В другой жизни

      Серые, рассыпающие в воздухе хлопья, падали на землю, превращаясь в невесомую пыль. Вонь палёного пластика, смрад шкварчащей плоти солдат и грохот огромных машин. Так ощущалась война. Жнецы не знали жалости, не имели представления о благородстве. Они выполняли свою задачу со всей тщательностью, присущей идеально работающей программе. Каждый их шаг - просчитанное действие, нацеленное на определённый результат - уничтожение всей разумной жизни в галактике. Каждые пятьдесят тысяч лет они осуществляли цикл, запущенный бесчисленное количество времени назад с одной лишь целью - предотвратить войну синтетиков и органиков, которая неизбежно случится вслед за развитием технологий последних. История циклична и циклы должны повторяться. Таковы законы эволюции для всего живого и порождений этой жизни. Законы, написанные самой вселенной, законы требующие создать хаос из порядка и порядок их хаоса. Жнецы есть ни что иное как инструмент преодоления бесконечной энтропии мироздания. Идеальное оружие, решение  фундаментальной проблемы баланса жизни и смерти.       Как бы не было неприятно осознавать данный факт, но Самара понимала философию машин, ведь и её кодекс отчасти провозглашал схожие постулаты. Жизнь юстициара сводилась к защите невинных, к устранению виновных. Но кто определяет виновность и невиновность? Ситуация, социальные нормы, субъективный взгляд наблюдателя или участника возникшей несправедливости? Каждый вариант является В равной мере верным. И Жнецы в своей миссии не являются исключением. Но станет ли Самара смиренно принимать уготованную ей судьбу в лице огромных машин? Её ответ мог бы быть другим, если бы не те несколько лет, что она провела на Нормандии. Она могла бы сдаться без сопротивления, если бы не Шепард и его влияние. Самаре было за что бороться, было во имя кого отдать жизнь. В её картине мира справедливость являлась с лицом человека, что показал ей иной мир.        И пока она может держать в руках оружие, пока её биотика откликается на зов, она будет сражаться за него и за жизнь.

***

Двумя годами ранее - Добро пожаловать на борт Нормандии, Самара.       Шепард учтиво расположился сбоку от входного шлюза корабля, приглашая тем самым азари пройти внутрь. Самара еле заметно приподняла уголки губ в подобии улыбки и прошла вглубь тунеля. Ей не было дела до показных сантиментов. - Это Ваша каюта и, по совместительству, смотровая площадка. Надеюсь, Вам здесь будет комфортно. - Джон вновь пропустил вперёд женщину, наблюдая за её неспешным шагом. - Более чем, капитан. Мне нравится, что отсюда я могу видеть звёзды.       Самара не без интереса рассматривала довольно просторное помещение. Она не могла желать лучшего места для отдыха. За многие века странствий получить возможность раз за разом возвращаться в знакомые стены ей казалось большим подарком судьбы.   - Благодарю Вас за заботу, капитан, - уже с более тёплой интонацией произнесла азари и улыбнулась чуть шире. - Я надеюсь, наше сотрудничество принесёт нам обоим пользу. - Я в этом не сомневаюсь, - улыбнулся в ответ Шепард и сделал шаг назад в сторону выхода. - Отдыхайте, Самара. Если что-то понадобится - панель вызова находится слева от двери.       Шепард ещё раз оглядел смотровую площадку, мазнул взглядом ярко-зелёных глаз по статной фигуре и скрылся за закрывшимися дверьми, не смея мешать отдыху нового члена команды.       Самара села на тёплый, покрытый композитным пластиком пол. Перед её взором расстилалась вселенная. Миллионы звёзд плясали в одном им понятном танце. Азари наблюдала этот вид бесчисленное количество раз, но каждый взгляд в бесконечность трогал что-то глубоко в её душе, что-то давно забытое, холодное и неприступное. Это подобие чувств заставляло её не забывать, что она жива, что она не только буква Кодекса, но и существо со своими мыслями и эмоциями. Самара прикрыла глаза, вслушиваясь в тихий утробный гул корабля, чувствуя кожей лёгкую, едва уловимую вибрацию двигателей. Ей здесь действительно нравилось. ***       Она услышала шаги Шепарда ещё до того, как он зашёл в её каюту. Их разговоры после миссий постепенно превратились в приятный для обоих ритуал. Самара осознала насколько долго не общалась с кем-то просто так, без причины. Оказалось, что ей этого нехватало.       С тихим шипением раскрылись створки двери. Самара вернулась в реальность, сбросив биотическое поле медитации и тепло поприветствовала капитана. - Как Вы, Самара?       Шепард привычно устроился на полу возле азари, скрестив ноги так же, как она - намеренно или уже по выработавшейся привычке, Самара не знала. Она оглядела капитана, подмечая новые изменения в его внешности: под глазом, прямо по линии скулы появился новый еле заметный шрам, уже сходящий светло-желтый синяк украшал левую щёку, а в тёмных волосах затесались очередные белёсые росчерки. - Всё хорошо, Шепард.       Став частью команды Нормандии, Самара часто думала о людях, ведь не малую часть команды составляли  представители именно этой расы. Их жизни были столь коротки. Не больше века на осуществление выбранного каждым какого-то своего смысла. Что можно успеть за сотню лет? В пятьдесят дети-азари только выходят из детского возраста, а человек проживает половину отведённого ему срока. Самаре с высоты своих прожитых лет люди казались вечными младенцами, которым не дано самой природой прикоснуться к настоящей жизни. Они словно Земные мотыльки только родившись, уже отправлялись на покой. Но Шепард хоть и был человеком, не вызывал у азари таких ассоциаций. Его дело, его стремления и желания были понятны, и в тоже время казались настолько грандиозными, что ни одному человеку за десятки стандартных людских жизней было бы неподвластно их реализовать. Однако, спустя несколько месяцев совместных путешествий, Самара явственно видела своими собственными глазами как Шепард шаг за шагом двигает этот недвижимый доселе мир. Откуда в столь хрупком организме столько силы? - Самара, расскажите о себе. - Шепард? - Неожиданный вопрос вырвал из глубоких размышлений отстраненную азари. - Мне бы хотелось узнать Вас получше, - в голосе капитана проскользнуло неслышимое ранее нетерпение, всего на миг, но азари уловила лёгкую дрожь в интонации, которая исчезла так же быстро, как и появилась. - Мне интересно узнавать о своей команде что-то новое. - Понимаю, - Самара снисходительно улыбнулась капитану никак не показав своих наблюдений, и вернулась к созерцанию звёзд. - Что Вы хотите узнать? - Что угодно. Вернее, то, что Вы сами захотите рассказать. В любом случае, я не настаиваю, понимаю, что личное есть личное.       Звёзды  подмигивали в нервном ритме, посылая наблюдающим какие-то  неизвестные им сигналы, возможно общаясь, а может моля о помощи. Самара лишь только делала вид, что задумалась. Она уже давно составила у себя в голове план того, что расскажет капитану, если ему захочется узнать о ней больше. Это вполне естественное любопытство, которое она смиренно принимала. Тем более, что став юстициаром её прошлая жизнь осталась так далеко, что почти казалась выдумкой её многовекового мозга, что перемешал вымысел и реальность. А сама Самара  редко интересовалась кем-то без причины, не видя в этом никакого особенного смысла. Юстициар решила осторожно перейти к основной сути её личной миссии. Ведь ещё оставалось то, что не давало ей покоя. - У меня есть дети. Трое прекрасных дочерей. - Я бы удивился, если бы Вы сказали, что у Вас нет детей. Всё же, прожить тысячу лет и не иметь потомства кажется почти нереальным. - Думаете? - Азари напрягла  мышцы лба, имитируя поднятые вверх брови. - Уверен, - Шепард хохотнул в ответ, принимая невысказанную иронию в свой адрес. - Хотя, мне сложно судить. Наша жизнь в десятки раз короче. -  Беззаботно пожав плечами, мужчина задумчиво продолжил. - Кто знает, хотели бы люди размножаться, если бы жили тысячи лет. А так... Мы спешим жить и стремимся оставить после себя не только разрушения, но и что-то похожее на возможность остановить этот порочный круг увядания.       Самара согласно кивнула. - Я много думала о вас. Я имею в виду человечество в целом, - уточнила азари, встретив недоуменный взгляд капитана. - И я пришла к выводу, что вы во многом превосходите большую часть известных нам рас. Вы цените жизнь не только свою, но и других существ, проецируя на них свой опыт скоротечности бытия. - Очень интересная и, я бы сказал, непопулярная точка зрения у Вас о нашем роде человеческом, - улыбка на лице Шепарда подчеркнула несколько складочек в уголках его глаз. - Возможно Вы правы, Вы можете видеть ситуацию шире, в большей перспективе. Вам довелось наблюдать изменения многих поколений различных народов. На самом деле, факт того, что есть кто-то, кто может жить столь долго до сих пор меня поражает. Мне кажется, я никогда к этому не привыкну.       Воцарилась тишина. Но она не была тяжёлой или вынуждающей добавить что-то ещё к сказанному. И это тоже нравилось Самаре. Ей было приятно, что с Шепардом можно было помолчать без витающего в воздухе напряжения. - Расскажите про Ваших дочерей, Самара.       Азари с готовностью повторила: - У меня три дочери. Но к сожалению, по моей вине, они не могут жить полноценно. Каждая из них является Ардат-Якши - генетической поломкой, темным пятном нашей цивилизации, - Самара ненадолго замолчала, силясь справится с пришедшей некстати печалью. Ей казалось, что она давно приняла данный факт и смирилась с их и своей судьбой. Время и жизнь юстициара должны были стереть все сожаления, но видимо, она всё ещё не смирилась с уготованным ей. Сделав небольшую паузу, азари в прежнем тоне продолжила. - Именно из-за одной из них я приняла решение встать на пусть юстициара. Моринт не была согласна с традиционным взглядом на жизнь Ардат-Якши в изоляции и, как следствие, безопасности и обратила свою силу в губительное русло. Она крайне опасна, сильна и беспринципна в своём стремлении  упиваться данной ей извращённой властью. Я ищу её очень давно, Капитан. Кодекс и, не скрою, мои личные мотивы вынуждают меня продолжать её поиски несмотря ни на что. - Все три и Артдат-Якши? Но при чём здесь Ваша вина, Самара? Как Вы могли на это повлиять? - Изумлённо произнёс Джон. Он явно не ожидал услышать ничего подобного от азари. Самара терпеливо пояснила. - Когда я стала матроной, я выбрала себе в партнёры чистокровную азари. Такую же как и я. Я знала на что иду, я осознавала риски. У азари на чистокровные связи распространяются те же правила, что и у людей. Только у вас это называют инцестом, а у нас это несколько иной вид кровосмешения. Но сама суть неизменна. Я поступила эгоистично по отношению к моим дочерям, намеренно обрекая их на неполноценное существование. Наверное, я надеялась, что нас с... меня это не коснётся, но мне сложно сейчас сказать, что я воображала себе четыреста лет назад, на что надеялась и чего ожидала. К тому же, на данный момент любые рассуждения о былом не имеют никакого значения.       Слова лились без перерывов плавным потоком, словно заученной и отрепетированной множество раз речью. Отчасти так и было - Самара в своей голове переворачивала, рассматривала, примеряла эти мысли каждый божий день. Это то единственное, что она не смогла пережить. То, за что она не могла себя простить до сих пор. - Всвязи с этим, Шепард, я хочу попросить Вашей помощи в поимке моей дочери. Я осознаю, что это не входит в планы нашей актуальной миссии и пойму, если Вы откажете. - Самара... - Шепард неверяще покачал головой, видимо, не находя подходящих слов в ответ на её историю. - Не беспокойтесь, Капитан, я не покину Вас пока мы не уничтожим Коллекционеров, если Вы решите помочь мне. Я принесла Вам клятву и намерена исполнить её вне зависимости от личных планов. - Самара, - вновь повторил её имя Шепард с какой-то странной интонацией.  - Вы знаете где её искать? - У меня есть информация, которая возможно приведёт меня к ней, но также возможно это лишь пустая трата времени, - Самара говорила как всегда спокойно и размеренно, но внутри неё поселилось еле теплещееся чувство болезненной надежды. - Расскажите всё что знаете, мы сразу же, как это будет возможно, отправимся к нужному месту. - Капитан... - озадачено выдохнула азари. - Это не обсуждается, - удивительно быстро отрезал мужчина. Его глаза ожесточились, брови сдвинулись к переносице. Самаре странно было видеть Шепарда таким. В тоже время, она не могла проигнорировать тот факт, что на её просьбу отреагировали столь охотно и расторопно. Это действительно трогало её выжатую до капли душу, вернее, то, что от неё осталось.       Она протянула раскрытую ладонь в сторону капитана. Инстинктивный жест благодарности. Он твёрдо сжал её пальцы в своих более грубых мозолистых руках. - Следы её присутствия были замечены на Омеге. Недавно там погибла девушка при странных обстоятельствах. Эти "странные обстоятельства" я встречала неоднократно, следуя по пятам за дочерью. Вероятно, она всё ещё находится на станции. - Я понял. - Шепард уверенно кивнул и опустил глаза на покоющуюся в его ладонях руку азари, которую, почему-то не сама юстициар, ни капитан до сих пор не отпустили.       Первой среагировала Самара. Её пальцы осторожно выскользнули из ослабевшего хвата. Мужчина несколько растерянно проследил за её опустившеся рукой. Его губы отчего-то сжались, сделав лицо ещё более суровым. Он встал на ноги, поправил форму. Самара последовала его примеру. - Если Вы готовы, мы сможем отправиться на Омегу в течение нескольких часов. Нам будет необходимо совершить дозаправку и после мой корабль в Вашем распоряжении.       Мужчина бросил нечитаемый взгляд на юстициара и направился в сторону двери. - Шепард, - услышав свою фамилию, Джон остановился возле входной двери и обернулся к азари. - Моринт необходимо не просто найти. Я должна её убить. Так велит Кодекс.       Зеленые глаза Капитана метнулись куда-то в сторону, будто стремясь утаить в них что-то от цепкого взгляда Самары. Он коротко кивнул и стремительно скрылся в коридоре.