Гарри Поттер и Бал упавших масок

I.2 [СЦЕНА: Комната Гарри Поттера в Гриффиндоре. Беспорядок, достигший стадии художественного произведения. На столе нервно мечется патронус в виде оленя. Он не просто мигает — он отчаянно сигналит, временами превращаясь в подобие серебристого знака вопроса или воплощённого вопля ужаса.] [ГАРРИ ПОТТЕР мечется по комнате, размахивая бархатной коробочкой, как заговорщик — уликой.] ГАРРИ (обращаясь к патронусу) Ну же, подключись к вселенскому разуму! Подскажи! «Джинни, стань моей Уизли навеки» или «Извини, я, кажется, заболел драконьей оспой, она очень заразна и смертельно неизлечима, прощай»? (Патронус судорожно сжимается в комок, затем, взметнувшись, бьётся рогами о потолок, высекая сноп искр.) Прекрати истерить! Ты — частица моей души! Прояви солидарность! [Дверь с грохотом отлетает от косяка, задевая груду книг, которая с обрушивается, испуская облако пыли в форме разъярённого гиппогрифа. На пороге — РОН УИЗЛИ. Он не жуёт бутерброд — он сражается с ним. Бутерброд размером с подушку, и откушенный кусок тут же магически отрастает, угрожающе наступая на Рона.] РОН (отбиваясь, с набитым ртом) Опять сеанс связи с рогатым сознанием? Гарри, это уже клинический случай! Мама говорила: «Если твой патронус умнее тебя — пора на пенсию». Хотя, если честно, мой патронус и то умнее... ГАРРИ (в отчаянии, хватает Рона за плечи и трясёт) Рон! Взгляни! Проклятие моей души, огранённое в золото! (Показывает кольцо. Оно на мгновение ослепляет их обоих яркой вспышкой.) Я ношу его с собой так долго, что оно начало влиять на мою ауру! Мои носки сами сворачиваются в трубочку от страха! РОН (выпутывается из хватки Гарри и откусывает ещё кусок от бутерброда, который тут же атакует его с новой силой) Так вот о чём твои душевные метания! А я-то думал, тебя снова мучают видения про какого-нибудь забытого Пожирателя. А это... брак. Пустяки. (Внезапно замирает, лицо озаряется мыслью.) Слушай, есть гениальный, проверенный поколениями Уизли способ — притворись мёртвым. Не символически, а с полным погружением! Найди где-нибудь старый саркофаг, приляг, сложи руки на груди. Денёк-другой — и все отстанут. Главное — не чихать и не просить сандвич. ГАРРИ (смотрит на Рона с леденящим душу ужасом) Это... это даже не совет. Это приглашение в Азкабан с экскурсией в психушку святого Мунго! Я слышал планы по захвату мира, и они звучали логичнее! РОН (разводит руками, бутерброд в этот момент пытается укусить его за ухо) Ну, тогда проще — подложи кольцо в пудинг. Романтично, внезапно, и если она его... э-э-э... случайно проглотит, считай, вопрос отложен на год, пока не... кхм... не выйдет естественным путём. [За дверью, прильнув к замочной скважине, ДЖИННИ УИЗЛИ. Её лицо — маска холодной ярости. Она что-то строчит в блокноте с обложкой «Мой план „Б“, „В“, и „Гарри, тебе не спрятаться“».] ДЖИННИ (шёпотом, зрителям, со смертельной улыбкой) «Пудинг». «Саркофаг». Божественно. Мой любимый мужчина и мой брат — два титана стратегической мысли. Что ж, Гарри... Раз уж твоё сердце не способно на подвиг, его придётся... стимулировать. (Достаёт из кармана флакон с жидкостью, что-то среднее между розовым и ядовито-неоновым.) Собственного производства. Назвала «Вечная верность или мучительная сыпь». Папа, наверное, плачет от гордости где-то в министерском кабинете, даже не зная, почему. [Она исчезает в облаке рыжих вихрей и мстительной решимости.] ГАРРИ (вдруг вздрагивает) Мне показалось, или за дверью запахло розой, порохом и надвигающейся судьбой? РОН (наконец одолев бутерброд, который с тихим всхлипом замирает) Да брось, это Полная Дама пробегала. Она недавно рассталась с Кровавым Бароном, вот и пытается привлечь внимание резкими ароматами. Хочешь сандвич? Он, кажется, немного пришёл в себя. [Гарри медленно, как человек, подписывающий собственный смертный приговор, протягивает руку к бутерброду. В этот момент его патронус, который только что принял форму серебристой фурии, замирает, превращается в идеальную копию кольца из коробочки, а затем рассыпается на миллиард тревожных искр.] ГАРРИ (отскакивает от бутерброда, как от гремучей змеи) Знаешь что? Я... я, пожалуй, воздержусь. У меня внезапно возникло стойкое ощущение, что моя судьба и так уже достаточно... насыщена магией. [ЗАНАВЕС. Последняя картина: Гарри, сжимающий в одной руке кольцо, другой рукой отгораживающийся от бутерброда, в то время как последние искры его патронуса медленно оседают на его голове, словно саркастический нимб.]