Исчезновения в запретной секции

Пролог

Август 2013

      Август подходил к концу, освещённый солнцем небосвод уступал место тяжёлым тёмным тучам. В вечернем воздухе ощущалась прохлада. Вдыхая его на небольшой террасе своего дома в Хогсмите, Гермиона чувствовала облегчение. Она не любила летнюю жару и избыток свободного времени, который лето приносило вместе с ней. Студенты были на каникулах, коридоры Хогвартса пустели и появлялось слишком много пространства для размышлений о том, как складывалась её жизнь.       Нет, нельзя сказать, что она была полностью ей недовольна. У неё был свой дом с обширным садом, любимые друзья и работа. После войны профессор Флитвик ушёл на пенсию и Гермионе предложили занять его место в Хогвартсе. Подумав несколько недель, умнейшая ведьма своего времени согласилась. Тогда она думала, что преподавание - временное решение. Она так устала от войны, от мыслей о том, как выжить, сохранить жизнь Гарри и остальных близких, что в действительности не знала, чего она хочет - от карьеры, да и от жизни в целом. Годы до этого мысли были заняты другим. Но ведь нет ничего более постоянного, чем временное, правда?       Гермиона полюбила преподавание всей душой. Она часами пропадала в библиотеке, совершенствуя учебную программу Чар, наполняя её, исходя из требований времени. Война повлияла на нее. Она решила сделать своих учеников готовыми к новым битвам, если они снова постучат в двери волшебного мира. Когда Волан-де-Морт вернулся, они были не готовы и знания, необходимые для победы, доставались Гермионе кровью, потом и слезами. Она не хотела такой же судьбы для других. Когда она принесла новую программу на рассмотрение директору Макгонагалл, вместо привычного строгого взгляда профессора девушка увидела безграничную печаль в ее глазах. Программа была одобрена и внедрена в обучение, а Гермиона продолжала пропадать в библиотеке.       В один из таких вечеров, окруженная книгами, она отвечала на письма Гарри, Рона и Джинни, как вдруг ощутила невероятную тоску. “...душа сухая, как страницы учебников, к которым она привязана навсегда.” - Прозвучал в голове голос из прошлого.       С того вечера в библиотеке прошло уже более 10 лет, но её самой частой компанией всё ещё были книги. В преподавании ей не было равных, как утверждала Макгонагалл (сама Гермиона так не считала), но в такие вечера, как этот, она особенно ощущала одиночество.       Гарри, Рон и Джинни всё ещё были её лучшими друзьями. У Поттеров уже было трое детей, Гермиона была их крестной матерью. У Рона и Парвати было двое. А у Гермионы был Живоглот. Старый книзл жил свою необычайно долгую и счастливую жизнь, периодически душил корнуэльских пикси, которые залетали в сад, и приносил трофеи Гермионе на подушку. Гермиона убеждала себя в том, что такой порядок вещей её устраивает. И это срабатывало почти всегда, исключая вечера, подобный этому, когда в воздухе уже ощущалось легкое касание осени, приближался новый учебный год и остро ощущалось течение времени. Но её всё устраивало. Ведь если повторять себе это почаще, обязательно поверишь.       Её отвлекла белая сова, приземлившаяся на перила террасы. К её лапке было привязано письмо с монограммой “ММ”. Гермиона дала птице лакомство, ласково пригладила ей перья и, довольно заухав, сова улетела назад. Видимо, письменного ответа директор не ждала. Внутри конверта была небольшая записка: “Гермиона, на нашу вакансию преподавателя Защиты от темных сил откликнулся лишь один волшебник. Я хочу, чтобы ты ознакомилась с его резюме и поделилась со мной своим мнением насчёт его кандидатуры. Загляни в мой кабинет завтра утром. с уважением, Минерва Макгонагал”.       “Должность профессора по Защите, вероятно, на самом деле проклята.” - Пронеслось в голове у Гермионы. Никто не удерживался на ней дольше года и все покидали её в мае каждого учебного года в разной степени физической и эмоциональной целостности (или расщеплённости, что тоже случалось). И каждое лето Минерва пыталась найти нового преподавателя на должность, которая обросла мрачными легендами, и, что неудивительно, с каждым годом эта задача становилась всё более сложной, ведь волшебный мир был маленьким и слухи в нём распространялись быстро.       Гермиона сделала последний глоток красного вина, потушила сигарету и отправилась в спальню. Она всегда ощущала тревогу, когда ложилась в кровать по ночам. Война покинула волшебный мир 15 лет назад, но из своей души она её изгнать не смогла. Она возвращалась к ней почти каждую ночь в виде кошмаров.

***

Проснувшись под утро в холодном поту, в очередной раз видя безумные глаза Волан-де-Морта и Хагрида, несущего бездыханного Гарри, Гермиона несколько минут сидела на кровати, обняв себя, повторяя: - Сейчас 2013. Гарри жив. Рон жив. Я жива. Это сон.       Живоглот подбежал к хозяйке и она обняла его. Он мурлыкал, тёрся головой об её шею, а она пыталась прийти в себя. Всё же война не щадит никого. Даже победивших.       После холодного душа и завтрака Гермиона отправилась в Хогвартс пешком. Хоть её, как преподавателя, и не касался запрет аппарации, она часто ходила по знакомой с детства дороге. Сегодня, проходя по ней, она была в очень полярных чувствах. Она ощущала много нежности, связанной с Хогсмидом, но при этом много тоски по давно прошедшим временам юности, которую у них украл сумасшедший волшебник. Подойдя к воротам Хогвартса, она постаралась отогнать эти мысли и направилась в кабинет директора.

***

- Он прекрасно обучен, в Академию защиты от темных искусств во Франции почти невозможно попасть, а он окончил её с отличием. - Гермиона просматривала резюме, не сдерживая своего удивления. - После он стажировался в Махоутокоро (Японская школа чародейства и волшебства, находится в вулкане Фудзияма) и последние 10 лет занимал там должность преподавателя Защиты от темных сил, а 5 лет назад стал деканом одного из факультетов. Профессор, даже факт обучения в Академии вызывает восхищение, не говоря уже о преподавании в учебном заведении со строжайшим отбором преподавателей, включая собеседование под веритасерумом, больше похожее на допрос. В нашем положении он - находка. Вы и сами знаете, что вокруг этой должности в Хогвартсе витают самые мрачные легенды и найти преподавателя с каждым годом становится все труднее. - Гермиона подняла от бумаг удивленные глаза и посмотрела на Макгонагалл. - Профессор… я растеряна. Скажите, почему в нынешних реалиях вы спрашиваете моего мнения по поводу идеального кандидата? - Причиной этому стало прошлое этого человека. Махоутокоро тщательно скрывает имена своих преподавателей и учеников. Когда от этого кандидата поступил запрос на перевод, сначала они прислали мне резюме, не разглашающее конфиденциальных деталей, вроде имени и даты рождения, - сказала Минерва, глядя на Гермиону поверх своих очков, - и я была впечатлена так же, как ты. Я сообщила директору Махоутокоро о том, что резюме этого кандидата заинтересовало нас, и попросила организовать для нас звонок по каминной сети. - Директор явно тревожилась, поправляя рукава мантии. - Когда настал день личной встречи, в камине напротив меня появилось лицо Драко Малфоя.       Гермиона почувствовала, как её тело замерло, а знакомая волна тревоги прошлась по нему электрическим разрядом. Драко Малфой. Последний раз она видела его на повторном суде после того, как они оба закончили восьмой курс и слышала о нем разве что от Тео, который заменил профессора Слизнорта на посту преподавателя Зельеварения. Да и упоминания Тео были очень короткими: “Спасибо, Гермиона, Рождество прошло сносно. Я был в Малфой Меноре, у нас с Драко традиция с детства - проводить праздники вместе”. “Прости, не заметил, как ты зашла, читал письмо от Драко. Этот засранец редко пишет мне, нельзя упускать возможность пообщаться с другом”. “Вот и Драко смеётся надо мной точно так же, как ты, и говорит, что я засиделся без отношений. Будто сами давно устроили свою жизнь! Мне точно следует прислушиваться к таким специалистам по делам сердечным, как вы?”. На восьмом курсе они с Малфоем были старостами школы и год прожили под одной крышей в башне старост. Но это проживание трудно было назвать совместным. Они почти никогда не пересекались в башне, а график патрулирований Макгонагалл составила так, что они всегда были разделены, патрулируя со старостами факультетов. За тот год они перекинулись едва ли 20-30 словами, основными из которых были: “Грейнджер” “Малфой” И вежливыми кивками головы после этого. Для Малфоя это было одним из условий его испытательного срока. После его выполнения, он был обязан покинуть Британию на 14 лет.       Гермиона ещё раз просмотрела его резюме. Оно действительно было впечатляющим. Ему даже предлагали занять должность преподавателя в Академии защиты от темных искусств во Франции, но он отверг предложение, чтобы продолжить преподавание в Махоутокоро. А теперь он хочет преподавать в Хогвартсе… - В этом году срок его запрета на пребывание на территории магической Британии подошёл к концу… - Гермиона вздохнула. На самом деле ей было даже жаль Малфоя. Она стёрла память своим родителям и хорошо понимала, что может чувствовать человек, лишённый возможности вернуться в родной дом. - Да, начиная с 1 сентября, он может вернуться в Британию.       Гермиона вздохнула и отвела взгляд от профессора. Солнце уже высоко поднялось за окном и освещало территорию замка. Даже Запретный лес в это время казался светлым и безопасным. - Он - идеальный кандидат. Нам следует его нанять. Несмотря на его имя и прошлое. Однажды у нас уже работал бывший Пожиратель Смерти. И он был храбрейшим из людей, которых я знала. Профессор Снейп, считайте это комплиментом. - Гермиона повернулась к портрету бывшего директора и улыбнулась ему. Снейп, впрочем как и всегда, не удостоил её ответом. - А я говорил тебе, Северус, что мисс Грейнджер обладает невероятным вниманием к деталям и может заглянуть дальше внешней оболочки. - Сказал профессор Дамблдор с портрета. - Считайте это комплиментом, - и он подмигнул ей. Улыбка Гермионы стала ещё шире. - Пожалуй, это именно то, что я хотела услышать, - сказала Минерва, поднимаясь из своего кресла. - Я сейчас же отправлю директору Махоутокоро сообщение через камин. Профессор Грейнджер, могу ли я расчитывать на вашу помощь в введении мистера Малфоя в курс дел в Хогвартсе?       Гермиона удивилась и новая волна тревоги почему-то прошла по её телу. Она постаралась себя не выдать, но удалось ли это - загадка. Макгонагалл всегда была крайне прозорливой. - Конечно, профессор, - ответила Гермиона. - Мистер Нотт составит вам компанию, всё же они с мистером Малфоем давние друзья. Но ваше участие я считаю обязательным, так как мистер Нотт… не всегда достаточно серьезен. - Это была самая мягкая характеристика Тео, которую можно было придумать. Гермиона улыбнулась. - Спасибо, что пришли, Гермиона. Вы свободны. Передайте мистеру Нотту, что его помощь также понадобится для интеграции нового преподавателя. - Направлюсь к нему сию же минуту, профессор. Могу я воспользоваться вашим камином? - Конечно, Гермиона.       Она набрала горсть летучего пороха, шагнула в камин и произнесла: - Коттедж Нотта. И облако зеленого пламени увлекло её за собой.