Fatebreaker

Когда они закончили рассказывать друг другу истории, шут сказал Томми, что принц может войти в кабинет. Томми отнёсся к этому скептически, но шут заверил его, что всё будет в порядке. Томми постучал в дверь кабинета своей матери. Дверь медленно открылась, и он увидел мать и брата, которые сидели за столом с серьёзными лицами. Мать подняла голову, заметив, что дверь открыта. На её лице появилась лёгкая улыбка, и она жестом пригласила его войти. — Тесей! — весело восклицает Уилбур, заметив Томми, когда тот забирается на юбку своей матери. Она убирает руку, которой не пользуется, со стола и обнимает Томми за талию, чтобы он не упал. Томми прижимается спиной к груди матери. — Сядь, Уилбур, — приказывает Кристин, глядя на старшего сына. Уилбур надувает губы и опускается на стул. Томми уже бывал в этом кабинете и знает, что Уилбур перетащил стул так, чтобы сидеть рядом со столом, а не напротив него. — Что ты делаешь? — спрашивает Томми, запрокидывая голову, чтобы посмотреть на мамин подбородок. Она смотрит на него сверху вниз, и её фиолетовые глаза блестят от любви. Она шлёпает его по носу своей доминирующей рукой. Уилбур фыркает, увидев, как Томми морщится. — Я обсуждаю с ним его образование, — объясняет ему Кристин, указывая на стопку бумаг, разложенных на её столе. Томми бросает на них взгляд. Он может читать эти бумаги благодаря своему образованию, но он уже знает, о чём в них говорится. Императорская семья остаётся у власти, потому что знает, как разделить обязанности, при этом следя за тем, чтобы каждый член семьи умел выполнять другие задачи. Царь занимается внутренними делами своей империи и внешней политикой. Царица управляет делами во дворце, в столице и с дипломатами, прибывающими во дворец. Есть ещё один член семьи, либо брат или сестра царя или царицы, либо двоюродный брат или сестра, который становится генералом, то есть главнокомандующим. Цесаревич учится понемногу всему у предыдущего поколения, в то время как его брат или двоюродный брат учится быть следующим генералом. Такое делегирование полномочий поддерживается министерствами. Имперские министры руководят своими ведомствами, которые занимаются более узкими вопросами, такими как здоровье императорской семьи, регулирование и использование магии, а также внедрение инноваций. В отличие от своих предшественников, Кристин не родилась с осознанием того, что однажды она станет будущим лидером империи. Она не была готова к испытаниям, связанным с управлением целым дворцом и городом, полным людей, коммерции и политики. Ей пришлось учиться этому гораздо позже. Томми не знает, была ли его мать когда-нибудь подавлена ответственностью, возложенной на неё только потому, что она влюбилась в цесаревича, но она нашла свой путь к успеху. Она посвятила себя овладению искусством дипломатии, политики и бизнеса, и ей удавалось делать это с изяществом и самообладанием. Несмотря на более позднее начало, общеизвестно, хотя никогда прямо не заявлялось, что Кристин, вероятно, лучше Филзы, хотя царь никогда не воспринимает это как оскорбление. Точно так же, как Кристин училась, чтобы стать его женой, Филза продолжает стремиться соответствовать ее успеху, чтобы стать равной ей. Это романтическая история, которая становится гораздо более практичной, когда Филза отправляется в экспедицию со своим вторым сыном. Кристин заняла место Филзы и взяла на себя все обязанности, которые когда-то выполнял Филза. Она часто получала указания от министерств и вассалов Филзы, но даже при этом нужен был сильный капитан у руля, чтобы корабль не затонул. Кристин выполняла работу своего мужа с величайшим усердием. С тех пор как Кристин взяла на себя больше ответственности, у Уилбура появилось больше дел. Вместо того чтобы годами учиться, Кристин стала гораздо активнее участвовать в образовании сына. По словам Кристин, Уилбур может научиться управлять империей, только если сначала научится управлять городом, а научиться управлять городом он сможет, только если сначала научится управлять дворцом. Это был не самый обычный способ обучения цесаревича, но дворяне не могли выразить своё недовольство, потому что царица теперь была самым влиятельным человеком в империи. Если бы она захотела нарушить традицию, то сама бы справилась с негативной реакцией, а большинство людей не хотели наживать себе врага в лице женщины, которая командовала дарклингером. Нельзя сказать, что Уилбур плохо справлялся со своей новой работой. Он был исключительно хорош. Несмотря на свой юный возраст, он быстро проявил себя как вундеркинд. Он не был таким физически и умственно сильным, как его брат, и у него не было доступа к могущественной магии, как у его лучшего друга, но боги наделили Уилбура собственными дарами. Не зря некоторые дворяне считали, что Уилбур должен оставаться цесаревичем, даже после того, как он доказал, что является деструктивным алкоголиком. Этот интеллект не появился из ниоткуда. Он тщательно культивировался с детства, и вот почему. В «Принце Края» Уилбур тоже стал правителем дворца, а затем и столицы. Ранбу редко покидал дворец, но однажды ему пришлось пройтись по улицам столицы. Он должен был остаться с Тесеем, но толпа оттеснила его в сторону. Пока Ранбу пытался найти дорогу обратно к принцу, не зная, куда идти, и не желая надолго расставаться с принцем, он подслушал разговоры простых людей, в том числе мелкопоместных дворян из более дорогих районов столицы. Они были недовольны императорской семьёй, но большинство из них считало, что Уилбур вернёт империи былую славу. — Я собиралась позвонить тебе позже, чтобы обсудить твоё обучение, но, похоже, в этом больше нет необходимости. Ты выбрал идеальное время, — говорит ему Кристин, отодвигая рукой несколько бумаг. Она достаёт стопку бумаг, перевязанную бечёвкой того же цвета, что и глаза учительницы Томми, Кары Корвус. — Твоя преподавательница очень высокого мнения о тебе. По её словам, ты способный ученик, который стремится учиться и развивать свой ум. В своём отчёте она попросила разрешения рассказать тебе о системе управления империей и о зельях. Я разрешу ей рассказать тебе о системе управления, когда ты немного повзрослеешь. Мне нужно будет поговорить с твоим отцом, но, думаю, я могу разрешить ей доступ в Чарующую башню, чтобы она могла научить тебя готовить зелья, особенно лечебные, как она и сказала. Тебе бы это понравилось, Тесей? Томми широко раскрывает глаза. Зелья. Почему он не подумал об этом раньше? Он не может использовать целительную магию, как бы ни старался, но он ещё не пробовал варить зелья. Нет никакой гарантии, что у него получится, но Томми хотел бы попробовать. Зелья - один из самых регламентированных видов магии. Для их приготовления нужно собрать определённые ингредиенты, некоторые из которых являются частями монстров или встречаются только в опасных местах, и сварить их особым образом. В этом процессе есть ещё один этап, на котором в зелье добавляется опыт. Томми знает об этом только потому, что Тесей часто приводил Ранбу в Башню зачарования. Тем не менее Томми многого не знал об этой практике. Он знал, что существуют лечебные зелья. В конце концов, это одни из самых распространённых зелий, и их много на подпольных рынках. — Пожалуйста! — говорит Томми, складывая руки в умоляющем жесте. Он смотрит на маму своими щенячьими глазками. Томми мог бы всегда носить с собой зелье исцеления. Он мог бы использовать его на Кристин и на Таббо. Он действительно мог бы предотвратить смерть своей матери и травмы своего лучшего друга. Томми нужно лишь понять, как действуют зелья. У него тоже высокие шансы на успех, потому что Кара - ведьма. В отличие от магов, Кара использует исключительно зелья. Это искусство она переняла у своего учителя и унаследовала его силы и навыки. — Если ты этого хочешь, — говорит ему Кристин. — А теперь не хочешь рассказать мне, зачем ты сюда пришёл? — Я ждал, пока Таббо закончит тестирование. А пока я хочу начать процедуру, которая позволит Таббо остаться во дворце, если он пройдёт тестирование и захочет остаться здесь, — говорит Томми матери, кладя обе руки на её ладонь, которая его держит. Если он и был удивлён тем, насколько рука Шелби больше его собственной, то теперь он ещё больше поражён тем, насколько рука его матери больше его собственной. Томми вздыхает. Он очень хочет поскорее вырасти. Быть крошечной - отстой. — О, я сделал это ради Шелби! — говорит Уилбур, наклоняясь вперёд. Он упирается грудью в стол их матери и широко улыбается Томми. — Готов поспорить, это она тебе рассказала. — Так и было, — подтверждает Томми, кивая. Уилбур улыбается ещё шире. Томми улыбается ему в ответ. Ему нравится, когда Уилбур счастлив. Чем счастливее Уилбур, тем меньше он грустит. Это простые соотношения, о которых Кара недавно вскользь упомянула и которые Томми уже знает, потому что долго изучал их в своей школе из другого мира. — Я начну процедуру. Для твоего здоровья будет лучше, если он останется здесь, и, возможно, для Таббо тоже будет лучше пока держаться подальше от территории своего отца, — задумчиво произносит Кристин. Уилбур понимающе вздрагивает. Томми отводит взгляд от брата и смотрит на мать. Уилбур, возможно, знает, что происходит, но Томми точно не в курсе. Что такого делает Шлатт, из-за чего Таббо лучше держаться подальше? Случилось ли это в «Принце Края»? Если и так, то Таббо никогда об этом не упоминал. — Ты хочешь чего-то ещё, Тесей? — спрашивает Кристин, глядя сыну в глаза, но не произнося ни слова. Томми моргает, раздумывая, стоит ли ему просто спросить. Он замолкает и закрывает глаза. Он хочет знать, но не думает, что мать ему расскажет. Ему придётся спросить Кару позже. Она, скорее всего, превратит это в игру, чтобы он сам нашёл ответ, но Кара хотя бы намекает, а не отказывается отвечать прямо, как Кристин, как знает Томми. — Нет, — отвечает Томми. Она колеблется, долго смотрит на него, словно пытаясь прочесть по его лицу желания, которые он не называет вслух. Томми не отводит от неё взгляда. Ему кажется, что он видит боль в её глазах, и он понимает, что ему, вероятно, стоит вести себя более по-взрослому. Ему стоит хотя бы называть Кристин «матерью». Неужели она этого хочет? — Ты хороший друг, — шепчет ему Кристин. Он наклоняется и целует его в лоб. Томми прикусывает щеку изнутри, чтобы не заплакать, а Кристин наклоняет голову, чтобы прижаться лбом к его лбу. — А сын ты ещё лучше. Обязательно скажи мне, если захочешь чего-нибудь. — Я так и сделаю, — обещает Томми, не обращая внимания на то, что его голос звучит сдавленно. Кристин отстраняется. Она опускает его на пол рядом со своим креслом. Она задерживает руку на его щеке, удерживая его на месте одним лишь утешительным взглядом. Томми чувствует, как что-то поднимается у него в груди. Он знает, как это называется, но не может издать соответствующий звук. Прошло столько лет с тех пор, как он перевоплотился в этом мире. Почему он не может взять себя в руки и сказать то, что хотят услышать окружающие, то, что он искренне чувствует в глубине души? — До свидания, Тесей. Я люблю тебя. Хорошего дня, — говорит ему Кристин. Томми кивает и делает шаг назад. Кристин ни о чём его не спрашивает. Она переключает внимание на Уилбура и возвращается к обсуждению его образования. Томми какое-то время наблюдает за ними. Они оба выглядят как профессионалы, но их близость заставляет Томми осознать, насколько они похожи внешне. У них нет общих более заметных черт, таких как цвет волос или глаз, но есть некоторые особенности, которые Томми может заметить у них обоих. Например, у них одинаковое выражение лица и слегка вьющиеся волосы. Томми мог бы пойти к двери, но он медлит. Вместо этого он обходит стол и останавливается рядом со стулом Уилбура. Он протягивает руку и хватает Уилбура за рукав. Он тянет его. Уилбур отвлекается от матери. Он смотрит на Томми, и в глубине его карих глаз разгорается любопытство. Томми улыбается брату. — Пока, Уилбур. — Ох, — вздыхает Уилбур. Он протягивает руки. Они обхватывают Томми за считанные секунды, и Томми прижимается лицом к шелковистой ткани куртки Уилбура. Томми ёрзает, чтобы освободить место для дыхания, но не отталкивает Уилбура. Он наслаждается теплом рук брата. Уилбур отстраняется, не отпуская плечо Томми. Он улыбается младшему брату. — Прощай, Тесей. Когда всё улажено и слова «Я тебя люблю» уже вертятся у него на языке, Томми выходит из комнаты. Он слышит, как они возобновляют разговор, когда двери кабинета закрываются за ним.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Ранбу оглядывается по сторонам. Вокруг него так много людей, но он не узнаёт ни одного из них. Они, похоже, тоже его не узнают и просто игнорируют, но Ранбу не знает, надолго ли это. Если кто-то узнает, кто он такой, его ждут сплошные неприятности. Ранбу сомневается, что Тесей заплатит выкуп, чтобы вернуть его. Он не думает, что его похитители обрадуются, узнав, что у Ранбу нет никаких секретов, которые можно было бы из него выпытать. Если только они не убьют его сразу. У Ранбу есть слух, и он знает, о чём шепчутся вокруг него. — Царь уже умер? — Когда этот принц взойдёт на престол? — Что на этот раз натворил третий принц? — Вмешается ли когда-нибудь второй принц, чтобы что-то сделать? Есть несколько более приятных комментариев в защиту императорской семьи, но их мало, и в основном они касаются того, как Уилбур поможет стране. Ранбу должен присоединиться, должен хотя бы защитить своего господина, но паника сдавливает его грудь, превращая все его слова в хрип. Он не знает, что делает. Он не знает, где находится. Как он оказался так далеко от Тесея? — Простите, — Ранбу резко оборачивается, его глаза расширяются, а из груди вырывается испуганный вздох. Человек, пытавшийся заговорить с ним, отдёргивает руку. Ранбу смотрит на него, чувствуя, как по телу пробегает дрожь. Он смутно узнаёт его, но не может сказать наверняка, потому что его светлые волосы напоминают ему о принце. Её тёмно-синие глаза, по крайней мере, отличаются от фиолетовых глаз принца, и её взгляд гораздо мягче, когда она прижимает руки в перчатках к сердцу. — О боже, ты, кажется, напуган. Ты в порядке? — Мне нужно... я заблудился... где я... — говорит Ранбу, не зная, с чего начать и что сказать. Тесей говорил ему, что внешность может быть обманчивой. Ранбу слишком доверчив, сказал бы принц, и Ранбу действительно не хочет, чтобы ему причинили боль. — Сделай глубокий вдох. Выдохни. Меня зовут Мадлен. Я швея, живу здесь, в столице, — говорит женщина. Она оглядывается по сторонам и наклоняется, чтобы прошептать: — Я тебя узнала. Ты ведь помощник третьего принца, не так ли? — Да, — выдыхает Ранбу, признаваясь в содеянном. Он понимает, откуда знает Мадлен. Она не просто швея в столице. Она любимая швея Тесея. Он часто заказывает у неё одежду, доверяя её вкусу в том, что касается последних тенденций. — Тебе не следует здесь находиться. Третий принц скоро выступит с речью перед жителями нижних районов. Ты должен поспешить к нему, пока он не сорвался из-за волнения, — сообщает ему Мадлен. Она указывает большим пальцем на боковую улочку. — Тебе нужно идти туда. Поверни налево. Иди прямо, пока не дойдёшь до шумной таверны. Сверни направо в переулок, и в конце концов ты найдёшь императорскую гвардию». Они отведут тебя к твоему принцу. — Спасибо, — шепчет Ранбу и поворачивается, чтобы уйти. Мадлен хватает Ранбу за руку, заставляя его посмотреть ей в глаза. Внезапно в её облике появляется что-то такое, что напоминает Ранбу о Тесее. — Тебе не нужно благодарить меня словами. Я хочу, чтобы ты пообещал, что в следующий раз, когда я совершу ошибку, третий принц не отрубит мне голову. — Я не... — Может, ты и не замечаешь, но третий принц ценит твою жизнь. Он всё это время оказывал тебе благосклонность. Я лишь прошу тебя, человека, который появился совсем недавно, поделиться этим с той, кто всю свою жизнь потакала его прихотям, — говорит ему Мадлен, сжимая его руку. Ранбу вздрагивает. Он отстраняется от неё, и на его плече появляется Эндерперл, чтобы успокоить его. Мадлен больше ничего не говорит, даже не комментирует внезапное появление кота, но её взгляд тяжело давит на спину Ранбу, пока он убегает от неё, следуя её указаниям.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Томми отрывает голову от стены, услышав жужжание механизмов. Он тянется рукой, чтобы вытереть слюну с подбородка, и пытается сориентироваться в комнате. Его зрение проясняется как раз в тот момент, когда люди начинают выходить из комнаты для тестирования. Томми выпрямляется, стараясь выглядеть достойно в глазах детей. Те немногие, кто замечает третьего принца, кланяются ему, но большинство из них смотрят в пол, не замечая никого в зале. Когда очередь детей выходит из крыла, где находится министерство, Томми немного теряет уверенность. Он нерешительно протягивает руку и делает шаг к двери. Ему сказали, что он не может войти в комнату для тестирования, но ведь это только на время тестирования, верно? Томми на всякий случай не заходит внутрь, но чем дольше Таббо не выходит, тем больше он волнуется. Словно услышав его безмолвную мольбу, в дверях появляется Таббо. На его лице читается усталость, свидетельствующая о том, что он весь день проходил испытания. Томми теряется, когда Таббо не произносит ни слова. Решив, что терпение и достоинство не его сильные стороны, Томми бросается к другу. Он хватает Таббо за руку и ждёт, когда тот поднимет на него свои зелено-голубые глаза. — Ну что? Таббо устало и медленно моргает, а затем на его лице появляется широкая улыбка. — Вы смотрите на нового ученика Имперского мастера! Томми улыбается в ответ на улыбку друга. Он обнимает Таббо за плечи и крепко прижимает к себе. Таббо весело смеётся и обнимает Томми за талию.

─┉┈◈◉◈┈┉─

— Это Когтевран, — говорит Дрим, указывая на гигантские стены. Ранбу восхищённо вздыхает. Стены сделаны из металла, а по их поверхности извиваются гигантские и крошечные шестерёнки. К стене примыкают небольшие куполообразные конструкции, соединённые с ней тонкими туннелями. Из верхней части всего этого сооружения валит дым. — Ух ты, — бормочет Таббо себе под нос, слезая с лошади. Ранбу следует его примеру, но Дрим остаётся на своём скакуне. — Я бы не стал подходить слишком близко. Местные не жалуют чужаков, — предупреждает их Дрим. Ранбу оглядывается через плечо, чувствуя на себе взгляд Дрима даже сквозь маску. Дрим наклоняет голову набок, и внезапно нарисованная на керамической поверхности улыбка кажется гораздо более зловещей. — Или… кто я такой, чтобы вас останавливать? — Таббо, — шепчет Ранбу, внезапно испугавшись. Таббо оборачивается и смотрит на Ранбу. Он не видит, как открывается часть стены. Из стены появляется ствол, похожий на пушечный, но тоньше и сделан из серебристого металла. Он наклоняется и целится прямо в Таббо. На стволе есть стеклянные крепления, каждое из которых заполнено каким-то красным порошком. Ранбу ничего не понимает в этой странной трубе, похожей на пушку, но он чувствует опасность, когда видит её. По крайней мере, он чувствует её, когда дело касается предметов. Люди, он всё ещё учится, и, вероятно, именно поэтому он подпустил Таббо так близко к стене, когда их туда привёл Дрим. — Таббо! — кричит Ранбу, протягивая руку к своему другу. Появляется Эндерперл. Она садится на плечо Ранбу и спускается по его руке, чтобы запрыгнуть на Таббо. Её хвост обвивается вокруг запястья Ранбу. Он слышит странный жужжащий звук, а красный порошок в стакане словно светится. Эндерперл телепортирует Таббо и Ранбу обратно к лошадям. Как только фиолетовые искры от телепортации исчезают из его поля зрения, Ранбу видит, как из ствола вырывается поток белой энергии с красным ореолом вокруг. Он разрывает землю, сжигает траву и раскалывает почву. То ли из-за телепортации, то ли из-за разрушительного луча света лошади, на которых ехали Таббо и Ранбу, начинают беситься. Ранбу обнимает Таббо, готовясь к тому, что луч попадёт в них или что лошади затопчут их. Ранбу смотрит поверх головы Таббо и видит Дрима, сидящего на совершенно спокойном коне. Свет гаснет, и бочка исчезает в стене. Без звука обжигаемой земли Ранбу слышит извращённый смех Дрима. Ранбу чувствует, как по его телу пробегает дрожь, а Таббо напрягается в его объятиях. Дрим переводит взгляд на двух мальчиков, и на мгновение его маска не может скрыть его светящиеся зелёные глаза. Дрим перестает хохотать ровно настолько, чтобы сурово прошептать: — Я знал, что ты умеешь телепортироваться.