Шёпот далеких звезд

01.09.1971

      Регулус пробрался в спальню брата перед рассветом. Сириус тоже не спал, он смотрел в окно, сидя на подоконнике, свесив ноги. Его всегда поражало, то, что он может видеть эту маггловскую улочку изнутри дома, но никогда не увидит окна в свою комнату снаружи.       — Ты чего не спишь, Реджи? — улыбнулся Сириус, обернувшись к брату.       — Ты уезжаешь. — Регулус констатировал факт. Он не грустил из-за этого. Он уже давно смылся с мыслью, что Сириус уедет, а он останется один в этом доме на целый год.       — Я буду писать, — ухмыляется Сириус, спрыгивает с подоконника и тянет брата на кровать. — Сразу расскажу тебе о всех правилах Хогвартса, чтобы ты смог быть идеальным учеником уже на своём первом курсе, — смеётся брат, про себя надеясь, что он нарушит как можно больше, стараясь не попасться, а если его заметят то не велика потеря, он сможет узнать про систему наказаний, сразу рассказав брату.       Регулус промолчал, упав на кровать, потянул брата к себе:       — Ты можешь обещать, что про меня не забудешь?       Сириус очень активно закивал головой, даже в самой страшной ситуации он никогда бы не смог оставить своего младшего брата. Он был первым и единственным его другом на протяжении всей жизни. Первым воспоминанием в жизни Сириуса был его брат. Маленький Регулус, опирающийся на перила своей кроватки, проливающий слезы, тогда-то он и решил его защищать. Будучи старшим братом, Сириус добрался до Реджи и пытался успокоить его, покачивая кроватку. Регулус уснул с мягкой улыбкой на губах, и Сириус полюбил брата всем своим детским сердцем.       Утро наступило с бурчанием Кикимера. Вредный эльф разбудил братьев, поклявшись, что не расскажет хозяйке, если юные хозяева очень быстро соберутся, и спустятся к завтраку. Напуганный Регулус поблагодарил домовика и побежал к себе в комнату, а Сириус мягко улыбнулся, направившись в ванную. Ему нужно быть на вокзале через три часа. Все время уйдёт на сборы и завтрак. Бросив взгляд на метлу «Нимбус-100», стоящую в углу комнаты, он немного расстроился, что на первом курсе нельзя привезти её в Хогвартс, но пообещал себе, что в следующем году обязательно попадёт в команду.       Ловить гордые взгляды родителей странно. Весь месяц с похода в Косой переулок Сириус провел в тренировочном зале, выходя только на занятия и приёмы пищи. Регулус иногда приходил посмотреть, но ему быстро наскучило, смотреть, как легко брат управляется с новой палочкой. Его тренировочная ему мало подходила, насколько Сириус знал, она когда-то принадлежала их пра-тётке Кассиопее Первой, что умерла задолго до рождения Вальбурги. Регулус закрылся в библиотеке, выходя из неё по тем же причинам, что и старший брат.       Регулуса не пустили на вокзал Кинг-Кросс. Он вышел проводить брата, но при матери не мог сказать ничего кроме банального пожелания хорошей дороги. Орион даже не спустился из своего кабинета. Вальбурга лишь доставила своего сына на вокзале, трансгрессируя почти сразу обратно. Она уже все сказала за последние несколько дней. Все что должен сделать Сириус это не навредить чести рода. Что ж он не мог этого обещать.       Пробравшись в вагон, Сириус начал искать купе. Обстановка вокруг сбивала с толку. Много улыбающихся, щебечущих и обнимающихся школьников. Они так ярко выражали свои эмоции, заставляя губы на лице Блэка расстраиваться в улыбке.       Все такие счастливые и громкие. Сириус такого никогда не видел. Все сборы со сверстниками проходили под чутким наблюдением родителей. На балах невозможно было найти хоть кого-то не прячущегося за маской, даже Регулус, будучи самым младшим, ещё в пятилетний возрасте усвоил, что нужно быть спокойным и уравновешенным. Сириусу всегда подобная маска давала с трудом. Только в истощенном состоянии его организм мог сосредоточиться на правильном, со слов его матери, поведении.       Перестав крутить головой, Блэк глубоко вздохнул и принял решение найти таких же как он первокурсников. Ему должно повести, и он найдет кого-то, кто поступит с ним на один факультет. Выпрямив спину и подняв подбородок повыше, как учила maman, Сириус двинулся вперед. Ему повезло в первом же попавшемся купе со свободными местами сидели первокурсники. Мальчик и девочка. Сириус никогда туда раньше не видел, поэтому сделал вывод, что они точно не входят в число священных двадцати восьми и вообще вряд-ли являются чистокровными. Любопытство взяло над ним вверх. Решив присоединиться, он постучал в дверцу. Дети тут же обратил на него внимание. Помня, что нельзя склонять головы, он слабо улыбнулся:       — Привет, вы не против, если я поеду с вами?       Мальчик фыркнул. Сириус был готов оскорбиться. Как этот грязнуля смеет с таким презрением смотреть на него? Он Блэк! Мальчик ему не понравился, но девочка солнечно улыбнулась, запуская его:       — Конечно-конечно. Я Лили Эванс, а это мой друг Северус Снейп. Ты тоже первокурсник?       Сириус кивнул. Не успел он расположиться на месте, как в дверь тут же без приглашения влетел ещё один первачок. На голове у него был полный беспорядок, если бы Сириус с такими волосами вышел хотя бы на завтрак, то его бы ждало минимум несколько жалящих и строгий выговор.       — Всем привет, я Джеймс Поттер.       Улыбка на лице мальчика была искренней, очень яркой, согревающей, будто солнце.       — Я Сириус Блэк, — в ответ Сириус практически просиял. Лили с Северусом тоже представилась, но это получилось очень сумбурно, потому что из нового члены компании волнами исходил энтузиазм. Он не сидел смирно, осматривал купе, укладывал вещи, а когда поезд тронулся, он практически подлетел к окну, начав неудержимо махать родителям. Лили поступила точно также, пока Северус и Сириус неловко посматривали куда угодно, кроме окна.       — На какие факультеты хотите? — спросил Джеймс, наконец, оторвавшись от окна.       — Мне все равно, — пожала плечами Лили, — я еду учиться, но подружиться с одноклассниками было бы здорово.       — Конечно, ты будешь со мной на Слизерине, — возразил Северус, на что Сириус скривился. — Какие-то проблемы? — с вызовом спросил Снейп.       — На Слизерин хотят только заносчивые придурки. Я знаю, о чем говорю, вся моя семья училась на Слизерине.       Кажется, Джеймса очень расстроил этот факт:       — Черт побери, не повезло.       — Не то слово. Я собираюсь попробовать нарушить эту традицию, — заговорщически прошептал Сириус. Джеймс одобряюще поднял большой палец вверх.       — Пошли со мной на Гриффиндор! Это место для сильных воинов, храбрых сердцем, — поясняет он для Лили, заинтересованно следящей за диалогом.       — Если для тебя важнее сила, а не ум, — прошипел Северус, его лицо стало выглядеть ещё более отталкивающим. Брови сошлись на переносице очень большого носа, делая его похожим на эрклинга.       — А куда ты поступишь, если у тебя ни силы, ни мозгов? — спросил Сириус, защищая своего нового друга.       Северус разозлился, забрал чемодан, лежащий у его ног, направившись к выходу из купе:       — Лили, пошли, найдём другое купе, не стоит сидеть с этими невеждами. Заразимся глупостью.       Лили, кивнув, собрала вещи и направилась вслед за другом. Она бы все равно не осталась в одном купе с теми, кто оскорбляет её друзей.       Долго ждать пополнения в купе не пришлось, через пару минут обсуждения метел для квиддича к ним в купе уже стучался высокий мальчик с милыми кудрявыми волосами в вязаном свитере и ещё один невысокий с вытянутым личиком.       Джеймс с радостью пустил попутчиков, заведя разговор на распределение по факультетам, воображая, как он будет сражаться с докси, потому что об этом рассказал ему отец. Сириус посмеялся, объяснив, что никаких сражений не будет и им всего лишь на голову наденут шляпу, которая прочитает их натуру и отправит на нужный факультет. Так ему рассказывали сестры. Трое мальчиков очень внимательно его слушали, а после пустились рассказывать истории про свои летние приключения.       Вот так сидя в купе, где четверо мальчишек рассказывали друг другу истории и поедая сладости, Сириус чувствовал себя на своём месте. Они смеялись, кидались в друг друга конфетами и делились переживаниями.       Вспышка и у него перед глазами почти такая же картинка, только они сидят на полу в комнате с красно золотыми обоями. Они расположились на алых одеялах и точно также веселятся. Одно видение накладывается на другое, и он видит, как они меняются, растут, а атмосфера вокруг них остается точно такой же: веселье, счастье и доверие.       — Думаю, мы попадём на один факультет, и эта дружба продлится много лет, — улыбаясь, произносит Сириус, смотря на новых друзей.       Замок поражает своей красотой. Дух захватывает, от просто изображения Хогвартса, но смотреть на него в реальной жизни ещё великолепнее. Звёздное небо отражается вместе с замком на водной глади, заставляя подаваться вперед, попытаться прикоснуться к этой фантастической красе. Сириус плывёт в одной лодке со своими соседями по купе, но не обращает на них внимания, погрузившись в великолепие архитектуры Хогвартса. Старый замок в понимании Сириуса, выглядит, как заброшенное поместье Блэков во Франции, но никак не такое беспорядочное, даже устрашающее строение, которое почему то не пугает, а наоборот зовёт к себе. От созерцания его отвлек звук воды и раздавшийся следом крик. Рядом сидящий Питер, также залюбовался Хогварстом и выпал из лодки.       Лесничий, везший их, через чёрное озеро, растерялся, начав искать что-то на своём теле, видимо волшебную палочку. Заметив, что Хагрид пока не может помочь, Сириус решил попробовать вытащить друга сам. Применив Левиосу и подняв Питера из воды, аккуратно опуская его в лодку. Мальчик весь дрожал, обдуваясь вечерним ветром. Вспоминая согревающие чары, Сириус мысленно взмолился, что не подожжет лучше друга.       — Питер, лучше не шевелись, — угрожающе предостерег Сириус, волнуясь о новом друге, но мальчик, почему то задрожала сильнее, — согревающие чары у меня выходят через раз.       Продолжал предостерегать Сириус, но все вокруг него, почему то вздрогнули, Джеймс попытался вмешаться, но Блэк уже взмахнул палочкой. Питера спасла насквозь мокрая одежда. Он сразу почувствовал тепло от согревающих чар, но мантия, рубашка и брюки не высохли. Сириус поблагодарил звезд, что не убил нового друга.       — Спасибо, — прошептал Питер, дрожь в его теле убавилась, Джеймс ободряюще сжал его плечо, а Ремус начал расспрашивать про заклинание.       — Признайтесь, что вы во мне сомневались? — задрал нос к небу, Сириус, не признаваясь, что он тоже абсолютно не был уверен в своих силах.       Дети спустились с лодки, а к Питеру сразу подошла взрослая, строгая на внешний вид женщина в остроконечной шляпе. Она высушила его одежду и похвалила Сириуса за хорошо выполнение заклинание и быструю реакцию, но уточнила, что в следующий раз лучше доверить спасение одноклассника преподавателям. Сириус пропустил её слова мимо ушей, ведь этот героический поступок, был одобрен, почти всеми свидетелями.       Профессор Макгонагалл, представилась и объяснила правила сортировки по факультетам. Джеймс выразил свое разочарование отсутствием сражения или хоть какого-нибудь приключения, а Сириус, не удержавшись, тихонько рассмеялся. Римус стукнул его локтем, пока Питер делал вид, что он абсолютно точно не смеётся.       — Мальчики, я бы хотела, чтобы вы очень внимательно меня слушали.       Вся четвёрка одновременно извинилась с улыбками на лицах, пытаясь больше не рассмеяться с непреднамеренного хора.       — Отлично, — кивнула Профессор Макгонагалл, используя заклинание темпус, она сверилась со временем и попросила первокурсников выстроиться перед входом.       Двери в Большой зал распахнулись и первокурсники, оглядываясь по сторонам, вошли внутрь. На потолке сверкало звёздное небо, а под ними висели сотни свечей, освещающие помещения. Не преднамеренно Сириус сразу нашел собственную звезду, определив, что это не просто иллюзия, а точное изображение, которое он сотни, раз наблюдал по ночам.       Макгонагалл начала называть имена первокурсников, те взволнованные, садились на табуретку, ожидая пока шляпа выберет их дальнейший путь. Когда очередь дошла до Сириуса, он не нервничал. Честно. Подняв голову и в последний раз, окинув звёздное небо, он направился к помосту. Он уже решил, что не отступит, если придётся, он будет угрожать этой шляпе, чтобы попасть на Гриффиндор к своим друзьям. Он видел, как все обернётся. Он знает куда попадёт.       Разумеется, на него смотрели все присутствующие в большом зале. Кто-то шептался, кто-то абсолютно точно даже не моргал. Действительно, все знают о взбалмошном наследнике Блэков. Эван Розье на Рождественском балу что-то говорил о том, что Сириусу вообще не стоит ехать в Хогвартс, потому что нет шансов поступить на Слизерин, но никто его не поддержал, хотя скорее всего все подумали о том же.       Вся эта напряжённая атмосфера Сириуса не напрягала. Ему были знакомы взгляды разных оттенков — от неодобрения до благоговения и презрения. На лице идеальная непроницаемая маска, а в голове абсолютная уверенность в результате.       — Еще один Блэк? — разнесся в голове голос. — Я бы отправила тебя туда же где вся твоя семья, но вижу, что ты уже знаешь моё окончательное решение.       — Да.       — Не сомневаешься? — спросила шляпа.       — Нет. Я видел что будет. Меня все устраивает, — сжал он кулаки, почему то в голове возникло лицо брата, но Сириус быстро отмел мысли о нем. Он старательно не смотрел на Нарциссу, прожигающую его взглядом, заверяя шляпу, что он хочет туда.       — Ты действительно очень смелый, Сириус Блэк, — её голос был по-отечески мягок, — ГРИФФИНДОР!       Зал погрузился в тишину. Нарцисса разинула рот на долю секунды, забыв про свои аристократические манеры, но тут же вернула себе самообладание, отвернувшись от брата. Сириус тоже проигнорировал её, солнечно улыбнувшись, направившись к столу красно-золотого факультета. Тишина длилась недолго, скоро стол зааплодировал и Блэк подавил желание театрально всем поклоняться. Создать шоу он ещё успеет, если он точно определил реакцию своей матери, даже дар не понадобился.       После Сириуса была та девочка из поезда, Лили, её отправили также на Гриффиндор. Она лишь сдержанно кивнула Сириусу, направив свой взгляд не на остальных первокурсников, а на того противного мальчишку. Северуса.       Совсем скоро к шляпе вызвали Ремуса Люпина. Сириус уже знал результат, но все равно смотрел, не отрывая глаз, как будто все могло измениться в любой момент. Мальчик был очень высокий для одиннадцати лет и сидел абсолютно не подвижно, почти как сам Сириус некоторое время назад.       — Гриффиндор!       — Я знал, что мы будем вместе, — поприветствовал его Сириус.       — Что это было за напряжением с твоим распределением? Ты какая-то важная шишка? — спросил Ремус, но ответил ему не Сириус, а один из близнецов Пруэтт. Кто именно Блэк определить не смог.       — Он что-то типа принца, среди волшебников, — пояснил Фабиан, а Гидеон продолжил:              — Вся эта херня с чистокровными Блэками королевских кровей.       Ремус присвистнул:       — Ебать, не знал, что делил купе с Его Высочеством.       Сириус зарумянился, не зная, что ответить. Манера разговора Ремуса его ещё заинтересовала в поезде. Он говорил с акцентом, который Блэк никогда не слышал, сам Ремус рассказал, что он из Уэльса и это в двух сотнях миль от Лондона и пошутил, что ему было ближе напрямую приехать в Хогвартс, ведь путь до Шотландии короче в целых два раза.       Вскоре к столу Гриффиндора присоединились ещё две девочки, Марлин Маккиннон и Мэри Макдональд, следом за ним Питер, которого Сириус тоже был рад видеть, сказав, что ни капли в нем не сомневался. И наконец, к ним подлетел счастливый Джеймс Поттер, который не просидел на табуретки и пары секунд, шляпа едва коснулась его головы.       Сириус вскочил, и Джеймс влетел в его объятия, не сбавляя скорости:       — Мы вчетвером Гриффиндорцы! — воскликнул он, садясь рядом с Сириусом, напротив Питера.       — О да, боюсь, я стал самым большим разочарованием своей семьи за последние сотни лет.       — Забей! — похлопал по плечу Сириуса Джеймс, — теперь мы твоя семья.       Тепло разлилось в груди, и Сириус счастливо кивнул. Остальная сортировка прошла скучно. Гриффиндорцев больше не было, а Северус Снейп, как и хотел, отправился на Слизерин.       Затем Дамблдор встал. На нем была забавная мантия жёлтого цвета, расшитая то ли какими-то неправильными ромбами, то ли причудливыми перьями. Сириус много слышал об этом человеке. Его имя то и дело возникало в разговорах родителей в не очень положительном ключе, что уже накидывало старику балов, по мнению Сириуса.       — Добро пожаловать в Хогвартс, первокурсники. Добро пожаловать домой, остальные, — начал он. Голос был мягким и тихим, но легко разносился по всему залу. — Не буду многословным, наверняка вы уже ждёте пир. Во-первых, я хотел бы представить нашего нового учителя по Защите от тёмных искусств, профессор Фоули.       Мужчина поднялся из-за стола, помахал детям рукой и сел на место, не став толкать какую-нибудь ознакомительную речь.       — Во-вторых, мистер Филч попросил меня напомнить всем студентам, что клыкастые фрисби и кричащие йо-йо — запрещенные предметы, список остальных запрещённых в школе вещей вы можете найти на двери его кабинета, — показалось Дамблдор произнес эти слова, смотря прямиком на Фабиана и Гидеона Пруэттов, которые в открытую дали друг другу пять.       — Я взял с собой и то и другое, — прошептал Джеймс, вызвав у Сириуса тихий смешок.       — И напоследок — сказал Дамблдор и его лицо чуть ожесточилось. Улыбка упала с лица, а брови чуть нахмурились, — я хотел бы напомнить всем ученикам, как важно помнить о ценности дружбы и доброты даже в самые мрачные времена.       Он взял небольшую паузу, осмотрел весь Большой зал, как будто заглядывая в душу каждому ученику и вновь улыбнулся:       — На этом всё. Да будет пир! — один хлопок и на столах начали появляться разнообразные блюда. Сириус оценил, что они были похожи на те к которым он привык. Зал погрузился в веселье, звуки стучавших о тарелки ложек и достаточно громкие разговоры. А в груди Сириуса Блэка появилась надежда на невероятно весёлый год.