Охотники На Богов

Всё взаимосвязано, сплетено в механизм.

Все отдельные части ведут к главному. Каждая игра имеет правила, которых следует придерживаться. И те, кто не ценит жизнь, не достойны самой жизни. Есть предположение, что Экзектору осталось недолго, а глупцу Сарку — ещё меньше. Они не знают правил… новых правил. Первижон     В самом сердце мрачной цитадели Классик-Эггмана воздух пульсировал от напряжения, насыщенного Тёмной Магией, словно музыкальные басы звучали рядом с мощной колонкой. Огромный круг из символов светился багровым светом и занимал почти весь пол лаборатории. Внутри этого круга уже чётко проявился другой символ, и он разрушался — слипшиеся в вечных объятиях фиолетовая и голубая рыбки неумолимо разъединялись.     — Почти. Почти! — хрипел доктор Роботник, будто тягал тяжелые гантели.     Из разрыва уже тянулись плазменные цепи, покрытые жуткими рунами. Сквозь расколотое межпространственное зеркало слышались зловещие вопли, рычания и глухие удары когтей о металл. Прометей вела ладонями над пульсирующим порталом и выравнивала его.     — Это выходит из-под контроля! — Классик-Эггман бросил взгляд на разлом.     — Потому я и корректирую процесс, — прогрохотала рогатая ласточка. — Мы на пороге триумфа. Не дрожи, как мышь. Всё идёт по плану...     — Нас может уничтожить Энергия Хаоса, что держит замок!     — Прекрати бояться. Не вынуждай меня разочаровываться в тебе, брат.     Роботник сглотнул, глядя на шевелящиеся тени, которые уже начали продавливать барьер между реальностями. Голоса становились всё громче, искажённые шёпоты переходили в угрожающую молитву.     Внезапно пол содрогнулся от мощного удара, и где-то далеко раздался взрыв. Айво, чуть не споткнувшись, побежал к камерам наблюдения. Но те только искрили и выводили на экраны фрагменты разрушенных коридоров.     — Плохо, но не страшно. Адептам и детям Ареса не победить меня. Нас…     БУМ!     Двери лаборатории с грохотом разлетелись, осыпав комнату обломками металла. Классик-Эггман подпрыгнул, обернувшись.     — Ну чё, здарова, яйцеголовый, — Соник-Эхо, первым показавшись из дымки, хрустнул кулаками. Его тело снова застрекотало энергией.     Неожиданно прозвучал рёв, схожий с отрыжкой ти-рекса. Он прозвучал за спиной тёмно-синего ежа, растрепав ему иглы и разогнав весь дым. Из этого мрака обнажился облик обалдевшего Тейлза-Палача с большой пушкой в руках. Принюхавшись, элитный охотник поморщился и активировал шлем.     — Блять… — выругался вампир. — Ёбаные грибы.     — А-а?! Пошли вон отсюда, грызуны! — Айво, недолго думая, стукнул по красной кнопке с белым символом черепа возле своей панели.     Загорелись сигнальные огни, сирены взвыли во всех коридорах крепости. В это время классические мобианцы, бежавшие по следам разрушения, ускорились. Мигающий алый свет отражался головной болью.     Из бронированных отсеков вырвались сотни механических солдат — усиленные дроны, боевые мехи и боевые единицы, закалённые магией Прометей. Их конечности переливались красными рунами, а из оптических сенсоров лился золотой свет.     — Отойди, пожалуйста, — бесхвостый мобианец призвал какую-то особенно большую и тяжелую пушку. — А то могу задеть.     Вскоре показались металлические версии Наклза и Тейлза — причём, последний был больше похож на куклу, чем на робота. Они запрыгнули друг на друга, чтобы казаться страшнее и больше, и грозно загудели.     — Ай, да как скажешь, — колючий парень, неловко свистя, отошёл за спину лиса.     Гул моторов сотряс воздух, когда массивные бронированные танки, вооружённые энергетическими пушками, выехали на шипастых гусеницах. Летающие дроны, оснащённые лазерами и ракетами, взвились в воздух, заполняя весь потолок коридора. Перед лисом и ежом возникла целая армия из железа, которую возглавил Метал Соник, гордый и пугающий, так похожий на Экзе.     — Пиу, — игриво сказал Тейлз-Палач. Его шлем озарил яркий зелёный свет.     БУ-БУХ!     — ВОУ-У-У-У! — восторженно заорал Соник-Эхо и хлопнул себя по щекам.     Выстрел был такой силы, что киборг чуть не упал из-за мощной отдачи. Гигантский залп изумрудной плазмы обрушился на армию Роботника, подобно шаровой молнии, ведущей за собой адский шторм. Секунда — и вся роботическая орда разлетелась на обломки. Где-то неловко покатилась круглая железная штуковина, подобно крышке от кастрюли.     — Э… — икнул Классик-Эггман, чуть не сев на пол от шока.     С пронзительным гудением огромное оружие в руках Тейлза-Палача начало перезаряжаться. Он отправился к Прометей, проходя мимо дрожащего Айво.     Усатый учёный, задрав руки, резво побежал, стуча каблуками об гладкий пол. Потом он запрыгнул в эгг-мобиль и куда-то в спешке улетел. Тёмно-синий мобианец, не выдержав абсурда ситуации, заржал ему вслед.     — Ах, вот как ты поступаешь со мной… я думала, будешь мне братом, — коварным басом окликнула учёного Прометей. — Забыл про нашу сделку?     Небольшие огненные цепи возле вавилонки, извиваясь змеями, с оглушительным свистом полетели к Классик-Эггману. Они поймали его за ноги, вытащив из эгг-мобиля, уронили на пол и потащили.     — Будь ты проклята! — злобно завопил учёный.     В земле образовался разлом, куда и тянули толстяка цепи. Мужчина изо всех сил долбил ладонями по полу, а его проклятья тонули в воплях отчаянного ужаса и злорадном хохоте Экзешницы.     — А я предупреждала тебя, падший брат. Предупреждала, что тебе нельзя нарушать уговор. И сделка эта была, друг мой, на смерть!     — Тейлз! — Соник-Эхо хотел было помчаться. — Надо остановить её!     — Поздно… — едва успел схватить ежа Тейлз-Палач. — Его не спасти.     И вот, из пылающего разлома показались когтистые лапы, копья и мечи. Секунда — и раскалённые лезвия вонзились в тело Айво. Его кровь закипела, забурлила розовой пеной, и Классик-Эггман жалобно заверещал. А в следующий миг мужчину утащили лапы и разлом закрылся — остался только пепел и кровавые разводы. Был человек — и нет человека.     — Поэтому, дружище, никогда не заключай сделки с демонами. С ангелами и Богами Хаоса — тоже, — шёпотом пояснил Тейлз-Палач. Он был пугающе спокоен. — Запомни это раз и навсегда. Хорошо?     Некая голубоватая эссенция неспешно выползла из-под земли и оказалась в ладони рогатой вавилонки. Она сжала руку в кулак, растворяя слабый огонёк в буйном красном пламени.     — Его же потом воскресят… да? — сипло спросил Соник-Эхо.     — Если завалим тянку — скорее всего, да. Часодей его вернёт к жизни.     Демоница-Экзе медленно повернулась к Тейлзу-Палачу и Сонику-Эху, расправляя крылья. Её мускулистая фигура была чёрным силуэтом на фоне открывшегося портала. Гигантские цепи, удерживающие врата, звенели и раскачивались под порывами ветра и криками ярости заточённых монстров.     — Буйным течением реки музыка бьёт изнутри, и в этой мелодии сила да неведенье, — громогласно произнесла Прометей, коротко кинув взгляд на пламенные врата. — Он впустил в себя огонь, жизнь променяв на боль.     Из портала время от времени высовывались зубастые клювы демонических вавилонцев. Они кричали пошлости и грязь на древнегреческом языке, а на головах заточённых воинов покоились шлемы с высокими гребнями.     — Меркнут пеплом в дланях бессмысленные надежды, когда демон входит к смертным. Но я не из таких, мне не нужен этот мир, — ласточка театрально протянула ладонь к мобианцам. — Дети мои жаждут снова пережить вместе со мной битву ста дней и ночей. Рухнет тюрьма, и мы прогоним ангелов с лицами демонов, чтобы засияли звёзды над истерзанной землёй.     — Да хули ты ждёшь, когда злодей договорит?! — Соник-Эхо побежал.     — Соник, стой! — поднял руку ему вслед Тейлз-Палач.     Рогатая вавилонка тут же поймала кулаки вампира в свои руки. Она пошатнулась от огромной силы тёмно-синего ежа и сжала челюсти.     — Жаль не слышишь… ты не слышишь меня. И не послушаешь никогда, — голос высшей демоницы расходился гулом. — Решил ты бросить вызов мне, как безумец, чтобы встретить смерть, как глупец.     Иглы Соника-Эха поднялись, будто он принял Супер Форму, а его тело искрило молниями цветами пурпура и бирюзы. Руки Прометей дрожали всё сильнее и сильнее. Ласточка изумлённо вытаращила глаза: как бы она не старалась, но ёж все быстрее и быстрее толкал её в сторону портала, даже несмотря на то, что её острые копыта цеплялись за пол, оставляя царапины.     — Отойди ты от неё, блять! — пытался докричаться Тейлз-Палач.     Прометей нахмурилась. Одно из её крыльев сложилось в кулак.     — Ты не демон. Но ты и не смертный… ты нечто, что живёт вопреки всему.     Рогатая вавилонка врезала колючему парню по животу. У ежа всё потемнело в глазах от боли, дыхание перехватило, а из его тела вылетели едва заметные голубые и фиолетовые кольца. Её крыло отпружинило от магической подушки, что защитила живот от высшей демоницы. Соник-Эхо так сильно сжал её кулак, терпя боль, что разломал её пернатую руку в труху.     Прометей, даже не дрогнув бровью, молча сложила в кулак другое крыло. Зловещая Сеньорита сделала куда большее усилие.     — НЕТ! — воскликнул Тейлз-Палач.     Прометей пробила ежу грудную клетку. Позвоночник вышел из плоти, кости и куски органов полетели наружу. Тьма быстро поглотила сознание ежа, пока элитный охотник на демонов пребывал в шоке.

***

«Ах, прелесть моя ненаглядная, ты рождён цареубийцей. И ты будешь сражаться до победного… до скончания времён».    

    Соник-Эхо будто проснулся от кошмарного сна. Он вскрикнул, трогая себя за живот. Вокруг ревели демоны, грохотал разлом и механизмы Айво.     — Хотя бы тут не ори… — прошипел Тейлз-Палач. — Или тебя плющит?     Идущая к ним навстречу Прометей на мгновение замерла. Она тоже не поняла хаотичного вскрика напарника охотника на демонов, но продолжила:     — Рухнет тюрьма, и мы прогоним ангелов с лицами демонов, чтобы засияли звёзды над истерзанной землёй.     Экзешница раскрыла острые крылья, а вампир был в замешательстве. Он дрожал от переполнявшей его странной и непонятной силы.     — Но вы всё равно хотите сразиться со мною. Хорошо, — Зловещая Сеньорита сжала перед собой кулак. — Только здесь, в единой песни Света и Тьмы, мы решим, кто из нас достоин нести тяжелый крест.     — Почему ты не нападаешь-то? — уже более спокойно спросил у лиса ёж.     — Так надо, — сухо ответил Тейлз-Палач. — Всё, пора. Пора опять умирать.     — Что это за безумие? — вдруг раздался позади высокий голосок лисёнка.     Высшая демоница, а также истребители нечисти посмотрели на источник звука. Глаза Прометей мгновенно вспыхнули огнём, и она подняла руки. Цепи взметнулись ввысь.     — Посмотрим, готовы ли вы ко дням грядущим, герои переднего плана.     — Не позволю! — Соник-Эхо в ярости набросился на высшую демоницу.     Зловещая Сеньорита в это время обрушила другие цепи и на парней, пока устраивала казнь для «классиков». Тейлз-Палач смог уклониться от атаки. А вот вампира перерубило пополам. Его кровь вскипела в жилах.

«Ты свергнешь всех богов… тёмных и светлых. Хаос тоже не устоит».

    Мрак снова поглотил сознание ежа… и тут же отступил. А огненная рогатая ласточка снова повторяла свою фразу. Ёж чуть не сел на пол, тяжело дыша. Он наблюдал за действиями Тейлза-Палача и Прометей. До вампира начало потихоньку доходить, что происходит, но его начало тошнить.     Сзади их снова окликнул Классик-Тейлз. Вавилонка, что-то пробормотав, начала поднимать руки. Точно также, как и тогда. До ежа почти дошло…     — Эй! Даже в играх нельзя убивать детей! — Соник-Эхо взмахнул рукой.     Он рубанул по ногам высшей демоницы чем-то острым и звенящим. Прометей с грохотом завалилась набок — её сухожилия были перерублены. Цепи полетели выше местных мобианцев, прямо над их головами.     — Ой-ой-ой, какой кошмар! — Классик-Рей пригнулся и схватился за голову. — Какие большие цепи! Они просто гигантские!     — У тебя что, всегда был меч? — Тейлз-Палач направил плазменную пушку на Экзешницу. — И какого Хаоса ты им не пользовался, еблан синий?     — Какой, нахуй, меч?     Он посмотрел на свою правую руку. Ёж обалдел. Потом вскрикнул. Он даже выкинул предмет. Но тот снова вернулся к нему, недовольно звеня.     В его ладони покоился полуторный меч. Его лезвие было чёрным, настолько чёрным, что даже бил в глаза своим мраком. Сам клинок объят белизной, часто мигающей, как неисправная лампочка. Вскоре белизна исчезла, и лезвие стало чёрным, как сама ночь, притягиваясь к Прометей.     Соник-Эхо вспомнил: этот меч был у него всегда.     — Чё тут происходит? — прозвенел озорной мальчишеский голосок Классик-Соника. Он примчался к охотникам на демонов. — Где Эггман?     Из-за того, что ежонок встал прямо перед Тейлзом-Палачом, лис не смог выстрелить в ещё лежачую огненную вавилонку. Он зарычал, подобно волку, и опустил оружие. Даже ногой громко топнул.     — Иди нахуй отсюда, ёбаный в рот! — замахнулся клинком на ежонка Соник-Эхо, заставив мальчика немного отбежать назад.     — Сам иди отсюда! — огрызнулся синий мобианец. — Страус с колючками!     Прометей, не теряя времени, вскочила на ноги. Её крылья вспыхнули. Из-под золотых копыт выросли столбы пламени, отсекая троицу друг от друга.     — На этой земле царит порочный цикл многие тысячи лет! — почти боевой песней проревела демоница-Экзе. — Вы не осознаёте мощь сокровища-артефакта, а я хочу лишь одного: вернуть мирам свободу!     — Что ты подразумеваешь под «свободой»? — Тейлз-Палач открыл огонь.     Ствол начал вращаться, обрушивая огневую мощь на Прометей. Перья, что плотно прилегали к её телу, подобно стальной чешуе, начали постепенно отлетать от адского тела с кровавыми брызгами. Высшая демоница закрутилась вихрем и упала камнем на элитного охотника, но лис ушёл из-под удара.     — Когда плетут нить своей судьбы сами смертные, а не твари, возомнившие себя мойрами звёздной пыли! Не только ты роскошью этой можешь обладать, о вечный странник, тоскующий по дому!     Прометей взмахнула рукой. Воздух перед ней исказился, образуя щит из бушующего пламени. Ещё секунда, и высшая демоница выпустила своего клона, который возник у элитного охотника за спиной.     — Слышу злой звон с небес — это зов чудовищ со дна пустых галактик! О душа, лишённая солнца и любви — прекрати наш бой, дай вернуть отроков моих! — прогремел двойник. — Если по вине твоей титанами квазаров будет мир разрушен — какой знак прощенья ты получишь от Ареса?     Но клон вавилонки был разрублен пополам лазерным лезвием. Он взорвался, отбросив истребителя нечисти к стене. Стена помялась: взрыв оказался крайне мощным и киборг был на какое-то время оглушён.     — Не поворачивайся ко мне клоакой, курочка… — низко сказал Соник-Эхо.     — А-А-А-А! — вдруг заорала во всё горло Прометей, хлопая крыльями.     Вампир сделал сверхзвуковой рывок и вонзил ей под хвост волшебный чёрный клинок. На этом моменте память ежа снова прояснилась…     — ТЫ ОХРЕНЕЛ, ЧТО ЛИ?! — чуть ли не на визг сорвалась вавилонка, а потом залилась ругательствами на древнегреческом языке.     — Это было подло, Другой Я. Нехорошо! — пробежав через огонь, Классик-Соник снова прыгнул на высшую демоницу и прописал ей под клюв ботинком. Инфернальная сущность вскрикнула. — Больше так не делай!     Окончательно отойдя от шока из-за происходящего, в бой включились другие классические мобианцы. Классик-Эми первая бросилась в бой.     — На тебе, страшилка!     Тяжелый молот ежихи обрушился на голову Прометей. Вавилонка зажмурилась и опять вскрикнула. На самом деле удары местных героев её не особо волновали: её волновал лишь меч Соника-Эхо.     — Блять, застрял… — шёпотом ругался тёмно-синий мобианец.     Поэтому она вскрикивала. А потом ей заехали по клюву шипастым кулаком:     — Сгинь, нечистая сила! Тебя здесь быть не должно!     К счастью, вампиру удалось вытащить оружие. Зарычав, Прометей лягнула колючего парня в грудь. Завыла ударная волна, что отбросила от себя классических Эми, Наклза и Соника, а также временно заложила им уши. Кашлянув от боли, вампир улетел в другой конец коридора — едва слышно зазвенели призрачные кольца, что шлейфом потянулись за ежом. Он готов был поклясться, что удар демоницы мог разнести его на куски. Но этого не произошло из-за смягчившей последствия магической подушки.     — Ребятишки! Подсобите! — крикнул «классикам» Тейлз-Палач, включив динамик. — Мы займёмся демоном, а вы попробуйте сломать портал!     Магические цепи сорвались с разлома, вмиг оживая и устремляясь к героям, словно змеи. Классик-Наклз одну из них удачно выбил кулаком.     — Мы постараемся, Другой Я! — Классик-Тейлз на хвостах взлетел вверх.     — Я помогу тебе, — вместе с лисёнком к терминалам управления бросился и Классик-Майти. — Я буду тебя защищать!     — И я тоже! — Классик-Эми присоединилась к мальчишкам, отбив ещё одну цепь. — Уничтожим портал! Или что это за штуковина?..     Из портала, как ответ для ежихи, раздался низкий вопль.     — Что за фигня оттуда лезет?.. — у Классик-Соника шерсть встала дыбом.     Из разлома показалась птичья морда. Истекая слюной, птица загавкала на ежонка. Кровь из чёрных глаз текла ручьями по пернатой физиономии.     — Дурак! Не стой там! — Классик-Рей оттащил от разлома ежонка.     Прометей опустилась на одно колено. Один золотой рог треснул, разливая магму.     — Мои силы… не так велики, как должны быть.     Из её ран сочилась кровь. Рогатая ласточка дрожала.     — Или это всё из-за благословлённого меча, поющего с ветром? У меня… ха-ха… много пороков, не так ли? Но оно того стоит… стоит любых жертв. Нормально…     — Так! Не спать… — Соник-Эхо дал себе пощёчину и вскочил на ноги.     Высшая демоница тоже резко выпрямилась, скрыв свои слабости. Её образ начал растягиваться. Но внезапно в её грудь вонзился крюк, а ещё через мгновение в неё влетел Тейлз-Палач. Разрушительный выстрел в упор сорвал с неё ещё часть огненных перьев. Однако процесс клонирования был всё равно закончен, и двойники разлетелись к разным мини-командам.     — Вы не сумеете назад всё вернуть! Цепи рабского блаженства вам больше не надеть, — зловещим хором проговорили все двойники Прометей. — Вам не скрыться от истины вопреки желанию скрыться в тени неведения!     — Она… разделилась? — Классик-Наклз замер. — Что за ужас тут творится?!     Тейлз-Палач выстрелил в одну из высших демониц, что устремилась к классическим Майти, Эми и Тейлзу. Её голова взорвалась фонтаном лавы и крови. Позже двойник бабахнул, расплавив ступеньки и ближайшие столы.     — Отлично! Больше груш для битья! — воскликнул Классик-Соник.     Он циркулярной пилой запрыгнул на одного из клонов. Зловещая Сеньорита лишь отступила на шаг и с лёгкостью увернулась, оставляя за собой след магических искр. Но за её спиной появилась большая колючая тень.     — А нас-то двое! Отвернись, пиздюк!     Но Классик-Соник не послушался Соника-Эхо и показал ему язык. В следующий миг его мордочку забрызгала кровь — мальчишка побледнел, а его зрачки сузились до точек. Не позволив уронить цепи на ежонка, вампир спилил демонице-Экзе шею и крылья одним движением. Его меч ревел.     — Не ебу, откуда я знаю, как махать мечом… но получается прикольно!     Когда обезглавленное тело Прометей начало раздуваться, готовясь взорваться, Соник-Эхо схватил подмышку Классик-Соника. Он изо всех сил отбежал от инфернальной вавилонки, чуть не врезавшись головой в стену.     Прогремел взрыв, ещё более сильный, чем от остальных клонов. Вырубился свет в лаборатории. Всё освещал только тусклый красный огонь портала.     — Это ты выключил? — спросила Классик-Эми у лисёнка. Роуз размахивала молотом, отбивая цепи, которые пытались её поразить.     — Нет, это из-за взрыва! — Классик-Тейлз перебирал пальцами по консоли. — Мир буквально сходит с ума! И я, кажись, тоже…     — Как успехи? Ой, как больно… — Классик-Майти тоже защищал своих друзей от цепей. Его перчатки уже были сожжены, а на коже выступали пузыри от ожогов, поэтому он отбивался подручными предметами.     — Мне не хватает времени. Портал уже открылся на девяноста девять процентов… но я попробую успеть. Я сделаю, всё что смогу!     Отбиваясь от очередных цепей, Классик-Наклз случайно выбил кулаком дверцу контейнера. Он ойкнул. В следующее мгновение изнутри вылетела стая фликов и других мелких зверьков, которых Роботник удерживал в заточении. Они с громким чириканьем и трепетом крыльев наполнили лабораторию, как настоящий живой вихрь.     — О, птички! — показал пальцем на фликов Классик-Рей. — Летите отсюда!     Прометей, заметив это, неожиданно замерла. Её спокойствие и уверенность внезапно сменились тревогой и даже ужасом.     — Что... что это?! — прошептала Прометей.     Стая птиц, как будто почувствовав её реакцию, окружила демоницу, пролетая слишком близко. Прометей инстинктивно отшатнулась.     — Прочь! Прочь от меня! — она неуклюже размахивала руками и цепями.     — Улетайте! Улетайте, быстрей! — продолжал кричать им белка-летяга.     Но флики и не думали от неё отлетать.     — О как. Интересно, а себя ты боишься? — призадумался Соник-Эхо.     Классик-Рей спрятался за обломками разрушенной лаборатории. Его взгляд остановился на красном баллоне, а зоркий глаз киборга увидел белку-летягу.     — Рей! Огнетушитель! Я не шучу!     — Ты меня знаешь?.. — но жёлтый мобианец среагировал молниеносно и сорвал со стены красный баллон. — Странная идея, но я попробую!     Классик-Рей игриво покрутил предмет. Потом он выпустил на высшую демоницу морозную струю. Флики разлетелись по сторонам, а Прометей закрыла крыльями лицо и с рычанием отступила назад. Её пламя тухло, а перьевой покров пошёл трещинами. А последующий выстрел из дробовика сорвал всю её пернатую броню, обнажив чёрное голое тело, покрытый золотыми венами. В районе печени у неё пульсировало пламя.     — «Ясненько…» — сделал мысленную заметку Соник-Эхо, а затем рявкнул: — Эй, Терминатор, почему мы не воспользуемся Изумрудами Хаоса?     Он указал на массивную железную конструкцию, где мигали восемь мистических камней, включая Мастер-Изумруд. Их защищал толстый энергетический барьер и огненные спирали демонической магии.     — Я уже пробовал — не получилось. Нельзя, пока портал не закрыть.     — ГРА-А-А-А! — от страшного хора Классик-Рей даже выронил огнетушитель.     Неожиданно зал лаборатории погрузился в багровый свет, а пульсирующий разлом, дрожащий от выплеска магической энергии, разрастался всё сильнее. Классические Майти и Эми были вынуждены оставить своего двухвостого друга и спрыгнуть с большой высоты.     — АРГХ! — на Классик-Соника выскочил некий мускулистый демонический вавилонец в красном плаще. Ежонок явно не успевал среагировать.     ЗВЯК!     Роуз заехала по челюсти адскому воителю, а Классик-Майти отправил демона-Экзе обратно в портал. Однако из разлома… уже начали выходить всё новые и новые демоны в плащах, с щитами и копьями. Замок рухнул — фиолетовую и голубую рыбок уже разорвали на две половинки.     Прометей, вырвавшись из смертельной хватки своих врагов, приземлилась у края портала. Её пылающие крылья развернулись, словно триумфальный знак победы. Она мгновенно восстановила все свои раны.     — Что ж, нам пиздец, — спокойно константировал факт Тейлз-Палач.     Мобианцы из последних сил сражались с огненными цепями, созданных огненной демоницей. Каждый удар молота, каждое вращение кулаков и рывок в вихре казались бесполезными против силы, вырывающейся из иного мира.     — Мы не можем их удержать! — выкрикнул Классик-Наклз.     Классик-Соник оттолкнул ближайшего демона… но тут же заметил, как ещё трое вырвались из разрыва. А скоро оттуда начала выходить стройно марширующая армия в зачарованных древних доспехах.     — Я не могу закрыть его! Слишком поздно! — дрожал высокий голос Классик-Тейлза, но лисёнок продолжил пытаться.     Соник-Эхо стоял посреди всей этой вакханалии. Он осмотрелся, почти не слыша звуков битвы. Его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее.     Потом вампир направил на себя острие чёрного меча:     — Ясно, нахуй. Либо я всё правильно понял, либо я сейчас умру, как дебил.     С грохотом из портала начали вырываться настоящие исполины — демоны с бронзовыми доспехами и горящими глазами, воплощение древней разрушительной силы. Герои, окружённые со всех сторон, встали плечом к плечу. Элитный охотник на демонов притормозил, увидев, что собирался сделать его напарник.     — Ты чё, блин, делаешь?! — сердито окликнул Тейлз-Палач.     — Спасаю мир, приятель.     Соник-Эхо пронзил себя мечом, подобно самураю, а потом рухнул на колени. Прометей в недоумении посмотрела на тёмно-синего мобианца. Её миньоны также не врубились и переглянулись.     — Блять, это не значит, что надо бросаться в крайности, — зло проворчал киборг.     Но ход реальности остановился, как будто его поставили на паузу. Всё задрожало помехами… и всё обратилось вспять, словно включили на обратную перемотку через гигантский пульт.

***

    Темнота перед глазами опять рассеялась, и ёж-вампир немного растерялся. Он снова оказался на том же месте, до начала битвы с высшей демоницей. В животе отзывалось ноющей болью. А ещё колючий парень чувствовал себя уставшим. Но не настолько, чтобы не попробовать снова.     «Получается, я перезапускаю битву после смерти. Прям как в видеоигре…»     — Чё за фигня тут происходит… — Тейлз-Палач выругался вслух и тронул свой искрящийся Изумруд Хаоса, не сводя глаз с Прометей.     «Так. Похоже, он что-то чувствует», — сделал новый вывод Соник-Эхо, а потом посмотрел на птицу. — «А эта падла о чём-нибудь подозревает?»     Рогатая вавилонка с таким же надменным видом продолжила:     — Только здесь, в единой песни Света и Тьмы, мы решим, кто из нас достойный нести тяжелый крест.      «Сколько у меня вообще попыток?»     Вампир попробовал представить в своей руке меч. И, к его удивлению, медленно возник тот самый чёрный клинок. Он злобно тянулся к птице.     Затем Соник-Эхо сорвался с места, оставляя за собой тёмную синюю линию с электрическими всполохами. Но он атаковал не Прометей, как ожидала сама высшая демоница — колючий парень, закрутившись в спин-дэш, врезался в контейнер с заточёнными фликами и другими зверьками.     — Нет... только не это... нет!     Стая птиц закружила вокруг неё, пока остальные зверьки скрылись в вентиляциях. Инфернальная сущность подняла руки и зажмурилась.     — Стреляй в неё, Тейлз! Жги! Мочи её!     Тейлз-Палач громко свистнул через динамик, разогнав фликов. Мощный выстрел из пушки, которую лис не смог задействовать в прошлый раз из-за Классик-Соника, отправил Прометей в разлом. Негативная энергия начала разрушать тело пернатой демоницы, и вавилонка истошно взвыла.     — Откуда ты знаешь, что там было? — лис увидел в руке вампира необычный меч. — А это чё такое? Ты откуда «Катарсис» спиздил?     — Я свои источники не выдаю, — его иглы поднялись. — Потом расскажу.     Вот уже появились классические мобианцы, на этот раз никто не сказал ни слова — их сковал страх от воя Прометей. Соник-Эхо, заметив детей, сразу дал команду союзнику:     — Скажи малявкам, чтобы они шлёпали к терминалу от портала. Терминал вон там находится, — вампир показал пальцем вверх, в сторону железной лестницы. — А мы с тобой возьмёмся за накаченную тётку. Рей, Наклз и Другой Я нас поддержат. У них хорошо получалось в прошлый раз.     Раздался мощный рёв. Из портала, хрустя и шатаясь, вышла обугленная статуя рогатой вавилонки с обломанными рогами. И не просто вышла, она буквально выползла оттуда на четвереньках, подобно зверю, жутко шипя. Потом демоница выпрямилась, и её лапа поднялась — камни разлетелись от внутренней силы, обнажая мускулистую, лишённую перьев, руку.     — Я как раз подумывал заменить сосуд, — низким басом прогрохотало чудовище, а из глаз статуи потекли алые струйки. — Узрите меня воистину!     Каменный плен рухнул со взрывом пыли. Вскоре показалась высокая мускулистая фигура, что раскинула руки по сторонам. Всё такая же рогатая и с копытами вместо ног… но это был обнажённый человек с раскалённой обсидиановой кожей. И это был мужчина с бородой и косматыми волосами, будто его причёску собрали из золотых пружин, а из его чёрных демонических глаз хлестала кровь. Тело его мощнее любого атлета, его огромный рост выходил за все возможные нормы людской расы, а его пах и печень буквально пылали.     — Был распят я средь толпы — и сброшен в пропасть в окружении мёртвых гор, — представился высший демон. — И смертная, страстно жаждущая ветер свободы, приняла свою судьбу — отдалась мне в обмен на мечту.     Потом злющий Прометей оглушительно заорал, — его рот открылся неестественно широко, — и поднявшийся ветер едва не сбил Соника-Эхо с ног. Из железных колец на мощных руках монстра вырвались огненные вихри, и Зловещий Сеньор, сильно пригнувшись, раскрутился — в ответ тёмно-синий ёж сделал кувырок. Цепи, как гигантские кнуты, рассекли колонны, а крыша провалилась внутрь здания. Обе цепи всё равно достигли цели и врезались в Соника-Эхо, но оставили лишь небольшие ожоги — их, как батутом, оттолкнула сине-фиолетовая аура, что моментально возникла вокруг ежа; у ног колючего парня посыпались звонкие призрачные кольца.     — О гладиатор, пляшущий с ветром, внемли, раз вызов бросить ты посмел. Докажи силу свою мне! Докажи, что ты можешь держать огонь, что вдыхает жизнь в воду и глину, — прогудел Прометей сквозь дым. — Либо ты — никто, тварь дрожащая, либо ты — венец творения, хозяин своего рока!     — Идите к терминалу портала! Оттуда лезет полный… кхем-кхем! — Тейлз-Палач показал сначала на разлом, а потом указал дорогу к терминалу. — Другой Я, займись взломом! Майти, Эми, защищайте Тейлза!     — Ни здравствуйте, ни до свидания, а уже командует нами! — затопала ногой Классик-Эми. — Ты такой же хам и свин, как твой друг!     — Да-да, иди нахуй, — тихо пробурчал коричневый лис.     Прометей снова взревел, сжав кулаки. Его руки до самых локтей раскалились добела, их охватил тёмный огонь. Воздух наполнился невыносимым жаром. Потом чудовище поскакало на четвереньках, подобно обезьяне — его покрытые раскалённой медью когтистые лапы вышвырнули Соника-Эхо в другую комнату, и тот пробил спиной двери. Зловещий Сеньор тараном помчался на киборга, вынудив мобианцев броситься врассыпную, а охотника на демонов — в спешке удирать от урагана тяжелых ладоней и цепей.     — Понял, Другой Я! — Классик-Тейлз взлетел на хвостиках. — За мной!     — Тебе можно доверять? — показал пальцем на киборга Классик-Майти.     Снова прогремел звон. Действуя на инстинктах — и на выученных, неизвестно, когда, навыках, — Соник-Эхо вернулся в бой и отбил две огненные цепи, которые Прометей обрушил на него. Экзе, ухмыляясь, встал в вызывающую позу, будто позировал на фестивале культуристов. Он уже закручивал вокруг себя новые цепи, словно лассо.     — Я тебя с поджопника отправлю туда, если ты сам не пойдёшь! — услышав недоверие, пригрозил броненосцу большой ёж. Он едва удерживал меч, который с металлическим воем тянулся к Прометею, как к магниту.     Классические Эми и Майти переглянулись, но не стали спорить. Немного погодя, они быстро потопали вслед за юным механиком.     — Наклз, Соник, Рей, вы со мной на… вот этого мужика? — запнулся киборг, а потом кувыркнулся, чтобы не быть рассечённым на две половинки.     — Как скажешь, дядь, — ежонок побежал на Экзе. — И у злодеев нет пола! У них только паркет!     Оставшиеся кивнули. Они были настолько в замешательстве от происходящего, — от тряски земли, демонических воплей и выбивающих глаза плясок пламени, — что не могли адекватно задавать вопросы Тейлзу-Палачу, которого в очередной раз чуть не задавила огромная демоническая туша с тяжелыми копытами.     — Тот глупый смертный, что пытался меня обмануть, новым сосудом будет. Брат огня и стали всё равно послужит мне, даже будучи мертвецом.     Цепи начали хаотично бросаться в разные стороны, в том числе и в ребят у терминала — те успешно их отразили. И вот, образ высшего демона обвили огненные спирали. Он создавал двойников, и пока творил заклинание, очень широко разевал пасть:     — Не сдавайтесь — сражайтесь! Сражайтесь за право жить в новых реал…      Классик-Соник сделал ход конём: свернувшись клубком, он залетел прямо в клыкастую пасть. Прометей, выпучив глаза, подавился и выплюнул дерзкого мальчишку.     — Ты в порядке, Соник?! — Классик-Рей подбежал к другу.     — Я туда не целился! — громко приземлившись на лабораторный стол, оправдался ежонок.     Соник-Эхо, воспользовавшись неловкой ситуацией, не позволил монстру клонироваться. Он, собрав в себя импульс, на звуковом рывке врезался в него, выставив «Катарсис», как копьё. Высший демон не смог уклониться от столь стремительного манёвра. Заклинание прервалось.     — Ау-ч… — белка-летяга закрыл рукой глаза Классик-Сонику и оттащил его.     — Эй! Не загора… Ой, блин, — ежонок положил его ладонь обратно.     — Хуя ты кабан, — прокряхтел тёмно-синий мобианец, — жопу отрастил…     Вампир пронзил высшему демону печень. Магма полилась из раны Прометея, угрожая пролиться на ботинки колючего парня. Инфернальный мужчина согнулся в три погибели над ежом. Он зажмурился от боли, но не издал ни стона, ни писка. Его облик, облачённый красной аурой, стал очень быстро мигать и осыпаться пеплом.     — Сейчас козочка тебя забодает, — вдруг сказал колючий парень.     Соник-Эхо прицелился двумя пальцами демону-Экзе в глаза. Его руку начала распирать магическая энергия, что обвила ему кисть цветастыми узорами.     — Это слишком низко, бесчестно. Слишком подл… — Экзе не успел закончить.     Возникла силовая волна. Лопнул звуковой пузырь. Великана откинуло от Соника-Эха, и ёж смог освободить меч — кровь и лава моментально стекли с клинка, оставляя его идеально чистым и блестящим. Экзе со звяканьем копыт едва удержал равновесие, а его голова откинулась далеко назад. Прометей закрыл ладонями выколотые глаза, громко рыча.     «Козочка забодает?» — на время остановился Тейлз-Палач. — «У меня дежавю или я где-то слышал уже? И движения у него… такие знакомые».     Высший демон, рыча от злости, закрутился огненным вихрем. Десятки, если не сотни цепей, полетели во все стороны. Мобианцам ничего не оставалось, как снова побежать в укрытия. Несколько цепей достигли цели: Классик-Эми спалили половину платья, и девочка превратилась в оборванку; раскалённое лезвие проехалось по голове Классик-Майти, едва не задев ему правый глаз, — но оставило глубокую полосу на лбу, — и броненосец взвыл, скрючившись; Классик-Соник чуть не был похоронен заживо под завалом из обломков, но ему вовремя помог подоспевший ехидна.     — Благородство главного героя и подлость Высшего в себе сочетаешь! И твои атаки — яркий символ тому подтверждение! — в гневе кричал на большого ежа Прометей, другой рукой хватаясь за бок.     Где-то у потолка что-то заскрипело и застрекотало. Затем что-то страшно загудело. Потом в следующий миг что-то громко засвистело. Тёмно-синий ёж обернулся, увидел нечто, что накрыло его тенью, нахмурился и пригнулся.     — Ты просто… — но Зловещий Сеньор не успел договорить.     В следующую секунду в него влетел металлический таран, одна из ловушек Классик-Эггмана — и гиганта отбросило ближе к разлому. На таране сидел Классик-Рей, но ему пришлось спрыгнуть — одна из верёвок оборвалась.     «Почему подлость Высшего?..» — на секунду озадачился Соник-Эхо.     Вдруг к чудовищу прицепился крюк, пробив его твёрдую кожу. Затем тяжелый ботинок киборга отправил Экзе в демонический разлом, — охотник параллельно выдал выстрел дробью, и снова в печень. Когда рогатая сущность, тлея до костей, пыталась вылезти, Классик-Наклз с рёвом и с разбегу заехал монстру кулаком между глаз. Высший демон рухнул внутрь портала под улюлюканья своих инфернальных прислужников.     — А где усатый дядька? — потом Классик-Соник деловито показал большим пальцем в тёмные врата: — И кто-нибудь объяснит, что за чушки лезут?     И ответом ему послужил низкий многоголосый крик Прометея из портала.     — Там что-то страшное! — белка-летяга плюхнулся недалеко от портала. — Если бы мы знали, что это такое… но мы не знаем, что это такое!     Вопли из разлома усилились, от чего у ежонка ёкнуло под ложечкой. Классик-Рей с писком отпрыгнул от врат, потянув за собой синего мобианца. Сам портал раздулся пузырём.     — Я успею деактивировать механизм! — тем временем победоносно заявил Классик-Тейлз. — Только пара минут… пожалуйста.     Земля снова затряслась. Свет выключился. Теперь тьму рассекало только кровавое сияние портала, жаркое и тошнотворное. Изумруды Хаоса, подключенные к вратам, замерцали неисправной гирляндой.     — Пережить бы нам эти пару минут, — Классик-Майти, переводя дух от боли, переглянулся с встревоженной Классик-Эми. — Но мы выстоим. Я верю в это.     Портал опять задрожал. И вот, с ураганом бушующего пламени, начал снова показываться Прометей. Гигантская тёмная птица, чьи перья — чёрные магические сгустки, — и её безглазая голова высунулась из мрачных врат. Воздух буквально сворачивался в дымные водовороты и скрипел искрами. Землетрясение было настолько сильным, что Классик-Эми не удержалась на ногах и выпала за поручни — она расшибла себе колени и подвернула ногу. За ней чуть не кувыркнулся вслед броненосец, а лисёнок всеми конечностями и даже хвостами держался за терминал.     — Не иди по моей тропе, о странник междумирья, сын огня! Не иди за мной, о рыцарь благословенного клинка, поющий с ветром! — голос Прометей шёл не из клюва, а из пасти на шее под клювом.     Яростные когти громадных лап поймали вампира в смертоносный огненный вихрь, что вышел из тёмных врат — большой ёж стоял слишком близко к демону-Экзе, и колючего парня снесло в другой конец коридора под звон колец. Как оказалось, птица была с четырьмя лапами, как дракон.     Потом клюв чудовища открылся, и птица опустила голову — из глотки полился расплавленный белый металл, окружённый чернотой, и стремительным потоком полился по земле: Классик-Рей, вскрикнув, взлетел; Классик-Соник поскакал мячиком для пинг-понга по стенам; Классик-Наклз зацепился когтями за стальную колонну и вскарабкался по ней. Классик-Эми не могла даже подняться и уже в ужасе ждала, когда её сожжёт заживо. Но очень быстро она почувствовала боль в обеих руках, и у девочки засвистело в ушах — к ней одновременно подбежали большой ёж и большой лис, что схватили её в последние мгновения. Роуз болтала ногами, вися между колонн, где сидели, как гопники, пришельцы из других Вселенных.     — А вот до этой фазы босса я не доходил! — будто оправдался перед бесхвостым лисом Соник-Эхо, тем самым озадачив охотника на демонов.     Опираясь крыльями, птица зашипела: вслед за жидким металлом вырвался алый лазер. Высший демон задрал голову к небу — замок Роботника распилили пополам, и его половинки с грохотом разъехались друг от друга. Потом монстр крутанул головой — лазер сжёг и стены, и большую часть колонн; ребята попрыгали в стороны. Ехидна, едва увернувшись от едкой плазмы, зацепился за стену, повиснув над кипящей пропастью, где расплавились старые роботы. Могучим дыханием Прометея сдуло Классик-Рея, но страж поймал белку-летягу за руку, не позволив ему улететь в горячие потоки.     — Мне, блять, страшно представить, какие там высшие демоны, если этот — ещё слабенький! — приземлившись на уступ, прижал к себе ежиху сосредоточенный, но ошарашенный Соник-Эхо. — Это полный трындец!     — Он не только ослабленный! Это вообще не самый сильный Экзешка в свите Зевса! — крики Тейлза-Палача едва распознавались сквозь ураган.     Классик-Эми спокойно лежала у ежа на руках, как зачарованная поджав ладошки. Она почти не слышала звуков хаоса — малышка пялилась на своего спасителя, приоткрыв рот. Что-то завораживающее Роуз углядела в вампире, чей образ мерцал в разноцветных вспышках пламени, как на дискотеке. Она вздохнула.     — Арес, хозяин лунных вод и космической войны, сто дней и сто ночей кровь мою и кровь детей моих проливал, напитал ею этот мир! — зарычал Прометей, прекратив изрыгать плазму. — Огненный свет любви и прощения обратился в пламень гордыни и мщения! Вы не выдержите это бремя!     Монстр подтянул своё тело из портала и привстал. Экзе вознёс свою огромную лапу над разрушенным залом и в мерзком клёкоте завопил.     — Берегись! — закричал Классик-Наклз и отцепился от стены.     Лапа сжалась в кулак, и Прометей рухнул всем весом на пол. Едва коснувшись пола, птица-колосс раскрутилась, и когти уничтожили всё в округе вместе с колоннами и стенами. Очень быстро его разрушительное вращение остановил Тейлз-Палач — мощный выстрел в голову, и Зловещий Сеньор упал, сотрясая огромной головой землю.     — ВИ-И-И-И-И! — завизжала Классик-Эми и зажмурила глаза.     Остатки верхнего этажа и крыши базы Классик-Эггмана окончательно рассыпались, обнажив грозовое небо, стреляющее молниями. Как только пернатое чудовище вылезло наполовину — дышать стало невыносимо, лёгкие буквально горели изнутри. Но ветер заметно ослаб.     — Какое-то невесёлое приключение! Мне не нравится! — Классик-Рей воспарил среди дымовых завес. Он кашлял, и у него слезились глаза.     — А я говорила вам! — у Роуз началась истерика, а по её щекам потекли солёные ручьи. Соник-Эхо чувствовал, как её всю судорожно колотило у него на руках. — Я говорила вам оставаться дома! Теперь мы все погибнем!     Классик-Соник стал вести себя странно. Он спрыгнул на раскалённую арену и задрал голову. Ежонок, словно загипнотизированный, смотрел, как над ним, сквозь раскалённые вихри, поднималась птичья голова. Прометей злобно всасывал в свою пасть искры, огонь и дым, рыча, сопя и вереща.     — Соник, ау! — рявкнул ему Классик-Майти, поднимаясь из-за края обрыва. — Соник, ты что делаешь?!     Но ежонок не реагировал. Его взгляд остекленел, а рот приоткрылся. Клюв монструозной птицы медленно раззевался, а в глотке разгорался огонь. Сверхзвуковой герой с нездоровым выражением лица наблюдал за Экзе.     — Получилось! — вдруг воскликнул Классик-Тейлз. — Это победа!     Лисёнок нажал на кнопку. Портал сразу же захлопнулся. Вылезший по пояс Прометей был разорван на две половинки, а задняя часть туши осталась в тюрьме спартанцев. Зловещий Сеньор, крякнув, грохнулся на пол.     — Что? — опух Соник-Эхо. Его иглы сразу опустились. — Это чё, всё?     Классик-Соник вышел из оцепенения. Мальчик какое-то время в ступоре смотрел на павшего демона. Потом колючего паренька затрясло, и он сел на пол, схватившись за голову.

***

    Искажение реальности также стало рассеиваться вместе с птичьим телом Прометея. Гигант, весь побитый, лежал на спине, тяжело дыша.     — Мы победили?.. — белка-летяга спустился с неба, всё ещё кашляя.     — Не делай выводы раньше времени, — Классик-Майти поднялся на ноги.     Ежонок, наконец, пришёл в себя. Он был бледен. Мальчик оглянулся.     — Эм… где Эггман? — только это беспокоило Классик-Соника больше всего.     — Вот реально зря трансформировался, — Соник-Эхо спустился вниз и осторожно опустил на ноги девочку. — Ебланище тупое, ты где вообще?     Классик-Эми стояла, как вкопанная, обнимая себе и трясясь. Она глубоко вздохнула, как-то странно глядя на удаляющегося от неё вампира, и быстро моргала. Её щёки стремительно разгорались румянцем, а слёзы высохли.     — Это всё ради Основы Логики?.. — едва слышно прохрипел Прометей.     Соник-Эхо подошёл к демону-Экзе и наклонился к нему, возложив чёрный меч на плечо. Ёж хмурился, почёсывая спину.     — Если будешь упрямиться, не то баба, не то мужик — мы тебе лицо обоссым и в рот насрём, — сказал он. — Так что лучше отдавай подобру-поздорову.     — О, молодой воин, которого избрал Катарсис, меч истины, что есть воплощённая в сталь воля Фемиды и Немезиды, кхах… выслушай, — разбитые губы демона-Экзе дрожали. — Ты можешь убить меня, но не бери ОКиЛ. И не отдавай его никому. Лучше спрячь куда-нибудь, куда не ступал ни зверь, ни человек, и где нет власти ни у Света, ни у Тьмы. Потому что даже меня она развратила… и тебя развратит, сведёт с ума, если коснёшься.     — Ты убил Эггмана, и убил крайне жестоко. Мужик хоть и мразь, но такой участи не заслуживал, — негромко заговорил Соник-Эхо. — Я тебя всё равно завалю. Ты в одной из моих попыток бессовестно грохнул малышню.     — В смысле она убила Эггмана?! — в один голос воскликнули все классические мобианцы, особенно Классик-Соник.     — В одной из попыток? — озадачился Тейлз-Палач, осторожно сближаясь с напарником. — Погоди-ка… это же не то, о чём я думаю?     — Ты звучишь справедливо, избранник Ареса, Последнего Из Трёх. Катарсис, как обычно, не ошибся. Не ошибся он и во мне, признав меня достойным лишь наказания и смерти, — покашлял Прометей. — Думаю, ты и дальше понесёшь правосудие, и не убьёшь этим мечом невинного, и не погубишь чистое сердце того, на кого он однажды покажет сияющим белым инеем.      — Да-да, давай уже ближе к делу, — махнул ладонью вампир.     Человекоподобный великан резко выкинул руку вперёд, навстречу вампиру. Он раскрыл ладонь — в его дрожащей грубой ладони покоилась материнская плата. Соник-Эхо и Тейлз-Палач были в полном замешательстве от действий демона-Экзе и вопросительно переглянулись.     — Тогда забери ОКиЛ. Забери и уничтожь с помощью неё единое целое, дабы не явился снова в миры Король Погребель. Только не играйся ею — иначе падёшь также низко, как я, — прогрохотала тёмная сущность. — А теперь убей меня. Всё равно все мои дети… уже мертвы. Я пойду за ними.     Коричневый лис взглянул на тёмно-синего ежа и кивнул. Вампир, немного мешкая, осторожно протянул руку и забрал ОКиЛ… а потом пихнул её Тейлзу-Палачу, едва не стукнув ему по груди.     Пока элитный киборг едва не уронил материнскую плату, подбрасывая её в стальных ладонях, как горячую картошку, Соник-Эхо твёрдой рукой направил «Катарсис» на демона-Экзе. Клинок угрожающе зазвенел, засвистел, будто так и хотел вырваться из его хватки. Тёмный дым сочился из лезвия.     — Я не вижу в тебе ни капли раскаяния, поэтому не пытайся играть в благородство. От таких, как ты, меня только рыгать тянет.     И в следующий миг вампир поднял меч-бастард, а потом резко возил его в тугую тёмную кожу чудовища, прямиком в пульсирующую печень. Рука Прометея тут же бессильно упала. Местные мобианцы охнули, а большой ёж присел на одно колено, удерживая вибрирующие рукоять и гарду в окровавленных железных перчатках.     — В любом случае, ты, хер-пойми-что, получило то, что заслуживаешь.     Высший демон задёргался в агонии, а его глаза и вены потухли. Тело быстро превратилось в золу, в кучку всё ещё тлеющих углей. Из них вырвался чёрный комок духовной силы. Недолго думая, бесхвостый лис уничтожил его лазерной плетью, и душа Прометея окатила всех удушающим жаром.     — Сколько пафоса-то, пипец, — насупился Тейлз-Палач. — У Шедоу учился?     — Конечно. Иди нахуй, — вытащил меч из углей Соник-Эхо и выпрямился.     Элитный охотник на демонов с интересом начал разглядывать артефакт, аккуратно вытирая его от крови. Он действительно был похож на материнскую плату, как описывал Тейлз-Модеус. Его поверхность из гладкого белого металла мерцала мистическим блеском, будто отражая отблески невидимого эфира. От него чувствовалось тёплое сияние и слышался мягкий звон. В центре, окружённом светящимся кольцом из тончайших пульсирующих дорожек, покоился ослепительной белизны камень, настолько красивый, будто звезду сорвали с ночного небосвода.     — Итак, мы закончили, теперь время для вопросов. Что тут происходит? Кто вы такие? — обратился к взрослым мобианцам ехидна. — Вы демоны? Где Мастер-Изумруд?     — Нет, мы не демоны. И я хуй знает, где Мастер-Изумруд, — оторвал свой взгляд от ОКил Тейлз-Палач. — Мы такие же мобианцы, как и вы. Скоро всё наладится. Будете жить, как раньше.     — Угу. Угу… я требую объяснений, — проявил настойчивость Классик-Наклз. — И Мастер-Изумруд.     — Да вот даже не знаю, есть ли тебе смысл объяснять, потому что завтра ты уже всё забудешь, — киборг выключил шлем, демонстрируя своё лицо.     Классик-Майти вскинул брови, увидев его изуродованную физиономию.     — И правда на Тейлза похож… — прошептал Классик-Рей, спрятавшись за спиной броненосца. Он мысленно сравнил охотника с юным механиком.     — Ну хотя бы представься для приличия, — сказал своему другу вампир.     — Я Майлз, позывной «Палач». А это Мор… тоже Соник, он у нас «Эхо».     — Вы военные, раз у вас позывные? — спросил Классик-Майти.     — Нет, мы самые страшные уголовники-бандиты-тунеядцы, — тёмно-синий ёж ткнул в лиса: — А он вообще сын босса мафии.     — Ебать ты проницательный… — киборг нервно хрюкнул, сдерживая смех.     — Эм, а что у тебя за штука там? — поинтересовался Классик-Тейлз.     — Кое-что очень опасное, — ответил Тейлз-Палач.     — Верно, сын Ареса, оно опасное. И тебе не совладать с мощью абсолютного зла, — неожиданно прозвучал глухой женский голос.     Все посмотрели на Классик-Эми. Та развела руками:     — Это не я.     Поднялся холодный ветер. А потом некая тень промелькнула между взрослыми мобианцами и Тейлзом с Наклзом. ОКиЛ в руке охотника пропала.     — Э, бля! — выругался бесхвостый мобианец. — Куда, нах?!     — Хаос в этом веке крайне силён, — на обломке стены появилась пурпурная кошка. В её руке блестел артефакт, чей свет больно резал по глазам.     — Воровать — нехорошо! — заругался Классик-Соник. — А ну быстро отдай!     Ещё рабочие часы на одном из столов, чудом выжившие, показали три нуля. Они тихо запищали, возвещая о наступлении полуночи.     — Слыш! — крикнул ей Соник-Эхо. — Верни, а то я тебя тоже отмудохаю!     — Подойди ближе, коль храбришься, — парировала Зловещая Сеньора.     — Это Афина! — показала на неё пальцем Классик-Эми, подпрыгивая на месте. — Рей! Наклз! Майти! Это про неё, про неё мы вам говорили!      — А тыкать пальцами невежливо… — сказала демоница.     Неожиданно за спиной Экзешницы появилось нечто гротескное и парящее в воздухе. У этой тени, как маяк, горел один большой белый глаз, а её фигуру окаймляло лёгкое свечение. Мелькнула вспышка — и демонической кошке отрубили руку с предметом. Кровь забрызгала пол.     Но Афина не растерялась и даже не поморщилась от боли. Она крутанулась, как балерина, грациозно взмахнув копьём. Правда, её атака встретила звенящий магией барьер. Потом последовал световой взрыв — Экзешница отшатнулась, закрыв локтем глаза, быстро восстанавливая конечность. Однако через мгновение кошка снова атаковала неизвестного, специально наступив на ОКиЛ и закрыв огромным щитом ногу. Существо уклонилось, ударило тысячью невидимых лезвий по щиту, а потом фиолетовой молнией ускользнуло на крышу — классические мобианцы разбежались по сторонам, чтобы их ненароком не разрубило нечто острое и раскалённое.     — Ну обосраться, только ангелов нам здесь не хватало. Ещё и Наивысший, сука, — Тейлз-Палач уже что-то призывал из своего камня.     — Ещё один босс? — Соник-Эхо поднял голову, чтобы разглядеть неизвестного, что будто состоял из плазмы. — Полагаю, нашла жаба гадюку?     Это был даже не гуманоид — это было гротескное чудовище, которое освещало пламя не потухшего пожара после битвы с Прометеем. Его тело казалось настолько острым, что оно чуть ли не резало глаза: из него постоянно лезли какие-то отростки, и эти самые отростки сразу втягивались обратно. Чем-то этот рогатый Наивысший напоминал морского конька, который плавал в воздухе, но с четырьмя клинками-крыльями разной длины и толщины. Взгляд его был диким, белый глаз с точкой в центре практически не мигал и словно хотел вылезти из головы причудливого создания.     — А вот, похоже, и настоящий архитектор… — прошипел Классик-Наклз.     И когда гордый ангел заговорил, мобианцы и демоница-Экзе поморщились — голос его звучал мерзко, разливался басами неисправной электрогитары:     — Ну и рассадник дерьма здесь, кого я только не вижу. Сжигать заразы придётся много, — светоносная сущность одарила презрительным взглядом каждого из присутствующих. — Я тут только отобрать Основу, если что.     Все снова почувствовали потусторонний жар — на этот раз, уже от присутствия Наивысшего: у классических мобианцев вскоре появились капли пота, а их щёки покраснели; у Тейлза-Палача угрожающе и злобно мерцал Изумруд Хаоса, отзываясь негативной энергией на светлую сущность. Великолепно себя чувствовал только Соник-Эхо: он ничего не ощущал.     — А как ты отбирать собрался, умник? — вдруг крикнул ангелу ёж. — У тебя рук нет, ты же гомункул-переросток!     — Ой… точно! — осёкся Наивысший, оглядев себя. — Секунду.     В следующее мгновение образ хтонического чудовища стал чистым белым светом. Он изменял свою форму, подобно пластилину. Когда свет рассеялся, на земле уже стоял мобианский пурпурный ёж с длинными иглами, которого окружала лёгкая аура. Причём, совсем голый, даже без ботинок и перчаток.     — Так лучше? — спросил он уже нормальным голосом, всё таким же низким, но уже приятным, бархатным.     — Ага. Только ты одежду забыл, — также добавил вампир.     — Великим созданиям Апокрифа одежда не нужна! В отличие от вас, жалких недосуществ!     — А чё такой маленький-то у тебя? — не прекращал паясничать Соник-Эхо и даже посмотрел в бинокль. — Даже у сеструхи Реквием больше.     — Пошёл нахер, мутант, — Наивысший потёр ладони, высокомерно глядя на Афину: — Ну что? Отдашь сама или тебе сначала задницу вскрыть?     — Писькой будешь вскрывать? Ты хотя бы трусы надень. На тебя дети смотрят.     — Иди нахер, кому сказал.     Все приготовились к бою. Только вот мобианцы не знали, с кем им теперь сражаться — с Афиной или с неожиданным небесным посланником из Апокриф.