Одно слово, шесть букв

— Что за шум на улице, Нин, ты не знаешь? — рука заведующей отделением зависает над журналом и она оборачивается, сканируя взглядом помещение. — Да упаковали какого-то наркомана, засунуть теперь в машину не могут, — Брагин, околачивающийся поблизости, не может не отреагировать на обеспокоенный тон Ларисы и опережает уже открывшую было рот для ответа Дубровскую. — Представляешь, скальпелем пытался от полицейских отбиться, руку одному порезал, Пастухов там зашивает в противошоковом. Надеюсь, этот придурок надолго теперь уедет в места не столь отдаленные.  Нина широко разводит руки и отвешивает шуточный поклон, бросая косой взгляд на друга: — Вы прослушали ответ моего личного секретаря. — Не обращай внимания, — обращается Брагин к Куликовой, морща нос, — она такая у нас женщина, — он быстро кивает в сторону Дубровской и крутит указательным пальцем у виска, — с прибабахом. — Олег! — Лариса осуждающе качает головой и одновременно с этим в Брагина прилетает карандаш, запущенный Ниной, но мужчина ловко уворачивается, еле сдерживаясь, чтобы не показать подруге язык. — Погоди, а почему в противошоковом? — Так смотровые заняты все. — Ну да, как всегда у нас, если не врачей, так помещений не хватает, — Лариса сокрушенно качает головой. — А, кстати, ты же мне как раз нужен был… — продолжает Куликова.  — Ах, как приятно, — перебивает ее Брагин, натягивая на свое лицо широкую искусственную улыбку, — что кому-то я еще нужен. Дубровская привычно закатывает глаза, а Куликова не очень ловко подавляет усмешку: — Сегодня к нам новый хирург выходит, ученица Зименской, так что, сам понимаешь, нужно встретить как полагается.  — Блатная, значит, — кривит лицо Брагин, за что получает уже два синхронных закатывания глаз, — ну да, в неотложку ведь нужно по блату отбирать, а не по компетенциям.  — А может она хороший специалист, — с вызовом встревает Нина, Брагин уверен, только чтобы побесить его. — Хорошего специалиста пристраивать не нужно, и так везде с руками оторвут, — хмыкает мужчина в ответ. — И чего нам теперь с караваем ее встречать? — он обращает свой взор обратно на Ларису и морщит брови в недоумении. — Да причем тут каравай, — зав.отделением укоризненно смотрит на Олега, — просто будь дружелюбным.  — А я и так само дружелюбие, — грубо бросает он. — Олег, — Лариса кладет ладонь на его предплечье и Брагин моментально напрягается, — не нарывайся. Зименская и так на тебя волком последнее время смотрит, так что я тебя прошу… — она запинается и отдергивает руку. И вот, стоит ей так на него посмотреть и Брагин немедленно готов сдаться и послать к чертям все свои убеждения. Только бы ее не расстраивать. А кого ее? Начальницу свою? Со стороны это, должно быть, выглядит жалко. Он жалок. Сам все уже решил, а отпустить не может. Хва-тит. Наверное, ему стоит где-то это записать, чтобы повторять как мантру. Пересохшее горло перехватывает и Брагин отрезает, исключительно из собственного упрямства и в попытке доказать, что она больше не имеет над ним никакой власти: — Вы, Лариса Николаевна, можете просить меня сколько угодно, но я ни за что не стану расшаркиваться перед протеже Зименской. И пусть она смотрит на меня хоть как стая волков. — Когда нам ждать явление нового хирурга народу? — пытается разрядить обстановку Нина. — Должна сегодня в кадры, а там, да кто ж его знает, надеюсь, что быстро оформят, люди нам очень нужны, — Куликова смотрит на часы, — блин, у меня плановая, бежать надо. Брагин, — женщина предпринимает последнюю попытку достучаться до мужчины, но Олег хватает какие-то бумаги, даже не глядя, и делает вид, что чрезвычайно занят их изучением, — я не прошу тебя «расшаркиваться», — он краем глаза видит как Лариса изображает в воздухе кавычки, — просто не хами. — Ну естественно, — недовольно ворчит Брагин, провожая женщину хмурым взглядом, — я же известное хамло, — он облокачивается на стойку регистрации и зажмуривается, потирая лоб рукой. — Ты чего? — Дубровская вмиг забывает все их мелкие ссоры и изучает друга внимательным взглядом. — Случилось что-то? — Случилось, — Брагин зло усмехается, — жизнь, Нинок, со мной случилась. — Ааа, ну ясно, пубертат. — Нина облегченно смеется.  — Чегооо? — Взрослеешь, ты, Михалыч, наконец-то, — она дружески похлопывает его по кисти, — влюбился, страдаешь, все как и должно быть у подростка. А там, глядишь, и повзрослеешь.  — А тебе лишь бы издеваться, да? — Ничего, пройдет.  — Да знаю я, — отмахивается Брагин, отталкиваясь руками от стойки и выпрямляясь, — все равно тошно.  — Тошно, — согласно кивает Нина. — Ты чего-то делать вообще собираешься?  — Ну куда? Что мне, пойти больному человеку рожу набить, а ее к себе наручниками приковать?  Брагин смотрит на подругу как на умалишенную и Нине даже становится немного стыдно за то, что вообще задала этот вопрос. Дубровская неловко пожимает плечами:  — Моралист, тоже мне, нашелся. Ты сам чего хочешь? — Да хрен его знает, — мужчина вздыхает, снова опираясь на стойку. — Мне порой кажется, что я уже и сам не знаю чего хочу.  — О-о-о, — усмехается Дубровская, — тут я тебе помогу. Поработать ты хочешь. — Ну вот я тебе про серьезные вещи, а тебе лишь бы шуточки свои шутить, — наигранно обижается Брагин.  — Да я серьезно, — Нина указывает на двери, — вон, везут.  Брагин оборачивается, кивая уже знакомой бригаде скорой.  — Здрасьте, Олег Михалыч, — заискивающе улыбается фельдшер - женщина средних лет, протягивая ему листок бумаги, — вот, привезли Шумахера. Брагин выхватывает сопроводительный и склоняется над каталкой: — Чего тут у нас?  — Мужчина, 35 лет, автомобильная авария, был не пристегнут, так что ничего хорошего - вылетел в лобовуху, — бодро рапортует врач скорой, — ЧМТ, ребра, бедра переломаны, плюс осколками всего посекло. Чудом выжил.  — Вот люди все-таки идиоты, — Брагин качает головой, — так, ладно, операционную готовьте, Нин, кто у нас из свободных?  — Да нет никого, все на плановых. — А Пастухов? — Забыл что ли? Пастухов господина полицейского зашивает и у него через полчаса язва. Говорю же, все на плановых. — Че, вообще все? Лазарев где? — Он в ночную сегодня, не приехал еще. — Блин. Так, как только явится это юное дарование - сразу его ко мне. Чего стоим? — повышает он голос, недобро глядя на санитаров, — ждете пока он тут окочурится что ли? Бегом!  — Слушай, Михалыч, может и хорошо, что новенькая выйдет, ну и что, что чья-то, люди ведь не лишние, а? — осторожно произносит Нина. — Да ну тебя, — отмахивается Брагин, удаляясь вслед за санитарами.