Шёпот далеких звезд

1.06.1971-3.08.1971

      Лето вступило в свои права. В доме двенадцать на улице Гриммо-Плейс Сириус изнывал далеко не от жары. Регулус шикал на брата, поливая открытые раны экстрактом бадьяна.       Родители не придавали значения способностям наследника. Для них это было просто очередное доказательство исключительности их крови. Вот только это не означало, что они проигнорируют присутствие дара. Поэтому с наступления нового года, уже к привычным занятиям с репетитором, Вальбурга взялась за его тренировки. Вот только возникла проблема. Специально вызвать видения не получалось. Они просто возникали сами в его голове. Как бы Сириус не старался, он не мог призвать их по собственной воле. Даже когда Вальбурга начала посылать в него заклинания ничего не получилось. Она начала с лёгких жалящих, постепенно переходя на режущие. Но ни одно видение так и не появилось.       С гаданием по кофейной гуще, по дыму от свечи и даже хрустального шара или таро, дела обстояли проще. У Сириуса однозначно была предрасположенность к прорицаниям, потому что все что он видел, сбывалось через пару дней. Вот только вызвать образ в голове у него не выходило. А те что появлялись сами… Можно сказать Сириус использовал свои предсказания, чтобы разрушать дом или спасать своего маленького брата. Можно отдать ему должное с каждой выходкой Сириус оставлял все меньше улик. Регулус даже думал, что он подсознательно вызывает эти ведения самостоятельно. Ведь Сириус всегда был таким, если он что-то хотел он это получал; но если желания не было то и результата тоже.       — Я умираю, Реджи, — дулся Сириус, каждый раз когда брат случайно задевал открытый порез на спине. — Будь со мной нежнее!       — Я знаю, что ты придуриваешься, чтобы я прыгал вокруг тебя, как курица-наседка, — фыркал Регулус, но все равно старался действовать аккуратнее, мягко поглаживая невредимые участки кожи. Когда это произошло в первый раз, Реджи был совершенно в ужасе, но вместо того чтобы плакать Сириус наоборот начал успокаивать своего маленького братика. — Это совсем не больно, Реджи. Просто царапина, Реджи, — бурчит себе под нос Регулус, накладывая повязку, — кто это говорил?       — Это просто царапина, — улыбается Сириус, подтверждая собственные слова, сильнее сжимая зубы, когда колючая марля соприкасается с кожей.       — Ты придурок.       Сириус продолжает улыбаться, со стоном садится на кровати, прижимая брата к себе в неуклюжие объятия.       — Кто научил тебя таким словам? — притворно вздыхает Сириус, — ни одного грязного слово, не должно вылетать из благородного рта Блэка, — смеялся братец, но в глазах промелькнула капля серьезности, — Я почти научился, — шепчет он, — я это чувствую. Перед Хогвартсом я уже смогу этим управлять.       Регулус знает, что Сириус врёт. Он всегда врёт, чтобы его успокоить. Реджи не глуп. Он прекрасно знает, что его брат скажет все что угодно, лишь бы его маленький Реджи не плакал. Регулус старается не плакать. Он научился сжимать зубы, так чтобы челюсть не выглядела напряжённой, а глаза не сверкали от непролитых слез. Вот только все эти навыки совершенно бесполезны против Сириуса. Тем более сейчас.       За последние пол года Сириус Блэк изменился. Он остался взбалмошным ребёнком, все также приносит неприятности родителям, развлекает своего брата и добавляет работы домашним эльфам. Вот только в какие-то дни его взгляд становится тяжелее и никто не знает, что по ночам он кричит в подушку, пытаясь хоть как-то заглушить собственные рыдания.       Очередная бессонная ночь сказывается на ловкости. Теперь очередь Регулуса прикрывать старшего брата. Сириус запинается на ходу, игнорирует родителей, когда те разговаривают с ним за завтраком, а после засыпает на занятии по трансфигурации.       Его мать зла. Она просто в бешенстве. Ее наследник опозорил их перед уважаемым мастером трансфигурации, преподававшем в уважаемой волшебной школе — Дурмстранге. Вальбурга не даёт спать Сириусу всю ночь. Заставляя, его просидеть за учебниками и отработкой заклинаний. Он даже рад.       Эта ночь спокойная. Нет криков, нет слез. Только книги, в которые можно зарыться, отпуская разум. Магия даётся легко. Сириус гений, он это прекрасно знает. Его брат учится в три раза больше чем он, но все еще не достиг того, на что был способен наследник в его годы. Кто запретит Сириусу быть малость самодовольным? И дразнить брата забавно.       Он надувает щеки, делая вид, что ему все равно, но пытается быстрее спрятаться, чтобы подтянуть знания. Регулус очень милый.       Когда он смог трансфигурировать десять чашек в милых уточек, бегающих по библиотеке, Сириус чувствует приятную усталость. Мышцы немного изнывают, а глаза слипаются, но нужно ещё обезопасить место от маленьких голодранцев, поэтому из последних сил он трансфигурирует клетку из пустого свитка, приманивая внутрь уточек с помощью кусочков ветчины, что он украл на кухне. Утро наступает чересчур быстро. Утки в клетке, а Сириус на табуретке в библиотеке, ждёт мать.       Вальбурга оценивающе кивает, передавая пузырек с бодроперцовым зельем сыну. Она могла бы заставить его не спать второй день, но сегодня занятие по тёмным искусствам и она не может допустить, чтобы честь семьи Блэк пострадала во второй раз.       Два месяца лета проходят, как и предыдущие одиннадцать лет. Уроки по магии, этикету, танцам. Балы, на которых Сириус помогает Андромеде избегать своего жениха, а сам прячется от Беллатрисы и так бы и продолжалось, пока на одном из таких баллов его не посетило видение.       Сириус с Регулусом всегда приветствовали гостей, пожимали руки, заводили небольшой диалог на пару предложений. Когда в дом зашел красивый мужчина с белой кожей и в контраст чёрными волосами, Сириус даже подумал, что цвет прядей темнее, чем у него; но больше всего запомнились глаза. Ярко алые. Не человеческие. Точно вампир. Что ещё более странно, так этого гостя вышла встретить не только Вальбурга, но и Орион. Тогда-то Сириус и вспомнил, что видел этого мужчину на Рождественском балу, но выглядел он тогда иначе. Менее потусторонне.       — Лорд Марволо, — слегка склонился в поклоне Орион. Сириус с Регулусом переглянулись. Их отец никогда не склонял головы, ни перед кем из этих придурков, что прошли в зал за их спинами.       — Давно не виделись, Орион, — ухмыльнулся такому обращению этот человек, подавая руку для рукопожатия, — был рад получить ваше приглашение.       — Мы не могли не пригласить вас, — манера речи отца, была более заискивающей, чем Сириус привык. Этот человек был не просто чистокровным волшебником, он был кем-то выше Блэков, но его всегда учили, что таких не бывает. — Как только, Абраксас сказал, что вы вернулись из Албании, я решил, что вы будете не против проветриться на нашем скромном мероприятии.       — Ты был прав, — улыбался Марволо, мягко здороваясь с Вальбургой. Она не заискивала перед этим человеком, не склонила головы, а просто кивнула с небольшой улыбкой, которую Сириус у неё видел, когда она общалась со своими школьными друзьями. Тогда то он и обратил внимание на Сириуса, не заметив его брата. — Слышал ваш наследник, показывает поразительно способности в тёмных искусствах. Игорь очень хвалил его.       Игорь Каркаров репетитор Сириуса по ТИ. Он начал преподавать у него прошлым летом, после незадачливой смерти прошлого учителя. Сириусу он не нравился. Чересчур жестокий, слишком высокого мнения о себе, но при этом абсолютно не гордый. Он не раз видел, как этот мужчина практически облизывал ботинки его отца и матери, словесно разумеется.       — Сириус Блэк, сэр, — поклонился по всем правилам наследник, бросив боковым зрением взгляд на родителей. Вальбурга одобрительно кивнула.       — Приятно познакомиться, Сириус, — улыбнулся Марволо, подав руку для рукопожатия. И в этот момент перед глазами пробежала картинка. Этот человек — Марволо, а у него в ногах сидит Беллатриса, с вытянутой левой рукой. Он упускает палочку на предплечье и вокруг появляется рисунок змея, выползающая из человеческого черепа. Беллатриса сжимает губы, видно, что ей больно, но на лице сияет улыбка, а глаза сверкают, как будто её благословила сама магия. Все это длится не более трех секунд, когда из видения его вырывает голос:       — У тебя очень интересный дар, Наследник Блэк, — все еще улыбается Марволо, смотря ему прямо в глаза.       Сириус благодарит, но его мысли летают где-то в другом месте. Что за рисунок? Почему Беллатриса? Кто это человек? А главное, почему весь оставшийся вечер, он следит за Сириусом.       Когда приходит письмо из Хогвартса, Сириус ловит вспышку из коротких картинок. Поезд. Звёздное небо. Ярко горящий камин в комнате с красно-золотыми обоями. Ему не терпится узнать, что именно означают эти предсказания, но он уверен, что теперь познает много новых эмоций. Он выходит на свободу из этого чёртового дома. Он настолько погружен в свои мысли, что совершенно не замечает хмурого лица брата.       Вальбурга собирается вместе с наследником на косую аллею. У нее плохое настроение, что странно, потому что весь вчерашний бал она практически сияла гордостью, за своего старшего сына, привлекшего внимания великого человека. Сириус решает быть осторожным, но не привлекать внимание матушки, потому что испортить свой первый большой поход в волшебный район он не хочет.       Его с братом никогда туда не пускали. Он не заходил ни в одно кафе, ни в один магазин, кроме магазина «Твилфитт и Таттинг», а также за очень редким исключением банк «Гринготтс». Сириус не удивился бы, если дражайшая maman отправила Кричира за всем необходимым, но ему нужна волшебная палочка. А как известно не палочка выбирает волшебника, а волшебник палочку. Поэтому его тренировочная, что принадлежала, когда то его прадеду Сириусу Второму вернётся на свое место в родовое хранилище, а он сможет получить свою собственную, идеально ему подходящую. Предвкушение практически вырывается из него магией, но из последних сил Сириус сдерживает себя. Он не может все сорвать.       Трансгрессируя, держась за холодную руку матери, Сириусу удаётся устоять на ногах, совершенно не чувствует тошноты. Он привык так передвигаться. Камином они пользовались в очень редких случаях. В основном используя порт-ключи и трансгрессию.       Косой переулок всегда его увлекал. Хоть ему и нельзя было мотать головой из стороны в сторону и посмотреть многое не удавалось, но Сириусу с детства нравилось смотреть за бытом других волшебников. Как они бегали по своим делам, работали в этих уютных магазинах или просто обедали в кафе, стоящих на этой улице. Это место было самым волшебным, что Сириус видел, а он рос в доме полным проклятых вещей и магии.       В южной части косого переулка стоял узкий и обшарпанный магазинчик, а облупившиеся золотые буквы над дверью гласили: «Олливандеры: производители прекрасных волшебных палочек с 382 г. до н.э.». Мать еле заметно скривилась, окинув лавку презрительным взглядом. Сириусу же пришлось спрятать свой восторг от витающей повсюду тёплой магии.       Внутри магазин был крошечным и пустым, за исключением одного хилого стула в углу. Тысячи узких коробок с волшебными палочками были сложены до самого потолка крошечного магазина, и все место было покрыто тонким слоем пыли. Вальбурга ещё больше сморщила лицо, что было заметно только её сыну, научившему определять её эмоции по немного опущенный бровям, сжатым зубам и суженным зрачкам в таких же как у него серых глазах.       Мать не зовёт Олливандера, но он все равно появляется спустя пару секунд. Он выглядывает из небольшого проёма за лавкой, слегка улыбаясь:       — Добро пожаловать в магазин, Миссис Блэк, — очень добродушно поздоровался маг. Он не был молод, но и старым его Сириус бы не назвал. Он явно был старше матери, хоть Блэк и не мог сказать насколько. — Пришло время юному наследнику поступать в Хогвартс, — кивает он себе, пока Вальбурга, практически не обращает на него внимания. Он подходит к Сириусу, доставая волшебную рулетку, — Мистер Блэк, какой рукой вы пишите?       Сириус полностью потерялся в добродушие мужчины, он поднял правую руку, растерявшись. Гаррик тут же принялся измерять расстояние от плеча до пальцев, затем от запястья до локтя, а после от плеча до пола, колена до подмышки, также измерив окружность головы. Сириус полностью потерялся. Когда он смотрел семейные палочки по достижению восьми лет все что он делал это пытался произнести люмос. Теперь же волшебник делает какие-то только ему известные замеры и проговаривает себе что-то под нос, лишь один раз обратившись к Вальбурге:       — У вас, Миссис Блэк, вяз и сердечная струна дракона, — матушка кивнула, — а у Лорда Блэка из дерева грецкого ореха и пера феникса, — получив второй кивок, он направился на свой склад, вытащил три коробочки.       Первая — грецкий орех и струна дракона, не подошла. Небольшой взрыв на кончике палочки, даже заставил Вальбургу чуть вздрогнуть. Вторая — вяз и перо феникса, заставила загореться рядом стоящий стеллаж, но Гаррик быстро затушил его, чуть рассмеявшись, заставив Сириуса немного расслабиться. Третья из виноградной лозы и пера феникса тоже чуть не уничтожила собственность Оливандера. Но маг абсолютно не волновался, он даже развеселился, отправившись за новой партией волшебных палочек. Четвёртая, пятая и шестая тоже не подошли. Каждый взмах норовил что-то поджечь или взорвать и Сириус уже начал паниковать. В то время как Гаррик Олливандер, похоже, прибывал в блаженстве, которое Сириус не видел ни у кого в жизни.       Седьмая — дуб и волос единорога. Тоже мимо, но в этот раз Сириус ничего не поджог. Палочка просто выпустила из себя ярко синий луч, но никаких ощущений правильности Сириус не почувствовал. В этот момент Гаррик что-то понял.       — У вас есть интересные способности, Мистер Блэк, — улыбнулся он, направившись ещё дальше вглубь магазина. Как будто специально искал самую пыльную коробочку, — эту палочку создал мой дед. Попробуйте.       Чуть переживая, Сириус взял её в руки. Вот она. Та самая. Приятное тепло пробежало по всему телу, вызвав табун мурашек, а с кончика палочки вылетели золотые искры.       — Дуб и шерсть демимаска, — пояснил Олливандер, — одиннадцать дюймов, жёсткая.       Сириус слушал очень внимательно, желая запомнить все об этой красавице. Она была квадратной формы, очень правильной и удобной, на удивление. На корпусе у нее были выписаны символы, похожие на руны, но таких Сириус никогда не видел, ни в одном учебнике.       — Демимаски очень интересные существа, — пустил в разъяснения Гаррик, — очень незаметные и считается, что они могут предсказывать будущее.       Вальбурга стрельнула в мужчину неодобрительным взглядом, заплатив за палочку семь галеонов. Она взяла завороженного сына за плечо, вытолкнув на улицу.       Сириус так рвался в Косой переулок, чтобы посмотреть на лавки и быть волшебников, в итоге всю прогулку он встал в своих мыслях, желая как можно быстрее добраться до дома, чтобы испробовать магию с новой палочкой. Руки чесались попробовать заклинания, которые и раньше он с лёгкостью использовал, но сейчас это явно получится ещё легче.       Кажется, Вальбурга была удивлена ангельскому поведению своего сына, как будто она изначально готовилась к проблемам, когда забирала Сириуса с собой за покупками, а сейчас её отношение немного смягчилось. Сириус вытерпел снятие мерок для мантий, очередь в магазине «Флориш и Блоттс», он даже не порывался зайти в кафе-мороженное Флориана Фортескью или в лавку «Всё для квиддича». Немного подумав, она направилась туда.       Сириус опешил, не понимая почему матушка зашла в этот магазин, от которого всегда воротила нос, не давая Сириусу задержаться около витрины.       — Здравствуйте, — поздоровалась с консультантом Вальбурга, чем вызвала ещё большее непонимание у своего сына. Сириус подумал, что её настроение поднялось, потому что уже можно было возвращаться домой, но видимо он ошибся. — Оформите заказ на доставку метлы Нимбус-100 на адрес Гриммо-Плейс 12.       От удивления Сириус не смог совладать с эмоциями, резко переведя взгляд на матушку, та лишь чуть усмехнулась реакции сына, оформляя заявку. На выходе из магазина она трансгрессировала.       — Ты молодец, Сириус, — произнесла она, когда они оказались у входа в дом. — Блэки всегда получают то что хотят. А ты Блэк и заслужил это.       — Благодарю вас, maman, — Сириус склонил голову в поклоне, выражая сыновью почтительность. В последний раз матушка смотрела на него этим взглядом сразу после раскрытия дара, а до этого Сириус, даже вспомнить не мог. Вальбурга легко усмехнулась, отпустив своего сына в тренировочный зал, и в хорошем настроении отправилась к мужу, рассказать про сегодняшнее поведение сына.