В драконьей пасти

Словно в насмешку над предыдущим днём, этот был озарён солнцем и приятным безветрием. До тебя доносились озорные крики детей на площадке, гул машин на выходе из парка, воркование голубей, нарезающих круги возле скамейки, но ты всё равно ощущала себя в плотном мыльном пузыре, погруженном в водяную толщь. — Всё хорошо? — наконец закончив рассказ про свою старую компашку друзей, твой парень обеспокоенно заглянул в твоё лицо. Твои пальцы сжались на банке холодного лимонного чая, и ты попыталась изобразить улыбку. — Прости, я не спала всю ночь. Как и с мамой, иногда тебе казалось, что взрослой в отношениях была ты. Твой парень был простой и наивный, как доверчивый щенок. У него всегда всё было легко и понятно. Любящая семья, обеспеченная на несколько поколений вперёд благодаря бизнесу в сфере недвижимости и политической карьере его деда, элитная частная школа, потом — факультет программирования, покупка квартиры в центре Токио и любимая работа, связанная с компьютерами. Тебя вымораживало то, каким нормальным и правильным он был по сравнению с тобой. Он искренне недоумевал, как ты можешь завидовать Юзухе из-за её внешности; как ты можешь злиться на отца из-за того, что он мало интересуется тобой; и почему ты так ревностно относишься ко всем своим увлечениям, боясь, что кто-то однажды тебя затмит... Твои чувства были для него слишком сложными и как будто бы неправильными, «плохими», поэтому ты, подавленная колоссальной разницей между вашими личностями, предпочитала о них молчать. Лучше оставаться непонятой и одинокой, чем осуждённой. — Это из-за... ну, новой семьи? — тактично уточнил он. Ты задумчиво покивала. Подмывало рассказать ему о случившемся, но ты останавливала себя. Конечно, он должен был ужаснуться, посочувствовать, предложить помощь... Но твоя недоверчивая сторона рисовала иную картину. Новая девиантная деталь попросту отпугнёт тепличного мальчика. Мальчика... Ему двадцать шесть лет!.. — Я тут хотел тебе предложить, — мягко заговорил он, когда вы двинулись по аллее дальше. — Что? — бесцветным голосом уточнила ты. Что на этот раз? Костюмированная вечеринка с его гиковатыми друзьями, где ты чувствуешь себя дурой? Поход за его любимым комиксом? Очередной дорогой подарок, который тебе без надобности? Была всему виной твоя взвинченность или бессонная ночь, но внутри тебя зрел параноидальный дискомфорт от ощущения, что за тобой кто-то следит. Ты могла поклясться, что чувствовала посторонний взгляд, и это было не в первый раз. Особенно чьё-то острое наблюдение ощущалось на выходе из школы, но сейчас, когда ты беззаботно гуляла со своим парнем, оно снова появилось. Стараясь сделать это незаметно, ты огляделась по сторонам, но вокруг было полно людей, казалось бы, совершенно не обращающих на тебя внимания. — Ты говорила, что хочешь что-то сделать со своими волосами, — продолжал щебетать твой парень, не замечая твоей тревоги. — Я кое-что тебе купил. Вы вышли из парка и остановились у его машины. Открыв пассажирскую дверь, он достал чёрный пакет с золотой эмблемой. Похоже, из магазина профессиональной косметики. Ты рассеянно взяла его и заглянула внутрь. Осветляющая паста и краска для волос «Медная нежность». Ты вздёрнула бровь. — Я имела в виду поменять уход, чтобы меньше пушились... — А-а-а, — он беззаботно засмеялся. Его маленькие глаза на пухлом лице заблестели, и тебе захотелось съездить по нему пакетом. — Ну, я подумал, было бы здорово, если ты покрасилась в рыжий. Твоя новая сестра ведь рыжая? — Не улавливаю логики, — ты скрестила руки на груди. Сегодня у тебя не было сил притворяться миленькой и доброй перед ним. — Ты хочешь, чтобы я покрасилась в рыжий? Серьёзно? — А что такого? — перестав смеяться, твой парень искренне удивился. Как и всегда, когда он встречался с твоим сопротивлением, его голос становился чуть грубее и громче. — Ты постоянно говоришь, что тебе нравятся её волосы. Ты устало вздохнула и ответила примирительным тоном: — Ну, а у моего сводного брата на голове выбрит узор, тоже неплохо выглядит. Мне так же выбрить? Твой парень скривился, как от зубной боли. — Это неженственно, ты же понимаешь? Ну, может, для какой-нибудь отмороженной девочки-панка бритые виски это нормально, а для тебя не должно быть. А вот рыжий — это другое... Мне нравятся рыжие девушки, — доверительно признался он. — Я подумал, что, раз тебе нравится этот цвет у сестры, то было бы интересно, ну... сменить имидж? Нравятся?.. Рыжие?.. Ты боролась с желанием махнуть на него рукой, развернуться и уйти, но, как и всегда, сдерживалась. Встречаясь с парнем на десять лет старше, ты была скована по рукам и ногам. Нельзя было казаться незрелым подростком. Теперь приходилось по-взрослому терпеть и притворяться. — Ладно, я подумаю, — ты пожала плечами. — Спасибо за подарок. Ты залпом выпила чай и, пытаясь найти выход для своего растущего раздражения, швырнула жестяную банку в урну. Раздался громкий звон, и ты пересеклась взглядами со стоящим рядом с урной парнем. Кончики его светлых волос были закручены вверх, а миловидное лицо, на котором на тебя лениво глядели зелёные глаза, было обезображено ожогом с левой стороны. Поняв, что ты чуть не швырнула пустую банку в него, ты неловко бросила: — Прошу прощения. Стараясь избавиться от нехорошего чувства, ты нырнула в салон машины следом за своим парнем. Дорога до твоего дома прошла в напряжённом молчании. Из динамиков доносились песни малоизвестных групп — «элитарная» музыка, которую, кажется, во всём мире слушал только твой парень. Однажды ты, пребывая в приподнятом настроении, попросила включить что-нибудь из твоего плейлиста, но получила отказ, потому что он хотел послушать новый альбом. Ты проглотила это, но обида терзала тебя до сих пор. — Остановись здесь, — в твоём голосе было столько холода, что хватило бы на полную заморозку лобового окна. Машина припарковалась в трёхстах метрах от твоего дома. — Ты какая-то странная, — наконец сказал твой парень, посмотрев на тебя щенячьими глазами. Его холёная рука с короткими пальцами легла на твою, контрастно тёплая и мягкая от постоянного пользования кремами. — Я волнуюсь за тебя. — Просто устала. И хочу, чтобы мама поскорее вернулась. Он ласково улыбнулся, наклонившись, чтобы поцеловать тебя в губы, но ты незатейливо подставила ему свою щеку. Тебя замутило. Попрощавшись, ты вышла из машины, находу листая контакты и выбирая номер мамы. Ты свернула с подъездной дорожки, огибая здание и выходя на задний двор комплекса, где располагались въезд на подземную парковку, изолированная площадка для бадминтона и мусорные баки. Сев на пыльные пластиковые сидения у сетчатого забора, ты наконец решилась сделать исходящий звонок. Долгие гудки прервались хриплым голосом мамы. — Алло! — сердце радостно подскочило в твоей груди. — Как вы? Мама что-то неразборчиво проворчала, а затем сонно протянула в трубку: — А?.. Милая, у нас четыре часа утра. Ты переполошенно глянула на наручные часы. — Ой... Я забыла о разнице во времени. У вас всё хорошо? В динамике послышался шорох, и мамин свистящий шёпот ответил: — Давай я перезвоню тебе позже, ладно? Вздохнув, ты крепче сжала телефон. Тебе было жизненно необходимо сейчас поговорить с мамой. Рассказать о своих отношениях со взрослым парнем, попросить совета, намекнуть, что ей стоит обратить внимание на происходящее в семье, возможно, вернуться из свадебного путешествия пораньше... Твоё сердце отчаянно желало, чтобы мама выслушала тебя и помогла, но мозгом ты заранее понимала, что это никогда не произойдёт. — Ладно, — тихо ответила ты. — Прости, что разбудила. — Я люблю тебя, доченька. Слушайте Тайджу. — Я тоже тебя люблю, — ты проигнорировала вторую часть предложения и сбросила звонок, чувствуя себя ещё более опустошённой и растерянной, чем до него. Время тянулось, но ты продолжала сидеть. Послеобеденное солнце припекало сверху. Ты подумала о том, как, наверное, хорошо сейчас видно пыль на чёрной мебели, которую тебе сегодня предстояло протирать. Рядом раздались шаркающие шаги, и ты поняла, что не одна. Оторвав взгляд от асфальта, ты задрала голову, щурясь на солнце. Хаккай возвышался над тобой с вежливой улыбкой, спрятав руки в карманах широких штанов. — Привет, — немного застенчиво сказал он. Ты удивлённо похлопала глазами. Обычно вы взаимодействовали только через Юзуху, потому что Хаккай явно смущался при тебе. Иногда, когда ты обращалась к нему по бытовым вопросам, он застывал, словно опоссум, притворяющийся окоченевшим трупом. — Привет, — ответила ты, от неловкости затеребив ручку пакета с краской для волос. — Это снова для Юзухи? — поинтересовался Хаккай. — Нет. Решила волосы покрасить. Хаккай почесал в затылке, явно ощущая то же затруднение в общении, что и ты. — Понятно. Я хотел... Хотел извиниться перед тобой. Твои глаза удивлённо расширились. — Передо мной? За что? — Это... Это из-за меня ты увидела вчера... то, что увидела. Поджав губы, ты опустила взгляд. Ты не считала Хаккая виноватым, но было немного обидно, что вы с Юзухой остались с проблемой наедине, пока он где-то прохлаждался. Прежде чем ты успела подобрать слова, Хаккай согнулся в почтительном поклоне, заложив руки за спину. — Мы хотели скрывать это от тебя как можно дольше, — признался он, его лицо было ровно параллельно земле. — Хотели... уберечь тебя. Ты вздохнула, сварливо пробормотав: — Себя уберегите. Поднявшись с сидения, ты положила руку на плечо Хаккая и ободряюще сжала. Тот выпрямился, застенчиво пряча взгляд. Глаза у него были удивительно красивого, глубокого синего оттенка. Только поравнявшись с ним, ты заметила, что под глазом у него как будто было свезена кожа. Твоя улыбка померкла, и ты указала на ссадину пальцем: — Это... он? Хаккай переполошился: — Не-е-е-т, эм-м... С друзьями... На великах катался. С неловким смешком Хаккай потёр ушибленную щёку, и ты увидела, что костяшки рук были сбиты. Ты прищурилась. — Хаккай, ты что, в банде? Тот словно камень проглотил. Кажется, он уже жалел о том, что решился заговорить с тобой. — Поговорим об этом в другой раз, ладно? — Ага, — у тебя вырвался циничный смешок. — Через год, когда ты снова наберёшься смелости. Тихонько смеясь и переговариваясь, вы поднялись домой. Вечер прошёл спокойно, каждый поужинал в своей комнате, а тебе удалось поболтать по телефону с подругой, пока делала уроки. Клонило в сон, но ты держалась из последних сил, хотя, кажется, математику ты сделала с существенными ошибками. Зевая, ты вышла из комнаты и побрела в сторону ванной, спрятав упаковку краски в нагрудном кармане махрового халата. — Подойди-ка сюда. Басовитый голос раздался за твоей спиной, и ты остановилась, как вкопанная. Волоски по всему телу встали дыбом. Медленно повернувшись, ты увидела Тайджу, который явно куда-то собрался: волосы чуть зачёсаны назад, торс обнажён, брюки алого цвета подпоясаны массивным ремнём, а на сгибе локтя небрежно висит плащ в тон. Ты не понимала, зачем парню из приличной семьи заниматься бандитизмом. Искренне не понимала. — Чего встала? — прорычал он, вытягивая руку и подманивая тебя, словно животное. — Иди сюда. Собравшись с духом, ты приблизилась к нему, стараясь не выдать своей нервозности. Ястребиный взгляд Тайджу медленно скользнул по тебе, босой, в розовом халате длиной до колен, с небрежным пучком на голове. Под вечер твои круги под глазами от недосыпа стали ярче. — Выглядишь как героиновая проститутка, — Тайджу скосил уголок рта в издевательском оскале. — Заболела? Ты сглотнула, снося оскорбление. — Плохо себя чувствую. Ничего такого. Тайджу вперил в тебя немигающий взгляд, и с каждой секундой тебе становилось всё страшнее. Он хмыкнул, наконец отвернувшись от тебя и проводя пальцем по полке стеллажа. Твоё сердце замерло в груди. Ты старательно протирала сегодня пыль, насколько позволяли силы невыспавшегося организма, но, казалось, за вечер там мог осесть небольшой слой... — Тогда понятно, почему так хреново убрано, — пророкотал Тайджу, растирая на подушечках пальцем одному ему видную грязь. — Не вздумай никого заразить. И... — Он убийственным взглядом посмотрел на твои голые ноги. — Нехуй босой ходить, раз болеешь. — П-прости, — пролепетала ты, обомлев от страха. — Я вернусь послезавтра, — предупредил он. — К этому времени тебе лучше быть здоровой. Ходячая зараза нам тут ни к чему. Ты послушно кивнула. Легко выздороветь, когда не болеешь. Тайджу усмехнулся, явно забавляясь твоей испуганной покорностью. Он протянул руку, и ты подумала, что он снова погладит твоё лицо, как прошлой ночью, но вместо этого он ущипнул тебя за кончик носа. — Пока, — рыкнул он напоследок и направился к выходу, оставив тебя в ошеломлении глотать воздух. За весь день мама так и не перезвонила.