Право выбора

      Утром Зелина проснулась в довольно сносном состоянии, голова больше не кружилась и даже тошноты не было. Она медленно встала с кровати и попыталась магией раздвинуть шторы. Они не повиновались сразу, лишь дёрнулись в стороны. Со следующей попытки Зелину захлестнуло раздражение от собственной беспомощности и она с силой дёрнула их в стороны, оборвав несколько креплений. Комнату заполнил мягкий свет.       Зелина не спешила покидать покои. Ей казалось, что здесь она в безопасности, а как только ступит за двери, то начнётся неотвратимое будущее. Аид пообещал защиту, заботу о ней, о ребёнке, а это предполагает немалые хлопоты. Очевидно, что он пожелает хотя бы какой-нибудь выгоды от этого. Свобода в обмен на поцелуй, вполне логично, а дальше… Дальше случилось непредвиденное и ей пришлось просить его о помощи, непомерно большой помощи. Зелина зажмурилась и вдохнула, пытаясь справиться с пугающими воспоминаниями. Ладонь сама опустилась на живот в привычном жесте. Малышу уже два месяца, Зелина чувствовала безумную нежность, думая про него, и такое же безумное волнение. Она ни за что его не потеряет, чего бы ей это не стоило.       Аид давно влюблён в неё и никогда не скрывал чего хочет. А теперь она в долгу перед ним и у него есть вполне законное право получить желаемое. Да и только ли в долгу? Эта мысль не могла не пугать. Она не столько боялась его силы, сколько боялась быть в его власти. Зелина по своей природе не умела подчиняться и с трудом переносила это, но теперь у неё не будет выбора. И она знала, что даст ему всё, что он захочет, лишь бы только дитя было живым и здоровым.       Вскоре к ней в покои принесли завтрак. Поглощенная своими мыслями, Зелина больше размазывала содержимое по тарелке, нежели ела, но души-служанки терпеливо ждали. Каждый раз глядя на них, она не могла отделаться от мысли о том, насколько её положение будет отличаться от их… Если будет. Души, отбывающие повинность, или смертная, отдающая долг. Яблочное повидло вдруг потеряло вкус, а хлеб встал комом в горле. Зелина закашлялась.       После служанки помогали ей одеваться. Они открыли гардероб и предложили Зелине выбрать платье и украшения на сегодня. Аид предоставил большой выбор, снова угадав все её предпочтения. Она не знала что это — забота или ненавязчивый контроль, однако не возражала, выбрав тёмно-зелёный наряд и серебряные серёжки. Даром, что красиво, её ничего не радовало. Зелина задумчиво смотрела в зеркало, пока служанки суетились с её прической и макияжем. Одно неосторожное движение и она зашипела от боли, по привычке угрожая магией, но так ничего и не сделала. Души поспешили закончить. Могла бы справиться и сама, но раз ей быть его игрушкой, то быть идеальной.       Аид увидел Зелину в дверях тронного зала и не смог оторвать от неё глаз. Она выглядела воистину прекрасно. Королевская роскошь определённо была ей к лицу. Он встал и поспешил к ней навстречу, совершенно очарованный и совершенно растерянный. Как себя вести дальше? Между ними оставалось не больше шага и оба остановились. Зелина несмело улыбнулась, желая ему доброго утра, а Аид неуверенно замер. Он очень хотел её поцеловать, но не знал, позволено ли ему это… С того прекрасного мгновения, когда её губы касались его последний раз, кое-что изменилось и они об этом ещё не говорили. Зелина может всё неправильно понять. Аид почувствовал, что в сомнениях упустил момент и неловкость между ними затянулась. Он осторожно взял Зелину за руку и поцеловал тыльную сторону ладони.       Не тот поцелуй, что ему хотелось, но и не тот поцелуй, чтобы оскорбить её.       — Ты бесподобна, — произнёс Аид вместо приветствия.       — Спасибо, — Зелина снова неловко улыбнулась, боясь заговорить о главном. Она старалась не смотреть на Аида, чувствуя себя жутко неловко и всё же опасаясь этого разговора. На самом деле её решение можно назвать опрометчивым или необдуманным, но правда такова, что оно было единственным возможным. И ради ребёнка Зелина согласна на что угодно. Даже стать любовницей Владыки мёртвых. Она знала, что Аид хочет заполучить её. Ещё в их первую встречу он дал понять, что заинтересован не только в совместной работе над заклинанием, но и в ней, как в женщине. И связь истинной любви между ними, только усилила эти чувства.       — Я рад тебя видеть, — Аид слегка приобнял её за талию, едва касаясь платья и надеясь, что не выглядит слишком навязчивым. Внутри него всё ликовало — Зелина здесь, она пришла к нему! И, возможно, даже не откажется провести с ним время. — Как ты себя чувствуешь?       — Мне гораздо лучше, спасибо.       — Позволишь? — он несмело поднёс руку к её животу, чтобы убедиться, что всё действительно в порядке и угрозы больше нет. Пульсация внутри была спокойной и размеренной. — Я очень волновался за вас. Прости, что я не уследил, допустил такое.       — Ты не виноват, это я не была достаточно осторожной и слишком медлила, чтобы уйти, — и её оплошность чуть не стоила жизни ребёнка. Непозволительная глупость, больше Зелина этого не повторит. — И я очень благодарна тебе за всё, что ты сделал.       — Я не мог поступить иначе. Но мне все равно искренне жаль, что тебе пришлось пройти через подобное, — дальнейший разговор выходил какой-то неловкий и будто ни о чём. Оба хотели ещё что-то сказать, но не могли осмелиться на это. — Ты ведь знаешь, что можешь сказать мне, если что-то не так?       — Да, но всё в порядке, — она улыбнулась, глядя на Аида, и ему показалось, что его сердце снова дрогнуло.       — Мы могли бы, — осторожно начал он, боясь спугнуть, но и не в силах промолчать, — как-нибудь, не сейчас, позже, сходить… на свидание?       — Дай мне немного времени, пару дней, — Зелина вздрогнула, пытаясь взять себя в руки. Она не могла не думать о том, что ждёт её за дверями его спальни и инстинктивно пыталась оттянуть этот момент. Её опыт невелик и не очень разнообразен и навыки вряд ли впечатлят древнего бога, а если он предпочитает что-то не традиционное… Эта мысль тревожила. Они должны поговорить об этом. Не стоит затягивать, ведь этим она навредит только себе. — Я исполню обещание, но мне нужно отдохнуть.       — Нет-нет, я совсем не это имел в виду! Прошу, не изводи себя переживаниями, — он чуть отступил, мысленно проклиная свою несдержанность. Опять сам чуть всё не испортил! Это же не то, что он хотел сказать! — Тебе не нужно ничего исполнять. Нет никакой сделки, никаких обязательств.       — Но я же чувствую, как ты жаждешь близости. Не говори, что не ожидаешь в скором времени увидеть меня в своей постели, — Зелина осторожно подбирала каждое слово. Она боялась разозлить его. Внутренние инстинкты вопили, что сейчас не время для возражений как бы ей не хотелось. Нужно быть удобной и послушной, тогда всё будет хорошо.       Аид ещё раз посмотрел на Зелину, не в силах подобрать слов. Свободное платье, без сложных корсетов и шнуровок, широкий крой… Зелина подготовилась, оделась так, чтобы ему ничего не помешало, пожелай он овладеть ею здесь и сейчас. Она отдаст долг, но её сердце не будет с ним. Аид ощутил омерзение к себе, а потом плохо сдерживаемую волну злости. Кто обращался с ней так, что теперь она не верит, что её можно любить, что о ней могут заботиться просто так?       Он коснулся руки Зелины и почувствовал, что она сейчас один сплошной комок нервов, напугана, напряжена и ожидает атаки. И он виноват, тоже позволил себе лишнего и дал ей повод думать, что потребует секс при первом удобном случае.       — Всё не так, — возразил Аид. Почему-то объясняться было сложно. Он надеялся, что Зелина тоже испытывает к нему влечение, а она пришла лишь потому что должна и боится за жизнь ребёнка. Это не любовь.       — Тогда что ты хочешь? Говори! Я знаю, что за магию надо платить, — Зелина испуганно замерла, когда внезапная мысль ужаснула — он может попросить ребёнка в замен… Нет! Лучше она станет его личной шлюхой, чем обречёт ребёнка на страдания ещё до рождения. — Ты обещал, что не тронешь дитя! Не смей! Возьми моё тело в качестве оплаты, но не проси отдать его, — из глаз брызнули слёзы, она не смогла это скрыть. Почему она так слаба и уязвима?!       — Я не нарушу слова, не бойся. Вам здесь ничего не угрожает, пожалуйста, не нервничай, — он хотел бы обнять её, прижать к себе, успокоить, защитить, но боялся, что такие действия только больше напугают. Зелина не готова к какой-либо физической близости с ним, неважно, как сильно она старается показать обратное. Аид тяжело вдохнул, во чтобы то ни стало он должен убедить Зелину, что она может ему доверять. — Зелина, послушай меня. Ты ничего мне не должна, ты и ребёнок свободны, можешь уйти, когда пожелаешь, хотя я буду уговаривать подождать пока тебе станет лучше. И да, я правда хочу снова поцеловать тебя, но не насильно.       — Это не будет насильно. Я не… я не буду сопротивляться, — она совсем запуталась. Его поведение казалось таким непонятным, таким нелогичным. Ради чего он такой бескорыстный? — Почему ты не просишь платы за свершенное чудо? Это же такая сильная магия.       — Но и хотеть близости ты тоже не будешь. А это мало чем отличается от насилия. Я спас ребёнка не ради того, чтобы затащить тебя в постель, а потому что люблю тебя и не мог допустить чтобы вы страдали. Твоя улыбка приносит мне больше счастья, чем какая-то выгода от сделки.       — И тебе достаточно одной только улыбки? — Зелина прекрасно знала, что нет. Тогда, в Озе, между ними быстро возникло сексуальное напряжение и Аид был готов снять его очевидным для обоих способом. — Не нужно сейчас быть джентльменом, скажи чего ты хочешь и я дам тебе это.       — Однако это совсем не означает, что я не в состоянии держать себя в руках. Я честен с тобой относительно своих желаний. Я не хочу чтобы наши отношения были тебе в тягость или воспринимались как долг, — худшее, что он мог предположить. Ему была невыносима мысль, что Зелина покорна из-за страха. Ни за что на свете Аид не хотел причинять ей боль и если ради этого ему придётся отпустить её навсегда, он это сделает. Её счастье значит гораздо больше, чем его. — Я искренне надеюсь, что ты тоже любишь меня и со временем мы сможем иначе поговорить об этом. Но до тех пор мы просто друзья.