Исчезновения в запретной секции

      Гермиона проснулась, когда осеннее солнце, пробиваясь сквозь шторы, ласково коснулось ее лица. Остаток ночи выдался довольно спокойным, обошлось без кошмаров и сон забрал её в свои объятия, как только голова коснулась подушки. Внутри разливалось приятное тепло и она наконец почувствовала себя отдохнувшей, несмотря на вызов в библиотеку ночью. Когда они колдовали вместе с Малфоем и она ощутила резонанс их магии, по телу прошла небывалая лёгкость, будто из него ушла тяжесть, которая сковывала грудь. Она читала о магической совместимости ещё в школе, но впервые ощутила её на себе только сейчас. Будто кто-то заряжает тебя извне. Этот опыт был, по меньшей мере, интересным.       Живоглот, заметив движения хозяйки, мяукнул и прыгнул на кровать, подставляя себя под её ласки. Вставать совершенно не хотелось, но кот сам себя не покормит, да и у самой девушки в животе уже урчало. Она потянулась, опустила ноги с кровати в свои пушистые бежевые тапочки и, поманив за собой питомца, направилась на первый этаж в сторону кухни.       Она заварила себе кофе, добавив в него дольку лимона, чтобы вкус стал ещё более кислым, приготовила себе омлет и положила в миску кота нарезанное кубиками свежее мясо. Завтракать решила на террасе, раз уж выдался солнечный день. Она поднесла чашку с ароматным напитком к лицу и вдохнула его запах. Было потрясающе. Такое безмятежное утро может быть только после тяжёлых рабочих дней. Сейчас её даже не тяготило одиночество. Это утро ощущалось как момент наедине с собой.       Но тут послышалась вспышка камина в гостиной, а за ней - стук каблуков по паркету. Догадаться, кто же решил навестить ее, было не сложно. Через мгновение в дверях показалась Пэнси. - Доброе утро, Гермиона. - Девушка выглядела напряжённой. - Прекрасно, что ты уже не спишь. - Она села напротив гриффиндорки и достала тонкую сигарету из своего портсигара. - Доброе, Пэнс. - Гермиона отвечала взаимностью на напряжение подруги, ведь они не виделись после того, как она услышала её ссору с Невиллом в пятницу. - Хочешь кофе? - Ты всё слышала? - Паркинсон переходила сразу к делу, как и всегда.       Гермиона пыталась сохранять максимально непринуждённое выражение лица. - Не понимаю, о чём ты. - Гермиона, брось. Ты слишком умная ведьма для того, чтобы притворяться глупой. Я про то, что произошло на втором этаже в коттедже Теодора в пятницу вечером. Парни сказали мне, что ты шла прощаться со мной наверх. Но тебя я так и не увидела. Рискну предположить, что ты всё же меня нашла, но после услышанного ушла по-английски. - Слизеринка закурила, выдыхая дым через нос, будто стараясь отпустить напряжение.       Гермиона потянулась к её портсигару и тоже взяла сигарету. Она подожгла её невербальным заклинанием, затянулась и, выдохнув, сказала: - Я действительно слышала твой разговор с Невиллом.       Повисло молчание. Девушки курили смотря на Запретный лес. Тишина не ощущалась неловкой, но Гермионе безумно хотелось узнать, что творится в этот момент в голове у её подруги. Жаль, что легилиментом она не была, хотя, вряд ли смогла бы наступить на горло совести и без спросу залезть в чужие мысли, даже если бы обладала этим даром. - И что, - сказала Паркинсон, уничтожив остатки сигареты палочкой, - не будет знаменитых гриффиндорских нравоучений в стиле: "Как ты можешь так издеваться над бедным мальчиком"?       Гермиона вздохнула. - А тебе бы их хотелось? Пэнс, во-первых, Невилл уже давно не бедный мальчик, во-вторых, ты два года не рассказывала мне о том, что у вас отношения. С чего вдруг мне лезть в них теперь? Потому что я стала свидетелем того, как вы послали друг друга к Салазару? Признаюсь, мне было неловко, что я невольно подслушала вас. Но я считаю, что вы оба взрослые люди и в состоянии разобраться в том, что между вами происходит.       На обычно сдержанном лице слизеринки отразилась лёгкая грусть. Она расслабилась в кресле и принялась крутить в руках портсигар. - Ты не говорила с ним с тех пор? - спросила Пэнси. - Конечно говорила, мы вместе работаем. - Паркинсон повернулась к Грейнджер с интересом. - Но я не говорила с ним о вас. Он не знает, что я всё слышала. Но все последние дни он был мрачнее тучи. Мы разве что здоровались в Большом зале на обедах и я слышала, как ученики в коридорах переговаривались о том, что профессор Лонгботтом был необычайно злым и требовательным на этой неделе. - Пэнси хмыкнула, снова смотря на Запретный лес невидящим взглядом.       На террасе снова воцарилось молчание. Гермиона трансфигурировала одну салфетку в тарелку, а вторую - в кофейную чашку. Взмахнув палочкой, она разделила свою порцию завтрака и кофе и отлевитировала из на тарелку к подруге. Применив заклятие умножения, она наколдовала вторую вилку и подвинула завтрак к Пэнси. - Я не голодна. - Пэнси, если ты будешь морить себя голодом, ситуация с Невиллом точно не разрешится. Не буду спрашивать, сколько раз ты ела за последние дни, но уверена, что завтрак лишним не будет.       Девушки разделались с завтраком быстро. Пэнси отлевитировала тарелки на кухню и снова посмотрела на Гермиону, ничего не говоря. Грейнджер взглянула на часы и начала первой. - Пэнс, мне пора на совещание к Макгонагалл, а я все ещё в пижаме. Если хочешь, можем провести завтрашний вечер у меня с вином и сырной нарезкой. Мы можем не говорить о том, что происходит между тобой и Невиллом, а можем говорить об этом весь вечер, как скажешь. Но сейчас мне пора идти.       Слизеринка поднялась со своего места, подошла к Гермионе, нежно чмокнула её в щёку и, проведя пальцами по скуле подруги, сказала: - Спасибо, что не стала окунать меня в моё же дерьмо. У нас с Лонгботтомом действительно всё не просто. Но я благодарна, что ты всё равно остаёшься со мной, несмотря на то, что он тоже твой друг.       Она взмахнула палочкой над волосами Гермионы и та почувствовала, как непослушные кудри сложились в аккуратные локоны. Вторым взмахом она наложила на лицо девушки лёгкие чары гламура. В чарах красоты Паркинсон не было равных. Гермиона понимала, что это дополнение к благодарностям, сказанным вслух.       Девушки направились в гостиную к камину. Уже с летучим порохом в руках, Пэнси посмотрела на Гермиону и заговорила: - У меня к тебе просьба. Узнай у Невилла, где он будет завтра вечером и напиши мне в магический блокнот.       Гермиона лукаво улыбнулась и ответила: - Видимо, вино отменяется? - Выражение лица Пэнси оставалось напряженным и нечитаемым. - Хорошо, я узнаю.       И Паркинсон исчезла в зелёной огненной вспышке, а Гермиона отправилась к шкафу с одеждой, мысленно выдохнув, что хотя бы с волосами ей уже ничего делать не нужно. Взглянув в зеркало она поняла, что подруга, как всегда, поколдовала над ней на славу.

***

      Гермиона явилась в кабинет Мангонагалл последней. Директоркий стол был увеличен при помощи трансфигурации и за ним оставалось одно свободное место, возле Малфоя, который сидел рядом с Тео. Нотт не улыбался, что было на него не похоже. Видимо, Драко уже успел рассказать ему, что стряслось. Директор поприветствовала её. - Доброе утро, профессор Грейнджер. Присаживайтесь. - Гермиона прошла к свободному стулу, кивком поздоровавшись с коллегами. - У нас осталось совсем немного времени до начала занятий, потому перейду к делу. Сегодня ночью была предпринята попытка проникновения в Запретную секцию нашей библиотеки. - Гермиона искося посмотрела на Малфоя и заметила, что он, пусть и сохраняя безразличие на лице, внимательно осматривает всех присутствующих, после того, как новость прозвучала из уст директора. - Защитные чары, наложенные мисс Грейнджер, прекрасно сработали и ничего не пропало, потому на данном этапе нам не о чём тревожиться. Но, согласно протоколам безопасности, утверждёнными нашим педагогическим советом после завершения Второй магической войны, я обязана проверить ваши волшебные палочки на предмет последних используемых заклинаний. Не относитесь к этому как к моему недоверию к вам. Это правило, которому я обязана следовать. - Директор, - заговорила профессор ухода за магическими существами Мередит Фрост, как всегда выглядящая рассудительной и собранной, - вы уверены, что это не была шутка кого-то из учеников, которые решили прогуляться по замку ночью? - Я не исключаю такой возможности, но существует вероятность, что это пытался сделать опытный волшебник. - Возможно, нам также следовало бы проверить палочки учеников? - Продолжила Фрост. - Мередит, для того, чтобы проверить палочку несовершеннолетнего, нам необходимо получить согласие от родителей и Министерства по каждому ученику. На их получение уйдет время, а наши студенты колдуют каждый день на уроках и после них, мы не можем лишать их палочек на длительный период, чтобы сохранить в них отпечаток заклинаний, используемых в последние сутки.       Взгляд профессора Фрост стал задумчивым. Она молча кивнула Макгонагалл. Следом за ней заговори Бенджамин Уэлверт, мужчина средних лет, который, как и всегда, был облачен в помятую мантию. Он преподавал в Хогвартсе историю магии. - Минерва, неужели портреты в коридоре ничего не заметили?       Макгонагалл поджала губы. - С портретами я проведу отдельную беседу, относительно их чрезмерной любви ко сну, но нет, в этот раз они ничего не видели. А теперь, коллеги, если вопросов больше нет, позвольте мне, Гермионе и Драко проверить ваши палочки. Их палочки уже были проверены мной, а так дело пойдёт быстрее.       В течении нескольких минут проверка закончилась, не выявив ничего необычного и все преподаватели направились в учебные аудитории. Перед уходом, Тео шепнул Гермионе и Драко: - Загляните вечерком ко мне, я жажду подробностей.       Гермиона заметила, как они с Малфоем синхронно закатили глаза. Так обнаружилась ещё одна общая черта, помимо магической совместимости - реакция на чрезмерное любопытство их общего друга. - Как с таким безудержным любопытством он ещё не нажил себе проблем? - шепнула Гермиона Малфою, смотрящему на удаляющегося Тео. - Сам задаюсь этим вопросом с детства, Грейнджер. - С ухмылкой ответил Драко, развернувшись к ней. - А ты не понаслышке знаешь про проблемы от любопытства? - Гермиона не смогла сдержать ответной ухмылки.       Они покинули кабинет директора последними, молча следуя к точке аппарации, доступной для преподавателей возле главного входа в школу. День был чудесным и Гермиона решила не спешить домой, а прогуляться к Тёмному озеру. Когда они прошли сквозь ворота замка, она посмотрела на Малфоя. Он всё еще выглядел задумчивым и сосредоточенным. - Ты думаешь, это кто-то из преподавателей? - Спросила его гриффиндорка. - Не знаю. Их палочки ничего не показали, пока только это можно сказать с уверенностью. Насколько хорошо ты их знаешь? - Кроме Тео и Невилла близко я не с кем не общаюсь, но со всеми коллегами так или иначе я знакома. За последние десять лет поменялись практически все преподаватели. Из тех, кто учил нас, осталась только Макгонагалл. - Ты доверяешь им? - Война научила меня тому, что доверие и недоверие могут быть обманчивы. Чего только стоит история со Снейпом. Но до сегодняшней ночи у меня никогда не возникала мысль, что кто-то из них может представлять угрозу.       Малфой молчал, но выглядел напряжённым, будто взвешивал, стоит ли ему произнести то, что он хочет сказать. В конце концов, он решился. - Грейнджер, если ты не спешишь, могла бы ты рассказать мне о них подробнее? - Весь его внешний вид выдавал готовность к отказу. - Если хочешь, можем отправиться в коттедж Тео и поговорить в кабинете. - Малфой, - девушка сделала паузу, специально, чтобы помучить его, а после на её лице появилась лёгкая улыбка. - У меня есть идея получше. - Его бровь поползла вверх. - Давай спустимся к Тёмному озеру. Погода отличная. И я расскажу тебе то, что знаю.       Драко выглядел удивлённым лишь мгновение, быстро вернув своему лицу привычную собранность. - Аппарируем или хочешь пройтись? - Хочу пройтись. Ты не против?       Малфой протянул ей своё предплечье, но в последний момент его рука дрогнула, будто он был не уверен, что стоило. - Мои манеры опередили ход моих мыслей, Грейнджер. - Немного неловко, но пытаясь сохранить холодность, сказал он. - Если позволишь...       Гермиона не дала ему договорить и переплела их руки. Они направились вниз по склону к обширной водной глади.       На берегу озера не было никого. Студенты были на первом занятии и вокруг были слышны лишь пение птиц и шелест воды. Гермиона трансфигурировала из нескольких листьев, лежащих на траве, плед, села на него и жестом предложила Малфою сесть рядом.       Она, как и обещала, рассказала ему то, что знала о преподавателях. Трансфигурацию теперь преподавала Элспет Кэрроу. Она была дальней родственницей тех самых Пожирателей, но не участвовала в войне и обладала репутацией достойной волшебницы и очень строгой и сдержанной преподавательницы. Астрономию вёл Корнелиус Восс, ему было около семидесяти и он был известным знатоком своего дела. Сейчас в Хогвартсе студенты изучали предмет по его же учебнику, одобренному Министерствами многих стран. Они с Кэрроу пришли работать в школу одновременно с Гермионой, в две тысячи третьем году. Через два года после них в школе сменился преподаватель древних рун, его место заняла Ливия Маркхэм. Она была доброй и студенты отзывались о ней лестно, но несмотря на мягкость, во время экзаменов была требовательной. До Хогвартса пятнадцать лет преподавала в Ильверморни. Полёты на метле преподавала бывший игрок Холихедских Гарпий, Алана Квилл. После победы на Чемпионате мира по квиддичу в две тысячи седьмом она завершила карьеру и решила обучать подрастающее поколение. В этом же году умерла профессор Треллони и на её место во втором семестре пришёл Кассиан Морлен, до этого работавший в Отделе тайн в Министерстве, устав от работы над пророчествами. - Травологию приподаёт Невилл, но это ты уже знаешь. После войны он получил степень в Соединённых Штатах и пришёл работать в Хогвартс одновременно со мной. Историю магии ведёт Бенджамин Уэлверт, он говорил на собрании в кабинете Макгонагалл. В школе работает второй год. Дети смеются над ним из-за вечно неглаженых мантий. Но мне он нравится, я иногда захожу на его лекции. Они намного более живые, чем те, что были у нас во время обучения. Хотя, наши тоже были очень интересными.       Малфой фыркнул. - Брось, Грейнджер. Я обожаю историю магии, я перечитал книгу Батильды Бэгшот сотню раз, наверно. Но нам её преподавали абсолютно отвратительно. На этих лекциях не уснуть мог разве что ужасный зануда. - Я никогда на них не спала. - Хмыкнула Гермиона, а на лице Малфоя появилась ухмылка. Она решила проигнорировать его тонкий намёк. - Ты действительно любишь историю магии? - Да, изучение прошлого увлекает меня. Из него можно вынести много поучительного. - Малфой выдохнул и перевел взгляд на Тёмное озеро. - На Новый год, когда мне было лет 12, мама подарила мне первое издание истории магии с подписью Бэгшот. А после познакомила меня с ней.       Челюсть Гермионы невольно поползла вниз. - У тебя есть первоиздание? Мэрлин, это бесценная книга, Малфой! - Хочешь почитать? - А ты позволишь? - Гермиона едва успела поймать свою челюсть, чтобы та не опустилась ещё ниже. - Грейнджер, ты производишь впечатление человека, которому без опаски можно доверить ценную книгу. Я смогу принести её тебе завтра. - Это... - Она запнулась. - Это будет просто замечательно. Спасибо, Малфой.       Он вновь посмотрел на неё и уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. - Не за что. Вернёмся к преподавателям? - Вместе с Бэнджамином в школу пришла Мередит Фрост, она преподаёт уход за магическими существами. До Хогвартса она работала с оборотнями в Норвегии, проводила исследования и пыталась найти лекарство от лекантропии. Её проект перестали финансировать и она устроилась к нам. Я бы сказала, что она строга, но справедлива. Дети её побаиваются. Она чем-то напоминает профессора Снейпа. - Тоже никогда не моет голову? - Усмехнулся Драко.       Гермиона не смогла сдержать смешок. - Нет, врывается в аудиторию, резко распахивая двери в развивающейся чёрной мании. - А я так рассчитывал занять место мрачного преподавателя в чёрных одеждах. - Можешь попробовать посоревноваться с ней. - Гермиона снова засмеялась, а улыбка Малфоя стала шире. - Думаю, у тебя неплохие шансы. - Я - достойный противник. - Вне всяких сомнений, профессор. - Гермиона улыбнулась ему. - Жаль, что мы не можем проверить палочки старшекурсников. - После небольшой паузы продолжила она. - Это позволило бы исключить вмешательство студентов в историю с проникновением. - Да, теперь Министерство стало более гуманным. В девяносто восьмом никаких разрешений не требовалось даже для проведения допросов, не то что палочки.       Гермиона почувствовала, как прошлое прикоснулось к ней ледяными щупальцами. Она хорошо помнила тот год. В Министерстве не было абсолютно никакой стабильности, послевоенные суды были скорыми на расправу, победившая сторона жаждала справедливости, не замечая, как начинает уподобляться тем, с кем они совсем недавно боролись. Суд над Малфоями был одним из последних. Гермиона и Гарри лично давали показания в защиту Драко и Нарциссы, и, пожалуй, только протекция Избранного и Золотой девочки помогли им избежать несправедливого для них наказания. Гермиона вспомнила, каким был Драко на суде. Тёмные тени под глазами, отсутствующий взгляд, грязная одежда, висящая на нём мешком из-за нездоровой худобы. И следы допросов. Авроры в те времена не использовали на них палочки, ведь их можно было проверить, а Круциатус всё ещё считался непростительным. Но они не брезговали грубой физической силой. Мурашки пробежали по коже девушки. Всё её нутро в то время говорило, что это - несправедливо. Она пыталась бороться против этого. Но каждый раз от неё отмахивались и напоминали о том, что проигравшая сторона не гнушалась вообще никакими методами во время войны.       Гермиона сглотнула ком, подступивший к горлу и сказала Драко: - Я рада, что те времена уже позади. И мне жаль, что ты столкнулся с Министерством во времена хаоса.       Малфой перехватил её взгляд. При свете дня его глаза выглядели словно штормовое небо на фоне белоснежного песка, которым была его фарфоровая кожа. Невозможно было отрицать, что он стал... симпатичным мужчиной. - Даже после всего того, что я сделал, Грейнджер? - Произнёс он. - А что именно ты сделал, Малфой? Ты не убил Дамблдора, хотя мог. Ты не выдал нас своей сумасшедшей тётке, хотя ты точно узнал нас. И во время битвы за Хогвартс ты не сражался. Мы были детьми, когда всё началось. Мы принимали решения, которые были необходимы в тот момент для выживания. Тогда мы оказались по разные стороны. Но мы прошли грёбаную войну и после неё я точно знаю одно: нет однозначно хороших и однозначно плохих людей. Если бы у меня был шанс убить Волан-де-Морта, я бы кинула в него Аваду, не раздумывая. И я не считаю, что стала бы от этого злодейкой.       Рот Малфоя приоткрылся, будто он не ожидал услышать этого от Грейнджер. Его взгляд был поражённым. - Грейнджер... - Малфой прокашлялся. - Знаешь, последний раз ты так удивила меня, когда заехала мне на третьем курсе.       Они оба прыснули и напряжение мгновенно спало. - Не отказываюсь от своих слов. Тогда ты был мерзким, отвратительным, грязным тараканом. - Малфой ухмыльнулся. - Но за последнюю неделю у меня ещё ни разу не возникало желание тебя ударить. - Считаю это прогрессом. - Драко выдохнул. - Так значит, ты меня не ненавидишь? - Нет, Малфой, не ненавижу. Я бы сказала, что я тебя не знаю. Я знала задиристого мальчишку, который не гнушался бросаться оскорблениями в магглорождённую ведьму. Но с тех пор прошло очень много лет. Мы все изменились.       Малфой вновь посмотрел в шоколадные глаза девушки и протянул ей руку. Его выражение лица было серьёзным. - Позвольте представиться, мисс. Драко Малфой, преподаватель защиты от тёмных искусств в Хогвартсе. Могу узнать ваше имя?       Гермиона прыснула. - Брось, Малфой, это смешно.       Драко не убрал руку, а выражение его лица оставалось всё таким же серьезным. Гермиона колебалась всего мгновение, а после улыбнулась ему и пожала протянутую руку. - Приятно познакомиться, профессор. Гермиона Грейнджер, преподаватель заклинаний в Хогвартсе.       Его ладонь была тёплой и приятно ощущалась в маленькой ладошке Гермионы. Ситуация, хоть и выглядела слегка комичной, принесла ей облегчение. Она чувствовала, что перед ней действительно стоит другой человек, а от заносчивого и высокомерного мальчика не осталось и следа. Глупо было тянуть дальше напряжение прошлого. Они разомкнули ладони и ещё долго беседовали о коллегах и истории магии.

***

      Уже смеркалось, когда Драко прошёл через камин особняка в Оксфорде. Он стряхнул следы летучего пороха со своих плеч и ступил на белый ковёр, вышитый золотом. Он поднял свои глаза, которые в темноте напоминали освящённую лунной дорожкой гладь Тёмного озера и встретился с небесно-голубыми, похожими на небосвод в ясный день. Именно эти глаза дарили ему покой даже во времена самых сильных душевных бурь. - Здравствуй, мама. - Сказал он нежно, крепко обнимая Нарциссу Малфой. - Сынок... - Голос женщины дрожал, выдавая подступающие слёзы. Она слегка разомкнула объятия и коснулась лица Драко своими ладонями. - Дай посмотреть на тебя! Мэрлин, мы не виделись целый год и наконец я могу обнять тебя дома.       Нарцисса жестом предложила Драко присесть в кресло возле чайного столика, сдерживая слёзы. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, наслаждаясь тем, что теперь они могут быть рядом, сидеть друг напротив друга. И следующая встреча теперь не будет вопросом неопределённо долгого времени. Драко всегда любил свою мать. На фоне холодного и отвергающего отца, внимание которого приходилось заслуживать (и не всегда достойными поступками), мать принимала его любым. Даже когда отец говорил, что он жалок. Всегда пыталась защитить его. Он был рад, что она больше не живёт во мрачном Малфой Мэноре, он не подходил этой женщине. Дом в Оксфорде сиял светом, как и сама Нарцисса. - Как прошло лето во Франции, мама? - Ласково спросил Драко, поднимая чашку чая со столика. Даже по запаху чувствовалось, что заварен он идеально. - Довольно неплохо, сынок. Впрочем, как и обычно. Светские приёмы, походы в театр, балы. Прости, что не смогла приехать раньше. - Она протянула руку к сыну и сжала его ладонь в своей. - Леди Гринграсс сожгла бы всю Францию в адском пламени, если бы я не помогла организовать день рождение младшего сына Астории. Да и она и так задавала слишком много вопросов о тебе. Я не хотела, чтобы все почтенные матери чистокровных девиц набросились на тебя с письмами, предлагая свидания со своими незамужними дочерями, узнав что ты вернулся домой. - Не могу описать словами, как благодарен тому, что ты избавила меня от сжигания этих писем. Теодор ненавидит запах гари в своем доме. - Драко усмехнулся. - Ты планируешь и дальше жить у Тео? - Нет, я присмотрел себе дом в Хогсмите. Пока я работаю в Хогвартсе, так будет для меня удобнее всего.       Нарцисса нежно улыбнулась сыну. - Как Хогвартс встретил тебя? - Я ждал, что Совет попечителей будет штурмовать Макгонагалл, а мне каждый день будут приходить кричалки, в которых родители будут яро высказывать своё мнение о том, что бывший Пожиратель Смерти учит их детей, но за эту неделю пока ничего подобного не произошло. - Его мать слегка помрачнела, хотя её глаза всё ещё излучали теплоту. - Драко, прошлого не изменишь. Но, прошу тебя, не позволь ему уничтожить своё настоящее. Люди пишут письма. Иногда их присылают даже мне, хотя прошло уже пятнадцать лет. Некоторым волшебникам жизненно необходимо кого-то ненавидеть. Ты сделал всё для того, чтобы восстановить свою репутацию. И ты достоин этой должности. - Знаешь, за последние несколько недель мне много раз говорили эти слова. Такэно, Тео, Макгонагалл и даже Грейнджер. Но мне нужно было услышать это от тебя. - Драко выдохнул и с улыбкой посмотрел на мать, в глазах которой отразилась сдерживаемая искра интереса. - Я слышала, что мисс Грейнджер работает в Хогвартсе. У вас завязалось общение? - Грейнджер теперь часть компании Тео, Блейза и Пэнси. Когда Тэо начал работать в Хогвартсе, они подружились и с тех пор она часто бывает в их кругу. Так что да, мы несколько раз говорили с ней. В первый день это ощущалось крайне неловко. Сейчас же, по моим ощущениям, лёд тронулся.       Уголки губ Нарциссы приподнялись в лёгкой улыбке. - Думаю, спустя столько лет вдалеке от дома, расширение круга общения тебе не навредит. - Мама, если ты вновь переживаешь о том, что я до сих пор не женат и намекаешь... - Нарцисса не дала ему договорить. - Драко, я имею в виду только то, что я сказала. Не могу сказать, что я рада тому, что ты одинок, но если это твой выбор, так тому и быть. За тебя уже и так достаточно решили в своё время. Лучше расскажи мне, как прошёл последний год в Японии?       Драко рассказал матери, как в последний учебный год они с Такэно ловили тёмного мага, который занимался производством незаконного и очень мощного маховика времени. Аврорат Японии был бессилен, они отслеживали постоянные изменения в материи времени то здесь, то там, но поймать преступника им не удавалось. Тогда они обратились за помощью к Такэно, а тот, в свою очередь, заручился поддержкой Драко. Они создали карту мест, в которых было замечено нарушение пространственно-временного континуума и обнаружили определенную взаимосвязь. Они вычислили несколько предполагаемых точек, в которых путешественник может попробовать переместиться во времени. Судя по тому, что глобальных изменений в истории к этому моменту не наблюдалось, пока преступник мог перемещаться лишь на небольшие расстояния, примерно несколько недель.       Трудность поимки заключалась в том, что даже если Драко и Такэно были правы с координатами возможных мест, при задержании он мог воспользоваться маховиком и избежать поимки. Драко перерыл всю Японию, но за два месяца нашёл очень редкий артефакт - хронокандалы, чтобы поимка стала возможной. За это время их с Такэно теория о закономерности между местами перемещений подтвердилась, оставалось поймать преступника в следующей точке.       И им это удалось. Когда защитные чары на побережье возле пещер острова Эносима оповестили о появлении волшебника с мощным магическим отпечатком, Такэно и Драко тут же переместились туда. Один взмах волшебной палочки и хронокандалы оказались на запястьях путешественника, как раз в тот момент, когда он поднёс руку к маховику. В этой точке он планировал проверить, сможет ли переместиться на несколько месяцев.       Аврорат забрал преступника и предоставил Такэно копию протокола допроса. Он планировал переместиться в прошлое и помочь японским магглам выиграть во Второй мировой войне. Свихнувшийся псих, он преследовал эту цель исключительно ради забавы, не имея никаких других мотивов. Хорошо, что механика времени была крайне сложной и усилить маховик быстро было невозможно. - Опять война... - Нарцисса фыркнула с отвращением. - Не приносит ничего, кроме смерти. Что случилось с тем маховиком? - Он был уничтожен, как и все остальные маховики. Слишком опасная магия и слишком большая власть в руках одного человека. Я рад, что магическое сообщество решило их запретить. - Драко, твоя работа в Японии впечатляет. Как твоих сил хватало ещё и на преподавание, я даже не могу представить... Хогвартс ощущается тихой гаванью, после всего этого?       Драко не стал упоминать при Нарциссе о попытке взлома в запретной секции. Он хорошо знал, что как бы матери не утверждали, что хотят знать всё о жизни своих детей, на самом деле они хотят верить, что их дети в безопасности и счастливы, а лишние переживания им совершенно ни к чему. - Конечно. Хотя, признаюсь тебе, за десять лет я привык к такому образу жизни. Теперь мне нужно привыкнуть к новому месту.       Нарцисса взглянула на часы и сказала: - Уже довольно поздно. Если хочешь, можешь остаться здесь до утра, эльфы приготовят для тебя спальню. - Прости, мама, я вернусь к Тео, он ждёт меня. И его дом значительно ближе к Хогвартсу, оттуда я могу аппарировать с меньшими потерями магической энергии, чем при проходе через твой камин. Я учу подростков, силы в этом никогда не бывают лишними. - Он ухмыльнулся. - Помни, ты всегда желанный гость в моём доме. - Улыбнулась ему Нарцисса. - Я хочу ненадолго зайти в библиотеку перед уходом, забрать свой экземпляр Истории магии. - Ты снова вспомнил о ней? Ты так любил её в детстве... Воспользуйся каталогом на входе, он левитирует её к тебе.       Через десять минут Драко вернулся в гостиную с несколькими томами, обнял свою мать и двинулся к камину. Он набирал летучий порох в момент, когда Нарцисса заговорила вновь. - Через несколько недель настанет день ежемесячного визита к твоему отцу. Возможно, ты бы хотел увидеть его. - Голос его матери звучал неуверенно.       Рука Драко замерла над горшком с летучим порохом. Спустя несколько секунд неловкого молчания, он всё же ответил Нарциссе. - Я обещаю об этом подумать. Доброй ночи, мама.       Он вошёл в камин, бросил порох себе под ноги и исчез в вихре зелёного пламени.

***

      Гермиона сидела у камина в своей гостиной с бокалом вина, проверяя письменный срез знаний учеников. Она была просто обязана проконтролировать, не забыли ли они все заклинания, что они учили, за лето и была очень воодушевлена, когда раздавала им задания. Ученики её радости не разделяли.       В это время гриффиндорка увидела, что её магический блокнот открылся, выпуская из себя небольшой лучик света. "Точно, Пэнси..." - подумала она.       Гермиона зашла в теплицы к Невиллу после прогулки с Малфоем возле озера. Её друг всё еще был довольно мрачным и когда Гермиона спросила, какие у него планы на пятницу, он ответил ей довольно напряжённо, хоть и пытался сдерживать своё раздражение:       "Если ты планируешь пригласить меня на очередную змеиную тусовку, передай Тео, что эту пятницу я проведу у себя дома."       Это прозвучало довольно резко и Невилл тут же извинился за свой тон. Гермиона спросила у него, как он сейчас и может ли она чем-то помочь. Он смягчился, предложил ей выпить чая и они немного поговорили о том, что произошло в запретной секции ночью. Видимо любой разговор, не имеющий отношения к Пэнси, уже облегчал его жизнь.       Теперь же Гермиона стояла возле своего блокнота, в котором острым почерком Пэнси было выведено короткое сообщение: "Узнала?"       Она не знала, стоит ли на него отвечать. У неё было ощущение, будто она в любом случае предаст одного из своих друзей, ответит она или нет. Набравшись смелости, она написала Пэнси, что Невилл будет дома и произнесла вслух: - Они достаточно взрослые. Пусть поговорят и во всём разберутся.       На самом деле она не смогла этой фразой убедить даже себя, ведь она слышала их ссору и понимала, что эти взрослые уже два года не могут разобраться в том, что происходит между ними. Но так груз вины хоть немного спадал с её плеч. Что-то подсказывало девушке, что она поступила правильно.