Bugging Out (Жучиный переполох)

Ты опустил взгляд, барабаня пальцами по подлокотнику, пока они маршировали перед тобой. Пони и чейнджлинги — все вместе, бок о бок, наконец-то объединённые. Это почти вызвало улыбку на твоём лице, но нельзя было портить суровое выражение, которое ты вынужден был сохранять. Теперь ты был их вождём, их императором, их богом! Им нужно было знать, что ты оцениваешь их, чтобы они все стремились быть лучшими из возможных рас на этой планете. В конце концов, они смотрели на тебя с таким благоговением — разочаровать тебя значило бы разочаровать самих себя. — Внимание! — выкрикнула Апокрита с твоей стороны, сверкая в новом золотисто-пурпурном элитном боевом доспехе, который ты сам для неё сконструировал. — Я представляю вам его превосходительство, Короля Пони, Императора Чейнджлингов, Объединителя Эквестрии и Мастера Эго, Анона! Из собравшейся толпы раздался коллективный рёв аплодисментов — существа всех мастей поднимали копыта, выкрикивая твоё имя. Довольный этим зрелищем, ты поднялся с трона — буквальной комбинации тех, что принадлежали Селестии и Кризалис, левой и правой половин соответственно. На тебе была лишь толстая пурпурная мантия с белой меховой оторочкой и массивная золотая корона. Ты был королём этих существ — и не чувствовал ни капли стыда. — Мои подданные! Я так рад подарить вам ещё один день! — провозгласил ты, воздев скипетр над головой и поднимая солнце выше с помощью магии, текущей через него. — Я знаю, правители прошлого подвели вас, разжигая войны и раздоры, пока не осталось ничего, кроме ненависти и презрения! Несмотря на их бессмертные тела, они не сделали ничего, чтобы дать вам то, в чём вы по-настоящему нуждались! А я, за своё короткое время здесь, сделал именно то, что требовалось! Ты подождал мгновение, наслаждаясь славой их ликования, впитывая их восхищение. Ты буквально чувствовал, как их любовь к тебе усиливает твою мощь. Затем, простерев руку, ты заставил их замолчать — идеально, из уважения к тому, что ты для них значишь. — Увы, я не бессмертен, как они. Моё время ограничено, и хотя я планирую пробыть здесь ещё много лет, вам нужны лидеры, которым я могу доверять, чтобы они охраняли вас! И потому с большой честью я представляю вам их! — объявил ты, хлопнув в ладоши, чтобы дать сигнал следующей части твоего мероприятия. Под эскортом между зеваками в толпе и твоим троном шли они. Селестия, Луна, Каденс, Твайлайт и Кризалис. Все связаны золотыми цепями и ошейниками, с маленькими кольцами на рогах, чтобы помешать им использовать магию; цепи также прижимали их крылья к бокам. Часть толпы заулюлюкала при их появлении — от этого конвоируемые опустили головы ещё ниже, униженные своими нынешними позами и всем прочим. Ни одна из них не носила тех украшений, что когда-то отмечали их как лидеров своих народов. Ты снова взмахнул рукой, и толпа умолкла, заставив бывших принцесс и королеву поднять на тебя глаза. Большинство выглядело грустными, хотя Кризалис казалась ещё и злой. — Селестия, Луна, Каденс, Твайлайт и Кризалис. Вы пятеро должны были быть лидерами своих народов, обеспечивать им безопасность и все нужды, но раз за разом вы терпели неудачу! Вы вели их в войны, которых я не могу и сосчитать, и заставляли прятаться перед великими злами — включая друг друга! Есть ли у вас что сказать в своё оправдание? — потребовал ты от группы, глядя на них выжидающе, с скипетром, нацеленным на них. Их коллективная сила теперь принадлежала тебе благодаря ему, но ты не осмеливался использовать её против них. Они были одновременно и жертвами, и виновницами. Глубоко вздохнув, Селестия собралась с силами, проявляя хоть какое-то достоинство, несмотря на слёзы, набухшие в глазах. — Я скажу лишь, что сделала всё, на что была способна, для своих маленьких пони… но явно этого было недостаточно, и, возможно, никогда не будет. Так что если ты смог сделать то, чего не смогла я, то я с радостью сделаю всё, что ты ни попросишь, — объявила она, показывая свою заботу о пони, даже когда они смотрели на неё свысока. Подойдя к сестре, менее владея своими эмоциями, но всё же стараясь держаться, Луна объявила: — Когда-то мы причинили боль нашей сестре, нашим подданным и самим себе. Наша сестра наказала нас за грехи и вынуждена была нести бремя правления Эквестрией в одиночку. Нам жаль, что тебе пришлось сделать то же самое, но в куда большем масштабе. — Ты! — выкрикнула Кризалис, приковав внимание толпы и твоё к себе. — Я никогда не должна была доверять тебе столько власти! Я думала, возвысив тебя до короля, ты будешь трахать меня этим своим славным хером каждый день, а не узурпировать моё место и красть у меня народ! — Увы, они выбрали меня, Кризалис! Лучшее, что ты сделала, — дала им настоящего лидера, — заявил ты, воздев руки, чтобы вызвать новый взрыв ликования из толпы, а затем опустив их, чтобы снова заставить замолчать. — Я… была… Я была новичком в роли лидера, и явно слишком рано взялась за это, или, может, это вообще не моё, — заговорила Каденс, стараясь поскорее пережить своё унижение. — Я просто хочу знать, что моя дочь вырастет в лучшей Эквестрии, чем та, что могу дать ей я. Твой взгляд упал на Твайлайт, которая подняла на тебя глаза, уже почти всхлипывая, и произнесла: — Мммф! Ммм мммф фффм! Ах да, точно — ты заткнул ей рот кляпом. Ты был почти уверен, что это будет какая-то речь о дружбе. Спустившись по ступеням от трона, ты снова взмахнул скипетром. — Итак, несмотря на то что вы подвели своих подданных, я даю вам шанс на искупление. Каждая из вас поможет произвести на свет наследника, который займёт моё место, когда я уйду. И мы поработаем над этими наследниками… прямо сейчас! — объявил ты, и печаль сцены испарилась — мордочки аликорнов и чейнджлинга сменились похотливыми улыбками. — Тогда, пожалуйста, позвольте нам обслужить твой скипетр, — взмолилась Селестия, облизывая губы. Ухмыльнувшись, ты ступил на последнюю ступеньку, готовый подойти к ним, когда заметил нечто странное. Тьма расползалась по толпе, устремляясь к тебе с пугающей скоростью. Твои глаза метнулись вверх — луна начала затмевать солнце, и дыхание перехватило в горле. — Нет… нет-нет-нет, этого не может быть! Не может! — закричал ты, отшатнувшись назад на ступени и в ужасе глядя, как из сходящихся луны и солнца выплывает какая-то фигура. — Это не серьёзно! Почему? Почему именно сейчас?! — Потому что, Анон, — произнесла сущность, её голос был таким же знакомым, как и форма, — нам нужно поговорить, — заявила незваная гостья, выходя из тьмы и показывая, что это не кто иная, как принцесса Луна. Настоящая принцесса Луна. — Чёртова Луна! Ты всегда прерываешь мои сны до лучших моментов! Это уже вторая королевская оргия, которую ты ломаешь! — закричал ты, взмахнув скипетром в её сторону. С недоумённым видом Луна оглянулась, заметив, что она, так сказать, уже присутствует. Обернувшись к тебе, она состроила недоверчивое выражение. — Опять, Анон? Что за одержимость у тебя — трахаться с нами, принцессами, и Кризалис?! — спросила она, так тряхнув головой, что её звёздная грива захлестнулась. Она сделала строгий взгляд и добавила: — И почему мы в цепях? Это выглядит куда хуже, чем в прошлый раз! — Да ладно, как будто я единственный парень на свете, кто хочет вас всех отыметь или мечтает о величии — почему бы не и то, и другое? — простонал ты, потирая виски. Луна открыла рот, чтобы возразить, но замерла, словно обдумывая. Она ничего не сказала, но выражение её лица сказало достаточно. Вздохнув, ты посмотрел на неё, подперев голову руками. — Ладно, что ты хочешь сказать? Надеюсь, мы либо разберёмся с этим, и я вернусь к своему сексуальному сну… либо ты продолжишь то, на чём за… — А-ах-ах! Тихо! Ничего такого!.. она может услышать, — быстро перебила Луна, мгновенно преодолев расстояние между вами. — Она? Кто она? — спросил ты. С опаской глядя на тебя, Луна ответила: — Ну… после нашей последней беседы мы рассказала Селестии о нашем успехе. Услышав это, она настояла, чтобы мы взяли её с собой в следующий раз. Это кое-какое бремя, но… — Погоди… ты хочешь сказать, что Солнцезадая тоже прилетит?.. Мне нужно сваливать отсюда. Если не свалю, она… — начал ты, волнуясь о том, что случится, когда появится Селестия… кроме того, что она уже была здесь. — Анон! — заорала Принцесса Дня, и её золотая аура окутала твоё тело и потянула вверх в небо — просто чтобы белая аликорн могла влететь на такой скорости, что, не будь это сном, ты бы точно умер, — и обнять тебя. То есть на скорости, которая разорвала бы тело пополам, сломала шею и позвоночник… и с такой силой, судя по тому, как её передняя нога обхватила и сжала тебя. — Нгх! П-привет, Солнцезадая, — еле выдавил ты. Ты был почти уверен, что присутствие Луны в твоих снах влияет на ощущения, потому что тебе показалось, будто рёбра вот-вот треснут под объятиями Селестии. — О, мой дорогой, сладкий Анон, — заплакала Селестия — буквально, — гладя тебя копытом по волосам и медленно опускаясь на землю вместе с тобой, где нетерпеливо ждала Луна. — Прошло слишком много времени! Ты нормально ешь? Принимаешь ванны? Эти ужасные чейнджлинги не издеваются над тобой? — начала она засыпать тебя вопросами, отстраняясь, чтобы заглянуть в глаза и осмотреть твою фигуру. Ты забыл, что Селестия для тебя — по сути, супер-мама. Хотя ты знал, что она всегда относилась к подданным с материнской теплотой, но что-то из-за тебя щёлкнуло у неё в голове, запустив ещё более сильные материнские инстинкты, делая её гиперопекающей. Это было немного раздражающе, но и чертовски горячо. Как флирт с мамашей друга, только тут не нужно беспокоиться о полиции, утаскивающей её за сексуальное насилие над ребёнком, и о презрении твоего друга. Закатив глаза, ты ответил по порядку: — Бывает, не могу, и это я над ними издеваюсь. — Ах, негодяи! Я могу только представить, какие муки ты претерпеваешь, — воскликнула Селестия, снова прижимая тебя к себе так, что твоё лицо уткнулось в её грудь. Ты бы нашёл это сексуальнее, если б не знал, что у лошадей сиськи расположены дальше сзади. — Сестра, ты помнишь, что сказал нам Стронг Ворлдс по возвращении? Похоже, Кризалис неравнодушна к Анону, — вмешалась Луна, используя магию, чтобы развести тебя и Селестию. Сестра сопротивлялась, но когда младшая строго посмотрела, вспомнила, что должна быть сильной, и немного успокоилась. — П-прости, просто прошло так много времени с тех пор, как я видела Анона, я волновалась. Мы и так знаем, какое чудовище эта Кризалис. Я боялась, что она уже изнасиловала его и отложила яйца у него в заднице, — извинилась Селестия, склонив голову. — Погоди, это реально возможно? — спросил ты, внезапно встревожившись. — Да, ну, это была тяжёлая неделя для всех нас, но раз мы все здесь одновременно, мы верим, что найдём решение, — заверила Луна сестру, обнимая её крыльями. — Нет, серьёзно, вернись к этой херне с яйцами. Это очень важно, — настаивал ты, чувствуя, как задница чешется от одной мысли о куче яиц, вылупляющихся там. Обнимая сестру в ответ, Селестия сказала: — Спасибо, Луна. Нет пони на свете, на кого я могу положиться так, как на тебя. — Ага, конечно, похер. Игнорь мои потенциальные проблемы с жопными детьми, — прорычал ты, швырнув скипетр на землю. — Итак, на чём мы остановились, Анон? — спросила Луна, поворачиваясь к тебе лицом — она и Селестия сияли искренними улыбками, которые грели твоё сердце… но не настолько, чтобы забыть, как они только что проигнорировали тебя. В твоём собственном сне, чёрт возьми! — …Я как раз собирался отыметь ваши сонные версии, — ответил ты, указывая на всё ещё собранных — и теперь полностью застывших — принцесс и королеву за спинами сестёр. Луна, похоже, вспомнила о происходящем и покраснела до ушей, полностью смущённая, в то время как Селестия повернулась, чтобы увидеть, что творилось в твоём сне. Её челюсть отвисла, крылья поникли — она в ужасе уставилась на унизительную сцену перед собой. Это было не так сексуально дико, как в первом сне, который прервала Луна, но этот определённо был куда… жёстче, учитывая контекст. — А-Анон! Это совершенно неприемлемо! — объявила Селестия, снова поворачиваясь к тебе и ударяя копытом оземь. — Погоди, я могу объяснить. Это не так плохо, как кажется, — попытался ты оправдаться, но Селестия вновь отвернулась, маршируя к застывшим образам твоей грядущей королевской оргии. Остановившись перед Кризалис, Селестия фыркнула и взмахнула крылом сквозь изображение, заставив его исчезнуть в облаке дыма. — Не могу поверить, что ты на самом деле мечтаешь о Кризалис! После того, как она отобрала тебя у нас? Между вами двоими не должно быть ничего хорошего! — воскликнула она, виляя крылом, чтобы стереть любые остатки изображения. — Чтобы быть честным, в той сцене должно было быть полно ненавистного траха, — оправдался ты, вызвав закатывание глаз у Луны, но Селестия, похоже, просто проигнорировала это. — А что насчёт Каденс? Она замужняя кобылка! Нет-нет-нет, так не пойдёт, ты должен ограничиваться только холостыми кобылками, — посоветовала Селестия, снова взмахнув крылом, чтобы развеять образ розовой принцессы. — Ага, она же милфа, такова природа вещей. Если уж на то пошло, я этим делаю комплимент Шайнингу Херхерычу по поводу его жены, — парировал ты. — Его зовут Шайнинг Армор, — поправила Луна. Шайнинг Армор? Чёрт, звучит ещё хуже. Хотя… если ты когда-нибудь решишь заглянуть в гейскую сторону, то назовёшь свой хер Рыцарем — и это придаст совершенно новое значение фразе «рыцарь в сияющих доспехах». — А Твайлайт просто слишком молода, слишком чиста, она не смогла бы дать тебе то, что нужно, — продолжила Селестия, стирая образ Твайлайт. — Опять же, это был бы чистый ненавистный секс. — Что касается Луны, — заявила Селестия, останавливаясь перед своей сестрой, — только чтобы настоящая Луна быстро шагнула между сестрой и своим изображением. — А что насчёт нас? Думаешь, мы не подходящая пара для Анона? — спросила Луна. Селестия попыталась изобразить сладкую улыбку, хотя явно хотела сказать что-то ещё. — Я только о лучшем думаю, Лулу, но ты всё ещё… ну, ты довольно молода и неопытна в делах любви. — Мы всего на пару лет младше тебя и определённо старше Каденс, которая уже замужем и с жеребёнком! — объявила Луна, игнорируя ласковое прозвище, которым сестра к ней обратилась. — Ну да, конечно, но она же Принцесса Любви, я бы соврала, если б сказала, что она не обошла даже меня в этом, — признала Селестия, её улыбка становилась всё более натянутой. — А в твоём случае ты не старела так же, как я, когда была Найтмер Мун… и сослана на тысячу лет, — добавила она, шепотом произнеся последнее из стыда. — Выглядишь сногсшибательно для своего возраста, особенно жопа! — заорал ты, не желая, чтобы Селестия забыла: она всё ещё горячая для пони, и ты находил это всё более возбуждающим. Ты же здесь меньше месяца пробыл — и это уже поднимает вопросы о твоих предпочтениях. — Это ты нас на луну сослала! Может, не сделай ты такого, у нас бы уже были знания о любви и, возможно, собственный муж! — парировала Луна, агрессивно расправляя крылья и сверкая взглядом на старшую сестру. Несмотря на то что Луна была меньше Селестии, сейчас она выглядела довольно внушительно — так что даже Селестия отвела взгляд. — И я чувствую вину за это каждый чёртов день, но ты не понимаешь, что из-за этого ты всё ещё развиваешься как аликорн. Я — полноценная взрослая аликорн-кобыла! У меня есть нужды и… желания, которым я не могу сопротивляться, — аргументировала Селестия, и её глаза теперь наполнились слезами — она стыдилась того, что чувствовала, и того, что сделала. Ты бы хотел её утешить, но заявление о нуждах и желаниях убедило тебя, что твой хер вот-вот оторвётся и улетит. Смягчившись, увидев, как сильно это задело сестру, Луна шагнула вперёд и крепко обняла Селестию крыльями. — Сестра, мы никогда не хотели заставить тебя чувствовать вину за это, и мы не знаем, с чем тебе пришлось иметь дело. Мы просто боимся: если ты, кто прожила на тысячу лет дольше нас и в ярком свете дня, где все пони любят тебя, — если даже у тебя нет надежды, то какая у нас? — призналась Луна, проливая слёзы вместе с сестрой. Чёрт, это всё становилось будто по-настоящему. Тебе даже захотелось отступить, но это же твой сон — они тут незваные гости. — Конечно, будет у тебя, Лулу! Ты такая милая, красивая, добросердечная пони, я хочу только лучшего для тебя, — всхлипнула Селестия, уткнувшись лицом в гриву сестры. На миг они просто стояли, крепко обнимаясь. Это и правда был особенный момент — любовь между сёстрами была такой сильной, что можно было сказать: это прекрасно само по себе и без сексуальности. — Ну… поцелуйтесь уже, — прошептал ты, рука сама потянулась на юг. Твои слова, похоже, дошли до них — они отстранились и обменялись полу-грустными, полу-радостными улыбками. Когда обе посмотрели на тебя, Луна слегка порозовела, забыв, что ты уже голый и явно готов подрочить на королевских сестричек — особенно после того, как только что планировал отыметь их сонные версии. Селестия же выглядела… счастливой? — О, Анон, ты наконец решил избавиться от этой назойливой одежды и принять культуру Эквестрии, — пропела принцесса радостно, приближаясь рысью с расправленными крыльями, чтобы обнять тебя тоже. Только синяя аура магии сестры оттащила её, не дав коснуться твоего стояка. — Обсудим это позже, давай не терять фокус дальше. Мы ведь сюда не просто так пришли, — быстро напомнила Луна сестре, хотя ты заметил, как её взгляд скользнул по твоему члену. О да, приятно быть желанным… пусть и только монархами — это лестно по-своему, но и странно. Приняв собранный вид, Селестия кивнула. — Да, Анон, милый, мы хотели сказать тебе, что создали ударную группу, которая проникнет в улей и вытащит тебя. Это строго засекречено — даже знать не в курсе наших планов, чтобы не рисковать шпионами-чейнджлингами под прикрытием или теми, кто продаст информацию Кризалис, — объяснила Селестия, и лёгкая улыбка в уголках рта показывала, как она рада и горда передать тебе эту новость. — Круто, значит, я наконец смогу… о… о чёрт, — начал ты радоваться, но вспомнил, чем кончилась игровая ночь. — Не верится, что я это скажу — я никогда в жизни такого не говорил, — но… вам надо отступить. Две принцессы уставились на тебя в изумлении, шокированные тем, что ты не в восторге от скорого — или вообще какого-то — спасения из улья. — Я не понимаю. Разве ты не хочешь вернуться ко мне… то есть к нам? — спросила Селестия, а в голосе сквозила нотка отчаяния. Луна бросила на сестру раздражённый взгляд — особенно после их недавней откровенной беседы, — но быстро переключилась на тебя и сказала: — Анон… что ты натворил? Фыркнув, ты встал, ткнув в себя большим пальцем, и ответил: — Почему вы так уверены, что это я? Может, это вы виноваты, и я только сейчас могу вам сказать! Они уставились на тебя пару секунд, прежде чем ты сломался. — Ладно, ладно… Я, возможно, случайно, совсем не нарочно проговорился, что был на связи с вами… но она не знает, как именно! — Анон, о чём ты вообще думал, во имя Тартара! — воскликнула Луна, изогнув крыло так, чтобы перо указывало на тебя, как обвиняющий палец. — Это не моя вина! — заорал ты, взметнув руки — зная, что это неизбежно. — У нас была игровая ночь, когда Кризалис внезапно заставила нас играть в эту игру с магическим контрактом и желаниями! Я буквально не мог лгать! Только благодаря моему превосходному интеллекту и потрясающей хитрости я вообще выиграл! — Надеемся, оно того стоило, потому что теперь шансы вытащить тебя из улья резко упали! — рявкнула в ответ Луна, явно расстроенная тем, как быстро её планы по спасению рухнули. — Надо будет устроить игровую ночь, когда ты вернёшься, — задумчиво произнесла Селестия, позволив отвлечься на не ту деталь разговора. Ты знал, что она не такая рассеянная — просто безумно привязана к тебе. Клянешься, если б она с Кризалис сели и поговорили о тебе — может, через двойной минет, — они бы стали лучшими подругами. Скрестив руки в вызывающем жесте и отвернувшись от принцесс, ты огрызнулся: — Между прочим, я выиграл право отдавать ей любой приказ, какой захочу… плюс двоих её элитных стражников, но это не так важно. Замерев в ярости, Луна посмотрела на тебя с полным любопытством. — Ты… можешь отдавать ей любой приказ, какой пожелаешь?.. тогда почему просто не прикажешь ей освободить тебя? Вздохнув, ты потёр затылок, размышляя, и уставился в пол. — Потому что Ап и я — Ап это моя стражница и вроде подруга здесь, в улье — подумали об этом и… мы почти уверены, что Кризалис хотела проиграть. Всё время она только флиртовала со мной. — Так ты думаешь, она ожидает, что ты используешь приказ, чтобы освободиться? — уточнила Селестия, уловив потенциальную опасность в том, что Кризалис позволила кому-то победить себя. — Есть идеи, почему? — спросила Луна. — Ни хрена. Может, она просто хочет от меня избавиться и не признаётся, что похищение провалилось? Или хочет заразить меня какой-нибудь заразной хренью и знает, что вы примете меня обратно, только если это не по её воле? — размышлял ты вслух, поглаживая подбородок — хотя на самом деле предпочёл бы погладить свой хер прямо сейчас. — Короче, даже если у нас есть варианты тебя вытащить, Кризалис, возможно, уже всё спланировала. Когда она играет, она может проиграть битву, чтобы выиграть войну, — вздохнула Селестия, разочарованная тем, что за то короткое время, что она снова увидела тебя, всё скатилось во мрак. Хотя слова Селестии вроде бы объявили о грустном осознании ею и Луной вашего общего бедственного положения, в них для тебя отозвалось что-то ещё. И тут тебя осенило. Идея — такая коварная, такая хитрая, такая умопомрачительно эпичная, что твой сон, этот сон, может показаться бледным в сравнении с этим. — Ребят, я так рад вас видеть — особенно потому, что ожидал, это приведёт к сонному тройничку с вами двумя, который неизбежно прервут, разбудив меня, — но мне нужно пропустить поддразнивания и прекратить спать, — заявил ты. — Простите? Что там было про среднюю часть? — переспросила Селестия, уверенная, что расслышала, но думая, что не может быть права. — Наверное, так и должно было случиться, — смирилась Луна, её рог начал светиться, чтобы разбудить тебя. Тебе нравилось, как она быстро схватывает — полный стыд, что ты не дашь ей попробовать старого доброго Анончика. — Но не думай ни секунды, что мы забудем, что тут творилось в этом сне. Обсудим позже.

***

Апокрита стояла у твоей кровати, глядя сверху вниз с раздражением и лёгким отвращением. Ты опять ворочался во сне, и, конечно же, твой член был явно твёрдым и жаждущим прикосновений. Она крепко размышляла, будить тебя или дать этому случиться. В любом случае она проиграет. Внезапно ты подскочил, напугав стражницу так, что она отлетела назад, поджав конечности, чтобы защитить живот, и уставилась на тебя снизу вверх в изумлении. Ты тяжело дышал, пытаясь собраться с мыслями, когда заметил свою стражницу в этой несколько беззащитной позе. — Ценю предложение, Ап, но сейчас не могу, — заявил ты, вставая, чтобы одеться, отмахнувшись от уязвимости Апокриты, как от сексуального намёка. Прежде чем она успела поправить, ты добавил: — Мне нужно поговорить с Кризалис.