Осенняя Астер

POV Автор

Прошло пять месяцев с тех пор, как Стив Роджерс стал тем, кем его теперь называли по всей стране – Капитаном Америка. Он не пошёл на фронт, как мечтал. Не возглавил спецотряды. Не стал героем битвы, несмотря на свою силу. Вместо этого он ездил по Европе, раздавая улыбки и щит с нарисованной звездой, рекламируя военные облигации. Он играл роль, махал рукой детям, фотографировался с актрисами и всё это с фальшивым блеском патриотизма, от которого его нутро сжималось. Но он понимал: это всё лучше, чем быть запертым в лаборатории, где учёные могли превратить его тело в бесконечную череду опытов. Ольга тем временем жила совсем в другом ритме. Она всё ещё работала в лаборатории с братом, в том же подземном комплексе, где когда-то наблюдала, как рождается сверхчеловек. Каждый день они разбирали старые заметки Эрскина, пытались воспроизвести формулы, сравнивали образцы крови Стива и её собственные, проведя уже десятки циклов тестов. Всё было безрезультатно. Как будто ключа не существовало. Или они просто его не заслужили. А ещё был Баки. Месяц – ни одного письма. Ни строчки. Ольга каждое утро подходила к ящику с надеждой, что, хотя бы открытка, хотя бы короткое «жив», но… ничего. И эта неизвестность разъедала её куда сильнее, чем любые неудачи в лаборатории. В один из вечеров, когда небо за окном лаборатории становилось серо-синим, дверь резко отворилась и вошла Пегги Картер. В военной форме, с лёгким румянцем на щеках от ветра. - Ты одна? – спросила она сразу, оглядываясь. - Говард ушёл на совещание с военными. Что-то по новым разработкам. А у меня всё как всегда. Пусто. – сказала Ольга, утирая со лба пятно графита. Пегги помолчала. Подошла ближе, присела на край стола. - Я только что из штаба. Они… прикрывают проект сыворотки. До дальнейшего распоряжения. - Что? – Ольга резко выпрямилась. - Слишком много рисков. Слишком мало прогресса. Правительство решило сосредоточиться на «результате». То есть на Стиве. - Он… жив? – тихо спросила Ольга. - Жив. И уставший. Вся эта сцена, не то, о чём он мечтал. Но держится. Он сейчас направляется в Италию, чтобы выступить. И… – Пегги помедлила – Я собираюсь туда. На несколько дней. Поехали со мной. - Зачем? – сдержанно спросила Ольга. - Потому что ты не должна сидеть здесь в одиночестве, перебирая чужие формулы и молча умирать от неизвестности. Ты увидишь Стива. Узнаешь, что он живой, что он всё ещё он. Ольга долго молчала, глядя на свои руки. На белое пятно от йода на коже. А в голове были мысли «Может он знает что-то про Баки?». Потом тихо сказала: - Хорошо. Я поеду. Через неделю, девушки приехали в Италию, а оттуда выдвинулись в военный лагерь. Пыльная дорога к лагерю была устлана следами тяжёлой техники. Повсюду стояли грузовики, палатки, и тянулся запах машинного масла, железа и горячей земли. Солдаты маршировали, кто-то чинил джип, кто-то загружал ящики в кузов. Джип с Ольгой и Пегги остановился у ограды лагеря. Дежурный быстро сверился со списками и пропустил их, не задавая лишних вопросов. Заметив офицерский значок Пегги, он лишь кивнул с уважением. За их передвижениями уже следили. Через несколько минут к ним направился полковник Честер Филлипс, в мундире, строгий, с сигарой в зубах и внимательным взглядом. - Картер, вы вовремя. – он коротко кивнул Пегги и его взгляд упал на Ольгу – Мисс Астер … Тут, на передовой, у нас хватает раненых и недостаток людей, которые хоть что-то знают о медицине. Вам не будет скучно. - Я не медсестра, – твёрдо произнесла Ольга. - Не просим вас пеленать. Но если сможете отличить перелом от прострела, уже лучше половины, кого прислали из тыла. Пегги хотела возразить, но Ольга подняла руку. - Если я могу быть полезной, я не против. - Вот это подход, – кивнул Филлипс – А теперь к делу. Ваш капитан Америка где-то между кухней и импровизированной сценой. Готовится к очередному показу. Его вчера по радио так хвалили, что даже я почти поверил, что он герой. - Он и есть герой. Просто вы этого ещё не видели. – Ольга нахмурилась. - Поживём, увидим. – полковник фыркнул, развернулся и ушёл. Ольга и Пегги обогнули ряд ящиков и палаток, двигаясь в сторону шумной сборки, импровизированной сцены из деревянных поддонов и ткани, натянутой поверх. За кулисами толпились артисты: девушки в коротких нарядах с флагами, костюмеры, бегали ассистенты. Стив стоял у самого выхода, уже в костюме Капитана Америки: красно-синий с белой звездой на груди, не совсем боевой, больше театральный. Щит в руках как сценарный реквизит. Он выглядел уставшим и раздражённым. Пегги первая подала голос: - Роджерс! Стив обернулся и на его лице тут же появилась улыбка. - Пегги? Ольга?! – он шагнул навстречу, поражённо моргнув. – Вы что… здесь? - На пару дней, – успела бросить Ольга, и в этот момент за кулисами крикнули. - Три! Два! Один! Капитан, вперёд! - Придётся позже. Ждите здесь! Он с натянутой улыбкой повернулся и выбежал ближе к сцене. Оркестр заиграл бодрую марширующую мелодию, из-за занавеса вышли девушки, заплясали и запели, размахивая американскими флагами. Публика: уставшие солдаты, кое-где перемотанные, кое-где спящие прямо на ящиках. Когда девушки ушли, Стив вышел на сцену, вытянувшись в позе патриотизма, и начал свою речь: - Кто из вас готов пойти со мной и сломать Адольфу челюсть? Тишина. Кто-то зевнул. - Ладно…Эээ…Мне нужен доброволец. - Мы все добровольцы, а то как бы мы сюда попали? – крикнул один солдат ему из толпы и поднялся смех. - Верни девчонок! - Они только одну песню знают, про…там…я..я их попрошу. – оглядываясь за кулисы тараторил Стив. - Давай солнышко! – крикнул другой солдат. - Классные ботиночки милая фея! – крикнул третий из толпы. - Ну хватит…мы же все в одной команде. – попытался успокоить их Стив. - Эй, капитан! Распишись! – крикнул кто-то сзади, и… показал ему зад. Толпа загудела. Стив замер на мгновение, растерянно глядя на них. Его лицо стало жёстким. Он на секунду бросил взгляд за кулисы, Пегги скрестила руки, а Ольга опустила глаза, чувствуя за него стыд. В него начали кидать помидоры, и он успел лишь отбить атаку щитом. Он отступил назад, быстро уступая место шоу, как будто сам хотел исчезнуть. Солдаты снова зааплодировали, не ему, а девушкам, выскочившим под аплодисменты. Стив молча обошёл кулисы и подошёл к Ольге и Пегги. Он снял шлем, опустил глаза. - Ну… теперь вы видели, кем я стал. - Не тем, кем стал, – тихо ответила Ольга – А тем, кем тебя заставили быть. - Лучше бы я оставался просто Стивом. Хоть у людей остался бы шанс… верить. - В тебя всё ещё верят, – уверенно сказала Пегги – Просто не эти люди. Но ты сам решаешь, кем быть дальше. Ты для большего предназначен. И в этот момент что-то в его взгляде изменилось. Театральный щит в руках стал казаться ещё тяжелее, но не как реквизит. А как вызов. Они обменялись еще пару фраз и было принято решение отдохнуть, они разошлись по палаткам. Вечером того же дня пошёл ужаснейший ливень, Ольга и Пегги сидели на порожках у сцены под навесом о чем то разговаривая, когда к ним подошел Роджерс. Он прислонился к опоре. Ольга подняла на него взгляд и тихо спросила: - Как ты? - Я думал, если буду полезен хоть так, может, всё не зря… – пробормотал Стив, потирая шею – А теперь даже и не знаю... - Стив… ты знаешь, что ты способен на большее. Ты знаешь, кем ты хочешь быть. И это не сцена и не пестрые буклеты. Ты не просто символ. Ты человек. Он смотрел на неё с лёгким кивком. Хотел было что-то ответить, как вдруг со стороны въездных ворот раздался гул двигателя. Стук шин по доскам. Грузовик с красным крестом подъехал к медпункту лагеря. Следом второй. Оба покрыты пылью, и на бортах кровь, размазанная, будто пальцами. Пегги резко обернулась. Её лицо стало жёстче, а Стив лишь произнес: - Эти парни похоже в аду побывали. - Они и правда были в аду, Шмидт бросил все свои силы, двести человек вели с ним бой…вернулось меньше пятидесяти… – Картер вздохнула – Это всё, что осталось от 107-го пехотного, остальные погибли или попали в плен. Ольга замерла. - От 107? – её голос едва не сорвался. Она резко шагнула ближе к машине, глаза выдали всё: растущую тревогу, надежду, что сейчас из кузова выйдет Баки, грязный, уставший, но живой. Но из машин выходили только раненые, кто на носилках, кто под руку. Один без сознания, другой с повязкой через всё лицо. Ни одного знакомого лица. Ни одного знакомого голоса. Стив побледнел. Его глаза чуть расширились, и он сделал шаг вперёд. - Идём! – крикнул он и побежал. Стив, Ольга и Пегги решительно направились через лагерь к штабу. Позади оставались загруженные носилки, стоны раненых, и гнетущая тишина, разливающаяся между рядами палаток. Внутри штаба было прохладно. За письменным столом, погружённый в бумаги, сидел полковник Честер Филлипс. Он даже не поднял головы, когда услышал шаги: - Полковник Филлипс! – громко сказал Стив, чуть ли не подлетая к столу. - О наш звездный капитан с планом и какой же у тебя план? А? – с иронией произнес полковник. - Дайте список погибших из 107 пехотного! – срываясь, сказала Ольга. - Не надо мне приказывать мисс Астер. – недовольным взглядом посмотрел Филлипс. - Сержант Джеймс Барнс из 107. Пожалуйста проверьте Б А Р…– начал Стив. - Я грамотен. – оборвал его полковник – Я подписал уже сегодня столько писем с соболезнованиями, что потерял счет. Похоже это имя упоминалось. Мне жаль. У Ольги внутри всё оборвалось. Она сделала шаг назад, словно удар в живот. Пегги быстро подставила плечо. Стив остался стоять, словно врос в пол. - Вы уверены? А пленные как же? Вы планируете операцию? – хрипло спросила рыжеволосая. - Да, это победа в войне. – ответил Филлипс. - Вы ведь знаете где они! Тогда почему вы ничего не делаете, чтобы вернуть тех, кто мог выжить?! – голос Стива звенел от напряжения. - Потому что это война, капитан. Мы не направляем людей на самоубийство, чтобы вытащить пленных, если нет подтверждения, что они живы. Отправив, мы потеряем людей больше чем спасём. Но этого не понять девочке из подтанцовки, которой ты стал. – твердо ответил полковник, смотря на Стива в упор, а потом обошёл его и вышел из штаба. Стив сжал зубы. Пегги откинула плечи назад, лицо как гранит. Ольга стояла без слов, только слёзы на ресницах и рука, вцепившаяся в край куртки Стива. Пегги тихо сказала: - Они не пойдут. - Я пойду сам. – со злостью произнес Стив. - Я с тобой. Он жив, и я это чувствую… – прошептала Ольга, стоя еле на ногах. - Ты не пойдёшь со мной, – резко, твёрдо сказал Стив, уже на выходе из штаба, остановившись и развернувшись к Ольге – Я пойду один. Ольга остановилась, лицо пепельное, губы дрожат. - Нет. Я пойду. Он мой… он мой тоже, Стив. - Ты еле стоишь на ногах, Ольга. Ты не готова. – Стив шагнул к ней ближе, смотря на неё в упор. - Мне плевать, – выдохнула она, но голос дрогнул. Она обхватила себя за плечи, будто от холода, закрывая дрожь, но Стив это заметил. - Если он жив, – прошептала она – Мы должны его вытащить … Она глотнула воздух, перед глазами потемнело. Мир качнулся. Стив успел подхватить её за плечи прежде, чем она потеряла равновесие. - Вот именно, – тихо сказал он, удерживая её – Поэтому ты не идёшь. Ты нужна мне не там. Ты нужна здесь. Помоги мне, как умеешь. Ольга с трудом дышала, опираясь на него. Потом, всё ещё упрямо глядя в глаза, выдавила: - Мой брат. Ты не дойдёшь сам. Тебе нужен самолёт. - Она права. Говард сейчас работает с нами, он может достать самолёт, и нам не нужно ждать приказа. – Пегги кивнула, подойдя ближе. Стив взглянул сначала на Пегги, потом на Ольгу. Та уже не спорила. Просто молча смотрела, всё ещё цепляясь за его руку. Сила ушла, но не решимость. И трое направились прочь от штаба. Пыльный аэродром дрожал от жара моторов. Самолёт, предоставленный Старком, стоял на старте: стройный, сверкающий серебром, с широкими крыльями и новыми модификациями. Вокруг суетились техники, солдаты отступали за линию безопасности. Всё происходило слишком быстро… и слишком тяжело. Ольга стояла в стороне от взлётной полосы, руки сжаты в кулаки, ногти впиваются в ладони сквозь перчатки. На губах почти мольба. В груди тяжёлое, давящее чувство. Всё внутри било тревогу, как если бы каждый нерв знал: то, что начнётся сейчас, изменит всё. Стив уже сидел в самолёте, проверяя снаряжение. Пегги стояла рядом с трапом, коротко отдав распоряжения. Говард стоял ближе к кабине пилота, казалось, более обеспокоенный технической стороной, чем самим заданием. Ольга подошла к Пегги. Та взглянула на неё и тихо сказала: - Мы вернём его, – и кивнула в сторону Стива – Обоих. Ольга хотела ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого она шагнула ближе к самолёту, остановилась у края трапа. Стив обернулся. На миг просто молча смотрел на неё. Она с трудом улыбнулась, сдерживая слёзы. - Возвращайся. С ним. С тобой. С собой. Просто вернись. Он наклонился ближе, положил ладонь ей на плечо: - Я обещаю. - Я жду. Всех вас. – она сжала его руку на секунду. Стив кивнул. И в следующий миг забрался в кабину. Моторы взвыли. Старк занял своё место. Пегги поднялась последней. Ольга отступила назад, глядя, как люк закрывается. Рёв винтов усилился, пыль забила глаза, волосы развевались на ветру. Самолёт развернулся, пробежал по полосе и взмыл в небо. Она не отрывала взгляда, пока точка на фоне облаков не исчезла. Потом только опустилась на колени прямо на землю. Закрыла лицо руками. Пегги вернулась глубокой ночью. Вся в пыли, волосы растрёпаны, плащ пах гарью и порохом. За ней, молча и понуро, шагал Старк. Его обычно ухмыльчивое лицо было неподвижным. Ольга, встав с койки, бросилась к ним: - Где он? Где Стив? - Начался обстрел… – Пегги опустила глаза – Стив не стал отступать. Он пошёл один. На базу Гидры. - Один?.. – Ольга отшатнулась, как от удара – Вы позволили ему?.. - Он не дал выбора, – спокойно сказала Пегги, но в её голосе дрожала боль – Сказал, если вернётся, то приведёт всех. Если нет… - Я должна была пойти с ним, – прошептала Ольга, едва удерживаясь на ногах – Я… - Ты бы погибла там, – жёстко сказала Пегги, подойдя ближе – Или он бы погиб, пытаясь тебя спасти. Ольга смотрела перед собой, глаза затуманены, лицо бледное. Она села обратно на койку, механически, словно выключилась. Часы шли. Ни вестей. Только тяжёлое дыхание палатки и шум ветра. Утро было серым и душным, с промозглой сыростью, будто даже небо знало что-то случилось. Ольга не спала ночью, не просто не могла, не хотела. Она была бледна, сдерживала каждую секунду невыносимого ожидания, чтобы не сорваться в крик. Пегги сидела прямо, не мигая. Глухой голос полковника Честера Филлипса заполнял штаб, как грохот барабана на казни. - Вы что, с ума сошли?! – бросил он, вставая из-за стола и отшвырнув папку с донесениями – Самовольно вылететь за линию фронта! Если Роджерс погиб, вы подписали приговор всей программе! - Мы знали, на что идём, – ровно сказала Пегги. - Роджерс принял решение сам, – добавила Ольга, взгляд был прикован к полу. Филлипс едва не сорвал с себя пиджак от злости. - «Принял решение»! Да если его не будет через неделю, Конгресс разнесёт нас в пыль! Его лицо на каждом плакате, его имя на каждом... Резкий гул снаружи, сигнал, крики. Затем грохот металла, перебежки, кто-то закричал: - Солдаты! Из леса! Идут! Филлипс застыл. На мгновение. Потом сорвался с места: - Что там ещё за бардак в лагере... Ольга и Пегги следом. Они выбежали из штаба прямо на площадку, где десятки солдат уже сгрудились, уставившись на приближающуюся колонну. Из леса в пыли, шли они. Стив грязный, но с выпрямленной спиной. Рядом с ним - Баки Барнс. Позади десятки солдат, освобождённые пленные, многие раненые, многие с пустыми глазами…а следом грузовики Гидры, бронетехника, ящики с оружием, всё, что успели угнать. Ольга замерла. Сердце пропустило удар. - Баки… – прошептала она – Баки. Он шёл уверено, не сразу заметил её в толпе. Но когда его глаза нашли её, он остановился, будто не поверил. Сделал шаг. Потом второй. - ...Ольга? Она побежала, забыв обо всём. Он распахнул руки, и она влетела в его объятия, захлёбываясь всхлипами и слезами, словно внутри рухнула вся броня. - Ты жив… Ты жив… – шептала она в его шею, обнимая крепче. Баки обнял её с такой силой, будто боялся снова потерять. - Что ты… как ты здесь?.. – выдохнул он, потрясённый, но не отпуская. - Сейчас это не важно, главное ты жив... Вокруг солдаты начали аплодировать. Стив стоял, с усталым, но спокойным лицом. Он смотрел на Ольгу и Баки. И просто… улыбался. К ним подошли Филлипс и Пегги. Роджерс отдал ему честь и произнес: - Некоторым требуется медицинская помощь. Я нарушил устав и готов понести наказание. - Забудь про наказание. – ухмыльнувшись ответил полковник. - Есть сэр. – ответил Стив. - Ты задержался. – сказала Пегги, подойдя ближе к Роджерсу. - Такси не смог вызвать. – ухмыльнулся он и показал сломаный прибор, который она ему давала для связи. - ЭЙ! Да здравствует Капитан Америка! – крикнул Баки, обнимая Ольгу крепко, все начали свистеть и сильнее аплодировать. Барнс аккуратно, под шум солдат, взяв за руку Ольгу, отвел её к краю лагеря, чуть в сторону от общей толпы. Усталость оседала на нём, как пыль на рубашке, но глаза горели, не от выживания, от неё. Он никак не мог насытиться её лицом, голосом, теплом. - Баки… – прошептала Ольга, всё ещё не отпуская его ладони – Тебе надо отдохнуть. Лечь, тебя должны осмотреть. Проверить на ранения... - Пустяки, – фыркнул он, – Ноги ведь целы, чтобы идти к тебе. Так что я в порядке. Она хотела возразить, но он пристально заглянул в глаза, совсем близко, губы чуть дрожали от улыбки: - Теперь твоя очередь. Что ты здесь забыла, – он прищурился – Или это у нас теперь семейное рваться в самое пекло? Я смотрю, ты решила бросить науку ради танков и пуль? - Может быть я здесь по делу. – она хитро посмотрела на него. - Ага, «по делу», – он кивнул с серьёзной миной, но глаза насмешливо сверкнули – У тебя, значит, дело, тайком приезжать в Европу, чтобы доводить своего жениха до обморока, а потом бросаться в объятия на публике, как в каком-нибудь романе? Она хмыкнула, хотела ответить, но он резко прижал её к себе за талию, поцеловал в висок, потом резко в шею. - Я вообще-то тут в плену был, между прочим. Мог погибнуть не от пыток, а от тоски по тебе, ты это знаешь? - Баки! – вырвалось у неё, но губы дрожали от сдерживаемого смеха и облегчения – Прекрати, ты весь в грязи и… - Грязь, это вообще не то, что я бы хотел оставить на тебе сегодня, – пробормотал он шепотом у её уха, скользнув пальцами чуть ниже по спине. - Джеймс Барнс! – она выпрямилась, оттолкнула его чуть назад. – Месяц. Месяц без писем. Ты что, издеваешься? Я с ума сходила. Думаешь, я каждый день спокойно работала, зная, что от тебя ничего? Поэтому я поехала к Стиву, чтобы отвлечься, с надеждой узнать что-то о тебе. - Я… я пытался. Клянусь. Они не давали. Писал, но… кто-то, наверное, не пропускал. Мы даже бумагу делили между собой. – он сглотнул, чуть нахмурился, – Я считал дни, родная. Правда. Каждый чёртов день. А потом попал в плен…Единственное, что держало меня там, это ты. Её лицо смягчилось. Она прижалась к нему сильнее и зарылась в его шею носом. - Больше никогда так не делай, ясно? - Обещаю. И, кстати, я всё ещё не закончил допрос… – он чмокнул её в висок, обнимая крепко. - Ну конечно, – буркнула она, смеясь – Уверена, ты допросишь меня сегодня ночью? - Нет-нет. Ночью только практическая часть, – он прикусил её мочку уха. - Ты невыносим. - А ты моя. Всё просто. Первым делом они направились на склад обмундирования, чтобы Баки выдали новую форму. Старая изорванная, выгоревшая, с пятнами крови и грязи, была почти символом его испытаний. Новая же блестела свежими пуговицами, ровными шевронами сержанта и почти нелепым глянцем складского новья. Пока он переодевался за занавеской, Ольга стояла у входа. Несколько проходящих мимо солдат бросали на неё взгляды, сначала вежливо, потом откровеннее. Кто-то даже прокомментировал шёпотом: - Она точно не из медчасти. Видел бы такую, не забыл бы. Баки услышал это из-за тонкой ткани палатки. Вышел через минуту, уже в новой форме, застёгивая пуговицы на рубашке, с лёгким прищуром. Прежде чем подойти к ней, он кинул в сторону солдат резкий, холодный взгляд. Те быстро отвернулись. - Ты готов? – спросила она, не замечая его реакции. - Ага. Только понял, что мне нужна ещё одна вещь… – пробормотал он, подойдя ближе, глядя на неё с головы до ног – Цепь. Чтобы тебя на шею посадить и не отпускать ни на шаг. Особенно в лагере. - Сержант Барнс, вы случайно не ревнуете? – она усмехнулась. - Нет-нет, – он пожал плечами – Я просто… замечаю взгляды. – он склонился ближе, прошептал – И если кто-то ещё раз на тебя так посмотрит, мне придётся вспомнить, как ломать челюсти без перчаток. - Ну давай. Мне же хочется посмотреть, как ты попадаешь в лазарет, – поддела она с улыбкой. - Ради тебя родная, с удовольствием туда попаду. – бросил он и чмокнул её в щёку – А теперь пошли к тебе. Мне нужно проверить, не смотрит ли на тебя кто-нибудь внутри палатки. В палатке Ольги царил почти домашний уют: аккуратно сложенные книги, кипы бумаг, лампа с тусклым светом и запасной плед, пахнущий мятой. Баки осел на её койку, откинулся на локти, потянулся и с усмешкой сказал: - Теперь я точно знаю, где буду ночевать пока ты здесь. - Уверен? – прищурилась она – Тут всё-таки лагерь, не отель. - Я и не просил люкс. Мне хватит того, что ты рядом. Она села рядом, прислонившись к его плечу. Некоторое время они просто сидели в тишине, слушая звуки лагеря и стук сердец, которые снова совпали в ритме. Баки выдохнул: - Я должен найти Стива. Он где-то тут, хотел со мной поговорить и сходить в бар. Давай встретимся там. - Давай, я и Пегги позову, а то они со Стивом всё никак не могут сблизиться, хотя давно всё понятно. Но вечером ты всё равно будешь мой. - Без вариантов, – он усмехнулся – Договорились, план хороший. Он встал, скользнул ладонью по её спине, задержался на талии. - Встретимся в баре. И не надевай ничего, что будет лучше сидеть, чем на мне. Я серьёзно. Она оттолкнула его смеясь, а он вышел открыв навес палатки рукой… и встретился глазами с очередным взглядом солдата, который смотрел на Ольгу через его спину. Баки скривился. - Отлично. Кажется, мне всё-таки придётся показать пару приёмов. Она усмехнулась и он ушел. Ольга быстро сбегала к Пегги, чтобы сообщить про бар вечером и вернулась к себе, чтобы подготовиться самой. Время пролетело быстро. Рыжеволосая как раз заканчивала поправлять волосы, глядя в небольшое зеркало, прикреплённое к стойке в её палатке, когда за навесом раздался голос: - Готова, профессорша? Или снова науку не можешь отложить ради виски? Пегги Картер вошла уверенно, как всегда, в строгом, но ослепительно элегантном красном платье-футляре, подчёркивающем её статную фигуру. Волосы в идеальных мягких волнах, алые губы в тон платью, туфли блестели свежей полировкой. Несмотря на официальность образа, в её взгляде читалась лёгкая игривость. Ольга, обернувшись, сдержанно улыбнулась, она выглядела совсем иначе, но не менее впечатляюще: тёмно-синее, закрытое платье по фигуре, аккуратное, подчёркивающее талию и изгибы. Лёгкие волны волос, почти незаметные духи с нотками жасмина и терпкого чая, она не пыталась быть эффектной, но именно эта сдержанность делала её особенно привлекательной. Пегги свистнула тихо, оценив её образ: - Ну… если кто-то сегодня и сведёт с ума больше, чем я, то ты. - Главное, чтобы не началась драка. – Ольга усмехнулась и поправила серёжку. - Если начнётся, я первая поставлю ставку на Барнса, – хмыкнула Пегги. Бар был набит солдатами, табачный дым висел в воздухе, играла приглушённая музыка, кто-то стучал по стойке кружками, кто-то пытался уговорить девушку в медсестринской форме на танец. За угловым столом сидели Стив и Баки, оба в форме, с полупустыми стаканами перед собой. Стив рассказывал что-то, махнув рукой в сторону входа, но вдруг замолчал, когда увидел Пегги. Его глаза расширились. Он даже привстал. - ...вау, – выдохнул он почти беззвучно. Пегги сделала вид, что не заметила, но уголки губ чуть дрогнули. Баки повернулся к Стиву, увидел, куда тот смотрит, и хотел было что-то съязвить, но в этот момент взгляд скользнул в сторону Ольги, и его слова застряли в горле. Она стояла в полумраке входа, спина прямая, взгляд уверенный. Платье подчёркивало всё, что он знал на ощупь, но редко видел в таком свете: тонкую талию, линию ключиц, плавные изгибы бёдер. Свет от лампы на входе играл в её рыжих волосах, как в шёлке. Баки резко встал. Его челюсть чуть сжалась, взгляд стал пристальным, почти хищным. Он пробежался глазами по ней… а потом по солдатам, которые уже начали оборачиваться в их сторону. Один даже тихо свистнул. Баки вышел из-за стола почти рывком, бросив через плечо: - Стив, я через минуту. Он двинулся к ней быстрым шагом, уже с напряжением в челюсти. Когда подошёл, взгляд его задержался на её платье. - Ты специально так оделась, да? – почти шепнул он, в голосе звучала смесь восхищения и сдержанной ревности. - Я просто пришла, – спокойно ответила Ольга, но в глазах блеснула искра. Баки наклонился к её уху, задержал ладонь на её талии, чуть ближе, чем прилично. - Если кто-то сегодня посмотрит на тебя не так, я не отвечаю за свою сдержанность. Особенно те двое у стойки. Один уже свистнул. - Ну, тогда мне стоило надеть что-то ещё открытее, – пробормотала она, подавляя улыбку. - Не вздумай. Я и так едва дышу. Он подхватил её под руку, скорее присвоил, чем сопроводил, и повёл к их столику. По пути одарив парочку солдат ледяным взглядом, от которого даже бармен отвернулся. Стив встретил их с лёгкой улыбкой, взглянув на них с пониманием. - Вам явно есть что обсудить, – пробормотал он, глядя то на ревность в глазах Баки, то на довольную Ольгу. - Лучше выпьем, – буркнул Баки – Пока я не начал кому-то объяснять, что значит «занято». Посиделки становились всё живее: смех, звон бокалов, переклички разных акцентов, кто-то распевал куплеты армейской песни у пианино в углу. Стив то и дело отвлекался на Пегги, кидая на неё влюблённые взгляды, и каждый раз будто заново терял дар речи, когда она к нему поворачивалась. Ольга наблюдала за этим с мягкой улыбкой, посматривая в сторону Баки. Баки же почти не пил. Он сидел рядом с Ольгой, откинувшись на спинку стула, но при этом был явно напряжён. Его взгляд то и дело метался по бару, отмечая каждый взгляд, задержавшийся на его невесте. А таких взглядов было немало. - Этот у стены уже второй раз смотрит, – проворчал он, не отрываясь от наблюдений – И тот в углу... только что ткнул локтем соседа и на тебя кивнул. – он сжал кулак на колене – Клянусь, если кто-то подойдёт, выйдут на улицу без мундира. И без зубов. Ольга повернулась к нему, изящно положив руку на его. - Джеймс… ты снова отслеживаешь все взгляды? Может хватит? - Как будто я могу не заметить, – отозвался он сдержанно – Ты видела себя в этом платье? Если бы я был посторонним, я бы…я бы тоже смотрел. Ольга фыркнула, слегка улыбнувшись. Баки вдруг резко встал и подал ей руку: - Пойдём. Надо отвлечься. Потанцуем. - О? – приподняла она бровь – Ты хочешь танцевать? - Нет. Я хочу, чтобы весь этот чёртов бар видел, чья ты. – он склонился к ней ближе, прошептал – И если это единственный способ отбить у них желание, то пусть видят всё. Ольга взяла его руку и поднялась. Он уже улыбался дерзко, по-бакински. Музыка заиграла что-то лёгкое, медленное. Они вышли на импровизированный танцпол из расчищенных ящиков и бочек. Несколько солдат обернулись, кто-то зааплодировал. Баки притянул её к себе. Танец был неуклюжим, он давно не танцевал, движения были немного жёсткими, но она смеялась, и это его немного расслабило. Её руки обвили его шею, а его ладони держали талию с чуть чрезмерной уверенностью «мол, да, это моя женщина. Смотрите. Но не подходите». Когда их взгляды встретились, Ольга вдруг сказала тихо, но так, чтобы услышали все рядом: - Джеймс Барнс, ты невыносимо ревнив. - Ты только что это заметила? – он фыркнул, не отпуская её. - Тогда слушай внимательно, – сказала она и, не дав ему ответить, встала на цыпочки и поцеловала его. Прямо при всех. Долго, глубоко, с мягким, но решительным нажимом. Так, что рядом кто-то одобрительно присвистнул, кто-то зааплодировал, а Стив, кажется, чуть не уронил стакан. Баки застыл, как будто его вырубило на секунду. - Вот теперь… ты всё сказал всем, – прошептала она ему на ухо. - Я знал, что ты меня любишь родная. Но вот теперь… я официально победил этот вечер. – Баки расплылся в медленной, полной удовлетворения улыбке. Танец закончился, но он держал её за талию, прижавшись лбом к её виску, и, казалось, даже не слышал одобрительные комментарии со стороны друзей и солдат. В какой-то момент он выдохнул, и в его голосе зазвучало что-то более тихое, почти тёплое. - Пойдём отсюда. Хочу тебя. Только тебя. Без всей этой формы, шума и глаз. – он отстранился чуть-чуть, посмотрел на неё снизу-вверх с тем самым знакомым лукавством – А ещё я соскучился по твоему голосу, когда он звучит не как «сержант Барнс, ведите себя прилично». - Джеймс, мы в баре. Мы только что целовались посреди зала. Что же ты хочешь ещё? – Ольга прищурилась. - Разрешение снять с тебя это платье, официально. – он наклонился ближе, почти касаясь губами её уха – И потом... может, ещё раз. Уже неофициально. - Шалун, – пробормотала она, но в глазах блеснул огонь согласия. - Ты влюбилась именно в такого, – усмехнулся он и сразу взял её за руку – Пошли, пока я не сошёл с ума окончательно. Они вышли из бара, и только холодный воздух ударил в лицо, Баки развязно фыркнул, размахнувшись плечами и пару раз провернул её под своей рукой, как в уличном танце. - Ох, наконец-то! – протянул он театрально – Я не знаю, как ты пережила весь этот вечер с моей ревностью, зная, что тебе придётся терпеть меня потом всю жизнь. Страшная женщина. - Только если ты заслужишь, – сказала она с лёгкой угрозой в голосе. - Я уже заслужил, колечко на твоём пальце, подтверждает это. – ухмыльнулся он и вдруг развернулся к ней лицом, шагнув ближе. - Что такое? – с прищуром спросила она. - А теперь, мисс Астер…– он поднял бровь и, играя, подхватил её на руки – …давай проверим, сколько шумов можно делать без свидетелей. - Ты рехнулся, Барнс! – воскликнула она, смеясь – Поставь меня! - Не-а. Теперь ты в моих руках, в буквальном смысле. – он прижал её чуть крепче – И, кстати… если кто-то сейчас выглянет из палатки, пусть знают: у меня самая красивая девушка во всем этом лагере. И только моя. - А ты у меня самый громкий и наглый… - …и горячий. Не забывай главное, – подмигнул он. Палатка Ольги встретила их уютной полутемнотой, лампа на столике мерцала мягким светом, отбрасывая тени на книги, наброски и аккуратно сложенное одеяло. Как только они вошли, Баки поставил её на ноги и опустил навес, и звук лагеря снаружи приглушился до лёгкого фона. Он обернулся к ней и без слов плотно прижал к себе, впившись губами в её шею. Его ладони уверенно скользнули по её талии, будто проверяя, всё ли на месте, хотя он это и так знал. Она сдержала стон, но только чтобы сохранить преимущество. - А если я скажу, что не хочу прямо сейчас? – дразняще прошептала она, слегка отстраняясь, но не слишком далеко. Баки поднял бровь, заглянул ей в глаза, и в его взгляде вспыхнул вызов. - Скажешь, поверю. Но сначала ты должна сказать это не с дрожащим голосом и не вот так, – он провёл пальцем по её шее – Когда дышишь быстрее обычного. - Ты стал самоуверен. – она фыркнула, едва удерживая улыбку. - Я всегда был. Просто ты теперь честнее реагируешь, – прошептал он и провёл ладонью по её спине, медленно – Хотя... я бы проверил. Научно. Насколько ты не хочешь. - Ах так? – её глаза вспыхнули, и она резко развернулась, выскальзывая из его рук и отходя на шаг – Тогда попробуй догнать. Она скинула туфли и швырнула одну в его сторону, смеясь. - Только не забудь, что ты всё ещё в форме, солдат. - Я сниму всё, чтобы бегать быстрее. Клянусь, ты сама нарываешься на то, чтобы потом просить пощады. – Баки рассмеялся, уже начиная расстёгивать китель. - Тогда действуй, сержант. Может, у тебя будет шанс… Он шагнул вперёд и она отбежала к кровати, грациозно, почти как игра в кошки-мышки. Но в его глазах не было спешки, он знал: это её игра, и он в неё всегда будет играть. Она успела отскочить к кровати и почти уже сесть на край, когда Баки рванул вперёд, скинув китель на пол, как ненужную броню. Его шаги были быстрыми, уверенными, с хищной пластикой, он знал, что поймает её, вопрос был только, когда она сама позволит. - Ну что, девочка моя, – выдохнул он с усмешкой – Наигралась? Ольга, устроившись на краю койки, кокетливо скрестила ноги, будто собиралась читать книгу, и посмотрела на него с дерзкой невинностью: - Ты такой тяжёлый на подъём, Джеймс. Ты устал после бара? Баки не ответил. Он резко шагнул вперёд, и прежде чем она успела вскочить, схватил её за талию, потянул к себе и в тот же миг опрокинул на спину на кровать. Она взвизгнула, скорее от неожиданности, чем от страха, и тут же захихикала, когда он оказался над ней, опираясь на руки, словно полностью окружая её своим телом. - Поймал, – прошептал он хрипло – …и теперь ты моя. Без побегов. - Кто сказал, что я убегала? – прошептала она, хитро глядя снизу-вверх. - Ты провоцировала. А это хуже. – он склонился к ней ближе, губы почти касались её – Теперь… тебя ждёт наказание. Он ловко притянул её руки вверх, сжав одной рукой оба её запястья, засыпал шею поцелуями, горячими, настойчивыми. Ольга выгнулась под ним, дыхание участилось, и хоть она продолжала сопротивляться для формы, руки под его пальцами дрожали, а из груди вырвался мягкий, нечаянный стон. - Баки… – прошептала она, уже не дерзко, а затянуто. - Шшш… теперь не дерзи, – усмехнулся он, глядя на неё с озорством – Ты проиграла в своей же игре, родная. Он начал целовать её медленно и уверенно, по шее, по ключицам, спускаясь ниже, его вторая рука уже расправлялись с застёжками платья. Голова потихоньку начинала кружиться, внизу живота начинал завязываться узел у обоих. Баки начал стягивать платье одной рукой, оставляя несколько смазанных поцелуев на ключицах, пару возле груди. Когда его губы коснулись кожи живота, Ольга вздрогнула и покрылась мурашками. Он лишь на миг отпустил её руки над головой, стянул платье полностью, а потом и бюстгальтер, откинув все в сторону и снова закрепил сильной хваткой руки над её головой. Он впился губами к её уже затвердевшему соску. Лёгкий стон сорвался с её уст, а тело поддалось вперёд, встречая эту ласку. Он обвёл языком ореолу, хватая упругий сосок губами, чуть втягивая его и посасывая, а свободой рукой он провел вниз по животу, спускаясь к её лону. Когда его пальцы приблизились к кружевной ткани её трусиков, он тут же ощутил влагу, понимая, как она хочет его. - Моя девочка, ты же говорила, что не хочешь…– он довольно ухмыльнулся и впился в другой сосок губами и отпустил её руки. Стянув с неё мокрые трусики, шатен провёл пальчиками вдоль горячей промежности. Девушка издала постанывающий звук, когда он медленно проник в горячее лоно одним пальцем. Баки нащупал её горошину и прошёлся по ней большим пальцем, ещё раз и ещё, отчего та вцепилась в его плечи, что аж костяшки на пальцах побелели. Ольга начала поддаваться навстречу, и он добавил ещё один палец, поочередно посасывая и покусывая её соски. Она беспамятно начала извиваться в его умелых руках. - Баки…я хочу тебя…– простонала она, выгнувшись на очередное его движение пальцами внутри неё. - Этого не достаточно…– прорычал он, прикусив кожу на её шее и вводя третий палец в её. - Прекрати это мучение…пожалуйста...умоляю трахни меня Джеймс Барнс…– закатив затуманенные глаза сказала она хриплым голосом. Её слова послужили для него сигналом, он вытащил пальцы из неё и поочередно их облизнул причмокивая. Он встал около кровати, начал расстёгивать рубашку, прикусив губу и взглядом пожирал возбужденное тело любимой. - Я сделаю это, но сначала на колени родная… – сбивчиво сказал он, глазами указывая на место перед собой. Она прикусила губу и медленно сползла с койки на колени, проведя руками по его оголившемуся торсу к ремню, расстёгивая его. Спустив брюки чуть ниже, её взору открылась твёрдая эрекция, которую она накрыла рукой сквозь трусы, слегка сжимая член в ладони, который уже успел намочить бельё смазкой. Он не мог отвести от неё взгляда и нервно покусывал губы в нетерпении. Она медленно спустила его бельё вниз, обнажая член. Не думая ни минуты больше, она провела кончиком языка по основанию, вбирая в себя его смазку. Он крепко зажмурился, ощущая её пухлые губы и сжал её волосы в кулак на затылке. Она взяла головку в ротик и начала двигать головой, одновременно помогая себе рукой, проводя по всему мужскому достоинству. Он откинул голову и с его губ сорвался стон, а по телу пошли мурашки, рукой он останавливал её голову, задерживаясь в её горле. Она ускорилась и плотно губами обхватила его член, иногда языком проводила по уздечке. Ему сорвало крышу, и он начал иметь жестко её ротик, входя полностью до упора, что её лицо упиралось ему в лобок. По её подбородку потекли слюни, когда он безжалостно трахал. Она немного давилась, каждый раз, когда он ударялся своим членом по задней части её горла. В один момент, он вдруг почувствовал, что близок к тому, чтобы наполнить её ротик своей спермой и резко вышел. - Как же я скучал – он аккуратно поднял её голову вверх за подбородок, резво вовлекая её в поцелуй. Баки почувствовал на её губах вкус собственной смазки и голова закружилась сильнее. Не медлив больше ни секунды, он бросил её спиной на койку и навис сверху, устраиваясь между её ног и резко вошёл во всю длину. Он накрыл одну её грудь рукой, массируя и прокручивая меж пальцев затвердевший сосок, а другой уперся в подушку около её головы. Он начал двигаться рваными и неровными толчками, ускоряясь с каждым входом, создавая шлепки. Она двигалась ему навстречу, обхватив его поясницу ногами, сжимала и царапала его плечи, впиваясь в его шею губами и оставляя отметки. Он встал на колени и взяв руками её за бедра приподнял таз и начал жёстко её насаживать на всю длину откинув голову назад и закусывая губу, она же прогнулась, вцепившись в одеяло и сжала губы, чтобы сдержать стоны. Это был не просто секс, это была животная случка, двух людей, которые были без друг друга полгода. Тела уже покрылись испариной, а дышать становилось всё тяжелее. Он уже начинал чувствовать, как её стенки влагалища, начинали сокращаться сильнее, сжимая член и от этого почувствовал, что тоже скоро кончит. Но он держался как мог, и когда её тело начало содрогаться в оргазме, он сделал еще несколько резких толчков со шлепком и вышел, кончив ей на животик. Он лег рядом с ней и прижал к себе одной рукой, приводя дыхание в норму. - Это был… разогрев. Первый раунд. – он повернул её лицом к себе, его глаза блестели. – Думаешь, я отпущу тебя так просто? - У тебя вообще бывает отдых? – Ольга чуть приподняла бровь, всё ещё едва отдышавшись. - Кто бы мне это говорил, а так только между раундами, – хрипло ответил он, уже перекатываясь над ней – Так что… отдыхай быстро. И в следующее мгновение их снова поглотила страсть. Они сделали ещё несколько заходов, каждый жарче предыдущего. Когда закончился крайний раунд, Баки лежал на спине, одной рукой подложив под голову, а другой прижимая Ольгу к себе. Её пальцы лениво скользили по его груди, пока она лежала, уткнувшись щекой в его плечо. После... страсти, остались только нежность и тишина, в которой не нужно было слов. Он смотрел в потолок палатки и вдруг негромко произнёс, перебирая пряди её волос: - Стив собирает команду. Технически, он центр, а мы его «Ревущая команда». Ольга приподняла голову, посмотрела на него со смесью удивления и интереса: - И вы теперь как? На задания? - Да. Нам будут давать конкретные цели против Гидры. Десант, разведка, диверсии. Работать будем как кулак, быстро, чётко. – он повернул голову, посмотрел на неё – Ты ведь… уже здесь. Останься. Со мной. Пока можешь. Не уезжай обратно. Ольга несколько секунд молчала, но в её взгляде не было сомнений. Она опустила голову, прижалась губами к его ключице, потом прошептала: - Полковник Филлипс звал меня в медчасть. Так что… думаю, я останусь. Здесь. С тобой. Баки тихо выдохнул и улыбнулся с облегчением, обнимая её крепче. - Тогда мы в одной точке на карте. И это уже многое значит. - Как же тебе удаётся так просто уговаривать меня? – она мягко рассмеялась. - Потому что я твой Барнс. И ты меня любишь. Даже когда я невозможен. – он наклонился и поцеловал её в висок. - Особенно когда ты невозможен, – прошептала она. - Только есть одно «но», – сказал он, снова глядя в потолок палатки – Когда ты была в баре в этом синем платье…– он сжал челюсть – Я думал, что кого-нибудь из этих солдат вышвырну за то, как они смотрели на тебя. Как будто ты не человек, а награда. Это бесит. Я еле сдержался. - Ты ведь знал, на кого смотришь, когда влюблялся. – она чуть улыбнулась. - Знал. И теперь буду следить, – добавил он с ревнивой усмешкой – Если кто-то ещё раз посмотрит на тебя так, будто ты не занята…Я не дам ни одному из них забыть, что ты моя. – закончил он серьезным тоном. - Я и не собираюсь, чтобы кто-то забывал. – она провела пальцами по его щеке. - Просто… будь осторожна, родная. Ты эффектная, ты сильная, ты умная…– он провёл носом по её волосам – А для кого-то это сразу цель. Даже без оружия. - У меня есть мой жених, – прошептала она – И этого достаточно, чтобы чувствовать себя в безопасности. Он не ответил, а просто поцеловал её, задержавшись, вложив в поцелуй всю сдерживаемую тревогу, нежность и, конечно, эту его ревнивую, бешено любящую натуру. За стенками палатки рассвет начинал расцветать, но в их маленьком мире время остановилось.