Связанные одной нитью

      Аврора проснулась первой, как всегда. Её соседки всё ещё мирно спали в своих кроватях, утопая в подушках и одеялах. Она тихо поднялась с постели и, стараясь не шуметь, направилась в ванную. Однако, не заметив чемодан Ады, оставленный возле кровати, больно ударилась ногой. Девушка резко зажала рот рукой, чтобы не выдать себя звуком. Кажется, никто не услышал.       «Когда она проснётся, я её прибью! Что она, что Белла — две засранки,» — мысленно возмущалась Рори, пытаясь унять боль, пока выдавливала зубную пасту на щётку.       Когда утренний ритуал подошёл к концу: зубы почищены, ванна принята, крема и сыворотки нанесены. В комнате уже начали просыпаться Маргарет и Ада. Белла же, как и ожидалось, оставалась в своей кровати, обложившись подушками.       — Белла, просыпайся! У нас первым уроком Травология, нужно успеть подготовиться. Вставай, — Рори пыталась стянуть с сестры одеяло.       — Ещё чуть-чуть, — простонала Белла, уткнув лицо в подушку, как будто это могло укрыть её не только от утреннего света, но и от назойливой сестры.       Освещение в гостиной и спальнях слизеринцев было полностью магическим, что объяснялось расположением их жилых помещений в подземельях замка. Оно менялось в зависимости от погоды снаружи: если на улице ярко светило солнце, то люстры под потолками излучали такой же яркий свет; если же день был пасмурным — они светили тускло. В отличие от светильников на стенах, это магическое освещение нельзя было отключить или приглушить вручную.       На втором курсе Аврора пережила случай, когда люстры сломались, и светили с невыносимой яркостью круглосуточно. Это раздражало всех, пока проблему не решили Слизнорт и Флитвик, вернув их в норму. С тех пор освещение работало исправно, но многие смотрели на люстры с осторожностью.       Первый день учебного года выдался ясным и тёплым, и мягкий свет люстры приятно наполнял комнату. Аврора прошагала к своему туалетному столику, на поверхности которого аккуратно была разложена её косметика. Она уселась перед зеркалом, оглядела своё отражение и принялась приводить себя в порядок.       Сначала она занялась волосами, они требовали особенно тщательного ухода. Аврора унаследовала их от своей покойной бабушки Ирмы: густые, цвета молочного шоколада, они ложились мягкими волнами, словно после искусной завивки. Она никогда не выпрямляла их. Да и зачем? Ей нравилось, какими их задумала природа.       К тому же волосы у неё были очень длинные, ниспадая ниже пояса. Да, уход за ними отнимал немало времени: масла, эликсиры, расчёсывание с аккуратностью ювелира. Но это стоило того.       Обрезать такую красоту? Мысль об этом казалась ей истинным кощунством.       Сегодня она решила обойтись простым пучком, чтобы волосы не мешали на Травологии. Да и, честно говоря, сложные причёски были не её сильной стороной. В детстве этим занималась мама, заплетая ей и сёстрам косы с ловкостью мастерицы. Сейчас она могла попросить помощи у подруг, но предпочла этого не делать, не хотелось лишний раз их отвлекать, чтобы все успели собраться вовремя. Начать первый учебный день с опоздания и потерянных изумрудов в часах было бы настоящей катастрофой.       Плотно закрепив волосы шпильками и обмотав пучок лентой, Аврора переключилась на макияж. Она аккуратно подвела тушью ресницы, делая взгляд более глубоким и притягательным. Авроре, единственной из всех детей, достались глаза матери — нежно-оливкового цвета, словно свежая трава в весеннем лесу, с лёгкими вкраплениями карего вокруг зрачка. Этот оттенок будто менялся при разном освещении, то становясь глубоким и насыщенным, то едва уловимо светлея. Закончив с глазами, Аврора решила, что губы красить не стоит, макияж и так выглядел естественным и свежим.       — Когда ты успела навести порядок в ванной? — спросила сонная Гринграсс, которая натягивала на себя рубашку.       — Пока вы дружно спали, — ответила Аврора, уже переодетая и собирающая сумку. — И, кстати, порядок не помешало бы навести не только в ванной. Я сегодня чуть не убилась о твой чемодан. У меня на ноге даже синяк есть, как доказательство.       — Ой, забыла его убрать. Вернёмся с уроков — всё сделаю. Честное слизеринское, — торжественно заявила Ада, прижимая руку к сердцу.       Девушки рассмеялись.       — Так, я пошла. А вы разбудите эту соню, — Аврора кивнула на сестру, которая всё ещё крепко спала, завернувшись в одеяло, словно в кокон.       — Ты нас не подождёшь? — спросила Маргарет, только что вышедшая из ванной и поспешно расчесывающая тёмные волосы.       — Не могу, мне нужно отвести первокурсников на завтрак и раздать расписание. Встретимся в Большом зале, — ответила Аврора, закинула сумку на плечо и уверенно вышла из комнаты.

***

      — А когда мы пойдём в Хогсмид? — спросила невысокая темноволосая девочка. Кажется, её звали Октавия Бёрк. А может, и нет...       — Хогсмид можно посещать только с третьего курса. Так что вам придётся подождать, — спокойно ответила Аврора, хотя спокойной она явно не была.       По дороге от гостиной до Большого зала Аврора успела ответить на двадцать шесть вопросов! Она даже считала их, надеясь, что это поможет ей отвлечься. Первокурсники спрашивали обо всём: от истории основания Хогвартса до того, какие перья лучше выбрать, чтобы почерк был красивее.       Она старалась не сердиться на них, потому что помнила себя на первом курсе. Тогда в её голове тоже крутилась тысяча вопросов, на которые хотелось получить ответы. Но всё же сейчас ей отчаянно хотелось поскорее избавиться от бесконечного потока любопытных детей и сесть за стол, чтобы хоть немного передохнуть и позавтракать, времени на это оставалось всё меньше.       Блэк бросила взгляд на другой конец слизеринского стола, где её одноклассники наслаждались завтраком. Заспанная Беллатриса лениво ковыряла вилкой яичницу, Маргарет углубилась в поиски чего-то в своей сумке, а Паркинсон с Забини оживлённо разговаривали с Реддлом. Тот, казалось, едва их слушал, молча пил кофе и просто кивал в такт разговору.       Аврора недовольно прищурилась. Ей отчаянно хотелось запустить чем-то в Тома, который подло сбежал, оставив её наедине с целой армией маленьких, но крайне любознательных детей.       — Аврора, а когда у нас будет первый урок полётов на мётлах?       «Ну у вас же есть чёртово расписание! Раскройте свои глаза и посмотрите сами. Салазар, дай мне сил!»       — В среду, вторым уроком, — мило улыбаясь, ответила Рори.       Она заметила, как доставучая Октавия (или всё же не Октавия?) начала открывать рот, чтобы опять о чём-то спросить. Аврора моментально оценила ситуацию и решила, что пора переходить от защиты к нападению.       — До конца завтрака осталось пятнадцать минут. После мы с Томом отведём вас на первый урок. Приятного всем аппетита, солнышки! — Аврора «искренне» улыбнулась, быстро развернулась на каблуках и уверенным шагом направилась к своим одноклассникам.       По пути она бросила взгляд на Реддла. Он всё так же сидел с ленивым выражением лица, отпивая кофе, будто ни одна из её бед не касалась его.       Девушка уселась между сестрой и Маргарет. Она насыпала себе тарелку овсянки, добавила несколько ломтиков хрустящего бекона и намазала тост маслом. Наконец-то долгожданный завтрак! Правильно говорят: голодный человек — злой человек. Всё, что сейчас хотела Аврора, — это поесть в тишин...       — Рори, Гринграсс ещё не говорил, когда отборочные по квиддичу? — прозвучал голос Рудольфуса, допивающего свой кофе.       Аврора медленно подняла на него злобный взгляд. В этот момент она была готова придушить Лестрейнджа голыми руками, без помощи магии, чтобы окончательно выместить всю накопившуюся с утра злость.       — Что? Чего ты на меня так смотришь? — невинно уточнил Лестрейндж, явно не понимая, в чём провинился.       — Опасность! Блэковский взгляд! Спасайся, кто может! Я прикрою! — с издевательской драматичностью воскликнул Эван, с трудом сдерживая смех.       — За сегодняшнее утро я ответила на несколько десятков вопросов наших новоиспечённых слизеринцев. Они не давали мне позавтракать, — начала Аврора с ледяным спокойствием, выдержав театральную паузу, — и когда, наконец-то, я добралась до еды, то вам тоже надо что-то срочно узнать.       Она сделала глубокий вдох, стараясь не сорваться.       — Отборочные в пятницу. Время Роберт ещё уточняет. Как только станет известно, я вам сообщу, — добавила она, бросив на Рудольфуса ещё один злобный взгляд, предупреждая, что лучше ему больше не задавать вопросов.       Затем, не спуская глаз с Лестрейнджа, она откусила свой тост так, будто это была его голова.       — Спасибо, подружка моя любимая. Будешь конфету? Есть с яблоком и вишней. Какую выбираешь? — Руди весело улыбался, протягивая ей конфеты.       — Обе, — Рудольфус не успел среагировать, как Аврора выхватила у него обе конфеты. — Спасибо, дружок мой любимый.       — Обокрали среди белого дня! Что в Хогвартсе творится! — притворно возмутился Лестрейндж. Он достал из кармана ещё одну конфету и, отправив её в рот, подмигнул Авроре. Та наконец рассмеялась.       — Сколько у тебя их там ещё? — спросил Нотт, приподняв бровь.       — Много, но делиться буду только со своими подружками! — с вызовом объявил Рудольфус, доставая ещё две конфеты и протягивая их Рори и Белле, которые сидели напротив.       — Вот как ты заговорил, — притворно возмутился Майкл. — Учти, когда будет приниматься решение, кого взять на место нового загонщика, я не буду за тебя агитировать.       Нотт сделал обиженное лицо и принялся копаться в своей сумке, изображая крайнюю степень оскорбления.       — И не надо, — хмыкнул Рудольфус. — За меня будет агитировать наша прелестная староста, моя любимая подружка, с которой мы с самого детства дружим, мы ж как брат и сестра.       Он протянул Авроре ещё одну конфету с самым невинным видом.       — Тебе придётся дать мне ещё много конфет, очень много, — хмыкнула Аврора, разглядывая лакомство. — И тогда я подумаю над твоим предложением. Возможно, подумаю.       — Ну, это уже прогресс, — заключил Лестрейндж, довольно улыбаясь.       Аврора с раннего детства проявляла талант в квиддиче, и уже на втором курсе стала охотником в сборной своего факультета. Она вошла в историю Слизерина как самая юная участница команды. Обычно капитаны предпочитали старшекурсников, считая их более физически сильными и опытными, способными выдерживать напряженные матчи. Но Аврора сумела нарушить эту традицию: на отборочных испытаниях она обошла всех претендентов, забросив рекордное количество квоффлов в кольца. Трэверс, тогдашний капитан, не мог скрыть восхищения. Он объявил, что её юный возраст не повод отказывать такому выдающемуся игроку.       Аврора уже протянула руку к аппетитно пахнущей булочке, как её взгляд поймал движение. Реддл молча показал на часы, давая понять, что пора вести первокурсников на занятия. Она почувствовала, как раздражение поднимается внутри, и ей до ужаса захотелось предложить ему засунуть эти часы себе в одно место и продолжить трапезу. Но вместо этого Аврора, сжав зубы, заставила себя согласиться с тем, что он прав, если они хотят успеть, нужно идти сейчас.       — Идём, — произнесла она с подчеркнутым спокойствием, скрывая недовольство. Обернувшись к подругам, добавила: — Займите мне место на Травологии.       Едва сдерживая вздох, она направилась к столу первокурсников, где уже стоял Реддл. После коротких сборов, которые, как ей показалось, длились вечность, все вместе они выдвинулись к классу Заклинаний.

***

      Аврора и Том успели к самому началу урока, что казалось настоящим чудом, учитывая, с какой ленивой скоростью первокурсники шли по коридорам, часто останавливаясь, чтобы рассмотреть каждую деталь замка. Старостам пришлось терпеливо ждать, пока юные слизеринцы, наконец, рассядутся по своим местам, после чего они поспешили на своё собственное занятие.       Первым уроком в расписании значилась Травология, и проходила она вместе с пуффендуйцами. Авроре этот предмет нравился. Её отношения с профессором Стебль всегда были тёплыми и уважительными. Преподаватель, заметившая интерес девушки к своему предмету, уделяла ей особое внимание. Стебль знала, что Аврора планирует стать целителем, поэтому она советовала полезные книги, предлагала дополнительные практические задания и делилась своими знаниями, которые выходили за рамки школьной программы. Аврора была уверена, что без поддержки профессора добиться высшего балла по этому предмету было бы куда сложнее.       Рори села за первой партой рядом с Маргарет, выбрав место, откуда можно было внимательно следить за уроком. Ада и Белла устроились позади них, переговариваясь о чём-то своём. Аврора быстро выложила на парту учебник и пергамент, когда в класс вошла профессор Стебль.       — Доброе утро, дети! — бодро произнесла она, оглядев собравшихся.       Ответное приветствие студентов прозвучало вяло — утро понедельника и начало учебного года явно не способствовали энтузиазму. Однако профессор не обратила на это внимания и продолжила:       — Сегодня у нас первое занятие в этом учебном году. Думаю, всем известно, что в конце пятого курса вас ждут СОВ — экзамены, от которых зависит ваше дальнейшее будущее.       Некоторые студенты зашептались, а кто-то недовольно вздохнул, услышав о приближающихся испытаниях.       — Травология, — продолжила Стебль, выдержав паузу, чтобы привлечь внимание, — один из сложнейших предметов, который вам предстоит сдать, ведь содержит крайне много теории. Сегодня мы разберём программу курса, чтобы вы понимали, что именно нас ждёт и как мы будем работать. Достаньте пергам…       Профессор Стебль замолчала на полуслове, когда дверь в класс открылась, и в помещение вошли Джеймс Аббот и Агата Саламандер. На их мантиях поблёскивали значки старост Пуффендуя. Оба выглядели слегка запыхавшимися.       — Простите, профессор. Мы отводили первокурсников на урок, поэтому опоздали, — спокойно объяснила Агата.       Профессор Стебль, уже привыкшая к подобным объяснениям от старост, мягко улыбнулась и кивнула:       — Конечно, Агата. Проходите и садитесь.       Профессор повернулась обратно к доске и хлопнула в ладоши, привлекая внимание класса:       — Продолжим. О чём я говорила? Ах, да! Достаём пергаменты и записываем под диктовку.       С Абботом Аврора была знакома лишь поверхностно: он был ловцом пуффендуйской квиддичной команды, и их пути пересекались исключительно на поле. Она помнила его как добродушного, хоть и немного неуклюжего юношу, который, казалось, старался избегать конфликтов и поддерживать со всеми если не дружеские, то хотя бы ровные, нейтральные отношения. Его манера игры на квиддичном поле отражала этот характер: он не стремился к агрессивной конкуренции, но неизменно демонстрировал честную борьбу и искреннее уважение к соперникам, что не всегда играло в плюс пуффендуйцам.       С Саламандер у Авроры была совсем другая история. Они познакомились ещё до школы, благодаря Арчи, с которым Агата жила по соседству и была близка с самого детства. Когда Аврора гостила у Пруэттов, их общение ограничивалось лишь редкими случаями, но несмотря на старания обеих сторон, отношения так и не сложились. Агата была слишком правильной и скучной для Авроры, её манера мыслить и действовать вызывала отторжение. Их характеры контрастировали настолько ярко, что даже простые разговоры нередко превращались в словесные перепалки, за которыми стояло явное напряжение.       Агата села неподалёку от Авроры, бросив на неё короткий взгляд, но не сказав ни слова. Рори лишь слегка приподняла бровь, но тоже промолчала, предпочитая сосредоточиться на уроке.

***

      Травология прошла настолько однообразно, что вызвала лишь зевоту, весь урок студенты записывали темы, которые предстояло выучить для СОВ. Теперь слизеринцы дружно шагали из теплиц в подземелья, направляясь на Зельеварение.       — Ненавижу Травологию, — возмущалась Белла, идя под руку с сестрой и подругами. — На этих уроках мы либо пишем скучные идиотские конспекты, либо пересаживаем скучные идиотские растения.       — Ты ворчишь похуже Кикимера. Всё не настолько плохо. Нужно смотреть на вещи позитивнее, — с напускной мудростью заявила Аврора, слегка улыбаясь.       — О да, — вмешалась Ада с игривой усмешкой. — Помните, как позитивно она смотрела с утра? «Вы не даёте мне поесть! Где моя еда?!», — добавила она, копируя голос подруги и размахивая руками для пущей драматичности.       — Во-первых, я не так говорила! — возмутилась Аврора, хотя уголки её губ слегка дрогнули в улыбке. — Во-вторых, я была голодной, а голодному человеку прощается любая слабость эмоций. И вообще, если будете меня бесить, я сниму с вас баллы, — заявила она с нарочитой серьёзностью, делая вид, что тянется к значку старосты на своей мантии.       — Вот что бывает, когда слизеринцы получают власть, — послышался знакомый голос позади.       Аврора не успела обернуться, как её резко потянули назад, сильные руки обвили её талию и прижали к себе.       Арчи вытянулся за лето, и теперь она упиралась макушкой ему в подбородок.       — Мы толком не виделись за эти два дня, — сказал он, слегка улыбаясь. — Я скучал.       Он чуть отошёл, чтобы заглянуть ей в лицо, но руки так и остались надёжно сомкнуты вокруг неё, будто он боялся, что она может сбежать.       Аврора мельком посмотрела на подруг и, как бы невзначай, бросила:       — Идите вперёд, я догоню.       Подруги понимающе переглянулись, и не сказали ни слова, скрывшись за поворотом.       — Вчера мы пару раз виделись, — заметила она, повернувшись к Арчи и слегка прищурив глаза. — И, если честно, я считаю, что вполне успешно.       С этими словами она привстала на цыпочки и нежно поцеловала его.       — Этого недостаточно, — произнёс Арчи, притягивая её ближе. — Ты должна компенсировать своё отсутствие.       Он наклонился к ней, его губы нашли её, и поцелуй стал долгим и глубоким. В этот момент всё вокруг будто перестало существовать: ни пробегающие мимо студенты, ни уроки, на которые они оба опаздывали. Ничего не имело значения.       Аврора и Арчи знали друг друга буквально с пелёнок. Их отцы, бывшие друзьями со времён учёбы в Хогвартсе, часто собирались семьями, так что дети выросли бок о бок. Когда им исполнилось по девять лет, родители решили, что их дружба может перерасти в нечто большее, и договорились о помолвке своих чад, намереваясь скрепить союз двух семей.       Для детей это тогда выглядело как игра, они с удовольствием представляли, какими будут их свадьба и совместная жизнь, не воспринимая происходящее всерьёз. Но к четвёртому курсу, когда их дружба переросла в более тёплые чувства, Аврора и Арчи сами решили, что пора подойти к вопросу всерьёз. Начав встречаться, они постепенно осознавали, что могут быть не просто парой, но и действительно хорошими партнёрами на всю жизнь.       После их продолжительного поцелуя Арчи всё ещё держал её за руку, но Аврора мягко отстранилась, оглянувшись по сторонам.       — Ну всё, хватит, вокруг люди, неудобно, — сказала она, стараясь выглядеть серьёзной, хотя уголки её губ продолжали предательски тянуться вверх.       — А что такого? — Арчи пожал плечами, не собираясь отпускать её руку. — Мы помолвлены, имеем право.       — Я просто беспокоюсь о психическом здоровье студентов Хогвартса, — ответила она с едва заметной усмешкой. — Представь: старосты Слизерина и Гриффиндора зажимаются в коридорах замка и о чём-то шепчутся. Наше общество к таким переменам пока не готово.       — Их можно приучить постепенно, — невозмутимо предложил Арчи.       — Нет уж, — хихикнула она, последний раз коротко его поцеловав. — Ладно, идём быстрее. Мне ещё нужно поговорить со Слизнортом.       Она ускорила шаг, потянув Арчи за собой, но он не спешил сопротивляться, наблюдая за ней с искренним обожанием.

***

      Рори с Арчи добрались до класса Зельеварения лишь под начало урока, несколько раз «задержавшись» в тёмных углах замка. Аврора заметила, что декан сейчас занят разговором с Реддлом и решила не отвлекать профессора, а подойти к нему после занятий.       Она быстро прошла к свободной парте и села рядом с сестрой.       — Рассаживайтесь, и начнём наше занятие, — начал профессор, оглядев класс с мягкой улыбкой. — Прежде всего, хочу сказать, что рад видеть вас всех после каникул. Надеюсь, вы успели набраться сил, потому что в этом году они вам точно понадобятся.       Он сделал паузу, осмотрел ряды студентов, и его тон стал более серьёзным:       — СОВ. Всего три буквы, а сколько страха они внушают студентам. В этом году вам предстоит столкнуться с ними лицом к лицу. Но я уверен, что вы справитесь с этим испытанием. Кто-то с помощью храбрости, кто-то с помощью хитрости, но лучший способ — использовать з-н-а-н-и-я! — последнее слово профессор произнёс по буквам, делая акцент на каждой букве, как будто это был магический ключ к успеху.       Ученики в классе слегка расслабились, услышав его уверенность, хотя напряжение всё ещё витало в воздухе.       — Поэтому переходим непосредственно к знаниям, — с лёгкой улыбкой добавил он, стукнув палочкой по своему столу. — Достаём учебники и открываем на странице номер девять. Сегодня мы будем изучать Умиротворяющий бальзам.       Профессор сделал шаг вперёд и оглядел класс, его взгляд остановился на первых рядах.       — Возможно, кто-то из вас уже знаком с этим зельем? Расскажите, как оно используется.       Аврора подняла руку, чтобы ответить, но боковым зрением заметила, что Реддл тоже тянул свою. Она тут же почувствовала прилив раздражения — как он всегда умудрялся быть быстрее?       — Мистер Реддл, вы были первым. Прошу! — с одобрительной улыбкой сказал Слизнорт, поворачиваясь к Тому, который уже встал.       — Благодарю, сэр, — ответил Реддл, его голос звучал ровно и уверенно.       «Благодарю, сэээр...» — с издёвкой передразнила его у себя в голове Аврора. Она даже почувствовала, как уголки её губ начали дёргаться от подавляемого смеха, но вовремя сдержалась, чтобы не привлечь к себе внимание.       — Умиротворяющий бальзам — это зелье, которое используется для успокоения нервов и унятия тревожности, — начал он, чётко выговаривая каждое слово. — Опасность этого зелья заключается в том, что ошибка в приготовлении может привести к глубокому, а в некоторых случаях даже к летаргическому сну у выпившего. Для его приготовления необходимы толчёный лунный камень, рог единорога, иглы дикобраза, сироп чемерицы и корень валерианы.       Аврора скептически посмотрела на Реддла. Она бы не удивилась, если бы в конце своей идеально выстроенной речи он эффектно поклонился, как истинная дива, наслаждаясь триумфом.       — Всё верно, мистер Реддл! Прекрасные познания. Пять очков Слизерину! — радостно воскликнул Слизнорт, выглядя абсолютно довольным своим учеником. — Единственное, что хочу добавить: данное зелье обязательно встретится вам на экзамене, поэтому записываем рецепт, а затем закрепим теорию на практике.       Зельеварение оказалось куда более насыщенным и хаотичным, чем утренняя Травология. Катастрофы начались буквально с первых минут: у Нотта и Долгопупса почти одновременно взорвались котлы, окатив соседей липкими брызгами. В классе тут же поднялся шум, а Слизнорт, энергично размахивая палочкой, пытался ликвидировать последствия.       У большинства студентов зелья выглядели совсем не так, как предполагал учебник. У кого-то бальзам получился слишком густым, у кого-то — слишком жидким, а цвета варьировались от грязно-зелёного до ярко-оранжевого. Но хуже всего обстояли дела с запахами: котёл Артура Уизли испускал резкий аромат тухлого мяса. Даже профессор, нахмурившись и склонившись над котлом, не смог понять, как это получилось.       — Удивительно... Артур, вы явно добились чего-то нового. Правда, это определённо не Умиротворяющий бальзам, — пробормотал Слизнорт, старательно удерживая нейтральное выражение лица.       Тем не менее, не обошлось и без успехов. Идеальные бальзамы, сверкавшие прозрачным серебристо-голубым цветом, вышли только у трёх студентов — Авроры, Адрианны и, конечно же, Тома.       — Великолепная работа! — воскликнул профессор, гордясь своими подопечными. — По десять очков каждому!       Аврора украдкой взглянула на Реддла, который принимал похвалу с привычной уверенностью. Она ощущала его самодовольство, но решила не заострять на этом внимание, радуясь собственному успеху.       Когда прозвенел звонок, Аврора спокойно собрала вещи в сумку, окинула взглядом свой идеально сверкающий котёл и направилась к профессору Слизнорту. Он стоял за кафедрой, перебирая какие-то пергаменты, и, похоже, полностью ушёл в свои мысли.       — Профессор, можно вас отвлечь на минуту? — вежливо спросила девушка, остановившись рядом.       Слизнорт поднял взгляд и тут же приветливо улыбнулся:       — Конечно, Аврора, вам всегда можно. Что-то случилось?       — Нет, всё в порядке, — заверила его Рори. — Я хотела поговорить с вами о своём исследовании. Помните, я рассказывала о нём в прошлом году?       — Ах, да, припоминаю. Связь трансфигурации и целительства, верно? Очень интересная и, должен сказать, амбициозная тема. Возникли какие-то трудности? Я ведь думал, что профессор Макгонагалл курирует ваш проект.       — Да, она мне очень помогает, и исследование идёт неплохо, — кивнула Аврора. — Но проблема в том, что я уже прочла всю доступную литературу по этой теме, как в школьной библиотеке, так и у себя дома. Я подумала, что, возможно, стоит поискать что-то в Запретной секции. Там могут быть редкие книги, которые помогут мне продвинуться дальше.       Слизнорт задумчиво потер подбородок.       — Хорошая идея, мисс Блэк. Насколько я помню, в Запретной секции действительно есть несколько книг, которые могут вам пригодиться. Я выпишу разрешение, — он оглядел свой стол. — Где только моё перо...       — Вот, возьмите моё, профессор, — Аврора быстро достала из сумки перо и протянула ему.       — Ах, благодарю, дорогая, — Слизнорт улыбнулся, принимая её перо и быстро начеркал несколько строк на пергаменте. — Вот, держите. Отдайте это библиотекарю, и она позволит вам работать с нужными книгами. Только, конечно, не забывайте о занятиях.       — Как вы могли так подумать, профессор, — с лукавой улыбкой ответила Аврора, пряча разрешение в сумку. — Огромное спасибо за помощь. А теперь я, пожалуй, пойду, хочу ещё успеть навестить первокурсников. Желаю вам хорошего дня!       — И вам, мисс Блэк! — отозвался Слизнорт, провожая её взглядом. Но, когда Аврора уже почти исчезла за дверью, он внезапно окликнул её: — Ах, чуть не забыл! В эту пятницу у нас встреча Клуба Слизней. Разумеется, вы приглашены.       — Это честь для меня, профессор. Я обязательно приду, — с улыбкой ответила девушка и исчезла за дверью, оставив Слизнорта с довольным выражением лица.

***

      После обеда Том, не теряя времени, направился в библиотеку. Его шаги были быстрыми, а взгляд целеустремлённым, в голове уже крутились планы, какие книги он хочет изучить. Попасть в Запретную секцию было непросто, но Том отлично умел добиваться своего. Сегодня перед уроком Зельеварения он искусно завёл беседу с профессором Слизнортом, касающуюся редких и мощных зелий.       — Профессор, мне хотелось бы углубиться в изучение сложных формул и компонентов, которые редко рассматриваются в учебной программе. Это может значительно обогатить моё понимание Зельеварения и, возможно, пригодится для научной работы, — произнёс он с такой искренностью, что никто бы не заподозрил скрытых мотивов.       Слизнорт, польщённый вниманием к своему предмету, сразу загорелся желанием поддержать одарённого студента.       — Прекрасная идея, мистер Реддл! Любовь к науке — это то, что я всегда приветствую. Я с радостью выпишу вам разрешение на посещение Запретной секции. Там найдётся немало ценных материалов, которые помогут вам.       Профессор даже не стал уточнять, зачем именно Тому понадобились эти книги. Он просто улыбнулся, быстро написал записку, поставил подпись и вручил её юноше, добавив:       — Не забудьте, мистер Реддл, поделиться со мной вашими открытиями.       Теперь, держа в руках заветное разрешение, Том вошёл в библиотеку с видом человека, которому принадлежал весь мир. Его улыбка была едва заметна, но она скрывала триумф. Запретная секция манила его, обещая тайны, которые другие ученики даже не могли вообразить.       В библиотеке царила тишина, нарушаемая лишь шёпотом двух третьекурсниц из Когтеврана, склонившихся над общей книгой. Том уверенно направился к столу библиотекаря. Там сидела молодая женщина, сосредоточенно что-то записывающая в толстый журнал. На вид ей было около тридцати, хотя, возможно, и меньше.       Эдгара Мултона, который долгие годы исполнял обязанности библиотекаря и чей возраст казался чуть ли не древнее самого Хогвартса, заменили совсем недавно. В прошлом году старик наконец-то ушёл на пенсию.       — Добрый день, мадам… — начал Том, немного прищурившись, уточняя, не ошибся ли в обращении.       — Пинс. Ирма Пинс, — быстро откликнулась женщина, откладывая журнал. Её голос звучал дружелюбно, но немного нервно. — Простите, я только обустраиваюсь на новом месте. Чем могу помочь?       — Профессор Слизнорт выписал мне разрешение на посещение Запретной секции, — Том достал из внутреннего кармана идеально сложенный пергамент и протянул его библиотекарю.       Ирма внимательно изучила документ, после чего кивнула и вернула его юноше.       — Всё в порядке. Я проведу вас, мистер Реддл, — сказала она с доброжелательной улыбкой, доставая из кармана связку ключей. — Признаться, я немного волнуюсь. Это мой первый рабочий день. Хогвартс изменился за те десять лет, что я окончила школу. Знаете, сегодня я даже умудрилась заблудиться по пути от своих покоев к Большому залу и чуть не пропустила завтрак.       «Как же она болтлива... Мултон, несмотря на свою старческую забывчивость, хотя бы был немногословен», — раздражённо подумал Том, сохраняя на лице приветливую улыбку.       — Думаю, вам не о чем волноваться. Уверен, что вы быстро освоитесь, — спокойно заверил он.       Они подошли к массивной двери, ведущей в Запретную секцию. Пинс вставила ключ в замочную скважину и попыталась открыть дверь, но ключ упорно не поворачивался. Девушка явно начала нервничать сильнее, несколько раз безуспешно пробуя снова.       — Позволите? — мягко предложил Том, видя её растерянность.       Пинс, немного смущённая, передала ему ключи. Том одним уверенным движением провернул ключ, и дверь с тихим щелчком распахнулась.       — Благодарю, Том. Простите за эту неуклюжесть. Обещаю, что к вашему следующему визиту я буду мастером в открывании этих дверей, — рассмеялась Пинс, забирая ключи у Реддла.       — Уверен, у вас всё получится, мадам Пинс. Спасибо за помощь, — ответил Том с неизменной вежливостью, скрывая лёгкую скуку за идеально отработанным тоном.       Том только успел переступить порог библиотеки, как вновь услышал за спиной голос Пинс:       — Мистер Реддл!       Он обернулся, с вежливым выражением на лице, но внутри уже начинал терять терпение.       — Совсем вылетело из головы, — продолжила она, подходя ближе. — Книги из Запретной секции нельзя выносить за её пределы. Работайте только там. И ещё… Пожалуйста, обращайтесь с ними очень аккуратно. Эти фолианты — часть истории нашей школы. Ах да! Никакой еды и напитков в библиотеке, даже воды. Кажется, теперь точно всё. Приятного чтения! Если что-то потребуется, зовите, я с радостью помогу.       — Благодарю, мадам, — с безупречной улыбкой ответил Том, пряча раздражение под маской учтивости. — Не волнуйтесь, я буду крайне бережен.       Как только мадам Пинс вернулась к своему столу, Том наконец отделался от её излишнего энтузиазма. Он глубоко вдохнул, словно освобождаясь от давления её доброжелательности, и направился к полкам, полным запретных знаний.       В Запретной секции возвышались массивные стеллажи, уходящие вверх до самого потолка, уставленные сотнями древних фолиантов, свитков и манускриптов. Каждый из них, казалось, источал скрытые тайны и знания, доступные лишь избранным.       Том обвёл взглядом ряды книг, прикидывая, с чего начнёт свой поиск. Его пальцы ненадолго задержались на корешке массивного тома, украшенного серебряным тиснением, но он не стал вытаскивать книгу. Сегодня это не входило в его планы.       На осмотр секции у него было немного времени — вечером предстояло патрулирование. Том решил ограничиться разведкой, чтобы понять, где искать то, что ему нужно. Он провёл взглядом по заголовкам, стараясь запомнить расположение самых интересных разделов.       «Завтра, сразу после уроков, я вернусь сюда и начну изучать. Сегодня же нужно подготовиться», — подумал он, недовольно вздохнув.       Спустя сорок минут, проведённых за изучением заголовков и беглом осмотре фолиантов, Том решил, что на сегодня достаточно. У него ещё был доклад по Травологии, который нужно было закончить для профессора Стебль, а ночное патрулирование оставляло не так уж много свободного времени.       Закрыв за собой тяжёлую дверь Запретной секции, он оказался в центральной части библиотеки. Тихий женский смех заставил его поднять голову. У входа стояла Аврора Блэк, увлечённо рассказывая что-то мадам Пинс. Библиотекарша улыбалась, иногда вставляя короткие реплики, явно наслаждалась разговором.       Том остановился на мгновение, наблюдая за этой сценой. Аврора говорила с таким энтузиазмом и лёгкостью, что даже строгая библиотекарша выглядела расслабленной и оживлённой.       «Теперь всё ясно, — мелькнуло у него в голове. — Эти двое как будто созданы для бесконечных разговоров. В одном предложении у них слов больше, чем у большинства студентов за весь день».       На его лице появилась едва заметная ухмылка. Не привлекая внимания, Том направился к выходу.

***

      Аврора провела в библиотеке больше часа, наслаждаясь тишиной и запахом старых книг, исследуя Запретную секцию. Пробираясь между полками, она внимательно читала названия книг, пока её взгляд не зацепился за несколько особенно интересных фолиантов. Их заголовки обещали глубокие тайны, которые она обязательно откроет для себя позже.       Сейчас же времени на чтение не оставалось — вечернее патрулирование начиналось совсем скоро. Она быстро выбралась из библиотеки и направилась в подземелья, чтобы переодеться.       Зайдя в комнату, Аврора обнаружила Маргарет, которая сидела за столом в окружении книг и пергаментов. Девушка нервно склонилась над свитком, что-то торопливо записывая.       — А где Ада и Белла? — спросила Аврора, подойдя к шкафу и начав рыться в своих вещах.       — Скоро вернутся, — рассеянно ответила Тёрнер, не поднимая глаз от своих записей. — Они к Слизнорту пошли. Хотят выбить разрешение на посещение Хогсмида в эти выходные.       — А что за срочность? В конце месяца и так все туда пойдём, — с лёгким недоумением заметила Аврора, наконец отыскав нужную блузку.       — Там, кажется, открылся новый магазин одежды, — Маргарет пожала плечами. — Помнишь, Алекто упоминала его в поезде? Так вот, Аде и Белле кровь из носу нужно быть первыми, кто его посетит.       — А что они Слизнорту собираются сказать? — с интересом уточнила Аврора.       — По официальной версии, которую они озвучивают Слизнорту, им, как несчастным пятикурсницам, которые готовятся к СОВ, просто жизненно необходимо докупить кое-какие принадлежности, — с лёгкой насмешкой произнесла Маргарет, наконец отрываясь от своих записей. — Якобы они что-то забыли из-за стресса. Ведь, видишь ли, экзамены их так сильно нервируют, что они о-о-о-чень переживают. Прямо настолько, что ни о чём другом думать не могут.       Она закатила глаза, подражая трагичному голосу Ады, и вернулась к своим свиткам, а Аврора рассмеялась, представляя, как Слизнорт слушает эти театральные оправдания.       Аврора наконец переоделась и подошла к подруге, чтобы взглянуть, над чем та так усердно работает.       — Доклад по Травологии? — уточнила она, застёгивая серёжку.       — Да, — вздохнула Маргарет, устало откинувшись на спинку стула. — Решила не откладывать и сделать сразу. Но я ничего не понимаю про эту жующую капусту. В учебнике ни слова о том, какие удобрения ей подходят.       Аврора усмехнулась и взяла со стола отложенный учебник, мельком пробежавшись по открытой странице.       — Она вообще не любит удобрения. Попробуешь её подкормить — и она откусит руку. Вот, держи, — Рори достала из сумки свой доклад и положила его на стол перед Маргарет. — Можешь оттуда взять информацию, не бойся, я всё проверяла.       — Рори, ты моя спасительница! — обрадовалась Маргарет, беря в руки увесистую стопку страниц. — Когда ты только успела его написать? Ого, — она перелистнула несколько страниц, пытаясь оценить объём работы.       — После обеда, — ответила Аврора, поправляя серьги. — Большую часть я подготовила раньше. Стебль ещё на четвёртом курсе дала мне справочник по целительным растениям «для общего развития». А китайская жующая капуста как раз используется как ингредиент для Костероста. А который час? — Рори начала вертеться по сторонам, выискивая взглядом часы.       — Половина десятого, — ответила Маргарет, кивая в сторону настенных часов над письменным столом. — Я перевесила их, чтобы было видно с любой стороны комнаты. Зачем ты так наряжаешься? — с лёгким любопытством спросила она, заметив, как Аврора придирчиво осматривает себя в зеркало.       — Сегодня моё первое патрулирование в роли старосты, — с важным видом заявила Рори. — Я хочу блистать, как звезда на небе.       С этими словами она эффектно откинула волосы назад, заставив Маргарет расхохотаться.       — Учитывая, что ты Блэк, это будет несложно, — со смехом добавила Маргарет, качая головой.       Аврора провела с Маргарет ещё около пятнадцати минут, помогая разобраться с докладом. Как раз в этот момент в комнату вошли Белла и Ада, сияющие от радости. Им удалось уговорить профессора Слизнорта. Несмотря на то, что старый декан без труда понял их истинные намерения, он всё же одобрил внеплановое посещение Хогсмида для всех пятикурсников, рассудив, что небольшая передышка и развлечения пойдут на пользу студентам перед экзаменами.

***

      Ровно в десять вечера старосты Слизерина начали своё дежурство. Авроре и Тому предстояло провести вместе два часа, патрулируя коридоры школы. В самом начале они коротко обсудили маршрут, которым будут следовать, и с этого момента между ними воцарилось молчание.       «Мы можем промолчать весь обход и разойтись по своим комнатам. Спокойно, без лишних слов. Это, пожалуй, самый простой вариант. Но не самый интересный…» — размышляла Аврора, скользя взглядом по фигуре своего напарника. Его спокойное и хладнокровное выражение лица словно само просило нарушить равновесие. В конце концов, перспектива вывести Реддла из себя взяла верх над здравым рассудком.       — Как тебе наш новый библиотекарь? Мне она показалась довольно неплохой женщиной, общительной, — начала разговор Аврора.       «По сравнению с тобой она молчалива, как болтрушайка», — пронеслось в голове Тома.       — Да, согласен, — спокойно сказал Том.       — За какую квиддичную команду ты болеешь? — Аврора продолжала «капать» на нервы Реддла. Она чувствовала его эмоции, которые он, надо признать, хорошо прятал. Он начинал нервничать.       — Не увлекаюсь квиддичем, — ответил он спокойным тоном.       — Что, правда? А почему? — у Блэк была чёткая цель, и она к ней приближалась.       «Салазар! Почему её выбрали старостой?! Из всех возможных вариантов Слизнорт выбрал ту, которая раздражает меня одним своим существованием. Ладно, нужно просто потерпеть», — Том пытался успокоить себя, но с каждым новым вопросом Блэк это становилось всё труднее.       — Просто не нравится, — на этот раз в голосе Тома послышалась нотка резкости, которую ему не удалось скрыть.       «Ну надо же! И пяти минут не продержался. Нужно продолжать», — ликовала Аврора.       — Зря! Квиддич — очень интересная игра. Думаю, что ты просто не пытался в ней разобраться. Тебе стоит почитать правила или журналы по квиддичу. Уверена, ты откроешь этот вид спорта для себя с новой стороны. Хотя самому сложно разобраться в правилах — их так много. Я могу помочь тебе!       — Это так мило с твоей стороны.       «Это что был сарказм? Мистер Реддл, теряете хватку!»       — Что ты, Том, мне это только в радость, — Аврора специально говорила настолько жизнерадостным голосом, какой только могла из себя выдавить. — У меня появилась прекрасная идея. Скоро же отборочные. Приходи! На практике всегда легче учиться. Можешь попробовать себя в роли загонщика, мы как раз его ищем. Но мне кажется, что тебе бы больше подошла роль ловца. Хотя у нас же есть Паркинсон... не получится. Вратарь! Точно! Роберт же на последнем курсе, так что со следующего года позиция вратаря будет свобо...       Вдалеке послышался шум, и Аврора замолчала. Старосты ускорили шаг, и, повернув за угол, увидели источник хаоса — Пивз, напевая не самые приличные песни, вытаскивал парты и стулья из кабинета Трансфигурации.       «Никогда в жизни не думал, что буду рад Пивзу», — подумал Том.       — Пивз! Что ты тут делаешь? — спросила Аврора и села на одну из парт, которую полтергейст успел вытащить.       — Перестановку! — Пивз отпустил очередной стул, и начал кружиться вокруг слизеринцев. — А что тут делаете вы, змейки? Ночью, вдвоём... Решили повеселиться? — его глаза блеснули озорством, и он подлетел к Реддлу. — Красавица, он может и смазливый, — Пивз ткнул в Тома пальцем, который прошёл сквозь него, — но я опытнее. Со мной веселее будет!       — Пивз, имей совесть. Ты меня в сотню раз старше, — сухо заметила Аврора.       — Возраст — не преграда, о милая красавица! — пропел Пивз, не снижая оборотов.       Аврора тяжело вздохнула.       — А вот парты — преграда. Если ты немедленно не прекратишь, я позову Кровавого Барона. Он как раз неподалёку летал, — она указала в сторону коридора, откуда они с Реддлом пришли.       Том, скрестив руки на груди, кивнул с таким серьёзным видом, что даже у полтергейста появилось сомнение.       — Ах, ты разбиваешь мне сердце, змейка! — трагически заявил Пивз, хватаясь за грудь. — Я покидаю сие мероприятие. Но когда он тебе надоест... — он сделал многозначительный жест в сторону Реддла, — приходи в туалет на первом этаже. Я буду устраивать там грандиозный потоп.       Пивз, все ещё напевая свою песню, снял шляпу с бубенчиками, поклонился и, продолжая веселиться, улетел в направлении первого этажа. Его завывания эхом разлетались по коридорам, а слизеринцы остались разбираться с последствиями его шалостей.       — Нужно вернуть парты в класс, — спокойно заметил Том, уже доставая палочку. Едва заметное движение рукой, и ближайшая парта плавно поднялась в воздух, устремляясь обратно в кабинет.       Аврора, вздохнув, встала с парты, на которой сидела. С помощью заклинаний они быстро вернули парты в класс. Левитация упрощала задачу, и работа шла на удивление слаженно.       — С партами закончили, — произнесла Аврора, обводя взглядом помещение. — Но где стулья?       Оказалось, что Пивз раскидал их по всему этажу. Теперь старостам пришлось не только поднимать мебель, но и искать её в самых неожиданных местах.       — Гениально. Один в кладовке, другой в нише за гобеленом... — Аврора, сдерживая раздражение, вытягивала стул из угла. — Он что, специально проверял, где их сложнее всего достать?       Спустя некоторое время последний стул занял своё место, а кабинет Трансфигурации наконец-то обрел прежний вид.       После этого они продолжили патрулирование. Остаток времени Аврора провела, увлечённо рассказывая о правилах квиддича и споря сама с собой о том, какие мётлы лучше. Реддл, к её тихому раздражению, лишь спокойно поддакивал, иногда вставляя нейтральные фразы. Он решил, что проще согласиться со всем, чем пытаться спорить — это позволяло ему сохранить контроль над ситуацией.       Аврора, конечно, заметила его тактику, но не стала придавать этому особого значения. Всё-таки впереди их ждало ещё множество совместных дежурств. У неё будет достаточно времени, чтобы вывести мистера Совершенство на чистую воду.       Зачем ей это нужно? Возможно, чтобы доказать себе, что она права: под маской прилежного студента в Томе скрывается куда больше, чем он хочет показать. Сегодняшняя ночь только укрепила её в этом убеждении. Проведя рядом с ним несколько часов, она заметила едва уловимые нюансы — то, как он контролирует своё поведение, его сдержанные ответы, спокойствие, почти механическое.       «Ты можешь прятать эмоции от всех, Реддл, но не от меня, — думала она, следя за его идеально ровной осанкой и спокойным взглядом. — Я их чувствую».       Полночь. Завершив патрулирование, Аврора и Том направились к гостиной Слизерина. Их шаги эхом разносились по пустым коридорам. Подойдя к стене с входом, Том произнёс пароль. Панель плавно отъехала, открывая проход в уютно освещённую гостиную.       Реддл, придерживаясь правил этикета, сделал шаг в сторону, пропуская Аврору вперёд.       — Это так мило с твоей стороны, — Рори не удержалась и вернула Тому его же фразу. — Спокойной ночи, Том.       — Спокойной ночи, — ровным тоном ответил он, сдержанно кивая.       Аврора скрылась за поворотом в направлении своей комнаты.       Реддл бросил взгляд на пустую гостиную, где приглушённый свет свечей отражался в зелёных шторах и тёмном дереве мебели.       «Никого нет. Тишина. Можно было бы сбросить её с лестницы и сказать, что она сама упала», — промелькнула у него в голове мысль, которая вызвала лёгкое внутреннее веселье. Он позволил себе улыбку, будто только что услышал шутку, понятную лишь ему одному. С этой мыслью Том спокойно направился к своей комнате.

***

      Когда Аврора вернулась в свою комнату, её соседки уже мирно спали. Беллатриса свернулась клубочком, обняла подушку, а Ада, как обычно, раскинулась на кровати, заняв больше половины.       Аврора на цыпочках подошла к своей кровати, стараясь не разбудить подруг, но на полпути её нога с глухим стуком наткнулась на чемодан, брошенный возле кровати Гринграсс.       — Чёрт! — выругалась она, мгновенно схватившись за ушибленную ногу.       Аврора окинула взглядом комнату, где царил творческий беспорядок.       «Чему я удивляюсь? — мысленно вздохнула Рори. — За пять лет ничего не изменилось: как была засранка, так и осталась. Придётся самой наводить порядок. Иначе Гринграсс уберёт этот чемодан только перед отъездом на каникулы».       С помощью простого взмаха палочки она аккуратно разложила вещи подруги по полкам шкафа. Удостоверившись, что всё на месте, она уменьшила чемодан до размеров небольшого сундучка и поставила его на тумбочку Ады.       Соседки настолько крепко спали, что даже не шелохнулись, пока Аврора заканчивала уборку. Глядя на аккуратно расставленные вещи, она удовлетворённо вздохнула.       «Сна ни в одном глазу, — подумала она. — Нужно проветриться. Обычно это помогает мне уснуть».       Аврора осторожно открыла дверь, стараясь не скрипнуть петлями, и, бросив взгляд на мирно спящих соседок, выскользнула в тёмную гостиную. Она направилась к выходу, касаясь стен пальцами, чтобы не споткнуться в темноте.

***

      Вернувшись в свою комнату, Том направился в ванную и подошёл к умывальнику, плеснул холодной водой на лицо и задержал дыхание, чувствуя, как холод пробирается под кожу. День был длинным и напряжённым, и усталость тянула его на дно, словно груз. Проведя рукой по влажным волосам, он задумчиво посмотрел на своё отражение, пока не заметил странную деталь.       Часы. Их не было на левой руке.       «Они точно были на мне, когда я входил в гостиную. Я смотрел на время», — Том нахмурился, пытаясь вспомнить, не снимал ли он их.       Его пальцы скользнули по руке, проверяя, не ошибся ли он. Но часы действительно исчезли.       «Наверное, обронил их. Они не могли оказаться далеко», — мысленно прикинув маршрут, Реддл быстро вытер лицо и вышел из комнаты.       Тёмные коридоры гостиной встретили его привычным холодом и тишиной. Том остановился на мгновение, давая глазам привыкнуть к полумраку, и начал внимательно оглядывать каждый угол. Остановившись у входа в мужское крыло, он заметил Аврору, направляющуюся к выходу из гостиной.       «Куда же ты собралась в такой час? Что-то скрываешь или просто не можешь уснуть?» — мысли вихрем проносились в его голове.       На долю секунды он задумался, стоит ли преследовать её. Любопытство и острый азарт быстро взяли верх над здравым смыслом. Том выждал несколько секунд, чтобы не привлечь её внимания, и вышел следом. На мгновение его внимание отвлекло поблёскивающее во тьме пятно. Опустив взгляд, он заметил свои часы, лежащие на полу.       «Ну, хоть часы нашёл. Уже что-то», — подумал он, наклоняясь, чтобы поднять их.       Коротко оглядев находку, Том быстро надел часы на руку, двигаясь дальше. Аврора уже почти скрылась за поворотом, ведущим к выходу из подземелий. Поддерживая безопасное расстояние, он продолжил следовать за ней, внимательно наблюдая за каждым её шагом.       Его движения были бесшумны, как тень. Чем дальше они уходили от гостиной, тем сильнее в нём разгоралось желание выяснить, что именно вынудило Блэк покинуть привычную обитель посреди ночи.       Спустя несколько минут Том вышел в коридор первого этажа, но Блэк тут не было. Он был уверен, что видел её только что; она должна быть где-то здесь. Но Авроры нигде не было. Не могла же эта проклятая Блэк просто исчезнуть!       Том обошёл ближайшие помещения, проверил каждую из дверей, которые она могла успеть открыть, но и там её не обнаружил. «Как она так быстро исчезла? Чары невидимости? Нет, я проверял их. Или… что, если она поняла, что я иду за ней?» — мысли путались в голове Тома. Ему не хотелось признавать, что Блэк могла знать заклинание, о котором он сам ещё даже не догадывался.       Злость поднималась внутри, словно яростный вихрь. Том с силой стукнул кулаком об стену. Звук отдавался эхом, но это ничуть не помогло ему успокоиться. Он был разочарован и недоволен результатами своей тщетной слежки.       — Чёртова Блэк… — пробормотал Том, с раздражением развернувшись и отправляясь обратно в свою комнату.       «Ты искал меня на земле, а нужно было в воздухе», — усмехнулась про себя Аврора, довольная своей маленькой победой.       Чёрная ворона расправила крылья и взмыла вверх, устремляясь к открытому окну. Ветер коснулся её перьев, а поток свежего воздуха обдал лицо. Аврора с наслаждением втянула в себя прохладу ночного воздуха, позволяя раствориться в полёте.