Гарри Поттер и Бал упавших масок

АКТ II — «БАЛ УПАВШИХ МАСОК: ХАОС НАРАСТАЕТ» [Антракт] II. 1 [СЦЕНА: Большой зал Хогвартса. Вечер. Зал украшен с преувеличенной, почти трагической помпезностью. Серебряные и изумрудные драпировки свисают с потолка, но одна из них зацепилась за рог чучела единорога и отчаянно тянет его набок, создавая впечатление, что зверь замер в предсмертном рывке. С потолка вместо звёзд свисают трепещущие бумажные фонарики, которые периодически вспыхивают нервным розовым светом, освещая бледные, напряжённые лица гостей. В воздухе парит густой запах жареного паштета, воска и всеобщей, почти осязаемой тревоги. Оркестр из призраков и студентов настраивает инструменты, издавая душераздирающие звуки.] [ГОЛОС НОТТА из-за кулис, громко, с наслаждением] (зрителям) О, начинается, дорогие зрители! Величайший спектакль в пределах этих проклятых стен! Смотрите, как они готовятся к битве, надев свои самые дорогие доспехи из шёлка, бархата и застарелых предрассудков! Я уже заказал целый ящик огненного виски. Уверяю вас, это будет долгая, долгая ночь. И последняя для чьих-то иллюзий. [На авансцене, у колонны, придавленный её тенью, — ГАРРИ ПОТТЕР. Он в панике теребит свой парадный мундир, который кажется ему тесным саваном. Его патронус, привязанный к запястью в виде браслета, мигает тревожным, прерывистым светом, словно передавая сигнал бедствия.] ГАРРИ (обращаясь к патронусу, почти рыдая) Прекрати! Прошу тебя, прекрати! Я и так всё понимаю! Она подозревает, Рон! Я видел её взгляд! Это тот самый, пронзительный взгляд, который она использовала на пятом курсе, когда с первого раза раскрыла, что Пуффендуй на самом деле съел тот торт, а не Пивз! Это взгляд убийцы! [РОН УИЗЛИ, прислонившись к той же колонне, с философским спокойствием доедает гигантский, многослойный бутерброд, украденный с кухни. Крошки, словно снег, осыпают его мантию.] РОН (с набитым ртом, снисходительно) Гарри, старина, успокойся. Дыши. План — идеален, он прошел проверку веками. Ты прячешь кольцо в пудинг. Она его находит. Ты делаешь вид, что это грандиозный сюрприз. Она плачет от счастья, может быть, даже немного поперхнётся для драматизма. Ты героически похлопываешь её по спинке. Всё просто, как палочка. Проще, даже. У палочки бывают капризы. ГАРРИ (хватается за голову) Но что, если она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО подавится?! Или, что хуже, проглотит кольцо?! Я видел, как она ест жареных цыплят! Она не жуёт, Рон, она проглатывает их целиком, с костями! Это не романтика, это — срочный вызов в больничное крыло! (Патронус передаёт очередную серию вспышек.) Смотри! Он снова мигает! «О-НА-И-ДЁТ»! Он никогда не ошибался! РОН (проглатывает последний кусок и с удовлетворением смотрит на пустые руки) Тогда ты похлопаешь её по спине РЕШИТЕЛЬНЕЕ! Будет даже романтичнее, элемент неожиданности! Главное — не перепутай пудинг. Тот, что с фиолетовой глазурью и маленьким сахарным гриффоном на макушке. Я лично добавил туда немного взбитых сливок для... э-э-э... структурной целостности и моральной поддержки. [В это время за соседней мраморной колонной ДЖИННИ УИЗЛИ, спрятавшись в тени, с мрачной решимостью консультируется с толстой, засаленной старинной книгой «Искусство магического соблазнения: 1001 способ из магла-фольклора». Она шепчет заклинания, поправляя при этом прядь рыжих волос.] ДЖИННИ (шёпотом, прорывающимся сквозь музыку, зрителям) «План Б» активирован. Все системы готовы. Зелье, если верить этому манускрипту, имеет нежный вкус лесной клубники и неотразимость гипнотизированной гремучей змеи. Один глоток — и он будет моим. Навеки. Или, на худой конец, до утра, пока не кончатся заклинания-антидоты. Папа, оказывается, был прав — в вопросах прямой и эффективной сердечной стратегии маглам виднее. Осталось только подобрать момент... и мишень. [На другом конце зала, у самого входа, застыли, словно изваяния непримиримых врагов, — ДРАКО МАЛФОЙ и ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР. Их вынудили быть парой на балу «в рамках углублённой социально-психологической реабилитации». Драко облачён в безупречно скроенные мантии цвета ночной грозы, от которых исходит лёгкий запах мороза и дорогого одеколона. Гермиона — в неожиданно элегантном платье цвета бурого вина, в котором она выглядит так, будто собралась на штурм Министерства Магии, но в последний момент передумала и решила потанцевать.] ГЕРМИОНА (через натянутую, стеклянную улыбку, не глядя на него) Малфой, я предупреждаю вас единственный и последний раз. Если вы в течение этого вечера хоть раз скажете что-то язвительное о фасоне моего платья, длине моих волос или выражении моего лица, я не погнушаюсь использовать ваш шелковый галстук в качестве наглядного пособия для демонстрации одного весьма запретного заклинания удушения. Я его, кстати, недавно отыскала в «Секретах Тёмных Искусств» в Запретной секции. ДРАКО (изображает восхищённый взгляд, водя им по её фигуре) Грейнджер, вы просто... потрясающи. Вы выглядите так, будто готовы прочитать двухчасовую лекцию о неоплаченных сверхурочных для домовых эльфов прямо посреди вальса. Это... вдохновляет. Честное слово. Вдохновляет на бегство. Ужасающе вдохновляет. [В этот момент в зал, нарушая все законы драматургии и физики, входит НЕВИЛЛ ЛОНГБОТОМ. Он не просто входит — он совершает торжественное шествие. В его руках, на бархатной малиновой подушечке, покоится крошечная, изысканно сшитая мантия, расшитая серебряными звёздами и крошечными гербами. Его лицо сияет блаженной, почти святой улыбкой.] НЕВИЛЛ (обращаясь к подушечке, голосом, полным нежности) Не волнуйся, мой колючий принц. Не трепещи. Сегодня твой звёздный час. Все увидят... все, наконец, увидят твою величественную, суровую красоту! Они поймут. Они обязаны понять. Я попросил мадам Помирию поставить наш танец первым в программе. Ты готов? [На балконе, свесив ноги в проход, восседает ТЕОДОР НОТТ. Рядом с ним парит пергамент с быстро растущим списком ставок, а в руке он сжимает не бокал, а целую бутыль огненного виски. Он смотрит на готовящееся представление сверху вниз, как божество-циник.] НОТТ (громко, отхлебнув из горлышка, зрителям) Ставки принимаются, дамы и господа! Последний шанс сделать свою жизнь интереснее! Десять галлеонов — Лонгботтом станцует вальс со своим кактусом и наступит ему на иголки! Пятнадцать — Поттер сбежит с бала через камин, прихватив с собой тот злополучный пудинг! Двадцать — Грейнджер приведёт свою угрозу в исполнение и публично шлёпнет Малфоя прямо в середине танца, под аплодисменты! А я... я, как всегда, ставлю пятьдесят на то, что к полуночи этот нелепый бал превратится в хаос, достойный пера самого Данте! Хаос, который сожрёт все их маски, все эти жалкие попытки казаться нормальными! Пейте же, господа! Пейте за наше светлое, безумное, абсолютно предсказуемое будущее! [Он закидывает голову и делает огромный глоток. Оркестр внизу, наконец, настраивается и обрывает тишину первыми, нервными аккордами вальса. Занавес медленно начинает двигаться, готовясь закрыть первую сцену.] НОТТ (кричит напоследок) И да начнётся бойня! Я имею в виду... танец! [ЗАНАВЕС]