Пепел в небе [Aтака Титанов x Класс превосходства]

--- Местоположение: Район Шиганшина, Стена Мария Год: 845, Весна Время: Утро Началась весна. Снег уже растаял, оставив землю мягкой в одних местах и грязной в других. Температура также была идеальной — подходящей для свитеров или футболок, если кто-то чувствовал себя смелым. Я присел на корточки у края рощи, окруженный разбросанными ветками и упавшими прутьями. Они отвалились и погибли за суровую зиму, и я был здесь, чтобы… осмотреть их. Мои пальцы пробежались по куче веток, когда я проверил их сухость, сломав одну между ладонями. Хруст! Чистый разлом, без просачивания влаги. Хорошо. Сухие ветки горели лучше, обеспечивая устойчивое пламя с меньшим количеством дыма. Влажная древесина — пустая трата времени: влага борется с жаром, заставляя огонь шипеть и плеваться. Это элементарная наука, которую любой мог бы понять, если бы уделил ей мгновение на размышления. — ? Слабый стук по моему плечу прервал мое сосредоточение. Я повернул голову и обнаружил, что темные глаза Микасы внимательно смотрят на меня. — Что ты делаешь? — Что ты делаешь? — повторила она, наклонив голову. Ее глаза метнулись к разбросанным вокруг веткам, вопрошая, чем я занимаюсь. Я не ответил сразу. Вместо этого я поднял одну из самых сухих веток и подержал ее. — Ищу самые сухие. Микаса моргнула, затем изменила позу, чтобы показать мне импровизированный рюкзак, который она несла. Он был полон хвороста, связанного вместе и перетянутого тканью. — Эти подойдут? Я изучил ее коллекцию. Большинство веток были влажными, вероятно, собраны с более влажных участков рощи. Они были не идеальны, но могли высохнуть, когда мы вернемся домой. — Сойдут, — сказал я через мгновение. — Они высохнут до того, как тебе понадобятся. Она слегка нахмурилась, ее губы сжались в тонкую линию. — В следующий раз я найду лучше, — пробормотала она себе под нос. Я остановился, наблюдая за ней. У Микасы была эта склонность искать моего одобрения, хотя я никогда не просил об этом. Это было странно, но я еще не был склонен комментировать это. Вместо этого я собрал ветки, которые посчитал достаточно сухими, и положил их в ее рюкзак, дополнительный вес заставил ее слегка сместиться, чтобы отрегулировать равновесие. — Это тяжело для тебя? — Нет. — Ты уверена— — Это не тяжело. Я поднял руки в знак капитуляции, когда Микаса внезапно выпрямилась. — Эрен заснул под деревом. Я видела, как он там лежит, — сказала она, указывая в сторону леса. Я вздохнул, стряхивая грязь с рук. — Там грязно. Он, вероятно, пожалеет об этом позже, — пробормотал я. — Пойдем разбудим его. Микаса кивнула, поправляя лямки своего рюкзака. Затем, без колебаний, она протянула ко мне руку. Я на мгновение посмотрел на нее пустым взглядом. — Ты должна держать меня за руку каждый раз, когда мы куда-то идем? — Это утешает. Я не стал спорить. В этом не было особого смысла. Не то чтобы я хотел заставить ее плакать, это было бы неловко объяснять Йегерам, почему моя двойник, которая больше никогда не проявляла никаких эмоций, вдруг заплакала, потому что я не взял ее за руку. Слегка пожав плечами, я взял ее руку, ее маленькие пальцы крепко сжали мою. Вместе мы пошли к месту, на которое она указала раньше. — Это всего лишь небольшое расстояние, — сказал я через мгновение. — Тебе не нужно держать меня за руку ради этого. Микаса подняла на меня взгляд. — Я знаю. — Но это утешает? — Да. Были долгие периоды зимой, когда я не навещал их. Фактически, я не был у Стены Мария почти полтора месяца на тот момент, так что такое поведение было ожидаемо. Пока мы шли, я решил заполнить тишину. — Ты скучала по мне зимой? — небрежно спросил я, наблюдая за ней краем глаза. Ее губы дрогнули в слабой улыбке. — Да. Очень, — просто сказала она. Я обдумал ее ответ. Микаса не была многословной, и я считал это нормальным. Пока у нее были Эрен и Армин, чтобы уравновешивать ее, я полагал, что с ней все будет в порядке. Тем не менее… Возможно, мне следует познакомить ее с большим количеством людей — может быть, с Хисторией, так как они одного возраста? Я представил, как они взаимодействуют: Микаса, вероятно, будет молча хмуриться, пока Хистория пытается уговорить ее на разговор, а затем Микаса подойдет ко мне и попросит пойти домой, что опечалит Хисторию… — … Эта мысль показалась странной, если подумать дальше. Я не думаю, что смогу «заставить» их подружиться, поскольку их опыт довольно сильно отличается… Может быть, я приведу Эрена и Армина вместо этого, если их родители позволят. У этой групповой динамики больше шансов на успех. Эрен, возможно, сначала будет спорить с Хисторией, а Армин может быть немного застенчивым, но я думаю, это… сработает. — … Я мало что знал о Хистории, но знал, что ей нужны друзья, на которых можно положиться, а не я и мой телефон все время… который уже был близок к разрядке. Ах, мне нужно будет скоро сделать зарядное устройство. Микаса прервала мои мысли запинкой. — Мама… эм, миссис Йегер помогает мне с почерком, — сказала она, запнувшись при обращении. Я взглянул на нее. — Ты только что назвала миссис Йегер «Мамой»? Слабый румянец покрыл ее щеки, и она избегала моего взгляда. — Я… назвала, — тихо призналась она. — Это… странно? — … — Не странно. Она заботится о тебе уже некоторое время. Это естественно. Ее нерешительный кивок, казалось, сигнализировал о ее облегчении, хотя она оставалась тихой, когда мы приблизились к знакомому дубу. Эрен лежал под ним, его лицо было обращено к небу, совершенно не обращая внимания на мир. — Вот он, — сказала Микаса, указывая. Она сделала несколько шагов вперед и присела возле него. — Эрен, — тихо позвала она, тряся его за плечо. — Просыпайся. Земля грязная. Он не проснулся, его рот был слегка приоткрыт, а немного слюны блестело на солнечном свете. Микаса слегка надулась и повернулась ко мне, жестом указывая на него. Я наклонил голову. — Он полностью вырубился. Возможно, тебе придется потрясти его сильнее. Глаза Микасы слегка сузились, прежде чем она потянулась в свой импровизированный рюкзак с хворостом. Без колебаний она выбрала небольшую палку и легонько— Бонк! — Ой! — Эрен резко сел, его рука метнулась к голове. Он повернулся, чтобы бросить на нее злобный взгляд, его выражение было где-то между гневом и сонливостью. — За что это?! — Земля грязная, — сказала она, отчитывая его. Эрен вскочил на ноги, стряхивая грязь со штанов, его лицо раскраснелось от смущения. — Ладно, ладно. Ты могла бы просто сказать! — Ты не просыпался, — просто ответила она, отряхивая руки и ища моего подтверждения. — Ты крепко спал. Ее подход сработал. Пойдем, вернемся домой и приведем тебя в порядок. Эрен пробормотал что-то себе под нос, все еще полусонный, но явно побежденный. … … … Эрен ворчал себе под нос, иногда останавливаясь, чтобы смахнуть грязь, приставшую к его штанам. Его разочарование было разумным, можно сказать. Его движения также были грубыми, как будто более сильное трение могло стереть доказательства его более раннего промаха. То есть сна. Очевидно. — Эрен, — сказал я, — Ты можешь подождать, пока мы доберемся до твоего дома. Твоя мать почистит это для тебя. Он замер, а его выражение было смущенным. — Не говори ей, что я заснул, ладно? Это глупо и смущает. Прежде чем я успел ответить, тихий голос Микасы прорезал воздух. — Тогда как ты объяснишь грязь повсюду? Голова Эрена резко повернулась к ней, глаза широко раскрылись. Он заикался на мгновение, ища ответ. — Я-я… Я просто скажу, что упал! Это намного менее смущает, чем уснуть! — Уснуть стоя — это, безусловно, впечатляет. — Ты не помогаешь! — огрызнулся Эрен, его голос поднялся на октаву, когда он искал, что ответить. — И я не стоял! Я просто… отдыхал! Я покачал головой и тихо вздохнул… — … И не думая, я протянул руку и взъерошил им волосы, сначала Эрену, затем Микасе. Движение было спонтанным, почти автоматическим, но реакция была мгновенной. — Эй! — вскрикнул Эрен, отдергиваясь от моей руки. Его глаза сузились, когда он попытался разгладить свои теперь растрепанные волосы. — Зачем это?! Микаса моргнула, удивленная. Она не отстранилась, но ее брови нахмурились. — Почему ты это сделал? — Просто захотелось. — Ты иногда такой странный. Игнорируя его комментарий, я жестом предложил им следовать за мной. — …Пойдемте. Двигаемся дальше. Мы втроем продолжили идти по тропинке. Эрен бормотал что-то себе под нос о несправедливом обращении, в то время как Микаса переводила взгляд между нами, ее взгляд задержался на ее друге. Когда мы приблизились к окраине города, Микаса внезапно подошла ближе к Эрену. Встав на цыпочки, она протянула руку и имитировала мой предыдущий жест, ее пальцы нежно взъерошили его волосы. Эрен замер, его выражение теперь было чистого негодования. — Микаса! Что с тобой?! Почему все продолжают портить мне волосы?! Я не оглядывался, но слышал улыбку в ее голосе, когда она ответила: — Просто захотелось. — Ты повторяешь то, что он сказал! — Неужели? — Да, повторяешь! Ах, это напомнило мне. Я не знаю, когда у них дни рождения. Мне придется спросить позже. … … … Я шел на несколько шагов впереди Эрена и Микасы, мои глаза сканировали толпу и иногда возвращались, чтобы убедиться, что они не отстают. — Не отставайте слишком сильно. Мы можем вернуться позже, если хотите. — Да, да, — отмахнулся Эрен. — Я просто злюсь из-за той другой вещи, вот и все. — Хм. С самого Зимнего бала я остро осознавал, что за мной следят. Каждый раз, когда я направлялся во внутренние стены, будь то для того, чтобы присоединиться к Эвелине в какой-то деловой сделке или для доставки в течение зимы, я иногда чувствовал цепкие взгляды нескольких людей. Здесь это было менее заметно, но все еще присутствовало. Возможно, Военная полиция все еще проявляла ко мне любопытство. Или, возможно, им просто нечем было заняться. Внутренние Стены были их специальностью, в конце концов, так что я не удивился бы, если бы они потеряли интерес к простому пекарю, направляющемуся в Шиганшину. Я вздохнул, отгоняя эту мысль. — Эй! Звук насмешливых голосов прорезал пространство рынка, вырывая меня из размышлений. Повернувшись к источнику, я увидел три знакомые фигуры. Хулиганы, которые, казалось, сделали своей миссией издеваться над Эреном и Микасой, небрежно прислонились к деревянной тележке, на их лицах застыли усмешки. — Классные штаны, Эрен, — насмехался один из них. — Это новая мода? Или ты решил покататься в грязи для забавы? Другой издал хихиканье, которое резало слух. — Может быть, он был слишком занят, присматривая за уродкой, чтобы заметить, куда он идет. — Его взгляд метнулся к Микасе. Глаза Микасы расширились, и она инстинктивно двинулась за меня, ее маленькая фигура исчезла в моей тени. Легкое дрожание в ее движениях не осталось незамеченным. Эрен, с другой стороны, ощетинился, его кулаки сжались по бокам, когда его лицо покраснело от гнева. — Оставьте ее в покое! — крикнул он, его голос слегка сорвался, привлекая внимание некоторых прохожих. Лидер хулиганов, мальчик немного выше Эрена с торчащими светлыми волосами, шагнул вперед. Его усмешка расширилась, когда он указал на меня. — И что? У этой уродки теперь новый брат? Ты тоже будешь присматривать за ней? — Его голос был насмешливым, но в его глазах мелькнул огонек любопытства, когда он оценивал меня. Меня подвергают расизму дети. Двое других засмеялись, а Микаса вздрогнула, ее хватка на лямке рюкзака усилилась. Лицо Эрена покраснело еще сильнее от гнева. — Заткнись! — огрызнулся он. — Ты ничего не знаешь! По крайней мере, у нас есть друг друга, в отличие от вас, неудачников, у которых… — Он поколебался, затем нанес удар. — У которых, вероятно, даже нет родителей, которые заботятся о вас! Это задело за живое. Выражение лица лидера потемнело, и он сделал шаг к Эрену. Его руки сжались в кулаки, когда он сократил расстояние. Несколько прохожих начали замедлять шаг, хотя никто, казалось, не был склонен вмешиваться. Это должно закончиться быстро. Блондин схватил Эрена за воротник, слегка приподняв его над землей. Ноги Эрена шарили в поисках равновесия, его руки двигались, чтобы оттолкнуть мальчика. Ах, все равно. Прежде чем Эрен успел нанести ответный удар, я шагнул вперед, положив руку на запястье блондина. — Достаточно, — сказал я. — Все сейчас разойдутся. Никто никого не оскорблял, и никто не собирался начинать драку. Мы просто случайно столкнулись друг с другом и привлекли толпу, делая это. Мальчик заколебался, его бравада пошатнулась, когда он посмотрел мне в глаза, а затем на людей вокруг нас. Хотя я получил странные взгляды, им было ясно, что я пытался разрядить ситуацию, и если он продолжит, ну… — Я бы предпочел, чтобы мы не делали этого сейчас. Я бы так же хотел, чтобы ты не попал в тюрьму за нападение. В его взгляде мелькнуло беспокойство, и его хватка на воротнике Эрена ослабла. Он отпустил его с фырканьем, отступая. — Как хотите, — пробормотал он. Его тон предполагал безразличие, но не смог скрыть легкого дрожания. Он жестом приказал своим друзьям следовать за ним. — Пошли. Это того не стоит. Трое из них убрались. Я наблюдал за ними, пока они не исчезли в толпе, убедившись, что они не вернутся. Эрен отряхнулся, его гневный взгляд был прикован к направлению, куда они ушли. — Трусы, — пробормотал он себе под нос. — Они глупы, даже пытаясь прицепиться к тебе. Микаса выглянула из-за меня. Она подошла ближе к Эрену, протягивая руку, как будто чтобы успокоить его, но поколебалась в последний момент. Она склонила голову и промолчала. — Что только я не делаю ради мира, — пробормотал я себе, качая головой, когда повернулся обратно к детям. Мои слова были достаточно тихими, чтобы ни один из них, казалось, не услышал меня, хотя Эрен бросил на меня любопытный взгляд, когда я вздохнул. — Пойдемте, — сказал я, жестом предлагая им следовать за мной. — Идем. Больше никаких отвлечений. — Если бы они видели, что ты сделал с теми животными в той хижине, они бы даже не подумали связываться с тобой! Я взглянул на него. — Возможно. Но это не должно быть известно публике. К тому же, я не хочу попасть в тюрьму за то, что избил детей без провокации. Эрен фыркнул. — Да… Полагаю, это было бы плохо.

— — —

Трое мальчиков поплелись прочь с рынка. Хотя они старались говорить тихо, их болтовня разносилась по тихой аллее, куда они свернули. — Что думаете о нем? — спросил Дакс, самый пухлый из группы. Его вопрос неловко повис в воздухе, касаясь Киётаки, хотя никто из них не знал его имени. — Кто, тот парень? — ответил Йорн, мальчик с кривым носом. Он скрестил руки и пнул свободный камушек. — Он… не знаю. Странный. — Странный? — Дакс нахмурился. — От него у меня мурашки. Как будто он знает о тебе что-то, просто взглянув. — Ага, — пробормотал Йорн, слегка поеживаясь. — Если он действительно родственник Микасы, то вот откуда у нее эти мертвые рыбьи глаза. Дакс нервно усмехнулся, оглядываясь через плечо. — Может быть. Но когда он посмотрел на тебя, он смотрел прямо в твою душу, не так ли? На мгновение Рой ничего не сказал. Светловолосый парень продолжал идти вперед, проводя рукой по волосам. Его молчание заставило двух других обменяться тревожными взглядами. — …Чертовски страшный, вот какой он. Этот парень опасен. Ты чувствуешь это, просто стоя рядом с ним. Глаза Дакса слегка расширились. — Опасен? Ты так думаешь? Рой кивнул. — Да. Он из тех, кому не нужно ничего делать, чтобы тебя испортить. Он просто посмотрит на тебя, и все. — Ну, — сказал Дакс с натянутым смешком, пытаясь разрядить обстановку. — Если это правда, по крайней мере, Микаса это не унаследовала. Она все еще была напугана до чертиков там. Мальчики засмеялись, напряжение спало благодаря шутке. Йорн ухмыльнулся и добавил: — Да, хотя она все еще просто уродка. А Эрен? У него ничего нет, кроме его большого рта. — Верно? — согласился Дакс. — Я имею в виду, посмотри на него! Думает, что может противостоять нам. Ему повезло, что Рой не сбил его с ног. И если бы тот парень не вмешался, он был бы унижен перед своей глупо выглядящей подружкой, и всей Шиганшиной! Их смех стал громче, когда они продолжили злословить об Эрене и Микасе, каждое оскорбление было все более грубым, чем предыдущее. Они были так увлечены своим разговором, что не заметили темных фигур, поджидающих их дальше по аллее. — Эй, вы трое, — окликнул хриплый голос. Мальчики замерли, поворачиваясь на звук. Из теней вышла группа грубо выглядящих мужчин, их лица были частично скрыты шарфами и шляпами. Один из них, выше остальных с рваным шрамом, идущим по щеке, снова заговорил. — Вы только что говорили о каких-то детях, — сказал он небрежным тоном. — Что вы о них знаете? Глаза Роя сузились, его рука дернулась у бока. — Кто спрашивает? — огрызнулся он. Человек со шрамом сделал шаг ближе, и другие мужчины последовали за ним, их присутствие заполнило узкую аллею. — Не твое дело. Просто ответь на вопрос. Эти дети — что с ними? Трое мальчиков посмотрели друг на друга, их тревога росла с каждой секундой. --- Гриша Йегер сидел за обеденным столом, перед ним был открыт медицинский фолиант. Его ручка зависла над наполовину заполненной страницей, но его мысли ушли далеко от заметок, которые он составлял. Двенадцать лет. Двенадцать лет внутри Стен, мир, столь отличный от того, который он оставил позади. Здесь, внутри Стен, все было проще, но не менее своеобразно, чем на его родине в Марли. Так много вещей казались странными, даже чуждыми. Однако ничто — подумал он, останавливаясь, чтобы откинуться на спинку стула, — ничто не было таким странным, как Киётака Аянокоджи. Тихий скрип входной двери прервал его размышления. — Мы вернулись, — раздался мягкий голос Микасы из прихожей. Гриша отложил ручку и обратил свое внимание к дверному проему, когда она вошла, за ней последовал Эрен, который что-то ворчал себе под нос, и, наконец… Киётака. Взгляд Гриши задержался на подростке. Поведение Киётаки было, как всегда, спокойным и нечитаемым. — С возвращением, — раздался голос Карлы, когда она вошла в комнату, неся аккуратно сложенное постельное белье. Она тепло улыбнулась детям, ее глаза задержались на испачканных грязью штанах Эрена. — Эрен! Посмотри на себя. Что я говорила о том, чтобы не пачкаться в грязи? — Это не моя вина! — запротестовал Эрен, его лицо покраснело, когда он уронил свой рюкзак, полный хвороста, возле коробки у очага. — Я споткнулся, ясно? — Микаса не споткнулась, — возразила Карла, выгнув бровь. — Э-это потому, что Микаса не спотыкается. — У тебя красные уши, Эрен. Ты мне лжешь? — Что?! Н-Нет! Микаса, которая тихо поставила свой рюкзак и начала помогать Карле, кратко подняла взгляд, но ничего не сказала. Тем временем Киётака стоял в стороне, наблюдая за обменом репликами. Мысли Гриши вернулись к тому моменту, когда он впервые встретил подростка. Воспоминание было ярким: мальчик стоит над похитителями Микасы, его кулаки в крови, но лицо спокойное, почти пугающе спокойное. Гришу поразила не жестокость — хотя вид тех взрослых мужчин, свернувшихся на полу, как выброшенные куклы, был достаточно шокирующим. Это было после — едва слово. Единственными следами на теле Киётаки были ушибленные костяшки пальцев, как будто это испытание едва его затронуло. — Эрен, иди умойся, — сказал Гриша. Эрен застонал, но повиновался, топая в сторону ванной. Микаса двинулась к раковине, подтягивая маленький стульчик, чтобы встать. Она закатала рукава и начала мыть посуду, оставшуюся с начала дня. Киётака последовал за ней, и он подал ей тарелку без просьбы. Губы Гриши дрогнули в улыбке. Несмотря на настойчивость этого мальчика в том, чтобы не быть частью семьи, он хорошо интегрировался. — Тебе стоит снять шарф, — сказал Киётака. — Он может намокнуть. Микаса поколебалась, ее руки замерли над мыльной водой. Она кратко коснулась края своего шарфа, как бы обдумывая его предложение. Затем, тихо, она ответила: — Все в порядке. Грудь Гриши слегка сжалась при этом виде. Шарф был постоянным напоминанием о трагедии, которая привела Микасу в их жизнь. — … — … Он не мог не сравнивать мальчика с Зиком. Они были одного возраста, в конце концов, хотя они не могли быть более разными. Зик. Имя принесло с собой поток воспоминаний — некоторые болезненные, другие горько-сладкие. Мысли Гриши ненадолго унеслись к его жизни до Стен, к сыну, который у него был… Укол вины пронзил его, но он отбросил это. Сейчас не было места для сожалений. — Микаса, можешь высушить эти? — Голос Карлы вернул его к настоящему. Микаса кивнула, потянувшись за полотенцем, пока Киётака молча взял следующее блюдо с сушилки и передал ей. Эти двое работали в тихом тандеме, их движения были синхронизированы таким образом, что показалось Грише странно естественным. «Я не ее брат, и не собираюсь, чтобы она неправильно понимала мои действия как братские. Я просто здесь, чтобы проверить ее эмоциональное состояние и посмотреть, все ли у нее хорошо. Вот и все», — вспомнил он разговор, который у него был с молодым человеком. Теперь, в настоящем, подросток вздохнул, когда рукава Микасы развернулись, почти намокнув в воде. — Я сказал тебе сложить их вверх, а не просто сдвинуть по руке. Гриша мог видеть, как уши Микасы краснеют, прежде чем она пробормотала: — Можешь сделать это? Мои руки мокрые. Еще один выдох сопровождался довольно нежным движением Киётаки Аянокоджи, закатывающего ее рукава, за которым последовало сдержанное «спасибо». Гриша часто задавался вопросом об этой предполагаемой аномалии в последние месяцы. Откуда он пришел, как он сюда попал? Почему Сова не упомянул его? У него была куча вопросов, но… — Почему так много грязи?! Возмущенный голос Эрена прозвучал, заставив двух азиатов резко повернуть головы на звук. Возможно, в его последний год Богиня Имир хотела заверить его, что его семья будет в безопасности под опекой этого незнакомца.

— — —

Местоположение: Стена Роза (?) Год: 845, Зима Время: ???? — Знаешь, — начал Фауст. — Бывают дни, когда я думаю, что видел все. А потом приходит кто-то вроде тебя. Я ничего не сказал, встречая его взгляд. Тишина растянулась между нами, пока он резко не выдохнул и не наклонился вперед, ставя свой стакан со звоном. — Ты серьезно насчет этого? — спросил он недоверчиво. Я один раз кивнул. — Ты единственный, кто может это сделать, Фауст. Я использую свое одолжение. Как только это будет сделано, мы будем в расчете. Он уставился на меня на мгновение, его рот открылся, как будто он хотел возразить, затем снова закрылся. Он откинулся на спинку стула, провел рукой по своей лысой голове, прежде чем облизать губы. — Ты что-то с чем-то, парень, — пробормотал он, качая головой. Он залпом допил остаток своего напитка, прежде чем поставить пустой стакан на стол. — Ладно. Будет сделано. Когда он встал, чтобы уйти, он заколебался, оглянувшись на меня с выражением, которое было в равной степени любопытством и беспокойством. — У тебя с головой все в порядке? Я слегка наклонил голову, сохраняя ровный тон. — Что ты имеешь в виду? Фауст коротко рассмеялся, хотя в этом не было юмора. — Ни один рациональный или здравомыслящий человек никогда не подумает о чем-то подобном. И поверь мне, за годы моей работы я встречал всяких. Но ты? — Он указал на меня, его усмешка исказилась во что-то нервное, почти опасливое. — Ты на совершенно другом уровне. Извращенный, даже. Я смотрел на него, не мигая. — Какой идеальный подарок для знатной дамы? Вопрос повис в воздухе на мгновение, и впервые с начала разговора Фауст выглядел по-настоящему ошеломленным. Его губы приоткрылись, затем снова закрылись, когда он искал ответ. Наконец, его лицо приняло ту же нервную усмешку. — Ты… действительно что-то с чем-то, — сказал он, его голос был едва слышен. — Попробуй купить ей вина, шоколада или чего-то еще. Не дожидаясь ответа, он повернулся и пошел обратно к бару, качая головой по пути. Был ли это действительно странный запрос?