Осенняя Астер

POV Автор

Прошло всего пару часов, и утро на базе уже полностью вступило в свои права: прохладный воздух, запах кофе и свежего хлеба от походной кухни, оживлённые перекрики солдат, собирающихся на построение. Ольга вышла из палатки в аккуратно заправленной форме с поясом, волосы были убраны в строгий пучок, лицо свежее, сосредоточенное, но с лёгкой, ни с чем не спутываемой теплотой в глазах. Баки шагал рядом, чуть позади, расстёгнутый ворот, фуражка надвинута на глаза. Его взгляд скользил по территории и постоянно возвращался к ней. Слишком часто. Слишком пристально. И не только потому, что она была красива, а потому, что он чувствовал взгляды других. Солдаты, завидев Ольгу, невольно оборачивались, кто-то лишь взглядом, кто-то с тихими комментариями в сторону. До возвращения Баки она не замечала этого, но Баки замечал каждого. - Угу… – пробормотал он себе под нос, глядя вслед какому-то парню, который обернулся слишком откровенно. - Что? – обернулась к нему Ольга, уловив его тон. - Ничего. Просто думаю… на утреннее построение можно выдавать шоры, чтобы солдаты смотрели только вперёд, а не на то, что им не принадлежит. - Может, ты выдашь каждому по памятке, что я твоя? – она тихо фыркнула, но сдержанно. -О нет, – он наклонился к её уху, пока они шли, и шепнул с насмешливой серьёзностью – Памятки не работают. Я лучше покажу при первом же случаи. Она бросила на него укоризненный взгляд, но на губах играла улыбка. Они дошли до столовой, где уже собирались группы военных и медиков. Несколько человек поздоровались с Ольгой, кто-то просто вежливо кивнул. Баки сел рядом с ней, чуть ближе, чем требовало приличие, и положил руку на её спину совсем неслучайно. - Ты так будешь весь день? – тихо спросила она, взяв кружку кофе. - Весь день, всю ночь и всю жизнь, если потребуется, – спокойно ответил он, не убирая руки – Пока ты носишь мою фамилию в будущем, она должна быть под защитой. - А пока я ещё не ношу? - Технически, ты уже моя. Просто без документов. – он усмехнулся, взглянув на неё с лукавством. Он отпил кофе, при этом не сводя глаз с очередного солдата, бросившего взгляд в их сторону. Ольга вздохнула, но не спорила. Где-то глубоко внутри ей было… приятно. Потому что в этом ревнивом, слишком прямом, упрямом Баки было всё то, что напоминало: Она важна. Она любима. Она его. Они уже почти доели завтрак, когда рядом с их столом появился Стив, подтянутый, собранный, в новой форме, но всё ещё с той же скромной улыбкой, какой он всегда встречал близких. - Доброе утро, – бросил он, кивая сначала Ольге, потом Баки – Не помешаю? - Садись, капитан, – с лёгким прищуром сказал Баки, сделав глоток кофе. Стив уселся напротив и сразу, без лишних фраз, кивнул другу: - Ты же помнишь, что полковник собирает нас насчет следующей миссии. Лучше сразу после завтрака, пока горячо. Баки кивнул, хотя явно не спешил покидать завтрак и особенно Ольгу. Он бросил взгляд на неё, как бы извиняясь, и, поставив кружку, встал первым. Наклонился к Ольге и, при всех, чуть дольше, чем следовало бы, коснулся губами её виска. - Я скоро. И, да, – добавил уже громче – Не принимай лишних взглядов на свой счёт. - Он, кажется, ведёт счёт каждому, кто посмотрит на тебя. – Стив тихо рассмеялся. - Не кажется, – усмехнулась Ольга, поднимая бровь. - Это точно, – подтвердил Баки и хлопнул Стива по плечу – Пошли, пока я не передумал, насчет вступления в твою команду. Друзья ушли, обсуждая грядущую операцию, переговариваясь уже на ходу. Ольга осталась за столом, спокойно доедая завтрак, когда рядом появилась Пегги, в безупречно выглаженной форме, с привычной прямой осанкой и лёгкой, чуть ироничной улыбкой. - Я вижу его второй день и с каждым разом он всё ревнивее, – заметила Пегги, усаживаясь рядом – Это уже почти забавно. - Почти? – усмехнулась Ольга, отпивая кофе – Скорее, уже привычно. Я даже удивляюсь, как он ещё не начал требовать военной формы длиной до пола и таблички «занято». - Табличка есть, не сомневайся. Просто пока мысленно, – пошутила Пегги – Ну что, лейтенант Астер, как тебе быть на фронте не только с пробирками, но и с мужчинами в поле? - По крайней мере, я теперь рядом с ними. И, если что-то случится, смогу быть полезной. – Ольга улыбнулась и посмотрела в сторону, куда ушли двое самых дорогих ей людей. - И это главное. – Пегги кивнула, чуть посерьёзнев. Ольга и Пегги провели три часа в медицинском отсеке: рыжеволосая знакомились с палатками, обсуждала рабочие часы, проверяла медикаменты и инструкции. Медчасть на базе была скромной, но слаженной, и старший санитар с радостью показывал ей, как устроено всё на случай массового поступления раненых. - Ну что ж, неплохо, – сказала Пегги, выпрямляя плечи, когда они вышли наружу – Думаю, полковник доволен, что ты остаёшься помогать. - Особенно Баки, если не учитывать, что я буду на виду у солдат. – с лёгкой усмешкой ответила Ольга – Он явно предпочёл бы, чтобы я сидела в палатке под охраной. Смеясь, они прошли к центральной площади лагеря. Легкий ветер поднимал пыль с утоптанной земли, а над головой шумели рации и звенели металлические конструкции временных ангаров. И тут, как по часам, из соседнего укрытия появился молодой солдат: рослый, с небрежно накинутым ремнём и дерзкой уверенностью в походке. Он свистнул себе под нос, глядя на приближающихся девушек, и остановился, прямо преградив им путь. - Ух ты… – протянул он, слегка прищурившись – Такого здесь в лагере ещё не было. – обратился он к Ольге – Сержант Браун. Только прибыл. И кажется, я нашёл причину задержаться тут подольше. Ольга вздёрнула бровь, отреагировав скорее с иронией, чем с раздражением. Пегги, скрестив руки на груди, смерила его таким взглядом, от которого у многих солдат зубы начинали вибрировать от страха. - Очень мило, сержант Браун, – холодно ответила Пегги – Но мы, увы, не на выставке. Ольга собиралась что-то ответить, но тут раздался знакомый шаг, уверенный и немного ускоренный. Из штаба как раз вышли Стив и Баки, обсуждая схемы и координаты. Баки обернулся на звук голосов… и замер, как только увидел, как кто-то заслоняет путь его невесте. Он не ускорил шаг, он просто пошёл быстрее, но спокойно, уверенно, в его походке была та самая угрожающая лёгкость, которая заставляла других мужчин забывать, что хотели сказать. - Доброе утро, – сказал он холодно, приближаясь – А что здесь у нас? Сержант Браун сразу повернулся, увидел два знакомых лица: Стива Роджерса, прославленного «щита Америки», и сержанта Джеймса Барнса, к которому даже на базе не подходили без уважения. Лицо Брауна вытянулось, и он быстро отступил в сторону. - Ничего, просто... знакомился. - Ага, – отозвался Баки с лёгкой, но явно не доброй усмешкой, он обнял Ольгу за талию, резко и без лишней церемонии – Познакомился и хватит. - Началось... – пробормотал Стив, закатив глаза. Пегги тихо рассмеялась, прикрывая рот рукой. Ольга же, чувствуя, как крепко Баки прижал её к себе, еле сдерживала улыбку. - Ты бы его сожрал взглядом, если б мог. – шепнула она ему. - Я не ем, я метко стреляю, – прошептал он в ответ и поцеловал её висок – Просто предупреждаю: территория занята. И они пошли дальше, оставив растерянного сержанта Брауна стоять с глупым выражением лица, пока Стив и Пегги переглянулись с одинаковой ухмылкой. Баки всё ещё держал Ольгу за талию крепче, чем нужно было для простой прогулки. В его взгляде не осталось ни следа весёлой ревности, теперь это была открытая, спокойная уверенность, но с чуть прищуренным «наблюдением по периметру». - Ты серьёзно теперь собираешься охранять меня по периметру? – спросила Ольга вполголоса, бросив на него лукавый взгляд. - Нет, – отозвался Баки так же тихо – Только до тех пор, пока хотя бы половина этих недосолдат не поймёт, что ты не для них. Он чуть склонился к ней, поцеловал скулу. Они уже приближались к палатке штаба, где были расклеены свежие объявления и графики, когда их догнали Стив и Пегги. Стив слегка постучал Баки по плечу, переводя разговор в деловое русло: - Эх девушки, завтра мы выходим на разведку. Пять человек. Есть ориентиры по лагерю Гидры на севере. - А Ольга сегодня вечером дежурит в медчасти. Смена с восемнадцати. Там новобранцы после обучения: ушибы, порезы, и один с подозрением на воспаление лёгких. – вмешалась Пегги, глядя на Ольгу. - Только обещай, что не останешься одна. Дежурь с кем-то. – Баки поцеловал её в висок, но сдержанно, чтобы не дать волю раздражению. - Я взрослая, сержант, – усмехнулась она – И не менее упрямая, чем ты. - Ладно, – сдался он – Но после каждой смены, будешь отчитываться мне, кто к тебе подходил. Поимённо. - И фотографии прилагать? – Ольга улыбнулась. - С анкетами. И историей болезней. Особенно если они слишком здоровы и наглы. – буркнул он. Стив и Пегги переглянулись, качая головой, но ничего не сказали. Они поняли: так любит только Баки. Страстно. Осторожно. До мелочей. И до зубовного скрежета ревниво. Оставшийся день до её дежурства пролетел быстро. Пегги провела часть времени с Ольгой, помогая упорядочить медикаменты, сверяя реестры препаратов и пересматривая инструкции по военным ранениям. Несмотря на тишину на базе, поток солдат с мелкими травмами не иссякал: кто-то ушибся на тренировке, кто-то порезался при разборке оружия, один юнец пришёл с перевязанной рукой, жалуясь больше на то, что «будет выглядеть глупо на вечернем построении», чем на саму рану. К вечеру Ольга заступила на дежурство. Медчасть при вечернем свете казалась особенно тихой: лампы под навесом бросали тёплый свет, в палатках слышались негромкие разговоры. Она переоделась в форму с медицинской повязкой на рукаве и сразу принялась за работу. Солдат с лёгкой лихорадкой оказался под наблюдением, она измерила ему температуру, сделала инъекцию, и через час уже сверялась с картами симптомов. Дежурство шло своим чередом: бинтовка, журнал, лекарства. Время приближалось к 21:00, когда входной навес палатки резко откинулся, и в проёме показался Баки. - Ты что тут делаешь? – удивилась она, быстро поднимая глаза от столика с журналом приёма. - Патруль, – сухо ответил он, проходя внутрь – Решил проверить санитарные палатки. Вдруг, кто-то… не туда зашёл. Или слишком долго смотрит на медсестру. - Ах, значит, у нас теперь ночной смотрящий, – усмехнулась она, снимая перчатки – Скажи честно, ты просто соскучился? Он подошёл ближе, взгляд стал мягче, но голос всё ещё держался хриплым: - Я не могу соскучиться, если я даже половину дня тебя не отпускал из виду. – он посмотрел на её запястья, на маленькие следы от перчаток, на усталые пальцы – Я просто… хотел убедиться, что ты в порядке. - Всё хорошо, Джеймс. Правда. – она положила ладонь на его грудь. - Ладно… – пробормотал он, бросив взгляд на койки с солдатами – Я пошёл. И ты постарайся не задерживаться тут до рассвета. - Так точно, сержант, – ответила она шепотом, и он, едва заметно усмехнувшись, вышел, тихо опуская полог палатки обратно. После ухода Баки, в медчасти повисла тишина, нарушаемая лишь приглушёнными звуками базы: редкие шаги, отдалённые разговоры у штаба, шелест бумаги на ветру. Ольга сидела над журналом, но мысли её всё ещё были не в записях, его короткий визит оставил тепло на коже и неотступное чувство, будто он всё ещё рядом. Несколько часов дежурства прошли спокойно. Пара солдат с лёгкими ожогами после неудачного обращения с техникой, один с простым вывихом. Работа была утомительной, но почти механической. Ольга переключалась между делом и мыслями о Баки: как он всегда приходит в самый неожиданный момент, как смотрит, как касается, даже одним пальцем, как будто защищает всё её существо, не только тело. Чуть за полночь она вышла из палатки на минуту подышать. Ночь выдалась прохладной, но безветренной, с бледной луной, затянутой лёгкой дымкой. Возле штабного навеса горел один из факелов, у которого стоял дежурный, лениво потягивая из фляги. Она обняла себя руками, вздрагивая от лёгкой дрожи, от усталости, ночной прохлады и тишины, слишком густой, чтобы быть комфортной. - Эй, – раздался негромкий голос сбоку. Ольга обернулась: из тени, словно возникнув из самого воздуха, к ней подошёл Баки. Теперь уже без официального вида, в расстёгнутой рубашке, с растрепанными волосами. В руке он держал плед. - Я знал, что ты не наденешь тёплый плащ, – буркнул он, подойдя ближе и мягко накинув плед ей на плечи – Слишком упрямая для погоды. - Ты шпион? – хмыкнула она, принимая заботу – Или просто следишь за каждым моим шагом? Он подошёл вплотную, коснулся её подбородка, заставляя взглянуть ему в глаза. - Я твой. Вот и всё. А за своим надо следить. Особенно, если это всё, что у меня есть. Она опустила взгляд, прижалась к нему щекой, и они так стояли, в полном молчании, пока где-то далеко дежурный сменялся, пока ночной ветер шевелил палатки и гасил один за другим огоньки вокруг лагеря. Вскоре он отпустил её, поцеловал в лоб: - Иди заканчивай дежурство. А потом ко мне, в уже нашу общую палатку. - А ты уверен, что не уснёшь раньше меня? Он рассмеялся, тот самый тёплый, тихий смех, который слышала только она. - Если и усну, то только с тобой в обнимку. Всё честно. Она вернулась в палатку с легким сердцем, с пледом на плечах и улыбкой на губах. Когда стрелка на армейских часах перевалила за два часа ночи, Ольга, наконец, закончила смену. Она сдала журнал следующей медсестре, быстро навела порядок в палатке, вымыла руки в холодной воде у умывальника и вышла на улицу, закутавшись в тот самый плед, что оставил ей Баки. Ночь была тихой. Ольга шла неспешно, усталость приятно налегала на плечи, но в душе было странное спокойствие. Подойдя к своей палатке, она чуть приоткрыла полог и заглянула внутрь. Там было темно, только свет от луны пробивался сквозь щели в ткани, рисуя серебристые полосы на его лице. Баки лежал, полураздевшись, одеяло сброшено в сторону, одна рука под головой, вторая вытянута вдоль тела. Спал он крепко, но не беспокойно, будто и правда ждал её. Она тихо прошла внутрь, присела рядом на край койки. Несколько секунд смотрела на него в полутьме, пока он не пошевелился, чуть нахмурился и, не открывая глаз, пробормотал хрипло: - Я ждал тебя... Он открыл один глаз, посмотрел на неё, как всегда, будто впервые, будто она была всем светом в его мире. Поднял руку, потянулся, обнял её за талию, притянул ближе. - Иди сюда. Хватит уже бегать по палаткам. Ольга тихо рассмеялась, скинула плед и скользнула под одеяло рядом с ним. Он прижал её к себе, укутал теплом своих рук, и она, наконец, полностью расслабилась. - Как смена? – пробормотал он, уже вполусне. - Без происшествий, – прошептала она, уткнувшись в его грудь – Ну, если не считать ревнивого сержанта с пледом… - Хорошо. Тогда теперь спи. Здесь с тобой ничего не случится. – он усмехнулся и прижал её крепче. - Я знаю, – ответила она почти беззвучно. И в эту ночь они просто спали. Без разговоров, без спешки, в полном покое. Впервые за долгое время, рядом, дыша в такт, словно и не было войны за стенками палатки. Утро выдалось серым и прохладным, небо стянуто свинцовыми тучами, будто само чувствовало, что день будет нелёгким. Сквозь тонкие стены палатки просачивался бледный свет, и Ольга проснулась от того, что Баки уже шевелился рядом. Он осторожно, чтобы не разбудить её, натягивал рубашку, в полусогнутом положении сидя на краю койки. Но она всё равно приоткрыла глаза. - Уже уходишь? – голос прозвучал ещё хрипло, со сном на губах. Он повернулся, глядя на неё с лёгкой улыбкой, но в глазах решимость: - Да. Через двадцать минут выдвигаемся. Надо снаряжение проверить… Она потянулась, приподнялась, укутавшись в одеяло, и села, глядя на него, пока он застёгивал ремень и проверял кобуру. Баки поймал её взгляд, подошёл ближе и присел на корточки перед ней. - Эй, не смотри так… Мы всего на пару дней. Это простая операция: разведка, если что зачистка, возвращение. - Я знаю, – тихо ответила она – Просто… будь осторожен. Он взял её ладони в свои, прижал к губам. - Я всегда осторожен. Тем более, у меня есть причина возвращаться. - Ты обещал не говорить такие вещи перед заданием. Это нечестно. – она усмехнулась, но в глазах заплясали блестящие капли. - Тогда скажу так: у нас с тобой ещё слишком много неоконченного. – Баки мягко коснулся её щеки – И я не позволю никакой чёртовой Гидре в это вмешаться. Он встал, поправил шинель и кивнул: - Пегги и Стив уже у штаба. Если что, держись Пегги, она рядом будет. - Я не из фарфора, Барнс, – фыркнула она – Справлюсь. Но ты… возвращайся. - Обязательно. – он кивнул серьёзно. И прежде чем уйти, быстро вернулся, склонился к ней и поцеловал, жадно, сдержанно, но до дрожи в сердце. Потом выпрямился и, не оборачиваясь, вышел из палатки. Ольга ещё долго сидела в тишине, кутая ноги в одеяло, слушая, как на улице раздаётся голос сержанта, команды, шаги, звук отправления на задание. Но она знала, если кто и вернётся, несмотря ни на что, то это Джеймс Бьюкенен Барнс. Потому что он пообещал. Дни без Барнса тянулись долго и однообразно, словно каждый из них был нарочито серым. Погода соответствовала, облака висели низко, пыль и влага делали воздух тяжёлым. Ольга продолжала дежурить в медчасти: бинтовала, делала уколы, записывала в журнал и носила воду раненым. Пегги уехала, через два дня, после отправки ребят на задание, с группой разведки и обещала вернуться через неделю. Без неё стало ощутимо тише. Никто не приходил с колкими подколами, никто не толкал плечом и не спрашивал с усмешкой: «И каково это, встречаться с сержантом Барнсом?» Ольга старалась держать себя в руках. Но дни шли, а известий не было. По ночам она засыпала позже всех, просыпалась по тревоге от малейшего шороха, иногда выходила на улицу, просто чтобы убедиться - всё на месте, и утро обязательно наступит. Так прошло пять дней. Вечер выдался особенно тихим. Она только вернулась с дежурства, усталая, с разболевшейся спиной, вымыла руки у умывальника, натянула лёгкий свитер и задула лампу. В палатке было полутемно, пахло сухими травами и мылом. Ольга села на койку, разложила на коленях блокнот, будто собиралась что-то записать… но остановилась. Ладонь с карандашом замерла, взгляд застыл где-то в точке. В этот момент навес палатки откинулся. - Ты всегда такая задумчивая перед сном? Она резко обернулась. Баки стоял в проёме. Пыльный, в потрёпанной форме, с лямками на плечах, с небольшими ссадинами на скуле и брови, но живой. Настоящий. Перед ней. Несколько секунд она не могла выдохнуть. Просто смотрела, широко распахнув глаза, будто не верила. Он шагнул внутрь, и в ту же секунду она вскочила с кровати, бросилась к нему и обняла так крепко, что у него вырвался сдавленный смешок: - Осторожно, родная… У меня, знаешь ли, пара синяков. - Плевать! – воскликнула она, уткнувшись лбом в его плечо – Чёрт возьми, ты... ты даже не знаешь, сколько раз я выходила смотреть, не едешь ли ты! - А я всё думал, как появиться эффектно. Цветы, может быть...Но когда стоишь в грязи по колено под пулемётным дождём, начинаешь понимать, что сам факт возвращения, уже, пожалуй, самое главное. – он крепко прижал её к себе, руками обхватив за талию. - Согласна, – прошептала она, прижимаясь к нему крепче. - Ты не спала? – он чуть отстранился, посмотрел на неё внимательно. - Только собиралась. - Тогда у меня предложение. Я хочу, чтобы мы хотя бы пару часов просто полежали рядом. В тишине. Без войны, без крови, без приказов. - Тогда ложись, сержант. – она потянула его к кровати. Он стянул шинель, сапоги, бросил их под койку и забрался рядом. Она уже укрылась одеялом, и он, не говоря ни слова, обнял её за плечи, прижав к груди. Он долго молчал, а потом мягко сказал: - Когда всё это закончится… я просто заберу тебя. Не будет больше палаток, фронтов, миссий. Будет дом. С настоящей кроватью. И тишиной. И твоим именем на моей ладони. - Ты уже и так несёшь моё имя под сердцем. - И всё равно каждый раз, когда на тебя кто-то пялится, я хочу, чтоб у тебя на шее висела табличка: «Занята. Будущая Барнс». – Баки провёл пальцами по её волосам и прижался губами к виску. - Не волнуйся. Они и так все видят, что я твоя. Особенно когда ты стреляешь глазами по лагерю. – Ольга рассмеялась тихо. - Ну, может, и стреляю, – пробормотал он, зарывшись в её волосы – Потому что знаю, что лучшее, что есть в этой чёртовой войне, это мысль, что ты ждёшь. - И я буду ждать, Джеймс. Сколько нужно.