Выбор душ

Гарри оглянулся. Везде — могилы, темнота и ссохшиеся деревья. Сам Поттер стоял под массивной статуей ангела с копьём. Жуткое зрелище. — Депульсо! Прямо в спину Поттера ударило мощное отталкивающее заклинание. Юноша с огромной силой впечатался в статую. Послышался хруст, и дикая боль прошила рёбра. Гарри забыл, как дышать, он не мог вдохнуть столь необходимый сейчас воздух. Из глаз брызнули слёзы, а тело, подчиняясь закону гравитации, рухнуло прямо на могильный камень. Снова — острая, невыносимая боль. — Молодец, Хвост! Обездвижь его! Гарри едва различал хриплый голос из темноты. Было непонятно: толи голос сам по себе слабый, толи Гарри сильно ударился головой. Вспышка — и юношу подняло над землёй, вновь впечатав в статую, только теперь спиной. - КХА! На этот раз он не упал обратно ведь каменное копьё ангела прижало его к статуе. Пытаясь хоть как‑то дышать, Поттер лишь частично осознавал, что происходит. Рядом с ним поставили котёл и начали проводить какой‑то ритуал. Перед глазами всё поплыло от недостатка кислорода. Мужчина стоял прямо перед ним и озвучивал каждое своё действие, но Гарри почти ничего не понимал. В какой‑то момент мужчина подошёл к нему и вонзил клинок в плечо. Гарри вскрикнул от острой боли и лишь слегка смог разглядеть лицо нападавшего. «Отвратительное», — единственное, что он смог подумать. Один глаз отсутствовал, а шрам от рваных порезов пересекал всё лицо, напоминавшее крысиную морду. Теперь у Гарри точно появился «лидер» в рейтинге самых уродливых лиц, которые он когда‑либо видел. Мужчина посмотрел на него единственным глазом — с отвращением и ненавистью, — а затем снова отошёл. Ритуал продолжился. Что‑то в кармане Гарри зашевелилось, а потом резко вылетело наружу, послышался звук чего‑то большого, упавшего в воду. «Нужно бежать!» — пронеслось в голове. Гарри попытался нащупать спрятанный на рукаве портключ, но… его не было. Пуговицы вообще не было — вместо неё висела лишь нитка, на которую он когда‑то пришивал портключ. Всё пространство заволокло густым туманом, и из котла возникла высокая фигура. … — М‑мой п‑повелитель, вы в‑вернулись! — Питер преклонился перед фигурой Тёмного Лорда. Что‑то было не так. По расчётам, Лорд должен был выглядеть как смесь змеи и человека — столь же обезображенный, как и сам Хвост. На то и был расчёт: не ему же одному быть уродливым чудовищем. Для этого он даже пожертвовал мизинцем с невредимой руки. Но перед ним стояла фигура красивого мужчины лет тридцати пяти — ничего общего с обезображенным чудовищем. Однако выдавать своё недовольство было нельзя. — Одежду, — произнёс голос, глубокий и красивый. — «Какого черта?!» К‑конечно, п‑повелитель! — залепетал Питер. Педдигрю поспешно направился к вещам, достал тёмную мантию и накинул её на плечи мужчины. После того как ткань прикрыла нагую фигуру, Тёмный Лорд заметил изменения в своём теле и стал рассматривать изящные руки. Затем лёгким движением создал перед собой огромное зеркало. - «Действительно, поразительная мощь», — подумал Питер. Ему до такого никогда не добраться. Его максимум — бессловесная магия среднего уровня. Волан‑де‑Морт некоторое время смотрел на своё лицо, словно не веря отражению, — а потом резко схватился за голову. На его лице отразилась то ли боль, то ли гнев. Питеру с его места было плохо видно, но если это гнев, то ему очень не хотелось рисковать собственной шкурой. Есть один способ, который наверняка порадует хозяина. Махнув палочкой, Питер заставил державшую тело отпрыска Джеймса статую отпустить задыхающегося юношу — и мальчишка рухнул на землю, издав тихий вскрик. — Мой повелитель, вы наверняка в ярости от всего происходящего… Позвольте, я подниму вам настроение! — «И заодно себе», — подумал мужчина. Хоть как‑то он снимет напряжение, накопившееся за столько лет. — Круцио! Красный луч угодил прямо в грудь юноши. На лице Питера появилась дьявольски довольная улыбка: крики подростка доставляли ему неимоверное удовольствие. … «Неужели снова смерть… Я не хочу…» Не прошло и нескольких секунд после того, как красный луч запретного заклинания ударил в грудь, но ощущалось так, будто прошла целая вечность. Лёгкие, и до этого с трудом вбирающие воздух, теперь будто заливались кипящей лавой. Из горла вырывался крик — такой, какой мальчик был уверен, что в иной ситуации просто не смог бы издать. Через пару секунд вместе с криком из горла вырвался сначала кашель, а потом поток крови. Вены на всём теле вздулись — и начали понемногу лопаться. Маг, который пытал его, явно не жалел сил: мощь заклинания напрямую зависела от того, сколько маны волшебник вкладывает в чары. — Ос‑та‑но‑вись, — приказал лорд своему подчинённому. Но из‑за криков мальчика Хвост ничего не услышал. — ОСТАНОВИСЬ! Наконец заклинание перестало действовать. Едва соображая, что происходит, Поттер заметил, что опасный человек отошёл от него. Яркий свет привлёк внимание. Кубок! Даже не пытаясь пошевелиться, Гарри притянул кубок остатками магии — и тот коснулся его пальцев. Ощущение перемещения чуть не заставило окончательно потерять сознание. Послышался крик и шум множества голосов. — ГАРРИ! ГАРРИ! — кажется, это была Гермиона, но голос не приближался. Может, её не пускали к нему? — Парень, — словно сквозь вату донеслось где‑то рядом, — ну‑ка, иди сюда. Его тело кто‑то поднял на руки . Тело прошибла новая вспышка боли, но Поттер даже вскрикнуть уже не мог. Перед глазами начало темнеть. — Не теряй сознание! — в рот что‑то попало, и Гарри, толком не понимая, что это, проглотил. Дышать стало немного легче, но едва ли это помогло общему состоянию. — Вот так, дыши. Пойдём‑ка. Юноша почувствовал, как его выносят из толпы. Спустя некоторое время он смог чуть собраться с мыслями и понял, что сейчас он находится на руках у профессора Грюма. — Проф… — Молчи! Подожди немного, у меня есть то, что тебе поможет. Гарри принесли в комнату, которая, как ему показалось, принадлежала профессору. Тот аккуратно уложил окровавленное тело на стол и, открыв шкаф, стал что‑то искать. Спустя пару мгновений он что‑то нашёл. — Вот она где… Так, — мужчина поднёс склянку ко рту юноши, и тот, не имея сил сопротивляться, проглотил вязкую жидкость. — Отлично. Теперь, по крайней мере не откинешься. Будет тебе и благодарность, и извинение. Парень почувствовал, как полопавшиеся вены словно ожили и стали срастаться. Перед глазами прояснилось — и он отчётливо заметил кое‑что странное. Внешность профессора… менялась. Прямо как когда‑то менялась внешность Гарри, когда действие оборотного зелья заканчивалось. Обезображенное лицо стало меньше, шрамы исчезли, фальшивый глаз выпал из пустой глазницы и на том месте начал вырастать новый. — Да уж… Зелье больше нет, но это больше и не важно. Он вернулся! — На новом лице преподавателя появилась счастливая улыбка. — Теперь всё изменится. Всё станет лучше! Дверь в комнату профессора вылетела, врезавшись в стену. Гарри повернул голову к образовавшемуся проходу и увидел две разъярённые фигуры. Гермиона и Северус стояли с палочками наготове. — А вот и наши спасатели. Увидимся в следующий раз, парень, — обратился к нему мужчина, а после достал из кармана… пуговицу — порт‑ключ Гарри. Глаза юноши расширились. - «Так вот где он был! Значит, ещё перед началом третьего этапа…» Мужчина разломал пуговицу и исчез во вспышке телепортации. - «И ведь точно: в Хогвартсе нельзя трансгрессировать, но никто никогда и ничего не говорил про портключи». Вспышки выпущенных заклинаний из палочек профессора и подруги ударили в стену — в том месте, где только что стоял мужчина. — Как же я устал, — были последние слова юноши, прежде чем он окончательно потерял сознание. — Гарри! — Поттер! — прозвучало одновременно. … — …Перелом нескольких рёбер, несколько сильных ушибов, сотрясение мозга и серьёзные повреждения нервной системы от пыточного запретного заклинания. Плюс сильный порез на ноге, который лишь чудом не задел сухожилия. — Всё это было уже, когда он появился. — Было использовано зелье, которое мне неизвестно. Большая часть ранений, наоборот, была излечена им. — Это зелье… Я знаю о нём. Пожиратели использовали его, когда… когда лорд был совсем не в духе, а требовалось срочно вернуться в строй. — Северус, ты хочешь сказать?.. — Не несите чепухи. Просто использовали старое зелье из запасов. Это ничего не означает. В любом случае мы должны найти настоящих преступников, которые так обращались с мальчиком, а не верить в сказки, Альбус. — Корнелиус, прошу тебя… — Нет, у меня нет времени на твои сказки, Альбус. Займитесь лечением мальчика, а я займусь своей работой. — Давайте хотя бы послушаем, что скажет мистер Поттер после того, как очнётся. Это должно произойти в ближайшее время. Юноша приоткрыл глаза и повернул голову в сторону говорящих. Снейп, Дамблдор, Фадж и мадам Помфри стояли неподалёку от его кровати. Услышав шорох простыней, четыре пары глаз уставились на него. Альбус Дамблдор, как обычно, был в своей излюбленной цветастой мантии и с добродушной улыбкой на лице. — Мой дорогой мальчик, как ты себя чувствуешь? – сказал он приблизившись. — Нормально. — Что ты последнее помнишь? — Как профессор Снейп и Гермиона ворвались в кабинет. — Хорошо, хорошо… Что случилось с тобой после того, как ты прикоснулся к кубку? — М‑м‑м… Там было кладбище и человек. — Гарри, это был он? Тёмный лорд? — Альбус, прекрати немедленно! — громко закричал министр. — Нет… — ответил Поттер. — Что? Мой мальчик, ты уверен в этом? Может, он изменил облик? — Это был человек, похожий на крысу. У него отсутствовал глаз и был большой шрам на всё лицо, — мурашки пробежали по телу Гарри, как только этот образ снова возник перед его глазами. — Я всё понял, Поттер. Мы обязательно найдём преступника. Альбус, я ухожу. Не вижу смысла оставаться тут дольше. Фадж стремительно покинул медпункт. Альбус Дамблдор лишь покачал головой и приблизился к Гарри ещё ближе, отчего юноша мгновенно напрягся. Сморщенная рука взяла его ладонь. — Гарри, не мог бы ты показать нам свои воспоминания? Я бы хотел проверить всё лично. Не то чтобы директору нужно было разрешение. Даже не дождавшись ответа, он приложил кончик своей палочки к виску юноши. — Хорошенько вспомни всё, что происходило тогда. Воспоминания светящимися нитями появились на кончике палочки директора. - «Пусть смотрит. В тех воспоминаниях нет ничего особенного. Едва ли задыхающийся подросток что‑либо мог нормально рассмотреть». — Пойдём, Северус. Дадим Гарри отдохнуть. Директор приблизился к выходу, но, не услышав шагов профессора зельеварения, обернулся. — Я нагоню вас немного позже, директор, — ответил мужчина. — Ну хорошо, мой мальчик, только не задерживайся. Дверь закрылась за директором, и зельевар обернулся к юноше. Плавным движением он оказался рядом и прикоснулся к его руке, сверяя пульс. — Где‑то болит? — Нет, профессор… Только всё тело будто свинцом налилось… снова... совсем нет сил двигаться. — Это временно. Мужчина прикоснулся к его кисти, проверил, как она согнулась, потом проверил точно так же в локте. Повторил процедуру с другой рукой. Повертел шею. Прикосновения были лёгкие, практически неощущаемые, но у Гарри от них по коже мурашки пробежали, а лицо запылало. Чтобы хоть как‑то отвлечься, Гарри спросил: — Что произошло, профессор? — Разве вы не поняли, что вас похитили? — Я знаю лишь то, что было с моей стороны. А как это было для вас? — Хм… У меня не так много времени, но, думаю, вкратце могу рассказать, — ответил мужчина, удовлетворённо кивнув и присев на стул возле кровати. — Мы наблюдали за тем, что происходило в лабиринте. Каким‑то образом лабиринт был настроен так, чтобы именно вы в любом случае оказались на финише. Другие участники ходили кругами и постоянно попадали в ловушки. Кстати, мисс Грейнджер весьма доходчиво показала мистеру Краму, как она относится к его действиям. — Надеюсь, у неё из‑за этого нет проблем? — уточнил обеспокоенно Гарри. — Сломанный нос и вырванные пару волос особо проблем не принесут. А вот у мистера Крама теперь большие проблемы. Так вот, если бы мистер Дигори не был столь отзывчивым в помощи, то, скорее всего, так и не смог самостоятельно добраться до кубка. Гарри нахмурился. — Седрик… Он в порядке? Его же не отправило туда, куда и меня? — Нет, мистер Дигори, как и планировалось, оказался в нужном месте. Другое дело с вами. Кубок тоже был настроен именно на вас. Если бы вы всё ещё были вместе, то вас бы телепортировало в ловушку обоих. Гарри слегка выдохнул, а вот мужчина нахмурился. — Мы пытались добраться до вас всё то время, пока вы находились в лабиринте, но нас просто не пускало. Когда мы всё же смогли прорваться, то там вас уже не было. Далее началась паника: мы пробовали все возможные способы разыскать вас, но в какой‑то момент ваше израненное тело оказалось в толпе. Пробраться к вам в напуганной толпе оказалось сложно — и вас уже унесли. А далее, вы, думаю, помните. — Кто это был? — Барти Крауч. Парень приподнял одну бровь в непонимании. — Младший, — продолжил профессор, — помните, как отдали мне карту, чтобы я нашёл преступника? Гарри кивнул. — На ней отражалось это имя. Я начал следить за Барти Краучем‑старшим, но никак не мог его поймать — ни при воровстве ингредиентов, ни при использовании зелья. А в какой‑то момент он пропал. — Он мёртв. Мужчина нахмурился. — Откуда вам это известно? — Я нашёл его труп в лесу. Мужчина нахмурился и скрестил руки на груди. — И никому об этом не сказали? — Нет, не сказал, — юноша отвернулся от этих пронзительных глаз, но мужчина кончиком пальцев повернул его за подбородок обратно, заставив посмотреть на себя. — Почему? Гарри даже на секунду забыл, как дышать. — Из‑за Гермионы. — Мисс Грейнджер? — Да… Ей было плохо после того случая с запретным заклинанием. Я… не хотел, чтобы ей стало хуже. — Даже если это означает скрыть правду? — Да. — Не очень похоже на героя света. Разве вы не должны стремиться к правде любыми способами? Гарри напрягся всем телом. — Я никому ничего и никому не должен. И пусть тот, кто решил записать этот долг на мой счёт, сам его и оплачивает. Я буду поступать так, как сам захочу. Я решил, что здоровье моей подруги для меня важнее. Мужчина отстранился, и Гарри стало немного прохладно. — По всем правилам я должен отчитать вас. — …Но? Мужчина улыбнулся уголком губ, и Гарри снова забыл, как дышать, засмотревшись на эту слабую улыбку. — Но… я сам решаю, как мне реагировать. Мне пора, — мужчина спешно встал и направился к двери. — И… мистер Поттер, будьте осторожны со своими высказываниями. Вас могут понять… превратно. — Я знаю, профессор. Но всё равно спасибо вам. Мужчина исчез в темноте за дверью.