Осенняя Астер

POV Автор

Прошёл почти месяц с того холодного июньского утра, когда Ольга провожала Баки на перроне. С того дня жизнь вошла в ритм, в котором не было времени на воспоминания, только работа, расчёты и ожидание в тишине. Она почти не выходила из лаборатории. Временами даже забывала, какой сегодня день недели. Вместе с Говардом и доктором Эрскином они работали над финальной стабилизацией сыворотки. Уровни компонентов, поддержание метаболической нагрузки, сопротивление нестабильных тканей. Каждый день приносил новые мелочи, но шаг за шагом приближал их к завершению. Письма от Баки приходили всё реже. Сначала два за неделю. Потом одно. А затем и вовсе тишина на целых десять дней. В последнем письме он писал: «Не беспокойся, всё нормально. Просто мы всё время в движении. Англия как будто другой мир. Холод, дождь, форма уже изрядно промокшая. Но я держусь. Живой. Думаю о тебе каждый вечер, когда лежу в казарме. Держись за работу, ты делаешь важное. Это тоже бой, просто по-другому. Ты моя причина возвращаться». Она перечитывала его слова почти каждый вечер, прежде чем уснуть на жёсткой кушетке в лаборатории, укрываясь халатом, который теперь пах не только химией, но и усталостью. Стив за это время тоже уехал. Неожиданно. Однажды днём пришло короткое письмо от него с аккуратными словами: «Меня всё-таки приняли. Не спрашивай как. Позже расскажу. Теперь я служу. Не совсем так, как хотел, но это только начало. Береги себя, и скажи Баки, если он вдруг выйдет на связь, что я всё-таки прорвался.» И она гордилась им, как всегда. Но беспокоилась. Стив всегда был упрямым. И не всегда думал о себе первым. Так и прошёл месяц. Один за другим исчезли люди, которые были частью её повседневной жизни. Осталась лаборатория, гул приборов, химия, металл, формулы и холодная, строгая тишина. Но в один из дней тишина дрогнула. В лаборатории стоял запах металла, химии и чуть остывшего кофе. Солнечный свет едва пробивался сквозь жалюзи: серый, рассеянный, будто отражал напряжение, витавшее в воздухе. Над чертежами и пробирками уже кипела работа: расчёты, корректировки, тесты. Но теперь всё было иначе. Ольга стояла у рабочего стола, проверяя последний состав образца. Колбы блестели в холодном свете, а рядом на столе лежали её записи, исписанные плотным почерком страницы, формулы, графики, химические цепочки. Она чувствовала: всё подошло к черте. Ошибки быть не должно. Входная дверь открылась. Доктор Эрскин вошёл, всё такой же сосредоточенный, с вечно усталым взглядом человека, несущего в голове тайну, способную изменить ход войны. Он снял очки и долго смотрел на одну из таблиц, как будто сверяя что-то с собственным внутренним кодом. - Ольга, – наконец сказал он спокойно – Мы это сделали. - Что? – она подняла глаза. - Сыворотка готова. Окончательно. Стабильная. Без отклонений. Мы проверили на всём, что можно. Сегодня ночью поступило подтверждение. Мы получили зелёный свет. Ольга не сразу ответила. Несколько месяцев, бессонные ночи, десятки переделанных протоколов и вот, момент истины. - Значит... теперь можно выбрать испытуемого, – тихо сказала она. - Уже выбран, – кивнул доктор. - Что? Кто? Когда? Доктор не сразу ответил. Он прошёл к столу и положил папку с грифом «секретно». - Человек уже в Нью-Йорке. В ближайшие дни мы проведём испытание. - Почему я не знаю? Я бы помогла в отборе... - Этот случай особый. Но поверь: он достоин. Ольга нахмурилась, ощущая странную дрожь под сердцем, смесь волнения и тревоги. - Кто он? Как его зовут? Эрскин посмотрел на неё, и на мгновение в его взгляде мелькнула знакомая теплота, как будто он уже знал, как близко к ней окажется правда. Но ничего не сказал. - Скоро ты сама всё узнаешь. Обещаю. Он взял папку и вышел из лаборатории, оставив её среди светящихся приборов, тихого гула и гулкой, напряжённой тишины внутри. А Ольга стояла, смотрела на дверь и чувствовала, что что-то важное уже началось, даже если она пока не понимала насколько близко это будет к её собственной жизни. Прошло три дня. Лаборатория под объектом была погружена в полумрак и прохладу, как и всё подземное здание, скрытое под слоем, стали, бетона и грифов «Совершенно секретно». За пределами, на поверхности, было лето. Жаркое, липкое, с гудением цикад и запахом раскалённого асфальта. Но здесь, под землёй, этого мира будто не существовало. Ольга вошла в главный зал, где в центральной части уже возвышалась камера усиления, массивная капсула с закреплёнными кабелями, соединёнными с реактором, всё было готово. На столах инструменты, сыворотка в кристально чистых пробирках, записи. Доктор Эрскин стоял у монитора, её брат просматривал распечатки с последними расчётами. - Ты вовремя, – сказал Эрскин, не оборачиваясь – Остальные ещё в пути. - Значит, у нас есть время. Всё готово? - Почти. И есть одно предложение. Неофициальное. Но... важное. Ольга остановилась. - Какое ещё предложение? - Мы с Говардом обсуждали это. Сыворотка готова. Формулы стабильны. Всё протестировано, но… ни один биологический объект ещё не получал полной дозы. Мы должны быть уверены. – он обернулся к ней и сказал просто, почти спокойно – Я предлагаю ввести её тебе. - Что? Мне? – Ольга резко выпрямилась. - Да. Ты знаешь систему лучше всех. Ты проходила подготовку. У тебя нет противопоказаний. Всё, что будет с тобой мы сможем зафиксировать и отследить без давления прессы, армии, комиссий. До того, как приедут военные и правительственные представители. - Это не протокол. - Это выбор. Добровольный. - Мы долго обсуждали. Я бы сам это сделал, но ты учёный. Ты знаешь, как считывать, чувствовать, анализировать. У тебя есть контроль. – Брат подошёл ближе. - А если я... - Все будет хорошо, – перебил он – Ты всегда была сильнее, чем ты думаешь. Ольга перевела взгляд на капсулу. На пробирки. На металлический контейнер, внутри которого находилось то, над чем она трудилась почти два года. Сыворотка суперсолдата. Возможность изменить всё и риск, который мог изменить её. Сердце забилось чаще. Не от страха, а от ощущения момента, к которому привела каждая минута всех бессонных ночей. - У нас правда есть время? – спросила она тихо. - Полчаса, не больше, – ответил Эрскин – Потом здесь будет толпа. И всё будет по-другому. Сейчас это только ты и наука, которой ты посвятила себя. Никто не заставляет. Но я доверяю тебе настолько, чтобы предложить это. Ольга на мгновение закрыла глаза. Вдох. Выдох. - Ладно… Тогда пусть всё будет по-честному. Я сделаю это. Доктор кивнул, почти с гордостью. - Тогда проходи в капсулу. Ты войдёшь в историю раньше, чем думала. Ольга сняла халат и осталась в одном комбинезоне, после прошла в капсулу, и крышка медленно закрылась с глухим металлическим щелчком. Она сжала руки в кулаки, чтобы унять дрожь в пальцах. - Начинаем ввод, – произнёс Эрскин в микрофон. – Ольга, ты готова? - Да. По бокам её рук плавно выдвинулись механические манипуляторы с закреплёнными шприцами. Сыворотка вошла в её тело медленно, дозировано, точно по графику. Почти сразу Ольга почувствовала холод, будто внутри что-то замерзало. Потом, спустя мгновение, пришёл жар, резкий, обжигающий, как будто всё её тело начало гореть изнутри. Сердце застучало яростно. В висках звенело. - Повышение температуры тела… на три градуса… четыре… – комментировал Говард, наблюдая за показателями. - Частота сердечных сокращений увеличивается. Начинается фаза стимуляции, – добавил Эрскин – Поднимаем мощность. В капсуле вспыхнул свет, и энергетические импульсы охватили её фигуру. Мышцы напряглись, дыхание сбилось. - АААА!! – вырвался крик, пронзивший лабораторию. Ольга сжала зубы. Внутри всё перекручивалось, будто каждая клетка перестраивалась заново. Ломило кости. Кожа горела. Сердце билось, как молот. - Отключаем, срочно! – крикнул Говард. - Нет! Ещё десять секунд! Держись, держись! – возразил Эрскин. Ольга зажмурила глаза, ощущая, как тело меняется: не ломается, но растягивается, как будто кто-то выжимал его изнутри. Спина выгнулась, пальцы вцепились в металл капсулы, дыхание стало рваным и сдавленным. И вдруг тишина. Реактор сбавил гул. Манипуляторы убрались. Дверь капсулы со щелчком открылась. Пар вырвался наружу, и из клубов тумана на ватных ногах шагнула она. Ольга. Она тяжело дышала, волосы прилипли к лицу, на лбу капли пота. Глаза горели иначе. Глубже. Ярче. - Она в порядке. – прошептал брат, не отрывая взгляда от неё. Ольга стояла покачиваясь и медленно выпрямляясь. Её фигура стала чуть выше. Плечи шире. Линии тела более чёткие, как будто мышцы «встали на место». Она не превратилась в кого-то другого, просто стала собой, но сильнее. Более собранной. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Эрскин с волнением. Она с трудом подняла взгляд и прошептала: - …Будто всё внутри поменяли местами. – она опустила глаза на свои руки, согнула пальцы, удивлённо нахмурилась – Но... я стою. И не развалилась. - Тогда мы сделали всё правильно. – Доктор тихо улыбнулся. В этот момент по внутренней связи прозвучало: - Они прибыли. Представители вошли в здание. Агент Картер сопровождает испытуемого. Ольга обернулась, всё ещё тяжело дыша. Пора было скрыть следы того, что произошло. И сделать вид, что испытуемый будет первым. Ольга пошла к столу и накинула свой халат поверх мокрого комбинезона. В лаборатории ещё витал пар, поднявшийся после запуска капсулы. Щёки всё ещё пылали, дыхание медленно выравнивалось. Она начала пить воду мелкими глотками, когда раздался лёгкий металлический лязг наверху. Все взглянули вверх. Через бронированное стекло в зале наблюдения на втором уровне появились тени, а затем и фигуры. Представители правительства в костюмах, несколько высокопоставленных военных и один человек в гражданском, явно из научного штаба. За ними охрана. Все молча заняли позиции у стеклянных панелей, с которых открывался обзор на весь зал и капсулу. Доктор Эрскин кивнул: - Всё. Считай, теперь мы не одни. В следующую секунду дверь на их уровне открылась. - Доктор, он здесь, – раздался знакомый голос. Пегги Картер вошла уверенно, в военной форме, с папкой в руках и взглядом, полным делового сосредоточения. А рядом с ней... Ольга обомлела. Стив. Стив Роджерс. Худой, ссутулившийся, в армейской форме. Он стоял прямо. Упрямо. И уверенно смотрел вперёд, несмотря на явную неуверенность в себе. - Стив? – Ольга выдохнула почти шёпотом, не веря своим глазам. Она чуть приподнялась на носках, чтобы лучше разглядеть – Что ты здесь... Он увидел её и улыбнулся. Тепло, по-доброму, как всегда. - Привет, Ольга. Не знал, что ты здесь. - Я… я тоже не знала, что ты тот самый испытуемый… Пегги подошла ближе и кивнула доктору, обменявшись с ним короткими фразами. А Стив всё смотрел на Ольгу, будто искал в её лице одобрение или хотя бы спокойствие. Она подошла ближе, скользя взглядом от него к Эрскину. - Доктор… вы всё это время говорили про него? - Никто не подходил лучше. Мы не искали силу. Мы искали сердце, – сказал Эрскин, мягко улыбаясь. - Стив ты понимаешь, во что ты ввязываешься? - Да. – твердо ответил он. Она смотрела в его глаза. В этом хрупком на вид человеке было больше стойкости, чем она могла себе представить. И наклонившись ближе к нему прошептала: - Ты молодец и не волнуйся, я тоже прошла через то, что тебе сейчас предстоит. Он кивнул, а в его глазах была лишь благодарность. Пегги сжала его плечо и сказала: - Он готов. - Тогда… пойдём. Я помогу тебе подготовиться. – сказала Ольга. - Спасибо. – ответил ей друг. - Сними рубашку, галстук и пилотку Стив, можешь положить сюда. – она указала на стол. Он аккуратно всё снял, нервно оглядываясь, и она подвела его к капсуле. Он залез внутрь капсулы. Ольга, слегка коснулась руки Стива перед тем, как дверь начала закрываться, кивнула и отошла к приборам, где стоял брат. Выдохнув она спросила его: - Мистер Старк, вы готовы? - Уровни на 100 процентах, возможно оставим без света пол Бруклина, но мы готовы, как никогда прежде Мисс Старк. – он довольно ухмыльнулся. Пегги подошла к близнецам и от близнецов не ускользнуло, что она волнуется за Стива. Ольга слегка наклонилась к ней и прошептала: - Не переживай, с ним всё будет хорошо. Будет цел и невредим, и будет твоим. - Оля! – возмутилась она, а её щеки покрылись румянцем. - Молчу, молчу, но всё понятно, иди в рубку, там будет удобнее наблюдать. Она отвела глаза от рыжеволосой и удалилась. Эрскин подошёл к микрофону: - Дамы и господа. Сегодня мы сделаем первый шаг на пути к миру. Мы начнем с микро-инъекций в основные группы мышц. Введение сыворотки повлечет мгновенное изменения клеток. Затем для стимуляции роста, испытуемый будет пронизан вита-лучами. – он убрал микрофон и подошел к Стиву – Ты готов? - Да…Наверное уже поздно сходить в туалет? – напряжённо выдохнул он. - Именно. Мы начинаем. Постепенно. Говард дал Ольге команду. Манипуляторы опустились. Шприцы вошли в тело Стива. Введение сыворотки произошло. Далее внутри капсулы вспыхнуло синее свечение. Уровень энергии начал подниматься. Стив зашевелился. Дыхание сбилось. - Повышаем мощность до 10 процентов, – произнёс Старк – 20… 30… Стив вскрикнул. - Стоп! Остановите сейчас же! Выключайте! – закричала Пегги в рубке, но Эрскин поднял руку. - Нет! Продолжайте! Я выдержу! – крикнул Стив изнутри. Ольга стиснула поручень, затаив дыхание. 70 процентов… 80… 100. Вспышка и всё стихло. Все в панике подбежали к капсуле. Механизмы отъехали, крышка со шипением распахнулась. Из пара исподволь, чуть пошатываясь и опираясь на Эрскинса и Старка, вышел Стив Роджерс. Обнажённый по пояс, с каплями пота на коже, с расширенными зрачками. Но он был… другим. Он стал выше. Мышцы, чёткие, как у атлета, перекатывались под кожей при каждом движении. Осознав себя, он поднял голову, делая первый вдох в новом теле. - Вышло? – спросил он. -Да. Думаю, получилось. Точно получилось. – на перебой друг другу сказали доктор и ученый. Пегги и Ольга подошли ближе, не сводя с него глаз. - Как ты себя чувствуешь?… – выдохнула Пегги, почти не веря, она медленно протянула руку, чтобы коснуться его груди, но вдруг осеклась, убрала руку неловко, будто сама испугалась своего порыва. - Выше…– ответил он, тяжело дыша. - Всё так. Ты несколько выше. – сказала Ольга. Едва Стив сделал еще шаг, как в зале произошёл резкий грохот от взрыва на втором уровне в зале наблюдения. Один из гостей достал пистолет и выстрелил в сторону наблюдателей. Паника охватила зал. С криками повалились охранники и техники, в неразберихе Пегги метнулась к оружию. - Осторожно! – крикнул Эрскин, но было уже поздно. Второй выстрел и доктор Эрскин рухнул на пол. Ольга вскрикнула, в глазах потемнело. - Доктор! Она кинулась к нему, скользя по полу на коленях, схватила его за плечи. Кровь тёмными пятнами растекалась по его рубашке, растекаясь по холодному бетону. - Нет, нет, нет… держитесь! – задыхалась она, сжимая его ладонь –Пожалуйста, ещё рано… не сейчас… Он открыл глаза, и на губах появилась слабая улыбка. Он посмотрел на неё… а потом чуть повернул голову в сторону Стива. - Стив… будь собой… – прошептал Эрскин, пальцем коснувшись его груди и тут же опустил руку, глаза его остекленели, он больше не дышал. - Нет… – прошептала Ольга, замерев. Мир замкнулся. Всё, над чем они работали, всё, к чему шли растворилось в одном выстреле. Стив погнался за убийцей по улицам, разбивая витрины, перепрыгивая через машины. Но Ольга осталась здесь, у тела человека, который дал им всем надежду. Пегги опустилась на колени рядом, тяжело дыша. - Он ушёл, – прошептала она, всматриваясь в лицо Эрскина. Ольга всё ещё держала его за руку, даже когда она уже стала холодной. - Он ушёл… но оставил миру героя, – произнесла она, всматриваясь в ту же дверь, куда убежал Стив. Прошло минут 30 с тех пор, как выстрел оборвал жизнь доктора Эрскина, но время казалось застывшим. В лаборатории стояла тревожная, глухая тишина. Разбросанные бумаги, запах гари и крови - всё это смешалось с холодом потерянной надежды. Ольга всё ещё сидела на полу, рядом с безжизненным телом доктора. Пегги неподалёку проверяла пистолет, глаза её были полны ярости и боли. Вдруг со стороны главного входа раздались торопливые шаги. - Стив! – Пегги подняла голову. Он вернулся. Его грудь тяжело вздымалась от бега. Он подошёл к ним, протянув небольшой блестящий цилиндр, украденную капсулу с сывороткой, которую выронил беглец. - Я не успел, – выдохнул он – Он… проглотил капсулу. Умер прежде, чем я мог что-либо узнать. Ольга поднялась на ноги, взгляд её был пуст. - Значит… формула ушла с Эрскином. Навсегда. На секунду повисла гнетущая тишина. Все смотрели на Стива. На его лицо. Его руки. Его тело. Он и был результатом. Брат Ольги, стоявший у мониторов, перевел взгляд с блондина на сестру и тихо произнёс: - У нас остались фрагменты данных… но ни полных формул, ни ключей. Только твои записи. И… вы. - Что вы хотите сказать? – Стив нахмурился. - С этого момента мы с тобой единственный шанс повторить эксперимент. Всё, что осталось - в нас. - То есть теперь я не просто солдат. Я… лаборатория? – Стив опустил взгляд, сжав челюсть. - Ты надежда, – спокойно сказала Пегги. – Даже если ты не хотел быть ею. Ольга подошла ближе, мягко положив ладонь ему на предплечье и тихо сказала ему: - Я попробую взять удар на себя, если потребуется. Мы сделаем всё, чтобы восстановить то, ради чего он погиб. – произнесла она. Стив молча кивнул. В его взгляде больше не было растерянности. Только решимость.