вам небольшой совет. Как коллега коллеге. Если собрался влезть на броневик, убедись, что сам не владеешь заводом.  Она бросает быстрый взгляд в сторону ординаторской и едва заметно закатывает глаза прежде, чем направиться прямо туда. — Ну что, получил? — беззлобно усмехается Нина. — Чего ты к ней полез-то вообще? Брагин потирает переносицу. — Какой блин завод, Нин? — Думал, ты один тут мастер аналогий? А знаешь, — Нину искренне забавляет выражение лица друга, — она мне даже нравиться начинает. Тебя хоть дурака воспитает может. А то мы вообще не справляемся. — Нормально ты придумала, — ворчит Брагин, — кое-кто тут ходит на работу как вздумается, а воспитывать меня надо? — Слушай, Брагин, — подозрительно щурится Дубровская, — ну правда, скажи, ты запал на нее что ли? — Ты совсем того что ли, Нинк? — Олег присвистывает и крутит пальцем у виска, отталкиваясь от стойки, — Переработала? Им обоим ясно, что вопрос риторический, и Брагин не ждет на него ответа. Он нехотя направляется обратно в ординаторскую, перед этим бросив грустный взгляд сначала на неподвижные двери приемника, а потом на так же безнадежно молчащий телефон. Брагин ненавидит признавать это, но в чем-то Нарочинская права. И она, и Лариса, и Лазарев, по сути, попали сюда одним путем. И нет проблемы с тем, что они "блатные". Проблема в том, как ОНА к этому статусу относится. И еще немного в том, что то, что позволяет себе Нарочинская, Брагин себе позволить не может. Может быть, это банальная зависть? Хотя, сколько Олег себя помнит, завистливым он никогда не был. Дверь в ординаторскую открывается от его толчка и Брагин натягивает на лицо дежурную улыбку, входя в помещение. В одном Олег уверен — если бы ему предложили выбрать: такие вот "диалоги" с Нарочинской, "беседы" с Леной, или наблюдения за Куликовыми, он без раздумий выбрал бы первое. И анализировать почему выбор был бы таким, он совершенно точно не хочет.