Сделай секретом.

Яркий дневной свет, так приятно рассеянный облаками, проникал в просторный кабинет через высокое панорамное окно. Здесь царила та же атмосфера безупречной чистоты, что и в предыдущих локациях: стены были ослепительно белыми, мебель минималистична и функциональна. Кабинет был воплощением строгости и порядка. У большого, идеально чистого стола сидел мужчина в строгом, тёмно-синем костюме. Черты его лица были резкими, а поза — напряжённой и официальной. Напротив него, в удобном кресле, расположился юноша. Его поза, напротив, выражала полное спокойствие: ноги были скрещены, спина расслаблена и слегка откинута назад. Свет, падающий из окна, ложился на его волосы и блестящие тёмные стёкла очков. Между ними висело ощутимое, но не враждебное напряжение. Директор наклонился немного вперёд, его голос был глубоким, но лишённым эмоций, каким говорят о важных, не терпящих возражений вещах. — Мы очень рады, что Вы приняли наше предложение, Харрис. Признаюсь, это стало для нас значимым событием. Парень никак не отреагировал на комплимент, лишь медленно выдохнул. — Выдающиеся личности, подобные Вам, нечасто выбирают наш Институт, — продолжил Директор, жестом руки обводя пространство кабинета. — Наш профиль.. он, скажем так, весьма специфичен и требует определённого склада ума. Мы искали исключительные кадры, и Ваши результаты превзошли все наши ожидания. — Мужчина в костюме взял со стола тонкую папку и слегка постучал ею по краю. — Мы говорим не просто о поступлении, Харрис. Речь идёт о гарантии. Наши двери открыты для Вас без каких-либо формальностей. Ваш интеллект, Ваши способности к анализу и, не скрою, Ваши достижения — всё это делает вас бесценным активом для нас. Юноша наконец заговорил. Голос его был тихим, но удивительно уверенным. — Я ценю вашу прямолинейность, Директор. — Прямолинейность — это основа нашей работы, — тут же ответил Директор, его строгие черты смягчились на мгновение. — Мы, как Институт, готовы предоставить Вам любую необходимую базу, любые ресурсы. Ваша задача — использовать этот потенциал. Использовать его с максимальной отдачей. Мы уверены, что Ваше присутствие не просто обогатит наши ряды, но и задаст новый стандарт для остальных студентов. Это большая честь для нас. И мы надеемся, что для Вас это тоже будет больше, чем просто обучение. Директор, откинувшись на спинку кресла, выжидательно посмотрел на парня. В его взгляде не было давления, но была огромная, почти осязаемая надежда. Юноша же продолжал сидеть спокойно, его поза говорила о том, что он прекрасно осознаёт свою ценность. Харрис, медленно поднял руку и слегка поправил свои очки, не отрывая взгляда от директора. За стёклами его глаза казались ещё более спокойными и проницательными, как два идеально отполированных камня. — Вы очень точно обозначили все преимущества, Директор, — сказал Харрис. Его тон был не высокомерным, а просто констатирующим факт, как будто он подводил итог безупречно проведённой презентации. — И мне абсолютно ясна ценность такого ресурса, о котором Вы говорите. Он сделал паузу, давая словам директора осесть в тишине. Напряжение в кабинете стало немного плотнее. — Однако, — продолжил Харрис, наклоняя голову, — мне кажется, мы упустили один ключевой момент в этой «прямолинейной» беседе. Вы говорите о гарантиях и активах, о том, что нужно Вам от меня. Но не сказали, чего Институт ожидает от меня взамен этой исключительной щедрости. Директор, что до этого момента выглядел абсолютно непоколебимым, впервые позволил себе лёгкую, едва заметную усмешку, которая, впрочем, тут же исчезла. Он оценил эту игру в открытую, эту мгновенную смену ролей. — Разумный вопрос, Харрис. Очень разумный, — его голос стал чуть тише, потеряв официальный тон. — Мы не ждём от Вас простой усердной учёбы. В этом нет необходимости, Вы уже превзошли весь наш учебный план. Мы ждём нечто большее: результаты, которые невозможно получить рутинным путём. Мы предоставим Вам самое сложное, что у нас есть. Мужчина опустил тонкую папку обратно на стол. Звук был едва слышен в просторном кабинете. — Вы слышали об « Операции Dorko»? — спросил Директор, и в его глазах появилось что-то, похожее на вызов. Харрис молчал. Свет из окна отразился от тёмных линз, сделав его лицо на мгновение непроницаемым. — Слышал, — наконец ответил он. — Это проект, который ваш Институт пытался решить в течение последних пяти лет, без какого-либо прогресса. Самый дорогостоящий и засекреченный провал в вашей новейшей истории. — Верно, — Директор кивнул, его лицо снова стало маской строгой серьёзности. — И Ваша задача, Харрис, — закончить её. Дать ей решение. Взамен на Ваши гарантии и ресурсы, мы просим Вас в течение первого года сделать то, что не смогли сделать три наших ведущих отдела. Это наша ожидаемая отдача. Директор снова откинулся в кресле, предлагая юноше принять или отвергнуть этот ультиматум. — Что ж, — Харрис наконец подался вперёд, и его расслабленная поза стала чуть более собранной. — Это уже похоже на честное предложение. Я согласен.