«Семейные хроники Бездны»

На базе наконец-то выдался свободный вечер, и Наташа решила, что это идеальный момент для «маленького девчачьего отдыха», как она выразилась. Легкая миссия по убеждению остальных заняла меньше минуты. Вскоре в общем зале появился импровизированный кофейно-десертный островок — с пирожными от Ванды, чаем от Шэрон, чем-то опасно пузырящимся от Небулы («это расслабляет человеческую нервную систему, наверное»), и пакетом чипсов, который принесла сама Амара. Собрались: Наташа, Ванда, Небула, Шэрон, Кэрол Денверс, Хоуп и Амара. — Вот и всё, — довольно сказала Наташа, садясь поудобнее, — вечер без мужчин. Никаких тренировок, никаких взрывов, никаких суперкатастроф. Только мы. — И никаких странных теней, которые лазают по потолку, — добавила Хоуп и посмотрела на Амару с лёгкой улыбкой. — Они не лазают по потолку, — возразила Амара, пряча смешок. — Они… наблюдают. — Намного лучше не стало, — заметила Наташа. Все засмеялись. Небула взяла свою пузырящуюся штуку, пригубила и кивнула. — Слабо. У нас в армии Читаури это давали подросткам. Все попытались не смотреть на пузырящийся бокал. — Итак, — Наташа потерла ладони. — Тема вечера: «Мужчины». Кто начинает? Ванда, вздыхая мягко, с мечтательной улыбкой: — Вижн. Хороший, добрый, милый… Так что пока у нас все даже более чем идеально. Хоуп: — Скотт… хороший, но иногда кажется, что мне достался ребёнок, который умеет становиться трёхметровым.  — Или трёхсантиметровым, — подколола Шэрон. — Именно, — кивнула Хоуп. — И оба варианта одинаково непредсказуемы. Кэрол: — Мне нечем вас удивить, девчонки… — Она отхлебнула чай. — Так что я пасс. Шэрон: — Я пока свободна. Хотя после того как Питер один раз назвал меня «тётей Шэрон»… я морально ещё не восстановилась. Наташа: — У меня личная жизнь как у кота-одиночки. Иногда кто-то появляется, иногда исчезает… иногда это миссия. Иногда — ошибка.  — Иногда оба варианта одновременно, — добавила Ванда. — Вот именно, — согласилась Наташа. Все дружно повернули головы к Амаре. Она покраснела. — Что? Почему вы смотрите на меня? — Амара, — Деликатно начала Шэрон. — Ты встречаешься с Богом тьмы. — Который чуть не испарил учёного взглядом, — добавила Хоуп. — Который однажды спросил у Тора, зачем люди вообще едят, если можно поглощать жизненную энергию звёзд, — добавила Наташа. — И который почти мурлычет, когда ты его трогаешь за руку, — добавила Ванда, и Амара покраснела ещё сильнее. — Я… — начала Амара. — Это всё не совсем так… — Так, — в один голос ответили все. Небула хмыкнула: — И всё же. Ты должна рассказать. Что это… быть с таким существом? Амара на секунду задумалась. Слова приходили не сразу, но мягко. — Кналл… может быть пугающим, да. Он древний. Он видит мир иначе… как будто всё вокруг — слабые, хрупкие искры, а он — шторм. Но… — она улыбнулась тихо, почти смущённо, — когда он рядом со мной… нет ни темноты, ни страха. Он как…Она ищет слово. — Как огонь, который никого не хочет сжечь. Он может, но не делает. И это удивляет его самого больше, чем меня. Ванда мягко выдохнула. Наташа заметно впечатлилась. Даже Небула выглядела задумчивой. — Значит, — подвела итог Хоуп, — он — ходящий апокалипсис с нежной кнопкой «не разрушать» по твоему командованию? Амара засмеялась: — Я бы сказала… он слушает меня. Это всё. Шэрон изобразила потрясение: — Женщины, вы понимаете? Она приручила концепцию космической смерти. — Я не приручала! — возразила Амара, но уже смеясь. — Просто… он доверяет мне. — Вот это и есть приручение, — уверенно заявила Наташа. Кэрол тёпло улыбнулась: — А он… как к тебе относится? Когда ты рядом? Амара притихла. Глаза мягко потемнели. — Он становится… почти спокойным. — Она усмехнулась, вспомнив. — Даже Мстители заметили. — Мстители заметили, что он не разрушил базу, и теперь считают это достижением, — заметила Ванда. — Нет, — поправила Амара. — Они считают это моим достижением. Все загудели от смеха. Апогей вечера наступил, когда Хоуп вдруг спросила: — А у него… есть какие-то… хобби? Все уставились на Амару. Она моргнула. — Ну… он любит смотреть, как я пью чай? — Это хобби? — спросила Наташа. — Для древнего бога — возможно, — сказала Ванда. — Их стандарты… необычные. Амара смеялась вместе с ними, но внутри чувствовала тёплую, приятную волну — ей было хорошо среди этих женщин. Они боялись Кналла, уважали его силу, но не осуждали её за то, кого она любит. И где-то далеко в коридоре раздался эхом глубокий, гулкий голос: — Амара? Ты здесь? Все резко замолчали. Шэрон прошептала: — Он… почувствовал, что мы говорим о нём? — Он всегда чувствует, — сказала Небула с философским видом. Амара поднялась. — Я сейчас вернусь. Объясню ему, что это девичник. Но едва она подошла к двери, как тень прошла сквозь неё — и силуэт Кналла материализовался, огромный, строгий, но как-то странно спокойный. Он посмотрел на женщин, потом на Амару. — Я услышал смех, — сказал он низко. — Мы просто отдыхаем, — улыбнулась Амара. — Понимаю, — произнёс он. И добавил, глядя в зал: — Продолжайте. Никто из вас пока не в опасности. Женщины синхронно выдохнули. Наташа первой нашла голос: — Пока? — Пока, — повторил Кналл, как будто это был комплимент, и исчез обратно в коридоре. Все медленно повернули головы к Амаре. Хоуп сказала: — Так. Мы определённо должны повторить девичник. — И желательно… где-нибудь с потолками пониже. Чтобы тени не проходили, — предложила Шэрон. — О, да, — засмеялась Амара. — Обязательно.