Почему все парни такие врунишки?

      3 сентября 2006, воскресенье, 02:05 Храм Мусаши       Субботним вечером Токио живёт намного ярче, чем в любой другой день. Яркое солнце скрывается за горизонтом и на смену приходит черное небо густо усеянное звёздами. Воздух в субботу будто становится легче, в нём ощущается свобода, жажда жизни и предстоящие ночные развлечения.       Шибуя умеет жить ярко, дерзко и наслаждаться моментом, но в последние пару месяцев привычное веселье постепенно утихает. Опасность с каждым днём становится всё более очевидной: дороги испещрены чёрными следами резины от резких заносов, звуки резкого торможения всё чаще пронзают тишину ночную города, столбы и заборы уже давно регулярно усеиваются наклейками с изображением машины и буквы Y, а яркие тачки с такими же логотипами, которые ненароком бросаются в глаза прохожих, вызывающе кричат — новая банда заявляет о себе.       Свастоны начинают ощущать, что на смену привычным ощущениям начинает приходить тревога и напряжение. Они уверены, что именно это и является причиной очередного срочного собрания. Сотни байков разрезают темноту ночных улиц и держат путь к единственной точке.       Храм Мусаши особое место, но однозначно не из-за своей старинной архитектуры и уюта, который смотрители поддерживают в течение дня. Настоящая атмосфера просыпается после заката: рёв байков, громкие разговоры, резкий, уже въевшийся, запах табака. Жизнь, которая просыпается после заката, совершенно чужда для обычного буддийского храма.       На фоне множества разговоров выделяется только один:       — Эй, Дракен, что опять за срочный сбор? — в голосе Харучие звучала нотка непонимания с примесью тревоги.       — Ага, многовато стало этих собраний — кивнул Улыбашка.       — А чему вы удивляетесь, мудилы? — злобно пыхтит Баджи, — вы вообще видели улицы?       — Ну мы же не слепые, как некоторые дебилы, — ехидно отшучивается Нахоя.       — Ты чего, быкануть сейчас решил?!       — Угомонитесь, ёб вас... не хватало нам еще внутренних тёрок, — строгим голосом Дракен пытается заткнуть капитанов. — Приедут Майки и Такемуччи и всё узнаете.       Спустя минут тридцать — сорок приезжают недостающие члены Тосвы. Парковку накрыла тишина пропитанная уважением, с лёгкой примесью напряжения и ожидания.       Парни в одинаковой форме поднялись к Храму и каждый построился в соответствии со своим отрядом, будто они не банда гопников, а силы самообороны Японии. Когда главы приблизились к храму, строй развернулся и поклонился, а воздух разорвал единый громкий крик:       — ПРИВЕТСТВУЕМ!       Это слово еще долго отзывалось эхом по всей округе, пока основатели и другие капитаны Токийской Свастики шли прямо, с гордо поднятой головой, ровной осанкой и широко расправленными плечами, чтоб занять свои места.       — НАЧИНАЕМ СОБРАНИЕ! — голос заместителя главы, который стоял выше остальных, раздался по территории храма.       После чего продолжил уже тише, но не менее строго:       — Вы уже все в курсе, что по всей территории Шибуи появляются разные метки, которые означают только одно — очередная новая банда решила потягаться с нами за власть, но у нас есть большая проблема.       Дракен сделал паузу в своей речи, а толпа зашепталась в догадках, что конкретно заместитель имеет в виду.       Голос капитана шестого отряда, Нахоя Кавата, прозвучал намного громче всех остальных парней и был наполнен азартом:       — Так давайте их просто разъебём, как обычно?       Сотни голосов подхватили идею капитана и начали скандировать: "Разъебем! Разъебем! Разъебем!.."       — А ну заткнулись все! — рыкнул Дракен. Парни будто в очередной раз осознав силу его слов остановились и наступила мгновенная тишина.       — В этот раз всё абсолютно иначе, — Майки шагнул вперёд и продолжил рассказ Дракена. — Мы еще не сталкивались с подобной угрозой и такой опасной бандой.       — Что это значит, Майки? — раздался голос Санзу.       Трудно было не заметить, что после слов Майки у многих яростный настрой к битве резко сменился: у кого-то на спокойный, в ожидании деталей о новой банде, кто-то был встревожен от услышанного, кто-то продолжал оставаться с необычайным интересом и азартом. Именно такие психопаты были завзятыми и завсегдатыми бойцами, стиль их боя был "Убей или умри". Им было без разницы где, с кем и когда, им был важен бой, а после вступления в Токийскую Свастику они перестали драться только за себя, а принципы стали распространятся на их товарищей.       — Кисаки Тетта, наш советник, и его помощник Шуджи Ханма сейчас лежат в больнице с тяжелыми травмами. Кисаки в коме, у Ханмы множественные переломы... — тревожным и дрожащим голосом Такемиччи рассказал парням.       После этой ошеломляющей новости сотни пар глаз наполнились шоком и яростью, будто их ударило током, но никто и слова не решился проронить, не понимая, было это от страха перед неизвестностью или в ожидании мести.       Майки продолжил:       — Позавчера вечером они встретились с информатором, который дал инфу о новой банде. По словам Ханмы встреча прошла гладко, но поведать деталей он не смог. Кисаки на встрече был один на один с тем парнем... а теперь он лежит в коме.       — Блять, да это же пиздец... — трвеожно выдохнул Мицуя. — Он хоть что-то успел рассказать?       — Нет, мы должны были сегодня собрать всех капитанов и их замов, но вчера на них напали и избили до полусмерти, — Майки затих и опустил взгляд вниз, руки крепко сжались в кулаки, казалось что ногти впиваются в кожу с такой силой, что вот-вот пойдёт кровь.       — Есть ещё что-то? — осторожно поинтересовался капитан второго отряда, глядя на главу.       Такемиччи и Дракен смотрели на Майки в ожидании его ответа, вся Тосва затаила дыхание, будто знала... знала, что из новостей это не всё и есть еще нечто похуже.       — Они хотят сломать нас, хотят посеять ужас и сомнения, — продолжил Сано. — Они начали с нашего советника, у которого есть глаза и уши не только в Токио. Эти ублюдки вырезали у него на груди букву Y, как на тех лого и машинах, что мы видели по всему району.       Галдёж в храме взорвался с новой силой: возмущения, угрозы в адрес неизвестных уебков, тревожные возгласы, яростные вскрики... Сотни вопросов: "Что нам теперь делать?"       — Погоди, Кисаки же гений, как они вообще смогли его достать? — спросил Харучиё, перебив шум толпы своим громким голосом.       — В том то и дело, они действовали еще умнее и хитрее чем Тетта, — ответил ему Дракен.       — Ну так, а Ханма? Он еще что-то рассказал вам? — вернулся к теме Мицуя.       Флешбек       1 сентября 2006       Майки и Дракен расслаблено сидели в кафе, ожидая свой обед. В глазах Сано играют блики солнечных лучей, которые пробиваются через окно, а дополнительное сияние им добавляет предвкушение обеда и сладкого сна. Сколько бы лет не прошло, а его детские повадки не меняются. День казался таким спокойным, даже умиротворённым, будто ничто не может его испортить, кроме одного телефонного звонка.       На телефоне Майки резко замигал входящий вызов: "Ханма"       — А? Здарова, — говорит глава Тосвы со всей серьёзностью в голосе, которая ему присуща.       — Майки... это пиздец, у нас проблемы ебейших масштабов, — с болезненным трудом простонал в трубку парень.       — Что? Где ты?       — Шибуйская районная больница, приезжай, — вызов сбросился.       Майки резко подорвался и рванул к байку. Ошарашенный Дракен в недоумении последовал за ним, бросив только одну короткую фразу:       — Куда?       — В Шибуйскую больницу, — бросил Сано на ходу, запрыгивая на байк и и через секунду рёв мотора разрезал покой уличной тишины.       Дракен быстро догнал его на дороге. Ветер с невероятной силой хлестал по лицам парней, волосы развивались на ветру, а десятки машин стремительно оставались позади. Все существующие правила дорожного движения давно перестали иметь для них хоть какое-то значение, потому что на кону могло стоять слишком многое.       Оставив байки на парковке, Майки ворвался в больницу в поисках нужной палаты и также резко в неё вторгся. Перед ним лежал Ханма с пугающе искалеченным вид, от которого сжалось бы нутро любого человека, но не парней: одна нога загипсована до колена, вторая до бедра, гипс до плеча на всю руку, перевязаны ребра, лицо усеяно ранами и гематомами.       — Кто? — прорычал Сано, глаза наполнялись невиданной яростью.       — Не кипятись ты так, Маайкиии. Это ты еще Кисаки не видел, ему совсем пиздец... — с лёгкостью, но жутко дрожащим от боли голоса, простонал Шуджи.       — Чего? — уточнил Дракен, его взгляд был явно более чем охуевшим... — А что с Кисаки?       — Бля, да он в коме... Короче, мы встретились вчера с информатором, Кисаки остался очень доволен инфой и разошлись по домам. Ночью мы должны были съездить проверить одно местечко, о котором он нам говорил. Но оказалось зря туда погнали в одиночку. Место показалось пустырём, а потом мы зашли в глубь и уже отгребли по полной. Подстава или нет, хуй знает.       — Ханма, ты ж сука зомби, как они смогли тебя так отделать? — в шутку сказал Дракен, чтоб разбавить обстановку.       — Знаешь, когда махач на честном, то это одно дело, а когда тебя несколько десятков тел лупят металлической битой — разговор уже совсем другой, — съехидничал Шуджи.       — Кисаки тебе успел хоть что-то рассказать? — Майки оставался серьёзным, ни одна мышца на его лице не поддалась язвительным фразочкам парней.       — Неа. Сказал, что узнаю со всеми, а как вы могли заметить нихуя не получилось, — Ханма выдавил из себя очередную язвительную улыбку даже в таком состоянии.       Ханма пытался рассказать еще подробностей той ночи, но их разговор перебила медсестра, которая чуть ли не поганой метлой выгоняла посетителей с криками, что к больному можно впускать только родных. После долгих пререканий, парни всё таки покинули палату и вышли из больницы.       — Что будем делать, Майки? — обронил невзначай Дракен.       — Я не знаю, Кенчик...Впервые в жизни я действительно не знаю...       Конец флешбека       — Вот как всё было, — тихим голосом сказал Майки, уже сидя на холодных ступенях храма перед своей бандой.       Толпа парней молча выслушала рассказ главы, а в застывшей тишине ощущалась нарастающая тревога.       — Всем быть в режиме повышенной опасности! По одиночке не ходить, лишний раз не шляться где попало и не встревать в бесполезные драки, ОСОБЕННО ТЫ, БАДЖИ, И ВЫ, ХАЙТАНИ!       — Ээээ, — возмутились униссон братья Хайтани. — А чё сразу мы? Мы ещё адекватные по сравнению с этим бешенным.       — Нехуй пиздеть лишний раз, — сразу огрызнулся на них Баджи.       — Завалите ебальники! Я еще не закончил! — перебил парней Дракен. — Форму тоже не носите на всеобщее обозрение. Только на собрания.       — Мы что, должны прятаться как крысы? — возмутился Пачин.       — А ты чё, спешишь оказаться на койке рядом с Кисаки? — огрызнулся его зам Пэ-ян, чтоб попустить энтузиазм своего капитана.       — Нет, Па, мы не крысы, но прежде чем вступать в бой, мы должны разузнать инфу о противнике, чтоб не повторить судьбу парней и не составить им компанию, — мягко сказал Сано.       — СОБРАНИЕ ОКОНЧЕНО! ВСЕМ РАЗОЙТИСЬ И БЫТЬ НА СВЯЗИ ДО СЛЕДУЮЩЕЙ ВСТРЕЧИ! — прокричал толпе Дракен.       Парни сразу спустились к парковке и рассредоточились по своим байкам. В храм вернулась блаженная тишина, будто в нём и не было толпы гопник.

***

      2 сентября 2006, суббота, 21:43, Магазин байков Сано       Улочка была окутана тёплым светом уличных фонарей и редких витрин. Ветер доносил остатки запаха кофе из уже закрытых кафешек. Люди стремительно покидали место, которое с наступлением ночи становилась унылым, и держали курс в самый эпицентр событий выходного дня. Сакура тем временем стремительно шла именно к нужной улице, пока ветер развивал ее короткие черные волосы и лёгкой прохладой пронизывал всё тело.       Она быстро добралась до нужного ей магазинчика, где продолжала кипеть жизнь независимо от времени суток. Удобно устроившись на байке своего парня, припаркованном возле входа, Сакура достала телефон, чтоб взглянуть на время и оценить, как скоро он всё таки решит пойти домой. Работы там хватало на весь день, а Шиничиро мог задерживаться сутки на пролёт, вот только он знал — его ждут дома.       Яркая, зазывающая вывеска резко погасла, роллеты опустились, отдавая сигнал, что магазин уже закрывается. Сакура расплылась в улыбке от предвкушения встречи. Она всегда знала как порадовать старшего Сано, а встречать его после работы, как раньше, именно то, что радовало двоих влюблённых.       Из-за угла вышел Шиничиро и, с таким же удивлением в голосе как и шесть лет назад, окликнул:       — Саки?!       — Что, чувство дежавю? — ответила Сакура и одарила его нежной, слегка ехидной, улыбкой. — Привет, незнакомец, — она подошла ближе и положила руки на плечи, чтоб удобно встать на носочки и поцеловать парня.       — Я уже и забыл, как приятно могут заканчиваться рабочие деньки, — на лице парня растянулась приятная улыбка.       — Не переживай, я тебе сегодня напомню, — с азартом ответила она.       — Ну и какие у нас планы?       Шиничиро залез на байк и завёл мотор, а Саки тем временем удобно устраивалась сзади, нежно погладила его по спине, вызвав мурашки по всему телу, и обхватила крепко его талию.       — Пофиг, главное с тобой. Тем более все младшая куда-то слиняла и сказала не ждать её, так что квартира полностью в нашем распоряжении.       Шиничиро оглянулся через плече и с лёгкостью заметил, что в глазах его любимой черти уже танцуют танго, намекая ему присоединиться. Она смотрела с вызовом, присущим ей в такие моменты. Парень не стал терять время и уже сорвался с места в сторону дома.       Сакура прижималась к его спине на байке и с наслаждением любовалась мелькающими огнями ночного города, которые сливались воедино от скорости движения. Она всегда будет любить этот ночной город, эту жизнь которая кипит в нём 24/7, а то и больше.       Пара добралась домой поразительно быстро. Саки слезла с байка, поспешила в сторону квартиры и стремительно держала путь в ванну. Шиничироо решил не отставать. Они быстро поднялись наверх и через минуту две пары кроссовок уже небрежно валялись в коридоре. Парень схватил Сакуру за запястье, развернул и потянул в свои объятия, щедро одарив сладким длительным поцелуем.       — Я ведь правильно понял твой намёк? — нежно прошептал Сано, обжигая своим дыханием её ухо, а после нужно прикусил мочку.       С её губ вырвался неровный вздох. Он всё понял и аккуратно закинул её на плече.       — Ээээй, ну подождииии, Шин, — сквозь хохот сказала Сакура.       — А? Чего?       — Я хотела сначала в ванну, я очень замёрзла, — ответила девушка.       — Заказ принят, принцесса, — ехидно ответил Шиничиро, нежно шлёпнув её по заднице.       В ответ Саки лишь еще сильнее рассмеялась. Он принёс её в ванну и уже собирался уходить, как она схватила его за футболку и притянула к себе, крепко обняв.       — Разве я говорила, что собираюсь принимать душ в одиночестве?       Сакура игриво прикусила нижнюю губу, после чего оставила на его шее нежный и такой влажный поцелуй. Она развернулась и включила воду в душевой кабинке, а потом начала снимать с себя одежду, не отрывая взгляд от Шиничиро. Она обожала смотреть ему в глаза в такие моменты, а наблюдать за тем, как меняется его взгляд — особый вид удовольствия, а он был без ума, когда она ему бросала такие вызовы.       Его спокойный, тёплый взгляд будто начал мутнеть от картины перед ним. Глаза наполнялись похотью, дыхание становилось прерывистым. Она по-прежнему оставалась для него самой желанной женщиной на свете. Подростковые линии тела с годами сменились на более женственные, формы стали чёткими и округлыми. Руками она медленно потянула за край футболки на верх, освобождая взору свою грудь в сексуальном кружевном лифчике. Аккуратно сняла джинсы. Вид её подтянутого сексуального тела заставил Шиничиро задержать дыхания и слегка вздрогнуть.       Она смело подошла ближе к парню, встала на носочки и начала раздевать парня. Избавившись от его футболки, руки начали блуждать по торсу. Пальцами очерчивала узоры на груди, известные только ей. Потом переключила внимание на подтянутый пресс, слегка царапая его ногтями и опустила руки к пряжке на ремне. Она с ней крайне легко справилась, и расстегнула джинсы, которые уже неприятно сдавливали пах. Сакура опустилась на колени и лёгким движением руки аккуратно стянула с него штаны вместе белыми боксерами. Член парня уже стоял и девушка ехидно отозвалась, подняв голову вверх.       — Неужели ты на стоааалько по мне скучал?       Этот вопрос остался без ответа. Девушка отобрала у него возможность говорить ровно в тот момент, когда провела пальцем по выступающей вене его полового органа. Её щеки наливались румянцем и она подняла глаза на Шиничиро. Сакура убрала пряди волос за уши и языком коснулась основания члена и медленно поднималась выше к головке. Глядя на эту картину, у парня с минуты на минуту начало срывать крышу. Кровь закипала в его жилах. Шиничиро всегда мягкий и спокойный, но в такие моменты, когда она стоит перед ним вот так на коленях без одежды, он не мог и не хотел держать себя в руках.       Сакура прервала процесс и медленно встала с колен. Она спилась пальцами в плечи парня и потянул его к себе, а после резко и с неутолимой страстью впилась в губы возлюбленного. Шиничиро отвечал на поцелуй с такой же страстной жадностью. Его руки начали блуждать по её телу, освобождая от ненужного кружева. Успешно завершив своё дело, он подхватил её на руки и направился в душ.       Открыв дверцу кабинки, горячий пар мягко начал обволакивать их тела. Парень поставил девушку под поток воды, разворачивая к себе спиной и начал зацеловывать её тело. Плечи были особым фетишем для него, именно их он и начал одаривать алыми следами любви, которую ни время, ни расстояние не способны потушить. Мысль о том, что он ждал этого момента шесть лет, только подливала масла в огонь и слегка розовые следы резко перешли в ярко-красные вызывающие засосы.       Девушка нежно застонала в ответ на его действия, а замерзшее тело покрывалась мурашками от горячей воды и прикосновений. Шиничиро начал сцеловывать капли воды на нежной бледной коже от плеча к шее, затем постепенно перешел к её спине, а действия начали становиться более страстными, немного резкими. Он прошелся по каждому её позвонку, спуская ниже, пока сам не встал на колени перед ней.       Она стояла, облокотившись на стену, чтоб не потерять равновесия. Её тело продолжало вздрагивать от каждого прикосновения, стоны срывались с её уст и отдавались эхом в ванной, а внизу живота уже затянулся крепкий узел от страстного желания. Он поцеловал её бёдра, а после развернул Сакуру лицом к себе. Воздух словно становился тяжелее от сладости момента и предвкушения ещё большего удовольствия. Шиничиро поднял глаза вверх и встретился со взглядом Сакуры. В её глазах читалась мольба о страстных прикосновения и он решительно провёл языком по её лобку, вырывая из неё очередной стон, а тело вздрогнуло в агонии. Парень смело провёл пальцами по её складкам, чувствуя как по ним стекают её соки.       Сакура закинула ногу ему на плече, давая молчаливое согласие на любые действия. Шиничро начал нежно целовать внутреннюю часть её бедра от коленки, постепенно поднимаясь вверх, вырывая из неё рваные вздохи. Девушка чувствовала как сердце пропускает удары от того, как он с ней играет, а когда кончик языка первый раз коснулся клитора, по телу словно прошелся электрический разряд. Она запрокинула голову назад и постепенно забывала как дышать. Тело само поддавалось ему навстречу. Её реакция на прикосновения отразилась незамедлительной отдачей у Шиничиро и он уже смело водил языком по её предельно мокрой плоти. Двумя пальцами он резко вошел в её влагалище, растягивая стенки и заставляя громче стонать. В глазах Сакуры уже всё расплывалось. Ей было слишком жарко от душа и таких желанных действий парня.       Шиничиро всё продолжал и продолжал свои ласки, слюна смешивалась с её смазкой, пока он с удовольствием подводил девушку к первому оргазму за вечер. Будучи уже на пике, Сакура схватила его за волосы и сладко продолжительно застонала, извиваясь от удовольствия. Колени дрожали от головокружительных ощущений. Довольный Шиничиро встал в полный рост, аккуратно ладонью прошелся по своим влажным губам, после чего, крепко вцепился пальцами в её талию и, притянув к себе, впился в её губы. Языком нагло хозяйничал у неё во рту, а руками начал вновь водить по её телу. Сакура также крепко вцепилась в спину парня, оставляя красные следы от ногтей, вызывая тяжелое дыхания у парня.       Он резко впился в её шею и начал постепенно спускать всё ниже и ниже, одаривая новой порцией поцелуев. Так он дошел губами до её уже стоящих сосков и облизал их по очереди, а после пальцами начал нежно сминать их.       — Шин... пожалуйста... я больше не могу, — сладко, но с таким трудом простонала Сакура.       Парень точно знал, что у его любимой сил терпеть напряжение от возбуждения, которое продолжалось после оргазма, больше не осталось. Пара возлюбленных выключили воду в душе, наспех обтерлись полотенцами и переместились в комнату.       Они стояли около кровати, когда Шиничиро пальцами аккуратно брал мокрую прядь волос с её лица и нежно поцеловал её губы. Они постепенно опустились на кровать и парень устроился у её между ног, которыми она незамедлительно обвила его спину.       Из окна ярко светила луна и освещая лицо девушки. Сакура лежала под ним с румяными щеками, тяжелым дыханием и помутневшими глазами. Взглядом она вновь прошлась по всему торсу Шиничиро. Его тело было таким соблазнительным, таким желанным. Она поддалась вперёд и притянула парня в новый поцелуй. Поцелуи продолжались недолго, Шиничиро отстранился первым. Он смотрел её в глаза, взял одной рукой девушку за запястья и поднял над её головой, сплетая пальцы. Сакура почувствовала как он прошелся членом по её лобку и уже через секунду хныкнула, когда он вошел в неё в половину своей длинны.       — Больно? — спросил Шиничиро слегка вздрогнувшим от беспокойства голосом.       — Нет, просто забыла как это... аааа... приятно, — ахнула девушка. — Черт, дааа! — продолжила она, чувствуя уверенные толчки своим нутром.       Шиничиро постепенно наращивал темп наблюдая за реакцией любимой. Убедившись, что ей действительно хорошо, он значительно ускорился. Стоны и хлопки бёдер разносились по всей комнате. Парень одаривал Сакуру сладкими поцелуями в шею, а она в ответ только крепче обвивала его ногами и сжимала руки. Её горячее дыхания и стоны сводили с ума Шиничиро, который изо всех сил держался, чтоб не кончить первым и довести Сакуру до очередного пика удовольствия. Отстранив губы от её тела, он с тяжелым дыханием продолжал толчки. Рукой нежно прошелся от ключиц ниже по её телу, задерживая шероховатые пальцы на твёрдых сосках, грубовато сжимая их.       Сакура чуть ли не задыхалась от удовольствия, но всё же резко притянула его за шею в поцелуй. Она вложила в него всю страсть, которая в ней закипала. Обвивая руками его шею, она продолжала целовать, стонать ему в губы и еще увереннее двигать бедра к нему навстречу, более резко насаживая на его член. С трудом выдерживая удовольствие, Шиничиро вновь отстранился, крепко схватил её бедра и продолжил трахать её еще более грубо. Сакура незамедлительно начала извиваться, хватаясь руками за простынь и вскрикивая от его движений. Стенки влагалища крепко сжались вокруг члена, вырвав из её уст ещё один тяжелый стон, который кричал об оргазме.       Спустя еще одну минуту безудержного хаотичного ритма, Шиничиро резко вышел из неё, Вставая на колени, и притянул Сакуру к себе. Девушка, глядя в глаза наполненные похотью, встала на колени перед ним и тут же обхватила нежными губами его член. Каждое движение углублялось, а темп становился не менее сдержанный. После нескольких глубоких движений, парень откинул голову назад и томно простонал, изливаясь в неё. После секса они рухнули обессиленные на кровать, в жалких попытках восстановить дыхание. Когда дыхание пришло в норму, Шиничиро подвинулся к Сакуре и нежно поцеловал её алые, опухшие губы и заключил в нежные объятия.       — Это было прекрасно, — прошептала Сакура.       В ответ он нежно поцеловал её в лоб и ещё крепче прижал к себе. Пара пролежала так ещё несколько минут и Сакура привстала, потянувшись к прикроватной тумбочке, и достала из верхнего ящика пепельницу, пачку сигарет и зажигалку. Они подкурили по сигарете и наслаждались моментом.       Спустя двадцать минут милых разговор и несколько сигарет, они легли в объятия друг друга, укутались одеялом и крепко уснули.