Вот и он.

Се Ми вернулась домой после вечеринки, усталая и без настроения. Шин Хо сидел на диване, взгляд то на телефоне, то на неё, напряжение в воздухе было ощутимо. Она не стала первой спрашивать — ей было пофиг, но Шин Хо догадался сам: — Ты собираешься спросить: «Что случилось?» — и я скажу сразу. Се Ми фыркнула и бросила куртку на стул: — И что теперь? Он поднял телефон. На экране было фото: Се Ми обнимает Нам Гю, спиной к камере, в лифчике. И подпись: «Вот где твоя любимая». Шин Хо мгновенно почувствовал, что это фото сделано сегодня. Сердце застучало быстрее. Он сжал телефон в руке, глаза вспыхнули: — Ты что, сегодня с ним?! Се Ми приподняла бровь, холодно: — Сегодня? Да брось. Это старое фото. Он не поверил, голос дрожал от ярости: — Ты уверена? Мне кажется… оно свежее! Она скрестила руки, раздражённо: — Шин Хо, хватит. Я с тобой, не с ним. Серьёзно, успокойся. Он всё ещё смотрел на экран, глаза не отрываясь, пытаясь понять: она правда, или он снова её ловит на лжи. Се Ми злилась на всю эту ситуацию, на Нам Гю, на то, что он умудрился вмешаться в её жизнь, но держалась ровно, не показывая слабость. — Ты видишь? — сказала она тихо, глядя ему прямо в глаза. — Это старое фото. Больше нечего обсуждать. Шин Хо ушёл молча, не устраивая скандала. Се Ми даже не вздохнула, не пустила ни одной слезинки. Она опустилась на диван, отставила телефон в сторону и под нос пробормотала: — Сука… всю жизнь портит. Телефон завибрировал, и она сразу поняла, кто это. Не раздумывая, набрала сообщение с претензией: — Ну и зачем тебе это? Почему прислал фото? Ответ пришёл быстро, короткий и резкий, с лёгкой провокацией, привычной манерой Нам Гю: — Чтобы ты увидела, как всё выглядит со стороны. Се Ми скрестила руки, раздражённо: — Со стороны кого? Твоей или моей? Он снова написал, теперь с едва заметной насмешкой, чуть пошловатой, которая могла вывести её из себя: — Со стороны того, кто может видеть, что никто кроме меня тебя так не держал. Се Ми фыркнула, глазами прокручивая ситуацию: — Ладно, успокойся. Уже видела, — пробормотала она, но пальцы сами набрали ответ. На экране появился короткий смайлик от него. Она отложила телефон и глубоко вздохнула. Снова тихо, без лишних эмоций, но её мысли уже крутились вокруг того, как Нам Гю умудряется вмешиваться в её жизнь, даже не появляясь рядом. Се Ми сидела на диване, телефон в руках. Сообщение от Нам Гю снова мигало на экране: — Приезжай ко мне. Сейчас. Умоляю… Она глубоко вздохнула, раздражённо сжала телефон и набрала короткий ответ: — Нет. Я не приеду. И не пиши больше — глубоко вздохнув отправила девушка. После этого экран снова погас. Се Ми подумала, что он успокоится, что игра закончена. Но через тридцать минут в дверь раздался резкий стук. Сначала она замерла, думая, что это кто-то ошибся, но сердце начало биться быстрее. Се Ми открыла дверь и застыла на пороге. Перед ней стоял он — растрёпанный, с немного стеклянным взглядом, явно под наркотиками. — Ты сказала «нет», — начала она, стараясь держать голос ровным. — «Нет»? — усмехнулся он, делая шаг ближе. — Для меня «нет» всегда звучит как вызов. И я не могу пройти мимо. — Ты совсем с ума сошёл?! — сжала кулаки Се Ми. — Я сказала, что не приеду! — А я пришёл, — сказал он спокойно, но с дерзкой ухмылкой. — И это тебе явно не нравится, да? — Конечно не нравится! — она отступила на шаг, глаза блестели от злости. — Ты ведёшь себя как… как наркоман! — Может быть, — признал он с лёгкой усмешкой. — Но это твоя вина. Ты всегда умеешь меня дразнить. — Не перекручивай всё, — резко ответила она. — Я пришла домой, а не чтобы ты устраивал свои игры. — Игры? — он шагнул ещё ближе, почти касаясь её плеча. — Нет, это просто я хочу, чтобы ты посмотрела на меня. Се Ми замерла, внутренне раздражённая, но понимающая, что сейчас он непредсказуем. Его нахождение здесь, дерзкое и неожиданное, создаёт смесь тревоги, раздражения и… странного притяжения. Се Ми прижала плечо к косяку двери, сжав кулаки: — Ты вообще в своём уме? — сказала она резко. — Закажи себе шлюху на дом и успокойся, не приходя ко мне! Нам Гю усмехнулся, шагнул ближе, почти касаясь её плеча: — Шлюха? — повторил он, голос низкий и дерзкий. — Нет, Се Ми… никто не сравнится с тобой. Ты… моя любимая. — Любимая? — глаза Се Ми заблестели от злости, она отступила на шаг. — Ты что, издеваешься? — Издеваюсь? — он наклонился чуть ближе, едва касаясь её руки, с лёгкой ухмылкой. Се Ми с тяжёлым вздохом отступила в сторону, впуская его в квартиру. — Проходи уже… пока соседи полицию не вызвали. Нам Гю прошёл внутрь так, будто это его квартира, оглядел комнату и фыркнул: — Ну да, как всегда. Бардак в голове — бардак и в доме. Се Ми закатила глаза: — Ты слишком романтично и хорошо со мной разговариваешь. Не похоже на тебя. Он криво усмехнулся, подошёл ближе, глядя на неё сверху вниз: — Романтично? Ты что, больная? Это я на минималках стараюсь не начать тебя бесить с порога. — Уже начал, — отрезала она. — Отлично, — пожал он плечами, совершенно спокойный. — Значит, всё как обычно. Он прошёл на кухню, открыл холодильник, оглядел содержимое и снова закрыл, хмурясь. Затем открыл шкафы, осмотрел их и, не найдя ничего подходящего, вздохнул. — Ты покупаешь только всякую мизерную хуйню типа салата, яблок и йогуртов. Есть нормальная еда в твоем рационе? — Он пристально смотрел на Се ми. Се Ми полностью проигнорировала его слова. Просто стояла у двери, руки скрещены, лицо каменное. Она ждала — не потому что переживала, а потому что хотела, чтобы он уже сказал, чего ему надо, и свалил. Нам Гю лежал на кровати, глаза закрыты, будто у себя дома. Молчал так долго, что её начало прямо бесить. Она рявкнула: — Ты вообще рот откроешь? Или я тебя зря впустила? Он медленно повернул голову, приоткрыв один глаз. Голос хриплый, ленивый: — Думаю. — Охренеть. О чём? — она скривилась. Он сел, упёршись локтями в колени. Глаза мутные — под кайфом, но мысли ясные. — О том, — сказал он, — что ты снова ждёшь, пока я скажу что-то первым. Се Ми сухо фыркнула: — Я жду, когда ты уйдёшь. Вот и всё. Он усмехнулся, выдохнув: — Ага. Конечно. Прямо видно. Она сжала зубы, но промолчала. Нам Гю поднялся, подошёл ближе, останавливаясь в шаге от неё — не трогал, просто сверлил взглядом. — Ты хочешь, чтобы я сказал, зачем пришёл? — спросил он тихим, мерзко спокойным тоном. — Ладно. Говорю. Он наклонил голову: — Ты меня послала. Я попросил приехать — ты послала. Но я же знаю тебя. Ты злишься, орёшь, швыряешься фразами… и всё равно ждёшь меня. Она приподняла бровь: — Ты сам себя слышишь? Или тебя прямо сейчас накрыло? Он ухмыльнулся шире: — Меня накрыло, да. Но не настолько, чтобы не понимать: ты бы не впустила меня, если бы тебе было похрен. Она резко выдохнула, потеряв терпение: — Ну так скажи уже, что тебе надо, и валяй. Нам Гю медленно провёл языком по губе, будто специально выводя её: — Хочу услышать, чего ты хочешь. Она хмыкнула, коротко: — Я хочу, чтобы ты ушёл. Он не отреагировал на её слова, просто продолжал стоять перед ней, близко, но не прикасаясь. Его глаза блуждали по её лицу, как будто изучали каждую черту, прежде чем остановиться на её губах. — Вот только одно маленькое «но» — его голос стал ещё тише и опаснее. — Я не хочу уходить. Сегодня не хочу. И знаешь почему? — Потому что ты меня впустила. И если бы я ушёл сейчас, то знал бы, что больше не войду. А я хочу войти снова. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними до минимума. Он медленно протянул руку и дёрнул за запястье, вынудив её разжать скрещённые руки. Посмотрел на её пальцы, потом поднял взгляд на её лицо, почти не мигая. Се Ми молчала несколько секунд, её лицо было холодным и невыразительным. Наконец она произнесла тихо и резко: — Не возвращайся. Нам Гю остановился на полушаге к двери и медленно повернул голову к ней. Его губы изогнулись в едва заметной ухмылке. Он знал её слишком хорошо, чтобы понять, что под холодным фасадом скрывается настоящее раздражение и гнев. Он повернулся полностью назад к ней. Его глаза посветлели. — Не возвращайся, — повторил он её слова, как будто пробуя их на вкус. — И что тогда? Ты будешь жить одна? Будешь спать одна? Он сделал шаг назад к ней, сокращая расстояние снова. Се Ми стиснула зубы, её глаза сверкнули яростью. — Да! Я буду спать одна! И есть одна! И жить одна! Без тебя! Она почти кричала теперь, её голос дрожал от эмоций. Он развернулся и действительно шагнул к выходу из спальни. Она наблюдала за ним со злостью и… чем-то ещё. Что-то горькое и жгучее поднималось в её горле. Но она не позвала его назад. Он не пошатнулся от толчка, просто застыл, глядя на неё ледяным взглядом. А потом развернулся и пошёл на кухню. Се Ми услышала звук открываемого ящика и замерла. Она знала, что там лежит. Нам гю взял нож. Большой, острый нож для разделки мяса. Сейчас он держал его в руке, будто размышляя. Она увидела его профиль в дверном проёме — жёсткий, холодный. Он повернул голову к ней, и их взгляды встретились через кухню. — Ненависть, — сказал он тихо и отчётливо. — Лучше, чем ничего. Он шагнул к ней с ножом в руке. Се Ми замерла, не понимая, что он собирается делать. Нож в его руке выглядел пугающе реальным и острым. Он медленно приближался к ней с этим ножом, его лицо оставалось холодным и безэмоциональным. Он остановился перед ней, поднял нож и медленно пронёс его над её головой, затем по ее шее, по рукам. Он не трогал кожу, но нож был так близко, что она чувствовала холодное дыхание металла на себе. — Что ты делаешь? — её голос был не больше чем шёпотом, она боялась сделать резкое движение. Нож был слишком близко, и Нам Гю выглядел слишком безумно. Он не ответил сразу, продолжая медленно водить ножом у её шеи и плеч. — Я показываю тебе, — наконец сказал он холодно. — Как легко можно перерезать горло. Его глаза встретились с её взглядом. Она знала, что он никогда не тронул бы её ножом. Да, он был одержим, да, он был готов на многое из-за неё. Но убить её? Нет. Он никогда не сможет этого сделать. Она сделала глубокий вдох и вдруг выкрикнула: — Ты даже не сможешь это сделать! Даже если захочешь! Потому что ты всего лишь слабый наркоман, неспособный на ничего серьёзного! Его руки обхватили её талию, прижимая к себе ещё сильнее. Нож всё еще оставался у её шеи, но теперь его ладонь лежала на её животе. Он мог чувствовать её дыхание на своей руке. Его рука на её талии сжалась сильнее, он прижал её ещё ближе к себе. Нож слегка царапнул кожу шеи, оставив тонкую красную линию. — Хочешь проверить? Его руки медленно скользнули выше, к её груди. Он сжал её через одежду, его дыхание стало тяжелее. Нож всё ещё был у её шеи, но теперь его внимание было сосредоточено на другом месте её тела.