Исчезновения в запретной секции

      Следующие несколько дней прошли довольно спокойно. В пятницу за завтраком в Большом зале Драко протянул Грейнджер книгу по истории магии. В её глазах отражался трепет, сравнимый с его собственным, когда он держал в руках редкое интересное издание. Она провела пальцами по корешку и обложки и с придыханием сказала ему:       "Спасибо."       Одно простое слово электрическим разрядом пробежало по его венам. Он обожал книги, собирал все, которые только возможно, в своей личной библиотеке, но никто из тех, с кем он дружил никогда не разделял этого тепета.       Стоп. В его голове тут же пронеслись слова Тео о том, что если он позволит себе, Грейнджер может стать и его подругой. Неужели они с ней переходят на этот этап? Всего неделя прошла с момента их первой неловкой встречи, а он уже даёт ей свою любимую книгу детства и испытывает радость от того, что видет живой огонь восторга и интереса в её глазах. Да и Салазар с этим. Они уже не те школьники, которыми были раньше. Настало то время, когда можно открыто признаться себе в том, что Грейнджер - интересная ведьма. Умная, любящая достойную литературу. Она была хорошим собеседником и Драко решил, что позже он обязательно обсудит с ней это первоиздание.       В субботу они вновь патрулировали школу, находя то тут, то там, целующиеся парочки, которые никак не могли разомкнуть объятия после отбоя. Драко не осуждал их, сам был таким. Этот вечер вызывал тёплую ностальгию.       Грейнджер не была бы Грейнджер, если бы практически весь этот вечер не делилась с ним тем, как она восторгается первыми чародеями и манерой изложения Бэгшот в её первой книге. Об этом они говорили и на всех совместных приёмах пищи всю следующую неделю. Тео на это закатывал глаза и говорил, что раньше ему приходилось выносить их занудство по отдельности, но когда они говорили вместе это был отдельный изощрённый вид пытки. Но они лишь смеялись над его едкими комментариями.       Так прошла первая половина второй недели сентября и снова наступил четверг. В десять вечера они вновь встретились с Грейнджер возле главной лестницы. В воздухе возле неё вновь парили две чашки турецкого кофе, зачарованные чарами стазиса, чтобы холод замка не влиял на температуру напитка. Драко взял чашку и Грейнджер подняла на него свои глаза, которые в свете свечей казались золотистым, оторвавшись от бумаг. Он сделал глоток и сказал: - Спасибо. Кофе, как всегда, восхитителен. На этом фоне то, что подают эльфы за завтраком, просто помои.       Гермиона прыснула. - Школа не может позволить себе тратить на кофе большие деньги. Но благодарю за столь высокую оценку моих умений заваривания и выбора зёрен.       Они двигались по коридорам школы, вновь говоря об истории магии. Драко слушал Грейнджер с живым интересом и поймал себя на мысли, что давно не ощущал себя настолько живым во время беседы о науке. Когда девушка замолчала, он спросил у неё: - Грейнджер, а какая твоя любимая книга? Ты знаешь мою, но ничего не сказала о своей.       Гриффиндорка на секунду задумалась. - Магическая или маггловская? - Обе. - Из волшебных, однозначно, "История Хогвартса". Она была первой, которую я прочитала после прихода из Косой аллеи. Тогда я всю ночь не могла уснуть и сидела с фонариком под одеялом, чтобы мама не зашла ко мне в комнату и не отобрала её увидев, что я не сплю. - Драко хмыкнул и ухмыльнулся. Ещё бы Грейнджер спала, получив новые интересные книги. Его реакция не осталась незамеченной. - Брось, Малфой, нежели ты никогда не читал посреди ночи? - Читал, и не раз. И моя мать тоже была от этого не в восторге. - Он улыбнулся ей и сам удивился тому, как за столь короткое время это стало возможно и настолько легко, открыто улыбаться в разговоре с этой девушкой. - А какая любимая из маггловских? - "Автостопом по галлактике". Слышал о ней? Ты вообще читал маггловскую литературу когда-то? - Смущённо спросила гриффиндорка. - Об этой книге ещё не слышал, но я читал книги магглов. Больше классическую литературу, по правде говоря. "Ярмарка тщеславия" и "Сага о Форсайтах" есть в моей личной библиотеке.       Девушка напротив пыталась сдержать удивление, но ее расширившиеся глаза выдавали её. Драко взглянул на неё и спросил: - Знаешь, раз уж я дал тебе почитать свою любимую книгу, быть может ты одолжишь мне "Автостопом по галактике"? - Удивление девушки стало более заметным. - Ты правда хочешь её прочесть? - Да, что тебя удивляет? - Знаешь, в ней магглы описывают межпланетные путешествия. - Я понял это из названия. - И тебе интересно? - Если ты спросишь меня об этом ещё раз, я, пожалуй, засомневаюсь. Ты же вроде говорила, что она твоя любимая, с чего столько вопросов о моём желании её прочесть? - Меня удивляет то... Что тебе интересен взгляд маггловского автора на космос. - Если и доверять кому в плане выбора книг, то определённо тебе, Грейнджер. Раз уж твой вкус так хорош, что ты разделяешь мою любовь к "Истории Магии", то я могу довериться тебе и прочитать твою любимую книгу.       Грейнджер улыбнулась ему и оставшуюся часть патрулирования она увлечённо рассказывала ему об этой книге, тонкости юмора автора и бесконечной глубине текста. Драко поймал себя на мысли, что Грейнджер выглядела невероятно в моменты, когда была сильно чем-то увлечена. Он позволил этой мысли задержаться в своём сознании дольше нескольких минут.       Когда патрулирование подошло к концу, они вышли на задний двор Хогвартса. Она достала сигарету из своей пачки, а Драко поджёг её от своей палочки, сделав тоже самое со своей. Они смотрели на звёзды и курили, когда Грейнджер произнесла: - В следующий четверг - мой День рождения. Будут Тео, Блейз, Пэнси, Невилл... - на этом имени девушка почему-то запнулась. - Ну и Гарри с Джинни. Я хотела бы отпраздновать после нашего дежурства. Ты присоединишься к нам?       Вопрос прозвучал очень легко, но Драко почувствовал, что он не выдыхает немного дольше обычного. Он выпустил табачный дым из своих лёгких и посмотрел на Грейнджер. Она действительно только что пригласила его? И что ему, милостивый Салазар, теперь с этим делать? Он хотел пойти, так просто и легко "да" могло слететь с его уст, но тут он представил себя в компании Избранного и его тело напряглось. Что делать ему в обществе двух героев войны, на которой он был по другую сторону? Ощущение лёгкости в компании Грейнджер последние дни растворилось в выдыхаемом им воздухе. Что ответить ей? - Уизли в этом году решил пропустить праздник? - О, Мэрлин, и это именно то, что он решил сказать в этой ситуации? - Рон сейчас на сборах Чайлейских конониров, он у них вратарь, хотя, возможно, ты слышал об этом, если интересуешься квиддичем. - Конечно, Драко слышал об этом. Команда вечных неудачников, последние строки в турнирной таблице. Что ж, неудивительно, что после школы Уизли выбрал именно её. - Через две недели у них матч с Паддлемер Юнайтед, потому в этом году он не придёт. - Грейнджер уничтожила остатки сигареты невербальным и повернулась к Драко. - После патрулирования я аппарирую нас ко мне домой. И, ради Мэрлина, захвати с собой хорошее настроение. Я уже знаю, что ты умеешь смеяться. Доброй ночи, Малфой.       И она аппарировала прочь. Драко ощущал, как удивление и растерянность сковали его, словно цепями. Она даже не рассматривала вариант, что он не пойдёт. Просто сказала, что в следующий четверг они вместе отправятся к ней домой. Гриффиндор, Когтевран, Пуффендуй и и грёбаный Слизерин, дайте ему сил. Он действительно хотел пойти. И засунул мысли о том, что, возможно, ему не следовало бы этого делать, на задворки своего сознания.

***

      Тео сидел за барной стойкой ночного клуба в магическом Лондоне. Драко отказался присоединиться к нему после дежурства с Грейнджер, но он ощущал острую необходимость выбраться куда-то из своего коттеджа, скука всегда толкала его на приключения. Когда он предложил Драко пожить у него, Тео думал, что холодные щупальцы одиночества хоть ненадолго перестанут сдавливать его горло и сердце, но это была не та близость, которой ему хотелось.       Последние несколько лет Тео избегал отношений. Все его попытки найти себе пару после обучения в Хогвартсе заканчивались одинаково. Самыми долгими были отношения с Бенджамином. Они встречались два года, было неплохо, в какой-то момент ему даже казалось, что он влюблён. С Беном было тепло и секс был потрясающим. Но всё это время Нотт будто не дышал. Он ощущал, что обманывает парня, который, судя по всему, действительно любил его и хотел быть с ним. Потому Тео отпустил его. Расставание было болезненным, привычка оказалась серьезным препятствием в завершении их отношений, но Тео всё равно ощутил облегчение. Ведь больше ему никого не нужно было обманывать.       Он опрокинул в себя очередную порцию Огдена и двинулся на танцпол. Неоновый свет огней, музыка, опьяняющая не хуже виски, люди, слившиеся в экстазе. В такие моменты он чувствовал себя живым. Тео обратил внимание на смуглого парня в центре зала, он был без рубашки, в чёрных облегающих маггловских джинсах. Он был божественно сложен, при каждом движении его мышцы перекатывались под светом сафитов, а косые мышцы его преса соблазнительно уходили под низко опущенные штаны. Тео направился к нему и стал танцевать с ним рядом. Парень лукаво улыбнулся ему и начался их совместный танец, больше похожий на соблазнение. Парень повернулся к нему спиной, покачивая бёдрами в такт музыке возле его паха, а Тео положил руки ему на талию, двигаясь дальше по телу, нежно, едва уловимыми касаниями пройдясь по прессу и грудным мышцам. Спустя несколько минут парень развернулся к нему лицом, положил руки к нему на плечи, наклонился к уху и сказал: - Я - Дилон. - Тео. - Представился в ответ Нотт, лукаво улыбнувшись.       Их танец продолжался ещё несколько минут, и вот уже язык Дилана был во рту Тео и они уже не стесняясь прикасались друг к другу. Вечер складывался как нельзя лучше, не каждый раз ему везло так быстро найти человека, который готов трахаться прямо в туалете ночного клуба спустя полчаса после знакомства, но новый знакомый уже тянул его за руку, уводя с танцпола.       И вот они уже в тесной кабинке туалета, рот парня творит совершенно невероятные вещи с шеей Тео, проходясь от области за ухом к ключице, именно так, как Тео чертовски нравилось. Нотт притягивает его к себе, жадно целуя в губы, пытаясь дотянуться своим языком до нёба парня. Вновь проходится руками по его прессу, плавно опуская руки в низ, ощущая своим бедром каменную эрекцию, прижатую к нему. Проходится рукой вверх-вниз по его члену, в отчаянной попытки почувствовать хоть что-то.       Дилан отвечает на его прикосновение стоном прямо в поцелуй и опускает руку на пах Тео. Нотт чувствует, что краснеет еще сильнее, а в горле поднимается волна отвращения: ни то к самому себе, ни то к ситуации, ни то к ни в чём неповинному Дилану, который хотел хорошо провести с ним время. Его собственный член вообще никак не реагирует на их ласки. - Быть может, - начинает Дилон с лукавой улыбкой, - я могу помочь тебе ртом? - Нет. - Слетает с губ Тео быстрее, чем он успевает задуматься над предложением парня.       Дилан легко отталкивается от Тео с разочарованным вздохом. Улыбка сходит с его лица. - Не знаю, кого ты пытался забыть со мной, милый, но видимо он чертовски сильно засел у тебя в сердце. - Тео отворачивается от него. - Знаешь, когда-то я сам был на твоём месте. Пытался забыть любовь в объятиях других людей. Но это дерьмо так не работает. Хочешь совет. - Тео покачал головой, но Дилан всё равно продолжил. - Сначала реши все вопросы с этим парнем, а потом заводи новые знакомства. Не трать попусту время других людей и не причиняй себе ещё большую боль.       Дверная кабинка хлопнула и Тео остался один. Он вышел из неё вслед за Диланом и направился к ближайшей от клуба точке аппарации.       "Да пошёл ты нахуй со своими советами! - проносилось в голове у Тео. - Мог бы, давно бы шарахнул себя обливейтом, чтобы забыть его..."       Сколько бы он не пытался выбросить его из головы, сколько бы не находил похожих мужчин, чтобы хоть на мгновение почувствовать себя в его объятиях. Сколько бы раз не пытался завести с ним разговор, сколько бы не намекал на свои чувства, его друг только отшучивался на это. Он не мог применить к себе обливейт только потому, что тогда ему придётся вычеркнуть из своей жизни не только его, но и всех своих близких, ведь они были связанны. - Салазар тебя забери, чёртов Блейз Забинни! - Крикнул Тео в пустоту ночной улицы и исчез с треском аппарации.

***

      В воскресенье Гермиона проснулась уже за полдень. За окном тихо шуршал осенний дождь, небо было тяжелым и серым. Гермиона потянулась в кровати и обрадовалась, что сегодняшний день не был рабочим. Занятия давались ей намного легче в хорошую погоду. Она даже зачаровала окно в своем кабинете, чтобы хоть как-то справляться с Британской сыростью. В детстве она очень любила дождь, но несколько летних каникул, проведенных с родителями в Австралии, после того, как ей и колдомедикам из Мунго удалось восстановить их память, поменяли её представление о хорошем климате.       Несколько лет назад Джинн и Джон Грейнджеры всё же вернулись на окраину Лондона, возобновив там свою практику. Они жили в уютном белом доме с большой верандой и панорамными окнами, любовь к которым зародилась у них за время жизни на южном континенте. Они хотели быть поближе к дочери и чаще видеться с ней. Воскресенья Гермиона часто проводила у них.       Решив, что завтракать уже поздно, Гермиона приняла душ, оделась в тонкий свитер бежевого цвета, чёрные лосины и высокие ботинки в тон и направилась к своему камину. - Дом Грейнджеров. - Произнесла девушка и зелёное пламя поглотило ее.       Подключить дом родителей к каминной сети было делом не простым, так как они не были магами и Гермионе пришлось несколько месяцев обивать пороги Министерства, чтобы добиться этого. Она неоднократно писала обращения в Визенгамот об упрощении процедуры для родителей магглорождённых волшебников, но их отклоняли, даже не удосужившись с ними ознакомится. Некоторые устои волшебного мира пошатнуть было сложнее, чем заставить Волан-де-Морта пасть.       Гермиона вышла из камина и почувствовала нежный запах лимонного пирога. Дома у родителей было теплее, чем у неё дома, она предпочитала более низкую температуру, но в этом месте как будто не могло быть иначе. Девушка улыбнулась матери, которая выглянула из кухни в фартуке, вытирая руки полотенцем. - Доченька! - Джин улыбнулась ей в ответ. - Твой любимый пирог почти готов.       Гермиона подошла к ней и обняла. - Привет, мам. Я подожду. Где папа? - Джон на верху, в своём кабинете. Позовёшь его к чаю? - Да, конечно.       Гермиона поднялась наверх, дверь была не заперта. Кабинет отца, как и её собственный дома, больше напоминал библиотеку. По двум сторонам от входа, от пола до потолка располагались два книжных стеллажа. Девушка знала, что справа располагалась только учебная литература по медицине, а слева - художественная литература, отобранная каждым членом семьи.       Гермиона тихонько откашлялась, чтобы обратить внимание Джона на себя. Он оторвал взгляд от ноутбука и посмотрел на свою дочь, улыбнувшись так тепло, как Гермиона помнила с детства. Будто она - весь его мир и самая большая радость, которую мог увидеть Джон. - Гермиона, солнышко. - Отец встал из-за стола, подошёл к девушке и обнял её. - Я увлёкся выбором места для рождественского отдыха и не заметил, что уже почти час. Ты давно здесь? - Только пришла. - Гермиона улыбнулась отцу. - Мама зовёт нас пить чай, но по ощущениям, я бы уже не отказалась от обеда. - Я тоже с удовольствием пообедаю раньше. Пойдём вниз? - Через минуту. Я хотела бы взять "Автостопом по галлактике". Обещала дать почитать её своему... - Гермиона растерялась всего на мгновение, но бровь ее отца уже поднималась над оправой его очков, а улыбка становилась заговорческой. - Коллеге. - Этот коллега не женат? - Папа! Я просто сомневалась, какое слово употребить: друг или коллега. Мы не так давно начали нормально общаться и я ещё не знаю, как именно трактовать наши отношения. - Я просто шучу, дочка. - Джон похлопал её по плечу. - Обещаю, разговоров в духе: "Часики тикают!" на сегодня не запланировано.       Отец развернулся к шкафу и извлёк из него любимую книгу своей дочери. Он посмотрел на обложку с нежностью и Гермиона почувствовала, как легкая грусть сдавливает её грудную клетку. - Это та, которую я подарил тебе в 13. Мы тогда ходили с тобой на книжную ярмарку и ты просто вцепилась в неё, помнишь? Как хорошо, что некоторые вещи из нашего прошлого всё же удалось сохранить, несмотря на временные трудности с нашей разлукой.       Гермиона почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Вина съедала её все эти годы. Она знала, что в тот момент иначе поступить было нельзя, ей нужно было спасти своих близких от всех тех ужасов, через которые ей пришлось пройти. Но она могла поговорить с ними, всё объяснить, а не стирать их память без разрешения. - Гермиона. - Отец взял её за руку. - Не вини себя. Ты сделала то, что считала правильным. И если бы ты спросила у нас с матерью, тогда мы бы всё равно не согласились, подвергнув тебя и себя большой опасности. - Словно прочитав её мысли сказал отец. - Я рад, что в тот год ты могла не тревожиться хотя бы о нас. Пошли к столу, я приготовил замечательную рыбу сегодня утром.       Остаток дня девушка провела в тепле отчего дома, полностью отдаваясь ощущению того, каково это, быть дочерью. Её кормили, делились с ней последними новостями, спрашивали, как у неё дела, рассказывали о своей работе и с интересом слушали про её.       И пусть старый дом Грейнджеров уже давно им не принадлежал, в этом месте Гермионе удавалось вновь почувствовать себя маленькой девочкой. Всё таки дом это не место, а люди.

***

      Драко сидел за преподавательским столом в Большом зале, выбирая завтрак. Выбирал он сегодня дольше обычного, ведь его стандартным завтраком много лет была овсянка, два сырных тоста с ветчиной и глазунья. На самом деле, мнимым выбором он старался скрыть свою нервозность. Он провёл в размышлении о дне рождения Грейнджер все выходные. Тео был не в настроении весь день и просто отмахнулся от него, когда тот спросил, считает ли он уместным появление Драко на празднике.       Позднее он пытался связаться с Пэнси по каминной сети, чтобы она помогла ему с выбором подарка, ведь она точно знала Гермиону лучше, чем он, но подруга так ему и не ответила. Он попытался связаться с Блейзом. Честно, Драко сам не знал, зачем. Выбирать подарок по совету мулата, любящего неуместно пошутить, было заведомо проигрышным делом, да и за моральной поддержкой относительно своих душевных терзаний всегда было лучше обращаться к Тео (кроме сегодняшнего дня, пожалуй). Забинни ответил ему, показавшись в камине в полурастёгнутом халате на голое тело, сказав, что всю оставшуюся часть воскресенья он планирует провести в объятиях шикарной ведьмы, чего желает и Драко, а все дела могут подождать до понедельника.       И вот понедельник настал и Малфою предстояло встретиться с причиной своего беспокойного выходного вновь. Мысленно, он несколько раз давал себе пощечину и призывал не вести себя как ребёнок, но вряд ли цена работы целителя разума была бы такой высокой, если бы подобные аргументы действительно работали. - Доброе утро, Малфой. - Драко вздрогнул от звука голоса Грейнджер, он так глубоко закопался в собственные мысли, что не заметил её прихода. - Прости, я не хотела тебя напугать. Тяжелое воскресенье? - Ты даже не представляешь, насколько. - Ответил Драко, подняв глаза на девушку. - Твой сосед по дому опять не в духе? - Как ты узнала? - Тео пропускает завтраки только если утопает в душевных страданиях, как и Невилл. Сегодня нет их обоих. - И что случилось с этими двумя? - Ну, у Тео ты мог бы спросить и сам. - Гермиона подняла бровь, лукаво улыбнувшись, а Малфой в очередной раз дал себе пощечину за то, что не додумался до этого, слишком зациклившись на приглашении Грейнджер. - А насчёт Невилла... Не знаю, что с ним происходит.       У Драко сложилось впечатление, что девушка не договаривает, но ему было откровенно говоря плевать на Лонгботтома, потому он решил обойтись без язвительных комментариев о её неосведомлённости. - У меня кое-что есть для тебя. - Она протянула ему книгу в синей обложке. - Как обещала.       Драко взял из её рук книгу и их пальцы слегка соприкоснулись в этот момент. Драко в который раз удивился тому, что это так просто, касаться Грейнджер, будто они всю жизнь были друзьями. Будто он был частью ее компании со Святым Поттером и Королём Уизли. Он посмотрел ей в глаза, в которых танцевали огоньки азарта и заинтересованности. Она хотела дать ему книгу и ей было интересно узнать его мнение, он был уверен. - Спасибо, Грейнджер. Не сомкну глаз, пока не прочту. - Он вернул ей улыбку. - Я даже не сомневаюсь! Она немного детская, но всё равно потрясающая. Я буду ждать твой отзыв.       В этот момент Драко принял окончательное решение, что пойдёт на её праздник и даже определился с подарком, ведь не могло быть ничего более очевидного.

***

      Первый урок у Драко был с шестым курсом. Он вошёл в аудиторию вместе со звонком, прошёл между рядами учеников и развернулся к ним возле своего стола. Ученики смотрели на него во все глаза и воздух был буквально наэлектризован от напряжения. Драко сложил руки на груди и произнёс. - Сегодня мы с вами будем изучать защитные контрзаклинания к базовым проклятьям. Сначала - теория, после мы переместимся в тренеровочный кабинет для отработок. - С третей парты раздался смешок, исходивший от Трэвиса Бута, студента Гриффиндора. Драко повернулся, смерив его строгим взглядом. - Что именно показалось вам смешным, мистер Бут? - То, что именно вы будете обучать нас бороться с проклятьями. - Хмыкнув, ответил Трэвис.       Неприятный холодок прошелся по спине Малфоя. - Это моя обязанность в качестве вашего преподавателя защиты от тёмных искусств. - На этих выходных я получил письмо от отца. Ещё в первый день ваша фамилия показалась мне смутно знакомой. - Драко возвёл щит окклюменции, почувствовав, что холод перемещается от его спины прямо к сердцу. - Он сказал мне, что вы - тот самый Малфой, который сражался на стороне Волан-де-Морта и пытался убить Дамблдора. - Парень не сдерживал саркастической ухмылки на своем лице, а по аудитории прошёлся гул щёпота. - Вам не кажется ироничным, профессор, что кто-то вроде вас обучает нас бороться со злом? - Трэвис. - Дёрнула его за рукав Ханна Скотт, сидевшая с ним за одним столом, на что Бут просто отмахнулся от неё.       В аудитории повисло молчание. Драко знал, что однажды этот день настанет. Знал, что обязательно кто-то из детей тех, кто участвовал в этой войне на стороне света напишет родителям или найдёт вырезку с его фотографией во время суда из Ежедневного пророка. Он знал, что однажды ему придётся ответить на подобный до безумия наглый и отвратительный вопрос. И он знал, что от его ответа будет зависеть, как именно сложится его преподавательская карьера в Хогвартсе после этого. Мысленно, он поблагодарил Мэрлина за то, что студенты были еще не столь опытными магами, чтобы различить по глазам, использует ли человек перед ними окклюменцию и заговорил: - Да, мистер Бут, я был Пожирателем Смерти.       После этих слов все ученики стали натянутыми, как струны, прозвучали несколько вздохов. Трэвиса же будто ещё больше завела реакция его преподавателя. - И зачем же вы здесь, профессор? Чтобы обратить нас в свою веру под прикрытием того, что учите нас защищать себя? - Я не могу изменить прошлого. - Продолжил Драко. - И я никогда не сталкивался ни с чем более отвратительным в своей жизни, чем полоумный убийца, возомнивший себя и свои убеждения мерой всего. Больше всего на свете я желаю, чтобы никто из вас никогда не столкнулся с таким выбором, с которым пришлось столкнуться мне: пожертвовать своей жизнью и жизнями своей семьи, но умереть с достоинством или примкнуть к рядам кровожадных монстров, желающих поработить весь магический мир и уничтожить при этом его половину, но сохранить свою собственную жизнь. - Внимание всей аудитории было приковано к Драко и никто будто даже не решался дышать. - Когда-то Волан-де-Морт был таким же студентом Хогвартса, как и вы сейчас. Ходил на те же занятия и лишь укреплялся в своих тёмных, отвратительных мыслях, набирая первых сторонников. Я столкнулся с последствиями его решений. Защита от тёмных искусств - не просто предмет о том, как отразить тёмную магию. Для меня он ещё и о том, чтобы понять её разрушительную природу и осознать, какую плату понесёт тот, кто решиться применять её в своей жизни. Она раскалывает душу, проникает в магическое ядро волшебника своими ядовитыми щупальцами, заставляет его биться в агонии требуя ещё и ещё до тех пор, пока не сведёт его с ума и не уничтожит. Вот почему я преподаю, мистер Бут.       Решимость стерлась с лица Трэвиса, на щеках проступил румянец. Он отвёл взгляд от Драко и перевел его на свои руки, сложенные на столе. - А теперь, откройте учебники на странице 25. - Драко взмахнул волшебной палочкой и стопка книг "Расширенный курс по защите от тёмных искусств" поднялась в воздух, пролетая между рядами, располагая по одной книге на стол. - У вас есть 30 минут на самостоятельное изучение теории, которую я дополню своей лекцией после. И приготовьтесь к использованию ваших палочек. Контрзаклинания требуют мощной светлой магии, для этого вам придётся отыскать эту силу внутри себя. Время пошло.       Ученики молча принялись за работу. Зашуршали страницы учебников, перья заскрипели, скользя по пергаменту. Драко перестал использовав окклюменцию, потому что понял, что верит в каждое сказанное им слово, а значит сможет пережить этот день при помощи этой устойчивости, не истощая свой магический ресурс сложной магией. Он много раз сталкивался с тёмной магией и намеревался показать своим студентам, что она творит с волшебником. Он знал, что тьма также неизбежна, как и свет, а значит он должен научить их противостоять ей.       Впервые, спустя долгие годы своего преподавательского пути всего один ответ на неуместный вопрос наконец помог осознать ему, что он на своём месте.

***

      Слухи разносились по школе быстрее, чем Хогвартс экспресс несётся сюда на первое сентября, Драко знал это давно. Но что буквально к концу дня вся школа будет знать о его диалоге с Бутом, он не рассчитывал. Ученики оглядывались на него, в их взглядах читалось разное: уважение, страх, восхищение, но иногда и отвращение.       Он уже подходил к точке аппарации, когда услышал за своей спиной: - Малфой, стой!       Он обернулся и увидел перед собой Грейнджер. Она уже сняла преподавательскую мантию и была в брючном костюме цвета красного вина, дополненном чёрной блузкой, сверху украшенной тонкой лентой, завязанной бантиком на её шее. Чёрные лодочки на высоком каблуке дополняли этот образ и Драко подумал, что их, должно быть, держали очень мощные амортизирующие чары, потому что он не мог даже представить, как она работала в такой обуви целый день. "Привлекательная..." - нашёптывало предательское подсознание, которое Малфой в очередной раз послал ко всем чертям, пытаясь остановить кровь, которая устремлялась вниз от его сердца. Может он зря отказался пойти в клуб с Тео в эту субботу... - Я слышала о той наглости, которую позволил себе Бут на твоём уроке. Я была лучшего мнения о нём до сегодняшнего дня. - Он сказал правду, Грейнджер. А я ответил ему на это своей. - В любом случае, такое выяснение отношений с преподавателем неуместно и я хочу написать его отцу письмо о том, что если они имеют какие-то претензии к педагогическому составу, они могут составить жалобу директору школы, а не обсуждать при полной аудитории... - Грейнджер. - Драко аккуратно прервал ее. - Не делай ничего, пожалуйста. Мы поговорили с ним и всё выяснили. Думаю, что мой ответ был предельно ясен и я сомневаюсь, что подобные ситуации повторяться впредь. А если и повторяться, единственный, кто должен решать, как с этим быть, это я. И я смогу выстоять перед школьником. - Прости. - Девушка стушевалась. - Я не ставлю под сомнение... То есть, я не хотела, чтобы ты подумал... В общем, я не сомневаюсь в тебе, Малфой. Просто хотелось тебя поддержать. "Хотела поддержать меня? - подумал он. - Да блядь, Грейнджер, мы что, всё таки друзья? Надо срочно выпить с Тео, иначе, клянусь Мэрлином, события этого дня я не переварю..."       В слух же он сказал: - Спасибо, Грейнджер. - Это правда, что ты обещал Буту продемонстрировать, как тёмная магия разлагает человеческое тело прямо в аудитории? - О, Салазар, моя беседа с ним уже обрастает легендами. - Они посмотрели друг на друга и засмеялись. - Конечно же нет, Грейнджер, я в своём уме. Но я действительно упоминал о том, как она влияет на человека. - Это слухи, завтра может оказаться, что ты продемонстрировал в аудитории аваду и показал им раскол собственного магического ядра. - Девушка улыбнулась ему и он почувствовал, как уголки его губ потянулись вверх, отвечая ей взаимностью. - Ну, я пойду. - Она сделала шаг назад. - Хочу зайти в теплицы к Невиллу, мы редко виделись в последнее время. Хорошего вечера и передай Тео, что я хочу заглянуть к нему в пятницу вечером. - Гриффиндорка сделала паузу. - Если ты не против, конечно, что я приду к вам на ужин. - Конечно не против. - Постарался сказать Драко максимально будничным тоном, будто они каждый вечер ужинали вместе. - До завтра. - До завтра, Малфой.       Гермиона развернулась и направилась по коридору к противоположному выходу из школы, который вёл в теплицы. Её походка на каблуках была уверенной, а задница потрясающе смотрелась в этих брюках. Драко пришлось вновь отогнать похабные мысли и напомнить себе, что они теперь вроде как друзья и даже эта конструкция в их отношениях ещё не была устойчивой. А ведь друзей не трахают, он же не занимался сексом с Пэнси.       "Ох, Салазар, к чему вообще эти сравнения? Пэнси - почти как сестра, это абсолютно другое. И вообще, я не думаю о Грейнджер. Это просто долгое воздержание. Блядь, обязательно нужно последовать совету Блейза и расслабиться с какой-нибудь симпатичной ведьмой."       С этими мыслями Драко аппарировал в коттедж Тео. Его друг сидел за столом с своём кабинете и с отсутствующим выражением лица проверял эссе студентов. Драко молча достал бутылку Огдена из его бара, разлил виски по стаканам и поставил один перед Тео. - Если не хочешь говорить, что с тобой происходит - не говори. Но помни, когда ты будешь готов, я твой друг и готов услышать от тебя что угодно. - Тео фыркнул, но Драко оставался серьёзным. - А теперь, давай выпьем. Уверен, ты уже слышал, что у меня тоже был дерьмовый день. Даже молчать легче вместе.       Они пили молча до тех пор, пока не осушили полбутылки огневиски и Тео не вырубился, опираясь на спинку дивана. Драко отлевитировал его в спальню и накрыл пледом. Он подумал связаться с Блейзом по каминной сети и предложить ему выбраться куда-нибудь всем вместе на выходных, но решил, что сделает это позже. Кто знает, что именно было причиной страданий Тео. Необходимо было это выяснить, чтобы понять, как ему помочь.