Обсидиановое сердце

Прошло несколько дней. В первый вечер, когда Драко собирался уйти, Гермиона, сама удивляясь собственной смелости, неуверенно предложила ему остаться. Аргументы у неё были простые: ему некуда идти, а никто не должен знать, что он не у Снегга. Драко сперва мялся, хмурился, но в итоге всё же согласился. Гермиона заметила, что он быстро проявил интерес к телевизору. В свободные часы, когда они заканчивали занятия по окклюменции, Драко усаживался с пультом и с видом первооткрывателя перелистывал каналы. И когда он наткнулся на спортивную трансляцию, смотрел с таким изумлением, что Гермиона едва сдерживала смех. — Почему квиддич не показывают? — всерьёз спросил он, нахмурившись, как будто маглы упустили важнейший вид спорта в истории. Гермиона закрыла лицо ладонью, чтобы не расхохотаться в голос. «Он же как ребёнок», — подумала она с теплом, глядя, как наследник Малфоев щурится в экран, стараясь понять правила футбола. За два дня они успели досмотреть все части «Звёздных войн». Драко смотрел почти с открытым ртом, а когда Дарт Вейдер произнёс роковую фразу: «Люк, я твой отец», он ахнул и с силой откинулся на диван. Гермиона тут же рассмеялась, не в силах удержаться. — Это всё? — ошарашенно спросил он. — Больше нет? Фильм закончился? — В газетах писали, что будет ещё одна часть. Премьера вроде назначена на 1999 год, — ответила Гермиона, едва скрывая улыбку. — Понятно… — протянул он задумчиво. Она замялась, потом, собравшись с духом, сказала: — Знаешь, Драко… когда всё закончится… — Гермиона почувствовала, как вспыхнули щёки, — я могу показать тебе кинотеатр. — Кино… театр? — переспросил он, словно пробуя слово. — Да. Это место, где показывают фильмы на огромных экранах. Там собираются люди, и всё кажется… ещё реальнее. Драко сидел с удивлённым лицом, потом коротко кивнул. — Ладно. Договорились. — Договорились? — переспросила Гермиона, почти не веря своим ушам. — Когда всё закончится, — серьёзно сказал он. — Покажешь этот свой кинотеатр. Гермиона широко улыбнулась, впервые за долгое время почувствовав настоящую лёгкость. — Ладно, пора спать. Уже поздно. — Э-э… — Драко поёрзал на диване. — Я могу ещё немного посмотреть? Ну… я не хочу спать. — Что ты хочешь посмотреть? — Гермиона приподняла бровь. — Ну, там… вроде этот… как его… футбол. Телевизор сказал, что матч сборной Лондона с Германией. Гермиона рассмеялась. — Хорошо. Только не забудь выключить, — сказала она, поднимаясь. Он что-то буркнул в ответ, уже снова уставившись в экран, и Гермиона, уходя наверх, поймала себя на мысли: впервые за долгое время в доме было не так страшно и пусто. На следующий день они продолжили тренировки. Драко сидел в кресле, скрестив руки, и внимательно разглядывал Гермиону, которая устроилась напротив на ковре. — Запомни, — сказал он холодно, — это не просто «закрыть глаза и представить дверь». Если так делать, тебя сломают за минуту. Ты должна научиться чувствовать, когда в твою голову вторгаются. И главное — не паниковать. Гермиона глубоко вдохнула. — Готова. Он поднял палочку: — Легилименс. Мир вокруг поплыл. Гермиона вновь ощутила тот странный тянущий вихрь в голове — и вот она уже в собственных воспоминаниях. Вагоны поезда, смех Гарри, рыжие волосы Рона, её радостный голос: «Я Гермиона Грейнджер…» — Сосредоточься, Грейнджер! — голос Драко прозвучал прямо в её голове. Она зажмурилась, пытаясь оттолкнуть его. Мысль о родителях всплыла сама собой, и от этого кольнуло сильнее. Она попыталась «закрыть дверь» — вообразила массивную деревянную створку, задвижку, замок. Драко упёрся, и от напряжения у неё закружилась голова. Вдруг вторжение резко оборвалось. Гермиона упала на пол, тяжело дыша. — Слабовато, — сказал он, но в голосе не было издёвки, только усталость. — Я… пыталась, — прошептала она, вытирая вспотевший лоб. — Знаю. — Драко откинулся на спинку кресла. — Ты хотя бы начала правильно. Эта дверь в голове… держалась дольше, чем вчера. Гермиона подняла глаза. — Ты… правда думаешь, что у меня получится? Драко замялся, отвёл взгляд, но всё же ответил: — Да. Если не сгоришь от упрямства раньше. Она усмехнулась сквозь усталость. — Ты сейчас звучишь как Снегг. — Мерлин упаси. — Драко скривился. — Ещё раз так скажешь — я брошу тренировки. Они оба замолчали, и в комнате повисла странная тишина.

***

Вечер выдался тихим, только слабый стук ножа по разделочной доске нарушал тишину. Гермиона, стоя на кухне, пыталась сосредоточиться на нарезке овощей, но каждый удар отзывался в голове гулкой болью. — Всё ещё болит? — раздался за спиной спокойный голос. Она вздрогнула и обернулась: Драко стоял, скрестив руки, и наблюдал за ней. — Да… — призналась Гермиона, устало опустив нож. — Таблетки не помогают. И зелья тоже. Он молчал какое-то время, словно взвешивал решение. — Давай завтра сделаем выходной. — Нет, не нужно, — быстро возразила она. — Я справлюсь. — Мне не нужно, чтобы твои мозги вскипели, — отрезал Малфой. — Один день отдохнёшь, и продолжим. Я понимаю, что времени мало, но у тебя начинает получаться. Если будем давить — головная боль станет хуже, и продлится неделями. Гермиона бессильно опустилась на стул. Драко, взмахнув палочкой, заставил нож продолжить нарезку сам. Он сел напротив, долго смотрел на неё, и в этом взгляде читалась странная смесь сомнения и решимости. — Грейнджер, — начал он наконец. — Я понимаю, ты не скажешь… но всё же. Что за поручение дал вам Дамблдор? Гермиона подняла глаза, полные усталости, но твёрдо покачала головой: — Я не могу сказать, Драко, прости. Это… очень важно. То, что должно помочь победить Волан-де-Морта. — Значит, Дамблдор нашёл способ? — голос его был напряжённым. Гермиона кивнула. — Это будет нелегко… я даже не могу представить, сколько это займёт времени. Может, даже годы. — Годы? — он нахмурился. — Да. Мы… просто даже не знаем ещё, с чего начать. — Грейнджер… у вас же есть какой-то план? — в его голосе прорезалась злость. — Нет, — честно ответила она. — Дело в том, что мы ещё не виделись с Гарри после школы. В конце июля я отправлюсь со всеми и мы увидимся. Может, Гарри что-то известно… Драко резко выдохнул, ударив ладонью по подлокотнику стула: — Чёрт, Грейнджер! Я думал, у вас есть план и вы знаете, что делать! — Мы только отправляемся на поиски… — Поиски? — он вскинул брови. — Вы что, не знаете вообще ничего? — Нет, почему же, — возразила она, стараясь говорить спокойно. — Я кое-что выяснила. И теперь у меня есть представление, что нас примерно ждёт. Драко фыркнул и откинулся на спинку стула, раздражённо глядя в сторону. — Если вы погибнете, всё будет кончено. Стук ножа, всё это время нарезавшего овощи, начал выводить её из себя. Гермиона взмахнула палочкой, и нож остановился. — С нами всё будет в порядке, — сказала она твёрдо. — Главное, ты не попадись ему. И не раскрой себя. Драко перевёл на неё взгляд. В серых глазах читалась не только злость, но и что-то ещё — страх, усталость, смятение. Он словно хотел сказать больше, но сдержался. Когда ужин был окончен, Гермиона устало потянулась и уже направилась к себе в комнату, как вдруг раздался стук в дверь. Драко мгновенно вскочил с дивана, будто подброшенный пружиной. — Спрячься в спальне родителей, быстро, — шепнула Гермиона. Малфой кивнул и стремительно поднялся по лестнице. Гермиона дождалась, пока скрип ступеней стихнет, и только тогда подошла к двери. Она осторожно приоткрыла её — и ахнула. — Мистер Бруствер? — воскликнула она, увидев Кингсли. — Мисс Грейнджер, — кивнул он, проходя в дом. Гермиона посторонилась, позволяя ему войти. — Вы так поздно… что-то случилось? — Прошу прощения, что беспокою вас в столь поздний час, — его низкий голос звучал серьёзно. — Дело в том, что наши планы немного изменились. — В каком плане? — насторожилась она. — Мы вынуждены выдвигаться немного раньше, чем планировали. За вами придут двадцать пятого июля. К этому времени вы должны быть полностью готовы. — Хорошо, я поняла… спасибо, — кивнула Гермиона, стараясь говорить ровно. Кингсли тем временем окинул взглядом гостиную: два стакана на столе, кружки и тарелки, которые сами мылись в раковине, ещё тёплый чай у дивана. — Ваши родители дома? — Нет, — быстро ответила Гермиона. — Уехали к родственникам. — Жаль, я хотел бы поговорить с ними… — его взгляд задержался на кружках. — Вы… не одна, мисс Грейнджер? Гермиона натянуто улыбнулась: — Я одна, сэр. Кингсли задержался ещё на миг, словно хотел спросить что-то ещё, но, покачав головой, сказал: — Ну ладно. Доброй ночи, мисс Грейнджер. Простите за вторжение. — Н-ничего страшного. Он ещё раз внимательно осмотрел гостиную, потом вышел. Гермиона прислушалась: за дверью раздался хлопок трансгрессии. Только тогда она выдохнула с облегчением и бросилась наверх. — Всё в порядке, это был… — она распахнула дверь в спальню родителей, но комната оказалась пустой. — Малфой? Ты где?.. О, нет. Сжав кулаки, она торопливо шагнула к своей комнате, распахнула дверь — и застыла. Драко стоял посреди её спальни, вертя в руках мягкую игрушку-кролика. — Что ты делаешь?! Я сказала — в комнату родителей! — Игрушки? — с усмешкой протянул он. — Серьёзно? Гермиона мгновенно пересекла комнату и попыталась выхватить кролика, но Драко поднял руку вверх, держа игрушку на вытянутой руки. — Грейнджер, зачем тебе игрушки в спальне? — Верни его, Малфой! — возмущённо выкрикнула она и подпрыгнула, пытаясь достать кролика. В тот момент они оба замерли. Гермиона вдруг ощутила, как её ладонь упёрлась ему в грудь, а другая рука всё ещё тянулась к игрушке. Они стояли слишком близко, так, что она слышала его дыхание. Секунды тянулись как вечность. Гермиона почувствовала, как сердце громыхает в груди так сильно, будто его услышит весь дом. Драко тоже замер, его серые глаза смотрели прямо в её — и впервые в них не было ни холодного презрения, ни усмешки. Только какое-то странное смятение. — Отпусти, — прошептала Гермиона, но голос её предательски дрогнул. — Я и не держу, — так же тихо ответил он, но игрушку не опустил. Гермиона ещё раз потянулась за кроликом, и её пальцы скользнули по его ладони. В воздухе повисло напряжение — густое, вязкое. Она резко отдёрнула руку, будто обожглась, и отступила на шаг, стараясь перевести дыхание. — Ты… — она попыталась найти слова, но голос звучал слишком хрипло. — Ты иногда ведёшь себя как ребёнок, Малфой. Он усмехнулся, но это была уже не та самодовольная ухмылка, а какая-то усталая, чуть растерянная. — Возможно, — ответил он и, не глядя на неё, осторожно опустил игрушку обратно на кровать. Гермиона прикусила губу, чувствуя, как щеки полыхают. Она хотела что-то сказать — упрекнуть, съязвить, просто разорвать эту неловкую тишину, но язык словно прилип к нёбу. — Я… пойду, — глухо сказал Драко, делая шаг к двери. — Увидимся завтра. Он задержался на миг в дверях, словно колеблясь, потом резко отвернулся и вышел, прикрыв дверь за собой. Гермиона осталась стоять посреди комнаты, тяжело дыша, и никак не могла понять, что только что произошло. Она опустила взгляд на мягкого кролика, лежащего на подушке, и вдруг поймала себя на мысли, что ей совсем не хочется возвращать всё «как прежде». Гермиона в ту ночь так и не смогла уснуть сразу. «Что это было?» — мысли кружили по кругу, будто заколдованные. Она перевернулась на бок и, к своему ужасу, ощутила, что на подушке будто остался тонкий аромат — то ли его духов, то ли просто запах Драко. Гермиона резко мотнула головой. «О чём ты думаешь?! Прекрати немедленно!» А внизу, на диване в гостиной, Драко уже спал. Он категорически отказался от гостевой спальни или комнаты родителей. Почему — не объяснил. Гермиона проснулась почти к полудню: голова уже почти не болела, и впервые за несколько дней она чувствовала себя в порядке. Приняв душ и быстро приведя волосы в порядок, она спустилась на кухню. В гостиной Драко сидел, развалившись на диване, и смотрел какой-то сериал. — Это вызывает зависимость, Малфой, — усмехнулась Гермиона, проходя мимо. — И тебе доброе утро, Грейнджер, — лениво отозвался он, не отрывая взгляда от экрана. — Доброе, — отозвалась она, заглядывая в холодильник. — Сегодня надо сходить в магазин за продуктами. — Я пойду с тобой. — Что?! Нет, ты с ума сошёл? А вдруг нас кто-то увидит! — Гермиона захлопнула дверцу холодильника и повернулась к нему. — И потом… ты же не пойдёшь в мантии? На улице жара, это привлечёт внимание. — Я трансфигурирую волосы и немного лицо, никто не поймёт, что это я. Грейнджер, я тут уже неделю взаперти, в одном доме с тобой. Так и с ума сойти можно. Она закатила глаза, но уголки её губ дрогнули. — Ладно. — Гермиона сдалась. — У нас осталась неделя. А потом, на следующий день, я отправляюсь в штаб-квартиру Ордена. Драко щёлкнул пультом, выключая телевизор, и поднялся. — Ты долго спала, я хочу есть. Пошли уже в магазин. — Не ной, — усмехнулась Гермиона. — Я не ною, — возмутился он, но тон его был скорее насмешливым. — Просто ты спала целую вечность. — Я не виновата, что ты просыпаешься ни свет ни заря. — Она приподняла бровь. — Кстати, у меня почти не болит голова. Думаю, мы сможем продолжить тренировки. — Нет, — отрезал Драко. — Начнём завтра. Гермиона придирчиво окинула взглядом Драко: опять чёрная рубашка и брюки. — У тебя есть нормальная одежда? — спросила она, скрестив руки. — Что значит нормальная? — он приподнял бровь. — Ну… неужели у тебя только брюки и рубашки, Малфой? — Ну… да, — с совершенно серьёзным видом ответил он. Гермиона закатила глаза. — Ладно. Посмотрю что-нибудь в гардеробе отца. — Я больше не собираюсь надевать одежду твоего отца, Грейнджер, — тут же поморщился Драко. — Малфой, даже если ты изменишь внешность, твой стиль выдаст тебя! Никто не ходит летом в мантиях и парадных брюках. Драко хмуро глядел на неё, будто она только что предложила ему прогуляться в мешке для картошки. — Я не буду носить вещи твоего отца. — У нас нет времени бегать по магазинам! — вспыхнула Гермиона. — И к тому же весь мой бюджет уже расписан. Я не собираюсь покупать тебе магловскую одежду. — Ладно, — протянул он нехотя. — Показывай, что у тебя есть. Но выберу я сам. Гермиона довольно ухмыльнулась: — Пойдём. Они поднялись в комнату родителей. Гермиона распахнула шкаф: внутри висели вещи, что остались слишком малы отцу. — Вот, смотри, — она указала на плечики. — Отойди, — буркнул Драко и встал прямо перед открытым шкафом, морщась так, будто внутри скрывался василиск. Он вытащил футболку с изображением большой собаки и уставился на неё, как на оскорбление чистокровного достоинства. — Это… что? — Эм… неважно. Это не подойдёт. Повесь обратно, — Гермиона поспешила. Драко вернул футболку на место с таким видом, будто избавился от чего-то постыдного. — А есть что-то без рисунков и странных картинок? Гермиона подошла к комоду и порылась в ящиках. — Вот! — она торжественно вытащила простую белую футболку. Тем временем Драко извлёк из шкафа джинсовую рубашку и с отвращением разглядывал её. — М-да… — протянул он, словно держал в руках рваную тряпку. — Отлично, — оживилась Гермиона. — Осталось найти джинсы. — Нет, — резко сказал он. — Я не надену никаких штанов. Чем мои брюки так ненормальны? — Малфой, я вообще не понимаю: тебе разве удобно всё время в этом? — она ткнула пальцем в его рубашку. — Ты одеваешься так, будто идёшь на заседание Визенгамота, а не в магазин за молоком! Гермиона порылась внизу шкафа и достала простые джинсы, почти новые — отец даже не успел их поносить, потому что поправился. Она протянула их Драко. — Ой, хватит кривляться, — устало сказала Гермиона, когда тот взял джинсы двумя пальцами, будто держал дохлую крысу. — Выйди, — буркнул он. — Я переоденусь и сам приведу в форму. — Вот и славно, — с торжеством отозвалась она, задрав подбородок и вышла из спальни, чувствуя себя победительницей. Минуты тянулись мучительно долго. Десять, пятнадцать, двадцать… Гермиона уже собиралась ворваться обратно и высказать всё, что думает о Малфое и его заносчивости, как дверь наконец скрипнула. Она застыла. Перед ней стоял парень, который с первого взгляда показался чужим. Волосы — тёмные, чёрные, с лёгким блеском, чуть длиннее и аккуратно зачёсаны назад. Черты лица изменены лёгкой трансфигурацией: нос тоньше, подбородок мягче. И глаза — ярко-голубые, совершенно не Малфоевские. А джинсы с белой футболкой делали его похожим на самого обычного магла. — Вау, — вырвалось у Гермионы. — Правда вау. — Пойдём, хватит пялиться, — резко бросил он, будто это ему стало не по себе. — Да подожди же! — Гермиона кинулась следом и, пока он спускался по лестнице, обошла его. Она придирчиво окинула его взглядом с головы до ног, и губы сами сложились в улыбку. — А ты… ничего, — сказала она наконец. — Что? — прищурился он. — Ну, я имею в виду… получилось ничего. Симпатично, да. Драко застыл, поднял бровь и уставился на неё так, что у Гермионы тут же вспыхнули щёки. — Всё, пошли, — пробормотала она и, стараясь скрыть смущение, открыла дверь, пропуская его вперёд. Они молча шагали по улице, и Драко всё время вертел головой, то разглядывая машины, то людей, то вывески. — Хватит так таращиться, — шёпотом одёрнула его Гермиона, поправляя сумочку на плече. — Это неприлично. Малфой лишь фыркнул, но всё равно задержал взгляд на проезжающем мимо автобусе. Супермаркет оказался большим, с яркими витринами и шумной парковкой. Драко на мгновение застыл, уставившись на входные двери, что сами собой разъезжались в стороны, пока Гермиона не схватила его за локоть и не потащила внутрь. — Веди себя спокойно, Малфой, это всего лишь магазин, — прошипела она. — Да отпусти, — раздражённо выдернул он руку. У входа Гермиона схватила корзину для продуктов и без лишних церемоний всунула её ему в руки. — Держи. Нам надо купить продуктов на неделю. Драко смерил её возмущённым взглядом, но подчинился. Коридоры были яркие, полки ломились от всякой всячины. Больше всего Малфоя привлекла касса — она громко пищала, когда кассирша проводила товары по какой-то стеклянной панели. — Малфой, соберись! — Гермиона подтолкнула его вперёд. — Ты что, правда впервые в таком месте? — Конечно впервые, Грейнджер, — процедил он сквозь зубы, но глаза его всё равно возвращались к пикающей кассе. Они двинулись по рядам. Гермиона привычно сбрасывала в корзину продукты, добавила пару тетрадей, потом ещё коробку печенья. — Не тяжело? — с насмешкой спросила она. — Нет. Давай быстрее. Может, этого хватит? — Нет, ещё что-нибудь сладкого. И я хочу чипсы. — Чипсы? — Драко нахмурился. — Солёная картошка, очень вкусная. Думаю, тебе понравится. Он презрительно поджал губы, но возражать не стал. — Гермиона! — донёсся вдруг знакомый голос. Оба резко обернулись. К ним ковыляла пожилая женщина, опираясь на костыль и держа в другой руке корзину. — Добрый день, милая! — улыбнулась она. — О, миссис Бронсон! Добрый день! — поспешно ответила Гермиона, стараясь держаться уверенно. — Ты уже вернулась из своей школы? — Да, ещё в конце июня. — А я даже не видела тебя, дорогая. И твоих родителей что-то давно не встречала. — Они уехали по работе, — выдавила Гермиона улыбку. — Ах да… Ты слышала, что весной мистер Бронсон покинул нас? — Да, слышала… очень соболезную вашей утрате. — Спасибо, милая. — Старушка ласково похлопала её по руке, а потом вдруг заметила Драко, стоявшего с каменным лицом и корзиной, полной продуктов. — А это кто у нас? Твой парень, Гермиона? — Что? Нет! — Гермиона вспыхнула и резко повернулась к Малфою. — То есть… это мой кузен. Он… приехал недавно из Канады. Драко едва заметно дёрнул уголком губ, будто сдерживал усмешку, но благоразумно промолчал. — Ну хорошо, ты же не забыла, что обещала моему внуку Брайну… — старушка заговорщицки подмигнула. — Ох, миссис Бронсон, мне было тогда шесть лет! — Гермиона рассмеялась, чувствуя, как уши предательски краснеют. — Простите, но нам уже пора, мы торопимся. Она торопливо схватила Малфоя под руку и потащила в соседный ряд. Только когда они скрылись за полками с консервами, Гермиона шумно выдохнула: — Фух… каждый раз одно и то же. — Что ты обещала её внуку? — приподнял бровь Драко, явно наслаждаясь её смущением. — Что поженимся! — выпалила Гермиона. — Что?! — Драко чуть не выронил корзинку, а потом с недоверием уставился на неё. — Да не смотри так. Ему было десять, мне шесть. Он приезжал летом к бабушке, мы играли вместе во дворе. И… ну как-то так вышло, — она развела руками, стараясь казаться спокойной. На губах Малфоя появилась насмешливая усмешка: — Ну ты даёшь, Грейнджер. Прямо романтика. Гермиона фыркнула, нарочно отвернувшись. — Ладно, хватит болтать. Нам нужно взять ещё фрукты. Они добрались до кассы, тележка уже доверху была забита продуктами. Драко всё это время с подозрением поглядывал на кассира — женщину средних лет, которая с отработанной скоростью перекладывала товары и пробивала их со звоном. Каждый «пик!» сканера заставлял его чуть вздрагивать. Очередь двигалась вперёд, и Гермиона внезапно замерла, хлопнув себя по лбу: — О нет, я забыла взять рис! Подожди здесь! — она сунула ему в руку кошелёк и, не дав возразить, метнулась обратно в ряды. — Я быстро! — Подожди, что?! — Драко в панике посмотрел на кошелёк, словно тот был опасным артефактом. И тут кассир подтолкнула ленту, и товары Малфоя уже покатились вперёд. — Следующий! — строго сказала она. Драко замер, как окаменевший, и начал перекладывать продукты на ленту, копируя движения тех, кто стоял перед ним. — Пакет нужен? — сухо спросила кассир. — Ч-что? — он моргнул. — Пакет. Для покупок. — А… да, наверное, — пробормотал он, будто соглашался на сделку с дементором. Кассир снова «пикнула» сканером, цены побежали по экрану. Драко всё больше мрачнел, пока очередь за ним начинала нетерпеливо ворчать. Он схватил кошелёк, открыл его и уставился на содержимое — монеты, бумажки разных размеров, карточка с золотистым блеском. — Ну же, молодой человек, — нетерпеливо сказала кассир. — Я… эм… — Драко беспомощно оглянулся, будто искал глазами Гермиону. И тут она подоспела, прижимая к груди пакет риса. — Ох, я же сказала, что быстро! — улыбнулась она и, заметив его выражение лица, прыснула со смеху. — Ты что, так и стоял, как загипнотизированный? — Я стоял не «как загипнотизированный», а… — Драко выдохнул и протянул ей кошелёк. — Скажи честно, ты нарочно меня оставила? Гермиона быстро рассчиталась и, получая сдачу, едва сдерживала улыбку: — Может быть. Но согласись, было забавно. Драко фыркнул, взял пакет с продуктами и буркнул: — Ещё раз так сделаешь — сама тащи эту магловскую корзину. А Гермиона только рассмеялась, выходя с ним из магазина, и не могла избавиться от ощущения лёгкости — будто они на мгновение были самыми обычными подростками, без войн, секретов и страха. Драко тащил два тяжёлых пакета, и Гермиона едва удерживала довольную улыбку — чувствовала себя так, словно выиграла в какой-то спор, хотя он официально и не состоялся. — Почему мы не можем наложить на них заклинания лёгкости? — недовольно пробурчал он. — Они тяжёлые, Грейнджер. — Нам тут осталось совсем немного, — спокойно ответила она. — И потом, ты же мужчина. Драко фыркнул, собираясь возразить, но Гермиона кивнула в сторону соседнего двора: — К тому же посмотри. Это миссис Чамли. Она каждый день сидит на ступеньках и разглядывает всех прохожих. В детстве часто угощала меня сладостями. Очень добрая старушка… но обожает распускать сплетни. Драко перевёл взгляд на седую женщину, что с явным интересом наблюдала за ними поверх очков, и нахмурился: — И мне-то что с этого? Почему это именно я должен таскать эти… пакеты? Гермиона прыснула от смеха, прикрыв рот рукой. — Что смешного?! — раздражённо остановился он, поворачиваясь к ней. — Просто… — она едва сдерживалась, — я хочу уже скорее вернуться, чтобы ты снял эту трансфигурацию. И тогда наконец увидеть твоё настоящее возмущённое лицо. Драко закатил глаза и, демонстративно ускорив шаг, зашагал вперёд, будто хотел поскорее закончить это «унижение». Гермиона поспешила за ним, не в силах перестать улыбаться. Они вернулись домой, и Гермиона, не принимая никаких отговорок, заставила Драко помогать разбирать пакеты. Он тут же снял трансфигурацию с лица, словно сбросил ненужную маску, и с явной неохотой начал доставать продукты. Каждую упаковку он вертел в руках так, будто держал в них не еду, а странные артефакты. — Это что? — нахмурился он, разглядывая яркую коробку. — Это печенье, — Гермиона скрестила руки. — Малфой, ты читать не умеешь? — Просто… у них странная упаковка для печенья. — Открой и попробуй. Драко достал палочку, собираясь навести заклинание, но Гермиона резко схватила его за руку. — Серьёзно? Ты собираешься использовать магию, чтобы открыть пачку печенья? Он закатил глаза и спрятал палочку обратно в карман. С некоторым трудом справившись с замысловатой пластиковой обёрткой, он достал печенье, осторожно попробовал — и удивлённо приподнял брови. — Я не понимаю, — сказал он наконец. — Не понравилось? — Нет. Вкусно. Просто… странно, что магловская еда настолько отличается от того, что мы ели в Хогвартсе. Гермиона улыбнулась. — Они используют всякие добавки для вкуса. — Добавки? — Да. Ароматизаторы, усилители вкуса. Драко нахмурился, снова посмотрел на печенье. — Это же не вредно? — Если есть такое каждый день годами, то, наверное, скажется. Особенно на зубах. Родители раньше не разрешали мне много сладкого именно из-за этого. Они же дантисты. — Дан… кто? — Врачи, которые лечат зубы. Следят за состоянием полости рта, чтобы всё было в порядке, — спокойно объяснила Гермиона. Драко уставился на откушенное печенье, потом снова поднял глаза на неё. — Понятно. — Только не налегай, а то к обеду аппетита не останется, — предупредила она, снова взмахнув палочкой над кастрюлей. — Я, конечно, не так хорошо готовлю, как моя мама, — продолжила Гермиона, бросая в кастрюлю овощи, — но, думаю, это вполне съедобно. Хотя ты и не жаловался на мою стряпню все эти дни. Это удивительно. Драко не ответил сразу. Он продолжал задумчиво смотреть на неё, потом доел печенье, запил соком и даже тихо фыркнул от неожиданного вкуса. — Отец всегда твердил, что магловская еда грязная и низшая. Что маглы глупы, примитивны. С самых пелёнок внушал мне это. Гермиона поставила половник и внимательно посмотрела на него. — А что ты думаешь сейчас? Драко задержал взгляд на соке, затем на ней. — Я не знаю, — признался он после паузы. — Мне всё это непривычно. И вряд ли я когда-нибудь смог бы по-настоящему привыкнуть. Но… это новое. И я даже не могу объяснить, что чувствую, глядя на всё это. Я представлял себе всё совсем иначе. Гермиона прижала ладони к краю стола, наблюдая за ним. В его пальцах всё ещё была та же привычная холодность и резкость, но в глазах мелькнуло что-то новое — растерянность, любопытство, словно он впервые оказался в чужом мире, где правила, привычки и даже вкус еды рушат все устои, вбитые с детства. Она поймала себя на том, что задержала дыхание. Это был всё тот же Драко Малфой — надменный, язвительный, со вспышками раздражения в каждом слове. Но сейчас перед ней сидел юноша, который, словно ребёнок, впервые пробует что-то простое и удивляется. И в этом было что-то настолько человеческое, что её сердце неожиданно сжалось. Как же всё в нём перепутано, — подумала она. — Упрямство, гордость… и в то же время вот это — любопытство, которое он даже не пытается скрыть. Она отвернулась к кастрюле, чтобы он не заметил её взгляда, и чуть улыбнулась. — Привыкай, Малфой. Добро пожаловать в магловский мир. Он поднял глаза, и на мгновение в его лице мелькнуло что-то похожее на ответную улыбку, но тут же исчезло, уступив место привычной надменной маске. После плотного обеда Гермиона решила не давать себе и Малфою утонуть в мыслях. Она вытащила коробку с кассетами, приготовила лимонад и чипсы и решительно уселась на диван, пододвинув журнальный столик ближе. — Последний день выходного и потом снова в бой! — бодро заявила она, хлопнув ладонями по коленям. Драко, нахмурившись, чуть отодвинулся в сторону, будто боялся, что она сейчас ещё и начнёт его подталкивать локтем. — Так, что будем смотреть? — Гермиона разглядывала коробки. — Может ужасы? Или комедию? Что мы ещё не смотрели?.. — Ужасы там про что? — спросил он осторожно, не сводя глаз с разноцветных обложек. — Ну-у, про маньяков-убийц, про пришельцев… есть про монстров. — Нет, — коротко отрезал Драко. — Давай что-то другое. В нашей жизни и так хватает всяких убийц. — Ну да, ты прав, — задумчиво согласилась Гермиона и продолжила перебирать кассеты. — Давай тогда комедию. Есть романтические, есть сказки, есть просто бытовые… — Включай уже что-то, Грейнджер, — с видом обречённого вздохнул Малфой, откинувшись на спинку дивана и скрестив руки. Гермиона едва заметно улыбнулась, вставила кассету в видеоплеер и нажала на кнопку. Экран ожил, заиграла лёгкая музыка, и вот уже первые сцены заполнили тишину комнаты. Она устроилась поудобнее, бросив быстрый взгляд на Драко: тот сидел настороженно, будто готовился к экзамену по ЗОТИ, но через несколько минут его брови приподнялись, а напряжённые плечи чуть опустились. Гермиона сделала глоток лимонада и украдкой подумала: «Ну вот, Малфой. Добро пожаловать в мир магловского юмора». Фильм начался с какой-то нелепой сцены: мужчина, пытаясь казаться галантным, врезался в дверь и свалился с охапкой цветов. Гермиона прыснула со смеху, прикрыв рот ладонью. Драко же сначала сидел каменным изваянием, но в уголках губ мелькнуло что-то похожее на усмешку. — Это… должно быть смешно? — осторожно спросил он. — Ну конечно! — Гермиона ткнула его локтем. — Это же комедия, Малфой. Через несколько минут он уже сам едва слышно фыркал, когда экранный герой упал в торт, а к концу первой сцены даже коротко рассмеялся. Настоящий, живой смех — тихий и почти удивлённый, будто он сам не ожидал от себя такой реакции. Гермиона украдкой посмотрела на него, и её сердце предательски дрогнуло: видеть, как Драко Малфой, всегда надменный и холодный, смеётся над магловской комедией, было чем-то совершенно невозможным и… каким-то по-человечески тёплым. — Не смотри так, — пробормотал он, поймав её взгляд. — Я просто… пытаюсь понять их логику. — Конечно, конечно, — усмехнулась Гермиона. Она подвинула к нему миску с чипсами. — Попробуй. Драко скептически заглянул в миску, взял один кусочек двумя пальцами, будто опасался испачкаться, и осторожно откусил. Хруст раздался на всю комнату. Он нахмурился, потом взял ещё один, ещё… и через пару минут рука уже машинально тянулась в миску снова и снова. — И? — спросила Гермиона с прищуром. — Это… — Драко сделал паузу, будто не хотел признавать очевидное. — Это… чертовски вкусно. — Я же говорила! — Гермиона рассмеялась. — Солёная картошка — магловское оружие массового поражения. — Опасное оружие, — серьёзно согласился он, доставая очередную горсть чипсов. — Я могу есть их без остановки. — Ну, если будешь есть слишком много, зубы испортятся. — Уж лучше пусть испортятся зубы, чем я упущу это, — пробормотал он с видом человека, открывшего новое откровение. Гермиона закатила глаза, но не переставала улыбаться. В тот вечер они вдвоём смеялись над экранными глупостями, пили лимонад и спорили о том, как бы волшебники справились с ситуациями из фильма. И впервые за долгое время Гермиона почувствовала лёгкость, будто мир вокруг хоть ненадолго перестал рушиться. Фильм закончился, и Гермиона выключила телевизор. В комнате повисла приятная тишина, нарушаемая только негромким хрустом: Драко доедал последние чипсы из миски, будто сам не заметил, как уничтожил половину запаса. — Ну и что скажешь? — спросила Гермиона, устраиваясь удобнее на диване. — Забавно, — нехотя признал он. — Но эти маглы странные. Всё у них какое-то нелепое, преувеличенное… И вообще, зачем так мучить себя? Если у тебя есть палочка, ты просто колдуешь и всё решаешь. — Но в этом и смысл! — оживилась Гермиона. — У них нет магии, поэтому они находят другие способы — смеяться над трудностями, придумывать трюки, создавать истории. Это… красиво. Драко покачал головой. — Красиво? Грейнджер, ты серьёзно? Квиддич — вот что красиво. Скорость, полёт, сражение на метлах — это настоящее зрелище. — Квиддич — это спорт, а кино — искусство. — Гермиона поджала губы, предвкушая спор. — Искусство? — фыркнул Малфой. — Брось, я видел, как эти актёры размахивали руками — будто обморочные тролли на ярмарке. Гермиона возмущённо всплеснула руками: — Это не обморочные тролли, это актёрская игра! Они передают эмоции, характеры… — Чепуха, — перебил он. — Вот квиддич: зрители кричат, метлы свистят, каждый момент может решить судьбу матча. Вот где настоящая драма и адреналин. — Ага, и разбитые носы, — ядовито заметила Гермиона. — И это тоже, — ухмыльнулся Драко. — Настоящая жизнь. — Маглы тоже умеют играть в спорт, — не сдавалась она. — Вот футбол, например. Там тоже страсти кипят. — Я видел, — поморщился Малфой. — Они гоняют мяч по траве туда-сюда целый час! Без метёл, без бладжеров, без снитча… Как это вообще можно сравнивать с квиддичем? Гермиона рассмеялась. — Ну хорошо, пусть квиддич зрелищнее. Но признай: чипсы тебе понравились. Драко нахмурился, но в глазах мелькнула смешинка. — Возможно. Но если кто-то спросит — я скажу, что это… эксперимент ради конспирации. — Конечно, — усмехнулась Гермиона. — Только учти, Малфой: магловские «эксперименты» вызывают зависимость. — Это я уже понял, — пробормотал он, заглядывая в пустую миску. И на какой-то миг в его лице не осталось ни холодности, ни надменности — лишь мальчишка, впервые попробовавший что-то новое и не готовый это признать. Гермиона уже поднялась, собираясь уйти в свою комнату, но Драко окликнул её: — Грейнджер. Она остановилась и обернулась. — Ещё рано спать. Мы можем посмотреть ещё один фильм. — Малфой! — изумилась Гермиона. — Так ты всё-таки подсел на магловское кино! Она так звонко рассмеялась, что сама едва не уронила с дивана подушку. Драко покраснел и мгновенно отвернулся, будто сделал вид, что рассматривает книжную полку. — Ну, хорошо, — всё ещё улыбаясь, сказала Гермиона. — Когда у нас потом ещё будет время… — Она открыла коробку с кассетами и с торжественным видом протянула её Драко. — Выбирай ты. Любую. А я принесу пледы. Пока она выходила из гостиной, Драко с осторожностью перебирал кассеты, будто те могли укусить его. Когда Гермиона вернулась с двумя мягкими пледами, один протянув Малфою, другой оставив себе, она застала неожиданное зрелище: Драко уже вставил кассету в видеоплеер и даже сумел включить телевизор. — Ты… ты сделал это сам?! — изумлённо округлила глаза Гермиона. — Не смотри так, — фыркнул Малфой, но уголки его губ едва заметно дрогнули. — Я видел, как ты это делаешь. Ничего сложного. Выражение у него было такое, будто он только что получил «Превосходно» сразу по всем экзаменам СОВ. — Ну и что ты выбрал? — спросила она, устраиваясь на диване и подмигнув ему из-под пледа. — Не знаю. Названия эти ничего не значат. Так что всунул наугад. — Ладно, — Гермиона уселась удобнее, закинула ноги на диван, поджала их под пледом и приготовилась к просмотру. — Удиви меня, Малфой. Экран ожил, и сразу же раздались звуки боевых барабанов, рёв толпы и лязг оружия. Это оказался фильм про древних воинов. Драко сперва скептически прищурился, но уже через несколько минут сидел, подался вперёд и не сводил глаз с экрана. — Они что, правда идут в атаку без магии? — пробормотал он, наблюдая, как солдаты выстраиваются фалангой. — Щиты, копья… Это же самоубийство. Гермиона с улыбкой бросила на него взгляд, но ничего не сказала, только отпила лимонада. — Смотри, их командир! — Малфой почти шёпотом комментировал каждую сцену, указывая на экран. — Как он ведёт их вперёд… Это же сумасшествие. Но они слушаются его! В глазах Драко появился блеск, тот самый, который Гермиона раньше замечала лишь тогда, когда речь заходила о магии или сложных заклинаниях. Теперь же он, казалось, был полностью поглощён чужой — магловской — историей. — Без магии… и они всё равно верят, что смогут победить. — Малфой покачал головой, почти поражённый. — Даже я бы не рискнул… Фильм шёл, а его комментарии не прекращались: то восхищение военной тактикой, то негодование из-за ошибок героев, то искренний восторг от их смелости. Гермиона слушала его вполуха — и улыбалась. А когда финальная сцена закончилась, залитая дымом и криками победы, экран погас, и в комнате наступила тишина. Драко ещё пару мгновений сидел, вглядываясь в чёрный экран, всё ещё переваривая увиденное. И только тогда он заметил, что Гермиона уже давно спит, склонившись головой к его плечу, её дыхание ровное и спокойное. Он замер, растерянно посмотрел на неё. Хотел было шевельнуться, но потом тяжело вздохнул и остался сидеть, чувствуя её тепло рядом. — Наивная Грейнджер… — тихо пробормотал он, но голос его прозвучал не с привычной насмешкой, а с какой-то усталой мягкостью. Драко откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Будить её он не стал.